ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17901/2024

Дело № А41-80753/22

06 ноября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 ноября 2024 года

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Мизяк В.П., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 14.08.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Р-Пласт» ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 07 августа 2024 года, по заявлению конкурсного управляющего должника о взыскании убытков с ФИО2 по делу №А41-80753/22 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Р-Пласт», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 15.05.2023 в отношении ООО «Р-Пласт» (далее – должник) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о взыскании с бывших руководителей должника ФИО2 в конкурсную массу ОО «Р-ПЛАСТ» 1992913 руб., ФИО5 в конкурсную массу ООО «РПЛАСТ» 459706,50 руб. в возмещение причиненных убытков.

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.08.2024 в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 25.12.2020 г. между должником (Лизингополучатель) и ПАО «Лизинговая Компания «Европлан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (Лизингодатель) заключен договор лизинга №2545267-ФЛ/ОППМО-20. 

Согласно п. 1 Договора, предметом лизинга является транспортное средство: Мерседес-Бенз GLB Class (2020 года выпуска, VIN W1N2476131W069491. 

В соответствии с актом о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий, сооружений) № МСК0000318 от 18.01.2021 г. транспортное средство было передано должнику.

В соответствии с п. 2.4. договора, сумма лизинговых платежей составляет 5593800 (пять миллионов пятьсот девяносто три тысячи восемьсот и 00/100) руб., в том числе НДС. 

Согласно Акту сверки расчетов по графику лизинговых платежей (включая дополнительные расчеты) от 19.03.2024 г., должником уплачено 2452619,50 руб. (включая лизинговые платежи по графику, а также возмещение штрафов ГИБДД), что также подтверждается банковской выпиской о движении денежных средств должника. 

В связи с систематическим нарушением условий договора и имеющейся просроченной задолженностью по договору, ПАО «Лизинговая Компания «Европлан» направило должнику уведомление от 17.01.2023 г. об одностороннем отказе от исполнения договора лизинга с требованием о погашении задолженности, а также необходимости возврата транспортного средства. 

Актом об осмотре, изъятии имущества от 17.01.2023 г. по договору было произведено изъятие транспортного средства у должника. 

Основным видом деятельности должника является «Производство прочей неметаллической минеральной продукции, не включенной в другие группировки». 

В обоснование заявленных требований, управляющий указал, что при изучении документации о деятельности должника, ему стало известно о том, что должник занимался производством и продажей сэндвичпанелей. 

Вместе с тем, автомобиль Мерседес-Бенз GLB Class является серией роскошных компактных кроссоверов. Конкурсный управляющий полагает, что с учетом специфики деятельности компании, транспортное средство не могло использоваться в интересах общества и для обеспечения производственной деятельности общества. 

Таким образом, в отсутствие экономической целесообразности приобретения в лизинг престижного автомобиля, конкурсный управляющий полагает, что данный автомобиль приобретался за счет средств должника для личного пользования руководителями общества.

Кроме того, в банковской выписке по счету должника имеется множество оплат с назначением платежа «транспортные услуги», что подтверждает пользование должником услугами третьих лиц в целях перевозок, необходимых для ведения деятельности компании.

Более того, конкурсному управляющему стало известно о заключении договора аренды транспортного средства без экипажа с физическим липом №2 1/11-3 от 21.11.2022 между должником и ФИО6, а также договора аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 17/11-2 от 17.11.2022 между должником и В.Е. 

Заключение указанных договоров аренды также подтверждает факт того, что автомобиль не использовался в интересах общества для ведения хозяйственной деятельности. 

В данном случае, по мнению конкурсного управляющего, бывшие руководители должника ФИО2, ФИО5 приняли в лизинг престижный и дорогостоящий автомобиль для личного пользования и оплачивали лизинговые платежи и штрафы ГИБДД за счет средств должника, в то время, когда специфика деятельности общества не предполагает пользование автомобиля такого класса в интересах общества и для обеспечения производственной деятельности компании (прямой убыток на стороне ООО «Р-ПЛАСТ»). 

Размер убытков каждого из бывших руководителей рассчитан конкурсным управляющим, пропорционально периодам, в которые ФИО2 и ФИО5 являлись руководителями, имели доступ к банковским счетам общества и производили платежи. 

По мнению конкурсного управляющего, в результате противоправных действий контролирующих лиц, обществу были причинены убытки в размере 2452619,50 руб., из них размер убытков каждого из руководителя составляет: 

ФИО2 в размере 1 992 913 руб. (произведенные выплаты в период с 01.03.2019 г. по 17.08.2022 г.); 

ФИО5 в размере 459 706,50 руб. (произведенные выплаты в период с 17.08.2022 г. по 24.04.2023 г.).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно нормам пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно статье 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случае нарушения обязанности, предусмотренной пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско- правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьями 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Для наступления ответственности, установленной правилами названных статей, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей, (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер причиненных убытков.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). 

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Как указано судом первой инстанции, покупка автомобиля и заключение договора лизинга находится в компетенции руководителя должника. 

Управленческое решение о том, заключить договор лизинга, провести платежи и получить право собственности на предмет лизинга для последующего получения ликвидного актива для общества либо отказаться от договора лизинга с подведением итогового сальдо, принимает руководитель должника, исходя из ожидаемого финансового результата до проведения платежей (выход из кризиса, продолжение производственной деятельности и пр.). 

Принятие управленческих решений руководителем постоянно сопряжено со значительной долей нормального хозяйственного риска. Критерии обоснованности решений руководителя, указанные законодателем, крайне сложны в применении на практике, так как появляется необходимость оценки не только причиненного вреда, но и предотвращенного. 

Сам по себе факт высокой стоимости автомобиля и его высокого (премиального) класса не свидетельствует о цели руководителей должника причинения вреда обществу. 

Действительно, при принятии управленческого решения руководитель организации обязан руководствоваться приоритетными интересами юридического лица, закрепленными в его уставных документах. 

Однако арбитражным судам при рассмотрении дела следует учитывать и иные принципы осуществления правосудия в Российской Федерации, в том числе добросовестность лиц, участвующих в деле, процессуальную экономию. 

При применении принципа добросовестности необходимо учитывать, что поведение одной из сторон может быть признано злоупотреблением правом не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий лиц, участвующих в деле, от добросовестного поведения. 

В этих случаях суд при рассмотрении дела устанавливает факт злоупотребления правом и разрешает вопрос о применении последствий недобросовестного процессуального поведения, предусмотренных законом (например, статьи 111, 159 АПК РФ). 

Между тем, при исследовании материалов дела и доводов заявителя судом не установлено то обстоятельство, что при покупке автомобиля и внесении лизинговых платежей руководителями общества были совершены неправомерные действия для общества, повлекшие за собой банкротство должника. 

Ссылки на личное использование руководителями общества автомобиля в своих личных целях являются предположительными и документально не подтверждены, равно как и не подтвержден факт извлечения из рассматриваемой сделки выгоды каждым из ответчиков на заявленную сумму. 

Автомобиль находился в собственности и владении должника, что опровергает довод конкурсного управляющего о том, что автомобиль не использовался обществом. 

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его руководитель объективно влияет на хозяйственную деятельность должника. 

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника, исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), на такое лицо подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. 

В настоящем случае договор лизинга и приобретение автомобиля совершалось руководителями общества в отсутствие имущественного кризиса на стороне должника, а неисполнение лизинговых обязательств в будущем находится в пределах предпринимательского риска и не свидетельствует о противоправности действий руководителей должника. 

Таким образом, причинно-следственная связь между убытками и противоправными действиями ФИО7 и ФИО5 отсутствует.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для взыскания с ФИО7 и ФИО5 убытков, с которым соглашается суд апелляционной инстанции.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Поскольку заявителем при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина не уплачена, апеллянту по его ходатайству предоставлена отсрочка по уплате госпошлины, то в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с должника в доход федерального бюджета надлежит взыскать госпошлину в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 07 августа 2024 года по делу №А41-80753/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с ООО «Р-Пласт» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

В.П. Мизяк

А.В. Терешин