АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-15067/2021

г. Владивосток

04 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 26 апреля 2023 года. 

Полный текст решения изготовлен 04 мая 2023 года.

            Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Власенко Т.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску   Приморского территориального управления Росрыболовства (ИНН 2536212515, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 21.01.2009) к обществу с ограниченной ответственностью «РК СПК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 08.04.2021) о досрочном расторжении договора о закреплении квот добычи водных биологических ресурсов, 

третьи лица: Ассоциация предприятий морского лова тихоокеанских лососей (ИНН 2536302695, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 19.04.2017), Федеральное государственное бюджетное научное учреждение Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии в лице Тихоокеанского филиала ФГБНУ «ВНИРО» «ТИНРО» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 26.01.2015), 

при участии в заседании:  от истца - ФИО2, паспорт, диплом, доверенность от 06.10.2022 сроком на три года, от ответчика - ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность № 1 от 20.04.2021 сроком на три года, от Ассоциации предприятий морского лова тихоокеанских лососей - ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность № 1 от 01.11.2022 сроком на три года, от ФГБНУ «ВНИРО» «ТИНРО» - ФИО4, паспорт, диплом, доверенность от 12.07.2022 сроком до 04.06.2027.

установил:

Приморское территориальное управление Росрыболовства (далее – истец) обратилось с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «РК СПК» (далее – ответчик) о досрочном расторжении договоров №№ ДВ-М-31 от 30.08.2018, ДВ-М-1512 от 30.08.2018, ДВ-М-2239 от 31.08.2018, ДВ-М-301 от 30.08.2018, ДВ-М-38 от 30.08.2018, ДВ-М-343 от 31.08.2018, ДВ-М-1519 от 30.08.2018, ДВ-М-2246 от 31.08.2018, ДВ-М-308 от 30.08.2018, ДВ-М-48 от 30.08.2018, ДВ-М-353 от 31.08.2018, ДВ-М-1529 от 30.08.2018, ДВ-М-2256 от 31.08.2018, ДВ-М-318 от 31.08.2018, ДВ-М-25 от 30.08.2018, ДВ-М-335 от 31.08.2018, ДВ-М-1506 от 31.08.2018, ДВ-М-295 от 30.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства.

Определением суда от 14.11.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Ассоциация предприятий морского лова тихоокеанских лососей, Федеральное государственное бюджетное научное учреждение Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии в лице Тихоокеанского филиала ФГБНУ «ВНИРО» «ТИНРО».

Определением суда от 09.02.2023 в порядке статьи 55.1 АПК РФ в качестве специалистов привлечены к участию в деле ФИО5 – эксперт Российской Академии наук по рыбохозяйственой тематике, член Экспертного Совета по рыбному хозяйству Министерства сельского хозяйства РФ, консультант Ассоциации предприятий морского лова тихоокеанских лососей и ФИО6 – начальник отдела бассейновых промысловых прогнозов и регулирования промыслов Тихоокеанского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («ТИНРО») для дачи консультаций по поставленным вопросам.

В обоснование исковых требований истец указывает, что в связи с существенным нарушением обязательств по договорам о закреплении доли квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства, заключенных в 2018 г., ответчиком не освоены за период с 2019 по 2020 гг. выделенные ему квоты, в связи с чем, имеются основания для досрочного расторжения спорных договоров.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что сложившая ситуация отсутствия добычи в течение 2019-2020 гг. обусловлена принятием Федерального закона от 29.06.2015 г. № 208-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», в соответствии с которым с 01.01.2016 введен запрет на использование дрифтерных сетей при осуществлении промышленного рыболовства, что обусловило для рыбопромышленников необходимость в разработке альтернативы (иных орудий лова) дрифтерным сетям для вылова анадромных видов рыб. Поскольку до настоящего времени отсутствует четкая правовая оценка разработанных орудий лова (поверхностных ловушек) в качестве альтернативы дрифтерным сетям, общество не имело возможности осуществлять освоение квот в 2019-2020 гг. Действия общества по не освоению квот на вылов водных биологических ресурсов в спорный период не является злостным и имеет под собой объективные причины (непреодолимые обстоятельства) невозможности исполнения обязательств по договорам о закреплении долей квот на вылов водных биологических ресурсов, которые обусловлены отсутствием нормативного закрепления рентабельных, экономически обоснованных разрешенных орудий лова.

В материалы дела в электронной форме от истца поступили дополнительные письменные пояснения, от ответчика - ходатайство о приобщении дополнительных материалов.

Истец заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика и третьего лица иск оспорил по изложенным доводам.

Как следует из материалов дела, в 2018 году между Федеральным агентством по росрыболовству и ООО «Пилон» заключены договоры о закреплении доли квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства:

- № ДВ-М-31 от 30.08.2018 – горбуши в Карагинской подзоне, размер доли 15%;

- № ДВ-М-1512 от 30.08.2018 – нерки в Карагинской подзоне, размер доли 15%

- № ДВ-М-2239 от 30.08.2018 – чавычи в Карагинской подзоне, размер доли 15%;

- № ДВ-М-301 от 30.08.2018 – кеты в Карагинской подзоне, размер доли 15%;

- № ДВ-М-38 от 30.08.2018 – горбуши в Петропавловско-Командорской подзоне, размер доли 8,83%; 

- № ДВ-М-343 от 31.08.2018 – кижуча в Петропавловско-Командорской подзоне, размер доли 8,83%; 

- № ДВ-М-1519 от 30.08.2018 – нерки в Петропавловско-Командорской подзоне, размер доли 8,83%; 

- № ДВ-М-2246 от 31.08.2018 – чавычи в Петропавловско-Командорской подзоне, размер доли 8,83%; 

- № ДВ-М-308 от 30.08.2018 – кеты в Петропавловско-Командорской подзоне, размер доли 8,83%; 

- № ДВ-М-48 от 30.08.2018 – горбуши в Северо-Курильской подзоне, размер доли 1,84%; 

- № ДВ-М-353 от 31.08.2018 – кижуча в Северо-Курильской подзоне, размер доли 2,044%; 

- № ДВ-М-1529 от 30.08.2018 – нерки в Северо-Курильской подзоне, размер доли 1,84%; 

- № ДВ-М-2256 от 31.08.2018 – чавычи в Северо-Курильской подзоне, размер доли 1,84%; 

- № ДВ-М-318 от 31.08.2018 – кеты в Северо-Курильской подзоне, размер доли 1,84%; 

- № ДВ-М-25 от 30.08.2018 – горбуши в Камчатско-Курильской подзоне, размер доли 10%; 

- № ДВ-М-335 от 31.08.2018 – кижуча в Камчатско-Курильской подзоне, размер доли 11,056%; 

- № ДВ-М-1506 от 31.08.2018 – нерки в Камчатско-Курильской подзоне, размер доли 10%; 

- № ДВ-М-295 от 30.08.2018 – кеты в Камчатско-Курильской подзоне, размер доли 10%.

В соответствии с п.п. «а» п. 6 вышеуказанных договоров, ответчик взял на себя обязательства осуществлять добычу (вылов) водных биологических ресурсов в пределах тех объемов, сроков, районов и в отношении тех видов водных биологических ресурсов, которые указаны в разрешении на добычу (вылов) водных биологических ресурсов.

Пунктом 2 ч. 2 ст. 13 Федерального закона №166-ФЗ от 20.12.2004 «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» предусмотрено, что принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биологических ресурсов осуществляется в случаях, если добыча (вылов) водных биологических ресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, осуществляется в течение 2 лет подряд в объеме менее 70 % промышленных квот и прибрежных квот.

Аналогичное е положение содержится в пунктах 11 вышеуказанных договоров.

В связи с реорганизацией ООО «Пилон» в форме выделения ООО «Пенча» к данным договорам подписаны дополнительные соглашения от 25.12.2019.

В связи с реорганизацией ООО «Пенча» в форме слияния с ООО «Шидон» к данным договорам подписаны дополнительные соглашения от 01.06.2021 о передаче данных квот к ООО «РК СПК». В порядке универсального правопреемства права и обязанности по вышеуказанным договорам перешли от ООО «Пенча» к ООО «РК СПК».

Размеры квот добычи (вылова) ВБР на 2019 год для осуществления промышленного рыболовства определены приложением к Приказу Федерального агентства по рыболовству от 29.12.2018 №794.

Размеры квот добычи (вылова) ВБР на 2020 год для осуществления промышленного рыболовства определены приложением к Приказу Федерального агентства по рыболовству от 27.12.2019 №761 (ООО «Пилон», ООО «Пенча», ООО «РК СПК» в приказ не включены).

Согласно представленным ответчиком сведениям о вылове водных биологических ресурсов, ответчик с 01.01.2019 по 31.12.2020, т.е. в течение 2-х лет подряд осуществлял добычу (вылов) водных биологических ресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, поименованных в указанных договорах, в объеме менее 70 % промышленных квот, что, по мнению истца, является безусловным основанием для расторжения спорных договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов. 

ООО «Пилон», ООО «Пенча», ООО «РК СПК» заявку на вылов на 2019 и 2020 гг. в соответствии с «Правилами оформления, выдачи, регистрации, приостановления действия и аннулировании разрешений на добычу вылов) водных биологических ресурсов, а также внесения в них изменений, утв. Постановлением Правительства РФ от 22.10.2008 №775 «Об оформлении, выдаче, регистрации, приостановлении действия и аннулирования разрешений на добычу (вылов) водных биологических ресурсов, а также о внесении в них изменений», не подавали.

Отчет о вылове биоресурсов за 2019 и 2020 гг. ООО «Пилон», ООО «Пенча», ООО «РК СПК» не подавали. Вылов за период 2019-2020 гг. отсутствует полностью.

В связи с тем, что ответчиком обязательства по заключенным договорам не исполнялись в период 2019-2020 гг., то 30.06.2021 истцом направлено требование (исх. №08-25\4139) о досрочном расторжении спорных договоров.

В соответствии с ответом ООО «РК СПК» от 02.07.2021 (вх. №00021426 от 06.07.2021) отказалось расторгать данные договоры.

Комиссией по подготовке предложений по определению долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов, согласно протоколу № 5 от 29.04.2019-20.05.2021 принято решение о принудительном расторжении спорных договоров в связи с невыполнением обязательств по освоению квот.

Таким образом, неисполнение пользователем обязательства по использованию квот на добычу (вылов) водных биологических ресурсов послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам Главы 7 АПК РФ, изучив доводы истца, возражения ответчика, пояснения специалистов, суд находит заявленное истцом требование обоснованным и подлежащим удовлетворению в виду следующего. 

Из представленных в материалы дела доказательств, суд усматривает, что возникшие между сторонами правоотношения квалифицируются судом как обязательственные отношения, возникшие из договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, которые подлежат регулированию нормами Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон о рыболовстве), а также общими нормами об обязательственных отношениях и договорах Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как предусмотрено в ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу ч. 1 ст. 450 ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 

1) при существенном нарушении договора другой стороной; 

2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором. 

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (часть 2 статьи 450 ГК РФ). 

В соответствии с п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором. 

На основании п. 1 ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное. 

В силу п. 2 ст. 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В ч. 1 ст. 5 Закона о рыболовстве определено, что законодательством о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов регулируются отношения, возникающие в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов.

Согласно ч. 2 ст. 5 Закона о рыболовстве договорные обязательства и иные отношения, связанные с оборотом водных биоресурсов, регулируются гражданским законодательством, если иное не установлено Законом о рыболовстве.

Согласно части 1 статьи 33.5 Закона о рыболовстве, договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, договор о предоставлении рыбопромыслового участка и договор пользования водными биоресурсами, отнесенными к объектам рыболовства, могут быть досрочно расторгнуты по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством, настоящим Федеральным законом.

Частью 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве установлено, что на основании требования органа государственной власти, заключившего договоры, указанные в статьях 33.1, 33.3 и 33.4 настоящего Федерального закона, допускается их досрочное расторжение в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 13 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, осуществляется в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов промышленных квот и прибрежных квот.

Следовательно, Законом о рыболовстве и условиями спорных договоров предусмотрено основание для их расторжения в судебном порядке по требованию одной из сторон, что соответствует положениям подпункта 2 пункта 2 статьи 450 ГК РФ.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в соответствии с п.п. «а» п. 6 вышеуказанных договоров, ответчик взял на себя обязательства осуществлять добычу (вылов) водных биологических ресурсов в пределах тех объемов, сроков, районов и в отношении тех видов водных биологических ресурсов, которые указаны в разрешении на добычу (вылов) водных биологических ресурсов.

Вместе с тем, из представленных ответчиком в адрес истца сведений о вылове водных биологических ресурсов, в период с 01.01.2019 по 31.12.2020, т.е. в течение 2-х лет подряд ответчик не осуществлял добычу (вылов) водных биологических ресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, поименованных в указанных договорах, в объеме выделенных промышленных квот. 

Также судом принимается во внимание, что, несмотря на направленное истцом в адрес ответчика предупреждение о необходимости выполнения условий указанных договоров, ответчик не освоил выделенные по спорным договорам квоты с 01.01.2019 по 31.12.2020, т.е. в течение 2-х лет подряд, что подтверждается представленными истцом в материалы дела данными по добыче.

Кроме того, суд учитывает довод истца о том, что Отчет о вылове биоресурсов за 2019 и 2020 года ООО «Пилон», ООО «Пенча» (ООО «РК СПК») не подавали, какая-либо добыча (вылов) водных биоресурсов за период 2019-2020 года отсутствовала, при этом в процессе рассмотрения настоящего дела указанный факт ответчиком также не оспаривался.

В связи с указанным суд приходит к выводу о том, что истцом доказан факт неисполнения ответчиком обязательств по добыче (вылову) водных биоресурсов за период 2019-2020, т.е. в течение 2-лет подряд, что является существенным нарушением условий спорных договоров, поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что в данном случае указываемые истцом нарушения повлекли существенный ущерб, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении с ответчиком спорных договоров.

Доводы ответчика о том, что принятие Федерального закона от 29.06.2015 г. № 208-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и введение с 01.01.2016 запрета на использование дрифтерных сетей при осуществлении промышленного рыболовства привело к невозможному освоению ответчиком выделенных долей квот в период с 2019 по 2019 годы в рамках заключенных договоров, поскольку в настоящее время, начиная с 2016 года, отсутствуют экономически эффективные орудия лова водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море, в связи с чем имеются обстоятельства непреодолимой силы, судом отклоняются как необоснованные в виду следующего.

Как установлено судом, ответчик ссылается на отсутствие вылова водных биологических ресурсов в течение 2019-2020 годах в связи с принятием Федерального закона от 29.06.2015 г. № 208-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" и возникновением обстоятельства непреодолимой силы, что привело к отсутствию эффективных орудий лова пригодных для добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море. 

Согласно пунктам 4, 5 части 1 статьи 26 Закона о рыболовстве в целях обеспечения сохранения водных биоресурсов и их рационального использования могут устанавливаться ограничения рыболовства, заключающиеся в установлении видов и количества разрешаемых орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов; размера ячеи орудий добычи (вылова) водных биоресурсов, размера и конструкции орудий добычи (вылова) водных биоресурсов.

Согласно указанному закону в статью 50.2 Федерального закона внесено изменение с формулировкой о том, что в целях обеспечения сохранения анадромных видов рыб на миграционных путях к местам нереста запрещается применение плавных (дрифтерных) сетей при осуществлении промышленного рыболовства, рыболовства в научно-исследовательских и контрольных целях и прибрежного рыболовства анадромных видов рыб во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ и в исключительной экономической зоне РФ". 

В соответствии со статьей 50.2 Закона о рыболовстве (введена Федеральным законом от 29.06.2015 № 208-ФЗ) в целях обеспечения сохранения анадромных видов рыб (к каковым относятся, в частности, кета, чавыча и нерка) на миграционных путях к местам нереста запрещается применение плавных (дрифтерных) сетей при осуществлении промышленного рыболовства анадромных видов рыб во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации и в исключительной экономической зоне Российской Федерации. 

Приказом Минсельхоза России от 28.10.2015 № 510 «О внесении изменений в правила рыболовства для дальневосточного рыбохозяйственного бассейна» данные правила были дополнены пунктом 18.21 следующего содержания: «Запрещается применять плавные (дрифтерные) сети для добычи (вылова) анадромных видов рыб на миграционных путях к местам нереста в исключительной экономической зоне и территориальном море Российской Федерации». 

В дальнейшем Приказом Минсельхоза РФ от 19.04.2016  № 152, пункт 18.21 правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, был изложен в следующей редакции: «Запрещается: - применять при добыче (вылове) анадромных видов рыб все орудия и способы добычи (вылова), за исключением: а) тралов, в том числе близнецовых, кошельковых неводов, поверхностных ловушек - в границах исключительной экономической зоны Российской Федерации». 

Законность названных норм являлась предметом рассмотрения в деле№АКПИ17-387.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2017 по делу №АКПИ17-387 было отказано в признании недействующим пункта 8 приложения к приказу Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 19.04.2016 № 152 «О внесении изменений в правила рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, утвержденные приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 21.10.2013 № 385». 

Как указанно в Решении Верховного Суда Российской Федерации, оспариваемое положение не лишает права осуществлять промышленное рыболовство в исключительной экономической зоне Российской Федерации с применением; не запрещенных Правилами орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов, а утверждения истцов о неэффективности разрешенных орудий и способов добычи (вылова) не может быть предметом рассмотрения.

Верховным Судом Российской Федерации было указано на то, что оспариваемое положение не лишает истца права осуществлять промышленное рыболовство в исключительной экономической зоне Российской Федерации с применением не запрещенных Правилами орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов, а утверждения истца о неэффективности разрешенных орудий и способов добычи (вылова) не может быть предметом рассмотрения, в связи с отнесением понятия «эффективности» к категории доказательных понятий.

Приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 23.05.2019 N 267 утверждены Правила рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, согласно пункту 32.23 которых запрещено применять при добыче (вылове) анадромных видов рыб во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации и в исключительной экономической зоне Российской Федерации все орудия и способы добычи (вылова), за исключением, а) тралов, в том числе близнецовых, кошельковых неводов, поверхностных ловушек, - в границах исключительной экономической зоны Российской Федерации; б) тралов, в том числе близнецовых, кошельковых неводов, поверхностных ловушек, ставных сетей (кроме Западно-Сахалинской и Восточно-Сахалинской подзон), ставных неводов, ставных неводов типа "заездок", закидных неводов, вентерей и подледных ловушек для подледной добычи (вылова) корюшки азиатской зубастой - в территориальном море Российской Федерации и внутренних морских водах Российской Федерации.

Указанные орудия лова имеются в отраслевом справочнике.

Вместе с тем, заключая договоры в 2018 г., ответчик знал о внесенных в Закон рыболовства изменениях.

По доводам ответчика и пояснениям привлеченного специалиста на стороне ответчика ФИО5, судом установлено, что для рыболовства во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море по предоставленному праву вылова возможно использование только тех орудий лова, которые в настоящее время не являются пригодными с экономической точки зрения при добыче (вылове) анадромных видов рыб, то есть являются не эффективными.

Между тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлено доказательств того, что им осуществлялись попытки вылова водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море разрешенными орудиями лова в целях попытки освоения доли квот в период с 2019 по 2020 годы в рамках заключенных договоров, которые не привели к положительному результату, т.е. проведением, в том числе, практических испытаний, что свидетельствовало бы о действительной неэффективности использования данных видов орудий лова для вылова анадромных видов рыб.

Также из представленных в материалы дела доказательств судом не усматривается, что ответчиком, его правопредшествинниками предпринимались попытки для получения разрешения на добычу (вылов) водных биологических ресурсов на период 2019 и 2020 годы во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море для освоения долей вылова квот в рамках заключённых договоров.

Представленные в материалы дела доказательства, а именно заявления о выдаче разрешений отклонены Росрыболовстом по формальным основаниям, не относящимся в значительной степени к процедуре получения данного разрешения, которые не были в дальнейшем заявителями устранены, в связи с чем указанные обращения ответчика и его правопредшественника нельзя назвать целенаправленными попытками для получения соответствующего разрешения.

Также суд отмечает, что исходя из сведений, отраженных в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «РК СПК», основным видом деятельности ответчика является – «03.11 Рыболовство морское»,  вместе с тем ответчиком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства наличия определенных видов судов, предназначенных для вылова водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море, оснащенных разрешенными орудиями лова, что также ставит под сомнение довод ответчика о наличии обстоятельства непреодолимой силы (отсутствие эффективных орудий лова).

Наряду с этим, суд отмечает, что ответчик необоснованно ссылается на невозможность освоения доли квот, предоставленных в рамках спорных договоров, в связи с возникновением обстоятельства непреодолимой силы, выразившееся в отсутствии эффективного орудия лова для добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море, поскольку спорные договоры заключались 31 августа 2018 года правопредшественником ответчика и уже на данный период времени действовал запрет, введённый с 01.01.2016 Федеральным законом от 29.06.2015 г. № 208-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» на использование дрифтерных сетей в качестве орудия лова, о котором правопредшественник, также как и ответчик не мог не знать при заключении спорных договоров (переходе прав и обязанностей по спорным договорам).

Несмотря на то, что правоотношения между органом, предоставившим квоты на добычу (вылов) водных биологических ресурсов, и лицом, их получившим, в большей степени регулируются нормами Федерального закона от 29.06.2015 г. № 208-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», они не являются исключительно административными правоотношениями, поэтому к отношениям сторон по исполнению условий договоров могут быть применены нормы ГК РФ.

Так, на основании статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К непреодолимой силе могут быть отнесены такие обстоятельства общего характера, как стихийные бедствия (землетрясение, наводнение, занос), иные природные явления, характеризующиеся чрезвычайностью и непредотвратимостью.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 8 - 10 постановления от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств" требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки.

Таким образом, такие обстоятельства как отсутствие эффективного орудия лова, начиная с 01.01.2016, по настоящее время для добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах РФ, в территориальном море РФ, на континентальном шельфе РФ, в исключительной экономической зоне РФ, Каспийском море, признаются законодателем предпринимательскими рисками, а не обстоятельствами непреодолимой силы, как ссылается ответчик. 

С учетом изложенного, исходя из положений статьи 2 ГК РФ, ответчик и его правопредшественники, как субъекты предпринимательской деятельности, принявшие от своего имени решение заключить спорные договоры о добыче (вылове) водных биологических ресурсов, на условиях, указанных в спорных договорах, не могли не предвидеть негативных последствий при ненадлежащем выполнении обязательств по договорам, учитывая, что с 01.01.2016 введен запрет  на использование дрифтерных сетей в качестве орудия лова.

Принимая во внимание указанные обстоятельств, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае исключительных случаев и ограничений рыболовства, предусмотренных в подпунктах «а» и «б» пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, которые являются основанием для отказа в принудительном прекращении права на добычу (вылов) водных биоресурсов судами, не установлено, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

В связи с изложенным, доводы ответчика о наличии обстоятельств непреодолимой силы судом во внимание не принимаются и отклоняются как необоснованные и документально не подтвержденные, обусловленные предпринимательским риском.

Суд также отклоняет доводы ответчика о том, что не имеется обстоятельств для расторжения спорных договоров, в связи с тем, что ответчиком понесены убытки по приобретению соответствующих квот. 

Так, материалами дела подтверждается, что права и обязанности по спорным договорам перешли к ООО «РК СПК» в порядке универсального правопреемства от правопредшествинников, в связи с их реорганизацией, права и обязанности по спорным договорам перешли к ООО «РК СПК» в порядке универсального правопреемства, что исключает несение ООО «РК СПК» убытков в виде платы за предоставляемые доли квот по спорным договорам.

Судом принято во внимание, что предоставление соответствующему государственному органу предусмотренного статьей 33.5 Закона о рыболовстве права на досрочное расторжение договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов является исключительной мерой и предупреждение пользователя о необходимости исполнения обязательств направлено на исполнение им условий договоров и предоставление ему возможности осуществить добычу (вылов) биоресурсов на предоставленных участках в целях их рационального освоения.

При этом за весь спорный период и по настоящее ответчик, в том числе и как самостоятельное юридическое лицо не освоил выделенные по спорным договорам квоты в каком-либо объеме, за получением разрешений на  вылов, в том числе на текущий год не обращался.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ с учётом вышеприведенных норм права, выявив факт неосвоения ООО «РК СПК» в установленном объёме выделенных ему квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов в течение двух лет по спорным договорам, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленного иска.

Ссылка ответчика на представленную судебную практику судом не принимается, поскольку фактические обстоятельства спора и объем доказательств оцениваются судами в каждом конкретном деле в совокупности и взаимосвязи.

Указание общества о том, что истец уже обращался с иском о расторжении указанных договоров связи с не освоением квот за спорный период судом не принят как не подтвержденный. 

Иные доводы и возражения судом не принимаются, как не влияющие на вышеизложенные  выводы суда по существу спора.

На основании изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению. 

Расходы по оплате государственной пошлины по настоящему делу в соответствии со ст. 110 АПК РФ относятся на ответчика, подлежат взысканию в доход федерального бюджета, поскольку истец в силу статьи 105 АПК РФ, статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины.

            Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить.

   Расторгнуть договоры №№ ДВ-М-31 от 30.08.2018, ДВ-М-1512 от 30.08.2018, ДВ-М-2239 от 31.08.2018, ДВ-М-301 от 30.08.2018, ДВ-М-38 от 30.08.2018, ДВ-М-343 от 31.08.2018, ДВ-М-1519 от 30.08.2018, ДВ-М-2246 от 31.08.2018, ДВ-М-308 от 30.08.2018, ДВ-М-48 от 30.08.2018, ДВ-М-353 от 31.08.2018, ДВ-М-1529 от 30.08.2018, ДВ-М-2256 от 31.08.2018, ДВ-М-318 от 31.08.2018, ДВ-М-25 от 30.08.2018, ДВ-М-335 от 31.08.2018, ДВ-М-1506 от 31.08.2018, ДВ-М-295 от 30.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства.

            Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РК СПК»  в доход федерального бюджета 108 000,00 рублей государственной  пошлины.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу, по заявлению взыскателя.

            Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и  в Арбитражный суд Дальневосточного округа  в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья                                                                                                  Власенко Т.Б.