Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-280023/19-84-2226

18 декабря 2019 г.

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 11.12.2019 г.

Решение изготовлено в полном объеме 18.12.2019 г. 

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Сизовой О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по заявлению: ООО «Национальное агентство клинической фармакологии и фармации» (115088, Москва, ул. Угрешская, д.2, стр.8, эт.2, пом.34)

к Московскому областному  УФАС России (123423, Москва, Карамышевская наб., д.44)

третье лицо: ГБУ МО "ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 2 ИМЕНИ В.И.ЯКОВЕНКО"

о признании незаконным и отмене решения от 16.10.2019,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 (паспорт, доверенность от 28.11.2019 №28/19), ФИО3 (паспорт, приказ №142 от 10.12.2008),

от ответчика: ФИО4 (удостоверение, доверенность от 16.02.2018 №02/СЕ/1095),

от третьего лица: ФИО5 (паспорт, доверенность от 09.08.2019),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Национальное агентство клинической фармакологии и фармации» (далее — Заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании  решения Московского областного УФАС России от 16.10.2019 по делу № РНП-35357/19 о рассмотрении сведений о включении в реестр недобросовестных поставщиков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ГБУ здравоохранения Московской области «Психиатрическая больница № 2 имени В.И. Яковенко» (далее — Заказчик, Учреждение).

В судебном заседании представитель Заявителя поддержал заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, изложенным в заявлении, отметив, что упомянутый акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в связи с лишением его возможности в течение двух лет заниматься предпринимательской деятельностью. Также указал на безосновательное игнорирование административным органом представленных ему доказательств объективной невозможности подписания государственного контракта и проявленный названным органом формальный подход к исследованию и оценке всех представленных в дело доказательств. Кроме того, представители Заявителя также обратил внимание суда на предпринятые со стороны общества попытки урегулирования возникшей ситуации с Заказчиком, собственную готовность покрыть все причиненные последнему убытки вследствие незаключения государственного контракта именно с Заявителем, потому настаивал на несоразмерности допущенного обществом нарушения примененной к нему мере публично-правовой ответственности, ввиду чего настаивали на незаконности оспариваемого ненормативного правового акта антимонопольного органа и просил суд о признании его таковым в судебном порядке.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам ранее представленного отзыва, пояснив суду, что применение мер публично-правовой ответственности к Заявителю было обусловлено неподписанием им государственного контракта в установленный законом срок в отсутствие объективных к тому препятствий, а также сославшись на отсутствие у административного органа правомочий вмешиваться в хозяйственную деятельность общества, ввиду чего Ответчиком не исследовались вопросы взаимоотношений и взаимодействия Заявителя с Заказчиком в ходе заключения государственного контракта. Также в судебном заседании представитель Ответчика обратил внимание суда на то, что оспариваемый ненормативный правовой акт не нарушает права и законные интересы общества, ввиду чего полагал отсутствующими правовые основания к удовлетворению заявленного требования и, как следствие, настаивал на законности оспоренного по делу решения.

Представитель Третьего лица – ГБУ здравоохранения Московской области «Психиатрическая больница № 2 имени В.И. Яковенко» в судебном заседании оставил разрешение спора на усмотрение суда, одновременно подтвердив ведение переговоров с Заявителем в ходе заключения государственного контракта по вопросу своевременности его подписания со стороны последнего и указав на отсутствие для себя каких-либо неблагоприятных последствий, связанных с таким неподписанием со стороны общества.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Учреждением проведен открытый аукцион в электронной форме на право заключения государственного контракта на оказание услуг по проведению лабораторных исследований для нужд  ГБУ здравоохранения Московской области «Психиатрическая больница № 2 имени В.И. Яковенко» (реестровый номер закупки 0348200047719000090), по результатам которого общество признано победителем проведенной закупочной процедуры, что оформлено протоколом подведения итогов электронного аукциона, составленным 27.09.2019, ввиду чего названному участнику на основании ч. 2 ст. 83.2 Федерального закона от 05 апреля 2013 года   № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе в сфере закупок) направлен проект государственного контракта на подписание.

В соответствии с приведенной нормой права в течение пяти дней с даты размещения в единой информационной системе протокола подведения итогов аукциона заказчик размещает в единой информационной системе и на электронной площадке с использованием единой информационной системы без своей подписи проект контракта, который составляется путем включения в проект контракта, прилагаемый к документации или извещению о закупке, цены контракта, предложенной участником закупки, с которым заключается контракт, либо предложения о цене за право заключения контракта в случае, предусмотренном ч. 23 ст. 68 названного закона, информации о товаре (товарном знаке и (или) конкретных показателях товара), информации, предусмотренной п. 2 ч. 4 ст. 54.4, п. 7 ч. 9 ст. 83.1 упомянутого закона, указанных в заявке, окончательном предложении участника электронной процедуры.

Материалами дела подтверждается, что Заказчиком победителю закупки посредством функционала электронной торговой площадки 01.10.2019 направлен проект государственного контракта на подписание.

Согласно ч.ч. 3, 4 ст. 83.2 Закона о контрактной системе в сфере закупок в течение пяти дней с даты размещения заказчиком в единой информационной системе проекта контракта победитель электронного аукциона размещает в единой информационной системе проект контракта, подписанный лицом, имеющим право действовать от имени победителя такого аукциона, а также документ, подтверждающий предоставление обеспечения исполнения контракта и подписанный усиленной электронной подписью указанного лица, либо протокол разногласий, подписанный усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени победителя такого аукциона, в котором победитель аукциона указывает замечания к положениям проекта контракта, не соответствующим извещению о проведении такого аукциона, документации о нем и своей заявке на участие в таком аукционе, с указанием соответствующих положений данных документов.

При этом, как усматривается из материалов дела, никаких протоколов разногласий со стороны Заявителя в адрес Заказчика не направлялось, а потому регламентированный срок подписания обществом направленного ему контракта истекал 07.10.2019.

Между тем, как усматривается из материалов дела и достоверно установлено Ответчиком, в установленный законом срок проект государственного контракта со стороны Заявителя подписан не был, ввиду чего Заказчиком 08.10.2019 составлен протокол о признании общества уклонившимся от заключения государственного контракта.

При этом отказ Учреждения от заключения государственного контракта с Заявителем был обусловлен неподписанием последним в законодательно отведенный на то срок проекта государственного контракта.

Впоследствии Учреждением направлены материалы в антимонопольный орган для проведения проверки по факту уклонения от заключения контракта и включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

По результатам рассмотрения представленных сведений антимонопольный орган оспариваемым решением включил сведения об обществе в названный реестр, поскольку счел факт уклонения последним от заключения государственного контракта подтвержденным.

В соответствии с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200, ч. 3 ст. 201 АПК РФ ненормативный правовой акт может быть признан судом недействительным, а решения и действия незаконными при одновременном их несоответствии закону и нарушении ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд». Таким образом, оспариваемый ненормативный правовой акт Московского УФАС России вынесен в пределах предоставленных законодательством полномочий.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Заявитель был признан победителем открытого аукциона в электронной форме на право заключения государственного контракта на оказание услуг по проведению лабораторных исследований для нужд  ГБУ здравоохранения Московской области «Психиатрическая больница № 2 имени В.И. Яковенко» (реестровый номер закупки 0348200047719000090), что оформлено протоколом подведения итогов электронного аукциона, составленным 27.09.2019.

При этом, материалами дела подтверждается, что Учреждением в настоящем случае во исполнение требований ч. 2 упомянутой статьи закона 01.10.2019 в адрес Заявителя посредством функционала электронной торговой площадки направлен проект государственного контракта для подписания со стороны Заявителя в регламентированный законом срок.

В то же самое время, как следует из материалов дела и не оспаривается Заявителем (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), государственный контракт с его стороны в установленный срок не подписан.

В обоснование неисполнения со своей стороны обязательств по подписанию государственного контракта Заявитель указывает на имевший место в ночь со 02 на 03.10.2019 прорыв трубопровода и затопление нескольких помещений в арендуемом обществом помещении, в результате чего вышла из строя вся компьютерная техника, с посредством которой планировалось подписание государственного контракта. В доказательство приведенных утверждений Заявителем в материалы дела были представлены письма собственника упомянутых помещений – ООО «ДАСЛЕР» от 16.09.2019 с указанием на необходимость немедленного информирования его в случае обнаружения протечек в системе отопления, а также от 03.10.2019 (исх. № б/н) с подтверждением имевшего место прорыва трубопровода и предстоящего восстановления систем отопления на протяжении нескольких дней. Кроме этого, Заявитель также сослался на внезапное ухудшение состояния здоровья и уход на больничный с 04.10.2019 ответственного за подписание государственного контракта сотрудника общества, в доказательство чего была представлена справка № 8 о временной нетрудоспособности.

Также в судебном заседании представители Заявителя указали на неоднократно совершавшиеся телефонные звонки в адрес Заказчика с обоснованием причин неподписания со своей стороны государственного контракта, а также представили письмо Учреждения от 28.11.2019 (исх. № 1066), в котором Заказчик указывает на собственную осведомленность относительно причин неподписания обществом государственного контракта и отсутствие у него каких-либо претензий к последнему и убытков и неблагоприятных последствий, связанных с таким неподписанием.

В судебном заседании представитель Учреждения подтвердил сведения, изложенные в упомянутом письме, дополнительно отметив, что обществом в процессе заключения государственного контракта предлагалось Заказчику полное возмещение убытков и покрытие любых расходов, связанных с неподписанием государственного контракта в установленный срок, однако ввиду быстрого заключения государственного контракта со вторым участником закупки Третье лицо не понесло для себя никаких неблагоприятных последствий, ввиду чего никаких претензий к Заявителю не имеет.

В то же время, из содержания оспариваемого решения контрольного органа видно, что с его стороны при разрешении вопроса о применении меры публично-правовой ответственности имела место исключительно лишь формальная констатация факта неподписания Заявителем проекта государственного контракта и отсутствие документального подтверждения прорыва трубопровода в арендуемых обществом помещениях.

Между тем, суд не может согласиться с подобным подходом Ответчика к разрешению вопроса о применении в отношении Заявителя мер публично-правовой ответственности и полагает данный подход формальным и не основанным на нормах права.

Так, согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

При этом, учитывая то обстоятельство, что реестр недобросовестных поставщиков является мерой публично-правового характера, антимонопольный орган в каждом конкретном случае обязан выяснить причины незаключения контракта и оценить существенность допущенного нарушения, чего в настоящем случае не было сделано административным органом.

В то же самое время, в целях соблюдения баланса частных и публичных интересов, стабильности публичных правоотношений и общегражданских правовых принципов добросовестного осуществления и защиты гражданских прав (ч. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), а также в целях соблюдения принципа соразмерности допущенного нарушения применяемой мере ответственности антимонопольному органу при принятии решения о включении либо невключении сведений о хозяйствующем субъекте в реестр недобросовестных поставщиков надлежит исходить не только из самого по себе факта нарушения сроков подписания государственного контракта, но также из специфики такого нарушения и наличия у участника закупки возможности предотвратить и избежать такого нарушения, а также из совокупности действий, совершенных этим участником в ходе заключения контракта. При этом, только полная оценка всех перечисленных элементов в совокупности с поведением упомянутого субъекта в ходе заключения государственного контракта позволит административному органу прийти к выводу о необходимости либо отсутствии необходимости применения мер публично-правовой ответственности.

Так, Заявитель указывает на возникший со 02 на 03 октября 2019 года прорыв трубопровода, что было подтверждено письмом собственника арендуемых Заявителем помещений. При этом, содержание упомянутого письма и легитимность его составления представителем Ответчика в судебном заседании не оспорена, ввиду чего у суда отсутствуют основания считать указанное доказательство ненадлежащим в контексте ст. 68 АПК РФ, в связи с чем суд считает факт имевшего место прорыва трубопровода доказанным со стороны Заявителя.

Кроме того, суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что прорыв трубопровода, на который ссылается общество, произошел на 2-й день, отведенный Заявителю на подписание государственного контракта, что не позволяет в настоящем случае вести речь о проявленной им неосмотрительности и неосторожности путем затягивания процедуры подписания государственного контракта до последнего отведенного на это дня.

Более того, при оценке поведения Заявителя суд также принимает во внимание и пояснения Третьего лица, данные им в ходе судебного заседания, согласно которым Учреждение было осведомлено о причинах неподписания обществом государственного контракта, поскольку сразу же после возникновения аварийной ситуации сотрудники Заявителя связывались с Заказчиком и предлагали компенсацию любых понесенных им затрат, связанных с невозможностью своевременного заключения государственного контракта.

В то же время, как следует из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, названные обстоятельства антимонопольным органом не выяснялись и не проверялись, какой-либо оценки указанным обстоятельствам административным органом в оспариваемом решении не дано, равно как и не дано оценки отсутствию у Заказчика каких-либо неблагоприятных последствий, связанных со сложившейся вокруг заключения контракта ситуацией.

В судебном заседании на прямой вопрос суда относительно выяснения контрольным органом поведенческих аспектов общества в ходе заключения государственного контракта и его взаимодействия с Заказчиком в ходе такого заключения представитель антимонопольного органа ответил отрицательно, сославшись на гражданско-правовой характер таких отношений, вмешиваться в которые названный орган не имеет права.

При таких данных, учитывая отсутствие как в тексте оспоренного по делу решения, так и в представленном суду отзыве и в выступлении представителя Ответчика в ходе судебного заседания оценки представленных Заявителем доказательств объективной невозможности подписания государственного контракта, а также поведенческих аспектов общества в ходе заключения государственного контракта, суд полагает возможным оценить их самостоятельно в пользу Заявителя как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях, представляющей в защиту своей позиции те доказательства, которые данная сторона смогла получить законным путем. Ответчиком же легитимность и достоверность собранной обществом доказательственной базы не оспорена, равно как и не доказана необходимость применения к последнему такой меры публично-правовой ответственности, как включение в реестр недобросовестных поставщиков.

Оценивая содержание оспоренного по делу решения антимонопольного органа, суд обращает внимание на его абсолютно формальный характер, ограничивающийся исключительно констатацией факта того, что Заявителем государственный контракт не был подписан в установленный законом срок. При этом решение контрольного органа не содержит ни анализа причин такого неподписания, ни оценки поведенческих аспектов общества в ходе заключения государственного контракта, ни тем более оценки степени соразмерности допущенного Заявителем нарушения примененной Ответчиком мере ответственности.

При этом, суд отклоняет доводы Заявителя о недопустимости включения его в реестр недобросовестных поставщиков, обоснованные ссылками на постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 № 13-П и от 21.11.2002 № 15-П, поскольку, как следует из постановления Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2016 по делу № А40-76227/2015, указанные выводы Конституционного Суда Российской Федерации к спорным правоотношениям неприменимы.

В то же время, при оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках заключения государственного контракта, суд признает, что ограничение права Заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года значительно превышает степень негативных последствий, наступивших для Заказчика (об отсутствии которых в судебном заседании высказался сам Заказчик и что было полностью проигнорировано административным органом в оспариваемом решении), в связи с чем примененная антимонопольным органом мера, по мнению суда, является несоразмерной и несправедливой.

Указанные обстоятельства, как следует из содержания оспариваемого решения, административным органом также не выяснялись, а потому суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на формальном подходе со стороны контрольного органа к разрешению подобных споров и поверхностном изучении всех обстоятельств дела, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

При таких данных, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте, следует признать ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Ответчика не имелось правовых оснований к признанию общества уклонившимся от заключения государственного контракта и применению к Заявителю мер публично-правовой ответственности.

При этом, необоснованное включение сведений в отношении Заявителя в реестр недобросовестных поставщиков влечет за собой нарушение его прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности, поскольку препятствует осуществлению им такой деятельности до даты исключения соответствующих сведений о нем из упомянутого реестра.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с пунктом 16 Правил ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1062, информация о недобросовестном поставщике (подрядчике, исполнителе), предусмотренная ч. 3 ст. 104 Федерального закона, исключается из реестра по истечении 2 лет с даты ее включения в реестр, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, - до истечения указанного срока на основании решения суда.

В связи с чем, в качестве способа восстановления нарушенного права Заявителя в силу п. 3 ч. 5 ст. 201 АПК РФ, исходя из заявленных обществом требований, суд считает необходимым обязать Управление Федеральной антимонопольной службы по Московской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «Национальное агентство клинической фармакологии и фармации» в установленном законом порядке и сроки.

Судом рассмотрены все доводы Ответчика, однако приведенные доводы не доказывают законность принятого им по делу решения, ввиду чего требования Заявителя являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подп. 1.1 п. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со ст. 110 Кодекса.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему законодательству, признать незаконным решение УФАС по Московской области от 16.10.2019 года по делу № РНП – 35357/19 о включении сведений в реестр недобросовестных поставщиков.

Взыскать с Московского областного УФАС России в пользу ООО «Национальное агентство клинической фармакологии и фармации» расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                              О.В. Сизова