ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-7350/2018-ГК

Дело № А40-204728/15-62-225

г. Москва

06 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2018 года

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Гарипова В.С.,  

судей:  Верстовой М.Е., Ким Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 19 декабря 2017 года 

по делу № А40-204728/15-62-225, принятое судьей Жежелевской О.Ю., 

по иску Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл 

к 1) АО «ИРИТО», 2) руководителю ликвидационной комиссии АО «ИРИТО» ФИО2, 

при участии третьих лиц: 1) ООО «ЗСК-Стандарт», 2) ООО «Ремсервис», 3) ООО «ИМС», 4) Конкурсный управляющий ООО «ИМС» ФИО3, 

о взыскании задолженности в размере 49 598 661,30 долларов США,

о понуждении руководителя ликвидационной комиссии АО «ИРИТО» ФИО2 включить задолженность перед Автомобильной компанией с ограниченной ответственностью Грейт Волл в ликвидационный баланс АО «ИРИТО»

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4 и ФИО5 по доверенности от 19.10.15;

от ответчиков: 

от АО «ИРИТО» - ФИО6 по доверенности от 23.11.15;

от руководителя ликвидационной комиссии АО «ИРИТО» - не явился, извещен;

от третьих лиц: 

от ООО «ИМС» и Конкурсного управляющего ООО «ИМС» - ФИО7 по доверенности от 15.11.17,

от ООО «ЗСК-Стандарт», ООО «Ремсервис» - не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к Акционерному обществу «ИРИТО» (далее – ответчик), к руководителю ликвидационной комиссии АО «ИРИТО» ФИО2 (далее – ответчик 2) о взыскании задолженности по гарантийным письмам в размере 49 598 661,30 долларов США и о понуждении руководителя ликвидационной комиссии ИРИТО ФИО2 включить указанную задолженность в ликвидационный баланс ответчика. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 30.10.2015 г. исковое заявление Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл к ИРИТО и руководителю ликвидационной комиссии ИРИТО ФИО2 было принято к производству. Делу был присвоен № А40-204728/15-62-225. 

30.12.2015 г. определением Арбитражного суда г. Москвы дело № А40- 204728/15-62-225 было объединено для совместного рассмотрения в одно производство с делом №А40-204424/15 по исковому заявлению Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл к ООО «ИМС» (далее также - «ИМС») о взыскании задолженности в размере 48 443 716,80 долларов США и понуждении руководителя ликвидационной комиссии ИМС ФИО8 включить указанную задолженность в ликвидационный баланс ИМС. 

Арбитражный суд города Москвы от 04.08.2016 г. Решением по делу № А40-204728/2015 иск удовлетворил частично: 

Взыскал с ООО "ИМС" в пользу истца задолженность в размере 950 413 долларов США, а также 200 000 руб. 00 коп. расходов по уплате госпошлины; 

В удовлетворении остальной части иска к ООО "ИМС" отказал; 

Понудил руководителя ликвидационной комиссии ООО "ИМС" ФИО8 включить задолженность перед АКОО Грейт Волл в размере 950 413 долларов США в ликвидационный баланс ООО "ИМС"; 

В удовлетворении остальной части иска к руководителю ликвидационной комиссии ООО "ИМС" ФИО8 отказал; 

В иске о взыскании с АО "ИРИТО" в пользу АКОО Грейт Волл задолженности в размере 49 598 661,30 долларов США отказал; 

В иске о понуждении руководителя ликвидационной комиссии АО "ИРИТО" ФИО2 включил задолженность перед АКОО Грейт Волл в размере 49 598 661,30 долларов США в ликвидационный баланс АО "ИРИТО" отказал.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2016 г. по делу № А40-204728/2015 Решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.03.2017 г. по делу №40-204728/2015 Решение суда от 04.08.2016 г. и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2016 г. суда отменены, дело направлено на новое рассмотрение. 

Отменяя указанные судебные акты, суд кассационной инстанции указал на необходимость оценить доводы сторон относительно притворного характера сделок, учитывая их исполнение и положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности сторон, обсудить вопрос о наличии предусмотренных статьей 51 Кодекса оснований для привлечения к участию в деле общества с ограниченной ответственностью «Ремстройсервис», оценить участие закрытого акционерного общества «Гжельский завод Электроизолятор» в схеме взаимоотношений лиц, участвующих в деле, оценить правовой и экономический смысл заключения совокупности сделок, часть из которых объявлена истцом притворной, обосновать неприменение к спорным отношениям законодательства КНР. 

При новом рассмотрении определением суда от 27.10.2017 г. в порядке ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ОАО «Банк Москвы» (ПАО «ВТБ»). 

При новом рассмотрении Определением Арбитражного суда города Москвы от 05 июня 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора в порядке ст. 51 АПК РФ привлечено ООО «Ремсервис». 

Определением суда от 19.07.2017 г. в порядке пп. 4 ч. 1 ст. 148 АПК РФ исковое заявление Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл по делу № А40-204728/15-62-225 в части требования к ООО «ИМС» о взыскании задолженности в размере 48 443 716,80 долларов США и о понуждении руководителя ликвидационной комиссии ООО «ИМС» ФИО8 включить указанную задолженность в ликвидационный баланс ООО «ИМС» было оставлено без рассмотрения.

Исковые требования мотивированы тем, что у ответчика возникла задолженность по договорам купли-продажи, для обеспечения своевременной и надлежащий оплаты всех причитающихся платежей по 19 купли-продажи АО «ИРИТО» были выданы гарантийные письма, впоследствии единственным участником ответчика было принято решение о ликвидации гаранта, сведения о его ликвидации были опубликованы в Вестнике государственной регистрации, в связи с неисполнением своих обязательств по договорам купли-продажи, истцом было направлено требование руководителю ликвидационной комиссии, поскольку направленное требование осталось безответным, истец обратился в суд с соответствующими требованиями.

Арбитражный суд города Москвы решением от 19 декабря 2017 года в иске о взыскании с АО «ИРИТО» в пользу АК ОО Грейт Волл (регистрационный номер 130000400000628) задолженности в размере 49 598 661,30 долларов США отказал. 

В иске о понуждении руководителя ликвидационной комиссии АО «ИРИТО» ФИО2 включить задолженность перед АК ОО Грейт Волл в размере 49 598 661,30 долларов США в ликвидационный баланс АО «ИРИТО» отказал.

Не согласившись с принятым решением, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение Арбитражного суда г. Москвы от 19.12.2017 г. по делу № А40-204728/2015 и принять новый судебный акт о взыскании с АО «ИРИТО» в пользу АК ОО Грейт Волл задолженности по гарантийным письмам в размере 49 598 661,30 долларов США и о понуждении руководителя ликвидационной комиссии ИРИТО ФИО2 включить задолженность в размере 49 598 661,30 долларов США в ликвидационный баланс АО «ИРИТО».

В обоснование своей позиции истец указывает, что унифицированные правила ICC не предусматривают императивный перечень сведений, подлежащих отражению в гарантийных письмах. Данный вывод подтверждается как буквальным и системным толкованием унифицированных правил ICC, так и официальным ответом ICC Russia - разработчика унифицированных правил ICC. В связи с этим отсутствие каких-либо сведений, указанных в ст. 3 Унифицированных правил ICC, не может влечь невыданность Гарантийных писем;

Согласно условиям Гарантийных писем все вопросы, которые прямо не урегулированы в унифицированных правилах ICC, разрешаются в соответствии с правом Китайской Народной Республики. Вопросы толкования гарантийных писем, оснований невыданности и последствий подобной невыданности не регулируются унифицированными правилами ICC. В связи с этим данные вопросы должны были решаться в соответствии с правом Китайской Народной Республики.

Условия о максимальной сумме и сроке действия были прямо согласованы в Гарантийных письмах. Данный вывод следует как из буквального толкования условий Гарантийных писем, так и права Китайской Народной Республики.

Гарант, и принципалы входят в одну группу компаний и подконтрольны одному и тому же лицу. В связи с этим ответчик при выдаче Гарантийных писем не мог не знать о том, какие именно обязательства и на какую сумму обеспечиваются выданными Гарантийными письмами.

Суд первой инстанции незаконно отказал в применении принципа эстоппель, поскольку ответчик неоднократно давал истцу заверения о том, что Гарантийные письма являются выданными и порождают необходимые правовые последствия. Данные заверения содержались как в самих Гарантийных письмах, так и в направленных ответчиком правовых заключениях;

Гарантийные письма обеспечивают, в том числе, и те договоры купли-продажи, которые были заключены после 22.01.2010 г. Данный вывод следует как из буквального толкования условий Гарантийных писем, так и из системного толкования, поскольку целью выдачи Гарантийных письмах являлось увеличение товарооборота между бенефициаром и принципалами после 22.01.2010 г.

Договоры купли-продажи от 2014 г. между бенефициаром (истец) и принципалом (ООО «ИМС») были заключены во исполнение Соглашения о сборке, датированного до выдачи Гарантийных писем, а именно 12.06.2009 г. Следовательно, ответчик при выдаче Гарантийных писем не мог не знать, что выданные Гарантийные письма обеспечивают договоры купли-продажи, которые будут заключены в будущем на основании Соглашения о сборке от 12.06.2009 г.

Обязательства ответчика по Гарантийным письмам носят независимый характер. В связи с этим надлежащим основанием для отказа в совершении платежа могло быть лишь несоблюдение самих условий Гарантийных писем.

Суд первой инстанции вышел за пределы своих полномочий и исследовал правоотношения между бенефициаром и принципалами. Суд первой инстанции сделал выводы о необоснованности довода истца о недействительности контрактов купли-продажи между истцом и ООО «Ремсервис», ООО «ЗСК-Стандарт», ООО «Логистик-Инвест» несмотря на то, что истец не заявлял подобный довод в суде первой инстанции в ходе второго круга, и исковые требования в данной части были оставлены без рассмотрения.

Согласно п. 22 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 09.07.2013 г. № 158 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц» неисполнение или ненадлежащее исполнение судом обязанности по установлению содержания норм иностранного права в нарушение статьи 14 АПК РФ и статьи 1191 ГК РФ является основанием для изменения или отмены судебного акта.

Суд обязан либо возложить подобную обязанность на лиц, участвующих в деле, либо самостоятельно установить содержание норм права КНР. В противном случае, данное обстоятельство будет являться безусловным основанием для отмены судебного акта.

Решение суда первой инстанции подлежит безусловной отмене, поскольку судом первой инстанции не было установлено и применено содержание норм права Китайской Народной Республики.

Довод ответчика, согласно которому Гарантийные письма охватывают лишь договоры, заключенные к моменту выдачи Гарантийных писем, является необоснованным, поскольку в англо-китайском варианте Гарантийных писем, обладающем приоритетом перед русским вариантом, речь идет о договорах купли-продажи, подписываемых между истцом и Покупателем, в том числе и подписываемых в будущем.

В соответствии со ст. 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие ответчика 2 и третьих лиц 1 и 2, надлежащим образом извещенных в порядке статей 121-123 АПК РФ о времени и месте судебного заседания.

В судебном заседании представитель истца заявил ходатайство об установлении содержания норм иностранного права, в котором просит обратиться за содействием и разъяснением в Министерство юстиции Российской Федерации либо возложить на стороны обязанность по представлению сведений о содержании норм права Китайской Народной Республики.

Апелляционный суд протокольным определением отказал в удовлетворении заявленного ходатайства, установив отсутствие оснований для его удовлетворения и исходя из выводов, изложенных ниже.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель истца поддержал доводы и требования апелляционной жалобы, представители ответчика и третьих лиц 3 и 4 возражали против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого решения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены решения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Истец ссылается на следующие обстоятельства.

Между истцом и ООО «ИМС» был заключен ряд договоров: 19 договоров купли-продажи, договор поставки IMS-12/09 от 01.12.2009, по которым, по мнению истца, у ответчика образовалась задолженность вследствие неоплаты поставленных ему товаров. 

Как указывает истец, 22.01.2010 года Закрытое акционерное общество «ИРИТО» (впоследствии сменившее фирменное наименование на Акционерное общество «ИРИТО») выдало в пользу Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл два гарантийных письма (т.1 л.д.23-31 и т.1 л.д.32-40). 

Одно - для обеспечения своевременной и надлежащей оплаты всех причитающихся платежей в долларах США по 19 договорам купли-продажи (вместе с меморандумами), заключенным между истцом и ООО «ИМС», а именно: №№GJKDRM140306SC от 15.03.2014г., GJKDRM140308SC от 24.03.2014г., GJKDRM140404SC от 15.04.2014г., GJKDRM140405SC от 24.04.2014г., GJKDRM1405011SC от 28.05.2014г., GJKDRM1405012SC от 30.05.2014г., GJKDRM1406002SC от 04.06.2014г., GJKDRM1406004SC от 18.06.2014г., GJKDRM1406008SC от 19.06.2014г., GJKDRM1407001SC от 01.07.2014г., GJKDRM1407003SC от 07.07.2014г., GJKDRM1407006SC от 18.07.2014г., GJKDRM1408005SC от 07.08.2014г., GJKDRM1408007SC от 11.08.2014г., GJKDRM1408008SC от 20.08.2014г., GJKDRM1408010SC от 25.08.2014г., GJKDRM1409001SC от 02.09.2014г., GJKDRM1409002SC от 05.09.2014г., GJKDRM1409003SC от 11.09.2014г. и подписаны меморандумы к каждому из них (далее – 19 договор купли-продажи (т.1 л.д.23-190). 

Другое – по 4 договорам купли-продажи (вместе с меморандумами), заключенным между истцом и ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор», впоследствии преобразованным в ООО «Гжельский завод Электроизолятор», а именно: договорам купли-продажи GJKDRM1405003SC от 04.05.2014 г., GJKDRM1407002SC от 02.07.2014г., GJKDRM1408009SC от 28.08.2014 г., GJKDRM1409004SC от 12.09.2014 г. (далее – договор купли-продажи (т.2 л.д.76-111). 

В соответствии с пунктом 2 Гарантийных писем гарант обязуется немедленно осуществить своевременный платеж бенефициару по получении письменного требования с указанием на то, что Покупатель не осуществил своевременную выплату каких-либо платежей, предусмотренных Договорами купли-продажи. 

Согласно пункту 4 Гарантийных писем на силу действия гарантийного письма не влияют банкротство, прекращение деятельности, реорганизация, ликвидация или неплатежеспособность покупателей. Если вследствие указанных обстоятельств или любых других действий или событий покупатели потеряют статус юридических лиц, гарант обязуется нести ответственность за погашение покупателями своей задолженности в соответствии с договорами купли-продажи. 

В пункте 7 Гарантийных писем указано, что гарантийное письмо регулируется и толкуется в соответствии с Унифицированными правилами ICC для платежных гарантий от 1992 г. Публикация Международной торговой палаты № 458, (далее Унифицированные правила, 458 правила или правила). 

Истец надлежащим образом исполнил свои обязательства по 19 договорам купли-продажи, заключенным с ООО «ИМС» и 4 договорам купли-продажи, заключенным между истцом и ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор». 

Покупатели частично исполнили свои обязательства по оплате поставленного товара. Задолженность Ответчика перед истцом составляет 48 443 716,80 долларов США, а ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор» - 1 154 944,5 долларов США. 

Кроме того, у истца были заключены контракты поставки с ООО "Логистик Инвест" N GW03/092009 от 03.09.2009, ООО "Ремсервис" N 12-7/11 от 12.07.2011, ООО "ЗСК-Стандарт" N 2803/11 от 28.03.2011, которые, по мнению истца, носят притворный характер и являются ничтожными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ как сделки, совершенные в обход закона с противоправной целью. 

По мнению истца, указанные контракты, а также договоры между этими лицами и ООО «ИМС» прикрывают соглашение о сборке автомобилей от 12.06.2009 и заключаемые между истцом и ООО «ИМС» контракты купли- продажи отдельных партий товара во исполнение соглашения о сборке, в связи с чем истец считает ООО «ИМС» обязанным по оплате товара, покупателем которого были общества ООО "Логистик Инвест", ООО "Ремсервис", ООО "ЗСК-Стандарт". 

09.06.2015 г. единственным участником было принято решение о ликвидации ответчика, которое было опубликовано в Вестнике государственной регистрации 01.07.2015 года. 

26.08.2015, то есть в течение двух месяцев с момента опубликования сообщения о ликвидации, истец на основании пункта 2 гарантийных писем ответчика направил требования ответчику 2 о включении задолженности в промежуточный ликвидационный баланс, которое было оставлено без удовлетворения. 

В связи с чем, по мнению истца, на основании гарантийных писем ответчика, статей 63, 64, 64.1 ГК РФ с АО «ИРИТО» как гаранта в пользу истца подлежит взысканию задолженность в размере 49 598 661,30 долларов США (48 443 716.80 долларов США по 19 договорам, заключенным истцом с ООО «ИМС», и 1 154 944,5 долларов США по 4 договорам, заключенным истцом с ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор»), а указанная сумма - включению ответчиком 2 в ликвидационный баланс ответчика.

Согласно материалам дела, фактически истец поставлял товары трем покупателям - ООО ЗСК-Стандарт», ООО «Ремсервис», ООО «Логистик Инвест», которые являлись получателями товара по товаросопроводительным документам. 

Истцом в обоснование своих требований заявлен довод о притворном характере его сделок с ООО «Логистик Инвест», ООО «Ремсервис», ООО «ЗСК-Стандарт», в связи с чем считает их ничтожными на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ. Контракты с указанными лицами, а также их договоры с ООО «ИМС», по мнению истца, прикрывали соглашение о сборке автомобилей от 12.09.2009 и заключаемые между истцом и ООО «ИМС» договоры купли-продажи отдельных партий товара во исполнение соглашений о сборке. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик, в свою очередь, указал на то, что гарантийные письма не могут считаться выданными. В них отсутствуют обязательные требования, которые должны содержаться в гарантии в соответствии с Унифицированными правилами. А именно: максимальная денежная сумма, подлежащая выплате и дата истечения срока действия гарантии и/или события, по наступлении которого действие гарантии истекает. Также, он указал на то, что гарантийные письма не обеспечивали договора поставки, заключенные после их выдачи. Требование истца о платеже по гарантиям не соответствует условиям гарантии и является злоупотреблением правом. 

ООО «ИМС» указало на то, что 19 договоров купли-продажи, указанные истцом как основание возникновения долга, сторонами не исполнялись. Стороны исполняли исключительно контракт IMS-12/09 от 01.12.2009 г. Задолженность за поставленный ему товар по этому контракту составляет 950 413 долларов США. 

Руководствуясь ст.ст. 1, 4, 8, 9, 10, 11, 12, 15, 61, 62, 63, 64, 166, 168, 309, 310, 1191 ГК РФ, суд первой инстанции в иске отказал, исходя из следующего.

 22.01.2010 ответчик выдал в пользу истца как бенефициара два гарантийных письма для обеспечения оплаты всех сумм в долларах США, причитающихся истцу по договорам, заключенным им с ООО «ИМС» и ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор» (т. 1 л.д.23-40).

Согласно п. 7 гарантийных писем ответчика, каждое из них регулируется и толкуется в соответствии с Унифицированными правилами ICC для платежных гарантий от 1992 г. Публикация МТП № 458. Вопросы, не разрешенные Унифицированными правилами, но имеющие отношение к гарантийному письму, подлежат регулированию и толкованию в соответствии с правом Китайской Народной Республики. 

Согласно статье 1 указанных правил, они применяются к любой платежной гарантии и изменениям к ней, на выдачу которой гарант получил инструкции и в которой указывается, что она подчинена Унифицированным правилам для платежных гарантий Международной торговой палаты (публикация № 458), и являются обязательными для всех заинтересованных сторон. 

В соответствии с п. b ст. 2 Унифицированных правил, гарантии по своей природе представляют собой сделки, независимые от договора(ов) или условий тендера, на которых они могут быть основаны, и гаранты ни в коей мере не связаны таким договором(ами) или условиями тендера и не обязаны заниматься ими, даже если ссылка на них включена в гарантию. Обязательство гаранта по гарантии состоит в уплате указанной в ней суммы или сумм по представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим внешним признакам соответствуют условиям гарантии. 

Суд отмечает, что по общему правилу гарантия не связана с обязательством, которое она обеспечивает. Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы при представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии. В связи с чем, при рассмотрении дел о взыскании денежных средств по гарантии, суд не должен выяснять обстоятельства исполнения обязательств, обеспеченных гарантией. 

В соответствии со ст. 3 Унифицированных правил, в числе обязательных условий гарантия должна содержать максимальную денежную сумму, подлежащую выплате, а также дату истечения срока действия гарантии и/или событие, по наступлению которого действие гарантии истекает. 

Гарантийные письма ответчика за ООО «ИМС» и ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор» не содержат двух обязательных для гарантии условий: максимальной денежной суммы, подлежащей выплате, а также даты истечения срока действия гарантии и/или события, по наступлению которого действие гарантии истекает. 

Наличие указанных условий в гарантии обязательно, исходя из системного толкования статьи 3 Унифицированных правил и находящихся с ней во взаимной связи других положений правил. Так, в соответствии со статьей 16 правил гарант несет ответственность перед бенефициаром только в соответствии с теми условиями, которые указаны в гарантии и в любом изменении(ях) к ней и в настоящих правилах, и в пределах, не превышающих сумму, указанную в гарантии и в любом изменении(ях) к ней. 

Согласно статье 18 правил сумма, которую надлежит выплатить по гарантии, должна быть уменьшена на сумму любого платежа, произведенного гарантом в удовлетворение требования по гарантии, и если максимальная сумма, которую надлежало выплатить по гарантии, была вся выплачена в результате платежа и / или уменьшения суммы, то тогда действие гарантии прекращается, независимо от того, возвращены ли гарантия и любое изменение(я) к ней или нет. Пункт «b» статьи 2 правил определяет, что гарантия имеет самостоятельный характер и не связана с договором, на котором она основана. В связи с чем размер ответственности гаранта не может быть определен через обращение к договорам, которые он обеспечивает, поскольку подобное не соответствует природе гарантии, не являющейся акцессорным обязательством. 

Также суд указывает на то, что денежные суммы, подлежащие выплате по гарантиям, являются не только не определенными, но и неопределимыми. В тексте гарантий отсутствуют объективные критерии, на основании которых она могла бы быть определена. Вместе с тем, любое обязательство, как и обязательство, вытекающее из гарантии, не может быть абстрактным. 

В отношении требования Унифицированных правил о наличии в гарантии указания на дату истечения срока действия гарантии и/или событие, по наступлению которого действие гарантии истекает, суд первой инстанции указывает следующее. 

В соответствии со ст.22 Унифицированных правил срок, указанный в гарантии для представления требований, должен истекать либо на определенную календарную дату ("дата истечения срока действия гарантии") ("Expiry Date"), либо по представлению гаранту документа(ов), предусмотренных для целей истечения срока действия гарантии ("событие, по наступлению которого срок действия гарантии истекает") ("Expiry Event"). Если в гарантии указаны как дата истечения срока гарантии, так и событие, по наступлению которого срок гарантии истекает, то срок гарантии истекает в зависимости от того, что из них произойдет первым, независимо от того, возвращены ли гарантия и любое изменение(я) к ней или нет. 

Суд отмечает, что событие, с которым Унифицированные правила связывают прекращение срока на предъявление требований по гарантии, не тождественно предъявлению требования по гарантии, о чем прямо указано в ст. 19 Унифицированных правил. (Требование должно быть предъявлено в соответствии с условиями гарантии до окончания срока действия последней, то есть, до даты истечения срока действия гарантии включительно либо до события, по наступлению которого действие гарантии истекает, как это определено в статье 22.). В гарантийных письмах не предусмотрено основание прекращения срока действия гарантии по наступлению какого-либо события, равно как и не предусмотрена дата истечения срока действия гарантии. 

Толкование Унифицированных правил в указанной части исходит из того, что «458 правила предусматривают в обязательном порядке указание в гарантии на срок ее действия, в течение которого бенефициар может предъявить требование к гаранту» (аналогичная позиция содержится в постановлении АС СКО по делу № А53-25814/2014 от 4 мая 2016).

Таким образом, в гарантийных письмах не было установлено два ключевых условия гарантии: размер ответственности гаранта перед бенефициаром и срок ее действия. Поэтому суд первой инстанции признал гарантии невыданными, а сделки по их выдаче – незаключенными, в связи с чем у ответчика отсутствует обязательство платежа по ним. Указанные обстоятельства исключают удовлетворение заявленных истцом требований к ответчику о взыскании задолженности по двум гарантиям в размере 49 598 661,30 долларов США и к ответчику 2 о понуждении его включить в ликвидационный баланс ответчика 1 задолженность перед истцом в указанном размере. 

О том, что статья 3 правил содержит требование об обязательном, а не рекомендательном включении в текст гарантии положений о максимальной денежной сумме, подлежащей выплате по гарантии и сроке действия гарантии, помимо системного толкования находящихся с ней во взаимной связи положений статьей 2, 16, 18 правил, по мнению суда первой инстанции, указывают также следующие обстоятельства. 

Нотариально заверенный перевод статьи 3 правил (л.д. 123-125 т.79) содержит выражение о том, что «…все гарантии должны содержать:» 

Из содержания русского перевода 458 правил, содержащихся как в информационно-правовой системе «Гарант», так и в системе «Консультант плюс»: В первой системе последнее предложение статьи 3 правил изложено в следующей редакции: «Все гарантии должны содержать следующие обязательные условия:». Во второй – «Соответственно этому, все гарантии должны указывать:». 

Из этого же исходит единообразное судебное толкование положений статьи 3 правил. В Постановлении АС СКО по делу № А53-25814/2014 от 4 мая 2016 года указано следующее: «458 правила предусматривают в обязательном порядке указание в гарантии на срок ее действия, в течение которого бенефициар может предъявить требование к гаранту». 

В рамках дел № А41-100457/15 (по иску ООО "ЗСК-СТАНДАРТ" Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл, Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл к ПАО Руководитель ликвидационной комиссии "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР" ФИО9, Руководитель ликвидационной комиссии ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР" ФИО9, ПАО "Гжельский завод Электроизолятор"), №А41-86572/2015 (по иску Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл, ООО "ЗСК-СТАНДАРТ", Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл к Руководителю ликвидационной комиссии ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР" ФИО9, ПАО Руководитель ликвидационной комиссии "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР" ФИО9, Руководитель ликвидационной комиссии ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР" ФИО9, ПАО "ГЖЕЛЬСКИЙ ЗАВОД ЭЛЕКТРОИЗОЛЯТОР, с участием третьих лиц - ООО "Ремсервис", ООО "ИМС", ООО Конкурсный управляющий "ИМС" ФИО3, ООО "ЗСК-Стандарт", Автомобильная компания с ограниченной ответственностью Грейт Волл) судами исследовалась гарантийные письма, аналогичные имеющимся в настоящем деле гарантийным письмам (содержание гарантии тождественно находящимся настоящем деле за исключением наименования гаранта). 

При рассмотрении споров по указанным выше делам суды отказали в иске Автомобильной компании с ограниченной ответственностью Грейт Волл к гаранту, указав на то, что Гарантийное письмо не соответствует требованиям Унифицированных правил 1992 года, поскольку не содержит обязательных (существенных) условий о максимальной сумме гарантии и сроке ее действия – которые должны содержаться в данной гарантии, в связи с чем суды сочли данную гарантию не выданной, а сделку по ее выдаче - незаключенной, что послужило основанием к отказу в удовлетворении требований (Определение ВС РФ от 19.01.2017 по делу № А41-100457/15, Постановление АС МО от 02.10.2017г. по делу №А41-86572/2015). 

Учитывая изложенное, суд отклонил довод истца о том, что положения статьи 3 правил об указании в гарантии сведений о максимальной денежной сумме, подлежащей выплате по гарантии, а также сроке действия гарантии носят рекомендательный (диспозитивный), а не обязательный характер, и представленные в его обоснование доказательства.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1191 ГК РФ, а также абзацу второму части 2 статьи 14 АПК РФ, лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм. 

В судебном заседании истцом было заявлено ходатайство об установлении содержания норм иностранного права, мотивированное необходимостью обратиться за разъяснениями в Министерство юстиции РФ либо возложить соответствующие обязанности на стороны, в связи со сложившимися фактическими отношения сторон, а также указанием АС МО в Постановлении от 17.03.2017 г. 

Суд первой инстанции отклонил довод истца о том, что к отношениям сторон для определения максимальной денежной сумме, подлежащей выплате по гарантии, а также срока действия гарантии подлежит применению право Китайской Народной Республики, и оставил ходатайство без удовлетворения, указав, что у суда отсутствует необходимость обращения в Министерство юстиции РФ и иные российские и иностранные компетентные органы или организации, а также привлекать экспертов с целью установления содержания иностранного права, в силу следующего 

Суд первой инстанции указывает, что пункт 7 гарантийных писем ответчика определил, что каждое из них регулируется и толкуется в соответствии с Унифицированными правилами ICC для платежных гарантий от 1992 г. Публикация МТП № 458. Вопросы, не разрешенные Унифицированными правилами, но имеющие отношение к гарантийному письму, подлежат регулированию и толкованию в соответствии с правом Китайской Народной Республики. 

Суды, рассматривавшие аналогичные споры (Постановление АСМО от 17.03.2017 по настоящему делу, от 20.09.2016 по делу № А41-100457/2015, от 02.10.2017 по делу №А41-86572/2015) указали на правильность применения судами 458 правил при квалификации как настоящих, так и аналогичных гарантий. 

В этой связи суд первой инстанции отмечает, что подчинение гарантий 458 правилам означает, прежде всего, выполнение всех тех предписаний, которые имеются в правилах о форме и содержании гарантии. Именно при исследовании соответствия спорной гарантии 458 правилам имеется подлежащий разрешению судом вопрос о наличии в гарантии всех ее обязательных в силу требований правил условий. В зависимости от того, имеются или не имеются эти условия, суд полномочен оценить гарантию как выданную или не выданную, поскольку гарантия не имеет юридического действия, если невозможно определить сумму (размер) ответственности гаранта, либо срок, в течение которого гарант отвечает по гарантии. 

Субсидиарное применение иного права, помимо правил возможно лишь в отношении тех условий, которые в 458 правилах не урегулированы, но которые стали предметом спора. 

Поскольку предметом спора являются вопросы о размере гарантии (сумме ответственности гаранта) и сроке гарантии, то эти вопросы 458 правилами урегулированы. Установив их отсутствие в гарантийных письмах, суд пришел к выводу о том, что гарантии на этом основании являются невыданными. 

Только в том случае, если гарантия будет считаться выданной применительно к 458 правилам, допустимо субсидиарное применение иного права в части условий и обстоятельств, которые правила не регулируют. Условием субсидиарного применения иного права является наличие выданной гарантии, гарантии, на что была ясно направлена воля сторон. 

Соответственно, если гарантия, подчиненная 458 правилам, является не выданной в рамках этих правил, не может обсуждаться наличие какого-либо иного обязательства, в том числе, применительно к иному праву. В частности, если не выполнено имеющееся в правилах условие об обязательности указания максимальной суммы, подлежащей выплате по гарантии, как и срока ее действия, то применение в этой части иного права, иным образом регулирующего выдачу гарантий или иных форм обеспечения обязательств, недопустимо, поскольку такое применение не является восполнительным (субсидиарным). 

Следовательно, при разрешении настоящего спора нет оснований для применения к спорным отношениям законодательства Китайской Народной Республики. 

Довод истца о том, что гарантия не может считаться не выданной в силу положений пункта 5 статьи 166 ГК РФ, поскольку ответчик неоднократно направлял в адрес истца юридические заключения адвокатов о том, что гарантийные письма являются действительными, чем признавал свои обязательства платежа по ним, отклонен судом по следующим основаниям. 

Согласно указанной норме закона заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. То есть пункт 5 статьи 166 ГК РФ касается недействительных сделок. В настоящем же споре суд пришел к выводу о незаключенности сделок ответчика по выдаче гарантий за ООО «ИМС» и ООО «Гжельский завод Электроизолятор». В связи с чем, указанное правило неприменимо к отношениям сторон настоящего спора. Кроме того, изложенное в заключениях адвокатов правовое суждение о гарантийных письмах ответчика является лишь субъективным мнением, лица его представившего. 

Также суд первой инстанции пришел к выводу, что гарантийные письма (т.1 л.д.22-46) не обеспечивали договоры, заключенные после их выдачи, то есть после 22 декабря 2010 года. 

Согласно ст. 19 Унифицированных правил ICC требование о платеже бенефициаром должно быть предъявлено в соответствии с условиями гарантии. В соответствии со ст. 20 Унифицированных правил ICC любое требование о платеже по гарантии должно быть предъявлено в письменной форме и должно быть подкреплено письменным заявлением (либо в самом требовании, либо в отдельном документе, приложенном к требованию и ссылающемся на него), указывающим: что принципал нарушил свои обязательства(о) по основному договору(ам); и в отношении чего принципал нарушил свои обязательства. 

Согласно п. 2 гарантийных писем гарант обязуется немедленно по получении письменной претензии о том, что покупатель в указанные в договоре сроки полностью или частично не выполнил своих платежных обязательств, выплатить компании Грейт Волл причитающиеся суммы. 

Обязательство гаранта по гарантии состоит в уплате указанной в ней суммы или сумм по представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим внешним признакам соответствуют условиям гарантии. Одним из оснований отказа в платеже по гарантии является несоответствие заявленного требования условиям гарантии, что прямо указано в статье 9 Унифицированных правил. 

Буквальное толкование содержания обязательств ответчика перед истцом заключается в обеспечении контрактов поставки, заключённых истцом с обществами «ИМС» и «Гжельский завод Электроизолятор» до момента (даты) выдачи гарантийных писем ответчиком, то есть до 22 января 2010 года. До этой даты истцом с ООО «ИМС» был заключен контракт поставки № IMS-12/09 от 01.12.2009, а с ООО «Гжельский завод Электроизолятор» - контракты поставки №№ 20_2005 от 15.12.2005 и GW24/05042006 от 05.04.2006. 

Требования истца от 26 августа 2015 года о платеже по гарантийным письмам (т.2 л.д.113-119) содержат ссылку на договоры поставки 2014 года, которые гарантией не обеспечивались. То есть они по своим внешним признакам не соответствуют условиям гарантий, что в силу статьи 9 Унифицированных правил является основанием для отказа в иске к ответчику. 

По требованию истца к ответчику о взыскании с задолженности в размере              1 154 944,5 долларов США по гарантии, выданной за ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор» (т.1 л.д.32-40) суд в решении указал следующее. 

В соответствии с пунктом 2 гарантийного письма требование бенефициара о платеже по гарантии должно содержать указание на то, что покупатель, которым является ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор», в указанные в договоре сроки полностью или частично не выполнил своих платежных обязательств перед истцом 

Заявленное 26 августа 20015 года истцом к ответчику требование о платеже (т.2 л.д.117-119) по своим внешним признакам не соответствует условиям гарантии, поскольку не содержит такого указания. В связи с чем, исковое требование в указанной части не подлежат удовлетворению на основании статьи 9 Унифицированных правил.

Кроме того, судом установлено следующее. 

12.11.2014 ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор» было преобразовано в ООО «Гжельский завод Электроизолятор». 

В соответствии с п. 5 ст. 58 ГК РФ при преобразовании юридического лица одной организационно-правовой формы в юридическое лицо другой организационно-правовой формы права и обязанности реорганизованного юридического лица в отношении других лиц не изменяются. 

22.05.2015 ООО «Гжельский завод Электроизолятор» было ликвидировано. Соответствующие записи содержатся в Едином государственном реестре юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. 

Истец, обосновывая наличие долга в заявленном размере, указал на то, что по четырем договорам купли-продажи ООО «Гжельский завод Электроизолятор» (покупатель) частично не оплатило поставленный ему товар. Размер долга составляет 1 154 944,5 долларов США. 

Ответчик утверждает, что поставка товара осуществлялась исключительно в рамках контрактов № 20_2005 от 15.12.2005г. (далее по тексту контракт 2005 года (т.81 л.д.1-6) и № GW24/05042006 от 05.04.2006г. (далее по тексту контракт 2006 года (т.81 л.д.7-13), задолженность по которым отсутствует, а договоры 2014 года сторонами не исполнялись.

В соответствии с пунктом 4 гарантийного письма (т.1 л.д.32-40), если покупатель теряет статус юридического лица, то гарант обязуется принять на себя все платежные обязательства покупателя перед бенефициаром, как если бы гарант был основным должником. 

В связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу, что указанное положение гарантии не может рассматриваться иначе, чем предоставляющее гаранту право на возражения, вытекающие из основного обязательства. 

Суд не согласился с утверждением истца о том, что положение пункта 4 гарантии не наделяет гаранта правами, которые имел покупатель, в частности, правом на возражения против требования кредитора, по следующим причинам. 

Буквальное содержание пункта 4 гарантии указывает на то, что гарант обязуется принять на себя все платежные обязательства покупателя перед бенефициаром, как если бы гарант был основным должником. То есть гарант принимает на себя обязательства основного должника, которые предполагают право на возражение против требования кредитора. Если бы гарант, при ликвидации принципала, не принимал на себя его платежные обязательства в статусе основного должника, то положения пункта 4 гарантии не было бы смысла включать в текст гарантии. Кроме того, сохранение статуса гаранта, который не предполагает возражений по основному обязательству против требования гаранта о платеже, в ситуации, когда основной должник ликвидирован, нарушило бы баланс прав сторон в гарантийном обязательстве. Бенефициар оказывался бы в положении, при котором его любое требование, формально удовлетворяющее условиям гарантии, подлежало удовлетворению, а обоснованные возражения гаранта о неисправности бенефициара, в частности, о не передаче им товара покупателю и как следствие - отсутствие долга, не принимались бы во внимание при определении размера его обязательств перед гарантом. При этом у гаранта отсутствует возможность переложить исполненные обязательства на основного должника в связи с его ликвидацией, как и доказать неосновательное обогащение бенефициара при неэквивалентности произведенного исполнения в сравнении с полученным от гаранта. В таком случае нарушается принцип равенства участников гражданских отношений, что не соответствует природе таких отношений. 

Суд указывает, что, исходя из представленных сторонами доказательств, истец не доказал наличие у покупателя долга перед истцом ни по четырем договорам купли-продажи 2014 года, ни по контрактам 05 и 06 года. 

Оценивая совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд пришел к выводу о том, что ни один из четырех договоров купли-продажи 2014 года сторонами не исполнялся, поскольку в дело не было представлено доказательств того, что по этим договорам истец осуществлял отгрузку товара покупателю, а последний его плачивал. Имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют об исполнении истцом и покупателем контакта № 20_2005 от 15.12.2005г. и № GW24/05042006 от 05.04.2006г. Так, все инвойсы истца на поставленный покупателю товар содержат ссылку на указанные контракты. Они же указаны в упаковочных листах, китайских экспортно-импортных спецификациях, коносаментах (т.83-92), заявлениях покупателя на перевод истцу денежных средств, выписках по счету покупателя (т.81 л.д.84-122) и ведомостях банковского контроля по контрактам (т.81 л.д.24-54 и 55-83). Поскольку договоры купли-продажи 2014 года истцом и покупателем не исполнялись, по ним не могла образоваться задолженность. 

Оценивая представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, связанных с исполнением контрактов 05 и 06 года таблицей (т.82 л.д.1-28), содержащей сведения о поставленном истцом товаре и произведенных покупателем в его оплату платежах, первичным документам по поставке товара и его оплате – инвойсам, коносаментам, заявлениям на перевод, выпискам по расчетному счету, а также ведомостям банковского контроля, суд пришел к выводу об отсутствии задолженности покупателя перед истцом за поставленный товар. 

Кроме того, отсутствие долга ООО «Гжельский завод Электроизолятор» перед истцом по контрактам 05 и 06 года установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-100457/2015 г. Это обстоятельство для истца как лица, участвовавшего в ранее рассмотренном деле, в силу положений пункта 2 статьи 69 АПК РФ, в настоящем деле является преюдициальным. 

При указанных обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика как должника по обязательствам ликвидированного ООО «Гжельский завод Электроизолятор» в размере 1 154 944,50 доллара США суд оставил удовлетворения, поскольку наличие такого долга признал недоказанным. 

На этом основании суд первой инстанции оставил без удовлетворения и требование истца о понуждении ответчика 2 включить задолженность ответчика перед истцом в 1 154 944,50 доллара США в ликвидационный баланс ответчика. 

Поскольку суд установил отсутствие правовых оснований для взыскания с ответчика задолженности по гарантийным письмам, акцессорное требование истца к ответчику 2 о понуждении его включить задолженность перед ним в ликвидационный баланс ответчика, также оставлено без удовлетворения как производное от первого требования. 

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены решения по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Гарантийные письма ответчика, выданные за ООО «ИМС» и ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор», не соответствуют требованиям Унифицированных правил 458 публикации 1992 года, поскольку не содержат обязательных (существенных) условий о максимальной сумме гарантии и сроке ее действия. В связи с чем суд посчитал гарантии не выданными, а сделки по их выдаче -незаключенными.

Обязательное наличие в гарантии условия о максимальной денежной сумме, подлежащей выплате, также следует из системного толкования статьи 3 Унифицированных правил и находящихся с ней во взаимной связи других положений правил. 

Так, в соответствии со статьей 16 правил гарант несет ответственность перед бенефициаром только в соответствии с теми условиями, которые указаны в гарантии и в любом изменении(ях) к ней и в настоящих правилах, и в пределах, не превышающих сумму, указанную в гарантии и в любом изменении(ях) к ней.

Согласно статье 18 правил сумма, которую надлежит выплатить по гарантии, должна быть уменьшена на сумму любого платежа, произведенного гарантом в удовлетворение требования по гарантии, и если максимальная сумма, которую надлежало выплатить по гарантии, была вся выплачена в результате платежа и/или уменьшения суммы, то тогда действие гарантии прекращается, независимо от того, возвращены ли гарантия и любое изменение(я) к ней или нет. 

Пункт «Ь» статьи 2 правил определяет, что гарантия имеет самостоятельный характер и не связана с договором, на котором она основана. В связи с чем размер ответственности гаранта не может быть определен через обращение к договорам, которые он обеспечивает, поскольку подобное не соответствует природе гарантии, не являющейся акцессорным обязательством.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что событие, с которым Унифицированные правила связывают прекращение срока на предъявление требований по гарантии, не тождественно предъявлению требования по гарантии.   

В ст. 19 Унифицированных правил указано, что Требование должно быть предъявлено в соответствии с условиями гарантии до окончания срока действия последней, то есть, до даты истечения срока действия гарантии включительно либо до события, по наступлению которого действие гарантии истекает, как это определено в статье 22. 

О том, что статья 3 правил содержит требование об обязательном, а не рекомендательном включении в текст гарантии положений о максимальной денежной сумме, подлежащей выплате по гарантии и сроке действия гарантии, указывают нотариально заверенный перевод статьи 3 правил (л.д. 123-125 т.79), выводы судов в рамках дел А41-100457/15, А41-86572/15 (в том числе Определение ВС РФ от 19.01.2017, Определение ВС РФ от 22.01.2018).

Таким образом, суды дали толкование указанному требованию 458 Правил как императивному.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил довод истца о том, что к отношениям сторон для определения максимальной денежной сумме, подлежащей выплате по гарантии, а также срока действия гарантии подлежит применению право Китайской Народной Республики.

Предметом спора являются вопросы о размере гарантии (сумме ответственности гаранта) и сроке гарантии. Эти вопросы 458 правилами урегулированы. Установив их отсутствие в гарантийных письмах, суд пришел к выводу о том, что гарантии на этом основании являются не выданными. Только в том случае, если гарантия будет считаться выданной применительно к 458 правилам, допустимо субсидиарное применение иного права в части условий и обстоятельств, которые правила не регулируют. Условием субсидиарного применения иного права является наличие выданной гарантии.

Если не выполнено имеющееся в правилах условие об обязательности указания максимальной суммы, подлежащей выплате по гарантии, как и срока ее действия, то применение в этой части иного права, иным образом регулирующего выдачу гарантий или иных форм обеспечения обязательств, недопустимо, поскольку такое применение не является субсидиарным.

Пункт 5 статьи 166 ГК РФ касается недействительных сделок. В настоящем же споре суд пришел к выводу о незаключенности сделок ответчика по выдаче спорных гарантий, в связи с чем указанное правило неприменимо к отношениям сторон настоящего спора. 

Исходя из буквального толкования содержания обязательств ответчика перед истцом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что гарантийные письма не обеспечивали договоры, заключенные после их выдачи, то есть после 22 декабря 2010 года.

Довод о том, что в силу независимости гарантии от основного обязательства у ответчика не было правовых оснований для отказа в выплате 48 443 716.80 долларов США, поскольку формально заявленное требование о платеже соответствовало условиям гарантии, подлежит отклонению.

Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 17.03.2017 года по настоящему делу указал на то, что удовлетворяя исковые требования в части, суды обоснованно на основании инвойсов и коносаментов по контракту IMS-12/09 от 01.12.2009, платежных поручений о перечислении истцу денежных средств за поставленный товар и выписки по банковскому счету ответчика за период с 9.01.2014 г. по 24.05.2016 г. (т. 79 л.д. 37-90), таблицы о поставленном товаре и его оплате по контракту IMS-12/09 от 01.12.2009 (т. 79 л.д. 5-35), ведомости банковского контроля по контракту (т. 76 л.д. 1-76) установили наличие задолженности ООО «ИМС» за поставленный товар в размере 950 413 долларов США.

Арбитражный суд города Москвы, рассмотрев требование истца к ООО «ИМС» в рамках дела о банкротстве последнего, определением от 30.11.2017г. по делу А40-179014/16-36-283Б установил, что размер задолженности ООО «ИМС» за поставленный истцом товар составляет 950 413 долларов США.

При указанных обстоятельствах, требования истца о взыскании 48 443 716,80 долларов США с гаранта являются злоупотреблением правом.

Исходя из содержания Унифицированных правил, гарантия является одним из способов обеспечения основного обязательства. Ответственность гаранта за принципала не может быть больше ответственности принципала перед бенефициаром по основному обязательству, поскольку гарантия выдается лишь для компенсации имеющихся потерь бенефициара.

Унифицированными правилами предусмотрено, что, по общему правилу, гарантия не связана с обязательством, которое она обеспечивает. Вместе с тем, Унифицированные правила содержат исключение из этого общего правила: «ICC хотела бы поощрить такую практику по платежным гарантиям, которая бы в равной мере отвечала интересам всех участвующих сторон, и надеется, что эти Правила приведут к справедливому балансу интересов, отражающему права и обязанности всех сторон... Однако учет интересов бенефициара должен быть уравновешен защитой принципала от недобросовестных претензий по гарантии... И далее, эти Правила не влияют на принципы либо правила национального законодательства, которые относятся к грубому или явному злоупотреблению или недобросовестному требованию гарантии».

Судебная практика признает в качестве исключения из общего принципа независимости гарантии злоупотребление бенефициаром при требовании платежа по гарантии. 

Так, в определении ВС РФ от 20.05.2015 по делу № 307-ЭС14-4641 суд указал на то, что обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлении письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии. Вместе с тем, в качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 Гражданского кодекса (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии"). Аналогичный правовой вывод содержится определении ВС РФ от 12.08.2015 по делу № 305-ЭС15-4441.

Долг ООО «ИМС» перед истцом в размере 950 413 долларов США так же не подлежит взысканию с ответчика, поскольку суд пришел к выводу о том, что гарантия за ООО «ИМС» является не выданной, а требование о платеже основано на необеспеченных гарантийным письмом договорах.

По требованию истца к ответчику о взыскании задолженности в размере 1 154 944,5 долларов США по гарантии, выданной за ликвидированное ЗАО «Гжельский завод Электроизолятор», суд первой инстанции указал, что в соответствии с пунктом 4 гарантийного письма если покупатель теряет статус юридического лица, то гарант обязуется принять на себя все платежные обязательства покупателя перед бенефициаром, как если бы гарант был основным должником.

В связи с этим, суд пришел к правильному выводу о том, что указанное положение гарантии не может рассматриваться иначе, чем предоставляющее гаранту право на возражения, вытекающие из основного обязательства.

Суд первой инстанции обоснованно посчитал, что истец не доказал наличие у покупателя долга перед истцом по контрактам 2005 и 2006 года, а также и по четырем договорам купли-продажи 2014 года, поскольку ни один из четырех договоров купли-продажи 2014 года сторонами не исполнялся, 

Отсутствие долга ООО «Гжельский завод Электроизолятор» перед истцом по контрактам 2005 и 2006 года установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-100457/2015 г.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 19 декабря 2017 года по делу № А40-204728/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья   В.С. Гарипов

Судьи:    М.Е. Верстова

 

   Е.А. Ким