ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

22.05.2023

Дело № А40-102802/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена   16.05.2023

Полный текст постановления изготовлен  22.05.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Перуновой В.Л., Голобородько В.Я.,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий  ООО «ТНА РЕСУРС» - ФИО1 (паспорт, лично),

 от ООО «Татнефть – Архангельск» - ФИО2 по доверенности от 13.12.2022,

рассмотрев 10-16.05.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Татнефть – Архангельск» 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023

по заявлениям ООО «Уран» и конкурсного управляющего ООО «ТНА РЕСУРС» ФИО1 о привлечении ООО «ТАТНЕФТЬ-АРХАНГЕЛЬСК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТНА РЕСУРС», 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2020 ООО «ТНА РЕСУРС» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 Соответствующее сообщение было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 37 от 29.02.2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.02.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТНА РЕСУРС» привлечены ФИО3 в лице наследственной массы умершего гражданина и ООО «Татнефть-Архангельск».

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.04.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 14.02.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 отменены в части привлечения ООО «Татнефть-Архангельск» к субсидиарной ответственности, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

По результатам нового рассмотрения определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022  ООО «Татнефть-Архангельск» привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТНА РЕСУРС». Приостановлено производство по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Указано считать привлеченным ООО «Татнефть-Архангельск» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно с ФИО3 в лице наследственной массы умершего гражданина.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Татнефть-Архангельск» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит определение и постановление отменить, отказать в удовлетворении заявления о привлечении общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на необоснованность выводов судов о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отсутствие у него статуса контролирующего должника лица, утверждая, что сделки, которые суд признал убыточными для должника и повлекшими наступление признаков неплатежеспособности общества таковыми не являются, доказательств причинения в результате их совершения существенного вреда кредиторам должника материалы дела не содержат.

Отзывы на кассационную жалобу от лиц, участвующих в деле, в адрес суда не поступали.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражногопроцессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и местесудебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайтеhttp://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражногопроцессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 10.05.2023 по 16.05.2023.

В судебном заседании представитель заявителя доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме, конкурсный управляющий должника против удовлетворения кассационной жалобы возражал, полагал обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

   Изучив материалы дела, выслушав представителей, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

В данном споре суды правильно указали на то, что подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

При этом, учитывая период вменяемых ответчику действий, суды правомерно указали, что при рассмотрении вопроса о привлечении ООО «Татнефть-Архангельск»  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТНА РЕСУРС» подлежат применению как нормы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией подпунктов 1, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым лицо предполагается контролирующим, если оно

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.) (пункт 7 Постановления № 53).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Несмотря на то, что получение дохода ниже объективного потенциала прибыли от производственной деятельности само по себе не является незаконным и находится в сфере ведения органов управления корпорации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 № 8989/12), с точки зрения законодательства о банкротстве такая деятельность приобретает недобросовестный характер в момент, когда она начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путем не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, фактическая аффилированность доказывается через подтверждение возможности контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения должником предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629, в ситуации, когда конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, судам следует проанализировать поведение лиц, которые входят в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Материалами обособленного спора подтверждается, что ООО «Татнефть-Архангельск», использовавшее систему дистанционного банковского обслуживания посредством клиентского оборудования, имеющего те же MAC-адреса и адрес в сети Интернет, что и должник, осуществляло непосредственный контроль и управление деятельностью ООО «ТНА РЕСУРС», в том числе, распоряжение находящимися на расчетном счету должника денежными средствами.  

Суды установили, что ООО «ТНА РЕСУРС» регулярно в течение длительного периода, предшествующего появлению у ООО «ТНА РЕСУРС» признаков несостоятельности, так и после их появления, производило оплаты в пользу ООО «Татнефть-Архангельск» или за ООО «Татнефть-Архангельск» в пользу третьих лиц, многие из которых не имели никакой экономической целесообразности для должника. По данным бухгалтерского учета должника, обороты между ООО «ТНА РЕСУРС» и ООО «Татнефть-Архангельск» за период с 31.12.2014 по 28.09.2017 составили 981 324 279,33 рублей.

При этом, по результатам исследования обстоятельств совершения сделок между ООО «ТНА РЕСУРС» и ООО «Татнефть-Архангельск» суды пришли к выводу о том, что именно заключение и исполнение данных сделок привело к неплатежеспособности должника.

Суды установили, что должник, перечисляя денежные средства ответчику во исполнение обязательств третьих лиц, и имея при этом свои долговые обязательства, выводил в расчетного счета, поступающие к нему денежные средства, усугубляя свою неплатежеспособность. 

В то же время, ООО «Татнефть-Архангельск», являясь контролирующим лицом должника, способствовало такому недобросовестному поведению, при этом направляло финансово-распорядительные письма, указывая на погашение его кредитной задолженности в счет расчетов по договору поставки НП 06/13-5 от 18.06.2013, реальность правоотношений по которому опровергается выводами, изложенными во вступивших в законную силу судебных актах, принятых  по заявлению ООО «ТНА РЕСУРС»  о включении в реестр требований кредиторов ООО «Татнефть-Архангельск»  (определение Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020, постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.01.2021 по делу № А40-102434/2017).

Судами также установлено, что 20.10.2015 между ООО «Татнефть-Архангельск»  (цедент) и ООО «ТНА РЕСУРС» (цессионарий) был заключен договор уступки права требования № 05/11-Ц2015, по условиям которого ООО «ТНА РЕСУРС» приняло права требования к ООО «А-Эстейт», которое с 03.12.2013 находилось в процессе ликвидации, а 22.08.2016 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 128-ФЗ.

В дальнейшем, между ООО «Татнефть-Архангельск»  и ООО «ТНА РЕСУРС» были заключены соглашения о проведении зачета встречных требований от 31.03.2016, от 30.06.2016, от 28.09.2016, от 30.09.2016, от 29.12.2016, по условиям которых погашались, в том числе, обязательства ООО «ТНА РЕСУРС» по оплате вышеуказанного  права требования к неплатежеспособному ООО «А-Эстейт», получение исполнения по которому было маловероятным.

При этом, погашенные указанными соглашениями о зачете встречные обязательства ООО «Татнефть-Архангельск», представляющие собой в основном требования к контрагентам  ООО «ТНА РЕСУРС», носили реальный характер.

Таким образом, суды пришли к выводу, что взаимодействие между должником и ответчиком фактически сводилось не к исполнению обязательств по договору, а к проведению зачетов в целях прекращения реальных обязательств ООО «Татнефть-Архангельск» по поставке товара перед ООО «ТНА РЕСУРС» в связи с получением предварительной оплаты.

Суды также указали, что вступившими в законную силу судебными актами был установлен вывод денежных средств должника на общую сумму 142 221 374,92 руб., что свидетельствует о том, что ООО «ТНА РЕСУРС» выполняло функцию обслуживания транзитных платежей ООО «Татнефть-Архангельск». Используя ООО «ТНА РЕСУРС» в качестве посредника в совершении платежных операций, ООО «Татнефть-Архангельск», в частности, достигало цели снижения налоговых рисков от взаимоотношений с контрагентами, ведущими фиктивную предпринимательскую деятельность.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что совершение сделок по безосновательному перечислению денежных средств и зачетов несуществующих встречных требований, признанных недействительными вступившими в законную силу судебными актами, привело к ухудшению финансового положения должника, повлекло причинение существенного вреда правам кредиторов. ООО «Татнефть-Архангельск» действовало недобросовестно и неразумно, вопреки интересам должника.

На основании изложенного суды сделали вывод о том, что ООО «Татнефть-Архангельск» в период, когда у должника имелась непогашенная задолженность перед кредиторами, предпринимало действия по выводу ликвидных активов должника из его собственности путем передачи себе денежных средств и прекращения собственных обязательств, размера которых в сумме могло бы хватить на погашение всей кредиторской задолженности независимых кредиторов, а также инициировало действия по созданию искусственной кредиторской задолженности путем заключения мнимых сделок.

Согласно пункту 19 Постановления №53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В данном случае ответчик не ссылался и в кассационной жалобе не указывает на то, что имеется иное рациональное объяснение совокупности  действий, которая сводилась к тому, что должник не получал надлежащего равноценного встречного предоставления по договорам, которые заключены с ответчиком, имеющим общий с должником центр принятия решений.

Такую деятельность нельзя признать добросовестной, поскольку она причиняет вред независимым кредиторам должника и создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы. В данном случае преимущества выразились в отсутствии необходимости исполнять надлежащим образом обязательства перед должником.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций, выполняя указания суда округа, изложенные в постановлении от 28.04.2022, правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам.

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, в материалы дела не представлено.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права и направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции обращает внимание, что согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными и не имеется предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для их изменения или отмены.

            Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 по делу № А40-102802/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      В.Л. Перунова

 

                                                                                              В.Я. Голобородько