№ 09АП-50105/2024

Дело № А40-98016/23

г. Москва

03 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 03 октября 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.А. Дурановского, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Великороссы» и ФИО1 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.06.2024 по делу №А40-98016/23 (105-121) об отказе во введении в отношении должника процедуры наблюдения; о прекращении производства по заявлению ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы», в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ООО «Великороссы»: ФИО2 по дов. от 12.07.2023

от ФИО3: ФИО4, ФИО5 по дов. от 03.07.2023

иные лица не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 в отношении ООО «Великороссы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих - 430, почтовый адрес 400081, 

<

...>), являющегося членом Ассоциации ВАУ «Достояние». Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано временным управляющим в газете «Коммерсантъ» №172 (7617) от 16.09.2023.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 изменено в части очередности удовлетворения требования ФИО1; требование ФИО1 признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; в остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.03.2024 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В Арбитражном суде города Москвы подлежало рассмотрению заявление ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы».

Определением от 25.06.2024 Арбитражный суд города Москвы отказал во введении наблюдения в отношении должника ООО «Великороссы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Прекратил производство по заявлению ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по делу № А40-98016/23-105-121 Б.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Великороссы» и ФИО1 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалоб ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от ФИО3 поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены судом к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО «Великороссы» доводы жалоб поддержал.

Представитель ФИО3 по доводам жалобы возражал, просил оставить оспариваемое определение суда первой инстанции без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также - Закон о банкротстве) юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно пункту 2 статьи 4 Закона о банкротстве для определения наличия признаков банкротства должника учитываются: размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате компенсации сверх возмещения вреда, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия; размер обязательных платежей без учета установленных законодательством РФ штрафов (пеней) и иных финансовых санкций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, а в отношении должника - физического лица - не менее размера, установленного пунктом 2 статьи 213.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Закона о банкротстве право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

Как установлено судом первой инстанции и следует из представленных в материалы дела документов, задолженность ООО «Великороссы» перед ФИО1 в размере 29 770 000 руб. основного долга, а также в размере 60 000 руб. расходов на оплату государственной пошлины возникла в результате неисполнения должником принятых на себя обязательств по возврату полученных от кредитора займов на основании договоров процентного займа с физическим лицом №2/2015 от 20.05.2015, №3/2015 от 15.07.2015, №4/2015 от 17.08.2015, №5/2015 от 10.09.2015, №6/2015 от 14.10.2015, №7/2015 от 11.11.2015, №8/2015 от 14.12.2015, №1/2016 от 19.01.2016, №2/2016 от 17.02.2016, №3/2016 от 14.03.2016, №4/2016 от 18.04.2016, №5/2016 от 06.05.2016, №6/2016 от 09.06.2016, №7/2016 от 11.07.2016, №8/2016 от 09.08.2016, №9/2016 от 05.09.2016, №10/2016 от 12.10.2016, №11/2016 от 10.11.2016, №12/2016 от 21.11.2016, №13/2016 от 12.12.2016, №14/2016от 19.12.2016, №2/2017 от 23.01.2017, №4/2017 от 06.02.2017, №5/2017 от 09.03.2017, №6/2017 от 10.04.2017, №8/2017 от 15.05.2017, №9/2017 от 13.06.2017, №10/2017 от 03.07.2017, №11/2017 от 19.07.2017, №1/2018 от 10.01.2018, №4/2018 от 12.03.2018, №5/2018 от 04.04.2018, № 9/2018 от 22.06.2018, №12/2018 от 23.10.2018, №1/2020 от 10.07.2020.

Указанные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу решением Кузьминского районного суда города Москвы от 18.03.2021 по делу №2-686/21 (с учетом определения Кузьминского районного суда города Москвы от 25.08.2021 об исправлении описок), которым с должника в пользу заявителя взыскана задолженность в размере 29 770 000 руб. основного долга, а также в размере 60 000 руб. расходов на оплату государственной пошлины.

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившее в законную силу судебное решение является обязательным для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежит исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

По состоянию на дату подачи заявления ФИО1 о признании общества банкротом общая сумма задолженности составляет 29 830 000 руб., доказательств удовлетворения требований кредитора на день рассмотрения заявления должником не представлено.

Суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, указал на необходимость установить наличие либо отсутствие злоупотребления участником своими правами и мнимости многочисленных заемных сделок, с учетом того обстоятельства, что суды указывали что требование, основанное на заемных отношениях, фактически является компенсационным финансированием должника со стороны учредителя.

Кредитором ФИО3 также были заявлены возражения относительно заявления ФИО1, суть которых сводится к тому, что требование ФИО1 имеет корпоративный характер (капиталозамещающее финансирование), что исключает возможность его включения в реестр требований кредиторов должника; в действиях ФИО1 имеются признаки преднамеренного и контролируемого банкротства общества.

Согласно абзацу восьмому статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

В соответствии с пунктом 7 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований всех других кредиторов.

Участник коммерческой корпоративной организации располагает различными процедурами управления корпорацией и ее имуществом, влияет на формирование волеизъявления высшего органа корпоративного юридического лица. Такой способ удовлетворения интересов управомоченной стороны отличает корпоративные отношения от типичного гражданско-правового регулирования, где субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента.

С внесением Федеральным законом от 30.12.2012 №302-ФЗ в часть 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации изменений корпоративные отношения стали рассматриваться как особые гражданско-правовые отношения, которые не сводятся ни к вещным, ни к обязательственным правоотношениям.

В связи с этим в ситуации предъявления участником требования к обществу разграничение обязательственных и корпоративных отношений имеет практическое значение, поскольку влияет на правильное определение прав и обязанностей сторон, определение круга правовых норм, подлежащих применению в процессе возникновения, реализации и прекращения правоотношения.

Кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, кроме того стремится повысить вероятность исполнения заемщиком своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

Если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами, свидетельствовали о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Таким образом, во внимание принимаются экономические интересы сторон заемных отношений исходя из распределенных ими юридических прав и обязанностей на момент достижения соглашения, то есть учитываются справедливые правовые ожидания сторон, которые они имели при вступлении в договорные отношения.

Субординация требований учредителей (участников) должника как мера, ограничивающая права кредитора, допустима только в случае, когда она строго необходима.

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Согласно материалам дела и выписке из ЕГРЮЛ, участниками ООО «Великороссы» являются следующие лица: ФИО1 с 50% долей участия в уставном капитале; ФИО7 с 25% долей участия в уставном капитале; и ФИО3 с 25% долей участия в уставном капитале (доля - 25%). Таким образом, ФИО1 является аффилированным по отношению к должнику лицом.

Согласно пояснениям заявителя целью займов для ФИО1 являлось получение дополнительной выгоды в виде процентов по займу, для должника – приобретение в собственность ликвидного недвижимого имущества (здание и земельный участок по адресу: 

<

...>) при наличии доступного и льготного кредитного финансирования.

Однако данный довод не является обоснованием разумного экономического мотива совершения данных сделок (большинство займов выданы под 1% годовых либо беспроцентно), поскольку рыночные условия совершения подобных сделок в моменты выдачи займов ФИО1 могли принести заявителю прибыль в большем размере.

Выдача займов ФИО1 беспроцентно или под 1% годовых не соответствует нормальным рыночным условиям, иного мотива кроме как участие в капитале должника у ФИО1 для выдачи данных займов суду не приведено.

В свою очередь, обоснование выбора подобной конструкции вне связи с участием в уставном капитале должника через мотив получения прибыли от арендных платежей противоречит гражданско-правовой природе заемных правоотношений, поскольку получение прибыли от арендных платежей само по себе является корпоративным правом участника общества.

Подобное поведение противоречит презумпции разумного поведения участника гражданского оборота.

Судом учтено и то, что ФИО1, как участник должника, обладала информацией о направлении рассматриваемых денежных средств на развитие должника, покупку единственного актива в виде недвижимого имущества, что не отрицается заявителем.

Кроме того, заявителем длительное время с даты выдачи займов (с 2015 года) не предпринимались действия по взысканию задолженности (в суд с исковым заявлением ФИО1 обратилась в 2021 году), что также говорит об отсутствии заинтересованности заявителя в получении денежных выплат по договору займа.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд полагает, что такого рода отношения не являются типичными для стандартных рыночных операций и, помимо прочего, свидетельствуют о корпоративном характере требований заявителя к должнику.

Более того, у ФИО1 имелось намерение на увеличение уставного капитала за счет недвижимого имущества приобретенного обществом на полученные от ФИО1 заемные денежные средства.

Так, согласно Протоколу собрания участников от 17.11.2020, вторым пунктом повестки дня было определено увеличение уставного капитала общества путем внесения имущества в уставной капитал – здания и земельного участка по адресу: 

<

...>, в соответствии с балансовой стоимостью недвижимости. Третьим пунктом повестки до сведения участника ФИО3, участники ФИО1 и ФИО7 довели информацию о намерении продать свою долю ей (после увеличения уставного капитала). Протокол подписан всеми участниками общества, включая ФИО1

Одновременно из анализа договоров займа выше следует, что целью 27 из 34 займов являлось финансирование выкупа здания по указанному адресу (

<

...>). Общая сумма договоров с данной целью предоставления денежных средств составляет 88,6% всех требований ФИО1

Между тем, решения, принятые на собрании от 17.11.2020, не реализованы в силу того, что не была соблюдена нотариальная форма собрания, сам факт его проведения подтверждает направленность воли ФИО1 на увеличение уставного капитала за счет имущества приобретенного обществом на полученные от ФИО1 займы. В дальнейшем, собрание по данной повестке инициаторы корпоративного конфликта пытались провести еще дважды, уже с приглашением нотариуса. Однако решения не реализованы, в связи с наложением обременения на недвижимое имущество.

Таким образом, решения собрания не реализовались по независящим от участников обстоятельствам, из чего следует, что ФИО1 сохраняла волю на увеличение уставного капитала за счет имущества приобретенного обществом на полученные от ФИО1 займы с корреспондирующими целями.

Сделка по займу, внешне оформленная как гражданско-правовой договор, носит притворный характер и фактически направлена на прикрытие корпоративных отношений по увеличению уставного капитала общества для цели покупки недвижимого имущества для ведения предпринимательской деятельности по основному ОКВЭД общества, а именно: аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что в 2015 году у общества-должника истекал срок долгосрочного договора аренды недвижимого имущества с городом, в связи с чем для продолжения ведения хозяйственной деятельности необходимо было приобрести имущество в собственность должника.

Момент приобретения единственного недвижимого актива должника совпадает с началом активного предоставления должнику займов ФИО1

Цена и иные условия приобретения объекта были заведомо известны, поэтому у учредителей должника не было какой-либо неопределенности относительно рынка и масштабов деятельности ООО «Великороссы».

Недостаточность уставного капитала в размере 350 000 рублей и, как следствие, необходимость его увеличения были очевидны.

Однако ФИО1 для финансирования нового проекта общества была избрана именно конструкция займа. Прикрытие займом увеличение уставного капитала объяснимо отсутствием у ФИО1 достаточного количества денежных средств и нежеланием, при этом, получить меньший объем корпоративных прав.

Более того, исходя из сведений о долговых обязательствах, у должника имеются два основных кредитора: ФИО1 с заявленной суммой требований в 29 830 000 руб.; ФИО3 с суммой требований в 70 432 995,40 руб.

Судом признано необоснованным требование ИФНС России №21 по г. Москве в размере 104 097,43 руб. основной долг, в размере 191 575,71 руб. пени (определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 г.).

Иные кредиторы у должника отсутствуют.

С учетом соотношения размера требований кредиторов банкротство должника фактически является судебным спором между участниками общества.

При этом требования ФИО3 также возникли в результате неисполнения должником обязательств по возврату заемных денежных средств, ранее предоставленных обществу для приобретения вышеуказанного недвижимого имущества.

Резюмируя вышеизложенное, суд установил, что требование заявителя к должнику также носит корпоративный характер, а между участниками общества-должника имеется корпоративный конфликт, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Вместе с тем, институт банкротства не должен использоваться в качестве способа разрешения корпоративного конфликта.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 15.05.2024 №301-ЭС21-23374(4) по делу №А43-230/2021 указал на то, что сложившаяся в настоящее время судебная практика исходит из недопустимости инициирования процедуры банкротства и использования специальных институтов законодательства о банкротстве для разрешения корпоративных конфликтов и достижения иных целей, не предусмотренных данным специальным законодательством. Механизмы, предусмотренные законодательством о банкротстве, имеют целью защиту, в первую очередь, независимых кредиторов должника.

В настоящем деле должником приобретено недвижимое имущество, являющееся единственным активом общества. Фактически, для оплаты стоимости имущества использовались заемные денежные средства участников, возврат которых должен был производиться за счет арендных платежей от сдачи приобретенной недвижимости в аренду.

Однако предоставление должнику его учредителем денежных средств для ведения его основной хозяйственной деятельности должно производиться за счет внесения денежных средств в его уставный капитал. Обход такого механизма финансирования подконтрольного общества привело к корпоративному конфликту между участниками и, впоследствии, к возбуждению настоящего дела о банкротстве.

При этом, в целях защиты своих имущественных прав ФИО1 инициировала процедуру банкротства общества, в то время как ранее ФИО3 обратилась за принудительным исполнением возникших у общества перед ней заемных обязательств путем обращения взыскания на единственный ликвидный актив должника (недвижимое имущество – здание и земельный участок по адресу: 

<

...>) в рамках исполнительного производства №328457/23/77056-ИП.

Наличие у заявителя цели разрешения конфликта в пользу ФИО1 путем использования механизма банкротства не в соответствии с его назначением является злоупотреблением правом в силу ст. 10 ГК РФ.

Наличие же судебного акта о взыскании задолженности не исключает возможности суда при рассмотрении заявления о признании должника банкротом квалифицировать требования как вытекающие из корпоративных отношений (определение ВС РФ от 29.12.2018 №309-ЭС18-21128).

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы»  являются необоснованными, производство по делу подлежит прекращению.

Между тем, в Арбитражный суд города Москвы 16.05.2024 поступило заявление ООО «Великороссы» о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 22.05.2024 квалифицировано в качестве заявления о вступлении в дело №А40-98016/23-105-121 Б о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Великороссы» и оставлено без движения на срок до 24.06.2024 г.

Учитывая наличие поданного должником заявления о признании его несостоятельным (банкротом), суд, руководствуясь положениями ст. 48 Закона о банкротстве, обоснованно отказал во введении в отношении должника процедуры наблюдения и прекратил производство по заявлению ФИО1 о признании должника банкротом.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.06.2024 по делу №А40-98016/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «Великороссы» и ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      О.В. Гажур 

 

Судьи:                                                                                                А.А. Дурановский 

 

ФИО8 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.