ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-212831/2019

27 июля 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2020 года                    

Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2020 года                   

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Колмаковой Н.Н., Нечаева С.В.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №00227 от 24.12.2019г.;

от ответчика: ФИО2, дов. №22 от 09.01.2020г.,

рассмотрев 20 июля 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу

АО "ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ВСЕРОССИЙСКИЙ

НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАДИОАППАРАТУРЫ"

на решение Арбитражного суда города Москвы 

от 27 января 2020 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

 от 24 марта 2020 года,

по иску АО "ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ

РАДИОАППАРАТУРЫ"

к ФГУП "ГВСУ №7"

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

АО «ВНИИРА» обратилось с иском о взыскании с ФГУП «ГВСУ №7» убытков по хранению оборудования в сумме 1.536.384 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.01.2020г. в удовлетворении заявленных требований было отказано в полном объеме (т.2, л.д.162-163).

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2020 года указанное решение было оставлено без изменения (т.3, л.д.20-25).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, АО «ВНИИРА»  обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

В заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражал, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

Кроме того, в судебном заседании истцу были возвращены письменные пояснения на отзыв ответчика на кассационную жалобу, как не основанные на положениях ст. 286 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, АО «ВНИИРА» в соответствии с договорами субподряда с ФГУП «ГВСУ№7» №№1415187382252090942000000/724/ГУСДА/15,1315187385522090942000000/725/ГУСДА/15 от 14.10.2015 было  изготовлено два изделия АДРМ «Тропа-СМД» для объектов «Реконструкция аэродрома «Североморск-1» и «Строительство и реконструкция аэродрома Степь». В соответствии с пунктом 6.5. вышеназванных договоров приемка оборудования подрядчиком была проведена 31.08.2016 на предприятии-изготовителе, что подтверждается подписанными сторонами товарными накладными по форме ТОРГ-12, актами о приемке выполненных работ по форме КС-2, а также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2019 по делу №А40- 253612/2018-63-2068. Вместе с этим одновременно была осуществлена передача оборудования субподрядчику на основании сохранной расписки для обеспечения сохранности и доставки оборудования до объекта в целях проведения монтажных и пусконаладочных работ, в сроки установленные календарным планом выполнения работ согласно условиям договоров. Исходя из смысла пункта 6.5 вышеназванных договоров, субподрядчик обеспечивает сохранность оборудования на безвозмездной основе на срок до момента ее доставки на объекты подрядчика. Таким образом, ввиду отказа подрядчика от фактического получения продукции по причине неготовности объектов для проведения субподрядчиком монтажных и пусконаладочных работ, тем самым совершив действия, нарушающие сроки по исполнению своих обязательств, установленных пунктами 3.1.2.3., 3.1.2.4. вышеназванных договоров, являющиеся прямым препятствием по исполнению субподрядчиком своих обязательств по договору по вине подрядчика, а также ввиду отсутствия у субподрядчика необходимых площадей для длительного хранения оборудования, субподрядчик был вынужден передать продукцию на основании договоров хранения № ДХ 1-2016 от 25.10.2016 года, № ДХ 2/2019 от 31.01.2019 года на ответственное хранение АО «Радиотехкомплект». Пунктом 4.2. вышеназванных договоров установлено, что цена договора является твердой и достаточной для возмещения всех возможных убытков и расходов субподрядчика, которые возникнут в целях и в связи с исполнением договора, а также любых иных расходов субподрядчика, которые он может понести в рамках исполнения договора для достижения результата, предусмотренного договором.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения. Установление договорных обязательств предполагает необходимость установления между участниками гражданских правоотношений взаимоприемлемых и взаимовыгодных условий, не нарушающих права и имущественные интересы друг друга. Так, заключая договор и устанавливая необходимые условия, стороны должны придерживаться принципов разумности собственных действий и добросовестности исполнения принятых на себя обязательств. Вместе с тем, истец полагает, что условие пункта 4.2. вышеназванных договоров ставит подрядчика в более выгодное положение по сравнению с субподрядчиком, что в сложившейся ситуации нарушает баланс интересов сторон, ввиду прямой вины подрядчика по исполнению своих договорных обязательств, нарушающих принцип добросовестности при исполнении сторонами своих обязательств (п.3 статьи 307 ГК РФ) и, как следствие, являющихся препятствием для добросовестного исполнения субподрядчиком своих обязательств по договору с установленные сроки. В соответствии с пунктом 9.10 вышеуказанных договоров, в случае ненадлежащего или неисполнения субподрядчиком своих обязательств по договору, субподрядчик, помимо штрафных санкции, предусмотренных договором, по требованию подрядчика возмещает все причиненные убытки сверх штрафных санкций в полном объеме. В связи с неисполнением подрядчиком обязательств по фактическому принятию оборудования расходы субподрядчика по обеспечению хранения оборудования являются, по мнению истца, прямыми убытками, поскольку представляют собой фактически понесенные расходы по вине подрядчика. В соответствии с пунктом 4.1 договоров хранения № ДХ 1-2016 от 25.10.2016, № ДХ 2/2019 от 31.01.2019, размер ежемесячного вознаграждения за хранение зависит от занимаемой площади, на которой осуществляется хранение. Соответственно, стоимость хранения на площади 1 кв.м. в месяц составляет:  по договору хранения № ДХ 1-2016 от 25.10.2016 в сумме 944 руб.;  по договору хранения № ДХ 2/2019 от 31.01.2019 в размере 996 руб. Пунктом 4.2. договоров хранения № ДХ 1-2016 от 25.10.2016, № ДХ 2/2019 от 31.01.2019 установлено, что общая сумма ежемесячного вознаграждения указывается в акте оказанных услуг, где фиксируется площадь, на которой осуществляется хранение. Таким образом, расходы субподрядчика по ответственному хранению оборудования составляют 1.536.384 рубля,  из которых: по договору хранения № ДХ 1-2016 от 25.10.2016 за период с 01.01.2017 года по 31.12.2018 года согласно актам  оказанных услугах – 1.237.584 рубля, по договору хранения № ДХ 2/2019 от 31.01.2019 за период с 01.01.2019 года по 30.06.2019 года согласно актам  оказанных услугах – 298.800 рублей. Таким образом, истец указал, что в связи с неисполнением подрядчиком обязательств по фактическому принятию оборудования, ему подлежит возместить убытки за фактические расходы истца по хранению оборудования в сумме 1.536.384 рубля. Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с настоящим иском, в удовлетворении которого было отказано, что подтверждается решением и постановлением по делу. При этом суд в обжалуемых актах, оставляя исковые требования без удовлетворения, правильно исходил из следующего.

Так, в силу статей 15, 393 ГК РФ, под убытками, в частности, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо, чье право нарушено, получило бы при обычных условиях гражданского оборота (упущенная выгода). В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. По смыслу названных норм лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, в частности, наличие и размер ущерба, а также собственные реальные действия, направленные на получение выгоды во взыскиваемом размере.

Так, фактически истец просил  взыскать с ответчика убытки в виде стоимости возможных расходов, связанных с хранением имущества ответчика по договору №1 и договору №2, т.е. реальные убытки (ст. 15 ГК РФ). По условиям п.6.5. договора №1 и №2, субподрядчик (истец) своими силами и за свой счет обеспечивает сохранность и доставку оборудования до объекта. По завершению доставки оборудования на объект оформляется акт возврата оборудования, сданного на хранение. При этом цена договора №1 и №2 является твердой и достаточной для возмещения всех возможных убытков и расходов и субподрядчика, которые могут возникнуть в связи с исполнением договоров (п.4.2), в том числе любые иные расходы субподрядчика, которые он может понести в рамках исполнения договоров для достижения результата, предусмотренного указанными договорами. Кроме того, п.3.3.6.12 договора №1 и №2 указывает на недопустимость возрастания расходов в связи с выполнением третьими лицами работ и услуг по договорам.

Таким образом, суд в обжалуемых актах правильно указал, что условиями договоров стороны предусмотрели, что хранение оборудования по договору №1 и №2 осуществляется исключительно субподрядчиком, а стоимость услуг по хранению входит в цену указанных договоров, при этом передача оборудования на хранение субподрядчиком третьим лицам может быть совершена последним только на свой страх и риск.

Как следует из материалов дела, ответчик (поклажедатель) передал истцу (хранитель) в соответствии с п.6.5.договора №1 и №2 оборудование на хранение, в подтверждение чего 24.06.2016 г. и 10.08.2016 г. были составлены соответствующие акты о приемке ТМЦ на хранение и сохранные расписки. В последующем данное оборудование хранителем было передано на ответственное хранение третьему лицу - ОАО «Радиотехкомплект».

Согласно положений ст. 895 ГК РФ, если договором хранения не предусмотрено иное, то хранитель не вправе без согласия поклажедателя передавать вещь на хранение третьему лицу, за исключением случаев, когда он вынужден к этому силою обстоятельств в интересах поклажедателя и лишен возможности получить его согласие. Однако о факте передачи оборудования третьему лицу истец не информировал ответчика и, соответственно, не получал его согласия на передачу оборудования на хранение третьему лицу. При этом доказательств наличия вынужденных обстоятельств, в результате чего истец был лишен возможности получения согласия ответчика на передачу вещи третьему лицу на хранение, в материалах дела не имеется. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт несения истцом, как хранителем оборудования, расходов, связанных с его хранением (п.2 ст.897 ГК РФ).

Таким образом, с учетом фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств суд в обжалуемых актах обоснованно указал, что истец не имел право без получения согласия ответчика передавать на хранение оборудование третьему лицу, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия.

Кроме того, заявляя о взыскании реальных убытков в виде стоимости возможных расходов, связанных с хранением оборудования ответчика по договорам, истец помимо общих оснований применения ответственности, предусмотренных ст. 15 ГК РФ (наличие состава правонарушения), должен доказать, что кредитор не содействовал увеличению убытков, а также принял все разумные меры к их уменьшению (п.1 ст.404 ГК РФ).

Однако, как верно указал суд в решении и постановлении, истец не предпринял разумных мер к уменьшению размера возникших убытков. Истец заключил договоры хранения оборудования с третьим лицом 25.10.2016 г. и 31.01.2019 г., при этом ответчик не был поставлен в известность об этом факте на протяжении более чем 3-х лет, чем способствовал увеличению размера возможных убытков. 

Таким образом, учитывая совокупность установленных по делу обстоятельств, суд в решении и постановлении обоснованно указал о неправомерности заявленных исковых требований, поскольку истец не представил доказательств для взыскания расходов  по ответственному хранению оборудования в сумме 1.536.384 рубля,  с чем в настоящее время согласна и кассационная инстанция. При этом иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Что же касается иных доводов кассационной жалобы, то коллегия  исходит из следующего.              Так, пунктом 2 статьи 287 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими. Таким образом, суд кассационной инстанции проверяет обоснованность обжалуемого судебного акта лишь в той мере, в какой это необходимо для проверки соответствия проверяемого акта нормам материального и процессуального прав, и не вправе осуществлять исследование и оценку судом кассационной инстанции обстоятельств, не установленных нижестоящими судебными инстанциями. 

При этом следует заметить и о том, что доводы истца, изложенные в кассационной жалобе, фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных ранее и правомерно отклоненных  судом в обжалуемых актах. При таких обстоятельствах, кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. 

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, доводы кассационной жалобы уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции, с оценкой которых согласна и кассационная инстанция.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 27 января 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2020 года по делу № А40-212831/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья                                        А.И. Стрельников  

 

Судьи:                                                                                  Н.Н. Колмакова

 

                                                                                           С.В. Нечаев