АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-5326/2024

г. Новосибирск

06 мая 2024 года

Резолютивная часть решения подписана  22 апреля 2024 года.

 Мотивированное решение составлено 06 мая 2024 года.     

Арбитражный суд Новосибирской области  в составе судьи Богер А.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ПЛАНЕТА", (ИНН: 

<

***>), г. Воронеж 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, (ИНН: 

<

***>), г. Новосибирск 

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50000 рублей,  

установил:

общество с ограниченной ответственностью "ПЛАНЕТА", (ИНН: 

<

***>), г. Воронеж обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1, (ИНН: 

<

***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный по свидетельству № 632208 в размере 50 000 рублей, судебных издержек – расходов по приобретению контрафактного товара в размере 299 рублей, 2 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

          Исковое заявление содержит предусмотренные частями 1, 2 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаки, при наличии которых дело подлежит рассмотрению в порядке упрощенного производства. 

         Определением арбитражного суда от 21.02.2024 дело было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства, без вызова сторон в  соответствии со статьей  228  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

         Пунктом 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №62 от 08.10.2012 предусмотрено, что сторона должна предпринять все зависящие от нее меры к тому, чтобы до истечения срока, установленного в определении, в арбитражный суд поступил соответствующий документ (в том числе в электронном виде) либо информация о направлении такого документа (например, телеграмма, телефонограмма и т.п.). Направление документа в арбитражный суд по почте без учета времени доставки корреспонденции не может быть признано обоснованием невозможности своевременного представления документа в суд, поскольку соответствующие действия относятся к обстоятельствам, зависящим от стороны.

         Согласно п. 5 ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судья рассматривает дело в порядке упрощенного производства без вызова сторон после истечения сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов. 

         В силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, стороны считаются извещенными надлежащим образом о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства. 

      22.04.2024 подписана резолютивная часть решения, которая приобщена к материалам дела и размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

      25.04.2024 судом зарегистрировано заявление ответчика об изготовлении мотивированного решения по делу, в связи с чем, суд считает необходимым его удовлетворить, изготовить мотивировочную часть данного решения.

       Судебное извещение, направленное  27.02.2024г. по адресу  ответчика, содержащемуся в ЕГРИП, возвращено органом  почтовой связи с отметкой «истек срок хранения» в порядке, предусмотренном пунктом 34 «Правил оказания услуг почтовой связи», не требующего вручения вторичного извещения.

        В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если  несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд. 

        В соответствии с пунктами 63 и 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  с учетом положения пункта 1 и 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

          Ответчик в представленном отзыве возражает против удовлетворения  исковых требований по тем основаниям, что истцом не представлены вещественные доказательства, а также оригиналы документов. Представление данных доказательств в рамках другого дела не освобождает сторону представлять доказательства в настоящем деле. Приобщенный Истцом товар (графические изображения на нем) отличны от зарегистрированного товарного знака №632208. Так, изображения на товаре не имеют графического сходства с товарным знаком Истца (п.42 Приказа №482): по общему зрительному впечатлению, виду шрифта, графическое написание «Рисуй светом!» по характеру букв совершенно различно (в товарном знаке -печатные, на товаре - письменные, имеется нижнее подчеркивание), расположение букв по отношению к друг другу различны, цветовое сочетание также различно (в товарном знаке -желтый и белый, на товаре - синий), размер букв сильно отличим по толщине.

        Изобразительные обозначения картинки «мальчика» в зарегистрированном товарном знаке и на товаре совершенно отличны по внешней форме, по стилизации, сочетании цветов и тонов, в фактической позе изображения; в товарном знаке изображение ближе к натуралистическому глаза, форма головы, а на товаре - карикатурное исполнение, отличное от натуры (п.43 Приказа №482).

        Таким образом, существенное различие приведенных выше признаков означают существенное различие между графическими изображениями, следовательно, не имеются сходные до степени смешения в глазах обычного потребителя с товарным знаком обозначения на товаре.

          Истцом не представлены доказательства использования товарного знака, степень узнаваемости товарного знака, внимательности потребителя к товарам, защищенным товарным знаком. Из чего следует вывод, что права истца не нарушены, наличие факта регистрации товарного знака в отсутствие фактического использования является злоупотреблением своим правом, создание имитации использования деятельности и нарушения прав

           Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, арбитражный суд установил следующее:           

           Истец является  правообладателем  товарного знака   по свидетельству Российской Федерации  № 632208 (дата регистрации 11.10.2017 с датой приоритета 29.04.2016,  дата истечения срока действия исключительного права 29.04.2026), зарегистрированного в отношении товаров 28 и 41 классов МКТУ, имеет неохраняемые элементы слова: «набор для творчества).

         Из материалов дела следует, что право собственности на товарный знак    «Рисуй светом» по свидетельству  Российской Федерации  № 632208 возникло вследствие регистрации его первоначальной регистрации в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания.

         Как утверждает истец, в магазине «Планета Одежда Обувь», расположенном на 2 этаже ТЦ «Новый» по адресу: 

<

...>, 15.08.2023 ответчик реализовал контрафактный товар, относящийся к 28 классу МКТУ (набор для творчества). 

        При продаже контрафактного товара ответчик оформил и предоставил чек оплаты банковской картой. Чек выдан на сумму 1248 руб., из них стоимость контрафактного товара составила 299 руб., остаток 949 руб. – это стоимость иных товаров, не связанных с исковыми требованиями по настоящему делу. 

          Факт реализации товара зафиксирован видеозаписью, произведенной в порядке ст. 12 и 14 ГК. Видеозапись покупки контрафактного товара доступна для скачивания и просмотра по ссылке или по QR-коду https://disk.yandex.ru/i/2HWesABiy5ldpg, кроме того в материалы дела представлен СД-диск с видеозаписью закупки.

        На товаре, приобретённом в торговой точке ответчика, его упаковке имеется:

         - надпись «можно рисовать в темноте, надпись  «Рисуй светом», сходная до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 632208.

         Истец утверждает о том, что на предлагаемом к реализации контрафактном товаре имеется объект интеллектуальной собственности (средство индивидуализации – товарный знак  по свидетельству №  632208), принадлежащий ООО «Планета» (ОГРН 

<

***>), исключительные права на который ответчику не передавались.

         С целью досудебного урегулирования и соблюдения претензионного порядка (ч. 5 ст. 4 АПК) истцом в адрес ответчика направлена претензия от 04.10.2023. Факт направления претензии подтверждается почтовой квитанцией от 05.10.2023.

          Отказ ответчика от исполнения требований истца о прекращении нарушения его исключительных имущественных прав послужил  основанием для обращения за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

          В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на статьи 11, 12,   493, 1229, 1240, 1301, 1252, 1255, 1259, 1263 и 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

          Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, оценив доводы ответчика, представленные в дело доказательства, арбитражный суд пришел к убеждению о  правомерности требований истца, при этом суд исходит из следующего:   

         В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки и фирменные наименования являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

          Пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

         Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

         В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

        В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

         Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

          Как закреплено в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

        Кроме того, в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

         Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части 4 четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»,   компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

        В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

         Судом установлено, что ООО «Планета» (ОГРН 

<

***>) на основании свидетельств Российской Федерации  является обладателем исключительных прав на товарный  знак  №  632208 (дата регистрации 11.10.2017 с датой приоритета 29.04.2016), зарегистрированного в отношении товаров 28 и 41 классов МКТУ.

        Факт использования  ИП ФИО1 обозначений, сходных до степени смешения с товарным  знаком  истца установлен судом с использованием  методологии сравнения обозначений на тождество и сходство, раскрытой Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, а также Методическими рекомендациями по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденными приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 № 197.

        Применив названную методологию сравнения обозначений, суд, исходя из того, что сходство обозначения и товарного знака не требует абсолютной идентичности, достаточно лишь наличия риска смешения данных обозначений потребителем, пришел к выводу, что элемент «Рисуй светом» является ключевым  в товарном знаке по свидетельству Российской Федерации №   632208, именно на него падает логическое ударение и именно он  является определяющим при продвижении данных видов товаров (развивающих игр, набора для творчества), в том числе с учетом однородности товаров.

          Как следует из правовой позиции  Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 162 Постановления Пленума № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвёртой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

        Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

        Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

        Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

         Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

       При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

- используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

- длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

- степень известности, узнаваемости товарного знака;

- степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

- наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

       При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

        Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

         Применительно к указанным требованиям Постановления Пленума суд также установил, что товарный знак  истца и используемые ответчиком словесные обозначения рисуй  светом в темноте «Рисуй Светом» из серии «набор для творчества» сходны до степени смешения по семантическому (смысловому признаку), имеют единое подобие заложенных в обозначениях понятий, идей, устойчиво ассоциируются друг с другом, имеющиеся несовпадения отдельных элементов по оттенкам  цветового решения и шрифта не делают обозначение   «Рисуй светом»  не сходным до степени смешения с товарным  знаком  истца по свидетельству Российской Федерации  № 632208.

         Кроме того, судом   было установлено, что спорное обозначение используется ответчиком в отношении товаров, для индивидуализации которых предоставлена правовая охрана товарным знака истца (28 класс МКТУ – игрушки, игры комнатные, игры настольные, игры, игры – конструкторы, устройства для игр).

      Установив факт нарушения исключительного права на товарный  знак истца (№ 632208), суд оценивает требования истца о  взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав, обусловленных регистрацией прав на товарный знак  №   632208 как основанные на законе,  подтверждённые материалами дела и подлежащие удовлетворению за счёт ответчика.

       Разрешая вопрос о размере компенсации за нарушение исключительных имущественных прав истца, суд пришёл к следующему.

       Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в Российской Федерации являются открытыми, помимо реестра Роспатента, сведения о товарных знаках, принадлежащих истцу, внесены в Таможенный реестр. 

        Ответчик, осуществляя предпринимательскую деятельность мог  получить информацию из реестров посредством выхода в Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки на соответствие признакам контрафакта.

       Следовательно,  ответчик как специальный субъект предпринимательской деятельности,   совершил действия, которые не подлежат квалификации в качестве добросовестных, что выразилось   в предложение к  продаже и продаже  контрафактного товара.

       В результате действий ответчика снижено доверие потребителей к оригинальной продукции истца.

        При совершении покупки  потребители, как правило, не интересуются, нарушаются ли чьи-либо исключительные права ли нет. Однако при совершении покупки потребитель, тем не менее, планирует получить качественный товар в обмен за уплаченные деньги, а неполучив такового, у потенциальных потребителей лицензионных товаров складывается негативный образ бренда, что повлечет снижение прибыли с продажи лицензионных товаров.

        Наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам неизбежно ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров.

        Существенная угроза охраняемым правоотношениям проявляется не только в неполученных суммах вознаграждения на использование чужого наименования, а также в  нарушении стабильности в сфере охраны прав на товарные знаки, объекты авторского права, являющейся неотъемлемым условием стабильности гражданского оборота.

        Существенная угроза охраняемым общественным отношениям так же заключается в пренебрежительном отношении предпринимателя   к исполнению установленной законом обязанности по недопустимости реализации товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, объекта авторского права. При этом отсутствие последствий допущенного нарушения указанного законодательства само по себе не является основанием для вывода о малозначительности правонарушения.

        В спорной правовой ситуации ответчик   предлагал к реализации неограниченному кругу лиц  в розничном магазине  контрафактный товар. 

          Факт нарушения ответчиком исключительных прав на товарный знак истца путем реализации контрафактного товара подтверждается кассовым чеком от 15.08.2023,в котором содержатся сведения о стоимости проданного товара, дате продажи, наименование продавца ИП ФИО1

         Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара. 

      Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ. 

        Пунктом 55 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). 

      Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет". Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. 

       Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. 

       Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну. 

       Видеозапись производилась без нарушения законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств. Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следуют из чека, который подтверждает и факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. 

        На видеозаписи достаточным образом запечатлена торговая точка ответчика, прилавки, сам процесс приобретения спорного товара. Внешний вид спорного товара, а также изображения чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела, товар приобщен в дело в качестве вещественных доказательств,  обозревались судом, соответствуют видеозаписи.

        Представленная истцом видеосъемка не прерывалась, что является допустимым доказательством по делу. 

       Также представлено вещественные доказательства, на которых размещены изображения сходное до степени смешения с товарным знаком, являющиеся объектом  исключительных прав истца по свидетельству  № 632208.

         При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассового чека, видеозаписи, контрафактного товара) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ). 

         При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверностью установить факт продажи спорного контрафактного товара ответчиком. 

        Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. 

       Осуществляя продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего. 

        Ответчиком также не представлено объективных доказательств о происхождении товара, о легальном вводе товаров в гражданский оборот правообладателем или третьим лицом с согласия правообладателя. 

         Документы, подтверждающие право ответчика на реализацию товара, либо наличие права на введение в гражданский оборот спорного товара в установленном порядке (лицензионного соглашения и т.п.), ответчиком суду также не представлены. 

        При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии в действиях ответчика факта нарушения исключительных прав истца, выразившихся в предложении к продаже и реализации товара с использованием объектов авторского права, принадлежащими истцу. 

      Иного ответчиком не доказано (ст. ст. 9, 65 АПК РФ). 

        Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. 

      Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. 

       При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

       Ответчик в своем отзыве просил снизить размер компенсации до 10000 рублей. 

         Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

   Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации в размере 50 000 рублей за факт нарушения исключительных прав истца (на товарный знак.

 Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты прав на средства индивидуализации. Пунктом 3 той же статьи установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. 

  Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

  В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. 

  Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

-в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

-в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

 В силу абзаца 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации подлежит взысканию за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Выбор способа защиты своего права, в силу закона осуществляется по усмотрению правообладателя соответствующего права. 

  При этом, минимальный размер компенсации исчисляется из расчета 10 000 рублей за каждый факт нарушения. 

         По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. 

        Вопреки доводам ответчика размер компенсации истцом обоснован и определен способ расчета компенсации на основании  ч.3 ст.1252, ч.4 ст.1515 ГК РФ: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей.

       Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). 

      При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

       С учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, согласно которому, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. 

       В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», приведены следующие правовые позиции: абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

        Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. 

        Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. 

      Ответчик, заявляя ходатайство о снижении размера компенсации, считает размер заявленной компенсации чрезмерным, при этом размер подлежащей выплате компенсации превышает размер причиненных правообладателю убытков, учитывая, что истец не представил расчет размера возможных убытков от действий ответчика. 

       Вместе с тем, суд квалифицирует характер допущенного ответчиком нарушения как грубый. 

        Ответчик, являясь индивидуальным предпринимателем, профессиональным участником рынка, мог быть осведомлен о наличии контрафактной продукции на рынке и о противозаконности торговли такой продукцией, мог определить, торгует ли он контрафактной продукцией, а также приобрести на реализацию продукцию лицензионную. 

         Проверка происхождения товара является такой же обязанностью индивидуального предпринимателя, как и проверка качества продукции, которую он реализует. Наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров. 

        Потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно. 

         Правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем. 

         Сама по себе невысокая стоимость контрафактного товара по данной категории дел не имеет юридического значения. 

          Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. 

        С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар. 

        Ответчик ранее неоднократно привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав. 

        Данное обстоятельство подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по делам №№ А45-15725/2021,А45-7171/2022, А45-20922/2022, А45-13719/2022, А45-12394/2021, А45-4769/2022 и иными судебными актами, изложенными истцом в иске. 

          Действия ответчика свидетельствуют о систематическом неоднократном нарушении исключительных прав различных правообладателей, без проявления должной внимательности и предусмотрительности при приобретении товара на реализацию, что свидетельствует о грубом характере допущенного правонарушения и нецелесообразности снижения размера компенсации.

       Ответчиком также не доказано, что правонарушение не носило  грубый характер и ответчику не было известно о контрафактности используемой продукции, равно как не доказано, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков. 

         С учётом изложенного суд полагает, что истец обоснованно требует взыскания с ответчика 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак № 632208. 

        Применительно к требованиям истца о взыскании с ответчика расходов по приобретению контрафактного товара  в размере 299 рублей, суд полагает данные расходы соответствующие критериям судебных издержек (пункты 2 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела») и подлежащим  взысканию с ответчика на основании положений 106, 110 и 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

          По результатам рассмотрения спора государственная пошлина, уплаченная при обращении за судебной защитой, подлежит отнесению на ответчика на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

          руководствуясь статьей 110,  частью 5 статьи 170, статьей 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

                                              РЕШИЛ:

исковые требования  удовлетворить. 

         Взыскать с  индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: 

<

***>)  в пользу  общества с ограниченной ответственностью "ПЛАНЕТА", (ИНН: 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный по свидетельству № 632208 в размере 50 000 рублей, судебные издержки – расходы по приобретению контрафактного товара в размере 299 рублей, 2 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины. 

 Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. 

 Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

 Решение может быть обжаловано в Суд по Интеллектуальным правам (г. Москва) в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Судья

А.А. Богер