242/2023-66594(4) 

 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-10217/2023

Дело № А41-88987/21

11 июля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июля 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 11 июля 2023 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Муриной В.А., Семикина Д.С., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: 

от Прокуратуры Российской Федерации: ФИО2 удостоверение ТО № 338759,  выдано 16.09.22,  

от Управления Федеральной налоговой службы России по Московской области: ФИО3 по доверенности № 22-11/3 от 17.01.23,  

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» ФИО4: ФИО5 по  доверенности от 20.01.23,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Облстрой» ФИО6 на  определение Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2023 года по делу   № А41-88987/21, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Облстрой» о  включении задолженности в реестр требований кредиторов общества с ограниченной  ответственностью «ТРАНССТРОЙСЕРВИС»,  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Облстрой» в лице конкурсного  управляющего ФИО6 обратилось в Арбитражный суд Московской  области с заявлением об установлении требования ООО «Облстрой» к ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» в составе требований кредиторов третьей очереди в размере  1 859 734 рубля 24 копейки (т. 1, л.д. 2-3).  

Заявление подано на основании статей 63, 71 Федерального закона № 127-ФЗ  от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».  

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2023 года в  удовлетворении заявления ООО «Облстрой» было отказано (т. 1, л.д. 145-151).  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО  «Облстрой» ФИО6 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с  

апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на  неправильное применение судом норм материального права при его вынесении (т. 2, л.д. 3- 4).  

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в  соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав  представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит  оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Как следует из материалов дела, между ПАО «Сбербанк России» (Банк) и  ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» (Заемщик) были заключены кредитные договоры   № 

<

***> от 30.11.18 с лимитом выдачи в размере 180 000 000 рублей и   № 02050020/00732200 от 21.12.2020 с лимитом выдачи в размере 100 000 000 рублей (т. 1,  л.д. 25-55).  

Исполнение обязательств Заемщика по указанным договорам обеспечивалось  поручительством ООО «Облстрой» в соответствии с договорами поручительства   № 

<

***>/6 от 30.11.18 и № 02050020-П2 от 21.12.2020 соответственно (т. 1,  л.д. 8-24).  

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 февраля 2022 года  было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС».  

ООО «Облстрой» в рамках договоров поручительства произвело погашение  задолженности ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» перед ПАО «Сбербанк России» на общую  сумму 1 859 734 рубля 24 копейки, а именно:  

- 31.01.22 на сумму 1 180 914 рублей 41 копейка по договору № 

<

***>  от 30.11.18,  

- 15.02.22 на сумму 10 688 рублей 31 копейка по договору № 

<

***> от  30.11.18,  

- 15.02.22 на сумму 668 131 рубль 52 копейки по договору № 02050020/00732200 от  21.12.2020 (т. 1, л.д. 56-64).  

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 декабря 2022 года  ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» было признано банкротом, в отношении него открыто  конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ООО «Облстрой»  указало, что к нему, как исполнившему обязательство поручителю, перешло право  требования к должнику.  

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из  аффилированности кредитора и должника и мнимого характера спорной задолженности.  

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и  обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.  

Согласно статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности  (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица,  имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и  

иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и  об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.  

В абзаце втором пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве закреплено, что  установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном  статьей 100 настоящего Федерального закона.  

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои  требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные  требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением  судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований  документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или  реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения  арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.  

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве",  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным  судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной  стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование  кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом  для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований  кредиторов.  

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (ст. ст. 65, 68 АПК РФ)  заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих  требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ООО «Облстрой»  указало, что к нему, как исполнившему обязательство поручителю, перешло право  требования к ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» на сумму 1 859 734 рубля 24 копейки.  

В силу пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать  за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор  поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и не денежных  обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской  Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного  поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором  солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная  ответственность поручителя.  

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая  уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков  кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства  должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (п. 2 ст. 363 ГК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к  поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому  обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в  котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе  

требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и  возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.  

Как указывалось выше, ООО «Облстрой» на основании договоров поручительства №  

<

***>/6 от 30.11.18 и № 02050020-П2 от 21.12.2020 обязалось отвечать перед  ПАО «Сбербанк России» за исполнение ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» обязательств по  кредитным договорам № 

<

***> от 30.11.18 и № 02050020/00732200 от  21.12.2020 соответственно.  

ООО «Облстрой» произвело погашение задолженности  ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» перед ПАО «Сбербанк России» на общую сумму 1 859 734  рубля 24 копейки, а именно:  

- 31.01.22 на сумму 1 180 914 рублей 41 копейка по договору № 

<

***>  от 30.11.18,  

- 15.02.22 на сумму 10 688 рублей 31 копейка по договору № 

<

***> от  30.11.18,  

- 15.02.22 на сумму 668 131 рубль 52 копейки по договору № 02050020/00732200 от  21.12.2020, что подтверждается выпиской по счету кредитора.  

Факт выплаты ООО «Облстрой» денежных средств ПАО «Сбербанк России» в счет  погашения обязательств должника участвующими в деле лицами не оспаривается.  

Между тем, в суде первой инстанции кредиторами должника были заявлены  возражения относительно требований ООО «Облстрой».  

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для  предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав  его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности  должника, предъявляются повышенные требования.  

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью  вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга  перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового  требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в  связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально  существующая задолженность.  

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта  доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть  установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности  требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком  случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором  доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности  перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга  (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.12 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве", определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.18 N 305- ЭС18-413, от 13.07.18 N 308-ЭС18-2197).  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом  на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические  мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  

заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от  26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6)).  

Если кредитор и должник действительно являются аффилированными, к  требованию кредитора должен быть применен еще более высокий стандарт доказывания,  чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.  

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга,  поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность  представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу  фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной  массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его  аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов  независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306- ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам  добросовестного осуществления прав.  

Так, в рамках дела № А41-59845/22 был установлен факт аффилированности  должника и кредитора, а именно в решении Арбитражного суда Московской области от 15  декабря 2022 года по делу № А41-59845/22 указано следующее:  

- ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» – организация, осуществляющая работы по  ремонту и содержанию автомобильных дорог регионального и межмуниципального  значения,  

- в рамках реализации национального проекта "Безопасные и качественные  автомобильные дороги" между ГБУ МО "Мосавтодор" (Заказчик) и ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» (Подрядчик) заключены государственные и муниципальные  контракты на выполнение дорожных работ по реконструкции автомобильной дороги,  ремонту автомобильных дорог,  

- в рамках исполнения заключённых государственных контрактов  ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» заключило договоры с ООО "Строительная площадка",  ООО "Корус", ООО "Трестмаш", ООО"Стройдорога", ООО "Специнжстрой",  ООО "Строймеханизация", ООО "Ситидорсервис", ООО "Автодоркомплекс",  ООО "СК Проасфальт" и ООО "Мосрегионстрой", а фактически создало фиктивный  документооборот с указанными лицами,  

- ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» зарегистрировано 09.04.14, его учредителями с  момента регистрации являлись: ООО "Трансстромсервис" и ФИО7 (с  09.04.14 по 14.07.14), ФИО7 (доля 100 %) с 15.07.14 по 26.10.17),  ФИО8 (доля 100 %) с 27.10.17 по настоящее время,  

- ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» создано лицами, являющимися  выгодоприобретателями (бенефициарами) ООО "Трансстромсервис", через два месяца  после вынесения в отношении последнего решения о привлечении к ответственности за  совершение налогового правонарушения по результатам налоговой проверки за 2009-2011  годы, и по итогам которой руководитель и учредитель ООО "Трансстромсервис" ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного  пунктом "б" части 2 статьи 199 УК РФ,  

- учредитель ООО "Облстрой" ФИО10 является  сестрой супруги ФИО9 ФИО11,  

- в отношении руководителя ООО "Облстрой" ФИО12 установлено, что он  числился номинальным руководителем, фактически являлся начальником участка в ООО  

«ТРАНССТРОЙСЕРВИС», руководство финансово хозяйственной деятельностью и  денежными потоками ООО "Облстрой" осуществлялось ФИО7,  

- при осмотре изъятых документов и информации c электронных носителей из  помещений, находящихся по адресам: 

<

...>; 

<

...>; г. Москва, 

<

...>; 

<

...>; 

<

...> км Новорижского шоссе, стр. 6, оф. пом. 305; 

<

...>, ком. № 10, – установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что  деятельность, в том числе, ООО "Облстрой" осуществлялась фактически в интересах ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС», хозяйственная деятельность указанных организаций велась с  использованием одних и тех же трудовых и производственных ресурсов,  

- в группе компаний, подконтрольных ФИО9, ООО "Облстрой" выполняет  функции контрагента, обеспечивающего поддержание цен на аукционах, в которых  участвует и ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС», что подтверждается результатами  контрольных мероприятий Федеральной антимонопольной службы России  (дело № 077/01/11-16718/2020),  

- при осмотре документов и информации c электронных носителей, изъятых в  помещении, находящегося по адресу: 

<

...>,  ком. № 10, обнаружены контракты и первичные документы ООО "Облстрой" и ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС», регистры бухгалтерского учета, налогового учета, общая  переписка и факты, подтверждающие создание единого производственного процесса и  картельного сговора в целях создания видимости конкуренции и извлечения максимальной  выгоды при участии в тендерах и конкурсах по государственным закупкам. В изъятых  документах (информации) обнаружены документы, подтверждающие, что ФИО13,  бухгалтер ООО "Облстрой", одновременно являлась финансовым директором ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС»,  

- анализ банковской выписки ООО "Облстрой" показал, что перечисление денежных  средств носит транзитный характер. Денежные средства, поступающие на расчетный счет  ООО "Облстрой" от государственных заказчиков, в том числе ГБУ МО Мосавтодор,  перечисляются в адрес ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» (за поставку сырья и материалов),  спорных подконтрольных организаций (за выполнение работ), иным контрагентам  (арендная плата, заработная плата и др.) (т. 1, л.д. 82-100).  

На основании изложенного Арбитражный суд Московской области в решении от 15  ноября 2022 года по делу № А41-59845/22 пришел к выводу, что установленные в ходе  проверки обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о создании между ООО  «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» и его подконтрольными контрагентами ООО "Облстрой", ООО  "Трестмаш", ООО "Мосрегионстрой", ООО "Стройдорога", ООО "Специнжстрой", ООО  "Ситидорсервис", ООО "Автодорремкомплекс", ООО "СК Проасфальт", ООО  "Строительная площадка", ООО "Корус", ООО "Строймеханизация" формального  документооборота и учета хозяйственных операций не в соответствии с их  действительным экономическим смыслом, в целях получения необоснованной налоговой  экономии в виде неправомерного уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль  организаций.  

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно указал, что кредитор и  должник являются аффилированными лицами.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного суда  Российской Федерации от 26 мая 2017 года по делу N 306-ЭС16-20056(6), при  

представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в  частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по  требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения  сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Высшая судебная инстанция (определения Верховного Суда Российской Федерации  от 06 июля 2017 года N 308-ЭС17-1556(1) и N 308-ЭС17-1556(2), п. 18 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации N 5(2017), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 27.12.17) при решении вопросов о включении  требований в реестр требований кредиторов указывает на необходимость детально  исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и  кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий  банкротству.  

С учетом конкретных обстоятельств дела, арбитражный суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного  капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10  ГК РФ, абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус  корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.  

Как следует из пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 29.01.2020, на аффилированном с должников кредиторе лежит бремя  опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано  его требование, заявленное в деле о банкротстве.  

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению  повышенный стандарт доказывания, для чего требуется исследование не только прямых,  но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и  позициями, занимаемыми сторонами спора. Конкурирующий кредитор и арбитражный  управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о  включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий  объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить  убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства,  которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в  действительности или заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки нельзя ограничиваться проверкой  соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо  принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических,  физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить  спорную сделку.  

В рассматриваемом случае, материалы дела свидетельствуют о том, что положенные  в основу заявленных требований обязательства фактически носят корпоративный  характер.  

Согласно абзацу восьмому статьи 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы -  кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов,  граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или  

здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда,  предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации  сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта  капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве  объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации  здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной  деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам,  вытекающим из такого участия).  

В пункте 16 раздела "Практика применения законодательства о банкротстве" Обзора  судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.18, разъяснено, что Закон о  банкротстве (абзац восьмой ст. 2) не относит к конкурсным кредиторам учредителей  (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку  характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за  деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Обязательства  должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия  (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут  конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как  участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.  

Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных  последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц по  корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.  Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право  реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества  должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 ГК РФ).  

По данным бухгалтерского учета за 2019 год ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» в 2018  году находилось в состоянии имущественного кризиса в связи с превышением размера  обязательств над активами Общества.  

Так, по состоянию на 2018 год активы должника составили 1 155 124 000 рублей  (код строки 1600), обязательства перед кредиторами - 843 357 000 рублей (код  строки 1520).  

Решением ИФНС по г. Красногорску Московской области № 9 от 21.09.2020 в  отношении ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» назначено проведение выездной налоговой  проверки по вопросам соблюдения налогового законодательства за период с 01.01.18  по 31.12.19 по всем налогам.  

По результатам проведенной проверки было вынесено решение № 5947 от 20.09.21,  которым ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» доначислена сумма задолженности по  обязательным платежам в размере 1 914 193 931 рубль 10 копеек, из них: налог - 1 146 071  235 рублей, пени - 309 711 978 рублей 10 копеек, штраф - 458 410 718 рублей.  

Соответствующие требования налогового органа включено в третью очередь реестра  требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Московской области  от 08 сентября 2022 года по настоящему делу.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N  А40-177466/2013, наличие у должника неисполненных обязательств, которые  впоследствии в рамках дела о банкротстве были включены в реестр, подтверждает факт  неплатежеспособности должника.  

Таким образом, не позднее сентября 2021 года ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС»  стало отвечать признакам банкротстве.  

При этом, как верно указал суд первой инстанции, с учетом объема  незадекларированных должником налоговых обязательств признаки  неплатежеспособности или недостаточности имущества наступили еще в 2018 году в  результате превышения размера обязательств над размером его активов. При этом к 2019  году дисбаланс между активами и пассивами должника достиг 465 303 235 рублей.  

Следовательно, как заключение договоров поручительства, так и погашение в  рамках них задолженности ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» перед ПАО «Сбербанк  России» осуществлялось в условиях финансового кризиса должника.  

Как верно отметил суд первой инстанции, заявитель как поручитель за весь период  действия кредитных договоров и договоров поручительства не осуществил ни одного  платежа в счет погашения задолженности. В качестве нехарактерного для обычного  гражданского оборота суд указал то обстоятельство, что погашение поручителем  задолженности по кредитным договорам осуществлено спустя более двух лет после  заключения договоров поручительства и в тот период, когда в отношении должника уже  было возбуждено дело банкротстве. При этом платежи совершены в течение трех месяцев  до возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «Облстрой».  

Также судом первой инстанции было установлено, что в рассматриваемом случае  спорные платежи осуществлялись за счет денежных средств, перемещавшихся внутри  группы компаний.  

В частности из представленных выписок по расчетным счетам за 2020 и 2021 год  следует, что после 21.12.2020 имело место свободное перемещение денежных средств  внутри группы компаний.  

Так, ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» 28.12.2020, 29.12.2020 погасил ООО  "Мосрегионстрой" задолженность в размере 2 712 000 рублей по договору поставки   № СМ/АБ 01.02-2020 от 07.02.2020 за строительные материалы.  

С 22.12.2020 по 31.12.2020 должник выплатил ООО "Облстрой" 5 955 000 рублей по  договору поставки строительных материалов № 1305/см от 13.05.19, а в 2021 году по этому  же договору - 2 392 270 рублей.  

В 2021 году ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» перечислило ООО "Строительная  площадка" 1 500 920 рублей по договору № 01.11 от 01.11.16 за аренду транспортных  средств и спецтехники, ООО "СИТИДОРСЕРВИС" - 306 300 рублей по договору   № ТССЙ/СДС-10 от 30.04.19 на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог, ООО  "СК Проасфальт" - 206 950 970 рублей за поставку строительных материалов.  

Затем 31.01.22 и 15.02.22 задолженность по кредитным договорам погашена  входящим в ту же группу поручителем (ООО "Облстрой").  

При этом, как верно указал суд первой инстанции, члены группы не были лишены  возможности в ответ на претензию банка произвести обратное перераспределение  ресурсов в пользу должника, из оборота которого кредит был изъят изначально, с тем  чтобы должник погасил внешний долг лично.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу  о том, что в рассматриваемом случае у одного члена группы были изъяты денежные  средства в пользу другого члена той же группы, а потом третий член данной группы  погасил долг первого перед независимым кредитором.  

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что подчиненность членов группы  одному конечному бенефициару позволяла им заключать соглашения об исполнении  

обязательств друг друга, в том числе договоры о покрытии, без надлежащего  юридического оформления.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, (утв. Президиумом Верховного  Суда РФ 29.01.2020), не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр  требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им  обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило  возмещение исполненного на основании соглашения с должником.  

Правило о переходе прав кредитора в порядке суброгации к поручителю,  исполнившему обязательство, является диспозитивным. Оно применяется, если иное не  предусмотрено договором поручителя с должником или не вытекает из отношений между  ними (п. 3 ст. 365 ГК РФ). Другими словами, при наличии договора должника и  поручителя о порядке вступления поручителя в чужой долг последствия исполнения  обязательства поручителем в отношениях между ним и должником регулируются  упомянутым договором, в том числе специальным соглашением, определяющим условия  покрытия расходов на погашение чужого долга (далее - договор о покрытии), а не  правилами о суброгации.  

Исходя из установленных фактов (наличие общего для всей группы конечного  бенефициара, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную  сферу должника, последующее исполнение обязательства должника членом группы) и  обычной природы взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило,  скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию  внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых  соглашениях), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что были  представлены доказательства реальности отношений по договору о покрытии и о  погашении компанией задолженности должника в рамках данного договора в счет  компенсации за изъятые у должника ранее кредитные ресурсы в пользу одного из членов  группы.  

Установленные в рамках настоящего дела обстоятельства свидетельствуют о том,  что поведение ООО «Облстрой» и ООО «ТРАНССТРОЙСЕРВИС» при исполнении  обязательств перед ПАО «Сбербанк России» не соответствует критерию добросовестности  поведения участников гражданского оборота.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации,  не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных  формах.  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права,  сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления  

гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для  наступления вреда.  

По мнению апелляционного суда, заявление требования по возврату денежных  средств от должника аффилированному с ним лицу (кредитору), свидетельствует о  злоупотреблении правом заявителя, действия которого в данном случае направлены на  создание искусственной задолженности с целью нанесения вреда путем уменьшения  требований независимых кредиторов.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  заявленных требований.  

Нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного  решения и являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта,  судом первой инстанции допущено не было.  

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы последствием установления  факта аффилированности должника и кредитора является не только понижение  очередности удовлетворения требований последнего, но и возможный отказ в  удовлетворении таких требований в отсутствие доказательств их обоснованности.  

В рассматриваемом случае судом первой инстанции был установлен факт отсутствия  у ООО «Облстрой» права, предусмотренного статьей 365 Гражданского кодекса  Российской Федерации, то есть отсутствия заявленной ко взысканию задолженности как  таковой.  

Поскольку обоснованность требований ООО «Облстрой» подтверждена не была,  оснований для рассмотрения вопроса об установлении очередности удовлетворения таких  требований не имеется.  

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу,  апелляционная жалоба не содержит.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены  обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не  подлежит.  

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2023 года по  делу № А41-88987/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.  

Председательствующий Н.Н. Катькина  

Судьи: В.А. Мурина 

Д.С. Семикин