ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А49-1956/2020

г. Самара

15 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 15 апреля 2021 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Александрова А.И., Поповой Г.О., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 23.12.2020 по заявлению ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов 

по делу о несостоятельности (банкротстве) Открытого акционерного общества «Техпроммаш», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

при участии в судебном заседании:

представитель ФИО2  – ФИО3, доверенность от 07.10.2020.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 10.06.2020  ОАО «Техпроммаш» признано несостоятельным (банкротом) по процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утвержден ФИО4.

Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев опубликовано в газете «Коммерсантъ» 20.06.2020.

06.08.2020 в Арбитражный суд Пензенской области от ФИО2 поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 7 057 102 руб. 44 коп. 

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Пензенской области вынес определение от 23.12.2020 следующего содержания:

«Заявление ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ОАО «Техпроммаш» оставить без удовлетворения.».

ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Пензенской области от 23.12.2020. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 09.03.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2021 судебное разбирательство отложено на 08.04.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО2 поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

Представитель ФИО2 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Пензенской области от 23.12.2020 отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу части 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда.

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Согласно пунктам 4-5 статьи 100 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения обоснованности требований кредиторов арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Как установлено судом первой инстанции, 10.04.2019 между заявителем (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому заявитель предоставил должнику 380 000 рублей 00 копеек, под 12% годовых, сроком возврата до 30 декабря 2020.

Также, заявитель указывал на оплату за должника денежных средств в сумме 301 028 рублей 32 копейки по соглашению о возврате платежей, выполненных поручителем от 07 октября 2019, в сумме 5 850 000 рублей 00 копеек по соглашению о возврате платежей, выполненных поручителем от 01 ноября 2019, в сумме 232 808 рублей 22 копейки  по соглашению о возврате платежей, выполненных поручителем от 05 декабря 2019.

В силу пункта 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства, в соответствии со статьей 310  ГК РФ, не допускается.

 Судом первой инстанции установлено, что заявитель, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку с 04.06.2019 является членом Совета директоров должника и владел 37% обыкновенных акций должника.

Суд первой инстанции указал, что при рассмотрении обоснованности заявлений о включении в реестр требований аффилированных по отношению к должнику лиц судом должен применяться еще более строгий стандарт доказывания по сравнению с включением в реестр требований рядовых гражданско-правовых кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга.

В связи с этим основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, а перечисление денежных средств и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ).

Погашение обязательства должника перед внешним кредитором могло быть обусловлено наличием скрытого от суда договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления компанией платежа в пользу внешнего кредитора должника, нежели чем являться исполнением компанией чужого обязательства без возложения со стороны должника.

В пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от 29.01.2020, изложена правовая позиция, согласно которой по договору о покрытии аффилированный кредитор, выступая в отношениях с независимым кредитором, компенсирует должнику изъятый актив, погашая обязательство должника перед независимым кредитором. При наличии договора о покрытии аффилированный кредитор не вправе, ссылаясь на суброгацию, заявлять о включении требования в реестр. Наличие такого договора предполагается, если установлено свободное перемещение активов внутри группы. Обязанность опровергнуть эту презумпцию возлагается на аффилированного кредитора.

Суд первой инстанции посчитал необходимым отметить, что часть спорных платежей за должника осуществлена менее чем за три месяца до принятия 24.01.2020 учредителем должника  решения о ликвидации юридического лица и о формировании ликвидационной комиссии, о чем 12.02.2020  внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц, в связи с чем пришел к выводу, что заявитель осуществлял погашение задолженности перед кредитной организацией за должника в преддверии процедуры банкротства.

С учетом изложенного, арбитражный  суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при доказанности осуществления спорных платежей за должника, указанные платежи представляли собой внутригрупповые расчеты и по смыслу пунктов 1, 5  Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020 не могут быть включены в реестр требований кредиторов, в отсутствие обоснованных и разумных объяснений относительно характера, природы, оснований и обстоятельств осуществления спорных платежей.

С учетом изложенного, суд первой инстанции посчитал заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Судебная коллегия считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене ввиду нижеследующего.

Возможность применения разъяснений, сформулированных в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от 29.01.2020, обусловлено доказанностью наличия скрытого от суда договора о покрытии.

Наличие такого договора в рассматриваемом случае предполагается при доказанности свободного перемещения активов внутри группы.

В данном случае, доказательства участия кредитора в таком свободном перемещении активов внутри группы аффилированных лиц, к которой принадлежит должник не доказана.

В материалах дела в целом отсутствуют указанные доказательства, при этом апелляционным судом. Конкурсному управляющему предлагалось представить письменные пояснения относительно спорных платежей, представить подтверждающие документы (выписки по счетам) в обосновании вывода о том, что указанные платежи представляли собой внутригрупповые расчеты. Соответствующие предложения суда не исполнены.

В то же время обстоятельства фактического предоставления займа и оплаты за должника кредитных платежей подтверждены реальными платежными документами, оформленными с участием кредитной организации, сомнений не вызывают. Кредитором представлены документы об остатках денежных средств и их движении по принадлежащим ему счетам, документы о доходе за соответствующий период, полученном в иных организациях (справки формы 2-НДФЛ) подтверждающие фактическую финансовую возможность для осуществления соответствующих платежей.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, указано, что очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в пункте 6.1 указанного Обзора судебной практики от 29.01.2020 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-эс20-224, компенсационное финансирование может предоставляться подконтрольному обществу путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, и тогда нахождение должника в состоянии имущественного кризиса следует устанавливать на момент заключения обеспечительных сделок, а не на момент оплаты поручителем задолженности перед независимым кредитором.

Компенсационное финансирование предоставляется контролирующим лицом с целью возвращения подконтрольного общества, находящегося в трудном экономическом положении, к обычной экономической деятельности, тем самым не исполняется предусмотренная законом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве этого общества, а независимые кредиторы вводятся в заблуждение относительно реального финансового состояния общества. Соответственно риски, связанные с банкротством, относятся на контролирующее лицо, и его суброгационные требования к должнику в целях защиты прав независимых кредиторов подлежат субординации.

Из материалов дела следует, что договор поручительства №042-18ДКЛ05/2 заключен 28.12.2018. При этом к указанному моменту должник имел просроченную кредиторскую задолженность  в значительной сумме. Так, к дате заключения договора поручительства конкурсный кредитор ООО «ТД «Энергомашкомплект» имел к должнику требования по договору поставки №17705596339160013440/№0560100001418000013/32/1-2018-П от 04.05.2018 в размере 5 341 432 руб. 20 коп. и по договору  поставки №17705596339160013440/№0560100001418000014/32-2018-П  от  04.05.2018  в размере 2 484 018 руб. 00 коп. При этом просрочка исполнения имела место уже в августе 2018 года (решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.01.2020 по делу №А57-27394/2019).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве  в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Согласно пункту 3.4 Обзора не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

При указанных обстоятельствах, требования ФИО2   подлежат удовлетворению после погашения требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Торговый комплекс», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемое судебный акт подлежит отмене по основаниям, предусмотренным пунктом 1, 3 части 1 статьи 270, статей 288 АПК РФ, с принятием нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 23.12.2020 по делу № А49-1956/2020 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Признать требование ФИО2  в размере 7 024 271 руб. 90 коп., в том числе: 6 763 836 руб. 54 коп. - основной долг, 32 856 руб. 99 коп. – проценты по займу, 166 398 руб. 37 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 61 180 руб. – пени по займу обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ОАО »Техпроммаш», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиА.И. Александров

Г.О. Попова