СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15424/2020(14)-АК

Дело № А60-24454/2019

02 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 июня 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Даниловой И.П., 

судей Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ООО «Пулито»: ФИО2, паспорт, доверенность  от 31.01.2022, ФИО3, паспорт, доверенность  от 31.01.2022;

финансовый управляющий ФИО4, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены  надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 10 февраля 2022 года

о признании недействительной сделки от 18.07.2016 по отчуждению 100 % доли в уставном капитале ООО «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО5 и применении последствий недействительности сделки;

о признании недействительной сделки от 11.10.2018 по отчуждению 100 % доли в уставном капитале ООО «Торговый дом «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО6 и применении последствий недействительности сделки,

вынесенное судьей Достоваловым И.Ю., 

в рамках дела № А60-24454/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7,

третьи лица: ООО ВМЗ «Северный ниобий» (ИНН 

<

***>), ООО «ТД «ВМЗ Северный ниобий» (ИНН 

<

***>),

установил:

29.04.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление закрытого акционерного общества «Новоорловский горно-обогатительный комбинат» (далее – ЗАО «Новоорловский ГОК») о признании ФИО7 (далее – ФИО7, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 21.06.2019 после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления заявления без движения, принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2019 (резолютивная часть от 19.08.2019) в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4 (далее – ФИО4), член союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №157(6637) от 31.08.2019, стр.154.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2020 (резолютивная часть от 27.01.2020) ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, член союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №28(6749) от 15.02.2020, стр.126. 

В Арбитражный суд Свердловской области 25.06.2020 поступило заявление ООО «ВМП Инвест» о признании сделок должника с ФИО5 и ФИО6 недействительными. 

Определением суда от 29.06.2020 заявление принято к производству, назначено судебное заседание, приняты обеспечительные меры. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.02.2022 года заявленные требования удовлетворены. Признана  недействительной сделка от 18.07.2016 по отчуждению 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО5. Применены последствия недействительности в виде возложения на ФИО5 обязанности возвратить полученное по сделке имущество долю 100% в уставном капитале в конкурсную массу ФИО7 и признать ФИО7 единственным участником общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>). Взыскано с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб. Признана недействительной сделка от 11.10.2018 по отчуждению 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО6. Применены последствия недействительности в виде возложения на ФИО6 обязанности возвратить полученное по сделке имущество долю 100% в уставном капитале в конкурсную массу ФИО7 и признать ФИО7 единственным участником общества с ограниченной ответственностью «ТД «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>). Взыскано с ФИО6 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО5 (далее – ФИО5) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить в части признания недействительной сделки от 18.07.2016 по отчуждению 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО5, применении последствия недействительности в виде возложения на ФИО5 обязанности возвратить полученное по сделке имущество долю 100% в уставном капитале в конкурсную массу ФИО7 и признания ФИО7 единственным участником общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) - изменить, отказав ООО «Элитстрой-КР-11» в удовлетворении указанной части требований.

ФИО5 в своей апелляционной жалобе указывает на то, что приобретенное его обществом недвижимое и движимое имущество никогда не находилось в залоге у должника ФИО7 в силу закона ввиду невыплаченной задолженности на сумму 23 млн. рублей. Полагает, что утверждение суда о том, что ФИО7 продолжал сохранять контроль над обществом, являясь его контролирующим мажоритарным кредитором,  не соответствует действительности. Также суд первой инстанции абсолютно необоснованно проигнорировал мнение всего трудового коллектива  общества  с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Северный Ниобий», давшего письменные пояснения по ситуации, кто реально владеет и распоряжается обществом. Суд принял во внимание показания свидетеля ФИО8,  которомуу отзыв подготовил ФИО9 - представитель кредитора по настоящему делу ФИО10, а мнение всего многочисленного коллектива не учел и не рассмотрел. Отмечает, что на момент приобретения 100% доли в уставном капитале ООО ВМЗ «Северный ниобий» (18.07.2016 года) у общества имелась кредиторская задолженность по нескольким хозяйственным договорам: договору купли-продажи от 12.03.2012 года (нежилое здание - цех упаковки готовой продукции) на сумму  2 280 000 рублей; договору купли-продажи технологического оборудования от 12.03.2012 года (комплексная трансформаторная подстанция КТП-1000 и печь индукционная ИСТ-0,4) на сумму 2 290 000 руб.; договору купли-продажи от 16.04.2012 года (нежилое здание - контрольно-пропускной пункт) на сумму  595 000 руб.; договору купли-продажи технологического оборудования от 01.06.2012 года на сумму 3 086 000 руб.; договору поставки № 4 от 11.01.2016 года на сумму задолженности 8 923 605 руб. 25 коп.; договору поставки № 5 от 11.01.2016 года на сумму 3 168 323 руб.19 коп.. Указанные задолженности отражены в бухгалтерском учете  общества, и данная информация ранее представлялась в материалы дела, в том числе, для передачи экспертам. 31.08.2015 года и 11.05.2018 года согласно уступленным правам требования по вышеуказанным договорам в адрес ФИО7 последний уведомил ООО ВМЗ «Северный ниобий» в указанные даты о состоявшихся уступках прав требований, и общество стало его кредитором на указанные суммы, которые постепенно и были погашены разными суммами в течении нескольких лет. Считает, что суд первой инстанции при вынесении своего определения, абсолютно незаконно проигнорировал норму о двойной реституции, предусмотренной пункта 2 статьи 167 ГК РФ, поскольку  материалами  дела подтверждается оплата на сумму  18 350 000 руб.

До начала судебного разбирательства от финансового управляющего ФИО4 поступил письменный отзыв, согласно которым просит обжалуемое определение суда оставить без  изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В материалы дела от ФИО7, ФИО5 поступили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в их отсутствие.

Представители ООО «Пулито» против доводов апелляционной жалобы возражают. Считают определение суда первой инстанции законным и обоснованным, просят определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Финансовый управляющий против доводов апелляционной жалобы возражает. Считает определение суда первой инстанции законным и обоснованным, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ (в части  сделки с  ФИО5).

Возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части не заявлено.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2019 на основании заявления ООО «Ясный свет» в отношении ФИО7 возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2019 в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2020 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

Обращаясь с настоящими требованиями, заявитель просит признать недействительным договор купли-продажи   100 % доли    в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Вишневогорский металлургический комбинат «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>) ФИО5 и применить последствия недействительности сделки в виде возложения обязанности на ФИО5, возвратить полученное по сделке имущество 100% доли в уставном капитале в конкурсную массу ФИО7, признав его единственным участником «Вишневогорский металлургический комбинат «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>). 

Конкурсный кредитор полагал, что оспариваемая сделка совершены в нарушение статей 10, 168 ГК РФ, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве со злоупотреблением правом с целью вывода активов из имущественной сферы должника для их сокрытия от обращения взыскания со стороны добросовестных независимых кредиторов.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что имеются все условия для признания оспариваемой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, признал заявленные требования обоснованными.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции в обжалуемой  части  отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Суд первой инстанции  верно  указывает, что поскольку оспариваемый договор купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Вишневогорский металлургический комбинат «Северный Ниобий»  совершен от 18.07.2016, то есть после 01.10.2015, то финансовый управляющий имел право оспорить данные сделки как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательство (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ).

Из содержания заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными финансовым управляющим были приведены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ. 

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи  168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что заинтересованное лицо знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов дела, решением суда от 31.08.2016 ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2018 в рамках дела № А60-2973/2016, заявление конкурсного управляющего ООО УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего учредителя и руководителя ФИО7 признано обоснованным. С ФИО7 взыскано 32 226 635,98 руб. в пользу ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий». 

В рамках рассмотрения указанного заявления вступившим в законную силу судебным актом установлено, что ФИО7 систематически и неоднократно предпринимались меры по личному уклонению от погашения субсидиарной ответственности по долгам УК «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» и выводу имущества компании. Привлекая ФИО7 к субсидиарной ответственности, суд исходил из того, что действия ФИО7 привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства должника. 

При этом судом первой верно  инстанции учтено совершение ФИО7 сделок, в последующем признанных недействительными, в результате совершения которых должнику и его кредиторам был причинен вред. Кризисная ситуация (как в имущественной сфере подконтрольного должнику общества, так и должника в частности), как правило, возникает не одномоментно, а нарастает до момента появления признаков объективного банкротства. 

В рамках дела № А60-2973/2016 судом установлено, что в 2015 году ФИО7, как руководителем ООО Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» совершались сделки с аффилированными лицами, впоследствии признанные судом недействительными, что послужило основанием для привлечения  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов. 

В рассматриваемом случае, сделка по отчуждению 18.07.2016 доли 100% в уставном капитале ООО «ВМЗ Северный Ниобий» попадает в трехлетний период, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку производство по делу о банкротстве принято к производству 21.06.2019. 

В рамках настоящего дела А60-24454/2019 суды признали обоснованными доводы о том, что у должника на момент в 2016 году уже имелись обязательства в размере 32 млн. руб. по обязательствам подконтрольного ему ООО «УК ВМЗ Северный Ниобий», а также признаки неплатежеспособности.  Следовательно, на момент совершения сделок должник являлся неплатежеспособным. 

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что фактическим собственником и выгодоприобретателем предприятия ООО «ВМЗ Северный Ниобий» является должник ФИО7, что подтверждается синхронными операциями по счетам должника и общества. 

Так из анализа выписки по счету должника № 40817 8100 1654 8650788 (ПАО Сбербанк, приобщена в дело ходатайством от 27.01.2021) следует, что ФИО7 в конце 2017 года пополнял через ФИО5 чистые активы общества за свой счет:  11.12.2017 на счет ФИО7 поступили 19,7 млн. руб., которые впоследющем снимались наличными деньгами суммами 6 400 000 руб. (15.12.2017), 490 тыс. руб. (25.12.2017), 480 тыс. руб. (28.12.2017), и сразу же поступали на счет общества от ФИО5 в качестве пополнения чистых активов общества (платежное поручение от 17.12.2017 на 6 400 000 рублей, от 26.12.2017 на 490 000 рублей, от 29.12.2017 на 480 000 рублей); 

после продажи предприятия 18.07.2016 должник продолжал в качестве агента представлять общество перед третьими лицами, вести переговоры от лица общества и обсуждать условия взаимодействия общества с его контрагентами, что подтверждается выписками по счету должника 40802810238370000124 в ПАО «Альфа Банк» с получением агентского вознаграждением от завода до 2019 года (приобщено в материалы дела 28.06.2021) и показаниями свидетеля ФИО8, данными в судебном заседании 30.11.2010 в отношении личного участия ФИО7 от лица ООО «ВМЗ Северный Ниобий» во взаимоотношениях с ООО «Утилизирующая компания Омега» в октябре 2019 года; 

После продажи 100% долей ответчику должник остался мажоритарным контролирующим кредитором предприятия, поскольку согласно Акту инвентаризации расчетов от 30.06.2016 долг спорного общества перед ФИО7 и подконтрольным ему обществом ООО «ТД ВМЗ Северный Ниобий», где ФИО7 был директором и учредителем до сделки с ФИО11 10.11.2018, составлял 23 143 065 рублей или 82% от общего размера задолженности предприятия; 

Задолженность в сумме 23 143 065 руб. после продажи предприятия произвольными суммами от 90 тыс. рублей до 1,6 млн. рублей в отсутствие регулярного графика выплачивалась на счета ФИО7 (согласно выпискам по счету ПАО Сбербанк № 40817 8100 1654 8650788, по счету 40817810609980007663 в Альфа-Банке) до марта 2019 года; 

Основные средства производства предприятия (индукционная печь, трансформаторная подстанция, здание цеха упаковки годовой продукции, здание контрольно-пропускного пункта) после продажи находились в залоге у должника в силу закона ввиду невыплаченной задолженности на сумму 23 млн. руб., при этом чистые активы общества были отрицательными, в банковских кредитах обществу было отказано из-за плохого финансового состояния, что признавал сам ФИО5 в пункте 5 пояснений от 23.11.2020; 

В таких условиях общество полностью зависело от своих кредиторов и деятельность его фактически финансировалась мажоритарным кредитором ФИО7 за счет рассрочки выплаты задолженности в 23 млн. руб.; 

Судом первой инстанции  установлено, что действия по передаче своего предприятия номинальному собственнику являются типичными для должника, поскольку ранее ФИО7, уже применял схему фиктивной передачи 100% доли своего предприятия номинальному собственнику  ФИО12, что установлено допросом ФИО12 от 13.06.2016 и материалами проверки органов МВД в отношении ООО УК ВМЗ Северный Ниобий в тот же период времени (лето 2016 года), что и совершение спорной сделки (16 июля 2016 года) (материалы уголовной проверки приобщены в дело ходатайством от 28.12.2020). 

В совокупности вышеизложенное свидетельствует о том, что после совершения сделки 16.07.2016 по продаже 100% доли в уставном капитале ФИО7 продолжал сохранять контроль над обществом являясь его контролирующим мажоритарным кредитором, получал денежные средства от общества, представлял общество в отношениях с третьими лицами и пополнял его чистые активы за свой личный счет. 

Таким образом, как верно указывает суд первой инстанции,  ФИО7 осуществлял полномочия выгодоприобретателя и контролирующего лица. При этом ответчик ФИО5 является заинтересованным лицом к должнику, знание которого о финансовом состоянии должника и мотивах совершения сделки в ущерб кредитором в преддверии личного банкротства презюмируется; ответчиком иное не доказано. 

Так, ФИО5 с 2001 года в течение свыше 10 лет оказывал юридические услуги ФИО7 и его обществам, включая ООО «УК ВМЗ Северный ниобий» и ООО «ВМЗ Северный Ниобий», в том числе по договорам на оказание юридической помощи организации от 03.02.2014 и абонентского обслуживания от 01.12.2014, отражены в определении АС Свердловской области от 02.03.2017 по делу А60-2973/2016, неоднократно представлял интересы самого ФИО7 и его подконтрольных общества в судах (см. дело А60-471/2015, А60-18893/2015, А60-38283/2015 – завершилось в апреле 2016 года постановлением 17ААС от 08.04.2016 об отказе в удовлетворении ап. жалобы ООО «УК ВМЗ Северный Ниобий», а также см. решение Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 17.04.2014 по делу № 2-842/2014, решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.07.2012 по делу № 2-4302/35(12), решение Кировского районного суда от 24.01.2012 по делу № 2-151/37(12) и др., судебные акты о представительстве приобщены к заявлению о признании сделок недействительным), в 2013 году ФИО5 выдал займ ФИО7 на значительную сумму 4 млн. рублей, который не истребовал до 2016 года, и в дальнейшем согласно выпискам ФИО7 неоднократно перечислял ему денежные средства, что следует из выписки должника из Альфа-банка по счету 40817810609980007663, приобщенное в дело с ходатайством от 28.06.2021.

Согласно сложившейся позиции судебной практики согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.) при наличии доказательств иной заинтересованности (дружеские отношения, совместный бизнес, частое взаимодействие и т.д.). 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрытия разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015). 

Принимая во внимание длительные доверительные отношения и постоянном взаимодействии между ФИО5 и должником согласованность действия ФИО5, и должника при заключении сделки от 18.07.2016, презюмируется. 

Таким образом, ФИО5 как заинтересованное лицо несет бремя доказывания своей добросовестности при заключении и исполнении сделки купли-продажи 100% доли ООО «ВМЗ Северный Ниобий».

Между тем доказательств наличия добросовестности при заключении спорного договора, судом первой  инстанции не установлено. 

В письменном мнении от 20.12.2020 на показания свидетеля ФИО8 в судебном заседании 30.11.2020 о том, что ФИО7 лично ведет с контрагентами дела от имени ООО «ВМЗ Северный Ниобий», ФИО5 заявил, что в деле нет никаких доказательств того, что ФИО7 вел или мог вести дела от имени общества, нет даже доверенности, и утверждал, что ФИО7 не имеет никакого отношения к обществу с момента продажи 16.07.2016, все переговоры по сделкам велись от лица директоров общества. 

Позже после приобщения в материалы дела выписок по счетам ФИО7, из которых следовало регулярное получение агентского вознаграждения от ООО «ВМЗ Северный Ниобий», а также регулярные выплаты по договорам займов, ФИО5 изменил свою позицию и сообщил, что покупал 100% доли у ФИО7 на условиях «постепенной передачи производственно-коммерческих связей», а также оказание содействия ФИО7 в поиске поставщиков сырья и покупателей продукции, поскольку у ФИО5 не было опыта и связей для управления ООО «ВМЗ Северный Ниобий». 

Вместе с тем, наличие противоречий в пояснениях ФИО5 и изменение фактического описания отношений с ФИО7 по мере выявления новых доказательств свидетельствуют о недобросовестности ФИО5, его попытке скрыть действительный смысл и фактические обстоятельства отношений сторон. 

На момент заключения договора купли-продажи от 18.07.2016 общество фактически находилось в состоянии банкротства, имело отрицательную рентабельность и отрицательные чистые активы, долг перед ФИО7 и подконтрольным ему ООО «ВМЗ Северный ниобий» превышал согласованную стоимость самого завода. 

При этом ФИО5 не представлено доказательств экономической целесообразности заключения спорного договора, поскольку на момент совершения указанной сделки, ООО «ВМЗ Северный Ниобий» фактически являлось банкротом, имело отрицательные чистые активы, отрицательную рентабельность, что влекло невозможность привлечения заемных банковских денежных средств, согласно требованиям действующего законодательства подлежало ликвидации. 

Покупка предприятия в таком состоянии для незаинтересованного ФИО7 лица не имеет экономического смысла без выкупа задолженности у бывшего владельца либо достижения неформальных договоренностей с ФИО7 за счет особых дружеских отношений о постепенной выплате долга без начисления процентов и штрафных санкций, неравномерными платежами от 90 тыс. рублей до 1,6 млн. рублей, что  также указывает на статус ФИО5 как заинтересованного лица и презюмирует знание им о заключении сделки в целях вывода активов в преддверии банкротства ФИО7 

Установление судом признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки и участие в ней заинтересованного лица позволили суду считать доказанным, что оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам. 

Кроме того, о наличии такой цели свидетельствует отсутствие в материалах дела доказательств возмездности отчуждения 100% доли в уставном капитале ООО «ВМЗ Северный ниобий».

В результате совершения оспариваемой сделки из состава имущества должника выбыли ликвидные активы, должник при этом не получил эквивалентного возмещения, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, то есть имущественным правам кредиторов причинен вред. 

Суд, установив, что сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника, в отсутствие эквивалентного встречного предоставления за отчужденное имущество, пришел  к обоснованному выводу о ее недействительности на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, изучения материалов дела суд апелляционной инстанции считает, что суд первой в полном объеме исследовал и оценил приведенные сторонами доводы, возражения и представленные в материалы спора доказательства, верно установил имеющие существенное значение для его правильного разрешения фактические обстоятельства, дал таковым надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании чего пришли к правильному выводу о наличии оснований для признания недействительной цепочки сделок по отчуждению упомянутого имущества (доли в обществе). 

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами суда о природе совершенных названными выше лицами сделок и наличия у них противоправной цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода спорного актива из имущественной сферы должника. 

В данном случае суд на основании анализа и оценки собранных по делу доказательств пришел к выводу, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок и последовательных действий его участников, направленных на вывод активов должника во вред  кредиторам должника, 

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В связи с чем, суд первой инстанции  верно  применил последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО5 обязанности возвратить полученное по сделке имущество - долю 100% в уставном капитале в конкурсную массу ФИО7 и признал ФИО7 единственным участником общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» (ОГРН 

<

***>).

Выводы суда являются правильными, поскольку основаны на правильном применении норм материального права и правильной оценке фактических обстоятельств.

Доводы апеллянта о том, что  сделка носила возмездный характер, было уплачено  18 350 000 руб.,  судом  апелляционной инстанции  отклоняются, поскольку в материалах  дела  не содержатся безусловные доказательства,  которые  бы подтверждали оплату по спорной сделке. Кроме  того, апеллянт в  жалобе не указывает на  финансовые документы, которые  свидетельствовали бы о возмездности  договора купли-продажи от 18.07.2016.

Доводы  о   том, что   именно ФИО5  осуществлялось  управление  общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ «Северный Ниобий» несостоятельны и опровергаются материалами дела  и установленными по  делу обстоятельствами осуществления Бурным  В.Г. контроля  за  ООО «ВМЗ Северный ниобий», ООО «Торговый дом ВМЗ Северный Ниобий».

 Иные изложенные в апелляционных жалобах доводы, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах и с учетом проверки законности и обоснованности судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы оснований для отмены определения суда не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Свердловской области от 10 февраля 2022 года по делу № А60-24454/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

И.П. Данилова 

 

Судьи

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова