АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-11782/2015 

«11» февраля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании  04.02.2019 года

Решение  в полном объеме изготовлено   11.02.2019  года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Кириченко С.И.,

при ведении протокола судебного заседания  помощником судьи Зенковым А.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Публичного акционерного общества «Научно-производственная корпорация «ИРКУТ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 125315, 

<

...>)

к Министерству финансов Иркутской области (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 664027, 

<

...>) 

третьи лица - Служба по тарифам Иркутской области, Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области

о взыскании 325 676 720 руб. 93 коп.

при участии в судебном заседании: 

от истца – представитель  ФИО1, по доверенности, паспорт, представитель  ФИО2, по доверенности, паспорт, представитель  ФИО3, по доверенности, паспорт.

от ответчика: ФИО4 представитель по доверенности, служебное  удостоверение.  

от третьих лиц: Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области – представитель ФИО5, по доверенности, удостоверение; 

Служба по тарифам Иркутской области – представитель ФИО6 доверенность ФИО7, по доверенности, удостоверение, 

установил:

Публичное акционерное общество «Научно-производственная корпорация «ИРКУТ» (далее – ПАО «Корпорация «Иркут», истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к Иркутской области в лице Министерства финансов Иркутской области (далее – Министерство финансов, ответчик) с исковым заявлением о возмещении убытков в размере 325 676 720 руб. 93 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 30.09.2015 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Служба по тарифам Иркутской области (далее - Служба по тарифам), Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области (далее - Министерство жилищной политики).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.07.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ПАО «Корпорация «Иркут» обжаловало его в апелляционной инстанции, постановлением от 12.10.2017 Четвертый арбитражный апелляционный суд оставил решение суда от 10.07.2017 без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 27.03.2018 вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал на необходимость при новом рассмотрении суду первой инстанции принять меры по устранению противоречий в ходе оценки доказательств, привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса РФ), результаты проведенной экспертизы оценить наряду с иными доказательствами по делу в соответствии с правилами статьи 71, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса РФ, разрешить вопрос о распределении   расходов по государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, сославшись на доводы, изложенные в письменных пояснениях, дополнительных письменных пояснениях. 

Ответчик требования не признал, поддержал все  доводы,  заявленные Службой по тарифам.

Третьи лица:  Служба по тарифам, Министерство жилищной политики требования истца не признали, сославшись на доводы, изложенные в отзыве, дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

ПАО «Корпорация «Иркут» в лице своего филиала «Иркутский авиационный завод» (далее - ИАЗ) является теплоснабжающей организацией, осуществляющей продажу потребителям категории прочие (дочерним обществам ПАО «Корпорация «Иркут», в том числе ООО «Сетевая компания «Иркут») произведенной им тепловой энергии в соответствии с пунктом 1 статьи 424 Гражданского кодекса РФ и подпункта  «б» пункта 18 статьи 2 Федерального закона № 190-ФЗ «О теплоснабжении». 

29.04.2013 истец обратился в Службу по тарифам Иркутской области (далее – Служба) с предложением об установлении тарифов на отпуск 1Гкал тепловой энергии в размере 2 076, 25 руб./Гкал без НДС методом экономически обоснованных затрат; приказом Службы от 26.12.2013 №274-спр установлены и введены в действие с 01 января 2014 года тарифы на тепловую энергию, отпускаемую ПАО  «Научно-производственная корпорация «ИРКУТ», в следующих размерах:

- с 01.01.2014 по 30.06.2015 г. – 1 230, 68 руб./Гкал (без учета НДС);

- с 01.07.2015 г. по 30.06.2016 – 1 266,97 руб./Гкал (без учета НДС);

 - с 01.07.2016-1 301, 20руб./Гкал (без учета НДС)

Вместе с тем, как указывает истец, тариф на 2014 год был установлен Службой по тарифам в меньшем размере (на 9%) по сравнению с тарифом, действующим в предыдущем периоде регулирования (1 352, 37 руб./Гкал), несмотря на то, что и в предыдущем периоде деятельность общества по реализации тепловой энергии потребителям была убыточной. Таким образом, установление тарифов на тепловую энергию было произведено без учета ряда затрат предприятия, связанных с осуществлением регулируемого вида деятельности. Регулирующим органом не приняты и не учтены в тарифе экономические обоснованные расходы предприятия в сумме 568 894, 51 руб.

Посчитав данный тариф на 2014 год экономически необоснованным (заниженным), Общество оспорило приказ от 26.12.2013 г. № 274-спр в судебном порядке.

Решением Иркутского областного суда от 29.05.2014 г. по гражданскому делу № 3-43-14, оставленным без изменения определением Верховного суда Российской Федерации от 08.10.2014 г., приказ Службы от 26.12.2013 г. № 274-спр признан недействующим в части пунктов 1 и 2 со дня его принятия, как противоречащий положениям пунктов 6, 26, 28, 29, 30, 32 Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 г. № 1075 (далее – Правила регулирования).

Установление Службой по тарифам Иркутской области нового тарифа на тепловую энергию на 2014 год взамен тарифа, признанного недействительным, не осуществлялось.

Таким образом, как указывает истец, в результате применения необоснованного тарифа обществом получены убытки в общем размере 325 676 720 руб. 93 коп., что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчик, возражал против удовлетворения исковых требований по следующим основаниям: Министерство финансов Иркутской области является не надлежащим ответчиком (ответчиком должен являться либо уполномоченный в сфере регулирования цен на тарифы на тепловую энергию государственный орган – Служба по тарифам Иркутской области, либо Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области); истцом не доказаны факт несения убытков за 2014 г. и их размер, не доказана вина ответчика и причинно-следственная связь между его действиями и наступившими последствиями. 

Третье лицо  - Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области исковые требования оспорило, указало, что состав убытков истцом не доказан, представленный расчет не соответствует положениям действующего законодательства; при этом, как полагает третье лицо, что из решения напрямую не следует, что истец понес какие-либо убытки в связи с утверждением ему Службой по тарифам Иркутской области, в размере 1 230, 68 руб./Гкал, равно указанный судебный акт не содержит выводов относительно экономической необоснованности размера утвержденного тарифа.

Третье лицо – Служба по тарифам Иркутской области считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, полагая, что истцом не верно истолкованы нормы законодательства в сфере теплоснабжения и не доказаны имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства, не доказан факт причинения убытков, представленный расчет не соответствует законодательству. Указал, что сумма недополученного дохода истца учтена в полном объеме при установлении тарифов на 2015 и 2016 г.г.

Заслушав представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, арбитражный суд приходит к следующему.

В силу положений, установленных Федеральным законом от 14 апреля 1995 года N 41-ФЗ "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации"; подпункта 55 части 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", пункта 26 Правил государственного регулирования и применения тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2004 N 109) именно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации устанавливают подлежащие применению тарифы на тепловую энергию, поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, в рамках предельных уровней тарифов, установленных федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов в сфере теплоснабжения.

В силу приведенных норм действующего публичного законодательства, с учетом пунктов 18, 19 разъяснений постановления Пленума ВАС РФ "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации» регулирование тарифов на тепловую энергию относится к ведению субъекта Российской Федерации, и, следовательно, обязательства, возникающие вследствие такого регулирования, относятся к расходным обязательствам субъекта Российской Федерации - Иркутской области.

Введение предельных уровней тарифов, то есть предельного размера цены на соответствующую продукцию, направлено на противодействие монополизации и недобросовестной конкуренции, выступает государственной гарантией доступности теплоэнергетических ресурсов для потребителей, прежде всего для населения, препятствует экономически не обоснованному росту тарифов на тепловую энергию, предполагает возможность установления льготных тарифов (части 13 - 15 статьи 10 Федерального закона "О теплоснабжении", часть тринадцатая статьи 2 Федерального закона "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации") и тем самым призвано не допустить резкого ухудшения   социального   положения    граждан.

Вместе с тем применение указанных мер в рамках тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для потребителей и экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты теплоснабжающей организации на производство тепловой энергии, и, соответственно, предопределяет необходимость возмещения в таких случаях теплоснабжающей организации понесенных ею  экономических  потерь. 

Поскольку возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов) на тепловую энергию, субъект Российской Федерации обязан возместить теплоснабжающей организации расходы, обусловленные установлением тарифа на уровне ниже экономически обоснованного.

Эта  обязанность субъекта Российской Федерации вытекает также из пункта  26 Правил государственного регулирования и применения тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2004 № 109.

В рассматриваемом случае таким публично-территориальным образованием  является  Иркутская область, следовательно, настоящий иск заявлен к надлежащему ответчику; при этом Министерство финансов является главным распорядителем бюджетных средств Иркутской области и лицом, ответственным за представление интересов Иркутской области в силу статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из положений статьи 158 и части 3 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации (БК РФ) прямо следует, что интересы субъекта Российской Федерации в суде по искам о возмещении вреда, причиненного юридическому лицу в результате незаконных действий государственных органов, в том числе в результате издания актов, не соответствующих закону или иному правовому акту, должен представлять главный распорядитель средств бюджета субъекта Российской Федерации.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Из системного толкования статей 158 БК РФ и  ст. 1071 ГК РФ следует, что от имени казны субъекта Российской Федерации в суде по искам о возмещении вреда выступает главный распорядитель бюджетных средств - финансовый орган; иной главный распорядитель бюджетных средств может выступать в суде по искам о возмещении вреда от имени казны субъекта Российской Федерации только в том случае, если эта обязанность прямо на него возложена.

В соответствии с позицией Пленума ВАС РФ, высказанной в п. 1 Постановлении от 22 июня 2006 г. № 23  «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации», в качестве представителя публично-правового образования надлежит привлекать государственный орган, являвшийся главным распорядителем бюджетных средств, обладающий необходимыми полномочиями на момент рассмотрения дела в суде, а при отсутствии такового (в случае, если соответствующие полномочия не переданы иному органу) - соответствующий финансовый орган публично-правового образования. 

Министерство финансов Иркутской области является главным распорядителем бюджетных средств Иркутской области и лицом, ответственным за представление интересов Иркутской области в силу ст. 16, 1069 ГК РФ.

Тогда как в силу Закона Иркутской области от 11.12.2013 г. № 113-ОЗ «Об областном бюджете на 2014 г. и на плановый период 2015 и 2016 годов» Служба по тарифам Иркутской области, Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области в 2014 г., являлись главными распорядителями только в части средств областного бюджета, выделенных для предоставления субвенций и субсидий в целях регулирования тарифов на тепловую энергию.

Государственная поддержка в Иркутской области по предоставлению субсидий за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов юридическим лицам в связи с оказанием услуг, в том числе, в сфере теплоснабжения предусмотрена Постановлением Правительства Иркутской области от 02.09.2015 г. № 439-пп «Об утверждении положения о предоставлении субсидий за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов в связи с оказанием услуг в сфере электро-, газо-, тепло- и водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод» (далее - Положение). 

Согласно пунктам 1 и 2  Положения  недополученные доходы («выпадающие» доходы) в связи с оказанием услуг в сфере теплоснабжения, подлежащие субсидированию, определяются как произведение объема предоставленных населению коммунальных услуг на разницу между установленными для юридического лица тарифами на коммунальные услуги и тарифами, установленными на соответствующие коммунальные услуги для населения (далее - недополученные доходы).

Вместе с тем в рамках настоящего спора установлено, что истец не реализует тепловую энергию категории потребителей «население», экономические потери (убытки) Общества не связаны с возникновением вышеуказанных недополученных («выпадающих») доходов от межтарифных разниц, подлежащих субсидированию.

Таким образом, Министерство жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области, будучи главным распорядителем средств бюджета области в части предоставления субсидий в целях софинансирования расходных обязательств по организации в границах муниципального образования теплоснабжения населения, не является субъектом, уполномоченным на представление интересов Иркутской области в данном споре.

В связи с чем, судом не могут быть приняты ссылки Министерства финансов Иркутской области в дополнительном отзыве от 10.09.2018 (том дела 56) на арбитражную практику по рассмотрению имущественных споров, связанных с вопросами субсидирования в сфере тепловой энергетики.

Кроме того, фактические обстоятельства дела также свидетельствуют, что деятельность истца по реализации тепловой энергии в 2014 г. не предусматривала предоставление ему субвенций. Субвенции в соответствии с порядком, установленным Постановлением Правительства Иркутской области от 16.05.2011 г. № 130-пп, предоставляются Службой по тарифам Иркутской области за счет средств областного бюджета в пределах лимитов местным бюджетам на осуществление отдельных областных государственных полномочий в области регулирования тарифов на товары и услуги организаций коммунального комплекса, расположенных на территориях соответствующих муниципальных образований, а именно: на оплату труда муниципальных служащих и материальные затраты, необходимые для осуществления государственных полномочий.

Таким образом, субвенции не предоставляются ресурсоснабжающим организациям, в том числе для компенсации экономических потерь от применения тарифов, и Служба по тарифам Иркутской области, будучи главным распорядителем средств бюджета области в части предоставления субвенций местным бюджетам, не является субъектом, уполномоченным на представление интересов Иркутской области в данном споре.

На основании вышеизложенного, в настоящем деле надлежащим ответчиком является субъект Российской Федерации – Иркутская область, от имени которого в суде выступает финансовый орган – Министерство финансов области Иркутской области.

          Рассмотрев доводы ответчика и третьих лиц о недоказанности факта несения истцом убытков за 2014 г. и их размера, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Как установлено статьей 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», требуя возмещения вреда, истец обязан представить доказательства, обосновывающие противоправность акта, решения или действий (бездействия) органа (должностного лица), которыми истцу причинен вред. При этом бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия такого акта или решения либо для совершения таких действий (бездействия), лежит на ответчике.

Тарифное регулирование в сфере теплоснабжения осуществляется на основе Закона № 190-ФЗ, Основ ценообразования в сфере теплоснабжения (далее - Основы ценообразования), Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, Правил установления долгосрочных параметров регулирования деятельности организаций в отнесенной законодательством Российской Федерации к сферам деятельности субъектов естественных монополий сфере теплоснабжения и (или) цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, которые подлежат регулированию в соответствии с перечнем, определенным статьей 8 Закона N 190-ФЗ, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 N 1075; Методических указаний по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 13.06.2013 N 760-э.

Согласно подпункту "а" пункта 18 статьи 2 Закона N 190-ФЗ реализация тепловой энергии (мощности), теплоносителя, за исключением установленных названным федеральным законом случаев, при которых допускается установление цены реализации по соглашению сторон договора, осуществляется по ценам (тарифам), подлежащим государственному регулированию. Полномочиями устанавливать тарифы на тепловую энергию наделены органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения (пункт 1 части 2 статьи 5, пункт 1 части 3 статьи 7 и пункт 4 части 1 статьи 8 Закона N 190-ФЗ).

Судом установлено, что Службой по тарифам Иркутской области вынесен Приказ №274-спр от 26.12.2013 об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителям ИАЗ - филиал ОАО «Корпорация «Иркут» с 1 января 2014 года, устанавливающий долгосрочные тарифы на теплоэнергию на 2014 г. (далее - Приказ) в размере 1230,68 руб./Гкал (без учета НДС).

В свою очередь, по расчетам ПАО «Корпорация «Иркут» методом экономически обоснованных расходов размер тарифа на отпуск 1 Гкал тепловой энергии в рассматриваемом периоде должен был составлять 2076,25 руб. (без НДС).

Посчитав вынесенный Приказ незаконным, а установленный регулирующим органом тариф, экономически необоснованным, ПАО «Корпорация «Иркут» обратилось в Иркутский областной суд с заявлением о признании Приказа №274-спр от 26.12.2013 недействительным.

Решением Иркутского областного суда от 29.05.2014, оставленным без изменения Определением Верховного суда Российской Федерации от 08.10.2014 требование Общества удовлетворены в полном объеме.

ПАО «Корпорация «Иркут», полагая, что в результате установления Приказом №274-спр от 26.12.2013 экономически необоснованного тарифа на тепловую энергию, в 2014 году понесло убытки в общей сумме 325 676 720 руб. 93 коп., обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с настоящим иском.

       Для разрешения вопроса о размере затрат на передачу энергии при отсутствии утверждённого в установленном порядке тарифа, для определения цены, которая была бы установлена регулирующим органом при соблюдении законодательства в сфере тарифообразования, судом в порядке статьи  82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации           определением от 06.06.2016 назначена судебная финансово экономическая экспертиза. Проведение экспертизы  поручено Институту проблем ценообразования и регулирования естественных монополий Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (ИПЦиРЕМ) (г. Москва), экспертам ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11. Перед экспертами следующие вопросы:

1. Является ли экономически обоснованным размер одной Гкал тепловой энергии в 2 076,25 руб./Гкал исходя из расчета, представленного ПАО «Корпорация «Иркут» в рамках тарифного регулирования на 2014 год?

2. Являются ли экономически обоснованными расходы, заявленные в составе необходимой валовой выручки в предложении ПАО «Корпорация «Иркут», представлявшемся регулятору (Службе по тарифам Иркутской области) при установлении тарифа на 2014 год?

3. Установить размер экономически обоснованного тарифа на тепловую энергию на 2014 год, поставляемую ПАО «Корпорация «Иркут», с учетом представленных Службе по тарифам Иркутской области расходов, заявленных в составе необходимой валовой выручки в предложении ПАО «Корпорация «Иркут»?

4. Каков размер убытков, причиненных ПАО «Корпорация «Иркут» в результате установления Службой по тарифам Иркутской области заниженного тарифа на 2014 год, с учетом разницы между определенным экономически обоснованным тарифом на 2014 год и тарифом, установленным Службой по тарифам Иркутской области на 2014 год?

        По результатам проведенной экспертизы экспертами Института проблем ценообразования и регулирования естественных монополий Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (ИПЦиРЕМ) (г. Москва), представлено заключение экспертов. 

             Согласно представленному заключению эксперта, размером экономически обоснованного тарифа на тепловую энергию на 2014 г., поставляемую ПАО «Корпорация «Иркут», с учетом представленных Службой по тарифам Иркутской области расходов, заявленных в составе необходимой валовой выручки составляет 1 228, 83 руб./Гкал, убытков не причинено.

Истец, не согласившись с экспертным заключением, указал, что подход экспертов был направлен на максимальное удешевление тарифа, а не на определение экономически обоснованного тарифа, представил письменные пояснения о наличии в экспертном заключении ошибок и существенных противоречий со ссылками на имеющиеся в деле иные документальные доказательства, приведших к неправильным итоговым выводам. Просил не рассматривать экспертное заключение в качестве доказательств по делу.

Суд, исполняя указание Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, изложенное в постановлении от 27.03.2018, в части принятия мер по устранению противоречий в ходе оценки доказательств, приведения мотивов, по которым суд принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса РФ), оценке результатов проведенной экспертизы наряду с иными доказательствами по делу в соответствии с правилами статьи 71, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса РФ, пришел к следующему.

На основании п. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно п. 2 названной нормы в качестве доказательств допускаются, в том числе, письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, иные документы и материалы.

В соответствии с положениями п. 1, 2 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу п. 4, 5 названной нормы каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В материалах дела имеются, в том числе, следующие доказательства: документы, представлявшиеся истцом в Службу по тарифам Иркутской области и рассматривавшиеся в рамках тарифного дела на 2014 год; документы, подтверждающие фактически расходы истца на производство и реализацию тепловой энергии за 2014 год (их размер и порядок их формирования, применяемый истцом), которые органом регулирования в рамках тарифного дела и экспертами в целях проведения экспертизы не рассматривались.

Суд, оценив экспертное заключение по правилам ст. 71 АПК РФ, полагает, что оно подлежит принятию в качестве доказательства по делу только в той мере, в которой выводы экспертов, содержащие в нем, не противоречат иным имеющимся в деле документальным доказательствам. В остальной части выводы экспертов не подлежат принятию судом, а соответствующие расходы, в отношении которых сделаны эти выводы, подлежат корректировке с учетом данных имеющихся в деле доказательств.

Как уже указывалось выше в настоящем судебном акте, государственное регулирование цен (тарифов) на тепловую энергию в спорный период осуществлялось на основе принципов, установленных Федеральным законом от 27.07.2010 № 190-ФЗ "О теплоснабжении" (далее - Закон № 190-ФЗ), в соответствии с Основами ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 г. № 1075 (далее – Основы ценообразования), Правилами регулирования, иными нормативными правовыми актами и методическими указаниями, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения.

Предметом спора по настоящему делу является взыскание убытков, связанных с фактическими затратами ПАО «Корпорация «Иркут» на производство и поставку в 2014 году потребителям тепловой энергии по государственной регулируемой цене.

Согласно статье 7 Закона №  190-ФЗ регулирование цен (тарифов) в сфере теплоснабжения осуществляется в соответствии с принципами обеспечения экономической обоснованности расходов теплоснабжающих организаций на производство, передачу и сбыт тепловой энергии, обеспечения достаточности средств для финансирования мероприятий по надежному функционированию и развитию систем теплоснабжения.

В соответствии с пунктом 25 Основ ценообразования тарифы на тепловую энергию должны обеспечивать получение в расчетный период регулирования регулируемыми организациями необходимой валовой выручки.

В пункте 11, части II Приказа ФСТ России от 13.06.2013 № 760-э «Об утверждении Методических указаний по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения», (далее по тексту – Методические указания), указано, что необходимая валовая выручка регулируемой организации должна возмещать ей экономически обоснованные расходы и обеспечивать экономически обоснованную прибыль по каждому регулируемому виду деятельности.

Согласно пункту 33 Правил регулирования тарифов орган регулирования отказывает во включение в тариф отдельных расходов, предложенных регулируемой организацией, только в случае экономической необоснованности таких расходов в соответствии с Основами ценообразования и Методическими указаниями.

Проанализировав выводы и расчеты в экспертном заключении, а также имеющиеся в деле доказательства: документы, подтверждающие плановые и фактические расходы ПАО «Корпорация «Иркут»  на производство и реализацию потребителям тепловой энергии за 2014 год, иные материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

По пункту 2.2.1 экспертного заключения.

 В отношении доводов истца в части размера экономических обоснованных расходов на приобретение энергоресурсов: сжатый воздух, кислород, ацетилен (стр. 22-24 заключения), суд пришел к следующему.

В подтверждение необходимости несения затрат на приобретение у поставщиков данных ресурсов, а также  дополнительных затрат, связанных с обслуживанием данных ресурсов (расходов на ремонт и обслуживание газового оборудования, амортизацию данного оборудования) истец представил следующие доказательства: 

- документы «Ожидаемые затраты на приобретение видов энергии на 2014 год» (л.д. 156-157 том дела 47);

 - договоры на обслуживание и ППР газового оборудования №12/2013, 13/2013, 14/2013 с ООО «Энергоцентр «Иркут», ООО «Сетевая компания «Иркут» ремонт и обслуживание газовоздушных сетей, кондиционеров, ремонт и освидетельствование газовых баллонов и первичными документами к ним (счетами-фактурами и акты сдачи выполненных работ)  за 9 мес. 2013 г., справкой о фактических расходах за 2014 год по заказу 360 «Кислород» (л.д. 7-8 том дела 12);

-  регистры бухгалтерского учета по счету 23090 «Энергозавод» по заказу 360 «Кислород» (л.д. 9-12 том дела 12), по заказу 361 «Ацетилен» (л.д. 147-150 том дела 12),  по заказу 364 «Сжатый воздух» (л.д. 63-65 том дела 13);

- справки о фактических расходах за 2014 год по заказу 361 «Ацетилен» (л.д. 145-146 том дела 12), по заказу 364 «Сжатый воздух» (л.д.61-62 том дела 13);

- договоры № 12/2014 и первичные документы к нему (л.д. 100-144 том дела 12), договором № 14/2014 и первичными документами к нему (л.д. 13-35 том дела 12);

 - справку о расходе топлива, воды, энергии на проведение ремонта и на содержание зданий за 12 месяцев 2014 года (л.д. 116-117 том дела 3).

Исследовав перечисленные выше документы, суд приходит к выводу, что данные затраты соответствуют положениям подпункта 5 пункта  44 Основ ценообразования, как расходы на выполнение работ и услуг производственного характера, выполняемых по договорам со сторонними организациями и/или индивидуальными предпринимателями. 

В связи с чем данные заявленные истцом в предложении об установлении тарифа на 2014 год подлежали принятию экспертами в заключении в качестве экономически обоснованных и документально подтверждённых либо по заявленной статье расходов, в качестве расходов на приобретение энергоресурсов, либо по статье  расходов на выполнение работ и услуг производственного характера, выполняемых по договорам со сторонними организациями и/или индивидуальными предпринимателями.

Экономическая обоснованность данных затрат, связанных с обслуживанием энергоресурсов (расходов на ремонт и обслуживание газового оборудования, амортизацию данного оборудования), также подтверждается тем, что  указанные затраты были приняты органом регулирования в рамках тарифного регулирования  на 2014 год.

Согласно экспертному заключению (пункт 2.2.1 экспертного заключения, стр. 22-24), расчеты по  расходам на приобретение энергоресурсов сделаны экспертами  без учета пункта 44 Основ ценообразования, что противоречит  подпункту 5 пункта  44 Основ ценообразования. 

Таким образом, расчеты экспертов в этой части подлежат корректировке до уровня расходов, заявленных ПАО «Корпорация «Иркут»  в предложении об установлении тарифа на 2014 г.: с  1 182, 09 тыс. руб. до 1 537, 20 тыс. руб., что влечет последующую корректировку в сторону увеличения необходимой валовой выручки на 2014 год по расчету экспертов на сумму 355, 11 тыс. руб.

Суд также соглашается с доводами истца в части размера экономических обоснованных расходов на материалы на текущий ремонт, ГСМ в связи со следующим. 

В силу пункта 41 Основ ценообразования расходы на проведение ремонтных работ определяются исходя из расчетных цен и обоснованных мероприятий по проведению ремонтных работ на производственных объектах.

Истцом в материалы дела представлены документы, на основании которых им были определены плановый объем и плановые расчетные цены на проведение планово-предупредительных ремонтов (далее - ППР) оборудования ц. 252 (котельного цеха), 253 (цеха топливоподачи), 254 (цеха топливной автоматики) на 2014 г.: план-график ППР на 2014 год, нормативы расхода материалов на проведение ППР (л.д. 3-307 том дела 45, л.д. 286-317 том дела 47). Общая плановая сумма расходов на ППР, рассчитанная истцом по данным документам  составила 13 302,15 тыс. руб.

Согласно п. 40 Основ ценообразования, расчет расходов на сырье/материалы должен осуществляться как сумма по каждому виду приобретаемого сырья/ материалов произведений плановых цен и экономически обоснованных объемов потребления сырья/ материалов.   

Обоснованность рассчитанных истцом на 2014 год плановых потребностей и плановых цен на ГСМ (бензин, дизель, смазочные материалы) на бульдозеры Б-170М и агрегаты (мотор редуктора ленточных конвееров) подтверждается представленными в материалы дела документами: прайс-листом ЗАО «Иркутскнефтепродукт», заявкой-расчетом потребности в ГСМ на 2014 год (л.д. 283-284 том дела 47) и нормами годового расхода ГСМ  (л.д. 282 том дела 47),  договором № НЗП-700 от 01.02.2011 г. и первичными документами на приобретение у ЗАО «Иркутскнефтепродукт» ГСМ в 2012 год (л.д. 91 том дела 53). Общая плановая сумма расходов на ГСМ, рассчитанная Обществом на основании данных документов, составила 4 544 872 руб.

Однако, как следует из материалов дела, представленные дополнительно экспертам для анализа документы: договор № НЗП-700 от 01.02.2011 г. и первичные документы на приобретение у ЗАО «Иркутскнефтепродукт» ГСМ в 2012 году,  не приняты  экспертами во внимание.

Как следует из экспертного заключения, определение экспертами расходов по данной статье, осуществлялось без учета документально обоснованных истцом плановых объемов проведения ППР и расчета потребностей в ГСМ на 2014 год, что противоречит пунктам 40 и 41 Основ ценообразования.

В связи с вышеизложенным  расчеты экспертов в этой части подлежат корректировке до уровня расходов, заявленных истцом в предложении об установлении тарифа на 2014 год, то есть с  5 909,9 тыс. руб. до 17 847,0 тыс. руб., что влечет последующую корректировку в сторону увеличения необходимой валовой выручки на 2014 год по расчету экспертов на сумму 11 938 тыс. руб.

По пункту 2.2.2 экспертного заключения.

Рассмотрев довод истца в части размера экономических обоснованных расходов на оплату труда производственного персонала, суд пришел к следующему.

         Как следует из материалов тарифного дела ПАО «Корпорация «Иркут»  на оплату труда производственного персонала заявлены расходы в размере 113 660 100 руб.

Экспертами в заключении рассчитан интервал уровня экономически обоснованных расходов на заработную плату производственных рабочих на 2014 год от 85 219 052,3 руб. до 96 533 991,75 руб. (абзац 2 на странице 32 экспертного заключения). В расчете необходимой валовой выручки экспертами был принят размер расходов аналогичный принятому органом регулирования в тарифе на 2014 год -  88 858 788 руб. 

Как следует из экономического обоснования суммы 88 858 788 руб., изложенного в таблице № 6 странице 33 экспертного заключения, из расходов на оплату труда экспертами исключены заявленные ПАО «Корпорация «Иркут»   выплаты: вознаграждение за выслугу лет, часть выплат, связанных с режимом работы и условиями труда, предусмотренных  положениями «Отраслевого тарифного соглашения в ЖКХ РФ на 2014-2016 гг.»

В соответствии с «Отраслевым тарифным соглашением в жилищно-коммунальном хозяйстве Российской Федерации на 2014-2016 гг.» доплаты (надбавки) к окладам стимулирующего и (или) компенсирующего характера, связанные с режимом работы и/или условиями труда, предусмотрены  в размере не менее 12,5% тарифной составляющей ФОТ; ежемесячные вознаграждения за выслугу лет, согласно коллективному договору, но не более 15% от тарифной составляющей ФОТ.

ПАО «Корпорация «Иркут»  данные расходы были заявлены в предложении об установлении тарифа на 2014 год в размере 9%.

Факт несения данных расходов истцом как в прошлых периодах регулирования (в 2012 году, за 9 мес. 2013 года), так и в 2014 году подтверждается имеющимися в материалах дела документами: структурой заработной платы по категориям по Энергозаводу за 2012 год (л.д. 146 том дела 47), регистром бухгалтерского учета за 2012 год «Оборотная ведомость с 3-мя НУ» (л.д. 347-349 том дела 44), сводками распределения заработной платы производственных рабочих по заказам по подразделениям (л.д.91 том дела 53), Структурой заработной платы по Энергозаводу по категориям за 2014 год (л.д. 77 том дела 21).

С учетом изложенного следует признать, что ПАО «Корпорация «Иркут»  документально подтверждена оправданность и экономическая обоснованность данных видов выплат.

Учитывая, что экспертами в расчете не учтены данные выплаты, суд приходит к выводу о необходимости корректировки рассчитанной экспертами суммы расходов по данной статье с 88 858, 79 тыс. руб. до 96 533, 99 руб., в связи с чем корректировка необходимой валовой выручки на 2014 год составит 7 675,2 тыс. руб.

По пункту 2.2.3 экспертного заключения.

Суд также находит обоснованным довод истца в части размера экономических обоснованных расходов на оплату работ и услуг производственного характера, выполняемых по договорам со сторонними организациями, по следующим основаниям.

ПАО «Корпорация «Иркут»  для установления тарифа на 2014 год также были заявлены расходы на оплату работ и услуг производственного характера, выполняемых по договорам со сторонними организациями в общем размере 46 510 727 руб.

Как следует из пояснений истца, данные расходы включали в себя, в том числе, расходы в размере 6 310 686 руб. на проведение ремонта собственными силами в объеме и стоимости, заявленном в Плане-графике на 2014 год и сметах предстоящих затрат  (л.д. 318-325 том дела 47). 

Вместе с тем в экспертном заключении отсутствует какое-либо обоснование непринятия расходов на проведение капитального ремонта собственными силами истца.

Тот факт, что ПАО «Корпорация «Иркут»   в 2014 году осуществляло капитальный ремонт, в том числе, собственными силами, подтверждается первичными документами (заказами), представленными в тома дела 22 – 26. 

Суд полагает, что данные расходы подлежали включению в расчет необходимой валовой выручки. В виду чего расчет экспертов в этой части подлежит корректировке с  39 389, 03 тыс. руб. до 45 699,72 тыс. руб., что влечет необходимость увеличения прогнозной валовой выручки на 2014 год, определенной по расчету экспертов, на  6 310,69 тыс. руб.

         По пункту 2.2.4 экспертного заключения.

         В отношении доводов истца в части размера экономических обоснованных расходов на оплату иных услуг, выполняемых по договорам со сторонними организациями, суд приходит к выводу об их обоснованности, в связи с о следующим.

Как следует из экспертного заключения, экспертами не оспаривалась необходимость несения ПАО «Корпорация «Иркут»     расходов по данной статье. При этом подход экспертов к расчету расходов по данной статье основывался на индексации фактических расходов прошлых периодов регулирования.

Так, плановые расходы по ряду контрагентов определялись путем индексирования фактических расходов 2012 г. на ИПЦ 2013 и 2014 гг., тогда как по другим контрагентам – путем индексирования ожидаемых расходов за 2013 г., исчисленных экспертами исходя из данных за 9 месяцев 2013 г.

Например, по контрагенту «СК Услуги экскаватора» за базовый показатель принят факт 2012 года в сумме 31 994 руб., который проиндексирован экспертами на ИПЦ 2013 и 2014 гг. (при факте за 9 месяцев 2013 года в сумме 94 353 руб.). Тогда как по контрагенту «Метеоагентство», наоборот, экспертами в качестве базового периода приняты 9 месяцев 2013 года и, исходя из него, ожидаемые расходы за 2013 год  - в сумме 141 659 руб. (определены экспертами пропорцией исходя из затрат за 9 мес. 2013 года в сумме 106 244 руб.), при наличии данных о факте 2012 года на уровне 163 578 руб.

Однако уровень ожидаемых расходов за весь 2013 г. является расчетной величиной, которая может отличаться от фактической, и данная ожидаемая сумма расходов 2013 г. не подтверждена имеющимися в деле документами. 

Тогда как размер фактических расходов ПАО «Корпорация «Иркут»    по данной статье за 2012 год подтвержден следующими материалами дела: справкой о фактических затратах на услуги сторонних организаций за 2012 год по заказам 330, 367, 369 (л.д. 25-26 том дела 48), договорами, дефектными ведомостями, локальными ресурсными сметами, счетами-фактурами, актами выполненных работ по каждому из контрагентов (л.д. 27-169, 247-253 том дела 48). 

В случае применения экспертами единого подхода к расчету расходов в данном случае и принятия в качестве расходов базового периода документально подтвержденных истцом расходов 2012 года в общей сумме 14 710 746 руб.,  их индексирование привело бы к иному результату, превосходящему отраженный в экспертом заключении: 14 710 746 руб. *1,067*1,056 = 16 575 362,48 руб.

С учетом вышесказанного суд приходит к выводу о необходимости корректировки рассчитанной экспертами суммы расходов по данной статье с 11 131,39 тыс. руб. до 16 575,36 тыс. руб. В связи с чем корректировка необходимой валовой выручки на 2014 год по расчету экспертов по данному основанию составит  5 443,97 тыс. руб.

По пункту 2.2.5.1 экспертного заключения.

          Рассмотрев  доводы истца в части размера экономических обоснованных общехозяйственных расходов суд считает их обоснованными, в силу следующего.

Основы ценообразования и Методические указания не содержат специальных указаний в данной части. 

В связи с чем при определении расходов по этой статье следует руководствоваться общими нормами Основ ценообразования, в частности нормой пункта 31, согласно которой при определении плановых (расчетных) значений расходов должны использоваться нормы и нормативы, предусмотренные законодательством Российской Федерации о бухгалтерском и налоговом учете.

Как указывает истец, плановые общехозяйственные расходы, относящиеся к выпуску тепловой энергии, определяются им расчетным путем - в процентном соотношении от планируемого ФОТ производственных рабочих, соответственно обосновывающими материалами по общехозяйственным расходам являются расчетные материалы, которые были представлены в материалы дела: перечень фактических общехозяйственных расходов за 2012 год,  смета плановых общехозяйственных расходов  по ИАЗ-филиалу ОАО «Корпорация «Иркут» на 2013 год, данные о фактических общехозяйственных расходах филиала ИАЗ за 2013 г.  (л.д. 91 том дела 53).

Суд отмечает, что применяемый ПАО «Корпорация «Иркут»    метод пропорционального распределения общепроизводственных затрат расчетным путем между видами выпускаемой продукции/работ/услуг является корректным и единственной возможным методом отнесения общехозяйственных расходов на себестоимость готовой продукции.

В Плане счетов бухгалтерского учета под общехозяйственными расходами понимаются затраты, которые напрямую не связаны с производством и реализацией товаров (выполнением работ, оказанием услуг).

Согласно пункту 12 «Единой системы классификации и раздельного учета затрат относительно видов деятельности теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций», утвержденной Приказом ФСТ России от 12.04.2013 г. № 91, регулируемой организации подразделяются на  прямые и косвенные расходы. В соответствии с пунктом 13 названного документа распределение косвенных расходов по соответствующим видам деятельности производится в соответствии с учетной политикой регулируемой организации.

Расчет произведен экспертами не в соответствии с методом, закрепленным учетной политике Общества. 

В соответствии с  Положениями по учетной политике ПАО «Корпорация «Иркут»     в целях бухгалтерского учета на 2013 год (пункт 6.2.5), утвержденной Приказом от 28.12.2012 г. № 195 (л.д. 202-203 том дела 47), предусмотрено, что непосредственно на производственный заказ относятся, в том числе, общехозяйственные расходы в части, относящейся на производство продукции (работ, услуг), выпускаемой по государственному оборонному заказу за счет средств федерального бюджета, а также продукции (работ, услуг), цена на которую подлежит государственному регулированию (л.д. 207-208 том дела 47).

В силу пункта 6.4.3 Положений распределение общехозяйственных расходов в дебет счетов учета затрат на производство продукции (работ, услуг), выпускаемой по государственному оборонному заказу за счет средств федерального бюджета, а также продукции (работ, услуг), цена на которую подлежит государственному регулированию производиться в конце отчетного периода плановым процентом пропорционально ФОТ исполнителей, заработная плата которых относится на заказ в качестве прямой заработной платы). 

При этом названные Положения согласуются с применяемыми в ПАО «Корпорация «Иркут»      Методическими указаниями по ведению бухгалтерского учета учетного процесса «Учет затрат» (этап 9), утвержденными 01.10.2010. 

Согласно пункту  6.1. данных Методических указаний списание общехозяйственных расходов осуществляется  по нормативно-плановому проценту на заказы основного производства по выполнению ГОЗ, по нормативно-плановому проценту на заказы Энергозавода, реализуемым третьим лицам, нераспределенное сальдо общехозяйственных расходов подлежит списанию в дебет счета 904026 «Управленческие расходы».

Таким образом, закреплённый ПАО «Корпорация «Иркут»     в учетной политике, в том числе и на 2013 год, метод распределения общехозяйственных затрат пропорционально ФОТ основных производственных рабочих полностью соответствует нормам изложенные выше норм.

Общехозяйственные расходы на 2014 год согласно Положения по учетной политике ПАО «Корпорация «Иркут»     для целей бухгалтерского учета на 2013 год, включены в себестоимость тепловой энергии  в соответствии  «Исходными данными и нормативами экономического характера для расчета стоимости продукции (работ, услуг) (кроме ГОЗ) на 2013 год для ИАЗ – филиала ОАО «Корпорация «ИРКУТ», утвержденными 21.02.13 г. (л.д. 209 том дела 47), в размере 268,1% от ФОТ производственных рабочих.

При расчете норматива распределения общехозяйственных расходов по видам готовой продукции ПАО «Корпорация «Иркут»     учитывает как плановые расходы филиала ИАЗ (г. Иркутск), так и Корпоративного центра ПАО «Корпорация «Иркут» (г. Москва). 

Учитывая, что филиал ИАЗ не является в силу закона самостоятельным юридическим лицом, он не несет самостоятельных затрат. Функции по его управлению в соответствии с «Положением об Иркутском авиационном заводе-филиале публичного акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Иркут», утвержденным 03.07.2015, осуществляется именно Корпоративным центром: заработные платы Генерального директора ИАЗ, АУП, осуществляющих свои полномочия по руководству деятельности Общества в целом, относятся к высшему руководству ПАО «Корпорация «Иркут» начисляется в Корпоративном центре, договоры на оказание юридических, консультационных, аудиторских услуг, необходимые для осуществления финансово-хозяйственной деятельности Общества в целом, заключаются именно Корпоративным Центром, а расходы на них относятся на его общехозяйственные расходы и т.д.

Таким образом, деятельность филиала ИАЗ, в том числе по производству тепловой энергии, невозможна в отсутствие исполнения своих функций Корпоративным центром, следовательно, общехозяйственные расходы Корпоративного центра необходимы и для деятельности филиала ИАЗ.

Исходя из контррасчета истца, в суммарном выражении плановые общехозяйственные расходы,  составили 290 205 518 руб.: 268,1% х 108 245 251 руб. (ФОТ произв. рабочих: 113 659 735 руб. – 5 414 484 руб. (доплаты за работу в выходные и праздничные дни).

Тогда как по расчету экспертов плановые общехозяйственные расходы составили 10 653 946,4 руб. 

В соответствии с пунктом 33 Правил регулирования орган регулирования отказывает регулируемой организации во включении тариф отдельных расходов, предложенных регулируемой организацией, только в случае экономической необоснованности таких расходов в соответствии с Основами ценообразования и Методическими указаниями.

Вместе с тем в экспертном заключении отсутствуют какие-либо основания для отказа в принятии заявленных регулируемой организацией общехозяйственных расходов. 

Кроме того, расходы, которые были приняты в расчете экспертами, истцом не заявлялись в рамках тарифного дела. 

В связи с чем, непринятие экспертами метода распределения общехозяйственных расходов истца противоречит положениям пункта 33 Правил регулирования, пункта 31 Основ ценообразования, Положениям об учетной политике ПАО «Корпорация «Иркут», пункта 12 «Единой системы классификации и раздельного учета затрат относительно видов деятельности теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций».

Более того, правомерность и корректность расчета экспертов опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами: «Исходными данными и нормативами экономического характера для расчета стоимости продукции (работ, услуг) (кроме ГОЗ) на 2013 год для ИАЗ – филиала ОАО «Корпорация «ИРКУТ» (л.д. 209 том дела 47), Положениями по учетной политике ПАО «Корпорация «Иркут»  в целях бухгалтерского учета на 2013 год (л.д. 202-203, 207-208 том дела 47).

По вышеизложенным основаниям суд считает, что расчет экспертов в части общехозяйственных расходов должен быть скорректирован с 10 653, 95 тыс. руб. до 258 807,63 тыс. руб. (96 533, 99 руб.*268,1%), что влечет корректировку рассчитанной экспертами прогнозной валовой выручки на 2014 год в сторону увеличения на  248 153,68 тыс. руб.

По пункту 2.2.5.2 экспертного заключения.

         Доводы истца в части размера экономически обоснованных цеховых расходов, суд пришел к следующему.

 Как следует из материалов дела в рамках тарифного дела ПАО «Корпорация «Иркут»   органу регулирования представлялась плановая смета цеховых расходов Энергозавода на 2014 год (л.д. 214 том дела  47) на общую сумму 80 739 115 руб.

Согласно пояснениям истца, большая доля расходов по данной смете приходится на фонд оплаты труда (ФОТ) цехового персонала  - 50 540 528 руб., из них цехового персонала, занятого при производстве тепловой энергии. - 48 013 502 руб.

Основная непринятая экспертами сумма расходов приходится на ФОТ цехового персонала (не принято 26 917 778 руб. из заявленных 48 013 502 руб.) и на отчисления на социальные нужды с данного ФОТ (не принято экспертами 8 532 871,1 руб. из заявленных Обществом 15 220 280 руб.). 

Причиной, по которой эксперты посчитали экономически необоснованными данные расходов, является превышение численности цехового персонала над рекомендованной, со ссылкой на пункт 2.2.-2.8. Нормативов численности  руководителей, специалистов и служащих коммунальных теплоэнергетических предприятий, утвержденных Приказом Госстроя России от 12.10.99 г. № 74 (далее – Нормативы).

В соответствии со штатным расписанием и справками о численности по Энергозаводу филиала ИАЗ за 2013-2014 гг. штатная численность цехового персонала Энергозавода филиала ИАЗ составляла 109 чел., фактическая численность за 2013 г. составила 114 чел. (л.д. 91 том дела 53). 

Экспертами определена нормативная численность АУП с производственными функциями в количестве 41 человек, при этом невозможно определить, каким образом экспертами была рассчитана такая численность, в связи с отсутствием в экспертном заключении математического расчета данной численности.

Кроме того, исходя из анализа положений пункта 1.3 части 2 Нормативов, Нормативы носят рекомендательный характер, и не учитывают имеющуюся у истца потребность в ином (вспомогательном) персонале, который по классификации Нормативов не относится ни к АУП без производственных функций (руководителям, специалистам и служащим), ни к АУП с производственными функциями, например, учетчики Бюро Энергопотребления Энергозавода, архивариус, машинистка и пр.). Необходимость данных сотрудников подтверждается штатным расписанием общества на 01.01.2013 г. (л. д 175-186 том дела 47).

Поскольку расчет ФОТ цехового персонала осуществлялся экспертами аналогично  расчету расходов на ФОТ основных производственных рабочих (ППР), то суд также соглашается с доводом истца, подтвержденным документальными доказательствами, что экспертами необоснованно не были учтены в их расчете выплаты за выслугу лет в размере 9% тарифной составляющей заработной платы.

По указанным причинам суд считает, что расходы на ФОТ цехового персонала, заявленные истцом в предложении об установлении тарифа на 2014 г. в размере 48 013 502 руб. и расходы на отчисления на социальные нужды с данного ФОТ, заявленные им в размере 15 220 280 руб., являются экономически обоснованными и подлежали принятию  в расчете необходимой валовой выручки на 2014 г. в полном размере.

Как следует из пояснений истца, остальные плановые цеховые расходы Энергозавода на 2014 год, согласно смете (л.д. 214 том дела 47), сложились, в том числе, из: стоимости э/э на содержание зданий -  767 414 руб. (расчет на л.д. 215 тома дела 47);  стоимости хозинвентаря 1 351 872 руб. согласно заявке на 2014 г. (л.д. стр.216 том дела 47); стоимости молока - 1 830 528 руб. согласно заявке на 2014 г. (л.д. 217-220, 223-225 том дела 47); услуг сторонних организаций в общей сумме 3 855 503 руб.,                                                                                                                                                                                                             страховки - 54 276 руб. (л.д. 226 том дела 47); стоимости товарно-материальных ценностей (ТМЦ): чистящих средств, мыла, лампочек замки и т.п. - 861 499 руб. согласно заявке  (л.д. 22 том дела 477); стоимости спецодежды - 1 644 104 руб. (л.д. 241 - 246 том дела 47);  затраты на содержание автотранспорта цеха 252: ГАЗ 66, УАЗ 390942, УАЗ 2206, погрузчик ПКУ-0,8, ХИНО, HYNDAY (л.д. стр.247 – 280, 285 том дела 47) и прочее.

Как следует из экспертного заключения, эксперты отказали в принятии расходов в этой части в заявленном обществом размере без какого-либо обоснования непринятия плановых объемов в потребностях товаров/сырья, содержащихся в вышеназванных документах, что противоречит положениям пункта 40 Основ ценообразования. 

В связи с этим расчет экспертов по данной статье расходов подлежит корректировке с 35 815,59 тыс. руб. до заявленных обществом в предложении об установлении тарифа на 2014 г. 78 045.80 тыс. руб., что влечет корректировку рассчитанной экспертами необходимой валовой выручки на 2014 год в сторону увеличения на  42 230,21 тыс. руб.

По п. 2.2.5.4 экспертного заключения.

Рассмотрев доводы истца в части выводов экспертов по вопросу определения размера экономически обоснованных расходов на содержание электрических сетей и электрооборудования, суд пришел к следующему.

Согласно заключению экспертизы расчет расходов на ремонт и обслуживание электрических сетей и оборудования произведен экспертами исходя из фактических расходов ПАО «Корпорация «Иркут»    за 2012 год и доли электроэнергии потребленной им на производство тепловой энергии в общем объеме приобретенной электроэнергии за 2012 год, а также ИПЦ на 2013 и 2014 годы. В расчете принята только часть фактически понесенных Обществом в 2012 году расходов (47 227 551,50 руб. из имевших место 58 653 923,67 руб.) по причине отсутствия некоторых счетов-фактур, актов выполненных работ.

Вместе с тем, имеющимися в материалах дела справками по электроэнергии за 2012 год и 9 мес. 2013 г. (л.д. 91 том дела 53), подтверждается размер фактически понесенных истцом в 2012 году расходов на ремонт и обслуживание электрических сетей и электрооборудования в размере 58 653 923,67 руб. Доказательств обратного не представлено.

Кроме того, суд принимает также во внимание и то обстоятельство, что у общества отсутствовала обязанность  подтверждать свои расходы исключительно первичными документами (счетами-фактурами, актами выполненных работ), так как данная обязанность не предусмотрена ни законодательством в области государственного регулирования тарифов на тепловую энергию, ни нормами Налогового кодекса РФ (статья 252 НК РФ).

Также суд соглашается с доводами истца в части того, что у экспертов не было оснований осуществлять перерасчёт пропорции, в которой следует распределять расходы по данной статье на производство тепловой энергии, вместо того, чтобы принять заявленную обществом плановую пропорцию на 2014 год, рассчитанную исходя из потребности в приобретении электроэнергии филиала на 2014 год (л.д. 95-97 том дела  42, л.д. 156 том дела 47) и потребности на производство тепловой энергии на 2014 год  на угле и на мазуте (л.д. 88-94 том дела 42). При расчете экспертами пропорции, в которой расходы на содержание и эксплуатацию электрических сетей распределяются на производство тепловой энергии, экспертами не были учтены потери электроэнергии, которые не идут на изготовление продукции или на реализацию. 

Факт наличия таких потерь электроэнергии при ее передаче по сетям за 2012 год в размере 7 949 303 кВтч подтверждается материалами дела (л.д. 266-286 том дела 44). Распределение расходов на содержание и обслуживание электрических сетей осуществляться исходя из объемов потребления электроэнергии для производства тепловой энергии в общем объеме потребленной обществом электроэнергии, а не из объемов закупленной электроэнергии.

Заявленные обществом расходы на амортизацию электрических сетей и оборудования в размере 12 926 784 руб. не были учтены экспертами в расходах по данной статье, основания непринятия данных расходов в заключении отсутствуют.

На основании вышеизложенного расчет экспертов экономически обоснованных расходов по данной статье подлежит корректировке с 13 305,60  тыс. руб. до 18 859,59 тыс. руб. (58 653, 92 тыс. руб.*1,067*1,056*24% + 12 926,78 тыс. руб.*24%), и соответственно рассчитанная экспертами необходимая валовая выручка на 2014 г. должна быть увеличена на 5 553,99 тыс. руб. 

По п. 2.2.5.5 экспертного заключения.

В обоснование довода в части размера экономически обоснованных расходов на содержание зданий, истец указал, что  эксперты по данной статье расходов не осуществляли самостоятельного перерасчета суммы экономически обоснованных расходов, а приняли  расчет органа регулирования в тарифе на 2014 г., который признан судами незаконным. Свою позицию они объяснили отсутствием документального подтверждения фактических затрат прошлых лет обществом, что не соответствует действительности. 

Данный довод истца подтверждается, имеющимся в  материалах дела сводным регистром - Справка о расходе топлива, воды, эл. энергии на проведение ремонта и содержание зданий за 2012 г. (л.д. 449, т. 53 л.д. 91 том дела 44), итоговые данные из которой приведены экспертами в таблице № 18 на странице 74 заключения.

Кроме того, документы, подтверждающие фактические расходы по заказам  331, 340, 350, 351 за 2012 год, из которых и определяется стоимость единицы ресурсов для содержания зданий: тепла, обслуживания тепловых сетей, воды ПК и водоотведения также имеются в материалах дела: по расходам на обслуживание тепловых сетей в 2012 г.: договоры № 13/1, 13/2, КРтс с ООО «Сетевая компания «Иркут» с приложением счетов-фактур и актов выполненных работ (л.д. 83-162, 172-206 том дела 40), договоры ООО «Сетевая компания «Иркут» № 22 с на обслуживание канализационных сетей с приложением первичных документов к нему (л.д. 52-82 а-г том дела 40), № КРвк-01/12 на ремонт водопроводных и канализационных сетей с приложением первичных документов к нему (л.д. 163-167, 188-194, 203-206 том дела 40), договор с ООО «Водрем-98» на услуги по капитальному ремонту водопроводных, канализационных сетей и оборудования с приложением первичных документов к нему (л.д. 207-226 том дела 40), договор с ООО «Иркутмоннтажстрой» № 2/2012 на услуги по капитальному ремонту водопроводных сетей с приложением к нему первичных документов (л.д. 227-294 том дела 40), договор c МУП ПУ ВКХ № 36 на прием сточных вод в системы канализации г. Иркутска с первичными документами к нему (л.д. 13-50 том дела 40) и т.д.

Таким образом, материалами дела опровергается довод экспертов о неподтвержденности фактических расходов прошлых периодов регулирования по данной статье. 

В связи с чем, следует признать необоснованным отказ экспертов в принятии расходов в меньшем размере, чем исчисленный исходя из факта 2012 с учетом ИПЦ на 2013-2014 гг.

На основании вышеизложенного, суд считает необходимым скорректировать расчет суммы расходов по данной статье, приведенный в экспертном заключении 2 823, 11 тыс. руб. до 4 139, 66 тыс. руб. (факт 2012 г. 3 673 979,00 руб.*1,067*1,056). Корректировка необходимой валовой выручки, определенной экспертами, в результате этого составит 1 361,55 тыс. руб.

  По пункту 2.2.6 экспертного заключения. 

         Доводы истца в части размера экономически обоснованных расходов на уплату водного налога принимаются судом как обоснованные и документально подтвержденные. 

В соответствии с представленными истцом в материалы дела документами: договором водопользования № 38-16.01.01.004-Р-ДЗВО-С-2009-00293/00, заключенным  23.11.2009 между истцом и  Министерством природных ресурсов и экологии Иркутской области, в редакции дополнительного соглашения, а также расчета в потребности в технической воде с водозабора № 1 (л.д. 196 том дела 42), договором на мониторинг состояния водоохраной зоны на р. Ангара № 1/2013 от 21.02.2013, заключенным с ООО НПФ «РЭП», счетами-фактурами и актами выполненных работ (л.д. 100-124 том дела 14), договором № 36 на приобретение питьевой воды у МУП «Водоканал» (л.д. 13-50 том дела 40), подтверждается фактическое осуществление истцом водозабора технической воды из р. Ангара.

Указание  экспертами в заключении на приобретение обществом воды у МУП «Водоканал», противоречит представленным истцом документам. 

В связи с чем, истец не является плательщиком водного налога в силу положений п. 2 ст. 333.8 НК РФ в отношении водозабора технической воды для производственных нужд на р. Ангара, а уплачивает за него платежи за водопользование.

Таким образом, выводы экспертов, изложенные в соответствующем разделе экспертного заключении, суд находит ошибочными,  поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле документам.

Вместе с тем принятие судом данных доводов истца не приводит к необходимости корректировки расчета экспертов, поскольку расходы по данной статье были приняты ими в размере 0 руб. 

 Рассмотрев доводы истца по пункту 2.2.7 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на уплату налога на имущество суд пришел к следующему.

Отчетами о начислении амортизации по состоянию на 31.12.2012 и  на 30.09.2013 (л.д. 190-200 том дела 48, л.д. 91 том дела 53), подтверждается факт занижения экспертами остаточной стоимости (ОС) и сумм амортизации по двум наиболее дорогостоящим объектам ОС: «ЗП-13 Центральн. эл-станц. корпус» (инв. № 90426) и «ЗП-95 Корпус 57 ТЭС» (инв. № 90458). В связи с чем, занижение общей ОС составило на 172 572 402,18 руб. 

Без учета ошибки плановая остаточная стоимость всех ОС, согласно их же расчету, по состоянию на  31.12.2014 г. составила бы 376 708 389,63 руб.

Таким образом,  суд приходит к выводу об экономической обоснованности заявленных истцом расходов по данной статье и корректирует расчет экспертов расходов в этой части в сторону увеличения с 4 490, 99 тыс. руб. до 5 126, 94 тыс. руб. и соответственно их расчет необходимой валовой выручки на 635,95 тыс. руб.

Рассмотрев доводы истца по п. 2.2.8 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на отчисления на социальные нужды принимаются судом, но с учетом скорректированной судом суммы экономически обоснованных расходов на оплату труда основных производственных рабочих, суд пришел к следующему.

Как указали эксперты в заключении, с учетом Федерального закона № 212-ФЗ (в редакции от 02.07.2013) «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и территориальные фонды  обязательного медицинского страхования», на момент установления органом регулирования тарифов на тепловую энергию на 2014 г. суммарная ставка отчислений на социальные нужды в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования даже без учета страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных  заболеваниях составляла 34%, а с учетом страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных  заболеваниях – 34,2%.

Материалами дела подтверждается, что в течение 2014 г. отчисления на социальные нужды исчислялись истцом по ставке 34,2% (л.д. 69-121 том дела 22).

Вместе с тем экспертами в нарушение пункта 11 Методических указаний, предусматривающим определение необходимой валовой выручки в размере, обеспечивающем компенсацию всех экономически обоснованных расходов на осуществление регулируемого вида деятельности, не принята подтверждённая ими же ставка 34,2%, действующая на момент установления тарифа на 2014 год.

Поскольку экономически обоснованные расходы на оплату труда основных производственных рабочих определены судом в меньшем размере, чем они были заявлены истцом в предложении об установлении тарифа на 2014 г., то расчет экспертов экономически обоснованных расходов на отчисления на социальные нужды подлежит корректировки судом с учетом этого обстоятельства. Расчет расходов, осуществленный экспертами, увеличивается судом с 28 168, 24 тыс. руб. до 33 014,62 тыс. руб. (96 533, 99 тыс. руб.*34,2%). Как следствие, необходимая валовая выручка должна быть увеличена на 4 846,38 тыс. руб.

Также суд находит обоснованными и подтвержденными доводы истца по п. 2.2.9 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на амортизацию основных средств и нематериальных активов, исходя из следующего.

Согласно выводу экспертов на странице 79 заключения: «по двум ОС: «ЗП-13 Центральн. Эл-станц. Корпус» с инв. № 90426 и «ЗП-95 Корпус 57 ТЭС» с инв. №  90458 в отчете по состоянию на 30.09.2013 г. организацией проведено существенное снижение балансовой и остаточной стоимости и накопленной амортизации относительно данных отчета по состоянию на 31.12.2012». 

Вместе с тем данный вывод экспертов опровергается  имеющимися в деле документами: отчетом о начислении амортизации по состоянию на 31.12.2012 г. (л.д. 190-200 том 48); отчетом о начислении амортизации по состоянию на 30.09.2013 г. (л.д. 91 том дела 53), так как анализ названных документов свидетельствуют, что балансовая стоимость обоих объектов возросла в 2013 году (по состоянию на 30.09.2013 г. по сравнению с 31.12.2012 г.), и в связи с этим соответственно увеличились суммы остаточной стоимости и ежемесячных амортизационных отчислений по ним.

Поэтому дальнейший расчет сумм амортизационных отчислений (на 2014 год) также должен был осуществляться исходя из измененной  остаточной стоимости двух данных ОС по состоянию на 30.09.2013 г.: 189 350 611,50 руб. и 21 010 907,25 руб. вместо 18 080 806,38 руб. и 16 561 262,48 руб. соответственно.

Документы, подтверждающие фактические расходы истца на амортизацию данных двух объектов ОС за 2014 год также подтверждают ошибочность расчета экспертов: по расчету экспертов, общая сумма амортизации по обоим ОС (инв.№ 90458 и № 90426) за 12 месяцев определена в размере 499 661,16 руб. ((27 250,52 руб.+ 14 387,91 руб.)*12 мес.), тогда как фактическая амортизация по ним за 2014 год составила 4 615 914,72 руб.

Без учета данной ошибки, согласно подходу самих же экспертов к расчету общей суммы амортизации, ее размер составил бы свыше 24 000 тыс.руб. (20 156 807,09 руб. по расчету экспертов + их ошибка на 4 млн. руб.), что соответствует реальной сумме фактической амортизации всех ОС за 2014 год, составившей 24 142 223,90 руб. (л.д. 99-101 том дела 29).

Таким образом, суд приходит к выводу о документальной подверженности ошибочности расчетов экспертов экономически обоснованных расходов на амортизацию основных средств и нематериальных активов, с учетом чего  данный расчет подлежит судом корректировке до размера заявленных истцом расходов с 20 156,81 тыс. руб. до 23 546,56 тыс. руб.

 Корректировка в сторону увеличения необходимой валовой выручки, рассчитанной экспертами, составит 3 389,75 тыс. руб.

 В отношении доводов истца по п. 2.2.10 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на уплату налога на прибыль организаций принимаются судом частично.

Суд корректирует расчет экспертов по данной статье расходов с 0 руб. до 2 048,81 тыс. руб. (10 244,07 тыс. руб. *20%). Корректировка в сторону увеличения необходимой валовой выручки, рассчитанной экспертами, также составит 2 048,81  тыс. руб.

Обоснование размера прибыли (10 244,07 тыс. руб.), принимаемого судом как экономически обоснованного размера, с которой подлежит исчислению налог по ставке 20%, приведены ниже по тексту решения.

Кроме того, судом принимаются доводы истца по п. 2.2.11 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на приобретение топлива (угля), поскольку экономическая обоснованность цены на уголь, принятой в расчете экспертами в размере 958,13 руб./тн. опровергается имеющимся в материалах дела дополнительным соглашением № 1 от 13.11.2012 г. к договору № ВСУС-12/4 с ООО «Востсибугольсбыт», в соответствии с которым  цена на уголь составила -  973,94 руб./тн. (л.д. 51-61, 155 том дела 47).

На странице 97 заключения эксперты указали, что договорная цена в размере 973,94 руб./тн. является экономически обоснованной.

В соответствии с  подпунктом б пункта  28 Основ ценообразования одним из вариантов принятия решения о цене топлива являются цены, установленные в договорах, заключенных в результате проведения торгов. Как указали эксперты на странице 96 заключения, вышеназванное дополнительное соглашение  было заключено ранее 01.01.2013 г., в связи с чем проведение конкурсных процедур для его заключения не требовалось.

Фактически сложившаяся за 2014 год цена на уголь в размере 1 000,69 руб./тн. только подтверждает, что признанная экономически обоснованной договорная цена (973,94 руб./тн.) являлась более справедливой и учесть в расчете экспертам надлежало именно ее.  

В результате необоснованного непринятия экспертами в расчете признанной ими экономически обоснованной цены на уголь в размере 973,94 руб./тн. сумма рассчитанных ими плановых расходов на уголь на 2014 г. и, как следствие, общая сумма расходов на топливо были занижены на 2 210 826,13 руб. ((973,94 руб./тн.- 958,13 руб./тн.) *139 837,2 тн.).

Поэтому суд приходит к выводу о необходимости корректировки расчета экспертов в этой части с 506 449,80 тыс. руб. до 508 660,63 тыс. руб., что влечет также корректировку в сторону увеличения рассчитанной экспертами необходимой валовой выручки на 2 210,83 тыс. руб.

Довод истца по п. 2.2.11.2 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на электрическую энергию отклоняется судом, как документально неподтвержденный, экспертами обоснованно произведён порядок расчета плановой цены на электроэнергию с применением ИПЦ по  отрасли «электроэнергия» на 2013-2014 гг. в размерах 111% и 107,2% к фактически имевшим место в прошлом периоде регулирования (в 2012 г.) ценам, определенным экспертами на основании первичных документов (счетов-фактур).

Доводы истца по п. 2.2.11.3 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на химически очищенную воду принимаются судом в силу следующего.

Плановой потребность ПАО «Корпорация «Иркут» на 2014 г. в хим. очищенной воде на 2014 год, была принята экспертами в размере 1 006,4 тыс. куб.м., заявленном истцом в предложении об установлении тарифа, согласно его расчету (л.д. 155 том дела 47).

Тогда как плановая стоимость 1 куб.м. хим. очищенной воды на 2014 г. была определена экспертами в размере 8,65 руб./куб.м., вместо заявленных истцом 13,02 руб./куб.м.

Выводы экспертов, ставшие основанием для непринятия цены, предложенной обществом, и положенных в основу расчета цены экспертов, о том что хим. очищенную воду оно приобретает у  поставщика, опровергаются исследованными судом  доказательствами по делу.  

Истцом совместно с пояснениями от 02.11.2018, представлен договор водопользования с Министерством природных ресурсов и экологии Иркутской области № 38-16.01.01.004-Р-ДЗВО-С-2009-00293/00 от 23.11.2009, по условиям которого забор воды для технических нужд осуществляется филиалом ИАЗ через водозабор № 1 на реке Ангара, на котором находится его собственная насосная станция.

Сумма плановых расходов определялась обществом исходя из перечня необходимых затрат на водозабор и передачу хим. очищенной воды: стоимость хлора для очистки воды ТК; электроэнергию на водоподъем из водозабора, амортизацию оборудования, в том числе: насосной станции, услуги ООО «Сетевая компания «Иркут» по эксплуатации, текущим, капитальным ремонтам водопроводных сетей; капитальные ремонты водопроводных сетей, установку приборов учета, мониторинг водоохраной зоны.

О необходимости несения данных расходов свидетельствуют имеющиеся в деле документы: договор на мониторинг состояния водоохраной зоны на р. Ангара № 1/2013 от 21.02.2013 г. с ООО НПФ «РЭП», счета-фактуры и акты выполненных работ к нему (л.д. 100-124 том дела 14), договоры с ООО «Сетевая компания «Иркут» по эксплуатации, текущим, капитальным ремонтам водопроводных сетей (л.д. 1-150, т. 8-10 том дела 7, л.д. 1-35 том дела 11, л.д.91 том дела 53), расчет потребности в хлоре  (л.д. 97-109 том дела 14) и пр.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу об экономической обоснованности заявленных ПАО «Корпорация «Иркут» в предложении об установлении тарифа на 2014 г. расходов  в размере 13 103 000 руб. и, как следствие, корректирует расчет экспертов по данной статье расходов с 8 700,30 тыс. руб. до 13 103, 00 тыс. руб., а рассчитанную экспертами необходимая валовая выручка на 2014 год, подлежит  увеличению  на 4 402,7 тыс. руб.

Судом также принимаются доводы истца по пункту 2.2.11.4 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на водоотведение, в связи со следующим.

Как следует из пункта 2.2.11.4  экспертного заключения плановые затраты на водоотведение были рассчитаны экспертами исходя из расчетной цены водоотведения 1 куб.м. воды, за которую ими принята среднегодовая цена водоотведения в соответствии с Постановлением администрации г. Иркутска от 20.12.2013 г. № 031-06-2971/13 «О тарифах на питьевую воду и водоотведение для МУП «Водоканал» г. Иркутска» (с 01.01.2014 г. по 30.06.2014 г. – 8,35 руб./куб.м.; с 01.07.2014 г. по 31.12.2014 г. – 9,59 руб./куб.м.) в размере 8,97 руб./куб.м.

Договорами, заключенными  ПАО «Корпорация «Иркут» с ООО «Сетевая компания «Иркут»: № 22 на техническое обслуживание, ремонт, эксплуатацию канализационных сетей,  № 13/1, №13/2, № 13/3 (л.д. 52-162 том дела 40), а также дополнительно данными о фактических расходах по статье за 2014 г. (л.д. 83-84 том дела 14), подтверждается, что цена за принятие сточных вод является лишь одной из необходимых составляющих расходов на водоотведение. Поскольку водоотведение предполагает не только сброс вод в городскую канализацию, но и доставку сточных вод до мест сброса по канализационным сетям, находящимся на балансе непосредственно у филиала ИАЗ, такие затраты как амортизация собственных канализационных сетей общества и расходы на подрядчиков, обслуживающих их также являются обоснованными.

Вместе с тем в экспертном заключении отсутствуют причины, по которым данные расходы на водоотведение экспертами не были учтены.

На основании вышеизложенного, суд осуществляет корректировку расчета экспертов экономически обоснованных расходов по данной статье до уровня, заявленного истцом в предложении об установлении тарифа на 2014 г., с 5 161, 19 тыс. руб. до 5 857,40 тыс. руб., и соответственно увеличивает рассчитанную экспертами необходимую валовую выручку на 2014 год на 696,21 тыс. руб.

Рассмотрев доводы истца по пункту  2.2.12 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов на выплаты из прибыли, суд считает их частично обоснованными, в связи со следующим.

  Согласно пункту 28 Методических указаний расходы, не учитываемые при определении налоговой базы налога на прибыль (относимые на прибыль после налогообложения), определяются в соответствии с НК РФ и включают в себя следующие основные группы расходов:

- капитальные вложения (инвестиции), определяемые на основе утвержденных в установленном порядке инвестиционных программ регулируемой организации;

- прочие экономически обоснованные расходы, относимые на прибыль после налогообложения, включая затраты организаций на предоставление работникам льгот, гарантий и компенсаций в соответствии с отраслевыми тарифными соглашениями.

Расходы, не учитываемые при определении налоговой базы налога на прибыль, с учетом, в том числе расходов на капитальные вложения (инвестиции), определяются органом регулирования в размере, не превышающем 7% от запланированных на соответствующий расчетный период регулирования расходов, уменьшающих налоговую базу налога на прибыль организаций.

Как следует из названной нормы, перечень расходов из прибыли не является закрытым, но их максимальный размер ограничен уровнем в 7% от планового размера расходов, уменьшающих налоговую базу налога на прибыль организаций.

Согласно письменным пояснениям истца, обществом в составе расходов, которые планировалось понести за счет прибыли в 2014 год, были заявлены расходы на социальное развитие согласно дополнительного соглашения к «Соглашению о социально-экономическом сотрудничестве, заключенному между Правительством Иркутской области и ОАО «Корпорация «ИРКУТ» от 4.12.2007 г. № 05-51-385/7 (л.д. 62-64 том дела 32) в размере 8 786 388 руб. Прибыль на поощрение производственных рабочих в размере 1 146 235 руб. (рассчитана исходя из факта 2012 г. и ИПЦ на 2013- 2014 гг., расходы на прочие цели в сумме 6 779 335 руб.,  в том числе:  выплаты единовременного пособия семье работника умершего от общего заболевания или несчастного случая в быту согласно Коллективного договора в сумме 10 700 руб. (из расчета 5 350 руб. на 1 чел.), вознаграждение по итогам года 6 457 185 руб., прочие единовременные выплаты, не предусмотренные системой оплаты труда, в сумме  311 450 руб.

 В связи с тем, что данные доводы истца подтверждены дополнительным соглашением к Соглашению о социально-экономическом сотрудничестве между Правительством Иркутской области и ОАО «Корпорация «ИРКУТ» от 4.12.2007 г. № 05-51-385/7 (л.д. 62-64 том дела 32), суд считает экономически обоснованными и подлежащими принятию в расчет необходимой валовой выручки на 2014 год расчет расходов на социальные мероприятия (л.д. 56-58 том дела 32).

В связи с чем, подлежит  корректировке расчет экспертов по данной статье расходов с 0 тыс. руб. до 10 244,08 тыс. руб. (8 786,39 тыс. руб. + 1 146,24 тыс. руб. + 311,45 тыс. руб.) и увеличению необходимая валовая выручка, рассчитанная в экспертном заключении, на 10 244,08 тыс. руб.

Вместе с тем обществом ошибочно по данной статье расходов был заявлен плановый расход в виде налога на имущество за  2014 год, приходящихся на стоимость имущества, используемого для производства и реализации тепловой энергии, в размере 5 126 939 руб. Данный расход регулируемой организации следовало заявить по иной статье расходов, а не в качестве расходов из прибыли.

Наличие и стоимость налогооблагаемого имущества подтверждена имеющимися в материалах дела отчетами о начислении амортизации по состоянию на 31.12.2012 г., на 30.09.2013 г. (л.д. 190-200 том дела 48, л.д. 91 том дела 53). Учитывая, что в экспертном заключении данный расход принят в расчет по надлежащей статье расходов, расчет расходов по данной статье на сумму налога на имущества корректировке не подлежит.

          Доводы истца по п. 2.2.13 экспертного заключения в части размера экономически обоснованных расходов, неучтенных при установлении тарифов прошлых периодов,  принимаются судом как обоснованные, в связи со следующим.

Как следует из пояснений истца, по данной статье расходов обществом были заявлены недополученные (выпадающие) доходы 2012 года в сумме 81 706 000 руб. Указанные недополученные доходы возникли в результате отклонения фактических затрат регулируемой организации от принятых Службой в тарифе 2012 года. Фактические затраты на производство реализованной на сторону по тарифу тепловой энергии за 2012 год (по заказу 331) составили 532 907 974 руб. Необходимая валовая выручка, определённая органом регулирования при установлении тарифа на 2012 год, приходящаяся на объем тепловой энергии, реализованной сторонним потребителям, составляла  при этом 451 202 тыс. руб. Отклонение фактически понесенных обществом затрат на производство реализованной сторонним потребителям тепловой энергии от спрогнозированной Службой по тарифам валовой выручки на 2012 г. составили 81 706 000  руб. (532 907 974руб. – 451 201 993 руб.).

В соответствии с пунктом  12 Методических указаний в случае если по итогам расчетного периода регулирования на основании данных статистической и бухгалтерской отчетности подтверждаются выпадающие доходы по регулируемым видам деятельности, связанные с превышением учтенного при установлении тарифов объема полезного отпуска над фактическим, то средства на компенсацию таких выпадающих доходов учитываются органом регулирования при установлении регулируемых цен (тарифов) для такой регулируемой организации начиная с периода, следующего за периодом, в котором указанные выпадающие доходы были документально подтверждены на основании годовой бухгалтерской и статистической отчетности, но не позднее чем на 3-й расчетный период регулирования, в полном объеме.

Согласно подпункту «з» пункта 16 Правил регулирования к заявлению об установлении цен (тарифов) прилагаются, в частности, следующие документы и материалы: расчет выпадающих или дополнительно полученных в предшествующий расчетный период регулирования доходов, которые были выявлены на основании официальной статистической и бухгалтерской отчетности или результатов проверки хозяйственной деятельности регулируемых организаций, а также на основании договоров, заключенных в результате проведения торгов (если иное не предусмотрено методом регулирования тарифов).

Экспертами в заключении подтверждено, что им в числе прочих материалов дела были предоставлены данные бухгалтерской отчетности за 2012 год -  счет главной книги с фактической себестоимостью по заказу 331 (фактическая себестоимость тепловой энергии, реализованной сторонним потребителям) за 2012 год.

На основании вышесказанного суд приходит к выводу, что сумма недополученных (выпадающих) доходов 2012 г. документально подтверждена истцом в соответствии с пунктом 12 Методических указаний и подпунктом «з» пункта 16 Правил регулирования. С учетом чего расчет экспертов по данной статье расходов подлежит корректировке с 0 руб. до 81 706,00 тыс. руб., а, следовательно, необходимая валовая выручка на 2014 год, определенная экспертами, подлежит увеличению на сумму 81 706,00 тыс. руб.

При таких обстоятельствах, с учетом изложенного, необходимая валовая выручка, рассчитанная экспертами на страницах 110-111 экспертного заключения в размере  826 747,30 тыс. руб., подлежит корректировке до размера 1 265 950,04 тыс. руб. (826 747,30 тыс. руб. + 355, 11 тыс. руб. + 11 938,00 тыс. руб. + 7 675,2 тыс. руб. +  6 310,69 тыс. руб. + 5 443,97 тыс. руб.  + 248 153,68 тыс. руб. + 42 230,21 тыс. руб. + 5 553,99 тыс. руб.  + 1 361,55 тыс. руб. + 635,95 тыс. руб. + 4 846,38 тыс. руб. + 3 389,75 тыс. руб. + 2 048,81  тыс. руб. + 2 210,83 тыс. руб. + 4 402,7 тыс. руб. + 10 244,07 тыс. руб. + 696,21 тыс. руб. + 81 706,00 тыс. руб.).

Исследовав и оценив результаты судебной экспертизы в совокупности с другими доказательствами по делу, включая возражения истца на экспертное заключение и пояснения ответчика  и третьих лиц относительно них, суд считает, что размер экономически обоснованного тарифа на реализацию тепловой энергии потребителям на 2014 г. для истца составит 1 881,64 руб./Гкал (1 265 950,04  тыс. руб. / 672, 792 тыс. Гкал.).

Из материалов дела следует, и сторонами не опровергается, что в период с 01.01.2014 г. по 31.12.2014 г. ИАЗ произвел тепловую энергию в количестве 577 293 Гкал (полезный отпуск), из которой реализовал сторонним потребителям 348 540,26 Гкал. Выручка Общества от реализованной тепловой энергии составила 440 098 264,70 руб. (без НДС).

Учитывая, что за 2014 год истцом было реализовано потребителям 348 540,26 Гкал., при экономически обоснованном тарифе на 2014 год в размере 1 881,64 руб./Гкал,  выручка истца от реализации указанного объема тепловой энергии должна была составить 655 827 295 руб. вместо фактически полученной им выручки 440 098 265 руб.

На основании чего суд признает доказанным факт причинения истцу убытков от регулируемой деятельности по реализации тепловой энергии сторонним потребителям за 2014 год и документально подтвержденным размер этих убытков 215 729 030 руб. (655 827 295 руб.  - 440 098 265 руб.).

Рассмотрев довод третьего лица – Службы по тарифам Иркутской области о том, что действующим законодательством предусмотрен порядок возмещения недополученных истцом доходов путем их учета в тарифах на последующий период регулирования, суд пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 13 Основ ценообразования, не учтенные органом регулирования при установлении тарифа на текущий период экономически обоснованные расходы регулируемой организации, учитываются при установлении тарифов, начиная с периода, следующего за тем периодом, в котором они были документально подтверждены на основании годовой бухгалтерской отчетности, но не позднее, чем на 3-й расчетный период регулирования в полном объеме.

В числе убытков 2014 года, являющихся предметом спора, обществом учтены некомпенсированные выручкой от тарифа расходы непосредственно 2014 года, а также недополученные доходы 2012 года в сумме 81 706,00 тыс. руб., заявленные им для включения в тариф 2014 г., но не принятые Службой по тарифам. 

Недополученные доходы 2012 г. в сумме 81 706,00 тыс. руб. подтверждаются годовой бухгалтерской отчетностью за 2012 год в 2013 году, поэтому 3-м расчетным периодом регулирования, в котором можно учесть данные расходы, является 2015 год. 

Вместе  с тем в материалах дела  отсутствуют доказательства включения органом регулирования в необходимую валовую выручку общества на 2015 г. указанных недополученных доходов 2012 года.

Текущие расходы общества на производство и реализацию потребителям тепловой энергии за 2014 год могут быть подтверждены годовой бухгалтерской отчетностью за 2014 год, которая формируется в 2015 году, поэтому 3-м расчетным периодом регулирования, в котором можно учесть данные расходы, является 2015 год.

Как следует из пояснений третьего лица - Службы по тарифам Иркутской области б/н от 28.03.2016 г., от 28.12.2018 г. о компенсации Обществу части из спорных убытков 2014 г. в сумме 88 069, 64 тыс. руб. путем их учета в необходимую валовую выручку при расчете тарифов на 2015 и 2016 гг.

Из них 62 514,26 тыс. руб. представляют недополученные Обществом за 2014 год доходы в виде разницы между отмененным решением суда тарифом на тепловую энергию на 2014 г. (1 230,68 руб./Гкал), по которому Общество вынуждено было реализовывать тепловую энергию сторонним потребителям вплоть до отмены Приказа № 274-спр (до октября 2014 г. включительно), и тарифом 2013 г. (1352, 37 руб./Гкал.), применявшимся с ноября 2014 г. в связи с неустановлением органом регулирования для Общества нового тарифа на 2014 г., умноженную на полезный отпуск тепловой энергии за период с января по октябрь (включительно) 2014 г.

62 514,26 тыс. руб. были учтены в тарифах последующих периодов двумя равными суммами (по 31 275,13 тыс. руб.): в тарифе 2015 г. – как недополученные доходы от тепловой энергии на собственные нужды и в тарифе 2016 г. - как недополученные доходы от тепловой энергии, реализованной сторонним потребителям.

Указанные суммы компенсации для включения в тариф 2015 г. рассчитаны следующим образом: (1352,37 руб./Гкал – 1230,68 руб./Гкал)* 256 859  Гкал = 31 257,13 тыс. руб., где 256 859 Гкал – плановый полезный отпуск тепловой энергии за январь-октябрь 2014 г. на собственные нужды ИАЗ.

Сумма компенсации для включения в тариф 2016 г. рассчитана следующим образом: (1352,37 руб./Гкал – 1230,68 руб./Гкал)* 256 859  Гкал = 31 257,13 тыс. руб., где 256 859 Гкал – фактический полезный отпуск тепловой энергии за январь-октябрь 2014 г. стороннему потребителю – ООО «Сетевая компания «Иркут».

За период ноябрь-декабрь 2014 г. общество реализовало тепловую энергию ООО «Сетевая компания «Иркут» по тарифу 1 352,37 руб./Гкал, в связи с чем корректировка в части, приходящейся на полезный отпуск за указанные месяцы, Службой по тарифам Иркутской области не производилась и в тарифе 2016 года не учитывалась.

Выручка от реализации истцом тепловой энергии остальным сторонним потребителям (ООО «Иркут-Станко-Сервис», ООО «Иркут-Текс», ООО «Ремстрой», ООО «Иркут-Автотранс», ООО «Иркут-ТНП», ООО «Типография-Иркут», ООО «Энергоцентр «Иркут»)  за все 12 месяцев 2014 г. получена исходя из тарифа 2013 г. (1 352,37 руб./Гкал): в декабре обществом выставлены счета-фактуры на доплату разницы между тарифом 2013 г. и тарифом 2014 г. за объем тепловой энергии, реализованный этим потребителям в период с января по октябрь (включительно) 2014 г., а в период с ноября по декабрь тепловая энергия изначально реализовывалась им по тарифу 2013 г. (1 352,37 руб./Гкал). В связи с чем корректировка в части, приходящейся на полезный отпуск тепловой энергии остальным сторонним потребителям, кроме ООО «Сетевая компания «Иркут», за 12 месяцев 2014 года Службой по тарифам Иркутской области не производилась и в тарифе 2016 года не учитывалась.

Таким образом, учитывая согласие истца с доводами Службы по тарифам Иркутской области в данной части, суд приходит к выводу о том, что убытки общества от реализации тепловой энергии сторонним потребителям, рассчитанные выше в сумме 215 729 030 руб., подлежат возмещению ему за минусом компенсированной в тарифах 2015-2016 гг. суммы 62 514 260  руб. в размере  в сумме 153 214 770 руб. (215 729 030 руб. - 62 514 260 руб.).

Остальная сумма представленной органом регулирования в тарифе 2016 года компенсации недополученных обществом доходов в размере 25 555,38 тыс. руб. обусловлена реализацией обществом в 2014 г. тепловой энергии сторонним потребителям в меньшем объеме, чем было запланировано при установлении тарифа, и не связано с корректировкой плановой необходимой валовой выручки 2014 года.

Как уже указывалось выше в настоящем судебном акте, пунктом 22 Основ ценообразования тарифы на тепловую энергию устанавливаются на основании двух показателей: необходимой валовой выручки и расчетного объема полезного отпуска тепловой энергии на расчетный период регулирования. 

Таким образом, судом установлено, что убытки, заявленные истцом к возмещению в рамках настоящего дела, обусловлены занижением органом регулирования необходимой валовой выручки при установлении тарифа на 2014 г. ввиду невключения в нее части заявленных обществом расходов или их необоснованного включения в меньшем размере, а не отклонением планового полезного отпуска тепловой энергии от планового.

Расчет суммы убытков от реализации тепловой энергии за 2014 год, представленный истцом в его письменных пояснениях от 27.12.2018 г., осуществлен по той же методике, которую применили эксперты для определения размера убытков: исходя из расчетного тарифа на 2014 год, рассчитанного путем деления расчетной необходимой валовой выручки на 2014 год на плановый объем полезного отпуска тепловой энергии на 2014 год, который экспертами не пересчитывался и был принят в объеме, установленном органом регулирования (672 792 Гкал).

Как следует из расчета общества, размер убытков определен  исходя из расчетного тарифа на 2014 год, рассчитанный путем деления расчетной необходимой валовой выручки на 2014 год на тот же плановый объем полезного отпуска тепловой энергии на 2014 год (672 792 Гкал).

Вышеизложенное подтверждает, что расхождения в размере расчетного тарифа на 2014 год и, как следствие, размера убытков за 2014 год, определенных экспертами и истцом, обусловлены расхождением только в одном из двух показателей, поименованных в пункте 22 Основ ценообразования  – в размере необходимой валовой выручки на 2014 год. 

При установлении органом регулирования на 2014 год тарифа в рассчитанном в размере 1 881,64 руб./Гкал, рассчитанного исходя из необходимой валовой выручки в размере 1 265 950,04 тыс. руб. и неизменного планового объема полезного отпуска тепловой энергии на 2014 г. (672 792 Гкал.), Общество, планово в 2014 году должно было получить валовую выручку от реализации тепловой энергии сторонним потребителям (362 685 Гкал) в размере 682 442,60 тыс. руб. С учетом уменьшения фактического объема реализации тепловой энергии сторонним потребителям по сравнению с плановым (348 540,26 Гкал. вместо 362 685 Гкал) общество бы получило выручку в размере 655 826,81 тыс. руб. (1 881,64 руб./Гкал * 348 540,26 Гкал.), следовательно, его убытки от снижения полезного отпуска составили бы 26 615,31 тыс. руб. (682 442,60 тыс. руб. – 655 827,29 тыс. руб.). А фактически общество в 2014 году получило товарную выручку от реализации тепловой энергии сторонним потребителям в размере 440 098, 26 тыс. руб. Соответственно общая сумма его убытков составила 242 344,34 тыс. руб., в том числе 26 615,31 тыс. руб.  – компенсированные в тарифе 2016 года убытки от снижения полезного отпуска сторонним потребителям, и 215 729, 03 тыс. руб. – убытки, связанные с занижением необходимой валовой выручки на 2014 год.

Вышеизложенное  свидетельствует о том, что в настоящем споре убытки, связанные с отклонением фактического полезного отпуска тепловой энергии за 2014 год по сравнению с плановым, истцом не заявлялись к возмещению, поэтому компенсация Службой по тарифам Иркутской области выпадающих доходов 2014 года в размере 25 555,38 тыс. руб. в тарифе 2016 года, обусловленная с отклонением фактического полезного отпуска тепловой энергии за 2014 г. сторонним потребителям от планового полезного отпуска, не связана с предметом настоящего спора и не влияет на объем исковых требований.

Доводов о получении обществом иных компенсаций убытков (недополученных доходов) 2014 года в составе прогнозной необходимой валовой выручки при расчете тарифов за 2015- 2017 гг. ни Министерством финансов Иркутской области, ни третьими лицами не заявлялись, соответствующие доказательства в материалах дела также отсутствуют.

Таким образом, размер убытков 2014 г. от реализации тепловой энергии сторонним потребителям, подлежащих возмещению обществу, составляет 153 214 770   руб. 

Доводы ответчика о недоказанности истцом  вины ответчика и причинно-следственная связь между его действиями и наступившими последствиями отклоняются судом как необоснованные.

Согласно ст. 16, 1069 ГК РФ издание органом государственной власти субъекта Российской Федерации не соответствующего закону правового акта является основанием для возмещения убытков, возникших в результате издания такого акта.

Согласно п. 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» требование о возмещении вреда, причиненного в результате издания нормативного правового акта государственного органа или органа местного самоуправления, не соответствующего закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, может быть удовлетворено в случае, если такой нормативный правовой акт признан недействующим по решению суда общей юрисдикции, арбитражного суда.

Противоправность поведения нарушителя, являющаяся в соответствии со ст. 1064 ГК РФ основанием ответственности за причинение вреда, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.

Нарушение Службы по тарифам Иркутской области при утверждении обществу тарифа на 2014 год требований Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ "О теплоснабжении", а также Основ ценообразования и Правил регулирования установлено вступившими в законную силу Решением Иркутского областного суда от 29.05.2014 г. по гражданскому делу № 3-43-14, оставленным без изменения определением Верховного суда Российской Федерации от 08.10.2014 г. (том 1 л.д. 137-148). 

Как следует из данных судебных актов приказ признан недействующим, в том числе по той причине, что при установлении тарифа на 2014 год регулирующим органом не было дано экономическое и правовое обоснование исключения из расчета необходимой валовой выручки расходов, предложенных регулируемой организацией.

Решением Иркутского областного суда от 29 мая 2014 года, поддержанным Верховным судом Российской Федерации (Определение от 08.10.2014 г. № 66-АПГ14-5) было установлено, что регулирующий орган не обеспечил надлежащее проведение экспертизы предложения  общества, что привело к установлению тарифа на 2014 год на уровне ниже предложенного регулируемой организацией без должного экономического и правового обоснования. 

В силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ неправомерность действий государственного органа, выразившихся в утверждении для ПАО «Корпорация «Иркут» на 2014 год экономически необоснованного тарифа, не подлежит доказыванию в рамках настоящего дела.

Как следует из пункта 11 Методических указаний необходимая валовая выручка регулируемой организации должна возмещать ей экономически обоснованные расходы и обеспечивать экономически обоснованную прибыль по каждому регулируемому виду деятельности.

Поскольку в силу пункта 18 статьи 2, подпункта 4 статьи 8 Федерального закона Российской Федерации «О теплоснабжении» от 27.07.2010 г. № 190-ФЗ, реализация тепловой энергии потребителям является регулируемым видом деятельности в сфере теплоснабжения, при осуществлении которого расчеты за продукцию осуществляются по ценам (тарифам), подлежащим государственному регулированию, ПАО «Корпорация «Иркут» не может реализовывать тепловую энергию по самостоятельно установленным ценам, обеспечивающим ей покрытие понесенных издержек и получение экономически обоснованной прибыли.

В связи с чем, от размера установленного органом регулирования тарифа на тепловую энергию зависят доходы регулируемой организации, обеспечивающие компенсацию ее экономически обоснованных расходов на производство услуг и получение прибыли.

В соответствии с пунктом 38 Правил регулирования (в редакции, действовавшей в 2014 году) при изменении установленных тарифов в течение расчетного периода регулирования, в том числе, в случае приведения ранее принятых решений об установлении тарифов в соответствии с законодательством Российской Федерации на основании решения суда, орган регулирования открывает дело об установлении тарифов и запрашивает у регулируемой организации предложения об установлении тарифа. Срок представления такого предложения указывается органом регулирования в запросе.

Однако Службой по тарифам Иркутской области после вступления в силу судебных решений, признавших приказ № 274-спр не соответствующим действующему законодательству открытия дела об установлении нового тарифа на 2014 год взамен отмененного не осуществлялось. Обратного ответчиками и третьими лицами не доказано.

Таким образом, данные обстоятельства свидетельствует о незаконном бездействии органа регулирования, итогом которого стало отсутствие экономически обоснованного тарифа на тепловую энергию на 2014 год.   

Исходя из предмета и оснований заявленных требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь действующим законодательством, суд приходит к выводу о наличии всех элементов, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, а именно: противоправность действий (бездействия) органа, наличие причинной связи между действиями (бездействием) органа и понесенными убытками, а также размер убытков.

В силу статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.   Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального  образования.

Поскольку спорные убытки ПАО «Корпорация «Иркут» не были компенсированы полностью суд, руководствуясь статьями 16, 1069, 1071 ГК РФ, приходит к выводу о частичном  удовлетворении требований истца  и взыскании с ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ за счет казны ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в лице  Министерства финансов Иркутской области в пользу ПАО «Корпорация «Иркут»  убытков размере 153 214 770  руб. В удовлетворении остальной части требований следует отказать.

При подаче иска истец уплатил государственную пошлину в размере  200 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 10284 от 25.06.2015 (л.д. 49 том дела 1).

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ, расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 94 000 руб. относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований (47%). 

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично;

Взыскать с ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ за счет казны ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в лице  Министерства финансов Иркутской области в пользу Публичного акционерного общества «Научно-производственная корпорация «ИРКУТ»    153 214 077 руб.   –  убытки,                  200 000 руб. - расходы по уплате госпошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд  через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца после его принятия.

Судья                  С.И. Кириченко