АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

12 февраля 2024 года

Дело №

А56-6315/2018

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Воробьевой Ю.В. и ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» представителя ФИО2 (доверенность от 01.01.2024), от общества с ограниченной ответственностью «Йокохама Рус» представителя ФИО3 (доверенность от 08.06.2023), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 188.10.2023), от финансового управляющего ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 03.03.2023),

рассмотрев 29.01.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО8 – ФИО6 – на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023 по делу № А56-6315/2018/сд.4, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.02.2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Нокиан Шина», впоследствии изменившего наименование  на  общество с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» (далее – ООО «Айкон Шина») о признании ФИО8 несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 25.02.2018 заявление признано обоснованным, в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9. 

Решением от 06.07.2018 ФИО8 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО9

Определением от 28.11.2019 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. Этим же определением новым финансовым управляющим должника утверждена ФИО6.

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО6 обратилась в суд с заявлением о признании ничтожными сделок от 31.12.2015 и от 17.03.2016 по увеличению ФИО8 и ФИО4 уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Кайт», адрес: 193079, Санкт-Петербург, Октябрьская наб., д. 104, корп. 43, лит. АЖ, оф. 29, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания). 

В порядке применения последствий недействительности сделок финансовый управляющий просила взыскать с ФИО4 в конкурсную массу должника 134 700 000 руб.

Определением от 17.07.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенными по результатам рассмотрения заявления судебными актами, финансовый управляющий ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 17.07.2023 и постановление от 20.10.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований.

Податель жалобы утверждает, что суды неверно определили дату начала исчисления срока для обращения с заявлением о признании сделки недействительной, следовательно, пришли к ошибочному выводу о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности. 

По мнению подателя жалобы, вывод судов об осведомленности финансового управляющего о том, что ФИО8 ранее принадлежала доля в уставном капитале Компании, не является основанием для начала течения срока исковой давности; в данном случае имеет значение момент, когда финансовый управляющий узнала о пороках в совершении сделки, которые предоставляют основания для обращения с заявлением о признании ее недействительной. 

Податель жалобы настаивает на том, что таким моментом является ознакомление с материалами уголовного дела, состоявшееся 05.10.2021, в ходе которого финансовому управляющему и стало известно, что полученные ФИО8 из кассы Компании денежные средства, якобы внесенные ФИО4 в оплату вклада в уставный капитал названного юридического лица для их последующего внесения на расчетный счет Компании, так и не были внесены на расчетный счет.

Подателю жалобы представляется ошибочным вывод судов об отсутствии оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку сторонами оспариваемых сделок являлись близкие родственники, стороны сделок не могли не знать о финансовом состоянии ФИО8 на дату совершения сделок, цели совершения сделок и их экономическая целесообразность сторонами не была доказана, а в результате совершения сделки ФИО4 извлек выгоду, передав подконтрольному ему юридическому лицу дорогостоящий актив, не уплатив при этом по сделке.

По мнению подателя жалобы, вывод судов об отсутствии у                 ФИО8 признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок основан на неверном толковании норм материального права.

Податель жалобы отмечает, что для определения признаков неплатежеспособности ФИО8 не имеет значения, была ли задолженность к должнику как к поручителю просужена или нет; действия должника по принятию решения об увеличении уставного капитала не соответствуют критерию добросовестности; ФИО4 в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о целесообразности увеличения уставного капитала за год до передачи основного актива (земельного участка) по соглашению об отступном в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКДИмпорт», аффилированного с             ФИО4

В отзыве ФИО4 просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В отзыве на кассационную жалобу кредитор ООО «Айкон Шина» просит определение от 17.07.2023 и постановление от 20.10.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО6 поддержала кассационную жалобу, представители обществ с ограниченной ответственностью «Айкон Шина»  и «Йокохама Рус» поддержали доводы жалобы, а представитель ФИО4 просила обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в ходе проведения мероприятий по выявлению имущества должника финансовым управляющим выявлено, что между ФИО8 и ее сыном ФИО4 совершен ряд сделок, направленных, по мнению заявителя, на передачу корпоративного контроля над Компанией путем увеличения уставного капитала указанного юридического лица.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий ссылалась на то, что основным активом Компании являлся земельный участок с кадастровым номером 47:26:0220001:433, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Тосненский р-н, массив «Тельмана»,                          уч. «Тельмана-центр», № 78-83(1).

Согласно общедоступным сведениям, размещенным в «Контур.Фокус», а также документам, полученным в рамках настоящего дела о банкротстве, размер основных активов Компании на конец 2015 года составлял                               141 313 000 руб.

В соответствии с отчетом от 06.04.2015 № 28-Н/15, подготовленным обществом с ограниченной ответственностью «НОК «АСКО», стоимость земельного участка с кадастровым номером 47:26:0220001:433 по состоянию на 02.04.2015 составляла 134 700 000 руб.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указала на то, что в результате согласованных действий ФИО8 и                  ФИО4 размер имущественной массы должника уменьшился на стоимость доли в размере 100% в уставном капитале Компании, ранее принадлежавшей ФИО8

С учетом того, что увеличение уставного капитала с 300 000 руб. до                 3 344 481,61 руб. произведено в течение трех месяцев (31.12.2015–17.03.2016) без существенного изменения структуры бизнеса Компании, финансовый управляющий посчитала, что единственной целью совершения последовательных действий ФИО8 и ФИО4 по увеличению уставного капитала Компании до 3 344 481,61 руб. является передача актива, принадлежащего Компании, – земельного участка стоимостью 134 700 000 руб. под контроль ФИО4 и сокрытие его от кредиторов ФИО8

По мнению финансового управляющего, оспариваемые сделки являются ничтожными как совершенные при злоупотреблении правом с нарушением интересов кредиторов должника.

В ходе рассмотрения спора ФИО4 заявил о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделок.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в обособленном споре лиц, пришел к выводу о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности, а также об отсутствии у спорных сделок признаков, влекущих их недействительность по правилам статьи 10 ГК РФ, и отказал в удовлетворении заявления.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд постановлением от 20.10.2023 оставил определение от 17.07.2023 без изменения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002                      № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I–III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются, в частности: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; а также лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах третьем–пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Согласно пункту 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, сделки по принятию единственным участником хозяйственного общества решения об увеличении уставного капитала за счет дополнительного вклада третьего лица и включению этого третьего лица в состав участников общества подлежат проверке в рамках дела о банкротстве единственного участника общества по правилам статьи 170              ГК РФ – в случае фактического невнесения этим третьим лицом реального дополнительного вклада (либо внесения им символического дополнительного вклада) или по правилам главы III.1 Закона о банкротстве – в случае внесения третьим лицом дополнительного вклада, равного номинальной стоимости приобретенной им доли.

Оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая спор, суды приняли во внимание, что в рамках иных обособленных споров по настоящему делу установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО8 не отвечала признакам неплатежеспособности, что исключает вывод о причинении вреда имущественным правам кредиторов и злоупотреблении правом.

Из пояснений ФИО8 и ФИО4 по обстоятельствам заключения сделок следует, что размер доли ФИО8 в номинальном выражении не был уменьшен ответчиком. Доля ФИО8 как была                    100 000 руб., так и осталась 100 000 руб. до самой даты выхода ФИО8 из Компании. Заявитель указывает, что доля ФИО8 на момент отчуждения стоила 134 700 000 руб. Однако на момент выхода ФИО8 из Компании и отчуждения ее доли в размере 100 000 руб. (11.01.2017) Компания не располагала таким объемом активов. Земельный участок, на который ссылается финансовый управляющий, на момент выхода                  ФИО8 не был собственностью Компании, поскольку 15.03.2016 между обществом с ограниченной ответственностью «ТД «Амира»  (далее – ООО «ТД «Амира») и обществом с ограниченной ответственностью «Тайрмен Групп» был заключен договор № 15/3 уступки прав (цессии), по условиям которого ООО «ТД «Амира» уступило права требования, обеспеченные ипотекой, Компании в размере 14 510 185,24 руб., после чего было обращено взыскание на объект недвижимости. Обозначенный факт установлен определением суда первой инстанции от 25.02.2022 по обособленному спору № А56-6717/2016/суб./суб.1.

Судами также принято во внимание, что в отношении Компании было возбуждено дело о банкротстве № А56-131921/2018; решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2019 Компания признана банкротом и в отношении нее открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; определением суда от 25.02.2020 конкурсное производство в отношении Компании завершено; 15.04.2020 Компания исключена из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в связи с прекращением деятельности.

Учтя названные пояснения, не опровергнутые участниками спора, суды резюмировали, что финансовым управляющим не доказан факт причинения убытков со стороны ФИО4 ни ФИО8, ни ее конкурсным кредиторам.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, указанным в статьях 61.2 или 61.3 названного Закона, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 32 Постановления № 63, разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры банкротства, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Суд первой инстанции установил, что процедура реструктуризации долгов гражданина введена 25.02.2018, финансовому управляющему из ответа Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 15 по Санкт-Петербургу от 12.03.2018 стало известно о том, что ФИО8 была участником Компании, тем не менее заявление о признании сделок по увеличению уставного капитала недействительными подано ею по истечении четырех лет с момента введения процедуры (01.03.2022). 

Получение сведений 12.03.2018 позволяло управляющему своевременно обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделок от 31.12.2015 и от 17.03.2016 по увеличению уставного капитала Компании. 

Подлежат отклонению доводы финансового управляющего о том, что в ответе от 12.03.2018 содержалась информация без указания оснований отчуждения доли, при этом о совершенных сделках она узнала лишь при ознакомлении с материалами уголовного дела 05.10.2021.

Действуя с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, финансовый управляющий могла узнать о наличии оснований для оспаривания сделок в пределах трехлетнего срока исковой давности, незамедлительно запросив всю необходимую информацию в регистрирующих органах, проанализировав бухгалтерские документы, общедоступные сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ. 

В рассматриваемом случае финансовый управляющий должника не представила доказательств того, что она принимала меры по выявлению сведений о владении ФИО4 долями в уставном капитале Компании, об изменении размера долей, по анализу этих сведений на предмет возможности оспаривания сделок по отчуждению либо уменьшению размера долей, ограничившись лишь констатацией непредставления соответствующей информацией самим должником.

Непредставление информации самим должником не препятствовало финансовому управляющему на основании полученных данных запросить документы у налогового органа об основании перехода права собственности, а в случае отказа – обратиться с соответствующим ходатайством в суд. 

Следует отметить, что к заявлению финансовым управляющим были приложены сведения из информационной программы «Контур.Фокус» по состоянию на 01.03.2022, невозможность получения которых в более ранний срок не подтверждена.

Между тем, как установили суды, финансовый управляющий обратилась в суд с рассматриваемым заявлением об оспаривании сделок должника только 01.03.2022, то есть с пропуском как годичного срока с даты введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов и годичного срока, с которого управляющий узнала или должна и могла узнать об оспариваемой сделке, так и трехлетнего срока исковой давности, предусмотренного положениями пункта 1 статьи 181 ГК РФ. 

Доказательства, подтверждающие наличие объективных препятствий в получении финансовым управляющим ФИО6 информации об оспариваемых сделках, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют. В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что, действуя добросовестно и разумно, финансовый управляющий в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязанностей приняла все возможные и достаточные меры для заблаговременного получения документации должника в целях оспаривания сделок.

При установленных обстоятельствах срок исковой давности на обращение с заявлением правомерно исчислен судами с момента, когда финансовый управляющий имела возможность узнать о совершении оспариваемых сделок, а поэтому обоснованно признан пропущенным.

Применение пункта 2 статьи 199 ГК РФ, согласно которому истечение срока исковой давности, о чем заявлено стороной в споре, является основанием к принятию судом решения об отказе в иске, является, в данном случае, правильным.

По мнению суда кассационной инстанции, послуживший самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований вывод судов о том, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности, о применении которой заявлено ФИО4, соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, являвшиеся предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получившие надлежащую правовую квалификацию, не опровергают выводы судов, а направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Несогласие подателя жалобы с оценкой, данной судами фактическим обстоятельствам дела, не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

При рассмотрении дела судами установлены и надлежаще оценены все существенные для дела обстоятельства; выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по обособленному спору; нормы материального права применены правильно; нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии с приведенными в кассационной жалобе доводами не имеется.

Согласно статье 110 АПК РФ и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 руб. и относится на заявителя. Так как при принятии жалобы к производству финансовому управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, последняя подлежит взысканию с ФИО8 в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023 по делу № А56-6315/2018/сд.4 оставить без изменения, а кассационную жалобу финансового управляющего ФИО8 – ФИО6 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета Российской Федерации 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

 

Ю.В. Воробьева

ФИО1