﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-10757/2015

г. Краснодар

24 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2019 г.

Постановление в полном объеме изготовлено  24 сентября 2019 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Илюшникова С.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью Лизинговая компания «Сименс-Финанс» − Албагачиева Р.М. (доверенность от 11.01.2019), Сурманидзе Е.С. (доверенность от 01.08.2018), Сулиминой Е.В. (доверенность от  03.06.2019), Кузьмина И.О. (доверенность от 07.08.2019),  от общества с ограниченной ответственностью «Деливери» − Музафарова Р.Н. (доверенность от 14.10.2019), от общества с ограниченной ответственностью «Айрон» − Лисовченко Л.М. (доверенность от 27.06.2018), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Октан»  Озерова П.П. – Кирносова А.В.  (доверенность от 21.01.2015), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Лизинговая компания «Сименс-Финанс» и общества с ограниченной ответственностью «Деливери» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 17.04.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2019  по делу  № А63-10757/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Октан»  (далее – должник) в Арбитражный суд Ставропольского края обратился конкурсный управляющий должника Озеров П.П. (далее – управляющий) с заявлением о признании недействительными сделок: договора купли-продажи от 19.05.2014 № 30899; договора финансовой аренды от 19.05.2014 № 30899-ФЛ/РД-14; договора субаренды от 29.05.2014 № 01- ДЛ; договора купли-продажи от 11.06.2014 № 31906; договора финансовой аренды от 11.06.2014 № 31906-ФЛ/РД-14; договора субаренды от 11.06.2014 № 02-ДЛ.

Определением суда от 17.04.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.07.2019, оспариваемые договоры признаны недействительными. Суд взыскал в пользу должника: с ООО Лизинговая компания «Сименс-Финанс» (до переименования ООО «Сименс-Финанс», далее – компания)                    25 515 тыс. рублей, составляющих действительную стоимость имущества, отчужденного по договорам купли-продажи; с ООО «Деливери» 13 588 363 рубля 37 копеек, перечисленных по договорам субаренды. Судебные акты мотивированы доказанностью оснований для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве). Суды сделали вывод о том, что срок исковой давности не пропущен.

В кассационной жалобе и дополнении к ней компания просит отменить определение суда от 17.04.2019 и постановление апелляционного суда от 05.07.2019. По мнению заявителя, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. Компания считает, что срок исковой давности для оспаривания указанных сделок истек. Заявитель не согласен с выводом о взаимозависимости с другими участниками оспариваемых сделок и о том, что компания должна была знать о нарушении должником при заключении данных сделок пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. По мнению компании, основания для признания сделок недействительными отсутствуют. Заявитель не согласен с применением в отношении него последствий недействительности сделок в виде взыскания 25 515 тыс. рублей. 

В кассационной жалобе ООО «Деливери» (далее – общество) просит отменить определение суда от 17.04.2019 и постановление апелляционного суда от 05.07.2019, в удовлетворении требований отказать. Податель жалобы считает, что суды не дали оценку его доводу об отсутствии соблюдения претензионного порядка. По мнению заявителя, судом необоснованно отклонен довод об истечении срока исковой давности.

В отзыве на кассационные жалобы и дополнении ООО «Айрон» просит обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении заявления управляющего отказать.

В отзыве на кассационную жалобу и дополнении к нему конкурсный управляющий должника просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы  жалоб и отзывов.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб и отзывов, выслушав пояснения представителей участвующих в заседании лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что определение суда от 17.04.2019 и постановление апелляционного суда от 05.07.2019 надлежит отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края  по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 16.09.2015 в отношении должника возбуждено производство по делу о банкротстве; определением от 03.08.2016 введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён Губайдулин Р.Н. 

Решением от 10.10.2017 должник признан банкротом, введено конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на Губайдулина Р.Н. 

Определением от 20.12.2017 конкурсным управляющим утвержден Озеров П.П.

19 мая 2014 года должник (продавец), компания (покупатель) и общество (лизингополучатель) заключили договор купли-продажи № 30899, по условиям которого компания приобрела у должника кран козловой электрический ККЭ-20-20-11-А5-У1, 2014 года выпуска (далее – кран козловой) для передачи его в финансовую аренду обществу. Цена сделки составила 13 515 тыс. рублей. 

Согласно банковской выписке компания уплатила должнику стоимость имущества в полном объеме (платежи 03.06.2014, 06.06.2014, 21.08.2014). По договору финансовой аренды № 30899-ФЛ/РД-14 от 19.05.2014 компания обязалась приобрести в собственность у должника кран козловой для предоставления его в финансовую аренду обществу на срок до 15.04.2017. Цена сделки составила 16 986 657 рублей 89 копеек. 

Согласно акту сверки взаиморасчетов по состоянию на 30.04.2017 общество осуществило лизинговые платежи в полном объеме, задолженность отсутствует.

Дополнительным соглашением № 2 от 19.05.2014 к договору финансовой аренды от 19.05.2014 компания дала согласие обществу на передачу предмета лизинга в субаренду должнику.

По договору № 01-ДЛ от 29.05.2014 общество обязалось предоставить за плату во временное владение и пользование должнику кран козловой сроком до 31.03.2017. Цена договора составила 17 570 886 рублей 13 копеек. Из приложения № 1 к договору следует, что первый платеж в сумме 4 730 250 рублей арендатор должен произвести не позднее 08.06.2014; последний – не позднее 10.03.2017. 

11 июня 2014 года должник (продавец), компания (покупатель) и общество (лизингополучатель) заключили договор купли-продажи № 31906, по условиям которого компания приобрела у должника пилу летучую с функцией холодной резки труб типа А100 СS, год выпуска 2013 (далее – пила летучая) для передачи её в финансовую аренду обществу. Цена сделки составила 12 млн рублей. Согласно банковской выписке компания уплатила должнику стоимость имущества в полном объеме (платежи 30.06.2014, 10.07.2014).

По договору финансовой аренды №31906-ФЛ/РД-14 от 11.06.2014 компания обязалась приобрести в собственность у должника пилу летучую для предоставления её в финансовую аренду обществу на срок до 30.06.2017. Цена сделки составила 14 832 178 рублей 57 копеек. Согласно акту сверки взаиморасчетов по состоянию на 07.06.2017 общество осуществило лизинговые платежи в полном объеме, задолженность отсутствует (т. 3, л. д. 47-48). Дополнительным соглашением № 2 от 11.06.2014 к договору финансовой аренды от 11.06.2014 компания дала согласие обществу на передачу предмета лизинга в субаренду должнику. По договору № 02-ДЛ от 11.06.2014 общество обязалось предоставить за плату во временное владение и пользование должнику пилу летучую сроком до 30.06.2017. Цена договора составила 15 512 578 рублей 57 копеек. При этом из приложения № 1 к договору следует, что первый платеж в сумме 339 505 рублей 92 копейки арендатор должен произвести не позднее 15.07.2014; последний – не позднее 15.06.2017.

Полагая, что указанные сделки с имуществом должника являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК), конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, судебные инстанции руководствовались статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 32, 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, статьями 196, 200 ГК,  разъяснениями, изложенными в  постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63).

Доводы компании об истечении срока исковой давности по оспариванию сделок суды обоснованно отклонили.

Компания правильно ссылается на осведомленность арбитражного управляющего с содержанием спорных документов задолго до 29.01.2018, поскольку исследование всех документов по оспариваемым сделкам фактически производилось первоначально утвержденным арбитражным управляющим, что подтверждается обстоятельствами, установленными в определения Арбитражного суда Ставропольского края от 03.02.2017 по данному делу, обстоятельства совершения данных сделок исследовались в рамках рассматриваемого дела длительное время – начиная с даты принятия их к рассмотрению судом (определение от 05.09.2016). Таким образом, еще первоначально утвержденный арбитражный управляющий располагал всеми необходимыми документами еще с 2016 года, и о наличии соответствующих правоотношений для целей их последующего оспаривания ему стало известно не позднее даты включения требований общества в реестр должника, т. е., не позднее 27.01.2017.

Законодательство о банкротстве (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве) связывает начало течения срока исковой давности не с моментом получения конкретным арбитражным управляющим бухгалтерской и иной документации должника, а с моментом, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания такой сделки, с учетом того, что право на оспаривание сделок может быть реализовано именно с даты открытия конкурсного производства. 

Суды отметили, что дата изготовления полного текста решения суда – 10.10.2017. Конкурсный управляющий обратился в суд 05.05.2018 (т. 1, л. д. 17). Таким образом, годичный срок для оспаривания сделок по статье 61.2 Закона о банкротстве управляющим не пропущен. 

С учетом изложенного, выводы судов об отсутствии оснований для применения к оспоренным сделкам последствия пропуска  срока исковой давности является правильным.  

Суды установили, что  оспариваемые договоры заключены в период с 19.05.2014 по 11.06.2014; производство по делу о банкротстве возбуждено 16.09.2015, следовательно, сделки могут быть признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). По договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, указано, что продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом (в том числе для погашения задолженности перед прежними кредиторами) с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует законодательству (ст. 421 ГК, пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге»)).

Имущество должника по сделкам, направленным на его отчуждение и передачу в лизинг другому лицу из фактического владения и пользования должника не выбывало (как минимум до января 2019 года). Это свидетельствует о наличии у должника потребности в использовании этого имущества в своей производственной деятельности, основным видом которой является производство стальных труб, полых профилей и фитингов, а также об отсутствии потребности в этом имуществе у общества.

Суды установили, что совершение сделок привело к тому, что должник утратил право собственности на имущество, а в конечном итоге и владение им (вступившим в законную силу решением суда от 29.08.2018 рамках дела № А63-6324/2018 имущество виндицировано в пользу ООО «Айрон»), не получив равноценного встречного предоставления.

По договору № 30899 от 19.05.2014 в счет оплаты крана козлового должник получил от компании 13 515 тыс. рублей. Однако в соответствии с графиком платежей по договору субаренды №01-ДЛ от 29.05.2014 уже 04.06.2014 перечислил обществу                          4 730 250 руб. арендной платы. Исходя из условий арендной сделки, общий объем подлежащих внесению арендных платежей уже 10.05.2016 превысил полученную должником стоимость имущества (составил 13 652 374 рубля 61 копейка).

По договору № 31906 от 11.06.2014 в счет оплаты пилы летучей должник получил от компании 12 млн рублей. Однако в соответствии с графиком платежей по договору субаренды № 02-ДЛ от 11.06.2014 уже 27.06.2014 перечислил обществу 4 800 тыс. рублей арендной платы. Исходя из условий арендной сделки, общий объем подлежащих внесению арендных платежей уже 15.07.2016 превысил полученную должником стоимость имущества (составил 12 252 469 рублей 92 копейки).

Таким образом, совокупный экономический эффект от заключения сделок для должника состоит в том, что он утратил право собственности на необходимое для его производственной деятельности имущество, и по прошествии менее двух лет со дня заключения первой сделки, начал получать убытки в размере арендных платежей, уплачиваемых обществу. Заключение и исполнение сделок на таких условиях выходит за рамки разумного и добросовестного поведения, ожидаемого от любого участника гражданских правоотношений.

Суды пришли к выводу, что действия всех участвующих в сделках лиц синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин (сделки заключены в один день); они противоречат экономическим интересам одного члена группы (должника) и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы (компании и общества); данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу.

На основании изложенного суды  признали недействительными сделки должника и применили последствия их недействительности в виде взыскания с ответчиков в конкурсную массу должника уплаченных денежных средств.

Вместе с тем, суды не учли следующее.

В нарушение статей 8  и 9 Кодекса при отсутствии соответствующего довода со стороны заявителя, и соответственно, без обсуждения в ходе рассмотрения дела, суды сделали вывод о связанности компании  с иными участниками оспариваемых сделок. В нарушение статей 170, 185, 271 Кодекса суды не указали, какими доказательствами подтверждается данный вывод судов.  

Вывод судов о том, что все участники оспоренных сделок входят в единую группу, подконтрольны единому центру и подчиняются одному и тому же лицу не подтверждаются материалами дела.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.04.2019 № 309-ЭС18-22030 по делу № А76-25957/2016 вывод о взаимосвязанности участников сделки допускается лишь при том условии, что действия всех участников цепочки являлись согласованными, в частности, по причине существования единого координационного центра принятия решений относительно выстраивания юридических отношений между названными лицами и модели их поведения. Вместе с тем, доказательства реального существования указанных обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

В нарушение положений статьи 65 Кодекса на компанию неправомерно возложено бремя доказывания факта своей независимости от иных участников спорных сделок.

	Само по себе единовременное заключение оспариваемых сделок не являетсянарушением требований закона и не свидетельствует о недобросовестности или связанности компании с иными участниками спора. Напротив, одновременное заключение договора лизинга и договора на приобретение предмета лизинга, а также иных сопутствующих сделок, соответствует сложившейся практике в сфере лизинга, согласно которой договор купли-продажи всегда заключается во исполнение договора лизинга и относится к обязательным договорам, заключаемым в рамках лизинговой сделки (статья 2, пункт 2 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

В материалы дела не представлены доказательства принуждения должника к заключению оспариваемых сделок, введения его в заблуждение, наличия у компании  намерения создать какие-либо иные правовые последствия или прикрыть иные сделки.

Вывод судов о непосредственном участии компании в передаче имущества всубаренду должнику не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждаетсяматериалами дела. Компания указала, что целями заключения дополнительных соглашений к договорам лизинга об условиях согласия лизингодателя на передачу предмета лизинга в субаренду являлись исключительно фиксация конкретного субарендатора и места нахождения предметов лизинга, ограничение срока субаренды периодом финансовой аренды. Содержание и условия договоров субаренды определялись должником и обществом. Суды не указали, какими материалами дела указанные доводы компании опровергаются. Суды не установили нарушения компании при заключении и исполнении указанных договоров купли-продажи. Материалами дела подтверждается, что спорное оборудование приобретено компанией у должника  по стоимости, равной или превышающей стоимость его закупки должником (т.е., при равноценном встречном исполнении, когда не произошло уменьшение ни стоимости, ни размера имущества должника).

Суды не указали, какими доказательствами, представленными в материалы дела, подтверждается их вывод об осуществлении платежей по оспариваемым договорам лизинга со стороны общества в пользу компании  исключительно за счет денежных средств должника, поскольку получение платежей по оспариваемым договорам субаренды не являлось единственным источником прибыли для общества,  выплаченная обществом общая сумма договоров лизинга существенно превысила размер платежей, фактически полученных им от должника. Сумма, выплаченная обществом по договору финансовой аренды от 19.05.2014 № 30899-ФЛ/РД-14 составляет 16 986 657 рублей 89 копеек, тогда как по договору субаренды соответствующего оборудования со стороны должника произведены платежи на сумму 6 966 989 рублей 97 копеек. Сумма, выплаченная компании по договору финансовой аренды от 11.06.2014                                             № 31906-ФЛ/РД-14 обществом составляет 14 832 178 рублей 57 копеек, тогда как по договору субаренды соответствующего оборудования со стороны должника произведены платежи на сумму 6 621 373 рубля 40 копеек. При этом правовая природа денежных средств, как вещей, определяемых родовыми признаками, в целом исключает их идентификацию.

	Позиция судов о необходимости предоставления компанией как покупателем доказательств наличия экономического обоснования для иных участников сделок для единовременного заключения оспариваемых сделок не основана на законе. Действующим законодательством не предусмотрена обязанность покупателя (компании)  оценивать значимость отчуждаемого имущества для продавца (должника) и его уставной деятельности, а также прогнозировать, отслеживать или иным образом контролировать заключаемые им сделки, оценивать их возможные экономические последствия. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.04.2019 № 309-ЭС-18-22030 по делу № А76-25957/2016, лизинговая компания,  выступающая в качестве независимого от должника лица, с экономической точки зрения не должна заботиться о том, чтобы внутри второй группы лиц доходы и убытки распределялись справедливо и равномерно. Законный интерес лизинговой компании как лица, предоставившего финансирование, должен заключаться в возврате денежных средств на рыночных условиях, в том числе на основе платности.

Компания ссылается на то, что совокупный экономический эффект от реализации оспариваемых сделок для должника в целом является положительным; расчеты судов являются некорректными, поскольку не учитывают ряд важных экономических составляющих. В нарушение статей Кодекса суды не указали мотивы, по которым отклонили указанные доводы и расчеты компании.

Вывод судов об отсутствии равноценного встречного предоставления не соответствует фактическим обстоятельствам дела, суды не указали доказательства, на основании которых пришли к данному выводу.

Вывод суда первой инстанции при применении реституции о соответствии суммы, уплаченной компанией  в пользу должника, критерию равноценности приобретаемого имущества  противоречит иным выводам по данному вопросу, изложенным на странице 8 обжалуемого определения и страницы 6 обжалуемого постановления. Данные противоречия судами не устранены. Доказательств неравноценности встречных предоставлений сторон по договорам субаренды в материалы дела также не представлено.

При этом взаимные предоставления по договору считаются равными, пока не доказано иное (пункт 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25).

Таким образом, не указав мотивы, по которым отклонены доводы компании, суды первой и апелляционной инстанций сделали необоснованный вывод о совершении оспариваемых сделок в ущерб кредиторам должника и с соответствующей целью.

Суды также не указали мотивы, по которым отклонили доводы компании о том, что с учетом наличия экономической выгоды для должника и того обстоятельства, что фактическое уменьшение стоимости или размера имущества должника, наступление иных негативных последствий указанных сделок в действительности не произошло, предъявление конкурсным управляющим должника требований о признании оспариваемых сделок недействительными в целях взыскания в конкурсную массу должника дополнительных денежных средств, в целом представляет собой злоупотребление правом.

При рассмотрении заявления управляющего о признании оспоренных сделок недействительными по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве суды не оценили и не опровергли доводы компании об отсутствии у должника на момент заключения оспоренных сделок признаков несостоятельности, поскольку оспоренные сделки заключены 19.05.2014, 29.05.2014 и 11.06.2014, а обязательства должника по кредитным договорам, неисполнение которых суды посчитали подтверждением признаков банкротства, возникли по кредитным договорам, заключенным должником с АКБ «Банк Москвы» 17.07.2014 и 28.11.2014, о неисполнении которых банком заявлено 24.02.2015, то есть позднее заключения оспариваемых сделок. Иных обстоятельств, свидетельствующих о неплатежеспособности должника на момент заключения оспоренных сделок, судами первой и апелляционной инстанций не установлено.

Суды не указали, в чем конкретно заключается злоупотребление правом со стороны общества при заключении оспоренных сделок.

Таким образом, при рассмотрении спора по существу суды не учли специфику лизинговых отношений, в результате чего неправильно применили нормыматериального права и неверно определили предмет доказывания по делу. Суды ошибочно отождествили обязательственные отношения по договору лизинга с отношениями внутригруппового контроля, признав компанию входящей в группу лиц должника. Суды не учли, что с экономической точки зрения компания  не должна заботиться о том, чтобы внутри группы лиц должника доходы ее участников распределялись равномерно. В судебных актах также не установлено каких-либо иных отношений, связывающих компанию и участников группы должника, кроме как отношений по предоставлению финансирования. При этом компания  является дочерним обществом немецкого концерна Siemens AG (т. 2, л. д. 56 – 67) и занимается исключительно лизинговой деятельностью, что также не опровергнуто конкурсным управляющим.

Таким образом, выводы судов о несоответствии оспоренных сделок статье 61.2 Закона о банкротстве не соответствуют представленным в дело доказательствам, сделаны при неполном исследовании обстоятельств дела, поэтому в силу части 1 статьи 288 Кодекса определение суда от 17.04.2019 и постановление апелляционного суда от 05.07.2019 подлежат отмене, обособленный спор следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения норм процессуального и материального права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, после чего разрешить данный спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2019 приостановлено исполнение определения Арбитражного суда Ставропольского края                     от 17.04.2019 и постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда                      от 05.07.2019 по делу  № А63-10757/2015 в части взыскания компании 25 515 тыс. рублей до рассмотрения кассационной жалобы.

Поскольку кассационная жалоба рассмотрена, приостановление исполнения обжалуемых судебных актов подлежит отмене в силу части 4 статьи 283 Кодекса, а также подлежит  возврату компании с депозита Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 25 515 тыс. рублей, уплаченных платежным поручением от 09.07.2019 № 13750.    

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 17.04.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2019 по делу                           № А63-10757/2015 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

	Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Ставропольского края от 17.04.2019 и постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2019 по данному делу, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2019.

	Возвратить ООО Лизинговая компания «Сименс-Финанс» с депозита Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 25 515 тыс. рублей.                            

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

С.М. Илюшников

Ю.В. Мацко