ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-12972/2022

город Ростов-на-Дону

24 октября 2023 года

15АП-15288/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 октября 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от АО "Райффайзенбанк": представитель ФИО2 по доверенности от 13.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2023 по делу № А32-12972/2022 по заявлению ФИО3 о включении требований в реестр требований кредиторов в рамках делао несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился ФИО3 с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов задолженности в размере 51 621 646,00 рублей, в том числе 21 500 000,00 рублей основного долга, 30 121 646,00 рублей процентов за пользование займом.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2023 по делу № А32-12972/2022 в удовлетворении ходатайств об отложении отказано. В удовлетворении требований отказано. Перечислено ООО "Центр экспертиз" "Правовой аспект" (ОГРН 

<

***>) в установленном порядке 200 000,00 рублей, зачисленные на депозитный счет Арбитражного суда Краснодарского края по чеку-ордеру от 15.05.2023.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловал определение от 31.08.2023, просил его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Заключение договоров займа было экономически целесообразно для займодавца, поскольку займы предоставлены под 36% годовых. Заявитель не успел ознакомиться с заключением эксперта, в связи с чем, не мог предоставить обоснованные возражения на заключение, считает необходимым назначить повторную экспертизу.

От ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное необходимостью ознакомления с материалами дела вновь привлеченных представителей.

Представитель АО "Райффайзенбанк" оставил на усмотрение суда разрешение ходатайства.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В силу части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления конкретных дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

При этом, судебная коллегия отмечает, что отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда. Заключение договора об оказании юридических услуг с иным представителем не является основанием для удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершение или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно части 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Исследовав материалы дела, оценив доказательства по делу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют.

От АО "Райффайзенбанк" посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, с приложением дополнительных доказательств.

Представитель АО "Райффайзенбанк" поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил  определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.03.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.07.2022 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО6. 

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 16.07.2022 № 127,в ЕФРСБ - 11.07.2022.

ФИО3 16.09.2022 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 51 621 646,00 рублей, в том числе 21 500 000,00 рублей основного долга, 30 121 646,00 рублей процентов за пользование займом.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

Согласно пункту 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 названного Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 71 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

Установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060).

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992 (3)).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 04.10.2011 по делу N 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

В пункте 17 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018)", утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, высшей судебной инстанцией указано следующее: "В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (ч. 3 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 24 постановления N 35). Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления N 35, п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.)".

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110).

С учетом приведенных разъяснений для проверки факта выдачи займа, его действительного предоставления необходимо установить следующие обстоятельства:

- финансовая возможность заимодавца на момент предоставления займа позволяла ему представить заем в размере, оговоренном в договоре займа и указанном в расписке, при этом достоверность финансового положения должна быть подтверждена такими бесспорными и не вызывающими сомнения доказательствами, которые бы свидетельствовали о реальности передачи денег;

- как полученные средства были истрачены должником.

Таким образом, заявитель должен не только подтвердить факт передачи денежных средств, но также указать их реалистичный (а не формальный) источник, свидетельства того, что денежные средства реально были потрачены должником, а не прошли по счетам должника транзитом, никак не отразившись на его дальнейшем финансовом положении.

В обоснование заявленных требований, заявитель указал, что между ФИО3 (заимодавец) и ФИО4 (заемщик) заключены договоры, по условиям которых заимодавец передает заемщику в собственность денежные средства, а заемщик обязуется их вернуть в обусловленные договорами сроки с процентами, в общей сумме 21 500 000 рублей:

1) договор процентного займа от 05.06.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 2 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 05.01.2022; 

2) договор процентного займа от 11.02.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 2 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 11.11.2021; 

3) договор процентного займа от 10.03.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 5 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 30.12.2021; 

4) договор процентного займа от 15.08.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 3 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 31.12.2021; 

5) договор процентного займа от 15.07.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 2 500 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 31.12.2021; 

6) договор процентного займа от 23.10.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 1 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 31.12.2021; 

7) договор процентного займа от 20.01.2019 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 3 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 31.01.2022; 

8) договор процентного займа от 25.12.2018 б/н, по которому займодавец передает заемщику заем в сумме 3 000 000,00 рублей под 36% годовых в срок до 31.12.2021. 

Факт передачи денежных средств подтверждается подписанными ФИО4 расписками. 

Сроки исполнения обязательств по договорам у заемщика наступили, однако, им не обеспечено встречное исполнение условий договоров - денежные средства с процентами за пользование не возвращены заимодавцу.

По состоянию на 06.07.2022 сумма задолженности должника перед кредитором составляет 51 621 646,00 рублей, в том числе 21 500 000,00 рублей основного долга, 30 121 646,00 рублей процентов за пользование займом.

В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу перечисленных норм договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в платежных документах, и невозврат их должником в установленный срок.

В пункте 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

На основании пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В качестве доказательств финансовой возможности предоставления займа заявитель указал, что денежные средства получены им у сына ФИО7 по договору беспроцентного займа от 01.02.2018 б/н в размере 4 000 000,00 рублей и у ФИО8 по договору займа от 05.02.2018 в размере 19 000 000,00 рублей. Согласно выписке о движении денежных средств по счету ФИО8 оборот составил 286 990 807,98 рублей. Кроме того, как указал заявитель, ФИО8 и ранее предоставляла займы, что подтверждается операцией по счету от 24.01.2018 на сумму 15 930 000,00 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции сын заявителя ФИО7, присутствовавший в качестве слушателя, пояснил, что в период предоставления займа своему отцу он являлся индивидуальным предпринимателем, принимал денежные средства не только в безналичной, но и в наличной форме, а система налогообложения позволяла в спорный период времени оплачивать налоги из расчета площади торгового помещения (вмененный доход), соответственно, ФНС не получала сведения об обороте ФИО7 в части полученных наличных денежных средств. Доводы кредитора о совокупном доходе ФИО7 за два предшествующих года, который составляет размер менее предоставленного займа, полагает несостоятельными. 

Также заявитель пояснил, что не имеет неприязненных отношений со ФИО8 по поводу не возврата займа, поскольку данная сумма для нее не является существенной.

ФИО4 представил письменные пояснения по заявленным требованиям, в которых указал, что денежные средства, предоставленные  ФИО3, получены в наличной форме и направлены на строительство третьего этажа ресторана "Золотая лихорадка", расположенного по адресу:                  

<

...>.

Вместе с тем, судом первой инстанции из анализа документов, предоставленных от имени сына заявителя – ФИО7, установлено, что заем в размере 4 000 000,00 рублей превышает размер его дохода за 2016-2017 годы (2 091 012 руб. + 1 983 012 руб.) без учета потребности на проживание. 

Выписка по счету 40817810***15625 ФИО7, открытому в ПАО "Сбербанк России", показывает, что его владельцу не удавалось аккумулировать сумму свыше 661 000,00 рублей на средний срок,                указанный документ не является доказательством осуществления деятельности индивидуального предпринимателя ФИО7                       (ЕГРИП 312230904500018). 

Договор займа с ФИО8 от 05.03.2018 также является неотносимым доказательством, поскольку выписка по счету 40817810***0116 в рублях в ПАО "Банк ВТБ" ФИО8 свидетельствует о том, что сумма 17 450 000 рублей возвращена на следующий день 06.03.2018, в то время как заявитель предоставлял крупные суммы должнику в июне 2018 – январе 2019, то есть спустя 90-319 дней. 

Вопрос суда от 26.01.2023 о соответствии обычаям делового оборота получение единовременного займа 05.03.2018 в целях последующей выдачи в течение года, оставлен заявителем без ответа.

Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства предоставления ФИО7 каких-либо гарантий возврата денежных средств ФИО8 в столь крупном размере 17 450 000,00 рублей, то есть            ФИО8 совершила сделку по передаче денежных средств без обеспечения защиты своих интересов.

Указанное поведение участника гражданских правоотношений выходит за рамки обычного поведения.

Кроме того, заявителем в материалы дела также не представлены доказательства возможности погашения задолженности по договорам займа перед ФИО8, равно как и доказательства наличия дохода, за счет которого возможно было погашение задолженности перед ФИО8

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что финансовая возможность заявителя предоставления займа должнику в размере         21 500 000,00 рублей не подтверждена документально.

По условиям спорных договоров на сумму займов начисляются проценты в размере 36% годовых, тогда как ставка рефинансирования ЦБ РФ в 2018-2019 годах установлена в размере 7,25%-7,75%.

Условия, согласованные сторонами, являются экономически необоснованными для ФИО4, в случае невозврата денежных средств для должника существует риск возмещения неоправданно высокого размера процентов.

Доказательств разумной необходимости заключения договоров займа со столь невыгодными для должника условиями в материалы дела не представлено.

В случае необходимости получения денежных средств ФИО4 имел возможность самостоятельно получить кредит без привлечения посредников на более выгодных для себя условиях.

Доказывание фактической аффилированности не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Фактическая аффилированность в настоящем случае подтверждается нетипичным поведением должника в период подозрительности (трёхлетний период, предшествующий несостоятельности) по совершению экономически нецелесообразной сделки по получению денежных средств от ФИО7 под неоправданно высокий процент.

Заключение указанных спорных сделок может свидетельствовать о их формальном характере, не имеющем для должника экономической целесообразности, что привело к увеличению кредиторской задолженности ФИО7 и, как следствие, к уменьшению возможности добросовестных кредиторов ФИО4 получить возмещение за счет его имущества.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В свою очередь ФИО7 не раскрыта экономическая цель предоставления займа должнику через договоры займа с третьим лицом, то есть в условиях отсутствия собственных денежных ресурсов для этого.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 № 310-ЭС18-12776(2)). 

Судом первой инстанции также правомерно принято во внимание, что ранее с требованием о возврате денежных средств ФИО7 к должнику не обращался, задолженность в судебном порядке не взыскивалась.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства расходования должником полученных заемных денежных средств, сведения о их дальнейшем движении (погашение задолженности, приобретение имущества и т.п.).

Вышеизложенное свидетельствует о наличии признаков противоправной договоренности сторон в целях причинения вреда имущественным правам должника и его добросовестных кредиторов.

Таким образом, в совокупности представленные доказательства не подтверждают факт передачи ФИО7 и получения ФИО4 денежных средств.

Кроме того, как указано ранее, факт передачи денежных средств подтверждается подписанными ФИО4 расписками. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.05.2023 по делу назначена судебная экспертиза. Производство экспертизы поручено ООО "Центр экспертиз" "Правовой аспект" (ОГРН 

<

***>) ФИО9. 

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 

- соответствует ли дата составления расписки от 05.06.2018 к договору займа № б/н от 05.06.2018, дате составления, указанным в данных документах? 

- соответствует ли дата составления расписки от 11.02.2018 г. к договору займа № б/н от 11.02.2018, дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 10.03.2018 г. к договору займа № б/н от 10.03.2018 г., дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 15.08.2018 г. к договору займа № б/н от 15.08.2018 г., дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 15.07.2018 г. к договору займа № б/н от 15.07.2018 г., дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 23.10.2018 г. к договору займа № б/н от 23.10.2018 г., дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 20.01.2019 г. к договору займа № б/н от 20.01.2019 г., дате составления, указанной в данном документе? 

- соответствует ли дата составления расписки от 25.12.2018 г. к договору займа № б/н от 25.12.2018, дате составления, указанной в данном документе? 

29.08.2023 от ООО "Центр экспертиз" "Правовой аспект" (ОГРН 

<

***>) в материалы дела поступило заключение эксперта№ 1-№А32-12972/2022/ЗЭ от 23.08.2023. 

Согласно заключению подписи от имени ФИО3, расположенные в расписках от 05.06.2018, от 11.02.2018, от 10.03.2018, от 15.08.2018, от 15.07.2018, от 23.10.2018, от 20.01.2019, от 25.12.2018 выполнены не более 12 месяцев на момент первичного исследования, что значительно меньше "возраста" исследуемых документов. Время выполнения расписок от 05.06.2018, от 11.02.2018, от 10.03.2018, от 15.08.2018, от 15.07.2018, от 23.10.2018, от 20.01.2019, от 25.12.2018 не соответствует проставленной дате на них. Расписки выполнены в период не более 12 месяцев от начала исследования, то есть после 04.07.2022.

Исследовав заключение эксперта № 1-№А32-12972/2022/ЗЭ от 23.08.2023, суд первой инстанции принял его в качестве допустимого доказательства по обособленному спору. 

Таким образом, экспертизой подтверждено, что расписки о передаче денежных средств составлены в более поздний период времени, чем в них указано, что также опровергает передачу денежных средств должнику.

В апелляционной жалобе ФИО7 указал, что, не согласившись с выводами эксперта, он подготовил рецензию НЭ-226/2023 от 04.09.2023 на заключение эксперта № 1-№ А32-12972/2022/ЗЭ от 23.08.2023.

Согласно выводам специалиста, заключение эксперта № 1-№ А32-12972/2022/ЗЭ от 23.08.2023, выполненное экспертом ООО "Центр экспертиз "Правовой Аспект" ФИО9, не соответствует требованиям методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований, и действующему законодательству, регламентирующему их производство, а выводы эксперта не обоснованы. Специалист считает, что к выводам, содержащимся в заключении эксперта ФИО9, необходимо относиться скептически, ввиду неполноценного проведения и с нарушением методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований. Для внесения ясности и ответа на поставленные перед экспертом вопросы, специалист считает целесообразным провести повторную судебную технико-криминалистическую экспертизу документов по выявлению признаков искусственного старения документов и определению давности выполнения документов с применением "Методики определения давности создания реквизитов документа, содержащего целлюлозу, методом импульсной ЯМР спектроскопии", с чем согласен и заявитель.

Вместе с тем, представленная в материалы дела рецензия на заключение эксперта не может служить доказательством, опровергающим выводы судебной экспертизы, поскольку не соответствует требованиям, установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и не может быть принята как надлежащее средство доказывания недостоверности заключений судебной экспертизы. Вышеназванная рецензия содержат лишь субъективное мнение конкретного частного лица, которому не поручалось проведение судебной экспертизы.

Кроме того, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции, о назначении повторной судебной экспертизы заявитель не ходатайствовал.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что заявление ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов должника удовлетворению не подлежит.

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены судебного акта.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2023 по делу№ А32-12972/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина

СудьиМ.Ю. Долгова

Н.В. Шимбарева