АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А46-15457/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 октября 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                  Куклевой Е.А.,

судей                                                                  Глотова Н.Б.,

ФИО1 -

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Интер-Авто» ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 27.01.2022 (судья Распутина Л.Н.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2022 (судьи Зорина О.В., Горбунова Е.А., Зюков В.А.) по делу № А46-15457/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Интер-Авто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО4, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности.

В заседании принял участие конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Интер-Авто» ФИО2.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Интер-Авто» (далее – общество «Интер-Авто») его конкурсный управляющий ФИО2 (далее – управляющий) обратился в Арбитражный суд Омской  области с заявлением к ФИО4, ФИО3 (далее – ответчик) о признании недействительным договора купли-продажи от 28.12.2018 (далее – договор купли-продажи), заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Интер-Авто» и ФИО4, применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка с кадастровым номером 55:36:140102:5043 площадью 4 741 кв. м, местоположение которого установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, ориентир здание, участок находится примерно в 20 м по направлению на северо-восток от ориентира, почтовый адрес ориентира: Омская область, город Омск, Кировский АО, улица 22 Декабря, дом 100 (далее – земельный участок), применении последствий недействительности цепочки сделок в виде возврата земельного участка в конкурсную массу должника.

В обоснование заявления управляющий указал на то, что договор купли-продажи от 28.12.2018, а также заключенный между ФИО4 и ФИО3 договор от 29.01.2019 (далее совместно указанные договоры – спорные договоры) составляют единую цепочку сделок по выводу имущества общества «Интер-Авто», по которой должник не получил равноценного встречного предоставления; просил применить положения статьи 10, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.01.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2022, производство по заявлению к ФИО4 прекращено, в удовлетворении заявления к ФИО3 отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

По мнению кассатора, судами нарушены нормы материального и процессуального права, не учтено, что для должника сделка не имела экономического смысла, ликвидное имущество передано по существенно заниженной цене, на дату ее заключения у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, покупка недвижимого имущества не является бытовой сделкой для гражданина, при наличии обстоятельств занижения стоимости разумный и добросовестный покупатель должен принять меры для выяснения причин несоответствия цены рыночной; в материалы дела не представлено надлежащих доказательств проведения между сторонами взаиморасчетов путем предоставления наличных денежных средств, выбор такого способа расчетов не обоснован, соответствующая документация от директора должника не передана; наличие у ФИО3 значительной суммы денежных средств не означает проведение расчетов между сторонами, последний является профессиональным участником делового оборота; должник и ФИО4 не намеревались исполнять договор от 28.12.2018, указанный договор являлся притворным, наряду с договором от 29.01.2019, прикрывал сделку по выводу имущества общества «Интер-Авто», недействительную на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в данном случае также подлежали применению положения статьи 10 ГК РФ; суд апелляционной инстанции принял дополнительные доказательства, не выяснив причины невозможности их представления ответчиком при рассмотрении обособленного спора по существу, с учетом  установленных обстоятельств наличия у ФИО4 зарегистрированного брака апелляционный суд не выяснил факты осведомленности его супруги (ФИО5), каким образом и когда потрачены денежные средства, для выяснения данных обстоятельств последняя подлежала привлечению к участию в деле, согласно справки правоохранительных органов ФИО4 неоднократно привлекался к уголовной ответственности, штамп в паспорте о месте его регистрации не соответствует действительности, по сведения семьи ФИО4 по месту регистрации не проживал; в данном случае отсутствовали основания для снижения стандарта доказывания.

В отзыве на кассационную жалобу ответчик просит обжалуемые судебные акты оставить в силе.

В заседании управляющий поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и судами установлено, между обществом «Интер-Авто» (продавец) в лице директора ФИО6 (внесение сведений в Единый реестр юридических лиц по руководителю - 18.12.2018) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 28.12.2018 (далее - договор от 28.12.2018), по условиям которого продавец передал покупателю в собственность по акту приема-передачи от 28.12.2018 земельный участок, стоимостью 250 000 руб.

Стоимость имущества оплачивается покупателем в день подписания договора путем передачи наличных денежных средств продавцу (пункт 2.2 договора от 28.12.2018).

Факт передачи денежных средств подтверждается рукописной отметкой на договоре от 28.12.2018.

Переход права собственности на земельный участок от общества «Интер-Авто» к ФИО4 зарегистрирован 15.01.2019.

Из снимков, полученных посредством общедоступного сервиса карты Гугл, следует, что реконструируемое ФИО3 здание занимало часть спорного земельного участка.

В дальнейшем между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи 24.01.2019 (далее – договор от 24.01.2019) земельного участка

Согласно пунктам 3.1, 3.2, 3.3 договора от 24.01.2019 цена земельного участка составляет 250 000 руб., покупатель уплачивает цену в течение десяти календарных дней с даты заключения настоящего договора путем передачи наличных денежных средств продавцу.

Одновременно между ФИО4 и ФИО3 к указанному договору подписано дополнительное соглашение от 24.01.2019, которым изменен пункт 3.1 с изложением его в редакции, предусматривающей, что цена земельного участка составляет 4 000 000 руб.

Земельный участок передан ФИО4 ФИО3 по акту приема-передачи от 24.01.2019.

Согласно распискам от 30.01.2019 денежные средства в размере 250 000 руб. и 3 750 000 руб. переданы ФИО3 ФИО4

Выпиской по счету ФИО3 в акционерном обществе «ЮниКредит Банк» и платежными поручениями от 23.01.2019 № 5, № 6 подтверждается, что денежные средства, переданные ФИО4 ФИО3 по распискам от 30.01.3019, в указанных суммах сняты последним с расчетного счета.

Переход права собственности на земельный участок от ФИО4 к ФИО3 зарегистрирован 31.01.2019.

Из представленных Центральным отделом Управления ЗАГС Омской области сведений следует, что ФИО4 умер 25.02.2019.

Считая, что договор от 28.12.2018 заключен в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника с целью причинения вреда имущественным правам его кредиторов и причинил такой вред, наряду с договором от 24.01.2019 прикрывал сделку по выводу имущества общества «Интер-Авто», управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договора купли-продажи от 28.12.2018 ничтожным на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемой им сделки (договора от 24.01.2019) недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что в материалах дела отсутствуют достоверные и достаточные доказательства доводов управляющего о совершении сделок без встречного предоставления, причинение ими вреда имущественным правам кредиторов должника, в том числе документального обоснования обстоятельств, что земельный участок остался под фактическим контролем должника и его реализация осуществлялась для вида, без реального намерения возмездного отчуждения покупателю; управляющим не доказано, что покупатели знали или должны были знать о наличии у должника на дату заключения сделок кредиторов.

Суд первой инстанции отметил, что обстоятельства расчетов между сторонами подтверждаются отметкой о получении денежных средств на договоре от 28.12.2018, что не противоречит действующему законодательству, и расписками от 30.01.2019 по договору от 24.01.2019; отсутствие у управляющего в полном объеме документов по сделкам должника в связи с неисполнением бывшим директором обязанности по ее представлению не может свидетельствовать о неправомерности сделок, а также не исключает обстоятельств передачи денежных средств по указанным сделкам.

Отклоняя ссылки управляющего на ответ Управления Федеральной налоговой службы России по Омской области о регистрации за ФИО4 одного объекта недвижимости, отсутствии в отношении него сведений о расчетных счетах, суд указал на то, что данные сведения не подтверждают обстоятельств совершения цепочки сделок в отсутствие встречного предоставления, у ФИО4 отсутствовал статус индивидуального предпринимателя, следовательно, и обязанность представлять информацию в уполномоченный орган.

Суд первой инстанции также исходил из того, что факт владения ФИО3 смежным с должником земельным участком не свидетельствует об аффилированности сторон и не подтверждает осведомленность ответчика о наличии у должника обязательств перед третьими лицами, надлежащего документального обоснования обстоятельств аффилированности ФИО3 по отношению к должнику не представлено.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав дополнительно представленные доказательства, поддержал выводы суда первой инстанции, установив следующие обстоятельства.

ФИО3 является собственником земельного участка с кадастровым номером 55:36:140102:3043 и расположенного на нем объекта (склад щебня) с кадастровым номером 55:36:140102:3307 с 03.07.2013, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости и свидетельствами о государственной регистрации права: серия 55 АА № 844021 от 03.07.2013, серия 55 АА № 897407 от 03.07.2013.

При заключении договора от 24.01.2019 ФИО4 представил нотариально удостоверенное согласие его супруги ФИО5 (серия 55АА № 2071548 от 22.01.2019) на отчуждение земельного участка.

Из представленных ФИО3 в суд апелляционной инстанции письменных пояснений следует, что на земельном участке с кадастровым номером 55:36:140102:3043 он осуществлял строительство нежилого помещения, после завершения работ выяснилось, что построенное здание заняло часть земельного участка, принадлежавшего на момент строительства обществу «Интер-Авто»; данные земельные участки образованы из одного земельного участка, приобретены последним и ФИО3 одновременно; земельный участок должником не использовался, на нем каких-либо объектов не располагалось; начиная с сентября 2018 года ответчик неоднократно обращался и проводил переговоры с участником должника ФИО7, по результатам которых были достигнуты договоренности о продаже имущества по цене 4 000 000 руб., однако, после запроса сведений об одобрении сделки по признаку крупности общество «Интер-Авто» отказало ФИО3 в продаже земельного участка, в  дальнейшем сообщив, что найден иной покупатель.

В январе 2019 года к ФИО3 обратился ФИО4, сообщил о том, что приобрел у общества «Интер-Авто» соседний земельный участок и готов продать его с обязательным условием наличного расчета и указания в договоре стоимости имущества 250 000 руб. при наличии фактической цены 4 000 000 руб.

Суд апелляционной инстанции отметил следующее: нельзя исключить, что ФИО4 для себя спорный земельный участок не приобретал, а был использован обществом «Интер-Авто» в качестве промежуточного звена в сделке по отчуждению спорного земельного участка в пользу третьего лица (ФИО3), фактически как агента; вместе с тем данные обстоятельства в условиях не передачи управляющему всей документации должника и с учетом того, что ФИО4 умер 25.02.2019, надлежащим образом проверить соответствующие обстоятельства не представляется возможным.

Проанализировав дополнительные доказательства, пояснения ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств, подтверждающих заинтересованность ФИО3 в приобретении земельного участка для себя, наличие у него разумных мотивов для заключения сделки с ФИО4 на предложенных последним невыгодных условиях (об указании в договоре купли-продажи нереальной цены объекта в сумме 250 000 руб. с заключением дополнительного соглашения об изменении такой цены на 4 000 000 руб., об осуществлении расчетов в наличной форме), в связи с возведением капитального объекта по стоимости значительно выше стоимости земельного участка, также принял во внимание отсутствие доказательств заинтересованности ФИО3 по отношению к ФИО4,  обществу «Итер-Авто» и контролирующим его лицам; его осведомленности на дату заключения договора от 24.01.2019 об обстоятельствах и недобросовестных целях заключения и исполнения обществом «Интер-Авто» и ФИО4 договора от 28.12.2018, а также о его порочности (в случае если таковые в действительности имели место), а тем более, о том, что ФИО3 являлся конечным звеном (приобретателем) в единой цепочке сделок по выводу принадлежащего должнику земельного участка.

Суд апелляционной инстанции отметил, что осуществление ФИО3 с ФИО4 расчетов по сделке наличными денежными средствами, вопреки доводам управляющего, само по себе о сомнительности таковых не свидетельствует, поскольку расчеты между физическими лицами в наличной форме являются обычной (ординарной) практикой.

Суд округа с учетом установленных по обособленному спору обстоятельств считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания оспоримой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие всех квалифицирующих признаков. В случае недоказанности хотя бы одного из них суд отказывает в признании сделки недействительной.

В рассматриваемом случае суды, проанализировав условия спорных договоров, представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив наличие у ФИО3 разумных мотивов приобретения земельного участка, исполнения им обязанности по его оплате по рыночной стоимости, приняв во внимание отсутствие документального подтверждения аффилированности ответчика по отношению к ФИО4 и обществу «Интер-Авто», фактической направленности цепочки сделок по неправомерному выводу актива должника на ФИО3 и осведомленности об указанных обстоятельствах последнего, осуществления должником после совершения сделки распорядительных действий со спорным имуществом (пользование и владение) пришли обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления управляющего.

Вывод судов об оплате ФИО3 стоимости имущества основан на совокупности доказательств, подтверждающих факт передачи денежных средств (расписки), наличие у него соответствующей финансовой возможности и снятие в спорный период с личного расчетного счета денежных средств в сумме, эквивалентной стоимости земельного участка.

В силу пункта 2 статьи 408 ГК РФ кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

Обстоятельства внесения оплаты ФИО3 наличными денежными средствами закреплены в расписках, признанных судами надлежащими доказательствами.

Как верно отмечено судами, отсутствие у управляющего документации должника в связи с неисполнением контролирующих должника лиц обязанности по ее передаче, не свидетельствует о наличии цели причинения вреда кредиторам должника и применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили в совокупности все обстоятельства по делу по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статей 66 - 68, 71 АПК РФ.

По существу приведенные в кассационной жалобе доводы являлись предметом проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательств по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Суд округа считает необходимым отметить следующее.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 23 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется; равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Следовательно, отказ в признании сделки недействительной не исключает право управляющего обратиться в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также возможность оценки действий контролирующих должника лиц при заключении сделки по реализации земельного участка.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии со статьей 288 АПК РФ основанием для отмены или изменения судебных актов, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 27.01.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2022 по делу № А46-15457/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                               Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                                             Н.Б. Глотов

 

ФИО1