ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-11868/2024

г. Челябинск

06 февраля 2025 года

Дело № А47-10293/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2025 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Курносовой Т.В., 

судей Поздняковой Е.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола до перерыва секретарем судебного заседания Ромадановой М.В. и после перерыва секретарем судебного заседания Маркиной А.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.07.2024 по делу № А47- 10293/2021 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В судебном заседании после перерыва путем использования системы веб-конференции приняли участие: 

представитель финансового управляющего имуществом должника – ФИО3 (паспорт, доверенность от 05.11.2024);

представитель ФИО4 - ФИО5 (паспорт, доверенность от 19.01.2024).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

акционерное общество Коммерческий банк «Оренбург» (ОГРН 

<

***>, далее - общество «Банк Оренбург») 16.08.2021 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 

Определением суда от 20.08.2021 заявление кредитора принято к производству. 

Определением суда от 05.09.2022 (резолютивная часть объявлена 30.08.2022) заявление общества «Банк Оренбург» признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов ФИО1, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2, являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». 

Решением суда от 16.01.2023 (резолютивная часть решения объявлена 10.01.2023) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 

Финансовый управляющий имуществом должника 28.08.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительными платежей, осуществленных не ранее 15.04.2021 ФИО6 и ФИО1 в оплату денежного долга кредитору ФИО4 по договорам займа от 24.11.2020, 25.11.2020 на общую сумму 3 550 000 руб., и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника указанной суммы денежных средств (с учетом уточнений, принятых судом на основании норм статьи 49 АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.07.2024 (резолютивная часть от 01.07.2024) в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, финансовый управляющий обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований о признании сделок недействительными. 

Апеллянт полагает, что суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора не дал надлежащей оценки доводам о том, что погашение ФИО1 и его супругой обязательств перед ФИО4 имело место за несколько месяцев до возбуждения производства по настоящему делу и повлекло преимущественное удовлетворение требований данного кредитора по отношению к иным, которые к тому времени существовали, не были погашены и включены впоследствии в реестр требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий при этом отмечает, что, поскольку доказательств погашения заемных обязательств перед ФИО4 на полную сумму не представлено, однако, он каких-либо требований в рамках настоящего дела о банкротстве не предъявлял, имеются основания полагать наличие между данным кредитором и должником аффилированности и совершение оспариваемых сделок со злоупотреблением правом.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 03.12.2024. 

К назначенной дате 26.11.2024 от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу с возражениями на доводы апеллянта. 

В судебном заседании 03.12.2024 в порядке статьи 262 АПК РФ поступивший отзыв приобщен к материалам дела.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2024 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 15.01.2025.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2025 в составе суда произведена замена судьи Кожевниковой А.Г., находящейся в отпуске, на судью Позднякову Е.А.

После изменения состава суда рассмотрение апелляционной жалобы начинается сначала (часть 5 статьи 18 АПК РФ).

К назначенной дате от финансового управляющего 15.01.2025 поступили дополнительные пояснения по доводам апелляционной жалобы, а также от ФИО4 15.01.2025 – копии поданных управляющим в рамках настоящего дела ходатайства о продлении процедуры банкротства должника и отчета о своей деятельности. 

В связи с необходимостью ознакомления с данными документами в заседании объявлен перерыв до 29.01.2025.

После перерыва заседание продолжено в том же составе суда.

Представитель финансового управляющего доводы поданной апелляционной жалобы поддержал, при этом на вопрос судебной коллегии пояснил, что договоры займа и залога, во исполнение обязательств по которым совершены оспариваемые платежи, не оспариваются и их реальность под сомнение не поставлена.

Представитель ФИО4, возражая по доводам апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, что в соответствии со статьей 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 25.11.2020 должником и ФИО4 заключен договор займа на сумму 1 000 000 руб. со сроком возврата займа до 26.05.2021 на условиях ежемесячной уплаты процентов в размере 5% (50 000 руб.) не позднее 25 числа каждого месяца (т. 1, л. 22 обособленного спора).

В обеспечение обязательств заемщика по данному договору займа между его сторонами заключен договор залога транспортного средства — Toyota Camry 2018 года выпуска и по акту приема-передачи от 25.11.2020 залогодержателю передан паспорт на данный автомобиль (т. 1, л. 24 обособленного спора). 

Залог транспортного средства зарегистрирован в нотариальном порядке (запись от 07.12.2020 № 56/123-п/56-2020-6-976, регистрационная запись 2020-005-450403-824).

Супругой должника ФИО6 и ФИО4 также заключен договор займа от 24.11.2020 на сумму 1 000 000 руб. со сроком возврата займа - до 25.05.2021 и на условиях ежемесячной уплаты процентов в размере 5% (50 000 руб.) не позднее 25 числа каждого месяца (т. 1, л. 10-11 обособленного спора).

В обеспечение исполнения заемщиком своих обязательств по данному договору заключен договор залога транспортного средства - BMW Х6 2017 года выпуска и по акту приема-передачи от 25.11.2020 залогодержателю передан паспорт на данный автомобиль (т. 1, л. 17-21 обособленного спора). 

Залог транспортного средства зарегистрирован в нотариальном порядке (запись от 07.12.2020 № 56/123-н/56-2020-6-975, регистрационная запись 2020-005-450396-390). 

К договору займа от 24.11.2021 его сторонами заключено дополнительное соглашение от 25.03.2021, которым сумма займа увеличена до 2 000 000 руб., а сумма ежемесячного платежа по внесению процентов за пользование займом - до 100 000 руб. (т. 1, л. 12 обособленного спора).

Впоследствии внесены 16.04.2021 запись об исключении залога транспортного средства транспортного средства — BMW Х6 за № 2020-005-450396-390/1 и 29.04.2021 запись об исключении залога транспортного средства Toyota Camry за № 2020-005-450403-824/1.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что данные сделки совершены, исходя из дат внесения записей о снятии залога, в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве ФИО1 и в результате их совершения кредитору ФИО4 оказано предпочтение перед другими кредиторами должника, в частности публичным акционерным обществом «Банк ВТБ» и обществом «Банк Оренбург».

ФИО4, возражая по заявленным финансовым управляющим требованиям, отметил, что обязательства перед ним обеспечивались залогом, что само по себе исключает признак приоритетности удовлетворения его требований перед иными имеющимися кредиторами ФИО1, требования которых также обеспечены залогом иного имущества должника.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из недоказанности в данном случае необходимой совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Повторно исследовав и оценив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено право финансового управляющего подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (статья 61.2), а также сделок с предпочтением (статья 61.3). 

В данных правовых нормах приведены специальные (характерные для каждого из названных видов сделок) основания их оспаривания, презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора, а также ретроспективные периоды глубины их проверки, исчисляемые от даты принятия заявления о признании должника банкротом. 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки). 

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В свою очередь, сделка, результатом совершения которой явилось преимущественное удовлетворение требований одного кредитора перед другими (абзацы 1, 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве), может быть признана недействительной соответственно по основаниям пункта 2 статьи 61.3 данного Закона, если она совершена не позднее одного месяца до либо после возбуждения производства по делу о банкротстве (иных условий не требуется); либо пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если она совершена не ранее одного, но не позднее шести месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве, при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункты 11, 12 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Цель названной нормы - защитить интересы кредиторов против уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в результате недополучения должником причитающегося ему имущества или выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).

Оспаривание преференциальных сделок является разновидностью косвенного иска, предъявляемого в интересах гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов несостоятельного должника и право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20- 2155). 

Соответственно, отвечая на вопрос о наличии предпочтения, необходимо выявить круг кредиторов, чьи права нарушены оспариваемой сделкой, то есть круг лиц, чьи интересы и требования можно противопоставить погашенному требованию контрагента по сделке. 

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо (абзац 5 пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Согласно разъяснениям пункта 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63, при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее. Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: 

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; 

б) оспариваемой сделкой прекращено, в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В то же время следует учитывать, что в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3) и др.).

Также следует учитывать, что при наличии в законе специального основания недействительности сделки она признается недействительной по этому основанию, например, по правилам статьи 170 ГК РФ (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

При этом реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

При этом в силу пункта 4 части 2 статьи 125 АПК РФ по экономическим спорам, возникающим из гражданских правоотношений, обращение в арбитражный суд осуществляется в форме искового заявления, в котором, должно быть сформулировано исковое требование, вытекающее из спорного материального правоотношения (предмет иска), а в соответствии с пунктом 5 части 2 этой же статьи исковое заявление должно содержать фактическое обоснование заявленного требования (обстоятельства, с которыми истец связывает свои требования, то есть основания иска).

Формулирование предмета и оснований иска является прерогативой истца.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Таким образом, процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты.

Такие действия являлись бы нарушением как требований статьи 49 АПК РФ, так и принципа равноправия сторон (статья 8 АПК РФ).

Аналогичный методологический подход высшей судебной инстанции приведен в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ). 

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В рассматриваемом случае установлено, что непосредственно договоры займа от 24.11.2020 и от 25.11.2020 и договоры залога транспортных средств, заключенные Л-выми с ФИО4, не являются предметом оспаривания финансовым управляющим в рамках сформулированных им требований, что подтверждено непосредственно и в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Наряду с этим, из материалов настоящего обособленного спора следует, что денежные средства по указанным договорам займа передавались наличными по распискам, копии которых представлены в материалы дела (л. 14-16, 23 обособленного спора), и ФИО4 в ходе судебного разбирательства в подтверждение своей финансовой состоятельности также представлены доказательства осуществления им предпринимательской деятельности, извлечения от этого дохода (т. 1, л. 81-104, т. 2, л. 12-17 обособленного спора), а, кроме того, представлены доказательства уплаты сумм ежемесячных процентов за пользование займом, в частности должником, в пользу займодавца путем безналичных перечислений на общую сумму 300 000 руб. (т. 2, л. 11 обособленного спора).

  Исходя из данных обстоятельств, в совокупности с отсутствием каких-либо доводов и доказательств аффилированности Л-вых и ФИО4, у суда оснований для вывода о том, что заемные правоотношения между данными лицами и заключенные в их обеспечение договоры залога движимого имущества возможно квалифицировать как ничтожные по статьям 10, 168 или по статье 170 ГК РФ, не имелось.

Фактические обстоятельства, на которые ссылается финансовый управляющий, не выходят за пределы диспозиции нормы пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка оспаривается исключительно как преференциальная.

Однако, во-первых, все точные даты возврата полученного должником и его супругой займа ФИО4 неизвестны, поскольку расписка утрачена должником (согласно представленному им отзыву от 15.04.2024), при этом частично (траншами по 50 000 руб. на общую сумму 300 000 руб.) возврат осуществлялся в безналичном порядке в период с 25.12.2020 по 26.02.2021, то есть выходящий за ретроспективно исчисляемый от даты возбуждения настоящего дела в августе 2021 года шестимесячный срок, максимальный для возможности оспаривания сделок по заявленному основанию.

Во-вторых, в отсутствие доказательств аффилированности стороны сделок, в том числе фактической, сделать вывод о том, что ФИО4 обладал и должен был обладать сведениями о возможном преимущественном удовлетворении своих требований, представляется сомнительным.

И, кроме того, требования ответчика к ФИО7 по возврату займов обеспечивались залогом автомобилей, обременение опубличено в установленном действующим законодательством порядке и в отсутствие оспариваемого финансовым управляющим исполнения обязательств имелись бы основания для предъявления ФИО4 задолженности по договорам займа от 24.11.2020 и от 25.11.2020 в рамках настоящего дела в качестве обеспеченных залогом и такое требование подлежало бы удовлетворению за счет ценности предметов залога.

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица - залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве. 

По смыслу данной нормы, если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору. В соответствии с абзацем четвертым данного пункта из оставшихся средств десять процентов (далее – «проценты на расходы») направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога. Оставшиеся от «процентов на расходы» средства подлежат направлению на расчеты с залоговым кредитором (абзац шестой названного пункта). 

В силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве другие десять процентов (далее – «другие десять процентов») направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований. В абзаце пятом этого же пункта указано, что при отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) «другие десять процентов» включаются в конкурсную массу. 

Указание законом на включение названных средств в конкурсную массу означает, что они также подлежат распределению с учетом приоритета залогового кредитора (статьи 18.1, 134 и 138 Закона о банкротстве) при условии, что обеспеченное залогом требование не было удовлетворено в полном объеме.

Именно такое толкование названной норме дано в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086(1,2) и от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615. 

Исходя из этого, по общему правилу, признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения. 

В данном конкретном случае из материалов данного дела следует, что кредиторы с требованиями первой и второй очередей удовлетворения у ФИО1 отсутствуют, о недостаточности имущества должника для осуществления текущих расходов, связанных с проведением процедуры банкротства, с учетом отраженных в отчете управляющего сведений о сформированной конкурсной массе, не приходится, а те реестровые кредиторы, на которых указывает управляющий как на лиц, по отношению к которым ФИО4 получил преимущество по спорным сделкам, включались в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные иным имуществом.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о недоказанности финансовым управляющим совокупности обстоятельств, указанных в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными, и правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении спора, при этом опровергали бы выводы суда и влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Доводы апеллянта по существу сводятся к его субъективному несогласию с данной судом оценкой фактических обстоятельств, установленных на основании имеющейся по обособленному спору доказательственной базы, что само по себе не может влечь отмены законного и обоснованного судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

С учетом результата рассмотрения апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины за ее подачу подлежат отнесению на конкурсную массу должника (статья 110 АПК РФ). 

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.07.2024 по делу № А47-10293/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО1 – ФИО2 без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья                                     Т.В. Курносова

Судьи:                                                                          Е.А. Позднякова

                                                                                     А.А. Румянцев