Арбитражный суд Краснодарского края

350063, Постовая, д. 32, Краснодар, Краснодарский край

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело №А32-13657/2018

25 января 2019г.

г. Краснодар

Резолютивная часть решения от 24 января 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 25 января  2019 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Решетникова Р.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2 (ст. Азовская) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ст. Северская), ФИО4 (ст. Северская), о переводе прав и обязанностей приобретателя на ФИО2 с передачей обыкновенных акций и обязании ЗАО "Регистратор КРЦ" списать с лицевого счета ФИО4 обыкновенные акции ЗАО МПМК "Северская-1" и зачислить указанные акции на лицевой счет ФИО2 в реестр акционеров ЗАО МПМК "Северская-1", а также расходы об оплате государственной пошлины

к ФИО5 (ст. Северская), ФИО6 (ст. Северская) о переводе прав и обязанностей приобретателя на ФИО2 с передачей обыкновенных акций и обязать ЗАО "Регистратор КРЦ" списать с лицевого счета ФИО6 обыкновенные акции ЗАО МПМК "Северская-1" и зачислить указанные акции на лицевой счет ФИО2 в реестр акционеров ЗАО МПМК "Северская-1", а также расходы об оплате государственной пошлины,,

третьи лица: закрытое акционерное общество МПМК "Северская-1" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 353240, 

<

...>), акционерное общество "Регистратор КРЦ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 350049, 

<

...>) 

при участии в судебном заседании:

от истца: Гречка А.Ю. (доверенность от 16.05.2018),

от ФИО5: ФИО5 (паспорт),

от ФИО3: ФИО5 (доверенность от 15.11.2018),

от ФИО4: ФИО7 (доверенность от 11.08.2018),

от ФИО6: ФИО7 (доверенность от 14.08.2018),

от ЗАО МПМК "Северская-1": ФИО8 (доверенность от 21.02.2018), 

от АО "Регистратор КРЦ": явка представителя не обеспечена,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4  о признании договора займа от 12.05.2017г. и договора дарения от 18.05.2017г. недействительными (притворными), которые в совокупности прикрывают единый договор купли-продажи обыкновенных именных акций ЗАО МПМК «Северская-1» в количестве 845 штук номинальной стоимостью 1 руб.; о переводе на ФИО2 прав и обязанностей покупателя  по единому договору купли-продажи акций ЗАО МПМК «Северская-1», который в действительности имели в виду ответчики, заключившие притворные договоры, выплатив ФИО4 сумму в размере 845 руб. (дело №А32-13657/2018 с учетом частичного отказа от части требований в процессе рассмотрения спора).

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО5, ФИО6 с требованием о переводе   на ФИО2 прав  и обязанностей приобретателя ФИО6 по договору купли-продажи обыкновенных акций ЗАО МПМК «Северская-1» в количестве 350 (триста пятьдесят) штук от 15.12.2017. и передать ФИО2 отчужденные обыкновенные акции ЗАО МПМК «Северская-1», номер государственной регистрации 1-01-58444-Р в количестве 350 штук, путем списания с лицевого счета ФИО6 обыкновенных акции ЗАО МПМК «Северская-1» в количестве 350 штук и зачисления указанных акции на лицевой счет ФИО2 (номер лицевого счета 

<

***>) в реестре акционеров закрытого акционерного общества МПМК «Северская-1», выплатив ФИО6 3500,00 рублей (с учетом уточнений первоначально заявленных требований, принятых определением суда от 03.07.2018 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (дело №А32-13658/2018).

Исковые требования мотивированы нарушением ответчиками преимущественного права истца на приобретение акций ЗАО МПМК «Северская-1» спорными сделками.

Определением суда от 05.09.2018  дело № А32-13657/2018 и дело № А32-13658/2018 объединены в одно производство. Делу присвоен единый номер - А32-13657/2018.

Определением суда от 11.12.2018 принято к рассмотрению заявление представителя  ФИО4 и ФИО6  о фальсификации доказательств по делу - протокола внеочередного общего собрания  акционеров ЗАО МПМК «Северская-1» от 03.09.2013.

В судебном заседании 16.01.2019 представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме. 

ФИО5 в судебном заседании не возражал против удовлетворения исковых требований. 

Представитель ЗАО МПМК "Северская-1" возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель  ФИО4 и ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований. 

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. О месте и времени судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом в порядке статей 121-123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края, а также по почте.

В судебном заседании 16.01.2019  судом в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 15 час. 00 мин. 24.01.2019, после окончания которого, судебное заседание было продолжено.

Рассмотрев заявление о фальсификации, суд исходил из следующего.

В силу части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

По предложению суда ФИО5 от исключения протокола внеочередного общего собрания  акционеров ЗАО МПМК «Северская-1» от 03.09.2013 из числа доказательств по делу  отказался. Суд также разъяснил лицам, участвующим в заседании, об уголовно-правовых последствиях фальсификации доказательств и необоснованного заявления о фальсификации доказательств, о чем получены соответствующие расписки.

Между тем, исходя из смысла положений ст. 161 АПК РФ, лицо, заявляющее о фальсификации доказательства, обязано четко указать в письменном заявлении, в чем выражается фальсификация документа.

Так, заявитель указывает на фальсификацию протокола внеочередного общего собрания акционеров  ЗАО МПМК «Северская-1» от 03.09.2013, что в свою очередь выразилось в отсутствии оригинала данного протокола, отсутствии его в описи документов общества при передаче от одного директора другому,  отсутствии изменений в ЕГРЮЛ на его основании, а также по запросу общества из налогового органа представлена копия спорного протокола не соответствующая представленному. 

Данные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствуют о фальсификации протокола от 03.09.2013, представленного ФИО5 

При этом, заявителем не указано в чем конкретно состоит фальсификация данного протокола.

Утверждение заявителя о том, что никакого собрания акционеров общества в указанную дату не проводилось, само по себе не является заявлением стороны спора о фальсификации, а представляет собой лишь отрицание наличия фактов, на которых основаны требования или возражения на них.

Заявителем не указано, в чем именно заключается фальсификация документа, какая информация, содержащаяся на документе, является сфальсифицированной, не представлено доказательств, бесспорно опровергающих оспариваемый документ.

В то же время ФИО5 суду были представлены письменные  пояснения ФИО9, проводившей данное собрание, которые подтвердили реальность наличия оспариваемого события. 

АО "Регистратор КРЦ", выполнявшее функцию счетной комиссии на данном собрании представило копию полного текста общего собрания ЗАО МПМК «Северская-1» от 03.09.2013, тем самым подтвердив факт его проведения.

Кроме того, исследуя расхождения копии протокола, представленного в материалы дела и копии протокола, находящегося в налоговой инспекции, судом установлено, что они отличаются лишь формой:  один полный и содержит весь перечень вопросов собрания, другой краткий (из налоговой инспекции), где отражен только вопрос о смене директора. 

Указанные расхождения в полной мере исчерпаны объяснениями  ФИО9

Изучив совокупность полученных по делу доказательств, а также пояснения участников процесса,  суд считает доказанным проведение, поставленного под сомнение ответчиками ФИО4 и ФИО6,  собрания акционеров  общества. 

Более того, протокол внеочередного собрания акционеров общества от 03.09.2013  не является предметом настоящего спора и не входит в предмет доказывания, в виду чего проверке на подлинность не подлежит.

В связи с изложенным, в удовлетворении заявления о фальсификации протокола следует отказать. 

Исследовав материалы дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности все представленные в дело доказательства, суд первой инстанции считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, ЗАО МПМК «Северская-1» (далее – общество) создано путем реорганизации 07.04.1999,  обществу присвоен ГРН № 

<

***> 03.12.2002.

Одним из акционеров общества является ФИО2 (далее – истец), владеющая 7 именными обыкновенными акциями ЗАО МПМК «Северская-1», полученными в порядке наследования.

Как стало известно истцу, ФИО4, не являясь ранее акционером общества, приобрел право собственности на 845 обыкновенных акций ЗАО МПМК «Северская-1» по договору дарения от 18.05.2017 с прощением долга по договору займа от 12.05.2017, ранее принадлежавших акционеру ФИО3. 

Кроме того, еще 350 акций общества были приобретены также не акционером общества ФИО6, по договору купли-продажи от 15.12.2017, ранее принадлежавших акционеру ФИО5. 

Истец полагает, сто что указанный выше договор дарения и займа являются притворными и прикрывают единый договор купли-продажи акций, заключением которых истец фактически был лишен своего права на преимущественную покупку акций общества.

Уведомлений об отчуждении акций ФИО3 и продаже ФИО5 своих акций в адрес истца также  не поступало, в связи с чем, ФИО2 была лишена возможности воспользоваться своим преимущественным правом на приобретение указанных акций.

Считая тем самым свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением о признании договора дарения и займа притворными, а также о   переводе прав и обязанностей покупателя на 845 обыкновенных именных акций ЗАО МПМК «Северская-1» и 350  обыкновенных именных акций ЗАО МПМК «Северская-1» соответственно (с учетом объединенных исковых требований). 

При разрешении настоящего спора суд исходил из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 7 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (в редакции Федерального закона от 29.05.2015 N 210-ФЗ): "Уставом непубличного общества может быть предусмотрено преимущественное право приобретения его акционерами акций, отчуждаемых по возмездным сделкам другими акционерами, по цене предложения третьему лицу или по цене, которая или порядок определения которой установлены уставом общества. В случае отчуждения акций по иным, чем договор купли-продажи, сделкам (мена, отступное и другие) преимущественное право приобретения таких акций может быть предусмотрено уставом непубличного общества только по цене, которая или порядок определения которой установлены уставом общества. Если иное не предусмотрено уставом общества, акционеры пользуются преимущественным правом приобретения отчуждаемых акций пропорционально количеству акций, принадлежащих каждому из них.

Уставом непубличного общества, предусматривающим преимущественное право его акционеров на приобретение отчуждаемых по возмездным сделкам акций, может быть предусмотрено также преимущественное право непубличного общества на приобретение отчуждаемых акций в случае, если его акционеры не использовали свое преимущественное право".

Так, в силу п. 14.2. устава ЗАО МПМК «Северская-1» следует, что  при продаже (или ином возмездном отчуждении) акций третьим лицам (не акционерам данного общества) остальные акционеры и общество имеют право преимущественного приобретения данных акций.

 Согласно п. 14.3. устава, акционер общества, желающий продать свои акции третьим лицам, обязан известить об этом в письменной форме совет директоров общества. 

В соответствии с п. 14.5 устава совет директоров общества направляет акционерам уведомление о возможности ими права преимущественного приобретения продаваемых акций.

Согласно абзацу 3 части 4 статьи 7 статьи 7 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (в редакции Федерального закона от 29.05.2015 N 210-ФЗ) при отчуждении акций непубличного общества с нарушением преимущественного права акционеры, имеющие такое преимущественное право, либо само общество, если его уставом предусмотрено преимущественное право приобретения им акций, в течение трех месяцев со дня, когда акционер общества либо общество узнали или должны были узнать о данном нарушении, вправе потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей приобретателя и (или) передачи им отчужденных акций с выплатой приобретателю их цены по договору купли-продажи или цены, определенной уставом общества, а в случае отчуждения акций по иным, чем договор купли-продажи, сделкам - передачи им отчужденных акций с выплатой их приобретателю цены, определенной уставом общества, если доказано, что приобретатель знал или должен был знать о наличии в уставе общества положений о преимущественном праве.

В новой редакции Федерального закона от 29.05.2015 N 210-ФЗ) преимущественное право  акционеров на приобретение акций распространено на любые виды возмездного отчуждения, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2017 по делу N А53-27269/2016.

Таким образом, истец обязан обосновать как основание иска наличие любой возмездной формы отчуждения акций между ФИО3 -  ФИО4 и ФИО5 - ФИО6

В рассматриваемом случае в обоснование наличия возмездности при отчуждении 845 акций ФИО3 в пользу ФИО4 истец ссылается на притворность договора займа от 12.05.2017 и договора дарения от 18.05.2017, которые в совокупности прикрывают единый договор купли-продажи акций.

Устав общества не содержит ограничений на дарение акций общества, в том числе третьим лицам, не являющимся его акционерами.

В соответствии с подпунктом 8 пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 N 19 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах" предусмотренное Законом преимущественное право приобретения акций не применяется в случаях безвозмездного отчуждения их акционером (по договору дарения) либо перехода акций в собственность другого лица в порядке универсального правопреемства.

В случае представления заинтересованным лицом, имеющим преимущественное право на приобретение акций, доказательств, свидетельствующих о том, что договор безвозмездного отчуждения акций (дарения), заключенный участником общества с третьим лицом, является притворной сделкой и фактически акции были отчуждены на возмездной основе, такой договор в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожным, а к сделке, с учетом ее существа, применяются правила, регулирующие соответствующий договор. Лицо, чье преимущественное право на приобретение акций нарушено, может в этом случае потребовать перевода на него прав и обязанностей покупателя акций по сделке, совершенной с третьим лицом.

В силу статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со статьей 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Одним из существенных условий договора дарения является его безвозмездность, любое встречное имущественное предоставление со стороны лица, бесплатно получающего предмет этого договора в собственность, свидетельствует об отсутствии дарения и к такому договору применяются правила о притворной сделке, предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК РФ, поскольку в этом случае речь идет о возмездной сделке, которую стороны действительно имели в виду.

По основанию притворности, недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Так, в соответствии с договором займа от 12.05.2017 следует, что ФИО4 передает ФИО3 денежные средства в размере 4 315 355 руб. для приобретения ФИО3 акций ЗАО МПМК «Северская-1» при обязательной передаче (после их приобретения) части из них в количестве 845 штук займодавцу по цене приобретения (п. 1.1 и 1.6 договора).

Как следует из п. 1 договора дарения от 18.05.2017 ФИО3 передает безвозмездно (дарит) ФИО4 именные обыкновенные акции ЗАО МПМК «Северская-1» в количестве 845 штук номинальной стоимостью 1 руб. В свою очередь ФИО4 прощает в полном объеме ФИО3 долг по возврату суммы займа денежных средств в размере 4 315 355 руб. по договору займа от 12.05.2017, заключенному между сторонами (п. 2 договора). Сумма займа будет считаться прощенной после внесения сведений в реестр акционеров о переходе права собственности на 845 акций к ФИО4 (п. 3 договора).

Из указанных условий взаимосвязанного договора займа и договора дарения следует, что фактически, предоставляя заемные денежные средства, сторонами изначально планировалась последующая  передача определенного количества акций займодавцу – ФИО4, что  в свою очередь являлось существенным условием договора займа. А договор дарения, заключенный несколькими днями позже, также заключен под условием прощения долга в виде заемных денежных средств.

Указанные условия в своей совокупности, по сути, являются условиями сделки по отчуждению ФИО3 акций ЗАО МПМК «Северская-1» в пользу ФИО4, которую стороны действительно имели в виду при совершении ряда взаимосвязанных притворных сделок.

Вместе с тем, требуя перевода прав и обязанностей по сделке в судебном порядке, заинтересованное лицо (акционер или общество) должно доказать не только нарушение его преимущественного права на приобретение акций, но и наличие у него реальной возможности исполнить обязанности покупателя на условиях, предусмотренных договором, по которому он просит суд перевести на него права и обязанности покупателя.

Однако, доказательств того, что истец реально располагает достаточными денежными средствами для исполнения обязанности покупателя по единому договору купли-продажи акций общества в количестве 845 штук на общую сумму 4 315 510 руб. последним не представлено. 

При этом, в деле имеется ходатайство истицы об отсрочке уплаты государственной пошлины, мотивированное тяжелым материальным положением заявителя и отсутствия у нее 11 817 рублей 63 копеек для уплаты государственной пошлины по иску.

Внесенные ФИО2 на депозит суда денежные средства в размере 845 руб. и 3 500 руб. не свидетельствует о наличии у истца денежных средств в размере достаточном для покупки акций по цене оспариваемой сделки (4 315 510 руб.).

Иной подход (перевод прав покупателя по договору купли-продажи без предоставления гарантий оплаты) нарушает интересы продавца акций и не отвечает смыслу положений статьи 7 Федерального закона «Об акционерных обществах», допускающих защиту преимущественного права приобретения акций акционера, реально способного к совершению сделки по приобретению акции по цене предложения.

При этом, доводы истца о том, что стоимость 845 акций в размере 845 рублей определена передаточным распоряжением, подлежат отклонению, поскольку передаточное распоряжение является лишь основанием внесения сведений в реестр акционеров и не содержат условия договора о продажной цене акций.

В данной ситуации, цена продажи акций подлежит определению с учетом положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из размера полученного ФИО3 займа, в счет прощения долга по которому были подарены спорные акции. Именно размер прощенного долга по договору займа определяет тот объем материального удовлетворения, который получил ФИО3 в счет передачи принадлежавших ему акций.

В отношении отчуждения акций ФИО5 в пользу ФИО6 по договору купли-продажи факт отсутствия уведомления общества, акционеров либо совета общества участниками процесса не оспорен.

Акционер общества, намеренный продать свои акции третьему лицу, обязан письменно известить об этом остальных акционеров общества и само общество с указанием цены других условий продажи акций. Извещение акционеров общества осуществляется через общество. Если иное не предусмотрено уставом общества, извещение акционеров общества осуществляется за счет акционера, намеренного продать свои акции, о чем имеется указание в разъяснениях, данных в п. 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 N 19 (ред. от 16.05.2014) "О некоторых вопросах применен Федерального закона "Об акционерных обществах".

Исходя из п. 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.06.2009 N 131 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров о преимущественно праве приобретения акций закрытых акционерных обществ" следует, что получив извещение о намерении акционера продать свои акции, ЗАО обязано направить его всем другим акционерам.

Если уставом не предусмотрено требование, обязывающее акционера направить указание извещение не только обществу, но и непосредственно акционерам, то неисполнение ЗАО данной обязанности не предоставляет акционерам права требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя. При этом в данном Информационном письме отмечается, что основания для возложения на покупателя акций риска наступления неблагоприятных последствий не уведомления обществом своих акционеров отсутствуют.

В настоящем случае в п. 14.3 устава ЗАО МПМК «Северская-1» предусмотрено, что акционер, желающий продать (или иным образом переуступить) свои акции третьим лицам, обязан известить об этом в письменной форме совет общества. Совет общества направляет акционерам уведомление о возможности осуществления ими права преимущественного приобретения продаваемых акций (п. 14.5 устава). 

Согласно материалам дела следует, что в период отчуждения спорных акций Совет общества сформирован не был, в то же время продавец акций ФИО5 являлся директором общества.

Наличие данных обстоятельств при действии общего правила в отношении договоров купли-продажи об обязанности продавца передать товар свободный от любых прав третьих лиц на него (ст. 460 ГК РФ), в свою очередь не вызывало сомнений у приобретателя акций ФИО6 в отсутствии каких-либо нарушений преимущественных прав акционеров.

Учитывая изложенное, риск неблагоприятных последствий не уведомления акционеров общества о продаже акций не может быть возложен на покупателя ФИО6 в отсутствие надлежащих доказательств осведомленности покупателя о наличии таких нарушений.

На основании изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, в том числе по обязанию регистратора списать со счета ФИО10 и зачислить акции на счет истца.  

Также суд считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

При этом, в соответствии со статьей 29 Федерального закона "О рынке ценных бумаг" установлено, что право на акцию переходит к приобретателю в случае учета прав на ценные бумаги у лица, осуществляющего депозитарную деятельность, с момента внесения приходной записи по счету депо приобретателя, а в случае учета прав на ценные бумаги в системе ведения реестра - только с момента внесения приходной записи по лицевому счету приобретателя.

Запись в системе ведения реестра о переходе прав собственности на акции в результате наследования производится регистратором только по представлению подлинника или нотариально удостоверенной копии свидетельства о праве на наследство и документа, удостоверяющего личность.

В случае же депозитарного учета ценных бумаг для депозитария документом, подтверждающим переход права собственности к наследнику, также будет являться свидетельство о праве на наследство.

Таким образом, для подтверждения перехода права собственности на долю в уставном капитале и акции к наследнику необходимо свидетельство о праве на наследство, получение которого возможно по истечении срока, установленного статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации для принятия наследства.

До момента внесения приходной записи по счету депо или лицевому счету владельца наследника в системе ведения реестра акции продолжают учитываться на лицевом счете умершего наследодателя, и наследник не считается акционером.

Данное требование обусловлено тем, что реализация прав акционеров, включая право преимущественной покупки акций, право на участие в общем собрании акционеров и др. обусловлено включением сведений о лице, как акционере общества в реестр акционеров.

Указанный вывод прямо следует из положений статей 7,49,52 Федерального закона об акционерных обществах, статьи 29 «Федерального закона «О рынке ценных бумаг» и пункта 14.6 Устава, обуславливающих возможность реализации прав акционера только после внесения соответствующей записи в реестр акционеров.

В настоящем деле судом установлено, что истец зарегистрировалась в реестре акционеров лишь 02.03.2018 (л.д. 180 том 2).

До указанного момента сведения об истце, как акционере общества в реестре акционеров отсутствовали.

К доводам истца  о невозможности регистрации в реестре акционеров до 2018 года суд относится критически в виду отсутствия надлежащих и достоверных доказательств.

Напротив, из материалов дела и объяснений сторон следует, что за получением свидетельства о праве на наследство в части спорных акций истица обратилась только в феврале 2018 года, то есть после совершения оспариваемых сделок.

Таким образом, на момент совершения спорных сделок истцом  не представлены доказательства, подтверждающие принятие мер о закреплении ее статуса акционера общества, а также доказательства закрепления ее прав наследника в реестре акционеров общества посредством внесения соответствующих сведений в реестр акционеров.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, утверждая о том, что ФИО2 было известно об акциях общества с момента смерти мужа, то есть с 2009 года, истец не предпринимал каких либо действий по надлежащему оформлению своих прав участников общества, не интересовался деятельностью общества, не принимал участие в общих собраниях общества, что не отвечает признакам разумного и добросовестного поведения акционера.

Соответственно, отсутствие в реестре акционеров ЗАО МПМК «Северская-1» достоверных сведений об истце, как акционере общества, не может повлечь за собой ограничение прав иных акционеров общества на отчуждение принадлежавших им акций.

На основании изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, в том числе по обязанию регистратора списать со счета ФИО4 и ФИО6 и зачислить акции на счет истца.  

Также, в процессе рассмотрения настоящего спора  ответчиком ФИО4 и ФИО6 было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании абз. 7 п. 3 ст. 7 Федерального закона "Об акционерных обществах" при продаже акций с нарушением преимущественного права приобретения любой акционер общества или общество, если уставом общества предусмотрено преимущественное право приобретения обществом акций, вправе в течение трех месяцев с момента, когда акционер или общество узнали либо должны были узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя.

Таким образом, срок для предъявления требования о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи акций ЗАО, предусмотренный абз. 7 п. 3 ст. 7 ФЗ "Об акционерных обществах", является сроком для защиты нарушенного преимущественного права, а потому в силу статьи 195 ГК РФ является исковой давностью и к нему применяются правила о приостановлении, перерыве и восстановлении срока исковой давности (статьи 202, 203 и 205 ГК РФ) (п. 16 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.06.2009 N 131).

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как указывает истец о нарушении своего права в результате приобретения акций ФИО4 узнала 01.04.2018, о нарушении своего права в результате приобретения акций ФИО6 узнала 05.04.2018.

Как установлено судом, истец получил акции общества в порядке наследования от умершего в 2009 году мужа, о существовании которых истец был осведомлен.

Являясь  акционером общества, истец наделен как правами, так и соответствующими обязанностями, в том числе по участию в деятельности общества.

Получив в наследство акции общества, истец с 2009 года по 2018 год не проявляла никакого интереса к деятельности общества: в собраниях не участвовала, в реестр акционеров не заявлялась.

В силу части 1 статьи 47 Закона об акционерных обществах общество обязано ежегодно проводить годовое собрание акционеров. Собрание проводится в сроки, устанавливаемые уставом общества, но не ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания финансового года.

Согласно ст. 31 Федерального закона «Об акционерных обществах» акционеры - владельцы обыкновенных акций общества могут в соответствии с настоящим Федеральным законом и уставом общества участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, а также имеют право на получение дивидендов.

При этом, не пользуясь своими правами акционера общества, участник самостоятельно несет риски последствий такого не участия, в том числе по своевременной реализации прав акционера.

Между тем, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, включившись ранее 2018 года в реестр акционеров общества, ФИО11 имела фактическую возможность как принимать участие в деятельности общества, так и иметь осведомленность о составе акционеров и даже о продаже акций, в том числе осуществляемой на торгах, по результатам которых ответчик ФИО3 и приобрел спорные акции общества.

Даже предположив наличие у истца намерения приобретать акции общества, помимо полученных по наследству,   ФИО2 имела возможность их приобретения ранее оспариваемых сделок, например, на торгах.

Более того, из материалов дела и общедоступных источников раскрытия информации, включая ЕГРЮЛ, следует, что после совершения оспариваемых сделок в обществе были проведены общие собрания акционеров 15.08.2017 и 24.12.2017 (т.1 л.д.81-82).

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что у истца имелась  реальная возможность при добросовестном пользовании  своими правами и обязанностями акционера общества быть осведомленной о нарушении своих преимущественных прав на приобретение акций непосредственно после совершения оспариваемых сделок - 18.05.2017 и 15.12.2017 соответственно, в том числе посредством участия в общих собраниях акционеров 15.08.2017 и 24.12.2017.

Суд также отмечает, что доводы истца в обоснование заявленных исковых требований основанные на нарушении ее преимущественного права на покупку акций общества  существенно противоречат его предшествующему поведению (принцип процессуального эстоппеля и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

В соответствии с положениями пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Обстоятельства дела, а также предыдущие взаимоотношения сторон свидетельствуют о том, что поведение истца не отвечает критерию добросовестности. 

Из фактических обстоятельств дела судом усматривается, что целью подачи настоящего иска является не защита нарушенного права истца подлежащего восстановлению, а защита интересов ответчиков ФИО5 и ФИО3

О наличии заинтересованности данных ответчиков в удовлетворении исковых требований свидетельствует активная процессуальная позиция при рассмотрении настоящего спора, выразившаяся, в том числе в признании иска. 

Также о наличии заинтересованности указанных ответчиков свидетельствует досудебная переписка с ними  ФИО2, из содержания которой прямо усматривается  выполнение переписки и изложения фактических обстоятельств в интересах отчуждателей акций (ФИО5 и ФИО3).

При этом,  основную досудебную переписку ФИО2 вела не с действующим директором общества ФИО6, указанным в сведениях ЕГРЮЛ, а с ФИО3 в статусе индивидуального предпринимателя и ФИО5

Более того, ФИО5 занимал должность директора ЗАО МПМК «Северская-1» и соответственно был осведомлен  об акциях ФИО2, что также свидетельствует о заинтересованности указанного лица.

В тоже время сама истица, зная о существовании наследственных акций,  с 2009 года по 2018 год никаких действий по включению в реестр требований акционеров не предпринимала, деятельностью общества не интересовалась, намерений осуществлять права акционера общества не выражала.

Таким образом, совокупность изложенных обстоятельств наряду с отсутствием у самой ФИО2 денежных средств достаточных для реализации преимущественного права покупки акций свидетельствует о наличии явного интереса ФИО5 и ФИО3 в оспаривании сделок с акциями.

Данные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в иске согласно положениям  ст. 10 ГК РФ.

Остальные доводы участников процесса касающиеся взаимоотношений ответчиков между собой, в том числе о покупке ФИО3 акций общества на торгах за свой счет исследованию и оценке не подлежат как не влияющие на правовые выводы суда и не относящиеся к предмету спора. Данные доводы свидетельствуют о наличии правопритязаний ответчиков друг к другу и могут быть оценены в рамках иных возможных споров.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по государственной пошлине следует возложить на истца.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, внесенные истцом на депозит суда денежные средства в размере 3 500 руб. и 845 руб. подлежат возврату, о чем надлежит вынести отдельное определение.

Согласно части 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Вместе с тем, принимая во внимание результат рассмотрения настоящего дела об отказе в иске,  принятые по данному делу обеспечительные меры подлежат отмене с момента вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать

Вернуть ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Краснодарского края 4345 руб. 

Отменить обеспечительные меры, принятые определением суда от 23.05.2018 по делу № А32-13657/2018.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением суда от 03.05.2018 по делу № А32-13658/2018.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный  суд кассационной  инстанции - в течение двух месяцев  со дня  вступления  решения  в законную силу.

Судья                                                                                                      Р.А. Решетников