СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12903/2023(4)-АК

Дело № А60-38446/2023

22 апреля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего           Шаркевич М.С.,

судей                                        Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,    

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 10.06.2024;

от ФИО3: ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 10.06.2024;

от ООО «УК «ИТС Групп»: ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 20.09.2024;

от ТСН «ЖК Сочи»: ФИО4, удостоверение адвоката, доверенность от 26.09.2024;

конкурсный управляющий ФИО5, паспорт; его представитель ФИО6, паспорт, доверенность от 06.02.2025;

от иных лиц: не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчиков ФИО1, ФИО3, ООО «Управляющая компания «ИТС Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость»,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 28 декабря 2024 года

о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное в рамках дела № А60-38446/2023

о признании  общества с ограниченной ответственностью «Интерстеп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

ответчики: ФИО1, ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «ИТС Групп» (ИНН 

<

***>), действующее в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость»,

установил:

Решением суда от 12.02.2024 ООО «Интерстеп» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом); в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.

29.05.2024 в суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1, ФИО3, ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника. Также просит приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Конкурсным управляющим представлены письменные пояснения с ходатайством об уточнении требований в части наименования ответчика, просит изменить наименование ответчика с ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» на ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующее в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость».

Определением суда от 28.12.2024 (резолютивная часть от 17.12.2024) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО3, ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным ЗПИФ «Гринвич – жилая недвижимость» к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника. Производство по рассмотрению заявления в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда, ответчики ФИО1, ФИО3, ООО «Управляющая компания «ИТС Групп», действующее в качестве доверительного управляющего комбинированным ЗПИФ «Гринвич – жилая недвижимость», обратились в суд с апелляционной жалобой, в которой просили определение суда отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Апеллянты не согласны с выводом суда о том, что участие должника в проекте строительства ЖК «Сочи» было направлено исключительно на искусственное переложение на него всех возможных рисков. Отмечают, что после завершения строительства ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» получило в собственность весь многоквартирный дом как результат инвестиционной деятельности, тем самым став первоначальным собственником помещений в многоквартирном доме. ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» после получения помещений от ООО «Интерстеп» по договору участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014 продавало указанные помещения по договорам купли-продажи гражданам. То есть, ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 475, 557) и Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (ст. 18) несло гарантийные обязательства перед покупателями помещений в ЖК «Сочи». Поскольку покупатели вместе с приобретением права собственности на помещения приобретают также право общей долевой собственности на общее имущество многоквартирного дома, то продавец обязан отвечать не только по гарантийным обязательствам в отношении отдельных помещений, но также и по гарантийным обязательствам, касающимся общего имущества многоквартирного дома. Таким образом, ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» не было освобождено от обязательств, связанных со строительством многоквартирного дома, в том числе, касающихся устранения недостатков в общем имуществе многоквартирного дома, напротив, получив в собственность помещения и выступив продавцом этих помещений, общество приняло на себя все связанные с этим обязательства, в том числе, и гарантийные. По мнению апеллянтов, избранная сторонами бизнес-модель изначально не была направлена на уклонение от исполнения обязательств, в т.ч. гарантийных, в результате выбора указанной бизнес-модели не произошло разделения на рисковую и безрисковую части, в действиях ответчиков отсутствует вина. Отмечают, что в действительности бизнес-модель, которая была избрана участниками строительства, предполагала следующее: ООО «Интерстеп» выступило застройщиком, заключившим договор аренды земельного участка, получившим разрешение на строительство и впоследствии на ввод объекта в эксплуатацию; ООО СК «СКАН» выступило заказчиком (распорядителем строительного производства) на основании инвестиционного договора № 9 от 01.05.2013, заключенного с должником; ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующее в интересах ЗПИФ «Гринвич-жилая недвижимость» выступило инвестором (соинвестором) на основании договора участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014, и должно было нести и фактически несло все риски, связанные со строительством, в т.ч. по гарантийным обязательствам. Экономические причины использования участниками строительства избранной бизнес-модели подробно раскрыты в Отчете ООО «АКП-КОНСАЛГИНГ-ГРУПП», которому суд первой инстанции не дал никакой правовой оценки. Обращают внимание, что ООО «Интерстеп» завершило 2015 г. (год окончания строительства ЖК «Сочи») с чистой прибылью в размере 2 502 000 руб. Считают, что ответчики надлежащим образом подтвердили отсутствие своей вины и отсутствие какого-либо изначального умысла на причинение вреда кредиторам. Оспаривают выводы суда том, что ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» является контролирующим выгодоприобретателем от строительства ЖК «Сочи». Обращают внимание на то, что ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» в соответствии с договором участия в инвестировании строительства №01 /2014 от 14.03.2014  являлось инвестором. Конструкция строительства с участием инвестора предполагает получение последним максимальной прибыли после завершения проекта. Именно с целью получения прибыли ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» и заключило вышеуказанный договор. ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» в рамках строительства объекта передало должнику инвестиционных взносов на сумму 1 326 389 192,73 руб. (по данным конкурсного управляющего). Объект полностью был построен па инвестиционные взносы ООО «Управляющая компания ИТС-Групп». Таким образом, совершенно закономерно, что после окончания строительства в собственность инвестора перешли все построенные объекты недвижимости. Также оспаривает выводы суда о том, что ООО «Интерстеп» в результате реализации проекта не извлекло коммерческой выгоды, а также о том, что вознаграждения ООО «Интерстеп» было заведомо недостаточно для покрытия долгосрочных гарантийных обязательств. Отмечает, что ООО «Интерстеп» получило соразмерное объему своей деятельности вознаграждение в размере 3 531 860,63 руб. (п. 4 дополнительного соглашения №11 от 07.02.2017). В материалы дела представлено заключение специалиста №1697 от 09.09.2024, в соответствии с которым размер вознаграждения ООО «Интерстеп» соответствует рынку и объему действий, произведенных ООО «Интерстеп» в процессе строительства. При этом на этапе согласования размера вознаграждения ООО «Интерстеп» стороны разумно и добросовестно не могли предвидеть того, что этого вознаграждения будет заведомо недостаточно для исполнения возможных гарантийных обязательств. Стороны при согласовании размера вознаграждения исходили из того, что единственным продавцом объектов недвижимости выступит ООО «Управляющая компания ИТС-Групп», в связи с чем предполагалось, что все возможные претензии и требования будут предъявлены именно к ООО «Управляющая компания ИТС-Групп», а не к ООО «Интерстеп». Обращают внимание на то, что основной объем вознаграждения должника в размере 3 381 860,63 руб. был определен в дополнительном соглашении №6 от 05.11.2015, а дополнительным соглашением №11 от 07.02.2017 он был лишь увеличен до 3 531 860,63 руб. По состоянию на 05.11.2015 никаких претензий относительно качества строительства в адрес должника не поступало. Кроме того, судебные решения, которыми после проведения судебных экспертиз были определены окончательный перечень недостатков, подлежащих устранению, и их стоимость, состоялись только 02.02.2021 (по делу №А60-56586/2018) и 12.10.2022 (по делу №А60- 48933/2020), т.е. спустя значительный период времени после заключения вышеуказанных дополнительных соглашений. Кроме того, не согласны с выводами суда о том, что ФИО7 и ФИО3 являются контролирующими должника лицами. Считает, что к рассматриваемому спору должна быть применена ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.06.2013 №134-Ф3), в соответствии с которой контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника. ФИО3 перестал быть единоличным исполнительным органом ООО «Интерстеп» более чем за 4 года до возбуждения дела о банкротстве ООО «Интерстеп», ФИО1 и ФИО3 перестали являться «бенефициарами» ООО «Интерстеп» за 2 года и 10 месяцев до возбуждения дела о банкротстве ООО «Интерстеп». Отмечают, что суд не обосновал сохранение указанными лицами контроля над ООО «Интерстеп», а также не обосновал того, что последующие руководители и участники ООО «Интерстеп» обладают признаками «номинальных» руководителей и учредителей. Отмечает, что большая часть займов должнику была выдана в период когда ФИО1 и ФИО3 продолжали сохранять статус контролирующих должника лиц, а единственной невостребованной суммой задолженности являлась сумма займа, выданная ФИО1 по договору 20.12.2017 (срок для возврата займа наступил 20.12.2022). После введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Интсрстеп» ФИО1 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов на основании указанного договора займа. В последующем ФИО1 отказался от указанного заявления исключительно по причине отсутствия у ООО «Интерстеп» какого-либо имущества для удовлетворения своих требований. Полагают, что если бы ФИО1 сохранял контроль над ООО «Интерстеп», он бы не стал включаться в реестр требований кредиторов, чтобы не увеличивать размер требований к ООО «Интерстеп», при том, что размер требований ФИО1 был незначителен в сравнении с требованиями ТСН «ЖК Сочи» и он не смог бы контролировать процедуру банкротства. В отношении наличия одних и тех же представителей поясняют, что после возбуждения дела о банкротстве ООО «Интерстеп», учредитель должника ФИО8 обратилась к предыдущим учредителям ООО «Интерстеп» с просьбой порекомендовать юристов для представления ее интересов и интересов должника в деле о банкротстве. Поскольку ФИО2 и ФИО9 на протяжении длительного периода времени оказывают юридические услуги для ФИО1 и ФИО3, они порекомендовали ФИО8 именно этих юристов. Также считают, что суд первой инстанции неправомерно не применил п. 2 ст. 196 ГК РФ и неправильно определил момент начала течения срока исковой давности. Полагают, что отсутствие специальной нормы в Законе о банкротстве в предыдущей редакции о 10-летнем объективном сроке исковой давности означает необходимость применения к отношениям общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации - п. 2 ст. 196 ГК РФ. В противном случае отсутствие положений о сроках исковой давности для предъявления заявления о субсидиарной ответственности в первоначальной редакции Закона о банкротстве означало бы невозможность применения сроков исковой давности вообще. По мнению апеллянтов, для определения момента начала течения срока исковой давности необходимо принимать во внимание дату заключения договора участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014 между ООО «Интерстеп» и ООО «Управляющая компания ИТС-Групп». Модель взаимоотношений сторон (ООО «Интерстеп» и ООО «Управляющая компания ИТС-Групп»), создание которой является, по мнению управляющего, основанием для привлечения заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности, была оформлена именно путем заключения договора участия в инвестировании строительства от 14.03.2014. Соответственно, заключение каких-либо дополнительных соглашений к договору от 14.03.2014 не могло содержательно изменить бизнес-модель, создание которой вменяется в вину заинтересованным лицам. Конкурсный управляющий предъявил заявление о привлечении к субсидиарной ответственности 29.05.2024. Учитывая, что договор участия в инвестировании строительства был заключен между ООО «Интерстеп» и ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» 14.03.2014, то объективный 10-летний срок исковой давности истек 14.03.2024. Более того, считают, что судом первой инстанции не были приняты во внимание обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии причинно-следственной связи между использованием ответчиками бизнес-модели и возникновением у должника признаков неплатежеспособности. Отмечает, что дело о банкротстве должника возбуждено на основании требований ТСН «ЖК Сочи», связанных с устранением строительных недостатков, выявленных в общем имуществе ЖК «Сочи», и основанное на следующих судебных актах: определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2022 по делу №А60-56586/2018 об изменении порядка и способа исполнения решения на взыскание денежных средств; решение Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2022 по делу №А60- 48933/2020. Таким образом, судебные акты, на основании которых было возбуждено дело о банкротстве, были вынесены практически спустя 8 лет после окончания строительства объекта (29.09.2015) и спустя 9 лет после заключения договора участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014. Обращают внимание на то, что задолженность перед ТСН «ЖК Сочи» возникла не в связи с использованием заинтересованными лицами бизнес-модели, и не в связи с текущей деятельностью ООО «Интерстеп», а в связи с внешними, объективными обстоятельствами, связанными со строительными ошибкам и просчетами. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2024 по делу №А60- 40908/2023 установлено, что ответственность за недостатки в общем имуществе многоквартирного дома, лежит на техническом заказчике строительства - ООО СК «СКАН», с которого в пользу ООО «Интерстеп» взысканы убытки в виде стоимости устранения недостатков в общем имуществе в размере 23 515 077,20 руб.

От конкурсного управляющего и ТСН «ЖК Сочи» поступили отзывы на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

От апеллянтов поступили дополнения к апелляционной жалобе с приложением дополнительных документов: ответ на заявление временного управляющего об обязании руководителя должника передать документы и информацию; скриншоты электронной переписки. 

Письменные отзывы и дополнение к апелляционной жалобе приобщены к материалам дела, в приобщении дополнительных документов, приложенных к дополнению к апелляционной жалобе, отказано на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ, поскольку апеллянтами не обоснована невозможность представления соответствующих доказательств суду первой инстанции. 

В судебном заседании представитель апеллянтов доводы апелляционной жалобы поддержал; конкурсный управляющий и его представитель, представитель ТСН «ЖК Сочи» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность  судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266,  268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Интерстеп» зарегистрировано 05.02.2004, согласно данным ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является торговля розничная одеждой в специализированных магазинах, при этом фактически ООО «Интерстеп» выступило застройщиком жилого многоквартирного дома, что являлось единственным проектом, реализованным должником, иной деятельности должник не осуществлял и не осуществляет. 

Как полагает конкурсный управляющий, в период с 09.10.2007 по 11.09.2020 общество напрямую, а также через иных юридических лиц контролировалось ФИО1 и ФИО3:

Период

Участники 1-го уровня

Участники 2-го уровня

05.02.2004-21.06.2004

ФИО10 (100 %)

-

22.06.2004 - 08.10.2007

ФИО11 (100 %)

-

09.10.2007 - 19.04.2009

ФИО3(50 %)

ООО «ТАУРУС»

(ИНН 

<

***>) (50 %)

-

Участники ООО «ТАУРУС»:

ФИО1 (100 %)

20.04.2009 – 12.05.2009

ФИО3 (0,5 %)

ООО «ТАУРУС» (ИНН 

<

***>) (0,5 %)

ООО «АЛОР-ИНВЕСТ»

(ИНН 

<

***>) (99 %)

-

Участники ООО «ТАУРУС»: ФИО1 (100 %)

Участники ООО «АЛОРИНВЕСТ» (с 23.04.2010, данные за период с 02.04.2009 по 22.04.2010 отсутствуют): ФИО1 (50 %), ФИО3 (50 %)

13.05.2009 - 10.09.2020

ООО «ТАУРУС» (ИНН 

<

***>) (0,5 %)

ООО «АЛОР-ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>) (99 %)

ООО «НОВОЛИТ» (ИНН 

<

***>) (0,5 %)

Участники ООО «ТАУРУС» до 04.06.2010: ФИО1 (100 %). Участники ООО «ТАУРУС» после 04.06.2010: ФИО1 (37 %), ФИО3 (37 %), ООО «НОВОЛИТ» (ИНН 

<

***>) (25 %), ООО «АЛОР-ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>) (1 %)

Участники ООО «АЛОРИНВЕСТ»: ФИО1 (50 %), ФИО3 (50 %)

Участники ООО «НОВОЛИТ» (с 23.04.2010, данные за период с 02.04.2009 по 22.04.2010 отсутствуют): ФИО1 (50 %), ФИО3 (50 %)

11.09.2020 – настоящее время

ФИО8

-

В период с 09.10.2007 по 27.05.2019 ФИО3 также являлся единоличным исполнительным органом ООО «Интерстеп». В дальнейшем руководителями должника являлись: ФИО12  (в период с 28.05.2019 по 28.09.2020), ФИО13 (в период с 29.09.2020 по 30.11.2021), и ФИО14 (в период с 01.12.2021 по настоящее время).

В 2019 году ФИО12  являлся юристом общества «Инвестторгстрой», находящегося под руководством ФИО3 ФИО8, ФИО13  и ФИО14, в свою очередь, являются (являлись) руководителями и (или) учредителями юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по инициативе ФНС, с долгами перед казной на момент исключений, а также компаний с недостоверными сведениями в ЕГРЮЛ. Выплата заработной платы указанным лицам никогда не осуществлялась. Кроме того, они зарегистрированы в Московской, Саратовской и Самарской областях соответственно, то есть за пределами Свердловской области, где свою деятельность осуществляет должник. Действующий руководитель должника ФИО14 личного участия в судебных заседаниях по делу о банкротстве не принимал. Передачу документации должника арбитражному управляющему осуществляли представители, действующие по доверенности от имени единственного учредителя ФИО8, которые одновременно выступают процессуальными представителями заинтересованных лиц. ФИО8 также личного участия в ходе рассмотрения дела о банкротстве не принимала. 

Таким образом, конкурсный управляющий полагает, что ФИО12, ФИО8, ФИО13  и ФИО14 обладают признаками номинальных участника и руководителей общества.

Конкурсным управляющим установлено, что строительство жилого дома по адресу: 

<

...> фактически являлось единственным проектом, реализованным должником.

Причиной возбуждения дела о банкротстве является неудовлетворение имущественных претензий ТСН «ЖК Сочи» к должнику как к застройщику жилого многоквартирного дома.

Исходя из содержания судебных актов по делам № А60-56586/2018 и А60-48933/2020, а также материалов настоящего спора, строительство ЖК «Сочи» реализовано следующим образом:

- ООО «Интерстеп» выступило застройщиком, заключившим договор аренды земельного участка, получившим разрешение на строительство и впоследствии на ввод объекта в эксплуатацию; 

- ООО «СК «Скан» (ИНН 

<

***>) выступило заказчиком (распорядителем строительного производства) на основании инвестиционного договора № 9 от 01.05.2013, заключенного с должником; 

- ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» (ИНН 

<

***>) действующее в интересах ЗПИФ недвижимости «Инвестиции в недвижимость» (текущее наименование ЗПИФ «Гринвич – жилая недвижимость») выступило инвестором (соинвестором) на основании заключенного с должником договора участия в инвестировании строительства № 01/2014 от 14.03.2014.

Денежную оценку требования ТСН «ЖК Сочи»  получили при рассмотрении дел № А60-56586/2018 и А60-48933/2020, что составило 25 012 933,60 руб.

Конкурсный управляющий отмечает, что все поступления по расчетному счету должника представляли собой либо расчеты, связанные со строительством дома (до сдачи дома в эксплуатацию) либо переводы денежных средств от аффилированных лиц по основаниям, связанным с финансированием деятельности общества. После 2016 года, когда дом был сдан в эксплуатацию, активное движение по счету должника прекратилось.

Какие-либо виды деятельности в дальнейшем должник не осуществлял.

Также конкурсный управляющий ссылается, что деятельность должника по строительству была убыточной, убыток составил минус 7 138 985,05 руб.

Уставный капитал должника на момент создания и на момент строительства составлял 10 000 руб.

В обоснование заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3 и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным ЗПИФ «Гринвич – жилая недвижимость» по основанию признания должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц (статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ) конкурсный управляющий приводит следующие обстоятельства.

Финансирование деятельности ООО «Интерстеп» осуществлялось аффилированными лицами на основании многочисленных договоров беспроцентного займа, причем переводы по таким основаниям осуществлялись по мере возникновения тех или иных конкретных обязательств (например со стороны ООО «Инвестторгстрой», ИП «ФИО1), кроме того аналогичная ситуация наблюдается в части распределения убытков и прибыли между взаимосвязанными лицами.

Так, согласно выводу конкурсного управляющего единственным лицом, имеющим положительный финансовый результат, является ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» - лицо, которому переданы в собственность все жилые и нежилые помещения ЖК, которое также осуществляло розничную реализацию недвижимости в интересах ЗПИФ недвижимости «Инвестиции в недвижимость» (текущее наименование – комбинированный закрытый паевой инвестиционный фонд «Гринвич - жилая недвижимость»). Вся прибыль от продажи помещений в построенном объекте «осела» на ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», что в условиях безусловной аффилированности всех участников строительства ЖК само по себе ставит под сомнение изначальную добросовестность контролирующих должника лиц. Таким образом, участие должника в проекте строительства ЖК «Сочи» было направлено исключительно на искусственное переложение на него всех возможных рисков.

Учитывая изложенное, принимая во внимание финансирование текущих хозяйственных нужд должника на основе договоров беспроцентного займа, невостребование задолженности по договорам займа и аренды, наличие общих процессуальных представителей, конкурсный управляющий указывает на сохранение контроля над должником у ФИО1, ФИО3 и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость» как до возбуждения дела о банкротстве № А60-38446/2023, так и до настоящего времени, при этом в результате реализации единственного проекта ООО «Интерстеп» так и не извлекло какой-либо коммерческой выгоды, структура взаимоотношений участников строительства (как и финансовые результаты таких взаимоотношений) находилась в сфере контроля одних и тех же лиц, а также на то, что в настоящем случае имеет место искусственное разделение прав и обязанностей участников строительства жилого многоквартирного дома в целях распределения рисков, прибыли и убытков группы компаний.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что именно в результате виновных, противоправных действий ФИО1, ФИО3 и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость» должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней, отзывов и возражений участвующих в деле лиц, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав участников спора, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности предусмотрены главой III.2. Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» (ранее действовала статья 10 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

Из материалов дела усматривается, что действия контролирующих лиц, положенные в основу заявления и которые вменяются заинтересованным лицам, имели место до 30.06.2017, в связи с чем суд первой инстанции правомерно применил к рассматриваемым правоотношениям нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ предусматривали возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов. 

Так, в силу абзаца восьмого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В силу положений как статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ (абзац тридцать четвертый), определяющей основные понятия, используемые в данном законе, так и статьи 61.10 Закона о банкротстве, к контролирующим должника лицам отнесены лица, имевшие право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок.

При этом подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве допускает отнесение лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, к контролирующим должника лицам, пока не доказано иное.

В абзаце девятом пункта 12 раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам. Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, указано, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53).

В этом же пункте названного Обзора выражена правовая позиция, по смыслу которой совершение ответчиками действий до 01.07.2017, то есть в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, не содержащей презумпцию контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 АПК РФ) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору, тем более, что на данные обстоятельства ссылался участник судебного спора.

По смыслу пунктов 4, 16 Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Вступившим в законную силу определением суда от 05.02.2024 по настоящему делу установлено следующее.

С 01.10.2012 по настоящее время директором ООО «Инвестторгстрой» является ФИО3, в период с 24.02.2010 по 14.03.2022 99% уставного капитала общества принадлежало ЗАО «Инвестиционная компания «Сириус» (ИНН 

<

***>). Директором ЗАО ИК «Сириус» в период с 04.05.2009 по настоящее время является ФИО1. Таким образом, на основании пунктов 1, 2, 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ООО «Инвестторгстрой», ЗАО ИК «Сириус», ФИО1 и ФИО3 являются одной группой. 

В силу последнего обстоятельства, пунктов 8 и 9 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции и факта совместного 100-процентного участия ФИО3 и ФИО1 в капитале ООО «Строй-Партнер» и ООО «Алор-Инвест» все ранее поименованные лица – ООО «Интерстеп», ООО «Алор-Инвест», ФИО3, ФИО1, ООО «СтройПартнер», ФИО15 и ООО СК «Скан» –, также являются группой лиц в соответствии со статьей 9 Закона о защите конкуренции, то есть заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, ООО «Инвестторгстрой» и ООО СК «Скан» в настоящее время зарегистрированы по одному и тому же адресу (включая номер офиса): 620085, 

<

...> стр. 31а, офис 207.

Временным управляющим также установлено, что интересы ООО СК «Скан» и ООО «Интерстеп» представляло одно и то же лицо (ФИО16), указанное лицо в период с 2014 по 2023 год представляло интересы ООО СК «Скан», одновременно являлось представителем должника при рассмотрении дел по требованиям ТСН ЖК Сочи об устранении недостатков и взыскании убытков, а также по заявлению ООО «Интерстеп» о взыскании убытков с ООО «Уралпроектдубрава» (в связи с удовлетворением требований ТСН ЖК Сочи).

Кроме того, из общедоступных данных следует, что ЖК «Сочи», являющийся объектом инвестиционной деятельности по договору № 9 от 01.05.2013, является объектом группы «Малышева-73» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), учредителями которого является ООО «Новолит» и ООО «Алор-Инвест», а директором – ФИО1

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о фактической аффилированности кредитора ООО СК «СКАН» и должника ООО «Интерстеп».

Суд первой инстанции, исходя из ранее установленных по делу обстоятельств,   с учетом того, что все лица, участвующие в реализации проекта по строительству ЖК «Сочи» - ООО «Интерстеп» (застройщик), ООО «СК «Скан» (распорядитель строительного производства), ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» (инвестор) входили в одну группу лиц, которая контролируется ФИО1 и ФИО3, пришел к верному выводу  о наличии у данных лиц статуса контролирующих.  При этом из общедоступных данных следует, что ЖК «Сочи», являющийся объектом инвестиционной деятельности по договору №9 от 01.05.2013, является объектом группы «Малышева-73».

Обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как было указано выше, согласно данным ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника ООО «Интерстеп» является торговля розничная одеждой в специализированных магазинах. 

Фактически же ООО «Интерстеп» было выбрано застройщиком жилого многоквартирного дома, расположенного по адресу: 

<

...> («ЖК Сочи»). Строительство жилого дома адресу 

<

...>, являлось единственным проектом, реализованным должником.

Как установлено вступившими в законную силу судебными актами по делам № А60-56586/2018 и А60-48933/2020, на основании разрешения на строительство жилого дома № RU 66302000-640 от 05.11.2009, выданного Администрацией г. Екатеринбурга, ООО «Интерстеп» являлось застройщиком строительства жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 66:41:0501021:5, строительный адрес: Свердловская область, г. Екатеринбург, Чкаловский район, ул. Серова – Циолковского – ФИО17 – пер. Полярников.

29.09.2015 жилой дом введен в эксплуатацию, о чем Администрацией г. Екатеринбурга ООО «Интерстеп» было выдано разрешение № RU 66302000- 5090-2015, жилому дому присвоен адрес: 

<

...>.

Строительство ЖК «Сочи» реализовано следующим образом: 

- ООО «Интерстеп» выступило застройщиком, заключившим договор аренды земельного участка, получившим разрешение на строительство и впоследствии на ввод объекта в эксплуатацию; 

- ООО «СК «Скан» выступило заказчиком (распорядителем строительного производства) на основании инвестиционного договора № 9 от 01.05.2013, заключенного с должником; 

- ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» действующее в интересах ЗПИФ недвижимости «Инвестиции в недвижимость» (текущее наименование ЗПИФ «Гринвич – жилая недвижимость») выступило инвестором (соинвестором) на основании заключенного с должником договора участия в инвестировании строительства № 01/2014 от 14.03.2014.

Как было указано выше, все поименованные лица являются аффилированными лицами и связаны с ФИО3 и                   ФИО1 

Суд первой инстанции, проведя анализ договоров, заключенных между должником, ООО «СК «Скан» и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», пришел к следующим выводам о распределении прав и обязанностей при реализации проекта ЖК «Сочи».

В соответствии с условиями инвестиционного договора №9 от 01.05.2013, заключенного ООО «Интерстеп» (инвестор) (в лице директора ФИО18) с ООО «СК «Скан» (заказчик), последнее обязалось обеспечить выполнение строительно-монтажных работ по строительству объекта и обеспечить передачу должнику (инвестору) завершенного строительством объекта (п. 2.4., 2.5 договора).

Должник как инвестор в свою очередь обязался своевременно и в полном объеме вносить Заказчику денежные средства (п. 3.1. договора).

Общий объем инвестиционных взносов по договору формируется за счет стоимости работ по строительству объекта и иных связанных со строительством объекта работ и затрат.

Общий размер инвестиционных взносов, а также размер денежного вознаграждения заказчика (ООО «СК «Скан») подлежит уточнению путем составления сторонами дополнительного соглашения после завершения строительства и получения инвестором (ООО «Интерстеп») разрешения на ввод объекта в эксплуатацию (п. 4.2.) договора.

Так, 01.10.2015 (уже после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию № RU 66302000-5090-2015 от 29.09.2015) между ООО «СК «Скан» и должником подписано дополнительное соглашение к инвестиционному договору, которым определена стоимость работ по строительству в размере 1 003 055 927,43 рублей, денежное вознаграждение заказчика (ООО «СК «Скан») в размере 300 000 рублей.

Между ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» (действующее в интересах ЗПИФ недвижимости «Инвестиции в недвижимость») и должником (в лице директора ФИО18) заключен договор участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014.

По условия договора ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» (соинвестор) обязуется принять участие в инвестировании строительства объекта недвижимости, а ООО «Интерстеп» (инвестор) обязуется обеспечить завершение строительства объекта недвижимости, а также обеспечить передачу в собственность соинвестору согласованных сторонами помещений (п. 1.1., 1.2. договора). 

Размер передаваемого соинвестором инвестиционного взноса составляет 683 079 549 рублей (п. 2.1. договора). Размер инвестиционного взноса подлежит уточнению по окончании строительства объекта и зависит от фактических затрат инвестора (п. 2.3 договора). 

Так, размер инвестиционного взноса ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» менялся с 683 079 549 руб. до 1 346 420 273 руб. и в конечном виде определен дополнительным соглашением к договору №12 от 30.03.2017 (спустя более 1,5 лет после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию).

Дополнительным соглашением №6 от 05.11.2015 определен размер денежного вознаграждения ООО «Интерстеп» как застройщика в размере 3 381 860,63 руб. Впоследствии размер вознаграждения неоднократно претерпевал изменения и окончательно определен дополнительным соглашением №11 от 07.02.2017 в размере 3 531 860,63 руб.

По условиям указанного договора по окончании строительства объекта соинвестор приобретает в собственность жилые помещения общей площадью 22 429,95 квадратных метров (п. 3.1 договора).

Площадь передаваемых ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» жилых помещений также неоднократно изменялась и окончательно определена в размере 35 043,55 кв. м. дополнительным соглашением №4 от 06.11.2014.

По завершении строительства должником в пользу ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» в качестве встречного исполнения по инвестиционному договору по акту приема-передачи от 06.10.2015 переданы все жилые помещения и все машиноместа в построенном объекте.

Все нежилые помещения в ЖК «Сочи» были отчуждены должником в пользу ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» на основании договора купли-продажи от 30.10.2015, стоимость объектов по договору составила           51 538 887,04 руб.

Дальнейшая продажа квартир, машиномест и нежилых помещений в ЖК «Сочи» осуществлялась ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», что заинтересованными лицами не оспаривается. 

Какие-либо иные виды деятельности в дальнейшем ООО «Интерстеп» не осуществлялись.

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, деятельность ООО «Интерстеп» в процессе строительства ЖК «Сочи» носила организационный характер и сводилась к получению разрешения на строительство объекта, привлечению денежных средств для строительства объекта, заключению договоров с контрагентами для обеспечения строительства объекта. Организацию строительства осуществляло ООО СК «СКАН», а финансирование – ООО «Управляющая компания ИТС-Групп».

Каких-либо основных средств, работников у общества не имелось. Уставный капитал на момент строительства у должника не превышал                 10 000 руб.

Ответчики ссылаются на то, что используемая ими бизнес-модель является обычной в строительстве, не была направлена на разделение рисков, должник получил соразмерное вознаграждение за реализацию проекта.

Между тем указанные доводы не подтверждают правомерность выбора данной бизнес-модели.

Так, настоящее дело о банкротстве возбуждено по заявлению ТСН ЖК «Сочи», поданному 14.07.2023, обоснованному наличием задолженности, подтвержденной вступившими в законную силу решениями по делам №А60-56586/2018 и №А60-48933/2020 и основанной на неудовлетворенных имущественных претензиях ТСН «ЖК Сочи» к ООО «Интерстеп» как застройщику и продавцу жилого многоквартирного дома.

Как установлено судом по делу №А60-56586/2018 отношения между ООО «Интерстеп», ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» и ООО СК «СКАН» по инвестиционному договору № 9 от 01.05.2013 регулируются Федеральным законом от 25.02.1999 №39-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации». В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 2, 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 54 от 11.07.2011, судам при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам главы 30 ГК РФ. Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.

Суд установил, что исходя из условий договора, между сторонами заключены договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи. Как указано выше, 29.09.2015 указанный жилой дом введен в эксплуатацию, о чем Администрацией г. Екатеринбурга ООО «Интерстеп» выдано Разрешение №RU 66302000-5090-2015, жилому дому присвоен адрес: 

<

...>.

Исковые требования (в рамках дела №А60- 56586/2018) предъявлены к продавцу, соответственно, ООО «Интерстеп» несет ответственность за качество дома в целом, включая недостатки проектирования и недостатки выполненных строительно-монтажных работ.

В ходе эксплуатации указанного объекта в период с 2016 по 2018 годы были выявлены многочисленные дефекты общего имущества многоквартирного дома, допущенные при строительстве застройщиком, в связи с чем ТСН ЖК «Сочи» неоднократно обращалось к ответчику с требованием об устранении недостатков строительства, однако застройщиком недостатки не устранены, в связи с чем истец обратился в суд с иском.

В рамках дела №А60-56586/2018 также установлено, что ТСН ЖК «Сочи» обращалось как в адрес инвестора ООО «Интерстеп», так и в адрес соинвестора - ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» с требованием об устранении выявленных недостатков в гарантийный период эксплуатации согласно представленным в материалы дела письмам, однако недостатки не устранены.

В связи с указанными обстоятельствами, суд (с учетом постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2021) частично удовлетворил требования ТСН «ЖК Сочи», обязав ООО «Интерстеп» устранить указанные недостатки.

В связи с неисполнением должником решения суда определением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-56586/2018 от 28.09.2022 изменен способ исполнения решения от 02.02.2021 на взыскание с ООО «Интерстеп» в пользу ТСН «ЖК Сочи» денежных средств в размере 10 264 754 руб. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60- 48933/2020 от 12.10.2022 также были удовлетворены исковые требования ТСН ЖК «Сочи» о взыскании с ООО «Интерстеп» 13 250 323,20 рублей в счет компенсации стоимости устранения недостатков системы водоснабжения.

Из материалов дела № А60-56586/2018, № А60-48933/2020 усматривается, что ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» было проинформировано о недостатках и получало претензии ТСН ЖК «Сочи».

На стр. 17 решения суда по делу А60-56586/2018 указано, что «ТСН ЖК «Сочи» обращалось как в адрес инвестора ООО «Интерстеп», так и в адрес соинвестора – ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» с требованием об устранении выявленных недостатков в гарантийный период эксплуатации согласно представленным в материалы дела письмам, однако недостатки не устранены». 

Аналогичные обстоятельства указаны на стр. 15 решения суда по делу А60-48933/2020.

Таким образом, как для должника, так и для контролирующих его лиц было очевидно, что после ввода в эксплуатацию жилого дома, а также после установления размера денежного вознаграждения ООО «Интерстеп» выявлены строительные недостатки, которые потребуют наличия ресурсов для их устранения.

Ссылка ответчиков на то, что гарантийные обязательства были возложены не на должника, а на  ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» опровергается названными выше судебными актами по делам №А60-56586/2018 и №А60-48933/2020, где ответчиком выступал именно должник.

В пределах гарантийного срока действует презумпция вины застройщика за недостатки (дефекты) выполненных работ и на него в соответствии со статьей 65 АПК РФ возлагается обязанность доказать, что работы им выполнены качественно, а возникшие в период гарантийного срока недостатки (дефекты) появились в процессе эксплуатации многоквартирного дома и не являются следствием выполненных подрядчиком работ (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2016 № 305-ЭС16-4838, от 27.01.2023 N 305-ЭС22-22698).

Попытки ТСН ЖК «Сочи» обязать ООО «Интерстеп» устранить строительные дефекты, а в последующем получить денежные средства не имели никакого успеха начиная с конца 2016 года. 

Судебные разбирательства по делам № А60-56586/2018, А60-48933/2020 продолжались вплоть до декабря 2022 года – февраля 2023 года, при этом неисполненными остались как решение суда об обязании устранить недостатки (в отсутствие каких-либо попыток со стороны ООО «Интерстеп»), так и судебные акты о взыскании убытков. 

Каких-либо источников для исполнения гарантийных обязательств ООО «Интерстеп» никогда не имело, ввиду отсутствия собственного имущества и убыточного результата от своей деятельности.

Заявляя о наличии у ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» гарантийных обязательств по устранению выявленных недостатков общего имущества многоквартирного дома, заинтересованные лица указывают, что соответчик якобы является (являлся) обязанным в силу статьи 475 ГК РФ как продавец квартир.

Однако общее имущество многоквартирного дома не является самостоятельным товаром, переданным ООО «Управляющая компания «ИТС[1]Групп» покупателям, а ТСН как лицо, ответственное за состояние общего имущества, в каких-либо договорных отношениях с соответчиком не состоит.

При рассмотрении дела № А60-48933/2020 судом установлено, что предметом возникших правоотношений сторон (между ТСН и ООО «Интерстеп») является качество многоквартирного жилого дома в целом. Неисправность системы ГВС является частным проявлением недостатков жилого дома, наравне с иными недостатками, установленными решением суда по делу №А60-56586/2018. Система ГВС не является ни самостоятельным объектом правоотношений сторон, ни самостоятельным предметом купли-продажи (товаром)». 

Именно за качество многоквартирного дома и отвечает ООО «Интерстеп».

При этом каких-либо попыток устранить недостатки или компенсировать убытки ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующее в качестве доверительного управляющего ЗПИФ недвижимости «Гринвич – жилая недвижимость» никогда не предпринимало.

Суд первой инстанции также пришел к верному выводу о том, что в результате реализации единственного проекта ООО «Интерстеп», являющееся застройщиком, не извлекло коммерческой выгоды, оставаясь неплатежеспособным.

Так, уставный капитал должника на всем периоде строительства составлял минимально допустимый размер в 10 000 руб. (при этом в период с 04.2009 по 24.06.2010 уставный капитал общества составлял 1 000 000 руб.). У общества, помимо директора, отсутствовал персонал, какое-либо оборудование и техника.

Финансирование деятельности ООО «Интерстеп» осуществлялось аффилированными лицами на основании многочисленных договоров беспроцентного займа, переводы по таким основаниям осуществлялись по мере возникновения тех или иных конкретных обязательств. 

Исходя из представленного конкурсным управляющим анализа движения денежных средств по счетам должника, все поступления по расчетному счету ООО «Интерстеп» представляли собой либо расчеты за жилые и нежилые помещения, либо переводы денежных средств от аффилированных лиц по основаниям, связанным с финансированием деятельности общества.

ФИО19, ФИО20, ФИО21, ООО «Холод-продукт», ООО «Ледяной дом», Кормаченко Л.С., ФИО22, ООО «Энергошаля» внесены на счет должника инвестиционные взносы в сумме 4 881 600 руб., 32 430 960,22 руб., 9 300 000 руб., 9 000 000 руб., 9 000 000 руб., 13 584 566 руб., 9 005 100 руб., 123 329,79 руб., 1 600 000 руб. соответственно.

При этом впоследствии договоры участия в инвестировании с указанными лицами расторгнуты, а их инвестиционные взносы зачтены в счет денежных обязательств ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» перед ООО «Интерстеп», что следует из представленных соглашений от 03.02.2016, 22.12.2016, 16.02.2016, 06.09.2016, 30.09.2016, 17.10.2016, 15.01.2016.

При таких обстоятельствах, как верно отмечено судом первой инстанции, доводы заинтересованных лиц о наличии независимых инвесторов в строительство не соответствуют действительности, поскольку в результате инвестором фактически выступали только контролирующие должника лица – ФИО1 и ФИО3

Финансирование осуществлялось как посредством заключения договоров беспроцентного займа, так и посредством невостребования задолженности.

Так, на расчетный счет должника поступали денежные средства от ИП ФИО23, ИП ФИО1, ООО «Алор-Инвест», ООО «Инвестторгстрой» с назначением платежа «Перечисление денежных средств по договорам беспроцентного займа», от ООО «Алор-Инвест» - «Перечисление денежных средств в качестве вклада в уставный капитал».

После 2016 года (когда жилой дом был сдан в эксплуатацию) активное движение по счету должника прекратилось.

Конкурсным управляющим приведены подробные данные об источниках поступлений ООО «Интерстеп» на основании выписки по расчетному счету должника: из представленных данных следует, что 93,87% безналичных денежных расчетов за жилые и нежилые помещения произведены аффилированной ООО «Управляющая компания ИТС-Групп»; при этом в результате произведенных впоследствии зачетов доля общества составила 100%; 99,87% иных поступлений (не связанных с расчетами за помещения) представляют собой поступления от аффилированных лиц по договорам беспроцентного займа.

Выполненное управляющим сопоставление доходов и расходов общества показало отрицательную величину -7 138 985,05 руб., что корреспондирует наличию убытка по данным бухгалтерского учета за 2017 год в сумме - 4 604 000 руб., который далее только увеличивался. 

Вознаграждение должника за строительство ЖК «Сочи» определено для него контролирующими лицами в размере 3 531 860,63 рублей.

При этом вознаграждение должника определено дополнительным соглашением № 11 от 07.02.2017, то есть уже после предъявления первых претензий по качеству строительства со стороны ТСН «ЖК Сочи».

С учетом выбранной схемы наделение должника средствами для выполнения обязательств перед ТСН «ЖК Сочи» сначала по устранению строительных недостатков в натуре, а впоследствии для их денежной компенсации, находилось полностью в сфере контроля заинтересованных лиц, учитывая отсутствие у должника собственных активов.

Кроме того, установленное по договору участия в инвестировании строительства №01/2014 от 14.03.2014 вознаграждение ООО «Интерстеп» не позволило рассчитаться должнику даже за строительство ЖК с аффилированным обществом СК «Скан», что следует из вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2021 по делу №А60-7545/2021.

С другой стороны, по расчету конкурсного управляющего, сумма прибыли, полученная ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», составляет 1 075 453 738,15 руб.

По данным АНО «Риэлторский информационный центр» Уральский палаты недвижимости (далее – Ассоциация) цена предложения одного квадратного метра общей площади квартир, выставленных на продажу на первичном рынке жилья в жилом районе Автовокзал г. Екатеринбурга (район, в котором расположен построенный должником многоквартирный дом) составила на 28.12.2015 – 72 629 руб., на 26.12.2016 – 78 808 руб., на 27.12.2017 – 82 445 руб. Согласно справке ООО «Бюро технических и кадастровых работ» от 23.07.2020 (далее также – справка БТИ), общая площадь квартир ЖК «Сочи» составила 33 604,1 кв.м., не включая площадь лоджий, балконов – 1 108,0 кв.м.

Учитывая указанные данные, выручка ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» Д.У. ЗПИФ недвижимости «Гринвич – жилая недвижимость» от продажи в части жилых помещений составила на 28.12.2015 – не менее 2 480 868 644,90 руб., на 26.12.2016 – 2 691 931 544,80 руб., на 27.12.2017 – 2 816 164 554,50 руб. без учета реализованных подземных парковочных мест, а также торгово-офисных помещений.

С учетом представленных сведений, инвестиционных затрат ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» Д.У. ЗПИФ недвижимости, а также уплаченной цены нежилых помещений по договору от 30.10.2015, прибыль ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» Д.У. ЗПИФ недвижимости составила не менее 1,3 млрд. руб., в то время как вознаграждение должника составило лишь 3,5 млн. руб. Такое вознаграждение должника не покрыло даже текущие платежи должника – он не смог в полном объеме рассчитаться с ООО СК «Скан».

Как верно отмечено судом первой инстанции, размер данного вознаграждения полностью находился в сфере контроля со стороны бенефициаров и сформирован их волей, учитывая аффилированность всех сторон. Для покрытия долгосрочных гарантийных обязательств ООО «Интерстеп» как застройщика данного вознаграждения было заведомо недостаточно.

Представленное в материалы дела ответчиками заключение специалистов ООО «АКП-КОНСАЛТИНГ-ГРУПП» о том, что банкротство должника наступило в силу объективных обстоятельств – строительных дефектов, гарантийные обязательства по которым являются отсроченными по времени и трудно прогнозируемыми, а само наступление несостоятельности должника поименовано ООО «АКП-КОНСАЛТИНГ[1]ГРУПП» предпринимательским риском, не свидетельствует о правомерности действий ответчиков при выборе данной схемы, поскольку должник не обладал ни штатом, ни персоналом, ни материальными ресурсами, чтобы выступить в роли застройщика самостоятельно. Все материальные ресурсы для выполнения функции застройщика ему были предоставлены аффилированными лицами. Существенная часть таких ресурсов была предоставлена по безвозмездным договорам займа, что само по себе не позволяет сравнивать данную ситуацию с обычной практикой привлечения инвестиций независимым застройщиком. Инвестиции должнику со стороны заинтересованных лиц были предоставлены в строго ограниченном размере, обеспечившем постройку дома, ввод в эксплуатацию и передачу всей построенной недвижимости в собственность ЗПИФ.

Суд первой инстанции верно отметил, что само по себе возникновение долгосрочных гарантийных обязательств (которые в настоящем случае возникли в течение первого же года после постройки) является стандартной практикой в деятельности любого добросовестного девелопера, который обязан их финансово обеспечить. Однако именно намеренный и искусственно сформированный отказ бенефициаров должника от их покрытия, в совокупности с получением значительной прибыли на лицо, свободное от таких обязательств, свидетельствует об их недобросовестности и является основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчики осознавали отсутствие у должника имущества, денежных средств, поступление которых и не предвиделось в будущем, при наличии претензий со стороны собственников помещений и ТСН «ЖК Сочи», вместе с тем, несмотря на их обращение как к соинвестору и продавцу помещений ООО УК «ИТС-Групп», так и к должнику, недостатки строительства не были устранены в полном объеме и взысканная задолженность не была погашена, при этом ООО УК «ИТС-Групп» получило значительную прибыль от реализации проекта, тем самым выстроенная контролирующими должника лицами модель ведения бизнеса повлекла нарушение прав кредиторов, которые разумно рассчитывали на удовлетворение своих требований изначально об устранении строительных недостатков, а затем о получении денежных средств со стороны застройщика - ООО «Интерстеп».

В рассматриваемом случае, контролирующие должника лица использовали такую корпоративную форму ведения бизнеса, при которой у ООО «Интерстеп» существовала недостаточная капитализация, то есть должник постоянно и искусственно по воле КДЛ находился в условиях недостаточности денежных средств.

В разделе 2.1.3 письма Федеральной налоговой службы от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ» указано следующее.

Недобросовестным (в ряде случае незаконным) является использование преимуществ, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через корпоративную форму, и построение бизнес-модели с разделением на рисковые (т.н. «центры убытков») и безрисковые (т.н. «центры прибылей») части, позволяющие в случае проблем с оплатой поставщикам, подрядчикам, работникам или бюджету в короткие сроки поменять рисковую часть (обанкротив предыдущую) и продолжить ведение деятельности, не утрачивая активы. Это свидетельствует о том, что контроль и над рисковой, и над безрисковой частями бизнеса осуществлялся из одного центра.

При этом получение выгоды при такой бизнес-модели может осуществляться разными путями (а также их комбинацией): 

- недостаточной (тонкой) капитализацией, когда вклад в уставный капитал вносится не как вклад, а оформляется в виде гражданско-правовых договоров (займа, аренды основных средств и т.п.), соответственно, выплаты по таким договорам при определенных условиях можно считать получением дивидендов от деятельности; 

- применением такого ценообразования внутри группы, которое позволяет контролировать размер выручки, получаемой рисковой частью, обеспечивая ее поступление фактически на грани себестоимости, а всю прибыль выводить на безрисковую часть; 

- применением такого движения товарного (материального) потока внутри группы, которое позволяет контролировать размер добавленной стоимости на безрисковой составляющей, сводя ее и, как следствие, налоговую нагрузку практически к нулю, и выводить всю добавленную стоимость на рисковую составляющую.

Примерами - характеристиками рисковой части могут быть: 

- ведение производственной деятельности, которая дает основную добавленную стоимость на арендованных основных средствах и (или) на давальческом сырье и материалах; 

- ведение торговой деятельности через технические компании, на которые ложится вся налоговая нагрузка на маржинальный доход от закупки товара группой компаний и ее реализации за пределы группы компаний конечным покупателям. 

Поэтому полученной выгодой, например, может считаться ситуация, когда фактическая экономия возникает на оплате поставщикам, подрядчикам, персоналу налогов, а выгоду при этом получает та компания (группа связанных компаний), которая выпускает товар на рынок, имея для этого соответствующие возможности (складские и/или торговые помещения, транспортные средства, персонал и т.п.), в том числе оформленные на разных членов группы.

В рассматриваемом случае, ответчиками выбрана недобросовестная модель ведения бизнеса, заключающаяся в создании ситуации, при которой должник не может исполнить свои обязательства.

Какие-либо убедительные причины избрания подобной модели ведения бизнеса лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности, не раскрыты.

При таких обстоятельствах, с учетом изложенного, исходя из приведенных положений и разъяснений, фактических обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что  ФИО3, ФИО1 и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующее в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость» являются бенефициарами строительства ЖК «Сочи» (выгодоприобретателями) и контролирующими должника лицами, применительно к положениям Закона о банкротстве.

То обстоятельство, что ФИО3 и ФИО1 за четыре года до возбуждения дела о банкротстве должника фактически перестали быть его участниками, а  ФИО3 директором, с учетом того, что к указанному моменту бизнес-схема была реализована и получена прибыль от ее реализации, не освобождает их от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Фактически в корпоративной группе была реализована бизнес-модель, в которой должник отстранен от прибыли (выручки) от осуществляемой им деятельности.

Несмотря на то, что получение дохода ниже объективного потенциала прибыли от производственной деятельности (либо неполучение дохода) само по себе не является незаконным и находится в сфере ведения органов управления корпорации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2012 № 8989/12), с точки зрения законодательства о банкротстве такая деятельность приобретает недобросовестный характер в момент, когда она начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки, либо не поступают вообще.

Такую деятельность, вопреки доводам ответчиков, нельзя признать добросовестной, поскольку она причиняет вред независимым кредиторам и создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы. В данном случае преимущества контролирующих должника лиц выразились в отсутствии обязанности нести ответственность за недостатки строительства, возложенные полностью на должника ООО «Интерстеп» в отсутствие у него каких-либо средств, позволяющих рассчитаться как перед независимыми, так и с аффилированными кредиторами.

Поскольку описанная бизнес-модель выходит за пределы предпринимательского риска и подтверждает подобное злоупотребление корпоративной формой, суд первой инстанции обоснованно признал доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 29.11.2001 № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» управляющая компания в рамках доверительного управления паевым инвестиционным фондом вправе также выступать ответчиком по искам в суде в связи с осуществлением деятельности по доверительному управлению.

Сам паевой инвестиционный фонд в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ФЗ об инвестиционных фондах юридическим лицом не является, а, следовательно, процессуальной дееспособностью в смысле части 2 статьи 43 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не обладает.

Вместе с этим пунктом 2 статьи 16 ФЗ «Об инвестиционных фондах» установлено, что долги по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд, погашаются за счет этого имущества. В случае недостаточности имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, взыскание может быть обращено только на собственное имущество управляющей компании.

Следовательно, ответчиком по искам, вытекающим из доверительного управления имуществом паевого инвестиционного фонда, выступает управляющая компания (как доверительный управляющий паевым инвестиционным фондом).

В случае удовлетворения иска требование погашается за счет имущества фонда.

Следовательно, в связи с признанием доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», действующего в качестве доверительного управляющего комбинированным закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость», соответствующие требования подлежат погашению за счет имущества комбинированного закрытым паевым инвестиционным фондом «Гринвич – жилая недвижимость».

Поскольку к настоящему времени расчеты с кредиторами за счет конкурсной массы не завершены, определить точный размер субсидиарной ответственности невозможно, вследствие чего производство по рассмотрению настоящего заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Заявление ответчиков о пропуске конкурсным управляющим объективного десятилетнего срока исковой давности, предусмотренного пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правомерно было отклонено судом первой инстанции.

С рассматриваемым требованием конкурсный управляющий обратился  в арбитражный суд 28.05.2024, то есть до признания должника несостоятельным (банкротом).

Ответчики, определяя момент начала течения объективного срока исковой давности, исходят из даты подписания договора участия в инвестировании строительства № 01/2014 от 14.03.2014 между ООО «Интерстеп» и ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», а также из даты получения должником права на аренду земельного участка (30.08.2007), что в рассматриваемом случае не является правильным.

Так, реализуя задуманную бизнес-модель, ответчики последовательно наделяли должника денежными средствами для строительства, изменяя при этом размер финансирования, вознаграждения и объем площадей0 переходящих  ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп».

Размер денежного вознаграждения ООО «Интерстеп» как застройщика был установлен лишь 05.11.2015 дополнительным соглашением №6, и неоднократно претерпевал изменения и окончательно зафиксирован дополнительным соглашением №11 от 07.02.2017.

Равным образом, размер инвестиционного взноса ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» менялся с 683 079 549,00 руб. до 1 346 420 273,00 руб. и в конечном итоге был урегулирован лишь дополнительным соглашением к договору № 12 от 30.03.2017.

Это же касается объема передаваемых ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп» жилых помещений (изменялся с 22 429,95 кв.м. до 35 043,55 кв.м., дополнительное соглашение № 4 от 06.11.2014). 

Судьба нежилых помещений путем их продажи должником ООО «Управляющая компания «ИТС-Групп», сама стоимость такого приобретения определены лишь 30.10.2015.

При таких обстоятельствах, реализация данной бизнес-модели завершилась с подписанием последнего дополнительного соглашения - 30.03.2017. Соответственно, исчисление 10-летнего срока исковой давности в любом случае следует производить не ранее указанной даты.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также считает верными выводы суда первой инстанции о невозможности применения к рассматриваемым правоотношениям положений пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве о возможности подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в 10-летний срок со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности, поскольку соответствующий срок является нормой материального права, обратной силы действия которой во времени не предусмотрено.

Также является верным и вывод суда первой инстанции о том, что к рассматриваемым правоотношениям не могут быть применены положения пункта 2 статьи 196 ГК РФ, поскольку в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 58 Постановления № 53 сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом с учетом применения к рассматриваемым правоотношениям статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134- ФЗ, объективный срок исковой давности ограничен тремя годами с момента признания должника несостоятельным (банкротом) и конкурсным управляющим не пропущен.

Доводы апеллянтов, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При этом заявители апелляционной жалобы приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Указания заявителя жалобы на то, что в обжалуемом определении отсутствуют мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку из материалов дела усматривается, что суд первой инстанции исследовал представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений документы и принимал решение на основании всех представленных по делу доказательств. При этом, само по себе отсутствие в обжалуемом определении ссылок на все представленные в материалам дела доказательства не свидетельствует об отсутствии их анализа и оценки и не указывает на то, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения заявления должника, не исследованы.

С учетом изложенного, основания для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют. Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на апеллянтов.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 декабря 2024 года по делу № А60-38446/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.С. Шаркевич 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

М.А. Чухманцев