422/2022-9644(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Тюмень Дело № А46-14205/2016  

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 24 февраля 2022 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Лаптева Н.В.,  

судей Бедериной М.Ю.,  ФИО1 – 

при ведении протокола с использованием средств видеоконференц-связи  помощником судьи Котельниковой В.К. рассмотрел в судебном заседании  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торес»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «Торес»)  и ФИО2 на постановление Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 22.11.2021 (судьи Зорина О.В., Брежнева О.Ю.,  Котляров Н.Е.) по делу № А46-14205/2016 Арбитражного суда Омской области  о несостоятельности (банкротстве) ФИО3  (ИНН 

<

***>; далее также – должник), принятое по жалобе общества  «Торес», ФИО2, ФИО4  на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 (далее также – управляющий).  

С участием третьих лиц: некоммерческого партнёрства «Центр  финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса»,  Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра  и картографии по Омской области.  

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии  Арбитражного суда Омской области (судья Беседина Т.А.) в заседании  участвовали: арбитражный управляющий ФИО5 и её представитель  ФИО6, а также представители: общества «Торес» – ФИО7  по доверенности от 12.01.2021, ФИО2 – ФИО8  по доверенности от 13.01.2022.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве ФИО3 общество «Торес», ФИО2,  ФИО4 обратились с жалобой на действия (бездействие) финансового  управляющего ФИО5, выразившееся в:  

несвоевременном включении доли должника в уставном капитале  общества с ограниченной ответственностью «Градстрой» (далее – общество  «Градстрой») в конкурсную массу, что повлекло негативные последствия  для имущественных интересов кредиторов и заявителей;  

непринятии достаточных мер по выявлению имущества должника в деле  о банкротстве в период до 11.05.2017 (с учётом уточнений).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 16.11.2020,  оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 27.01.2021, в удовлетворении жалобы общества  «Торес», ФИО2 отказано; производство по жалобе ФИО4  прекращено.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа  от 09.04.2021 определение арбитражного суда от 16.11.2020 и постановление  апелляционного суда от 27.01.2021 отменено, обособленный спор направлен  на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении, определением арбитражного суда  от 09.08.2021 признано незаконным бездействие финансового управляющего  ФИО5, выраженное в непринятии достаточных мер по выявлению  имущества должника в деле о банкротстве в период до 11.05.2017,  как нарушающее пункт 4 статьи 20.3, статьи 129, 213.9 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве).  

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда  от 22.11.2021 определение арбитражного суда от 09.08.2021 отменено,  в удовлетворении заявления отказано.  

Общество «Торес» и ФИО2 обратились с кассационной жалобой,  в которой просят отменить постановление апелляционного суда от 22.12.2021,  оставить в силе определение арбитражного суда от 09.08.2021.  

В кассационной жалобе приведены доводы о том, что выводы суда  апелляционной инстанции об отсутствии нарушений закона, имущественных  прав должника и кредиторов бездействием финансового управляющего  ФИО5 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

В обоснование кассационной жалобы, кассаторы указывают на то,  что договор уступки между сторонами не заключался, переход права  и дальнейшее установление процессуального правопреемства основано  на доводах постановления апелляционного суда от 17.08.2020, где суд  по собственному усмотрению без учёта воли сторон применил к фактически  сложившимся между сторонами отношениям положения об универсальном  правопреемстве; суд апелляционной инстанции, установив длительное  умышленное бездействие управляющего в процедуре банкротства, не связывает  данное обстоятельство с утратой заявителей прав на получение мораторных  процентов, которые могли быть удовлетворены за счёт реализации прав  требований, принадлежащих должнику, вопрос о включении которых  в конкурсную массу должника находился исключительно в зависимости  от добросовестности деятельности управляющего в процедуре, лишив,  заявителей прав на судебную защиту, применив принцип эстоппеля.  

По мнению общества «Торес» и ФИО2, суд апелляционной  инстанции в нарушение части 6.1 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) без перехода рассмотрения  дела по правилам первой инстанции, откладывал судебные заседания,  для истребования дополнительных документов и запросов, а также дополнений  сторон.  

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий  ФИО5 возражала против доводов общества «Торес» и ФИО2,  

согласилась с выводами апелляционного суда об отсутствии незаконных  действий (бездействия), нарушений прав заявителей, которые допустили  противоречивое поведение, просила оставить без изменения постановление  апелляционного суда.  

В судебном заседании управляющий ФИО5 и представители  участвующих в деле лиц поддержали свои доводы и возражения.  

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ,  правильность применения судами норм материального права и соблюдение  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся  в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит  оснований для удовлетворения кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением  арбитражного суда от 13.10.2016 возбуждено производство по делу  о несостоятельности (банкротстве) ФИО3  

Решением арбитражного суда от 11.11.2016 ФИО3 признан  несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5  

Определением арбитражного суда от 31.01.2017 в третью очередь реестра  требований кредиторов должника включено в требование общества «Торес»  в сумме 4 170 176,80 руб., из которых: 2 700 000 руб. основного долга,  1 454 253,30 руб. процентов.  

Определением арбитражного суда от 22.03.2017 требование ФИО2  в размере 1 287 800 руб., из которых: 1 257 800 руб. основного долга,  30 000 руб. пени, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению  за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований  кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов должника.  

Определением арбитражного суда от 11.05.2017 процедура реализации  имущества в отношении ФИО3 завершена, должник освобождён  от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением  требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Закона  о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали  

и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении  реализации имущества гражданина.  

Постановлением апелляционного суда от 19.07.2017 определение  арбитражного суда от 11.05.2017 отменено в обжалуемой части, принят новый  судебный акт, согласно которому завершена процедура реализации имущества  в отношении ФИО3, должник освобождён от дальнейшего исполнения  требований кредиторов, за исключением требований кредиторов,  предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, требований,  о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту  принятия определения о завершении реализации имущества гражданина,  а также за исключением требования общества «Торес», признанного  обоснованным определением арбитражного суда от 31.01.2017 по настоящему  делу.  

Управляющий 11.06.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением  о пересмотре определения о завершении процедуры реализация имущества  по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с выявлением трёх договоров  уступки права требования к обществу «Градстрой», заключённых между  ФИО3 и ФИО4  

Решением арбитражного суда от 12.08.2019 определение арбитражного  суда от 11.05.2017 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.  

Определением арбитражного суда от 12.08.2019 возобновлено  производство по делу о банкротстве.  

Управляющим 11.09.2019 получен ответ из Федеральной налоговой  службы (инспекции № 12 по Омской области) о том, что ФИО3  является учредителем общества «Градстрой», сведения отражены в его отчёте.  

Финансовый управляющий ФИО5 04.10.2019 обратилась  в арбитражный суд с заявлением к обществу «Градстрой» об оспаривании  договоров уступки права требования на объекты долевого строительства  от 30.04.2014, заключённых между ФИО3 и ФИО4  по соответствующим договорам на участие в долевом строительстве  административно-торгового комплекса (от 10.08.2010 и 08.10.2012).  

ФИО4 18.03.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением  о намерении погасить требования кредиторов к должнику, включённые в реестр  требований кредиторов ФИО3 и признанные судом обоснованными  и подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося  после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр  требований кредиторов должника.  

После погашения их требований ФИО4, общество «Торес»  и ФИО2 07.05.2020 обратились в арбитражный суд с заявлениями  о прекращении производства по настоящему делу в связи с погашением  их требований к должнику в полном объёме и отсутствием у них каких-либо  претензий к ФИО3  

Определением арбитражного суда от 02.06.2020 заявление удовлетворено –  ФИО4 обязан в срок не позднее 09.06.2020 произвести гашение  требований: общества «Торес» в размере 4 154 253,30 руб., ФИО2  в размере 1 287 800 руб., уполномоченного органа в размере 5 748,11 руб.  

Постановлением апелляционного суда от 17.08.2020 определение  арбитражного суда от 02.06.2020 отменено, в удовлетворении заявления  ФИО4 о намерении погасить требования к ФИО3 отказано  в связи с тем, что заявитель нарушил процедуру удовлетворения требований  кредиторов третьим лицом, предусмотренную статьёй 113 Закона о банкротстве  (погашение требований кредиторов было осуществлено ФИО4  до обращения в арбитражный суд с заявлением о намерении погасить таковые).  

Определением арбитражного суда от 15.09.2020, оставленным  без изменения постановлением апелляционного суда от 18.12.2020, заявление  финансового управляющего об оспаривании сделок оставлено  без удовлетворения в связи с пропуском ФИО5 срока исковой  давности обращения в арбитражный суд с соответствующим заявлением.  

Оставляя без изменения указанные судебные акты определением  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.03.2021 и определением  Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2021, суды пришли к выводу,  что пропуск ФИО5 срока исковой давности материалами дела  достоверно не подтверждается, при этом в условиях погашения требований  

всех кредиторов должника ФИО4 у таковых не имеется интереса  в оспаривании соответствующих сделок, единственным лицом, имеющим такой  интерес, может быть при определённых обстоятельствах признан  ФИО3, который пропустил срок исковой давности.  

Определениями арбитражного суда от 19.11.2020 в порядке  процессуального правопреемства произведена замена кредиторов общества  «Торес» и ФИО2, требования которых включены в третью очередь  реестра требований кредиторов должника, правопреемником ФИО4  

Действия ФИО4 по погашению задолженности ФИО3  перед обществом «Торес» и ФИО2 и действия последних  по принятию исполнения от ФИО4 за ФИО3 квалифицированы  вступившими в законную силу постановлением Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 17.08.2020, определениями Арбитражного суда Омской  области от 19.11.2020 как состоявшаяся между ними уступка требований  (цессия).  

Впоследствии в материалы дела от ФИО4 поступило ходатайство  об отказе от требований к ФИО3 и прекращении производства  по делу, в связи с чем определением арбитражного суда от 10.12.2020  процедура реализации имущества ФИО3 завершена, должник  освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов,  за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5  статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых  кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения  о завершении реализации имущества гражданина.  

Ссылаясь на несвоевременное включение в конкурсную массу доли  в уставном капитале общества «Градстрой», а также на непринятие мер  по выявлению имущества, принадлежащего должнику в период с 11.11.2013  по 07.12.2016 на основании договоров долевого участия в строительстве,  посредством надлежащего формулирования запроса в регистрирующий орган  относительно наличия у ФИО3 прав на участие в долевом  строительстве объектов недвижимого имущества, что повлекло за собой  причинение материальный ущерб в виде неполучения мораторных процентов,  

в связи с погашением задолженности третьим лицом, общество «Торес»,  ФИО2 и ФИО4 обратились в арбитражный суд с настоящей  жалобой.  

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции учитывая отсутствие  в материалах дела доказательств обращения финансового управляющего  в Управление государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской  области с запросом, сформулированным в части предоставления по должнику  сведений относительно наличия у должника прав участия в долевом  строительстве объектов недвижимого имущества для полноценного выявления  всего комплекса имущества, которым обладал должник, исходил из того,  что длительное бездействие финансового управляющего, имеющее своей целью  скрыть наличие имущества должника, привело к утрате права кредиторов  на получение мораторных процентов, которые могли быть удовлетворены  за счёт реализации прав требований, принадлежащих должнику,  вопрос включении которых в конкурсную массу находился в зависимости  от добросовестности деятельности управляющего в процедуре.  

Отменяя определение арбитражного суда, суд апелляционной инстанции  пришёл к выводу о том, что в рамках настоящего дела общество «Торес»,  ФИО2 и ФИО4 не имеют имущественных притязаний  к ФИО3, в том числе в части уплаты мораторных процентов,  поскольку требования общества «Торес» и ФИО2 к должнику (в том  числе в части мораторных процентов) перешли к ФИО4, который после  осуществления судом первой инстанции процессуального правопреемства  отказался от требований в полном объёме, что привело к завершению  проводимой в отношении ФИО3 процедуры реализации имущества  гражданина и освобождению должника от дальнейшего исполнения  обязательств, в том числе перед ФИО4; по состоянию на 07.05.2020  общество «Торес» и ФИО2 не считали оспаривание договоров уступки  с ФИО4 целесообразным, на признании их недействительными для  целей пополнения конкурсной массы должника не настаивали, на выплату  им мораторных процентов не претендовали, напротив, считали необходимым  производство по настоящему делу прекратить, а потому поведение указанных  

лиц, настаивающих на незаконности действий (бездействия) ФИО5,  в рамках настоящего спора противоречит предшествующему процессуальному  поведению.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции  исходил из следующего.  

В рассматриваемом случае действия ФИО4 по погашению  задолженности ФИО3 перед обществом «Торес» и ФИО2,  и действия последних по принятию исполнения от третьего лица за должника  квалифицированы вступившими в законную силу постановлением  апелляционного суда от 17.08.2020, определениями арбитражного суда  от 19.11.2020, как состоявшаяся между указанными лицами уступка права  требования (цессия). Соответственно, требования об уплате мораторных  процентов в рамках настоящего дела, как непосредственно связанные  с основными требованиями, следует считать перешедшими от общества  «Торес» и ФИО2 к ФИО4, который после осуществления судом  первой инстанции процессуального правопреемства отказался от требований  в полном объёме. При этом отсутствуют доказательства наличия соглашения  между указанными лицами об оставлении права требования мораторных  процентов к ФИО3 за первоначальными кредиторами.  

Апелляционный суд сделал выводы об отсутствии у общества «Торес»  и ФИО2 требования к ФИО3 мораторных процентов,  нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего  ФИО5 их прав.  

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим  обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам  права.  

На основании пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении  процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий  обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов  и общества.  

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного  управляющего прав и законных интересов кредиторов, представителя  

учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества  должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в арбитражном  процессе по делу о банкротстве, они вправе обжаловать действия (бездействие)  арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном  статьёй 60 Закона о банкротстве.  

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного  управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим  образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного  или неразумного поведения арбитражного управляющего и нарушение данным  поведением прав и законных интересов кредитора, а арбитражный  управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом  поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона,  добросовестности и разумности.  

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми  неправомерными или недобросовестными, или неразумными действиями  (бездействием) действительно нарушены какие-либо права и законные  интересы подателя жалобы.  

Поскольку суд апелляционной инстанции установил, что права и законные  интересы общества «Торес», ФИО2, ФИО4 не нарушены  действиями (бездействием) финансового управляющего ФИО5,  в удовлетворении жалобы указанных лиц отказано правомерно.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.  

Законность действий (бездействия) финансового управляющего, наличия  (отсутствие) вреда имущественным правам кредиторам и должника  устанавливаются судом первой и апелляционной инстанций путём оценки  представленных в дело доказательств и доводов участвующих в деле лиц.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора апелляционным судом  дана надлежащая оценка действиям (бездействию) управляющего  относительно нарушения прав заявителей на предмет их соответствия  как общим требованиям разумности и добросовестности, так и специальным  нормам, определяющим круг полномочий арбитражного управляющего  и порядок их осуществления.  

Фактические обстоятельства установлены судом апелляционной  инстанции в результате полного и всестороннего исследования имеющихся  в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71  АПК РФ, нарушений норм процессуального права не допущено.  

Несогласие заявителей кассационной жалобы с оценкой обстоятельств  дела и иное толкование ими положений действующего законодательства  не являются основанием для отмены обжалованных судебных актов  в кассационном порядке.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021  по делу № А46-14205/2016 Арбитражного суда Омской области оставить  без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев  со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий Н.В. Лаптев  

Судьи М.Ю. Бедерина 

 ФИО1