50/2023-117832(1) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-26864/2018

город Ростов-на-Дону

01 декабря 2023 года

15АП-16341/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 01 декабря 2023 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Долговой М.Ю., судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

от ФИО2: представитель ФИО3 по  доверенности от 08.06.2023,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 17.09.2023 по делу  № А53-26864/2018 

о признании недействительной сделки супруги должника и применении последствий  недействительности сделки,  

по заявлению финансового управляющего ФИО4,  ответчик: ФИО5,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6  (ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6  (далее – должник) финансовый управляющий ФИО4  обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании  недействительной сделкой платежей, совершённых супругой должника ФИО2 в пользу ФИО5 09.09.2019 на сумму  

365 000 руб., 15.01.2020 на общую сумму 200 000 руб., а также процентов за пользование  чужими денежными средствами.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.09.2023 по делу   № А53-26864/2018 признано недействительной сделкой перечисление со счета  ФИО2 на счет ФИО5 совершённые  09.09.2019 на сумму 365 000 руб., 15.01.2020 на общую сумму 200 000 руб. Применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5  в конкурсную массу ФИО6 282 500 руб. С ФИО5 в конкурсную массу ФИО6 взысканы проценты за  

пользование чужими денежными средствам, подлежащие начислению на сумму долга по  ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с момента  вступления в законную силу определения до фактического погашения задолженности.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обжаловала определение суда первой инстанции от 17.09.2023 в порядке,  предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал оценки  доводам о том, что ФИО5 является руководителем ООО «Триумф»,  которая осуществляла строительные работы в арендуемом должником доме в Московской  области. Податель жалобы указывает, что размер перечисления не выходит за пределы  хозяйственной деятельности должника. Срок исковой давности пропущен.  

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО4 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения,  апелляционную жалобу – без изменения.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал  доводы апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не  подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «БиС  Консалтинг» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о  признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.09.2018 заявление  принято к производству суда, возбуждено производство по делу.  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации  имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7  

Информация о введении процедуры реализации имущества гражданина  опубликована в газете «КоммерсантЪ» № 217 от 24.11.2018.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 финансовым  управляющим утвержден ФИО4  

При выполнении своих обязанностей финансовый управляющий установил, что  09.09.2019, 15.01.2020 супругой должника - ФИО2 на  банковский счет ФИО5 перечислены денежные средства в размере  365 000 руб. и 200 000 руб. соответственно.  

Полагая, что в результате совершения супругой должника сделок по перечислению  денежных средств в пользу ответчика на общую сумму 565 000 руб. должнику причинен  имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые  могли участвовать в формировании конкурсной массы, финансовый управляющий  ФИО4 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с  заявлением о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным  пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)».  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц,  участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование,  обоснованно приняв во внимание нижеследующее.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы  X Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются  главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного  Федерального закона.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в названном Законе.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с  недвижимостью).  

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3  названого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей  инициативе.  

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки,  совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по  основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32  Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых  наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса  Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом  супругов.  

Как следует из материалов дела, 17.10.2017 ФИО6 и  ФИО8 заключили брак, о чем в тот же день  составлена актовая запись № 753.  

Брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 4 Неклиновского  судебного района Ростовской области от 19.06.2020.  

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника 09.09.2019,  15.01.2020, после принятия судом заявления о признании должника банкротом  (21.09.2018) и введения процедуры реализации имущества в отношении должника  (13.11.2018).  

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности,  любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения  обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного  исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

На момент совершения оспариваемой сделки в отношении должника было  возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), что свидетельствует о  неплатежеспособности должника.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, брак между должником и  ФИО8 зарегистрирован 17.10.2017.  

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника 09.09.2019,  15.01.2020, после введения процедуры реализации имущества в отношении должника  (13.11.2018).  

Сведений о том, что супругами был произведен раздел совместно нажитого  имущества или о том, что брачным договором между ними установлен иной режим этого  имущества, сторонами не представлено, такие доводы не заявлены.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве в деле о  банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное  имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу на праве общей  собственности. Распределение выручки от реализации общего имущества супругов  зависит от того, включены в реестр требований кредиторов только личные обязательства  супруга-должника либо совокупность его личных обязательств и общих обязательств  обоих супругов. Однако различия заключаются в том, что в первом случае супруг  получает в деньгах стоимость общего имущества супругов, приходящуюся на его долю;  во втором случае выручка, приходящаяся на долю супруга, дополнительно уменьшается  на сумму, необходимую для покрытия общих долгов супругов.  

Таким образом, при несостоятельности одного из супругов погашение долговых  обязательств в любом случае осуществляется и за счет общего имущества супругов.  

При обращении с настоящим заявлением финансовым управляющим было указано  следующее.  

Согласно банковской выписке по счету супруги должника, 09.09.2019, 15.01.2020  ФИО2 произвела перечисления денежных средств в пользу ФИО5 на  общую сумму 565 000 руб.  

Назначение платежей отсутствует. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации,  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.  Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь  либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (пункт 2 статьи 34  Семейного кодекса Российской Федерации).  

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов),  относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской  деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии,  пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого  назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в  связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и  другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих  доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в  капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и  любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя  кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены  денежные средства.  

В том числе к общему имуществу супругов относится заработная плата,  полученная одним из супругов во время брака, но перечисленная ему работодателем в  период после прекращения брака (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022).  

Указанная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.10.2021 № 5-КГ21-101-К2, Апелляционном  определении Московского городского суда от 14.11.2022 по делу № 33-44975/2022.  

Таким образом, доходы от трудовой деятельности каждого из супругов относятся к  имуществу, нажитому ими во время брака. То есть это их совместная собственность.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской  Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной  собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого  имущества.  

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе  общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов  признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.  

Применительно к рассматриваемому случаю, в материалах дела отсутствует  соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов, судебный акт,  вступивший в законную силу о разделе совместно нажитого имущества супругов. Также  отсутствуют доказательства заключения между должником и ФИО2 брачного договора.  

Ввиду чего, доли супругов в отношении имущества, включая денежные средства,  полученные, в том числе от трудовой деятельности одного из супругов, признаются  равными.  

Поскольку спорные денежные средства, согласно представленным выпискам, были  получены ФИО2 в период брака с должником и доказательств установления в  отношении них режима раздельной собственности супругов не представлено, указанные  денежные средства считается общим имуществом супругов, которым они обладают в  равных долях.  

Из материалов дела следует, что с 17.10.2017, должник ФИО6 состоял в  зарегистрированном браке с ФИО2, соответственно, оспариваемые сделки по  перечислению денежных средств были совершены ею в период брака с должником в  отношении совместно нажитого имущества, иного не доказано.  

Таким образом, поскольку сделка по отчуждению общего имущества должника и  его супруги, совершенная супругой должника, затрагивает имущественные интересы  кредиторов, справедливо рассчитывающих на погашение своих требований и за счет  общего имущества, она может быть оспорена в рамках дела о банкротстве как  подозрительная.  

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 для признания сделки  недействительной не требуется установление наличие признаков неплатежеспособности у  

должника, а также осведомленности контрагента по сделке, единственным достаточным  основанием для признания договора недействительным является установление факта  неравноценности встречного предоставления.  

Оспаривая сделку, финансовый управляющий сослался на то, что супруга  должника перечислила в пользу ответчика денежные средства в общей сумме 565 000 руб.  в отсутствие встречного исполнения.  

Учитывая, что в обоснование предъявленного заявления финансовый  управляющий ссылается на перечисление денежных средств в размере 565 000 руб. в  отсутствии оснований для совершения таких операций, по данному спору юридически  значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством является вопрос о получении  встречного предоставления со стороны ответчика.  

В суд первой инстанции бывшая супруга должника - ФИО2 представила  отзыв, в котором указала, что ФИО5 является руководителем строительной  компании «Триумф», которая выполняла внутренние и внешние ремонтные работы.  

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2023  предложено ФИО5 пояснить цель получения денежных средств,  доказательства встреченного предоставления.  

Вместе с тем, доказательств наличия гражданско-правовых отношений между  ответчиком и должником или его супругой не представлено. Доказательств оказания  услуг также не представлено.  

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены  определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными  доказательствами.  

В суд первой и апелляционной инстанции лицами, участвующими в деле, не  представлено доказательств в обоснование равноценности встречного предоставления по  оспариваемым перечислениям. Доказательств наличия гражданско-правовых отношений  между ответчиком и должником не представлено.  

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий  совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые платежи  произведены в отсутствие каких-либо оснований, что свидетельствует о неравноценности  встречного предоставления.  

Совершение данной сделки фактически является действием, направленным на  предотвращение возможности обращения взыскания кредиторов на совместно нажитое  имущество.  

Таким образом, супругой должника произведены платежи без предоставления  встречного исполнения обязательств.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от  03.02.2022 № 5-П, сам факт неравноценного встречного исполнения обязательств, т.е., в  частности, установленного судом, рассматривающим иск о признании сделки  недействительной, существенного превышения рыночной стоимости переданного  должником имущества над стоимостью полученного им встречного предоставления,  определенной с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств, в контексте начавшейся процедуры банкротства (либо принятия мер по  предупреждению банкротства), по существу, означает, что имущество должника  уменьшилось, а другая сторона такой сделки получила имущественную выгоду в ущерб  интересам кредиторов.  

В результате совершения безвозмездной сделки должником утрачено имущество -  его доля в совместно нажитом с супругой имуществе (денежные средства), что  значительно ухудшило его имущественное положение.  

Таким образом, Подольская Анастасия Сергеевна, состоя в браке с должником, не  могла не понимать смысл осуществления оспариваемых платежей в отсутствие  встречного предоставления, располагала всей необходимой информацией о состоянии дел  супруга, в отношении которого была введена процедура банкротства, что само по себе  достаточно для того, чтобы квалифицировать оспариваемые финансовым управляющим  платежи, в качестве недействительных сделок по смыслу положения части 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что оспариваемая сделка не может  быть отнесена к сделкам совершенным в рамках обычной хозяйственной деятельности,  ввиду следующего.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче  имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на  основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного Федерального закона, если цена  имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или  размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости  активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за  последний отчетный период.  

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении того, была ли сделка  совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует  учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим  основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого  должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности,  с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся  обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата  ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг,  платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по  общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой,  предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими  причинами досрочный возврат кредита.  

Для правильного разрешения вопроса о совершении сделки в процессе обычной  хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены  сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о  недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности,  согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности,  располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения  расчетов с другими кредиторами.  

Платежи совершены для ответчика безвозмездно, в отсутствие какого-либо  встречного предоставления; доказательства того, что супруга должника, совершив  платежи, или должник получил от ФИО5 какое-либо встречное имущественное  предоставление суду не представлено; платежи совершены после введения процедуры  реализации имущества гражданина, в условиях неплатежеспособности и недостаточности  имущества должника. Безвозмездная сделка, совершенная в состоянии объективного  банкротства должника, а тем более после признания его банкротом, не может быть  отнесена к обычной деятельности должника - гражданина.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер оспариваемых платежей  составляет менее 1 % от стоимости принадлежащего должнику недвижимого имущества,  находящегося в Швейцарии, подлежат отклонению.  

20.02.2016 должник заключил с ФИО9 соглашение о дополнительных  последствиях развода, в соответствии с которым недвижимое имущество в Швейцарии,  принадлежащее должнику, передано в собственность ФИО9  

Впоследствии указанная сделка признана недействительной определением суда от  30.12.2021 по настоящему делу. Постановлением Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 23.02.2022 по делу № А53-26864/2018 определение суда от  30.12.2021 оставлено без изменения.  

Таким образом, на дату совершения оспариваемых платежей, недвижимое  имущество в Швейцарии принадлежало ФИО9 по соглашению от 20.02.2016, а не  должнику.  

С учетом изложенного, оспариваемые сделки не могут быть отнесены к сделкам,  совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.  

Спор разрешен судом первой инстанции с учетом обстоятельств конкретного дела,  поэтому ссылка на иную судебную практику не указывает на ошибку в применении норм  права и подлежит отклонению.  

Доказательств того, что ФИО5 оказывал ремонтные работы не  представлено, оспариваемые платежи не содержат назначения платежей.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции  пришел к верному выводу о наличии оснований для признания платежей  недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой  все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в  том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано  должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед  должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в  соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.  

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент  его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости  имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Поскольку сведений о том, что между должником и ФИО2 заключен  брачный договор, материалы дела не содержат, суд первой инстанции верно  квалифицировал перечисленные денежные средства как совместную собственность  супругов.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно применил последствия  недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 ½ от перечисленных 565 000  руб., то есть 282 500 руб.  

Выводы суда соответствует правовому подходу, изложенному в постановлении  Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2023 № Ф08-12024/2022 по  настоящему делу, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от  09.02.2023 № Ф08-438/2023, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от  19.04.2022 № Ф05-6985/2022.  

Кроме того, финансовый управляющий просил о взыскании с ответчика процентов  за пользование чужими денежными средствами.  

Как указано в пункте 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в  случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной  просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов  определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие  

периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом  или договором.  

Возможность начисления процентов за пользование чужими денежными  средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве  денежного исполнения предусмотрена в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)».  

В условиях признания платежа недействительным нормы о неосновательном  обогащении (кондикции) применяются дополнительно (субсидиарно) по отношению к  правилам о реституции, что, в частности, следует из подпункта 1 статьи 1103  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, требование о взыскании процентов со ссылкой на пункт 29.1  постановления № 63 является частью реституционного требования и подлежит  рассмотрению наряду с ним в рамках одного спора.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017 № 305 - ЭС17-3817.  

Отклоняя заявление ФИО2 о пропуске срока исковой давности, суд  первой инстанции верно руководствовался следующим.  

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для  защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право  которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года.  Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо  от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении  которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об  отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2  статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина  финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи  213.32 Закона о банкротстве).  

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по  заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально  утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его  обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о  наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве.  

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о  наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении  соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине  осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то  исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание  должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении  вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для  оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  

наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности,  что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно  запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в  том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих  под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и  предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2  статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о  совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по  отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в  уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных  организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.  

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются  процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6  статьи 20.3 Закона о банкротстве).  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой  давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права,  но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность  узнать о нарушении права.  

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от  10.04.2003 № 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда  правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте  совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее  совершении. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо  оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности  быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для  признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы  принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления  гражданских прав.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан  действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Из изложенного следует, что направленность действий арбитражного  управляющего в деле о банкротстве не ограничена интересами должника, арбитражный  управляющий также в равной степени должен руководствоваться и интересами  кредиторов, и общества в целом, которые, как правило, сводятся к пополнению  конкурсной массы должника и к получению удовлетворения имущественных требований,  что становится возможным, в том числе при реализации механизмов оспаривания сделок.  

Финансовым управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию  независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), для  выявления факта совершения оспоримых сделок ему предоставляется разумный срок,  после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных  сделок недействительными.  

В течение такого срока финансовый управляющий должен принять меры к  получению от регистрирующих органов и должника документов, отражающих его  экономическую деятельность.  

На основании полученных документов провести анализ финансового состояния  должника, по итогам которого подготовить заключение, в том числе и о наличии или  отсутствии оснований для оспаривания сделок.  

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать  о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог,  

действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный  управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю  необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую,  которая может свидетельствовать о совершении сделок.  

Поэтому бездействие по неоспариванию сделок начинается не ранее момента,  когда истек разумный срок на получение информации о наличии у сделок должника  пороков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку  документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.  

Само по себе введение процедуры реструктуризации долгов гражданина не  приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли  был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки,  необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя  требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих  обстоятельств.  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой  давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с  моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о  нарушении права.  

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Ростовской области  от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим  утвержден ФИО7  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021  (резолютивная часть от 25.01.2021) арбитражный управляющий ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ввиду  наличия заинтересованности с должником. Финансовым управляющим утвержден  ФИО4  

В определении от 03.02.2021 суд пришел к выводу о доказанности  злоупотребления правом со стороны арбитражного управляющего ФИО7 и  ФИО6 при их намерении причинить вред правам и законным интересам  кредитора путем осуществления должником предпринимательской деятельности в период  рассмотрения настоящего дела, и совершение действий с целью исключения обращения  взыскания на имущество и доходы, а также с учетом попытки обойти правила об  исполнительском иммунитете, в связи с чем отстранил финансового управляющего  ФИО7  

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что срок исковой давности не может исчисляться с даты утверждения  финансового управляющего ФИО7  

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в  судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об  утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения  полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной  части.  

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления  резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры  указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 № 305- ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013.  

В связи с этим срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки  должника в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», начинает течь с 25.01.2021.  

Из информационной системы «Картотека арбитражных дел» следует, что с  заявлением о признании сделки недействительной управляющий обратился 12.05.2023.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующее.  

Финансовым управляющим оспариваются сделки не должника ФИО6, а  его бывшей супруги ФИО2  

Спорные платежи совершены ФИО2 по следующим счетам:  № 40817810580009370690, открытом в ПАО «ФК Открытие»;  № 40817810340014015138, открытом в ПАО «Сбербанк России». 

18.02.2021 финансовый управляющий обратился с ходатайством об ознакомлении с  материалами дела. Код доступа для ознакомления получен 24.02.2021.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел верному к выводу о том, что  финансовый управляющий ФИО4 действуя разумно и проявляя требующуюся от  него по условиям оборота осмотрительность, оперативно, в течение одного месяца после  назначения его финансовым управляющим принял меры к ознакомлению с выписками о  движении денежных средств по счету супруги должника.  

В силу особого характера информации о получателях платежей со счета  ФИО2 (банковская тайна, персональные данные) для истребования этой  информации финансовый управляющий обратился в суд.  

Информация истребована определением суда от 30.12.2021 по счету №  40817810580009370690 и определением суда от 14.01.2022 по счету №  40817810340014015138.  

Сопроводительными письмами от 27.07.2022 ПАО «ФК Открытие» представило  информацию, которые поступили в суд 05.08.2022.  

ПАО «Сбербанк России» представило в суд информацию 28.11.2022. 

Все обстоятельства, являющиеся основанием для оспаривания этих платежей,  стали известны финансовому управляющему ФИО4 в части платежей со счета  ПАО «ФК Открытие» не ранее 05.08.2022, а в части платежей со счета ПАО «Сбербанк  России» не ранее 28.11.2022  

В материалах дела содержалась на то время только информация УФНС по  Ростовской области о наличии у ФИО2 счетов в публичном акционерном  обществе Банк «Открытие».  

Сведений о движении денежных средств по счету № 40817810340014015138 в ПАО  «Сбербанк России» в материалах дела также не было, ранее они не запрашивались  

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий направил 730 запросов  в кредитные организации (данные о запросах и ответах указаны в отчетах финансового  управляющего), а также 72 запроса в иные органы и организации (данные также  представлены в отчетах финансового управляющего).  

Запрос в ПАО «ФК «Открытие» для получения выписки о движении денежных  средств был направлен 01.04.2021 почтовым отправлением РПО № 60307658011429 и  получен банком 05.04.2021.  

Ответ на этот запрос банка датирован 25.05.2021, направлен почтовым  отправлением РПО № 80094760729215 и получен финансовым управляющим 02.06.2021.  

Вместе с ним была представлена выписка о движении денежных средств по счету  ФИО2 № 40817810580009370690 за период с 02.10.2019 по 13.04.2021. Эта  выписка содержали более 400 операций о перечислениях денежных средств ФИО2 и не содержали сведений о получателях платежей.  

09.08.2021 после обработки информации по счету № 40817810580009370690  финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством об истребовании сведений о  получателях платежей по 373 подозрительным операциям.  

ФИО2 не представила такие сведения, в том числе, при рассмотрении в  суде спора о их истребовании. Заявление об этом было ей направлено 06.08.2021  почтовым отправлением РПО № 60300062033469, но оно вернулось невостребованным.  

В части информации о получателях платежей по счету № 40817810340014015138  первый запрос в ПАО «Сбербанк России» направлен 25.04.2021 (РПО №  80111658767316).  

Ответ на него не получен. 

Следующий запрос был направлен 19.08.2021, вместе с ответом на этот запрос (от  30.08.2021), который получен 14.09.2021 почтовым отправлением 44392759545043,  представлен диск с реестром движения средств по этому счету.  

Этот реестр представлял собой информацию о более чем 750 операциях по  перечислениях, где в графе назначение платеже указано «SBOL RU», то есть  перечисление через сервис сбербанк-онлайн.  

После обработки сведений о движении денежных средств по этому счету  16.11.2021 финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством об истребовании  сведений о получателях 114 подозрительных платежей.  

Определением от 14.01.2022 ходатайство удовлетворено.  

В ответ на это определение суда ПАО «Сбербанк России» не представило  информацию.  

В связи с неисполнением определения от 14.01.2022 финансовый управляющий  обратился в суд с заявлением о присуждении судебной неустойки, в ходе рассмотрения  которого были представлены поэтапно истребованные сведения.  

Сведений о получателе спорного платежа представлены в суд 28.11.2022. 

После того, как представлены все сведения, определением от 23.01.2023 суд  отказал в присуждении судебной неустойки.  

12.05.2023 финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд с  требованием о признании сделки недействительной.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в определении от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230 по делу N А40-125977/2013, в  соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве течение срока исковой давности  начинается с того момента, когда конкурсный управляющий реально имел возможность  узнать не только о самом факте совершения оспариваемой сделки, но и о том, на каких  условиях она совершена, чтобы определить, причинен ли вред кредиторам.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что о наличии тех или  иных платежей, совершенных супругой должника в пользу контрагентов арбитражный  управляющий должен был узнать из банковских выписок, с учетом поступивших  сведений из банка о получателях спорных перечислений.  

Вместе с тем необходимо учитывать, что само по себе совершение супругой  должника платежей, не позволяет однозначно установить факт перечисления денежных  средств с оказанием предпочтения кредитору либо с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов. Управляющему в таком случае требуется определить  все условия совершения сделки, что возможно на основании первичной документации.  

При изложенных обстоятельствах, финансовый управляющий ФИО4 не  превысил установленный годичный срок для оспаривания сделок.  

Следует отметить, что срок исковой давности не может начать течь ранее даты,  когда первый финансовый управляющий не только узнал о совершенной сделке, но и  наличии правовых оснований для ее оспаривания.  

При указанных обстоятельствах судом первой инстанции сделан правомерный  вывод о соблюдении финансовым управляющим срока исковой давности.  

Доводы апеллянта о том, что финансовый управляющий не вправе оспаривать  сделку супруги должника, подлежат отклонению.  

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела  о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным  семейным законодательством.  

Изложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, не лишает финансового  управляющего возможности в рамках дела о банкротстве должника оспаривания сделок и  доказывания всех условий недействительности сделок, совершенных его супругой, в том  числе, с денежными средствами, в отношении которых установлена их принадлежность к  совместно нажитому имуществу и которые необоснованно израсходованы ею в  противоправных целях, в отсутствие встречного предоставления.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их  обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются  судом апелляционной инстанции несостоятельными.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 17.09.2023 по делу   № А53-26864/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в  законную силу настоящего постановления.  

Председательствующий М.Ю. Долгова  

Судьи Г.А. Сурмалян  

 Н.В. Шимбарева