СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А27-14600/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 августа 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Дубовика В.С., 

судей                                                                  Камнева А.С., 

                                                                            Фаст Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой Л.С., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-4251/2025(1)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 28.05.2025 по делу №А27-14600/2023 (судья Шулик Ю.С.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (дата рождения: 22.02.1976 г., место рождения: п. Полевой Прокопьевский район Кемеровской области, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>, регистрация по месту жительства: 652648, 

<

...>), принятое по заявлению ФИО1 о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего 

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 14.06.2023, удостоверение адвоката, 

от финансового управляющего – ФИО4 по доверенности от 09.09.2022, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) ФИО1 (далее - ФИО1, апеллянт) обратился в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействия) финансового управляющего ФИО5 (далее – финансовый управляющий ФИО5). 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.05.2025 отказано в удовлетворении жалобы ФИО1

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 28.05.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы указано на противоречивость позиции финансового управляющего. Подчеркивает, что еще до формирования заключения об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства финансовый управляющий был осведомлен о получении должником 4 000 000 рублей по мировому соглашению и о покупке квартиры на сумму 3 500 000 рублей, оформленную на мать должника. Считает, что при изложенных обстоятельствах управляющий не мог прийти к выводу о добросовестном поведении должника и должен был отразить данные сведения в своем анализе. Заявитель отмечает, что 3 500 000 рублей подлежат возврату в конкурсную массу должника. Полагает, что спорная квартира не обладает исполнительским иммунитетом, поскольку она не является собственностью должника, а кроме того, в совместной собственности должника и бывшего супруга должника, находятся два объекта недвижимости. Указывает, что после получения 4 000 000 рублей должник осуществил перевод бизнеса на мать и прекратил исполнять все кредитные обязательства, что свидетельствует о преднамеренном (фиктивном) банкротстве. Отмечает, что финансовый управляющий не проверил доводы ФИО1 о том, что автомобиль Лада, оформленный на отца должника - ФИО6, фактически приобретен за счет кредитных средств реестрового кредитора должника.  Подчеркивает, что управляющий не истребовал необходимые сведения для проведения финансового анализа.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) финансовый управляющий ФИО5 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель финансового управляющего – ФИО4 настаивал на позиции, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 19.02.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

19.02.2025 ФИО1 обратился в суд с жалобой на действия (бездействия) финансового управляющего ФИО5, выраженные в:

- сокрытии имущества, денежных средств должника ФИО2; формального, незаконного составления заключения об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства; 

- сокрытия сделок аффилированных лиц должника (родителей); не принятие действий по признанию сделок недействительными; не принятие действий по возврату имущества в конкурсную массу должника; 

- составление недостоверного отчета о наличии сделок подлежащих оспариванию.

Также ФИО1 заявлено требование об отстранении арбитражного управляющего ФИО5 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения жалобы ФИО1

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг прав и обязанностей финансового управляющего определен в статье 20.3, пунктах 7 - 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия управляющего незаконными и отстранения его от исполнения возложенных на него обязанностей. При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.

Пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве предусмотрено, что арбитражный суд рассматривает жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями арбитражного управляющего.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: податель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает его права и законные интересы, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы заявителя, кредиторов и должника. 

Арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности, исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

Разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, необходимо руководствоваться разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25). По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Указанные положения подлежат учету и применению судами в отношениях, связанных с утверждением антикризисных управляющих как при банкротстве юридических лиц (главы IV, V, VI, VII Закона о банкротстве), так и в потребительском банкротстве (глава Х Закона о банкротстве).

Таким образом, арбитражный суд вправе рассмотреть вопрос об отстранении арбитражного управляющего от исполнения им своих обязанностей по собственной инициативе независимо от решения собрания кредиторов должника или требования кредитора должника.

Отстранение управляющего от исполнения возложенных на него в деле о банкротстве обязанностей является исключительной мерой ответственности, применение которой допустимо лишь в том случае, когда им в рамках рассматриваемого, либо иных дел о банкротстве допущены неоднократные грубые умышленные нарушения требований действующего законодательства либо прав и законных интересов должника/его кредиторов, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, которые в своей совокупности ставят под сомнение наличие у него должной компетентности, добросовестности и независимости и свидетельствуют об отсутствии у такого управляющего желания надлежащим образом вести процедуру банкротства в отношении должника.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию, следует учитывать, что основанием для подобного отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

В то же время в пункте 7 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 150 от 22.05.12 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» указано, что при рассмотрении ходатайств лиц, участвующих в деле, об отстранении конкурсного управляющего должно быть установлено, повлекло либо могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам.

Отстранение арбитражного управляющего является мерой защиты прав и интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве. Такая мера применяется судом в случаях, когда она будет направлена на пресечение действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения прав (ст. 12 ГК РФ).

При этом арбитражный суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении конкурсного управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными (п. 10 Информационного письма ВАС РФ № 150 от 22.05.12).

Таким образом, отстранение арбитражного управляющего должно применяться тогда, когда он показал свою неспособность к надлежащему ведению процедуры банкротства, что проявляется в ненадлежащем исполнении возложенных на него обязанностей. При этом не имеет значения, возникли такие сомнения в связи с недобросовестным предшествующим поведением управляющего либо в связи с нарушениями, допущенными им в силу неготовности к надлежащему ведению процедуры банкротства (недостаточного опыта управляющего, специфики процедуры и т.п.).

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о наличии нарушений со стороны ФИО5 при исполнении обязанностей финансового управляющего, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статье 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 20.3 (девятый абзац) Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами, и сообщать о них лицам, участвующим в деле о банкротстве, в саморегулируемую организацию, членом которой является арбитражный управляющий, собранию кредиторов и в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855 утверждены Временные правила проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства (далее - Временные правила).

В пункте 2 Временных правил установлен период проведения арбитражным управляющим проверки - не менее двух лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве.

В пункте 14 Временных правил предусмотрено, что по результатам проверки арбитражным управляющим составляется заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства включает в себя, в том числе: расчеты и обоснования вывода о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства с указанием сделок должника и действий (бездействия) органов управления должника, проанализированных арбитражным управляющим, а также сделок должника или действий (бездействия) органов управления должника, которые стали причиной или могли стать причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и (или) причинили реальный ущерб должнику в денежной форме, вместе с расчетом такого ущерба (при наличии возможности определить его величину) (подпункт «ж»); обоснование невозможности проведения проверки (при отсутствии необходимых документов) (подпункт «з»).

Согласно пункту 4 статьи 20.3, абзацу 2 пункта 7 статьи 129, пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, добросовестный финансовый управляющий должен провести анализ сделок должника, совершенных в период подозрительности (три года до даты возбуждения дела о банкротстве), в том числе действий, направленных на исполнение данных сделок, анализ движения денежных средств должника в этот же период в целях оспаривания сделок (действий) для пополнения конкурсной массы.

Обязанность по оспариванию подозрительных сделок должника относится к непосредственной компетенции арбитражного управляющего, которому установлено вознаграждение за ведение процедуры реализации имущества.

В частности, арбитражный управляющий обязан оспорить сделку должника в том случае, если из обстоятельств, сопутствующих совершению или исполнению сделки, с очевидностью для управляющего как профессионального участника дела о банкротстве следует нарушение сделкой прав должника, его кредиторов, в интересах которых и призван действовать арбитражный управляющий (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

По результатам проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника за период с 01.01.2021 по 09.02.2024 финансовым управляющим ФИО5 сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного фиктивного банкротства должника.

Согласно отзыву финансового управляющего ФИО5, он не получал по электронной почте письменные пояснения ФИО1 от 29.03.2023 о получении должником 4 000 000 рублей по мировому соглашению и о покупке квартиры на сумму 3 500 000 рублей, оформленную на мать должника; о переводе бизнеса и наращивании кредитных обязательств; о приобретении за счет кредитных средств автомобиля, оформленного на отца должника.

Доказательств направления пояснений ФИО1 в адрес финансового управляющего посредством почтовой связи в материалы дела не представлено. 

В связи с отсутствием у финансового управляющего описываемых заявителем сведений, на момент проведения и составления финансового анализа должника, такие обстоятельства и правовые выводы по ним в анализе отражены не были.

В результате анализа определения Беловского районного суда Кемеровской области от 09.02.2023 по делу № 2-3/2023 об утверждении мирового соглашения о разделе совместно нажитого имущества, финансовым управляющим сделан вывод о незаконности данного судебного акта, подготовлена кассационная жалоба на указанный судебный акт. Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 02.05.2024 по делу № 88-9777/2024 определения суда от 09.02.2023 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

О наличии оснований для выяснения имущественного положения родственников должника финансовый управляющий узнал из пояснений должника, данных в судебном заседании в феврале 2025 года. 

На момент составления финансового анализа достоверно не было установлено, передавались ли денежные средства по расписке в сумме 4 млн. руб., имелась ли у ФИО1 финансовая возможность по передаче указанной суммы.

Апелляционный суд отмечает, что в случае выявления в ходе процедуры банкротства новых обстоятельств и фактов о действиях должника, финансовый управляющий вправе скорректировать сделанные выводы и дополнить сведения, которые не были известны или имели не подтвержденный характер на момент первичного составления заключения.

Обстоятельства совершения должником действий, которые заявитель описывает как действия, направленные на вывод имущества из конкурсной массы, перевод предпринимательской деятельности на аффилированное лицо, стали известны финансовому управляющему в ходе инициированных обособленных споров по признанию недействительными сделок бывшего супруга должника ФИО1 в отношении совместного имущества.

После ознакомления с указанными обстоятельствами, финансовым управляющим были направлены запросы о предоставлении информации в адрес должника ФИО2, в адрес ее матери ФИО7

Из пояснений должника, данных в рамках рассмотрения обособленных споров (полученных уже после проведения финансового анализа, и, соответственно, эта информация не была известна и не могла быть отражена в нем), установлено, что должником по распискам были получены от бывшего супруга денежные средства в размере 4 000 000 рублей.

В связи с тем, что фактически после прекращения брачных отношений ФИО2 осталась без жилья ею было принято решение о приобретении для проживания квартиры в г. Белово. 

11.05.2023 ФИО2 была приобретена квартира по адресу: 

<

...>. Стоимость сделки составила 3 500 000 рублей (договор купли-продажи квартиры от 11.05.2023). Указанная квартира была оформлена на имя матери ФИО2 – ФИО8 по ее инициативе, однако фактически квартира является для ФИО2 единственным жильем, где она зарегистрирована и проживает на постоянной основе. 

В связи с тем, что в случае оспаривания указанной сделки, квартира будет являться для должника единственным жильем, на которое распространяется исполнительский иммунитет, такое оспаривание лишено судебных перспектив.

Следовательно, ФИО2 могла зарегистрировать имущество на себя – это не повлекло бы к изъятию квартиры. Такие действия ФИО2 не могли быть направлены на вывод (сокрытие) имущества и денежных средств.

Согласно пояснениям должника, 500 000 рублей были использованы на погашение имеющихся у ФИО2 обязательств перед физическими лицами, которые возникли в связи с необходимостью оплаты услуг адвоката, нанятого для защиты прав ФИО2 при разделе имущества, а также возникшие в ходе предпринимательской деятельности

В ответ на запрос финансового управляющего ФИО8 представлены письменные пояснения, согласно которым ФИО8, совместно с мужем, осуществляет предпринимательскую деятельность в сфере торговли, которой раньше занималась ее дочь. Подчеркивает, что предпринимательская деятельность ведется самостоятельно, ФИО8 также самостоятельно распоряжается полученной прибылью. 

Оценивая доводы апеллянта о том, что автомобиль Лада, оформленный на отца должника - ФИО6, фактически приобретен за счет кредитных средств реестрового кредитора должника, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В рамках рассмотрения обособленного спора должником даны пояснения с приложением подтверждающих документов, что автомобиль ВАЗ 2190 был приобретен ее отцом ФИО6 для личного пользования и исключительно за счет собственных накоплений (выписки по расчетным счетам ФИО6 в ПАО «Сбербанк»). 

По состоянию на 04.11.2020 на дебетовом счете № 40817810326210723389 ФИО6 находились денежные средства в размере 319 772,56 рублей. 

В связи с наличием лимита на снятие денежных средств с указанного счета (50 000 рублей в сутки), денежные средства, необходимые для заключения договора купли-продажи автомобиля, были направлены на счет «Пенсионный-плюс» № 42306810726210742563 (Сберегательная книжка), а уже с нее сняты в наличной форме в размере 315 000 рублей, после чего ФИО6 была совершена сделка по приобретению автомобиля в свою собственность и в свое единоличное пользование.

Выясняя причины заключения кредитных договоров и цели, на которые были израсходованы кредитные средства, финансовый управляющий направил соответствующий запрос в адрес должника.

Согласно пояснениям должника, кредитные денежные средства были потрачены в интересах её бывшего супруга (для решения проблем в бизнесе ФИО1, связанного с грузоперевозками); на строительство и обустройство совместного жилого дома по адресу: Беловский р-он, 

<

...>. 

С фактическим окончанием семейных отношений с ФИО1, бывший супруг оставил исполнение кредитных обязательств ФИО2

Кроме того, в период пандемии COVID-19, ФИО2 стала испытывать финансовые трудности в связи с небольшой выручкой от работы магазина, в связи с чем она была вынуждена взять новые кредитные обязательства в ПАО «Сбербанк», для погашения ранее взятого кредита в АО «Юникредит Банк». Также, часть кредитных денежных средств была потрачена на погашение задолженности по коммунальным платежам за тепловое отопление совместного дома, поскольку бывший супруг такие платежи оплачивать перестал, финансовую поддержку для погашения задолженности по таким платежам не предоставил, хотя фактически продолжал проживать в совместном доме.

Таким образом, в ходе установления фактических обстоятельств доводы ФИО1 не нашли своего документального подтверждения и соответствия объективным обстоятельствам дела.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что поведение финансового управляющего при подготовке заключений об отсутствии признаков преднамеренного банкротства, фиктивного банкротства, составлению отчета о наличии сделок подлежащих оспариванию, не может быть признано незаконным, недобросовестным или неразумным. Фактов сокрытия имущества должника, денежные средств, сделок аффилированных лиц, непринятия действий по возврату имущества в конкурсную массу не установлено. 

Принимая во внимание недоказанность самих фактов незаконных действий (бездействия) финансового управляющего, а также нарушения каких-либо прав и законных интересов ФИО1, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего. В связи с этим правовых оснований для отстранения финансового управляющего не имеется.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 28.05.2025 по делу №А27-14600/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

Председательствующий 

В.С. Дубовик

Судьи

А.С. Камнев 

Е.В. Фаст