АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1511/24 

Екатеринбург

27 июня 2024 г.

 

Дело № А60-51249/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2024 г. 

 

         Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Артемьевой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РЭК» (далее – общество «РЭК», должник) ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2023 по делу № А60-51249/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «МСТ» (далее – общество «МСТ») – ФИО4 по доверенности от 17.11.2021.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представитель конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 27.03.2023;

ФИО2 (лично, предъявлен паспорт).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.01.2022 общество «РЭК» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании договоров от 04.02.2020 № С-002/20-С и от 04.02.2020 № С-004/20-С мнимыми, задолженность должника перед обществом «МСТ» по актам от 08.12.2020 № 138 и № 139 отсутствующей.

Определением от 07.08.2023 общество «МСТ» привлечено к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика.

Определением от 26.09.2023 суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлек к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Модульные системы Торнадо» (далее – общество «Модульные системы Торнадо»). 

Конкурсный управляющий ФИО3 07.11.2023 заявил ходатайство об уточнении требований, в котором просил признать договор от 04.02.2020 № С-002/20-С, акт от 08.12.2020 № 138 и акт от 08.12.2020 № 139 мнимыми, признать отсутствующей задолженность должника перед обществом «МСТ» по акту от 08.12.2020 № 138. Уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением суда от 08.11.2023 общество «Модульные системы Торнадо» (ИНН 

<

***>) исключено из состава третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, и привлечено к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика. Указанным определением в порядке статьи 51АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Комитеплоэнерго».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судами первой и апелляционной инстанций судебными актами, конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции от 26.12.2023 и постановление апелляционного суда от 22.02.2024 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий ФИО3 в кассационной жалобе выражает несогласие с выводами судов относительно фактического срока выполнения работ заинтересованными лицами для общества с ограниченной ответственностью «Воркутинские ТЭЦ» (далее – общество «Воркутинские ТЭЦ») в интересах должника; считает, что суды не дали надлежащей правовой оценки документам, представленным конкурсным управляющим, формально ограничились лишь представленными обществом «МСТ» в материалы дела копиями актов от 08.12.2020 № 138 на сумму 2 660 000 руб., от 08.12.2020 № 139 на сумму 2 660 000 руб., при этом суды не приняли доводы о том, что акты подписаны позже, чем фактически выполнены работы. 

Кассатор отмечает, что в материалы дела представлены акты формы КС2 № 111, № 112, подтверждающие сдачу работ по пуско-наладочным работам АСУ на котле № 8 от подрядчика общества «РЭК» заказчику обществу «Воркутинские ТЭЦ»; такие работы сданы в июле 2020 года, общая сумма работ по двум КС-2 составляет 3 000 000 руб. с НДС, вместе с тем аналогичные работы указаны и в акте от 08.12.2020 № 138 «Работы по наладке ПТК АСУТП для САУ котлоагрегата № 7 Воркутинской ТЭЦ-2», совпадает и цена данных работ – 2 660 000 руб., следовательно, в данном случае имеет место ситуация, при которой подрядчик (общество «РЭК») сдал заказчику (общество «Воркутинские ТЭЦ») работы по пуско-наладочным работам АСУ на котле № 8 раньше, чем принял их от субподрядной организации (общество «Модульные системы Торнадо») – в июле 2020 года (декабрь 2020 года), при этом в письме от 08.07.2021 № 50405-04-01560, адресованном в прокуратуру города «Воркута», общество «Воркутинские ТЭЦ» сообщает, что общество «РЭК» фактически перестал выполнять работы с начала ноября 2020 года, были заключены договоры на выполнение оставшихся работ по проекту с обществом с ограниченной ответственностью «Клевер» (далее – общество «Клевер») и обществом «Модульные Системы Торнадо», однако из представленных обществом с ограниченной ответственностью «Комитеплоэнерго» документов следует, что никаких работ (как основных, так и дополнительных) в декабре 2020 года общество «ВТЭЦ» от общества «РЭК» не принимало. 

Управляющий обращает внимание на то, что аналогичная ситуация складывается и с актом от 08.12.2020 № 139; в материалы дела предоставлены акты КС-2 № 97 и № 98, подтверждающие сдачу работ по пуско-наладочным работам АСУ на котле № 9 от подрядчика общества «РЭК» заказчику обществу «Воркутинские ТЭЦ», работы сданы в апреле 2020 года, общая сумма работ по двум КС-2 составляет 3 000 000 руб. с НДС; при этом данные акты подписаны 30.04.2020, следовательно, работы сданы обществом «РЭК» обществу «Воркутинские ТЭЦ» 30.04.2020, то есть снова возникает ситуация, при которой подрядчик (общество «РЭК») сдал заказчику (общество «Воркутинские ТЭЦ») работы по пуско-наладочным работам АСУ на котле № 9 раньше, чем принял их от субподрядной организации (общество «Модульные системы Торнадо») – в апреле 2020 года (декабрь 2020 года). Более того, кассатор настаивает на том, что договором между сторонами согласован план-график финансирования и выполнения работ, в соответствии с которым расчет за произведенные ПНР котла ст. № 9 Воркутинской ТЭЦ-2 на угле, а также расчет за произведенные ПНР котла ст. № 9 4 Воркутинской ТЭЦ-2 на газе оплачиваются заказчиком в течение 30 календарных дней с даты подписания акта о приемке работ, значит, срок оплаты по договору не позднее 30.05.2020, однако, акт № 139 подписан сторонами только 08.12.2020, то есть спустя длительное количество времени с даты фактического выполнения работ. 

Заявитель жалобы утверждает, что обществом «МСТ» реализована схема, целью которой является незаконное повышение очередности в реестре требований кредиторов (с третьей очереди до текущих платежей) и получение двойного вознаграждения за одни и те же выполненные работы.

ФИО2 в кассационной жалобе указывает на то, что суды уклонились от установления даты фактического выполнения работ, поименованных в актах от 08.12.2020 № 138 и № 139; не дали надлежащей правовой оценки доводам о том, что акты оформлены датами, отстающими от дат фактического выполнения работ на семь и на четыре месяца, и сделано это, по убеждению кассатора, для необоснованного повышения очередности удовлетворения требований общества «МСТ», в то же время определение очередности удовлетворения требований общества «МСТ» имеет важнейшее значение для соблюдения прав участников дела о банкротстве, в том числе в связи с тем, что в настоящий момент должник имеет непогашенную задолженность по заработной плате более 5 млн. руб., включенную в реестр требований кредиторов в составе второй очереди. 

Общество «МСТ» и общество «Модульные системы Торнадо» в отзыве на кассационные жалобы в отношении изложенных доводов возражают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Поступившие в суд округа от ФИО2 дополнения к кассационной жалобе приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом приложенные ФИО2 к дополнению документы к материалам кассационного производства не приобщаются, поскольку в силу части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда округа, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций. Фактическому возврату на бумажном носителе документы не подлежат, поскольку представлены в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284-286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает. 

При рассмотрении спора судами установлено, что между обществом «РЭК» и обществом «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 09.12.2019 № С-026/19-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 3 Воркутинской ТЭЦ 2» (пункт 1.1).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000 руб. с учетом НДС 20 %. В подтверждение выполненных работ по договору представлен акт от 28.02.2020 № 3.

Между обществом «РЭК» и обществом «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 № С-001/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 6 Воркутинской ТЭЦ 2» (пункт 1.1).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000 руб. с учетом НДС 20 %. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 09.04.2020 № 20.

Между обществом «РЭК» и обществом «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 № С-002/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 7 Воркутинской ТЭЦ 2» (пункт 1.1).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000 руб. с учетом НДС 20 %. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 08.12.2020 № 138.

Между обществом «РЭК» и обществом «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 № С-004/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 9 Воркутинской ТЭЦ 2» (пункт 1.1).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000 руб. с учетом НДС 20 %. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 08.12.2020 № 139.

В дальнейшем между обществом «Модульные системы Торнадо» и обществом «МСТ» заключено соглашение об уступке прав (требований) от 29.12.2021 № 3.

В соответствии с пунктом 1.1 соглашения цедент, руководствуясь статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), уступает, а цессионарий принимает право требования к обществу «РЭК» на общую сумму 7 640 000 руб. Цедент передает цессионарию право взыскания с должника неустойки на сумму долга, а также любых иных денежных средств, подлежащих взысканию с должника в связи с неисполнением/ненадлежащим исполнением последним финансовых обязательств по договорам от 09.12.2019 № С-026/19-С, от 04.02.2020 № С-001/20-С, от 04.02.2020 № С002/20-С, от 04.02.2020 № С-004/20-С.

Между цедентом и цессионарием подписано соглашение от 11.01.2022 № 5 о зачете встречных однородных требований, согласно которому между сторонами произведен взаимный зачет встречных однородных требований на сумму 7 640 000 руб.; зачтена задолженность общества «Модульные системы Торнадо» перед обществом «МСТ», возникшая на основании договора подряда от 10.01.2020 № С-003/20-К в сумме 6 160 000 руб. и по договору от 01.08.2018 № С-027/18-К в сумме 1 950 000 руб., задолженность общества «МСТ» перед обществом «Модульные системы Торнадо», возникшая на основании соглашения об уступке прав от 29.12.2021 № 3 на сумму 7 640 000 руб. (пункты 1, 2 соглашения).

Задолженность общества «Модульные системы Торнадо» перед обществом «МСТ» составляет 470 000 руб. (пункт 5 соглашения).

В рамках дела о банкротстве должника общество «МСТ», ссылаясь на наличие у общества «РЭК» неисполненных денежных обязательств на общую сумму 7 640 000 руб., обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности в названном размере в реестр требований кредиторов должника.

Вступившим в законную силу определением суда от 23.03.2023 требование общества «МСТ» в сумме 2 320 000 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в остальной части производство по требованию прекращено, поскольку требования кредитора признаны текущими.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением об оспаривании сделок, конкурсный управляющий ФИО3 указал на следующие обстоятельства. 

В качестве доказательства выполнения работ со стороны общества «МСТ» представлены копии договора от 04.02.2020 № С-002/20-С и акт от 08.12.2020 № 138, между тем, договор подписан только со стороны исполнителя, подпись со стороны должника отсутствует. Неоднократные просьбы о предоставлении оригиналов данных документов обществом «МСТ» игнорируются.

Работы по договору от 04.02.2020 № С-002/20-С сторонами не выполнялись, а сама сделка является мнимой и была оформлена только на бумаге, о чем, по мнению управляющего, свидетельствуют  следующие обстоятельства.

 В материалах дела имеется отзыв бывшего руководителя должника ФИО6 от 02.06.2022, в котором он указывает на то, что «несмотря на это ПНР в отношении котла № 7 также были заактированы сторонами обществом «РЭК» и обществом «Модульные системы Торнадо» (акт от 08.12.2020 на сумму 2 660 000 руб.).

Однако такой акт является мнимым, в связи с чем и не был оплачен должником (и не подлежал оплате) по следующим основаниям.

Данные работы (ПНР в отношении котла № 7) выполнены и приняты заказчиком обществом «Воркутинские ТЭЦ» от общества «Модульные системы Торнадо» по замещающей сделке. Как следует из пояснений общества «МСТ», в отношении данного вида работ заключен прямой договор с обществом «Воркутинские ТЭЦ» – этап 3 Расчета договорной цены – приложение № 2 к договору от 18.12.2020 № С-019/20-3, стоимость аналогична стоимости, согласованной ранее с должником – 2 660 000 руб.

От общества «РЭК» заказчик общество «Воркутинские ТЭЦ» данные работы не принимал, что подтверждается отсутствием соответствующего акта формы КС-2. Акт на фактически невыполненные работы подписан должником по указанию ФИО7 (бенефициар общества «Клевер», с которым заключены замещающие сделки по оставшимся работам на объекте «Воркутинские ТЭЦ»). 

Этапы ПНР с применением газа должен был выполняться обществом «РЭК» посредством привлечения субподрядчика общества «Модульные системы Торнадо», однако ПНР не выполнены в связи с расторжением договора заказчиком обществом «Воркутинские ТЭЦ». 

После одностороннего расторжения договора обществом «Воркутинские ТЭЦ» с обществом «РЭК» оставшиеся объемы, в том числе по спорным котлам – ПНР с применением угля по котлу № 7 и ПНР с применением газа по котлам № 3, № 6, № 7, № 9 выполнены обществом «Модульные системы Торнадо» на основании самостоятельного договора с обществом «Воркутинские ТЭЦ». 

Кроме того, это подтверждается отсутствием подписанных актов по форме КС-2 и КС-2 между обществом «РЭК» и обществом «Воркутинские ТЭЦ», при том, что по выполненным работам на других котлах такие акты имеются.

В подтверждение указанных доводов управляющий также ссылается на то, что в письме от 08.08.2022 № 50405-01-01300 технический директор общества «Воркутинские ТЭЦ» ФИО8 указывает на то, что «выполнение работ по договору № С-019/20-3 от 18.12.2020 в объеме ПНР АСУП котла ст. № 7 Воркутинской ТЭЦ-2 на аварийном топливе (уголь) ПНР АСУП котла ст. № 7 Воркутинской ТЭЦ-2 на основном топливе (газ), выполнялись силами специалистов общества «Модульные системы Торнадо». Таким образом, работы по ПНР котла ст. № 7 выполнены обществом «Модульные системы Торнадо» самостоятельно по отдельному (самостоятельному) договору от 18.12.2020 № С-019/20-3, о чем в своем отзыве и указывал ФИО6; а в письме от 11.10.2022 № 50405-08-01696 исполняющий обязанности технического директора – главного инженера общества «Воркутинские ТЭЦ» ФИО9 указывает на то, что «ПНР АСУТП котла ст. 7 Воркутинской ТЭЦ-2 на аварийном топливе (уголь) и ПНР АСУП котла ст. № 7 Воркутинской ТЭЦ-2 на основном топливе (газ), были приняты и оплачены в адрес общества «Модульные системы Торнадо» в полном объеме в соответствии с условиями заключенного договора»; в письме же от 08.07.2021 № 50405-04-01560, адресованном в прокуратуру города «Воркута», общество «Воркутинские ТЭЦ» сообщает, что общество «РЭК» фактически перестало выполнять работы с ноября 2020 года, были заключены договоры на выполнение оставшихся работ по проекту с обществом «Клевер» и обществом «Модульные системы Торнадо». Таким образом, общество «РЭК» не могло выполнить работы и подписать акт от 08.12.2020 № 138, так как фактически прекратило выполнение работ с ноября 2020 года.

По убеждению управляющего, поименованные обстоятельства свидетельствуют о мнимости сделки и о том, что акт от 08.12.2020 № 138 оформлен сторонами лишь для создания видимости выполненных работ, с целью неосновательного обогащения общества «МСТ» за счет конкурсной массы должника.

Работы по договору от 04.02.2020 № С-004/20-С действительно выполнены, что подтверждается соответствующими актами КС-2 от 30.04.2020 № 97 и № 98; акты подписаны 30.04.2020, следовательно, работы сданы обществом «РЭК» обществу «Воркутинские ТЭЦ» 30.04.2020.

Согласно пункту 3.2 договора выполнение работ и расчет за них осуществляется в соответствии с утвержденным сторонами планом-графиком финансирования и выполнения работ. Между теми же сторонами 04.02.2020 согласован план-график финансирования и выполнения работ, в соответствии с которым расчет за произведенные ПНР котла ст. № 9 Воркутинской ТЭЦ-2 на угле, а также расчет за произведенные ПНР котла ст. № 9 Воркутинской ТЭЦ-2 на газе, оплачиваются заказчиком в течение 30 календарных дней с даты подписания акта о приемке работ. Соответственно, срок оплаты по договору не позднее 30.05.2020, однако акт № 139 подписан сторонами только 08.12.2020, то есть спустя семь месяцев с даты фактического выполнения работ, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что акт подписан сторонами только с целью повышения очередности удовлетворения требований (процедура банкротства в отношении должника введена 19.10.2020). При этом согласно подписанным актам формы КС-2 от апреля 2020 года данные платежи попадают в третью очередь реестра кредиторов, а не в текущие, как если бы акт был подписан в декабре, после введения процедуры.

Ссылаясь на то, что в действиях общества «МСТ» имеются признаки злоупотребления правом, сделки совершены с целью обойти очередность погашения требований, и такие действия направлены на причинение вреда кредиторам должника, конкурсный управляющий ФИО3 обратится в суд с заявлением о признании договора от 04.02.2020 № С-002/20-С, акта от 08.12.2020 № 138 и акт от 08.12.2020 № 139 мнимыми сделками, признании отсутствующей задолженности должника перед обществом «МСТ» по акту от 08.12.2020 № 138. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались следующим. 

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ). 

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170ГК РФ).

 Как разъяснено в пункте 87 постановления №25 согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 постановления № 25).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 87 постановления № 25, притворная сделка – это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В рассматриваемом случае оспаривая указанные сделки, конкурсный управляющий указывает на то, что необходимость признания договора от 04.02.2020 № С-002/20-С, акта от 08.12.2020 № 138 и акт от 08.12.2020 № 139 недействительными сделками основана на том, что оспариваемые акты от 08.12.2020 № 138 и № 139 подписаны позднее с целью повышения очередности удовлетворения требований кредитора общества «МСТ», направлены на причинение вреда кредиторам должника, что является злоупотреблением правом.

По результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств суды установили, что между обществами «Модульные системы Торнадо» и «РЭК» заключены договоры подряда на наладку собственного программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-N» для систем автоматизированного управления (САУ) котлоагрегатов ст.№№ 3-9 Воркутинской ТЭЦ-2, в том числе договор подряда от 09.12.2019 № С-026/19-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 3); договор подряда от 09.12.2019 № С-027/19-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 4); договор подряда от 09.12.2019 № С-028/19-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 5); договор подряда от 09.12.2019 № С-001-20-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 6); договор подряда от 04.02.2020 № С-002-20-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 7; договор подряда от 04.02.2020 № С-003-20-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 8); договор подряда от 04.02.2020 № С-004-20-С (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 9); условиями договоров предусмотрена стоимость наладки на аварийном топливе (уголь) в сумме 2 660 000 руб., стоимость наладки на основном топливе (газ) – 1 140 000 руб. Суды также приняли во внимание пояснения обществ «Модульные системы Торнадо», «МСТ», согласно которым ПТК «Торнадо-N» является программным обеспечением и интеллектуальной собственностью общества «Модульные системы Торнадо», иные подрядчики не могли обеспечить наладку данного комплекса на котлоагрегатах; выполнение пусконаладочных работ по договорам предполагает, что часть работ производится на площадке подрядчика, а часть работ – непосредственно на котлоагрегатах, все работы по договорам (при их заключении) планировалось закончить в ноябре 2020 года; общество «Модульные системы Торнадо» выполнило для должника часть работ по наладке на аварийном топливе (уголь), часть работ оплачена должником, оставшаяся задолженность была предъявлена в рамках дела о банкротстве общества «РЭК» ко включению в реестр.

Из материалов электронного дела следует, что определением суда от 23.03.2023 по настоящему делу требования правопреемника общества «МСТ» признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 2 320 000 руб. (котлоагрегаты ст. 3 (уголь), ст. 6 (уголь), при этом суд счел, что задолженность в общей сумме 5 320 000 руб., основанная на актах от 08.12.2020 № 138 на сумму 2600000 руб. и от 08.12.2020 № 139 на сумму 2660000 руб., является текущей задолженностью, в связи с чем производство в данной части требований прекратил.

При разрешении спора о включении требования кредитора в реестр суд доводы управляющего, общества «Модульные системы Торнадо» и собрания кредиторов о том, что работы по актам от 08.12.2020 № 138, от 08.12.2020 № 139 осуществлены в период фактического прекращения отношений должника и общества «Воркутинские ТЭЦ», последним ПНР котлов № 7 и № 9 у должника не приняты и не подлежали оплате – по существу не рассматривались, поскольку в указанной части производство по требованию подлежало прекращению, при этом суд указал, что исследование и оценка названных обстоятельств в рамках указанного спора может привести к предрешению рассмотрения спора в общеисковом производстве, что недопустимо; судом были отклонены и доводы общества «МСТ» о необходимости оценки в рамках обособленного спора о включении требования кредитора в реестр представленных им в обоснование своей позиции документов, касающихся работ по актам от 08.12.2020 № 138 и № 139.

Из пояснений лиц, участвующих в рассмотрении настоящего обособленного спора,  следует, что работы на газе для общества «РЭК» не выполнялись ввиду отсутствия строительной готовности; общество «Воркутинские ТЭЦ», впоследствии отказавшееся от договора подряда с должником, в связи с необходимостью обеспечения работоспособности котлоагрегатов ст.№№ 3-9 Воркутинской ТЭЦ-2, 18.12.2020 заключило с обществом «Модульные системы Торнадо» договор по выполнению работ, в частности, на котлоагрегате ст. № 7 на аварийном топливе (уголь) и на основном топливе (газ), на котлоагрегате ст.№ 8 – на основном топливе (газ), на котлоагрегате ст.№ 9 – на основном топливе (газ). Общество «Воркутинские ТЭЦ» в письмах подтвердило факт выполнения по договору от 18.12.2020 работ по котлу № 7 (уголь, газ), котлу № 8 (газ), котлу № 9 (газ), работы по котлу № 8 (уголь) выполнялись в рамках исполнения договора генерального подряда между обществом «Воркутинские ТЭЦ» и должником; все вышеуказанные работы выполнялись силами специалистов общества «Модульные системы Торнадо». В дальнейшем общества «Модульные системы Торнадо» и «МСТ» заключили соглашение об уступке прав (требований) № 3. Работы на котлоагрегатах №№ 3-9 выполнены, что подтверждается документами, представленными обществом «Воркутинские ТЭЦ» (в настоящее время – общество «Комитеплоэнерго»); при этом в пунктах 8.1 Технических заданий к спорным договорам сторонами  установлен период выполнения работ \с февраля 2020 по ноябрь 2020 года  с оговоркой о том, что работы выполняются при наличии выполненных СМР и  начала ПНР полевого уровня на котле.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, проанализировав, в том числе документы, представленные обществом «Воркутинские ТЭЦ», суды констатировали, что работы на котле № 7 по наладке на топливе уголь и газ выполнены обществом «Модульные системы Торнадо» на основании договора, заключенного напрямую с обществом «Воркутинские ТЭЦ» 18.12.2020; при этом суды учли, что общество «МСТ» на протяжении рассмотрения настоящего спора последовательно ссылалось на то, что в договоре и акте допущены описки – вместо котла № 8 ошибочно указан котел № 7; в материалы дела общество «МСТ» направило уведомление об описке, согласно которому при сдаче ст. 8 (уголь) по акту от 08.12.2020 № 138 в акте допущена описка: вместо выполненных работ на ст. 8 (уголь) ошибочно указано ст. 7, однако на вопрос суда, выполнялись ли обществом «РЭК» для общества «Воркутинские ТЭЦ» работы на котле № 8 по наладке на топливе уголь, – конкурсный управляющий и ФИО2 ответили утвердительно.

Между тем в обоснование своей позиции конкурсный управляющий ФИО3 указал на то, что даже с учетом описки и выполнения работ фактически на котлоагрегате № 8, такие работы были выполнены до декабря 2020 года, а значит акт выполненных работ, составленный в декабре 2020 года, имеет признаки мнимой сделки. Относительно выполнения работ по договору от 04.02.2020 № С-004/20-С по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-N» для САУ котлоагрегата ст. 9, подписания акта от 08.12.2020 № 139 на сумму 2 660 000 руб. конкурсный управляющий ФИО3 и ФИО2 отметили, что указанные работы действительно производились, однако в иной период, ранее декабря 2020 года. 

Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, исходя из того, что в данном конкретном случае оформление актов выполненных работ по котлоагрегату № 7 и котлоагрегату № 9 (с учетом того, что обществом «Модульные системы Торнадо» могла быть допущена описка в наименовании номера котла – № 8) было связано с намерением сторон оформить документы в связи с оказанными услугами, в настоящее время работы на котлоагрегатах №№ 3-9 выполнены, то есть при заключении договора стороны имели намерение выполнить работы по наладке ПТК на котлоагрегатах, приняв во внимание, что реальность финансово-хозяйственных отношений, сложившихся между сторонами, подтверждается, в том числе данными налоговой отчетности должника по НДС в 2020 году, запросом конкурсного управляющего ФИО3 исх. № 4/П-В/03-22 от 04.04.2022, а также сведениями, представленными налоговым органом, в том числе в книгой покупок и продаж, направленной ИФНС России по Ленинскому району г. Екатеринбурга в материалы настоящего дела, суды пришли к выводу о том, что при подписании договора по выполнению работ по наладке (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 7 стороны, вопреки позиции конкурсного управляющего и ФИО2, имели намерение заключить сделку, направленную на достижение результата и правовых последствий.

Установив указанные обстоятельства, оценив всю совокупность документации, подтверждающей действительное выполнение работ, суды отклонили доводы управляющего ФИО3 о невозможности фактического выполнения указанных в акте работ в декабре 2020 года (акты подписаны 06.12.2020) со ссылкой на то, что общество «РЭК» прекратило выполнение обязательств на Воркутинской ТЭЦ ранее декабря 2020 года. Суды исходили из того, что акты о выполнении работ могли быть оформлены после фактического выполнения работ со стороны общества «Модульные системы Торнадо», при том, что, как следует из материалов спора и никем не опровергнуто, работы могли производиться как непосредственно на Воркутинской ТЭЦ, так и удаленно, факт выполнения данных работ и именно ответчиком не оспорен, документально не опровергнут, в отсутствие доказательств  идентичности работ поименованных в актах, представленных заявителями и оспариваемых актах, равно как и  того, что с учетом установленных фактических обстоятельств данного конкретного дела, работы, указанные в этих актах выполнялись иными лицами и в иной период времени, не усмотрели оснований для удовлетворения заявленных требований.

При этом судами отмечено, что непосредственно дата выполнения работ, объем выполненных работ, факт наличия/отсутствия задолженности по выполненным работам подлежит рассмотрению в общеисковом порядке, при рассмотрении спора о взыскании задолженности по договору подряда; так, в рамках дела № А60-25595/2023 рассмотрен иск общества «МСТ» к обществу «РЭК» о взыскании задолженности по оспариваемым в настоящем деле актам; решением суда первой инстанции от 21.01.2024, оставленным без изменения постановлением арбитражного апелляционного суда от 29.03.2024, исковые требования удовлетворены, с общества «РЭК» в пользу общества «МСТ» взыскан долг в сумме 5 320 000 руб. 

        Кроме того, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды отклонили доводы конкурсного управляющего и ФИО2 о наличии признаков злоупотребления правом со стороны общества «МСТ», поскольку в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в соответствии с пунктом 5 указанной статьи добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).  

         Между тем судами не установлено и материалами дела не подтверждается наличие у общества «МСТ» умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда иным кредиторам должника (отсутствие иных добросовестных целей). В рассматриваемом случае не представлены доказательства, подтверждающие, что подписание акта направлено на сокрытие фактической даты совершения работ в рамках заключенного договора, напротив, оспариваемыми актами зафиксировано выполнение работ в рамках заключенного договора с должником, реальность выполнения которых сторонами не оспаривается.

Суды, помимо прочего, констатировали, что отсутствие у конкурсного управляющего первичных документов, подтверждающих правоотношения сторон, в том числе оспариваемых актов от 08.12.2020 № 138, № 139, само по себе не является достаточным основанием, свидетельствующем об отсутствии у сторон сделок намерений по выполнению условий договоров или подписанию их в иной период, нежели выполнялись работы.

Исходя из изложенных обстоятельств, суды не усмотрели у оспоренных сделок признаков мнимости либо притворности, прикрывающих иную волю ее участников, и пришли к выводу об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными на основании статей 10, 170 ГК РФ.

Суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы обособленного спора полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права.

Доводы кассационных жалоб итоговые выводы судов об отсутствии основания для признания оспариваемых сделок недействительнымине опровергают.

Указания заявителей жалоб на то, что судами не дана оценка позиции управляющего и ФИО2, а также всем представленным в материалы дела доказательствам подлежат отклонению, поскольку нарушений положений статей 170 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом кассационной инстанции не установлено. То обстоятельство, что в судебных актах не указаны какие-либо конкретные доказательства либо доводы не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судами не были исследованы и оценены. Из определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции усматривается, что все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по ним судами были сделаны соответствующие выводы. При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судами не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны судов.

Кроме  того, как следует из электронной карточки дела о банкротстве и судебных актов, размещенных в общедоступных источников размещения судебных актов арбитражных судов, в ходе рассмотрения иска в рамках дела № А60-25595/2023, как следует из постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда №17АП-1442/2024, размещенного в общедоступных источниках размещения судебных актов арбитражных судов, судами также исследовались доводы, приводимые в ходе рассмотрения данного дела.       

Так, судом  апелляционной инстанции при рассмотрении  дела №А60-25595/2023  установлено, что из пунктов 8.1 технических заданий к спорным договорам сторонами согласовано выполнение работ, указанных в пункте 7 договоров, с февраля 2020 года по ноябрь 2020 года (при наличии выполненных СМР и начала ПНР полевого уровня на котле). В письме от 08.08.2022 № 50405-01-01300 общество «ВТЭЦ» подтвердило факт выполнения обществом «Модульные системы Торнадо» работ по договору от 18.12.2020 по котлу №7 (уголь, газ), котлу №8 (газ), котлу №9 (газ). При этом работы по котлу № 8 (уголь) выполнялись в рамках исполнения договора генерального подряда между обществом «ВТЭЦ» и обществом «РЭК», на что указано в ответе от 11.10.2022 №50405-08-01696. Все вышеуказанные работы, как указано обществом «ВТЭЦ» выполнялись силами специалистов общества «Модульные системы Торнадо». Последнее при этом фактически выполняло соответствующие работы в качестве субподрядчика. При этом указание сторонами о том, что работы на газе для общества «РЭК» не выполнялись ввиду отсутствия строительной готовности, не опровергает факт выполнения субподрядчиком работ по наладке на топливе – уголь. Также  ранее подтверждался факт выполнения работ обществом «РЭК» для общества «ВТЭЦ» на котле №8 по наладке на топливе уголь, следовательно, сам факт выполнения работ не опровергнут.  

  Кроме того, апелляционным судом было установлено, что в письме от 08.07.2021 также отражено, что договор с обществом «РЭК» расторгнут обществом «ВТЭЦ» с 23.04.2021, при этом обществом «РЭК» работы перестали выполняться в ноябре 2020 года. Из указанных обстоятельств явно следует, что спорные работы выполнялись вплоть до ноября 2020 года. 

При этом апелляционным судом в ходе рассмотрения указанного дела были отклонены доводы о  фактическом выполнении спорных работ в апреле и июле 2020 года – то есть значительно ранее их сдачи субподрядчиком в декабре 2020 года на 7 и 4 месяцев соответственно, поскольку установленные судом апелляционной инстанции в рамках данного дела указанные выше обстоятельства опровергают данные доводы, поскольку сам факт выполнения работ подтвержден документально, в том числе основным заказчиком, подтвердившим выполнение спорных работ непосредственно обществом «Модульные системы Торнадо». Приведенные при этом доводы о том, что соответствующие работы приняты обществом «ВТЭЦ» ранее их сдачи субподрядчиком, не нашли своего подтверждения. В представленных в подтверждение такого обстоятельства актах выполненных работ от 30.04.2020 №97 и №98 обществом «ВТЭЦ» приняты работы общества «РЭК» по этапу 113 и этапу 112 соответственно, предусматривающие выполнение «пусконаладочных работ температурного контроля» и «автоматизации горения» котла №9 «вхолостую». В перечень принятых работ включено: «Автоматизированная система управления III категории технической сложности с количеством каналов (К общ):80» и «…за каждый канал свыше 80 до 159…». В актах от 31.07.2020 № 111 и 112 указано на принятие аналогичных работ по котлу № 8 касательно этапа 109 и 110 соответственно. Вместе с тем, исходя из предмета спорных договоров, общество «РЭК» и общество «Модульные системы Торнадо» согласовали выполнение пусконаладочных работ в части ПТК. Из технического задания договоров также следует, что АСУТП состоит, в том числе из ПТК «Торнадо-N» производства компании общества «Модульные системы Торнадо», оборудования «полевого» уровня. При этом из пункта 7.1 технического задания следует, что монтаж и наладка полевого уровня оборудования выполняется сторонними организациями, после чего в силу пункта 7.2 субподрядчик выполняет наладку ПТК КА на площадке заказчика. Соответственно, предмет выполненных работ, поименованных в актах № 138 и № 139, с теми работами, которые были сданы обществом «РЭК» по актам от 30.04.2020 №97 и №98 и от 31.07.2020 №111 и №112 не совпадает, что не позволяет прийти к выводу о том, что работы выполнены в апреле и июле 2020 года. 

Учитывая установленные договорами сроки выполнения работ (по ноябрь 2020 года включительно), представленные письма основного заказчика, подтверждающего выполнение спорных работ именно обществом «Модульные системы Торнадо» в рамках субподрядных отношений с обществом «РЭК», направление актов выполненных работ субподрядчиком подрядчику, отсутствие мотивированных возражений со стороны последнего, а также в отсутствие сведений о том, что выполнение работ обществом «Модульные системы Торнадо» не осуществлялось в период после 18.10.2020 (даты возбуждения в отношении общества «РЭК» дела о банкротстве) вплоть до 08.12.2020 (даты составления и направления актов выполненных работ), суд апелляционной инстанции в ходе рассмотрения иска (дело № А60-25595/2023) пришел к выводу, что доказательства того, что спорные работы были выполнены обществом «Модульные системы Торнадо» до возбуждения дела о банкротстве общества «РЭК» отсутствуют. 

            Также необходимо отметить, что требования, основанные на оспариваемых документах определением суда от 23.03.2023 о включении требования общества «РЭК» в реестр требования кредиторов, вынесенным по  настоящему делу о банкротстве,  были признаны текущими требованиями,  производство по требованию общества «РЭК» в части требований, основанных на спорных актах, было прекращено. В ходе рассмотрения  названного обособленного спора доводы, приводимые лицами, участвующими  в деле, относительно недействительности оспариваемых сделок, дат оформления оспариваемых документов также приводились, суд счел, что их необходимо рассматривать в рамках искового производства по рассмотрению требований о взыскании долга, однако признав их текущими. Вместе с тем данное определение, в том числе лицами, участвующими в настоящем обособленном споре, включая конкурсного управляющего, не обжаловано, вступило в законную силу. 

       Доводы, приведенные в кассационных жалобах, судом округа рассмотрены и отклонены, поскольку дублируют приводимые управляющим и ФИО2 при рассмотрении спора по существу аргументы и обстоятельства, исследованные и оцененные судами, при этом изложенных выше выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационных жалоб выражают несогласие кассаторов с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд                               

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2023 по делу № А60-51249/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РЭК» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                             Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                          Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                     Н.А. Артемьева