Дело № А43-26583/2021

09 апреля 2025 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 апреля 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.10.2024 по делу № А43-26583/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ромэдстрой-НН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО1 о признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств в размере 1 277 900 руб. ФИО2 и применении последствий недействительности сделок,

при участии в судебном заседании: от ответчика (ФИО2) – представителя ФИО3 по доверенности от 27.05.2024 сроком действия до 31.12.2025, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ромэдстрой-НН» (далее – ООО «Ромэдстрой-НН», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) в период с 30.12.2019 по 28.10.2021 денежных средств на общую сумму 1 575 900 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 575 900 руб.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 29.10.2024 отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушением норм материального и процессуального права и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что является необоснованным вывод суда первой инстанции о недоказанности признаков неплатежеспособности должника в период осуществления спорных платежей, поскольку в ходе проведения анализа финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности должника, его положения на товарных и иных рынках, за период с 31.12.2018 по 31.12.2021 конкурсным управляющим установлено, что по состоянию на 01.07.2019 у ООО «Ромэдстрой-НН» наступили признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. Считает, что у оспариваемых сделок имеются пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве, которые подлежат квалификации как притворные сделки по пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, прикрывающие действия по безвозмездному перечислению денежных средств в пользу ответчика, таким образом в настоящем случае не имеет правового значения наличие или отсутствие заинтересованности и взаимосвязи между сторонами оспариваемой сделки. Полагает, что совокупность взаимосвязанных  доказательств, включая нетипичность совершенной сделки по перечислению денежных средств в пользу ответчика при отсутствии доказательств реальности отношений, наличие у руководителя должника и ответчика одинаковой фамилии, безусловно свидетельствует о наличии фактической аффилированности между сторонами правоотношений. По мнению заявителя, ответчиком не были представлены надлежащие доказательства, подтверждающие реальность сложившихся отношений, во исполнение которых совершены спорные платежи, а представленные в материалы дела документы не подтверждают реальность хозяйственных сделок, лежащих в основе оспариваемых платежей, совершенных непосредственно для должника. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе и возражениях на отзыв ответчика.

Ответчик – ФИО2, в письменных пояснениях просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Указал, что ответчик на протяжении длительного времени осуществляет ремонт различных транспортных средств, включая спецтехнику, при этом порой при ремонте спецтехники заказчик частично расплачивается строительными материалами (включая щебень – договор 2019 года). Указал на реальность всех операций, составляющих содержание оспариваемых сделок. Подробно возражения ответчика изложены в письменных пояснениях.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал возражения, изложенные в письменных пояснениях, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Кроме того, поддержал ранее заявленное ходатайство о приобщении к материалам дела ответа на запрос от 05.02.2025 № 8/25, подготовленного ООО «НижНовЭксперт», и документов, приложенных к письменным пояснениям. Судом ходатайство рассмотрено и удовлетворено (протокол судебного заседания от 27.03.2025).

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.08.2021 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Таурус» возбуждено производство по делу № А43-26583/2021 о признании ООО «Ромэдстрой-НН» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2022 заявление признано обоснованным, в отношении ООО «Ромэдстрой-НН» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 22.06.2022 ООО «Ромэдстрой-НН» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В ходе анализа расчетных счетов должника конкурсным управляющим выявлен факт перечисления в период с 30.12.2019 по 28.10.2021 должником ФИО2 денежных средств в размере 1 575 900 руб., в том числе:

–в размере 225 000 руб., оформлено платежным поручением от 30.12.2019 № 305 с назначением платежа: «Оплата за ремонтные работы спецтехники по сч.80 от 30.12.2019г. НДС не облагается» и актом от 31.12.2019 № 14 на сумму 225 000 руб.;

–в размере 160 000 руб., оформлено платежным поручением от 15.01.2020 № 26 с назначением платежа: «Оплата за щебень по сч.2 от 15.01.2020г. НДС не облагается» и товарной накладной  от 15.01.2020 № 2 на сумму 160 000 руб.;

–в размере 296 800 руб., оформлено платежным поручением от 25.06.2020 № 84 с назначением платежа: «Оплата за ремонт спецтехники и запчасти по сч.23 от 24.06.2020г. НДС не облагается» и актом от 24.06.2020 № 23 на сумму 296 800 руб.;

–в размере 298 000 руб., оформлено платежным поручением от 26.11.2020 № 108 на сумму 298 000 руб. с назначением платежа: «Оплата за ремонт спецтехники по сч.35 от 26.11.2020г. без НДС» и актом от 04.09.2020 № 29 на сумму 298 000 руб.;

–в размере 297 500 руб., оформлено платежным поручением от 30.12.2020 № 213 на сумму 297 500 руб. с назначением платежа: «Оплата за ремонтные работы спецтехники по сч.42 от 27.12.2020г. НДС не облагается» и актом от 30.11.2020 № 37 на сумму 297 500 руб.;

–в размере 298 600 руб., оформлено платежным поручением от 28.10.2021 № 20  на сумму 298 600 руб. с назначением платежа: «Оплата за ремонт спецтехники по сч. 67 от 21.10.2021» и товарной накладной от 29.10.2021 № 69 на сумму 298 600 руб.

Предметом заявления конкурсного управляющего, уточненного в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является требование о признании сделок в качестве единой мнимой сделки по перечислению должником в пользу ФИО2 денежных средств на общую сумму 1 575 900 руб., оформленных указанными платежными поручениям и передаточными документами, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 575 900 руб.

Требования основаны на положениях пункта 2 статьи 61.2, пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что оспариваемые сделки имеют единую противоправную цель, прикрывают действия по безвозмездному перечислению денежных средств в пользу аффилированного с должником лица, оформлены формально для сокрытия действительной противоправной цели совершения оспариваемых сделок, спорные сделки совершены в период подозрительности с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов при наличии у должника признаков неплатежеспособности с июня 2019 года, сделки совершены безвозмездно в отношении заинтересованного лица. 

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

постановление

 № 63).

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный в пунктах 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, оспариваемый платеж от 28.10.2021 и товарная накладная от 29.10.2021 № 69 совершены после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (23.08.2021), соответственно, в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Вместе с тем, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013).

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника на дату совершения оспариваемой сделки, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника на дату сделки.

В обоснование требований конкурсный управляющий указал, что должник имел признаки неплатежеспособности с июня 2019 года. 

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «АБЗ1602» в размере 3 379 835 руб. 86 коп. и ООО «Сфера» в размере 1 065 585 руб. 56 коп. Указанная задолженность образовалась по универсальным передаточным документам за период с 02.09.2019 по 15.08.2020 и по договору аренды от 01.07.2019. Кроме того, в реестр требований кредиторов должника в третью очередь включены: требование ООО «Таурус» в размере 9 849 286 руб. 98 коп. по договорам микрозайма от 18.04.2019 № МЗ-263, от 23.05.2019 № МЗ-304; ИП ФИО4 в размере 437 605 руб. 48 коп. по договору займа от 30.06.2020 (срок возврата займа 31.07.2020); требование ООО ГК «Альфа-Центр» в размере 830 367 руб. 67 коп.

Материалами дела подтверждено, что признаки неплатежеспособности у должника появились в период – июнь 2019 года, а согласно анализу временного управляющего финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности должника, его положения на товарных и иных рынках, исследуемые показатели платежеспособности должника за весь анализируемый период (с 31.12.2018 по 31.12.2021) не отвечают нормативным значениям (являются ниже).

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Более того, факт наличия признаков неплатежеспособности у должника  в июне 2019 года подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 12.07.2024 по делу № А43-26583/2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В рассматриваемом споре заявителем не представлено доказательств наличия между должником и ответчиком взаимоотношений, характеризующихся взаимозависимостью, аффилированностью, подконтрольностью на основании статьи 19 Закона о банкротстве. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства взаимной заинтересованности либо аффилированности должника и ответчика в порядке статьи 19 Закона о банкротстве.

Документальных доказательств, бесспорно свидетельствующих об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок, либо доказательств того, что другая сторона знала или должна была знать о наличии у должника цели причинить вред кредиторам должника, в материалы дела также не представлено.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что ответчик и бывший руководитель должника имеют одинаковую фамилию и место рождения, сама по себе, не свидетельствует об аффилированности сторон сделок. Более того, из материалов дела следует, что руководителем и единственным  участником должника являлся ФИО5, в то время как оспариваемые сделки совершены с ФИО2, то есть фамилии у руководителя должника и ответчика разные. Доказательств наличия родственных связей между руководителем должника и ответчиком не представлено.

В материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства того, что стороны оспариваемых сделок состояли в сговоре, и их действия были направлены на вывод имущества должника.

Коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку отсутствуют доказательства безвозмездности сделок, совершение сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также доказательства того, что другая сторона сделок знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

Конкурсный управляющий, указывая на подозрительный характер сделок, также ссылается на мнимость сделок, указанных в назначении платежей.

Судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделок должника недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления № 63 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Указание в назначении оспариваемых платежей – оплата за ремонтные работы спецтехники, оплата за щебень, лишь подтверждает факт существования оснований для совершения оспариваемых платежей (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2013 № 12857/12 по делу № А59-841/2009, от 29.01.2013 № 11524/12 по делу № А51-15943/2011). 

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО2 в период с 14.06.2017 по 10.03.2019 и с 06.05.2019 по настоящее время осуществляет предпринимательскую деятельность. Гражданские правоотношения, указанные в назначении платежей, не противоречат видам деятельности, осуществляемым должником и ответчиком.  Так, согласно выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц и Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей основным видом деятельности ФИО2  является – техническое обслуживание и ремонт легковых автомобилей и легких грузовых автотранспортных средств (код ОКВЭД 45.20.1), дополнительными видами деятельности являются: техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств (код ОКВЭД 45.20); торговля розничная автомобильными деталями, узлами и принадлежностями (код ОКВЭД 45.32); торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах (код ОКВЭД 47.19), основным видом деятельности ООО «Ромэдстрой-НН» является – строительство автомобильных дорог и автомагистралей (код ОКВЭД 42.11), дополнительными видами деятельности являются: строительство жилых и нежилых, строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения зданий; разборка и снос зданий, и иные (коды ОКВЭД 41.20, 42.21, 43.11).

Как следует из пояснений бывшего руководителя должника, изложенных в отзыве, ООО «Ромэдстрой-НН» по договорам лизинга, заключенных с ООО «РЕСО-Лизинг» в 2019 году, получена специальная строительная техника, в целях обеспечения сохранности имущества должником с ответчиком в период 2019-2021 годы велась обычная хозяйственная деятельность по выполнению ремонта специальной строительной техники. 

В материалы дела представлены первичные бухгалтерские документы, подтверждающие встречное исполнение по сделкам и реальность правоотношений сторон.

Так, по акту от 31.12.2019 № 14 предпринимателем ФИО2 выполнены ремонтные работы спецтехники на сумму 225 000 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 30.12.2019 № 305; по акту от 04.09.2020 № 29 – ремонтные работы по ремонту строительной спецтехники и комплект запасных частей на сумму 298 000 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 26.11.2020 № 108; по акту от 30.11.2020 № 37 – ремонтные работы по ремонту строительной спецтехники и комплект запасных частей на сумму 297 500 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 30.12.2020 № 213; по акту от 24.06.2020 № 23 –ремонтные работы спецтехники и к-т запасных частей на сумму 296 800 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 25.06.2020 № 84; по товарной накладной от 15.01.2020 № 2 ответчиком передан должнику товар – щебень известняковый фр 20-40, на сумму 160 000 руб., который оплачен должником по платежному поручению от 15.01.2020 № 26; по товарной накладной от 29.10.2021 № 69 должником приняты ремонтные работы спецтехники и к-т запасных частей, оказанные ответчиком на сумму 298 600 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 28.10.2021 № 20.  

Указанные документы подписаны сторонами без замечаний, подписи скреплены печатями ответчика и должника.

Более того, ответчиком представлены в материалы дела документы, подтверждающие закупку автозапчастей, комплектующих, расходных материалов у контрагентов, которые также являлись предметом оценки суда первой инстанции.

О фальсификации доказательств конкурсный управляющий в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлял.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 указано, что исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика. Однако, если из представленных заявителем платежных поручений усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, доказательства, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены безвозмездно, должны быть представлены заявителем.

В отсутствие доказательств аффилированности сторон, в том числе фактической, не имеется оснований для применения в рассматриваемом споре повышенного стандарта доказывания, следовательно, отсутствуют основания для перекладывания бремени доказывания на ответчика.

Документы, указывающие на наличие разумных сомнений в реальности сделок, а также на отклонение воли сторон сделок на их исполнение, и фактическое

отсутствие исполнения, в материалах дела отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт наличия со стороны ответчика встречного предоставления документально подтвержден.

Как следует из пункта 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу не допускается односторонний отказ от исполнения обязательства.

Следовательно, обязательства по оплате поставленного ответчиком товара должны были быть исполнены должником.

Оплата должником денежных средств за выполненные ответчиком работы и постановленный им товар с учетом положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации не может расцениваться в качестве причинения вреда конкурсной массе.

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие реальных отношений, фактическое исполнение принятых на себя сторонами обязательств, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата.

Доказательств, позволяющих сомневаться в реальности хозяйственных операций между должником и ФИО2, принимая во внимание отсутствие доказательств аффилированности сторон, являющихся основанием для переноса бремени доказывания на ответчика, конкурсным управляющим не представлено. Отсутствие доказательств аффилированности как юридической и фактической, с учетом имеющихся доказательств не делает обязательным осуществления более тщательной проверки на предмет мнимости оспариваемых платежей.

Сам по себе факт наличия сомнений у конкурсного управляющего должника о мнимости, притворности данной сделки не может быть принят судом во внимание с учетом непредоставления со стороны заявителя соответствующих доказательств.

Бремя доказывания неравноценного встречного исполнения обязательств возложено на лицо, оспаривающее сделки по указанному основанию, по общему правилу.

Конкурсный управляющий не привел убедительных доводов в обоснование мнимости (притворности) сделок, в связи с чем у суда первой инстанции  отсутствовала возможность квалификации сделок в качестве мнимых, притворных.

Поскольку конкурсным управляющим не доказана безвозмездность по сделке (то есть отсутствие неравноценного встречного исполнения), сделать вывод о совершении таковой во вред кредитором, в отсутствие иных доказательств и обстоятельств, свидетельствующих о порочности сделки, невозможно.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд не усмотрел признаков мнимости отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

При рассмотрении настоящего обособленного спора факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу не установлен, в связи с чем основания для признания оспариваемой сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, отсутствуют.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлены допустимые доказательства, подтверждающие, что ООО «Ромэдстрой-НН» осуществляло деятельность исключительно по необоснованному выводу денежных средств ФИО2 Факт транзитного характера перевода спорных денежных средств не подтвержден документально.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорных сделок, о намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. Вместе с тем доказательства мнимости, притворности сделок заявителем не представлены. 

Суд апелляционной инстанции также рассмотрел требования конкурсного управляющего об оспаривании платежа от 28.10.2021 и товарной накладной от 29.10.2021 № 69  на сумму 298 600 руб. применительно к статье 61.3 Закона о банкротстве с учетом даты возбуждения дела о банкротстве ООО «Ромэдстрой-НН»  – 23.08.2021.

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

– сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

– сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

– сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

– сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных в пункте 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (абзац пятый пункта 10 постановления № 63).

По смыслу правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, а также в абзацах пятом и шестом пункта 12 постановления № 63, для квалификации полученного кредитором-заявителем в счет погашения его требования платежа, произведенного должником, в качестве преференциальной сделки необходимо учитывать добросовестность кредитора-заявителя, получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Таким образом, выяснение добросовестности кредитора, чьи требования удовлетворяются должником непосредственно до или после обращения кредиторов в суд с заявлением о признании должника банкротом, является существенным для рассмотрения подобного рода споров.

Если после возбуждения дела достаточно длительный период, предшествующий признанию обоснованным требования одного из кредиторов и введению наблюдения, действовал сложившийся порядок, при котором должник полностью погашал требования кредиторов, обращающихся с заявлениями о банкротстве, после принятия судом этих заявлений, то получивший удовлетворение кредитор-заявитель, действуя по установленной модели поведения наряду с другими заявившимися кредиторами, удовлетворяющимися таким же образом, был вправе разумно полагать, что должник находится в состоянии временного финансового кризиса.

Сам же механизм удовлетворения требований кредиторов только после обращения их с заявлениями о банкротстве может быть обусловлен стремлением должника получить отсрочку исполнения обязательств для преодоления преходящего дефицита денежных средств.

Для признания подобного платежа недействительной сделкой должна быть доказана явная направленность воли кредитора-заявителя на преодоление установленной законом очередности удовлетворения требований кредиторов должника, то есть, прежде всего, субъективная осведомленность кредитора-заявителя о том, что неплатежеспособность должника имеет не краткосрочный, а глубокий характер, и полный дефолт, переходящий в юридическое банкротство, в ближайшее время неизбежен.

Иными словами, кредитор в момент получения исполнения должен быть осведомлен о неспособности должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективное банкротство).

В целях правильного применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве необходимо определить, какой характер имеет оспариваемая сделка, то есть установить, какое сочетание прав и обязанностей сторон правоотношений опосредует ее содержание.

Как указано выше, по товарной накладной от 29.01.2021 № 69 должником приняты ремонтные работы спецтехники и к-т запасных частей, оказанные ответчиком на сумму 298 600 руб., которые оплачены должником по платежному поручению от 28.10.2021 № 20.  

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены в счет исполнения обязательств, как указано в назначении платежа, спорный платеж является исполнением должником обязательств корреспондирующих со стороны ФИО2, работы выполнены ответчиком с учетом наличия предоплаты, обстоятельства просрочки исполнения не установлены.

Осуществляя оспариваемые сделки должник обеспечивал текущий хозяйственный процесс, направленный на сохранение спецтехники, сохранение должником отношений с ответчиком обусловлено разумными экономическими причинами, а оспариваемый конкурсным управляющим платеж не привел к уменьшению активов должника.

Доказательств того, что оспариваемые сделки выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности должника в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Ссылка на неординарный характер сделок управляющим не раскрыта, доводы о нетипичности сделок подлежит отклонению как необоснованный.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено данным Федеральным законом.

Во втором абзаце пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» разъяснено, что текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, для целей определения момента возникновения обязанности по оплате работ значение имеет дата выполнения этих работ.

В рассматриваемом случае работы на сумму 298 600 руб. выполнены ответчиком 29.10.2021, оплата произведена должником 28.10.2021, то есть после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), следовательно, обязательства являются текущими. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 постановления № 63, сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку конкурсный управляющий вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не раскрыл наличие текущих кредиторов, требования которых имеют приоритет над погашенным требованием, не представил доказательств того, что в результате сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, также конкурсный управляющий не представил доказательства, свидетельствующие о том, что при погашении задолженности по текущему платежу, ФИО2, получившему удовлетворение требования, было известно о нарушении установленной Законом о банкротстве очередности удовлетворения требований по текущим платежам, доказательства аффилированности должника с кредитором отсутствуют.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113). 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Поскольку заявителю в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, с ООО «Ромэдстрой-НН» подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.10.2024 по делу № А43-26583/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ромэдстрой-НН» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Судьи

Н.В. Евсеева

С.Г. Кузьмина

К.В. Полушкина