АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

13 февраля 2024 года

Дело №

А56-47040/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего судьи Казарян К.Г., судей Бычковой Е.Н., Зарочинцевой Е.В.,

при участии представителя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 30.08.2023, представителя ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации ФИО3 по доверенности от 15.12.2023 № 299/12-24, представителя общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КЗТБ» ФИО4 по доверенности от 09.08.2024, представителя общества с ограниченной ответственностью «КОНЭКС» ФИО4 по доверенности от 30.05.2023, представителя ФИО5 – ФИО4 по доверенности от 18.10.2022, представителя ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 20.01.2023,

рассмотрев 30.01.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего потребительского жилищно-строительного кооператива «Офицерский» ФИО8, ФИО1, ФИО9 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.03.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023 по делу № А56-47040/2019/суб.1,2,3,4,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) потребительского жилищно-строительного кооператива «Офицерский», адрес: 197110, Санкт-Петербург, Офицерский пер., д. 8, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Кооператив).

Определением от 15.07.2019 в отношении Кооператива введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением суда от 19.12.2019 Кооператив признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10

Определением от 15.09.2020 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утверждена ФИО11. 

Определением суда от 07.10.2021 Греб Е.С. отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Кооператива.

Определением суда от 29.11.2021 конкурсным управляющим Кооператива утверждена ФИО12

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КЗТБ» (далее – Компания) обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя Кооператива ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением от 14.01.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022, заявление Компании удовлетворено. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.11.2022 определение от 14.01.2022 и от 31.05.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции объединил в одно производство заявления Компании, ФИО1 и конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  ФИО6, Компании, общества с ограниченной ответственностью «КОНЭКС» и ФИО5.

Определением суда первой инстанции от 02.03.2023 установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО6, ФИО5, Компании и ООО «КОНЭКС». В части определения размера субсидиарной ответственности производство по обособленному спору приостановлено до завершения расчетов с кредиторами. 

Определением от 03.04.2023 ФИО12 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Постановлением апелляционного суда от 20.10.2023 определение от 02.03.2023 в части установления основании для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО5, Компании и ООО «КОНЭКС» отменено, в этой части принят новый судебный акт об отказе в привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО8 просит отменить постановление от 20.10.2023 и оставить в силе определение от 02.03.2023. 

Податель жалобы настаивает на том, что, именно в результате избранной ответчиками схемы ведения предпринимательской деятельности у Общества возникли признаки объективного банкротства и должником не были исполнены обязательства по передаче жилых помещений в пользу Министерства обороны Российской Федерации и ФИО1  

По мнению подателя жалобы, препятствием для исполнения должником указанных обязательств послужило принятие на себя должником обязательств перед Компанией, передача объектов недвижимости в пользу Компании и ООО «КОНЭКС» по заниженным ценам в отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны указанных лиц. При этом ФИО5 подлежит привлечению к ответственности как лицо, контролирующее Компанию и ООО «КОНЭКС». 

Конкурсный управляющий отмечает, что прекращение осуществления расчетов с кредиторами имело место в период осуществления полномочий по управлению Кооперативом ФИО6, в связи с чем у последнего, не позднее 31.10.2017, возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Податель жалобы указывает на отсутствие сведений о перечислении в кассу должника или на его расчетный счет денежных средств, полученных ФИО6 от участников строительства. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление от 20.10.2023 и оставить в силе определение от 02.03.2023, полагая, что основная кредиторская задолженность сформирована в период управления Кооперативом ФИО6

ФИО1 поддерживает позицию конкурсного управляющего относительно момента, когда ФИО6 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и в отношении неисполнения ФИО6 обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему.

Податель жалобы согласен с доводами конкурсного управляющего о создании ответчиками такой схемы бизнеса, при которой прибыль от ее осуществления получена не должником, а третьими лицами, полагая, что организатором этой схемы был ФИО5 

В кассационной жалобе ФИО9 просит отменить постановление от 20.10.2023 в полном объеме, а определение от 02.03.2023 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Податель жалобы отмечает, что был назначен на должность руководителя Кооператива за месяц до признания его несостоятельным (банкротом), сделок от имени должника не заключал, все имеющиеся в его распоряжении документы передал арбитражному управляющему.

Согласно позиции ФИО9, имущество должника по заниженной цене было получено Компанией и ООО «КОНЭКС», при этом указанные лица вкладывали в строительство не собственные денежные средства, а полученные от граждан, получив прибыль в размере разницы между ценой продажи построенных квартир третьим лицам и стоимостью, по которой квартиры передавались ответчикам от Кооператива.

По утверждению ФИО9, ФИО6 были необоснованно подписаны дополнительные соглашения с ответчиками об увеличении стоимости строительства исключительно с целью формирования видимости задолженности перед ними; ФИО6 от имени должника неправомерно заключил договор с акционерным обществом «ПСК», в то время как стороной договора должна была выступать управляющая компания, не исполнил обязательства перед Министерством обороны Российской Федерации по передаче квартир.

В отзыве на кассационные жалобы Министерство обороны Российской Федерации просит отменить постановление от 20.10.2023 и оставить в силе определение от 02.03.2023, поддерживая позицию конкурсного управляющего.

В отзыве на кассационные жалобы Компания, ООО «КОНЭКС», ФИО5 возражают против их удовлетворения, утверждая, что осуществляли инвестирование строительства многоквартирного дома, Компания выполняла строительные работы на объекте.

По утверждению ответчиков, у должника оставалось достаточно помещений для исполнения принятых на себя обязательств с учетом того, что общая площадь многоквартирного дома составила 17 962,6 кв.м, а ответчикам было передано 12 961,6 кв.м.  Согласно позиции ответчиков, неисполнение обязательств перед Министерством обороны Российской Федерации и ФИО1 имело место в результате действий ФИО9 и ФИО6, неправильно распределивших имущество между пайщиками, а также денежные средства, поступившие от участников долевого строительства. 

Ответчики утверждают, что факт выполнения ими подрядных работ на строительстве объекта подтвержден исполнительной документаций, при этом доказательств строительства многоквартирного дома силами иных лиц в материалы дела не представлено.

В отзыве на кассационные жалобы ФИО6 возражает против их удовлетворения, ссылаясь на осуществление фактического контроля над деятельностью Общества ФИО9, полагает, что в период осуществления им руководства Обществом у последнего не имелось признаков объективного банкротства; документация должника находилась в распоряжении ФИО9

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы поданной им кассационной жалобы, представитель ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации поддержал доводы кассационных жалоб конкурсного управляющего и ФИО1

Представители Компании, ООО «КОНЭКС», ФИО5, ФИО6 против удовлетворения кассационных жалоб возражали по мотивам, приведенным в отзывах.                                                                                                                                                                                 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, Кооператив создан в результате реорганизации в форме выделения из потребительского жилищно-строительного кооператива «Восток» и зарегистрирован в качестве юридического лица 10.04.2003.

В период с 15.08.2006 по 29.04.2016, а также с 21.03.2019 по 10.12.2019 (дату открытия конкурсного производства) председателем Кооператива являлся ФИО13 В период с 30.04.2016 по 20.03.2019 должником руководил ФИО6 

Суды выяснили, что 30.11.2000 Военным инженерно-космическим университетом (далее – ВИКУ) и потребительским жилищно-строительным кооперативом «Восток» был заключен договор об инвестиционной деятельности, предметом которого являлась реализация инвестиционного проекта по реконструкции объекта недвижимости, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Офицерский пер., д. 8, закрепленного за ВИКУ на праве оперативного управления. Стоимость доли Российской Федерации в общей площади во вновь созданном (реконструированном) объекте недвижимости должна была составить не менее рыночной стоимости объекта по состоянию на 29.03.2000, то есть суммы, эквивалентной 290 000 долларов США.

По условиям инвестиционного договора потребительский жилищно-строительный кооператив «Восток» принял на себя обязательства по осуществлению инвестирования строительства объекта за счет привлечения средств пайщиков и/или привлеченных средств дольщиков.

Дополнительным соглашением от 12.05.2003 стороной инвестиционного договора вместо потребительского жилищно-строительного кооператива «Восток» указан Кооператив.

Дополнительным соглашением к инвестиционному договору от 20.05.2005 стороны согласовали, что доля Российской Федерации определяется в виде общей площади в объекте недвижимости в размере 879 кв.м., обязательство Кооператива в этой части может быть исполнено путем передачи готовых квартир соответствующей площади, приобретенных в местах массовой жилищной застройки Санкт-Петербурга.

На основании дополнительного соглашения от 02.06.2016 права и обязанности ВИКУ по договору инвестирования переданы ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации.

Кооперативом (инвестором) и ООО «КОНЭКС» (соинвестором) был подписан договор от 08.06.2011 № 1-2011 об инвестиционной деятельности, по условиям которого соинвестор принимает участие в реализации инвестиционного проекта по строительству первой очереди объекта – 8-ми этажного монолитно-кирпичного жилого дома с подземным паркингом на 139 машиномест. Доля соинвестора по условиям пункта 2.2 договора составляла 39 квартир общей приведенной площадью 3474,40 кв.м., три нежилых помещения общей площадью 758,20 кв.м. и 87 машиномест.

Кооперативом и Компанией (соинвестором) также был заключен договор об инвестиционной деятельности от 07.05.2014 № 1-2014, по условиям которого соинвестору причиталось три квартиры приведенной площадью 229,23 кв.м. и 66 машиномест.

По условиям пункта 4.2 названного договора Компания должна была осуществлять инвестирование объекта путем выполнения строительных работ; путем поставки строительных материалов; путем проведения расчетов по договорам, заключенным инвестором с третьими лицами о выполнении строительных работ или поставки материалов на объект либо путем перечисления денежных средств на расчетный счет инвестора.

Инвестиционный проект реализован. 

ФГКВ ОУ ВПО «Военно-космическая академия имени А.Ф. Можайского»  31.07.2014 выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 78-1213в-2014 в отношении 1-го этапа строительства – жилого дома со встроенными помещениями офисов и автостоянкой по адресу: Санкт-Петербург, Офицерский пер., д. 8, лит. ФИО14 общая площадь строительства составила 13 960,5 кв.м., количество квартир – 83 (7 739,2 кв.м.). 

ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» 12.02.2018 выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 78-13-11-2018 в отношении жилого дома со встроенными помещениями офисов и автостоянкой (2-й этап) по адресу: Санкт-Петербург, Офицерский пер., д. 8, стр. 2, общей фактической площадью 11 543,7 кв.м., 95 квартир общей площадью 8 031,7 кв.м. 

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве Кооператива возбуждено по заявлению акционерного общества «Петербургская сбытовая компания», в связи с неисполнением должником обязательств по договору электроснабжения от 20.01.2016, возникших с 01.10.2017 в размере 753 945 руб. 35 коп.

Определением от 04.05.2021 по обособленному спору                                 № А56-47040/2019/тр.23 признано обоснованным требование ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации в размере 74 246 000 руб., основанное на ненадлежащем исполнении Кооперативом условий инвестиционного договора от 30.11.2000 о передаче Российской Федерации причитающейся доли во вновь созданном объекте общей площади. Суд установил, что обязательство по передаче в пользу Российской Федерации жилых помещений по результатам инвестиционной деятельности Кооперативом выполнено не полностью, не передано 566,03 кв.м. общей площади. Размер требования определен исходя из рыночной стоимости жилых помещений указанной площади. 

Определением от 06.12.2019 по обособленному спору                               № А56-47040/2019/тр.2 признано обоснованным требование Компании в размере 76 670 635 руб. 69 коп., возникшее из договора генерального подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 28.06.2013 № 8 по строительству 8-ми этажного дома по адресу: Санкт-Петербург, Офицерский пер., д. 8 (2-я очередь). 

В рамках указанного спора установлено, что Компания выполнила и сдала должнику работы на общую сумму 336 065 908 руб. 53 коп. и оказала услуги по техническому надзору на сумму 3 321 600 руб. Частично обязательства по оплаты выполненных работ погашены зачетом по соглашениям, заключенным в 2014, 2015 годах между Обществом, ООО «КОНЭКС» и Компанией в счет исполнения обязательств ООО «КОНЭКС» в пользу Кооператива по договору от 08.06.2011 № 1-2011 об инвестиционной деятельности. Часть задолженности погашена зачетом в счет исполнения обязательств Компании перед Кооперативом по договору от 01.06.2015 № 1-2015 об инвестиционной деятельности.

Суд указал, что в материалы обособленного спора представлена вся первичная документация по строительству объекта, подписанная должником, возражений относительно качества работ должником не заявлено.

На основании договоров от 24.10.2013, от 11.02.2015 обязанности единоличного органа управления Компании переданы ФИО5 

ФИО5 в 2013 году участвовал в привлечении денежных средств физических лиц для участия в долевом строительстве как генеральный директор ООО «КОНЭКС».

Требования ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации, Компании и ФИО1 составляют большую часть задолженности, включенной в третью очередь реестра требований кредиторов (172 145 365 руб.). 

Из отчета конкурсного управляющего от 07.12.2020 следует, что конкурсная масса должника сформирована за счет основных средств балансовой стоимостью  239 063 000 руб., из которых исключено имущество балансовой стоимостью 33 889 000 руб.; дебиторской задолженности балансовой стоимостью 994 000 руб.; запасов балансовой стоимостью 2000 руб. и 1000 руб. денежных средств. 

Определением от 10.02.2020 по  обособленному спору                              № А56-47040/2019/истреб.1 у ФИО9 истребована документация должника. Определение не исполнено. 

Удовлетворяя требования о привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции  признал ФИО9 и ФИО6, последовательно исполнявшими обязанности единоличного органа управления должника, контролирующими его лицами.

В отношении ФИО9 с учетом обстоятельств, установленных при рассмотрении вопроса об истребовании документации должника и противоречивой позиции ФИО9 относительно судьбы этой документации, суд пришел к выводу о неисполнении указанным лицом обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). При этом судом не приняты в качестве надлежащего подтверждения передачи документации должника имеющиеся в материалах дела о банкротстве акты приема-передачи от 31.01.2020, 15.10.2019. 

Отсутствие первичных документов, как указал суд, повлекло невозможность формирования конкурсной массы за счет предъявления требования о взыскании дебиторской задолженности, сведения о наличии которой отражены в бухгалтерской отчетности Кооператива, равно как и за счет включения в нее иных активов, сведения о стоимости которых отражены в бухгалтерском балансе.

Учитывая, что полномочия ФИО6 прекратились незадолго до возбуждения дела о банкротстве, суд пришел к выводу о том, что на нем также лежала обязанность по передаче документации Кооператива конкурсному управляющему. 

Суд первой инстанции указал на получение ФИО9 и ФИО6 в соответствующие периоды исполнения ими своих обязанностей денежных средств от граждан для целей участия в долевом строительстве, в отношении которых отсутствуют сведения о внесении их в кассу или на расчетный счет должника. Как установил суд, ФИО9 получено 186 181 800 руб., ФИО6 – 16 380 000 руб.

Причиной объективного банкротства должника, согласно выводам суда, стало принятие Кооперативом обязательств перед физическими лицами по передаче им 635 кв.м жилой площади при том, что Кооперативом не было исполнено обязательство перед Российской Федерацией по передаче 566 кв.м жилой площади, и отсутствие сведений о судьбе поступивших от участников долевого строительства денежных средств.

Эти обстоятельства послужили основанием для применения судом первой инстанции к ФИО9 и ФИО6 ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Исходя из даты прекращения расчетом с кредитором-заявителем, а также отметив наличие 76 670 635 руб. 69 коп. задолженности перед Компанией по состоянию на 2-й квартал 2018 года и неисполненных обязательств перед ФИО1 на начало 2018 года в размере 19 750 000 руб. суд пришел к выводу о возникновении у ФИО6 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 17.05.2018, что является основанием для применения к нему субсидиарной ответственности по основаниям статьи  61.12 Закона о банкротстве. 

ФИО6 также вменено судом совершение от имени должника экономически невыгодных сделок в виде проведения двойных зачетов в погашение требований Компании, вывод о которых содержится в заключении специалиста от 29.12.2020 № 003/20, выполненном по заказу конкурсного управляющего Греб Е.С.

 В отношении Компании, ООО «КОНЭКС» и ФИО5 суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для применения субсидиарной ответственности, посчитав, что Компания получила неосновательное обогащение в размере 46 854 553 руб. 71 коп.  за счет Кооператива: исполнение по инвестиционному договору в виде трех квартир и 66 машиномест общей стоимостью 69 347 398 руб. 71 коп. и денежные средства в счет оплаты строительных работ от ООО «КОНЭКС» в размере 60 236 716 руб., в то время как общая стоимость строительных работ по возведению жилого дома первой очереди строительства составила 82 729 561 руб. 

ООО «КОНЭКС», как установил суд первой инстанции, получило от Кооператива квартиры и нежилые помещения в объекте – второй очереди строительства на общую сумму 219 602 375 руб. 49 коп. (по акту приема-передачи от 01.03.2018); парковочные места на общую сумму 12 000 000 руб. по акту приема-передачи от 28.02.2018; парковочные места по акту приема-передачи на общую сумму 53 000 000 руб. по акту приема-передачи от 01.03.2018. 

Ответственность к ФИО5 применена как к лицу, входящему в органы управления Компании и ООО «КОНЭКС», а также в связи с приобретением отцом ФИО5 у Компании жилых помещений, полученных от Кооператива. 

Суд первой инстанции посчитал, что Компания, ООО «КОНЭКС» и ФИО5 являются контролирующими должника лицами как выгодоприобретатели от его деятельности, а также, контрагенты по сделкам, оказавшим существенное влияние на финансово-хозяйственную деятельность Общества.

Частично отменяя определение суда и отказывая в применении субсидиарной ответственности ко всем ответчикам, кроме ФИО9, апелляционный суд согласился с выводами суда относительно вины ФИО9 в невозможности осуществления расчетов с кредиторами по причине непредставления им документации об активах Кооператива.

Апелляционный суд учел длительный характер исполнения ФИО9 обязанностей руководителя должника, сопоставимость полученной им суммы взносов участников долевого строительства с размером непогашенных требований кредиторов, его ответственность за составление первичной документации Кооператива, в том числе подтверждающей оприходование полученных денежных средств в кассу должника и пришел к выводу о том, что именно указанное лицо несет ответственность за негативные последствия хозяйственной деятельности должника.

Установив, что ФИО9 сохранил доступ к документации должника, апелляционный суд посчитал, что у ФИО6 не имелось объективной возможности оценить финансовое положение должника, отметив, что по данным бухгалтерской отчетности за Кооперативом числились активы на сумму 240 060 000 руб. при совокупной кредиторской задолженности 93 362 000 руб.; должнику принадлежало 483 кв.м. жилой площади, полученной от ООО «КОНЭКС» для передачи Российской Федерации, то есть, признаки объективного банкротства отсутствовали. Кроме того, как отметил суд, после указанной судом первой инстанции даты возникновения обязанности руководителя должника по обращению в суд с заявлением о признании его банкротом, у должника не возникло новых обязательств, по которым может быть применена ответственность в порядке статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не усмотрел оснований для применения к ФИО6 ответственности в связи с подписанием документов о передаче имущества ООО «КОНЭКС», так как эти документы подписывались в соответствии с условиями инвестиционного договора, заключенного до приобретения ФИО6 статуса единоличного органа управления должника. Законность сделки между Кооперативом и ООО «КОНЭКС» проверялась в деле о банкротстве (сд.2), в признании ее недействительной отказано по мотивам равноценного встречного предоставления.

Действительность сделок зачета с Компанией, как посчитал апелляционный суд, установлена по результатам рассмотрения ее требования в деле о банкротстве, равно как и при вынесении судебного акта об отказе во взыскании неосновательного обогащения в деле № А56-53884/2022.

Требование о возмещении убытков в связи с принятием ФИО6 денежных средств от участников долевого строительства, как указал апелляционный суд, является предметом отдельного спора, который находится на рассмотрении суда.

Апелляционный суд счел выводы суда первой инстанции о получении Компанией и ООО «КОНЭКС» необоснованной выгоды за счет Кооператива не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, исходя из того, что внесенная сумма инвестицией по второй очереди строительства (454 млн. руб.) превысила стоимость строительства (339 млн. руб.). 

Суд отметил, что объекты построены и введены в эксплуатацию, а превышение стоимости полученного инвестором имущества над суммой инвестиций является обычным для инвестиционной деятельности и составляет законную коммерческую выгоду инвестора от участия в проекте.

Равным образом суд не согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что заключение инвестиционных договоров с ответчиком явилось препятствием для исполнения обязательств в отношении ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации и ФИО1, поскольку в расчете указанные обязательства отнесены ко второй очереди строительства, в то время как они частично относятся к первой очереди строительства, расчет подлежащей распределению жилой площади произведен без учета площади лоджий (балконов, террас), которая включалась в площадь подлежащих передаче участников долевого строительства объектов.

Возможности контроля за деятельностью должника со стороны ООО «КОНЭКС», Компании и ФИО5 суд не усмотрел.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого постановления с учетом следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица. Вина контролирующего лица в невозможности осуществления расчетов с кредиторами предполагается при наличии презумпций, указанных в приведенной норме, в том числе  при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 указанной статьи Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Указанные презумпции являются опровержимыми.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) сказано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

По общему правилу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, ответственность за передачу документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему несет лицо, которое является руководителем должника на момент признания его несостоятельным (банкротом). 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, апелляционный суд пришел к выводу о том, что ответственным лицом за непередачу документации должника, необходимой для формирования конкурсной массы, является ФИО9

Данное обстоятельство презюмирует вину ФИО9 в невозможности осуществления расчетов с кредиторами, и эта презумпция ответчиком не опровергнута. 

Апелляционным судом учтен факт принятия ФИО9 денежных средств граждан по договорам долевого участия в строительстве в объеме, сопоставимом с размером задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в отсутствие доказательств передачи этих денежных средств Обществу, что также указывает на совершение данным ответчиком противоправных действий, повлекших уменьшение имущественной базы должника, исключившее возможность удовлетворения требований его кредиторов. 

Принимая во внимание, что по условиям инвестиционного договора, заключенного с ФГАУ «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации с учетом дополнительных соглашений к нему допускалась передача в собственность Российской Федерации квартир, находящихся в иных объектах массовой жилой застройки Санкт-Петербурга, а не в объектах инвестиционной деятельности, заключение инвестиционных договоров с Компанией и ООО «КОНЭКС» не может расцениваться как причина невозможности исполнения обязательств Кооператива перед кредиторами, тем более, что принятые на себя Кооперативом обязательства перед Российской Федерацией, как установлено судами, частично исполнены именно за счет ООО «КОНЭКС». 

Из материалов дела, в частности, из определения от 30.11.2020 по обособленному спору № А56-47040/2019/тр.20 не следует, что невозможность исполнения обязательств Кооператива перед ФИО1 и его отказ от договоров паевого взноса связан с условиями инвестиционных договоров, заключенных с Компанией и ООО «КОНЭКС». Неисполнение обязательств перед одним из кредиторов, исходя из рискового характера предпринимательской деятельности, не может расцениваться как безусловное подтверждение вины контролирующих должника лиц в банкротстве должника.

Как разъяснено в пункте  23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Выводы суда апелляционной инстанции о реальности инвестирования строительства объектов Компанией и ООО «КОНЭКС» подателями кассационных жалоб со ссылкой на какие-либо доказательства, которые не были бы учтены апелляционным судом, не опровергнуты.

При условии фактического осуществления указанными лицами инвестирования строительства объектов, наличия между ними и Кооперативом споров относительно размера внесенных инвестиций и объема встречного предоставления в пользу инвесторов, незначительность спорных сумм зачетов относительно общей суммы инвестиций, не может служить основанием для оценки совершенных Кооперативом и указанными ответчиками экономически невыгодных сделок, которые могут повлечь применение к контролирующим должника лицам презумпции, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Заключения органами управления должника заведомо невыгодных для Кооператива соглашений с Компанией и ООО «КОНЭКС» подателям жалоб не доказано. Соответствующим доводам дана надлежащая оценка апелляционным судом, не усмотревшим отклонений условий сделок, заключенных с инвесторами, от типичных условий такого рода соглашений.

Получение ФИО6 денежных средств от участников долевого строительства в  отсутствие документов, подтверждающих передачу их Обществу, правильно квалифицировано апелляционном судом как обстоятельство, которое не может презюмировать вину ФИО6 в банкротстве должника с учетом незначительности полученной суммы относительно масштабов деятельности Кооператива, а вопрос о причинении указанными действиями убытков должнику, как подтвердили участвующие в деле лица, является предметом самостоятельного обособленного спора, следовательно, не подлежит оценке в данном деле.

При таких обстоятельствах вывод апелляционного суда об отсутствии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве следует признать правильным.

В силу положений пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, ответственность по указанному основанию может быть применена лишь в отношении тех обязательств, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Поскольку таких обязательств судом первой инстанции не выявлено, суд кассационной инстанции считает возможным согласиться с выводом апелляционного суда об отсутствии оснований для применения к ФИО6 субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве указано на то, что, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Как указано выше, отступления условий инвестиционных сделок между Кооперативом, Компанией и ООО «КОНЭКС» от типичных сделок такого рода, получения указанными лицами заведомо необоснованной выгоды за счет Кооператива, противоправных действий органов управления Кооперативом в связи с заключением и исполнением договоров с названными ответчиками по результатам обособленного спора не установлено.

Доказательств возможности влияния Компании, ООО «КОНЭКС» или контролирующего их лица – ФИО5 на деятельность должника заявителями не представлено. Утверждение подателя жалобы на поручение представления интересов Кооператива в ходе процесса реализации инвестиционного проекта представителю соинвесторов достаточным доказательством возможности влияния последних на деятельность Кооператива служить не может. Привлечение соинвесторами, в свою очередь, денежных средств граждан для участия в строительстве инвестируемого ими объекта, о наличии такого контроля не свидетельствует, равно как и вывод имущества Компании в пользу аффилированного по отношению к ФИО5 лица, поскольку последнее не имеет отношения к правоотношениям с участием Кооператива. 

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к правильному выводу о недоказанности заявителями статуса контролирующих должника лиц в отношении указанных ответчиков, что исключает применение к ним субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нормы материального и процессуального права применены правильно, кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого постановления и удовлетворения кассационных жалоб.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2023 по делу № А56-47040/2019/субс.1,2,3,4 оставить без изменения, а кассационные жалобы конкурсного управляющего ФИО8, ФИО1, ФИО9 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

Е.В. Зарочинцева