ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

09.06.2020

Дело № А40-68073/18

Резолютивная часть постановления объявлена 02.06.2020 

Полный текст постановления изготовлен  09.06.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Закутской С.А., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании:

от ФИО1, - лично, паспорт

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 29.11.2018, ФИО2 лично, паспорт

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 29.01.2019

от ФИО6 – ФИО2 по дов. от 24.06.2015

от ФИО7 - ФИО2 по дов. от 18.12.2017

рассмотрев 02.06.2020 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО7, ФИО2, ФИО6 

на постановление от 24.12.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о признании недействительными договоров займа № ДЗ-10-е от 03.03.2010, №ДЗ-10-Р от 08.02.2011, № ДЗ-10-д от 17.10.2012, заключенных между ФИО4 и ФИО8, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО8

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.07.2018 в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» No123 от 14.07.2018, стр. 159.

В Арбитражный суд г. Москвы 21.09.2018 поступило заявление ФИО4 о включении требований в размере 383 887 949, 87 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Также, в Арбитражный суд г. Москвы 28.03.2019 поступило заявление ФИО2, ФИО6 о признании недействительными договора займа NoДЗ-10-е от 03.03.2010, договора займа No ДЗ-10-р от 08.02.2011, договора займа No ДЗ-10-д от 17.10.2012, применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.05.2019 суд объединил производство по заявлению ФИО2, ФИО6 об оспаривании сделок, применении последствий их недействительности, поступившее в Арбитражный суд города Москвы 28.03.2019, и заявлению ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, поступившее в Арбитражный суд города Москвы 21.09.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2019 отказано ФИО4 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства. Отказано ФИО7 в удовлетворении ходатайства об истребовании документов у ФИО4 и назначения судебной экспертизы. Признаны недействительными договоры займа NoДЗ-10-е от 03.03.2010, No ДЗ-10-Р от 08.02.2011, No ДЗ-10-д от 17.10.2012, заключенные между ФИО4 и ФИО8. Отказано ФИО4 во включении в реестр требований кредиторов ФИО8 задолженности в размере 282 327 331 руб. 15 коп.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда гор. Москвы от 27.09.2019 по делу No А40-68073/18 отменить полностью. Вынести по делу новый судебный акт о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО8 задолженности в размере 282 327 331 рубля 15 копеек.

Постановлением Девятого апелляционного суда от 24.12.2019 определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.09.2019 отменено, в удовлетворении заявления ФИО2, ФИО6 о признании недействительными договора займа NoДЗ-10-е от 03.03.2010, договора займа No ДЗ-10-р от 08.02.2011, договора займа No ДЗ-10-д от 17.10.2012, применении последствий недействительности сделок – отказано, включены третью очередь реестра требований кредиторов ФИО8 требования ФИО4 в размере 282 327 331 рублей 15 копеек, в том числе 126 413 597 рублей 30 копеек суммы займа, 123 086 148 рублей 28 копеек процентов на сумму займа и 32 827 557 рублей 85 копеек неустойки.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный кредитор ФИО7 обратился в суд с кассационной жалобой, в которой просил отменить постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции, назначить судебную экспертизу.

В обосновании кассационной жалобы заявитель указывает, что судом апелляционной инстанции было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств с целью назначения экспертизы.

Также с кассационной жалобой обратились конкурсные кредиторы ФИО2 и ФИО6, которые также просили отменить постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции, назначить судебную экспертизу.

В обосновании кассационной жалобы заявители ссылались на неполное исследование судом апелляционной инстанции обстоятельств обособленного спора.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных постановления суда апелляционной инстанции, судебная коллегия считает, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, а кассационные жалобы –удовлетворению, в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между заявителем и должником были заключены следующие договоры: 

- договор займа от 03.03.2010 No 10-е на сумму 861 030 Евро на срок до 01.01.2016 с уплатой процентов на сумму займа из расчета 17 382 Евро плюс 454 520 рублей в месяц в срок, установленный для возврата займа; 

- договор займа от 08.02.2011 No 10-р на сумму 35 350 000 руб. на срок до 01.01.2016 с уплатой процентов в размере 3% от суммы займа за каждый месяц пользования займом в срок, установленный для возврата займа; 

- договор займа от 17.10.2012 No 10-д на сумму 630 000 долларов США на срок до 01.01.2016 с уплатой процентов в размере 3% от суммы займа за каждый месяц пользования займом в срок, установленный для возврата займа.

Определением Измайловского районного суда города Москвы от 21 июня 2018 года по делу № 2-3909/2018 суд отказал в удовлетворении заявления ФИО4 к Панфёлову Геннадию Владимировичу об отмене решения постоянно действующего Федерального третейского суда Российской Федерации от 01 июня 2017 года № ФТС-052/2017 в части уменьшения неустойки, выдал ФИО4 исполнительный лист на принудительное исполнение решения Федерального третейского суда Российской Федерации от 01 июня 2017 года по гражданскому делу № ФТС- 052/2017 по иску ФИО4 к Панфёлову Геннадию Владимировичу о взыскании денежных средств, в размере 257 383 219 руб. 13 коп., взыскал с ФИО8 в пользу ФИО4 100 071 711 руб. 23 коп., в том числе 54 471 685  руб. 30 коп. суммы займа, 28 527 598 руб. 34 коп. процентов за пользование займом и 17 072 427 руб. 59 коп. пени по договору займа № ДЗ-10-е от 03 марта 2010 года; взыскал с ФИО8 в пользу ФИО4 62 384 256 руб. 45 коп., в том числе 35 350 000 руб. суммы займа, 19 465 306 руб. 45 коп. процентов за пользование займом и 7 568 950  руб. пени по договору займа № ДЗ-10-р от 08 февраля 2011 года, рассчитанных на 11 мая 2017 года; взыскал с ФИО8 в пользу ФИО4 64 927 251 руб. 45 коп., в том числе 36 591 912 руб. суммы займа, 20 149 159 руб. 19 коп. процентов за пользование займом и 8 186 180 руб. 26 коп. пени по договору займа № ДЗ-10-д от 17 октября 2012 года, рассчитанных на 11 мая 2017 года; взыскал с ФИО8 в пользу ФИО4 10000 руб. третейского сбора.

Суд первой инстанции посчитал, что имеются основания для признания оспариваемых сделок недействительными, по основанию мнимости заключенных сделок.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, посчитав, что заявителями избран ненадлежащий способ защиты нарушенных прав: конкурсные кредиторы не лишены возможности защищать интересы должника в порядке, предусмотренном пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 No 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Суд округа находит выводы суда апелляционной инстанции необоснованными по следующим мотивам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В пункте 13 Федерального закона от 29.06.2015 No 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 No 63 наличие в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Оспариваемые сделки заключены до 01.10.2015, следовательно, могут быть оспорены только по основаниям статьи 10, 168 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 10 ГК РФ, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как правомерно установлено судом первой инстанции, ни в решении третейского суда, ни в определении суда общей юрисдикции вопрос о действительности договоров займа не рассматривался.

С учётом изложенного, суд первой инстанции обоснованно не признал обстоятельства, установленные в решении Федерального третейского суда Российской Федерации от 01 июня 2017 года № ФТС-052/2017 в качестве преюдициальных, поскольку по существу правовая оценка договорам займа не давалась, в связи с чем, правомерно не применил ст. 16 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Пункт 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Как следует из текста решения Федерального третейского суда Российской Федерации от 01 июня 2017 года № ФТС-052/2017, факты предоставления денежных средств подтверждены расписками от 03.03.2010 на сумму 861 030 Евро, от 08.02.2011 на сумму 35 350 000 руб., от 17.10.2012 на сумму 630 000 долларов США.

Не принимая указанные доказательства в качестве достаточных, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующими разъяснениями.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 26 постановления Пленума от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении N 6616/11 от 04.11.2011, при наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права истребовать от займодавца документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные доказательства передачи денег должнику.

Судом установлено, что ранее в рамках дела N А41-58762/16 о банкротстве ООО «Спецавтохолдинг» по заявлению ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Спецавтохолдинг» была исследована финансовая состоятельность заявителя для предоставления ФИО8 денежных средств по договорам займа от 03.03.2010 N 10-е, от 08.02.2011 N 10-р и от 17.10.2012 N 10-д на момент их заключения.

По указанному обособленному спору ФИО4, обращаясь в суд с заявленными требованиями к ООО «Спецавтохолдинг», указал, что кредитор предоставил ФИО8 денежные средства договорам займа от 03.03.2010 N 10-е, от 08.02.2011 N 10-р и от 17.10.2012 N 10-д, исполнение обязательств по договорам займа обеспечены поручительством ООО «Спецавтохолдинг» по договору поручительства от 01.04.2015, заключенному между ФИО4, ООО «Спецавтохолдинг» и ФИО8

Так, вступившим в законную силу определении Арбитражного суда Московской области от 03 апреля 2017 года по вышеуказанному делу установлено, что в подтверждение своего финансового состояния ФИО4 представил в материалы дела копии договоров купли-продажи жилого и нежилого имущества, подтверждающие наличие у должника денежных средств в размере 6 350 000 руб., полученных в период с 2007 года, суд также исследовал расписки, по которым заявитель получил денежные средства от ФИО10 и ФИО11 и налоговые декларации, согласно которым общая сумма дохода третьих лиц, подлежащая налогообложению по ставке 13% за 2008 год, составила 36 049 211 руб., при этом сумма дохода после налоговых вычетов составила 31 900 000 руб.

В рамках указанного судебного разбирательства суд пришел к выводу о том, что собственные денежные средства ФИО4, часть из которых получена более чем за два года до предоставления займа, недостаточны для передачи ФИО8 займа в сумме 89 508 733 руб. по курсу доллара и евро на момент выдачи займов, 

ФИО4 было отказано во включении его требований в реестр требований кредиторов в связи с недоказанностью финансовой состоятельности заявителя на момент заключения договоров займа.

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Кроме того, в рамках настоящего обособленного спора, судом первой инстанции ставился вопрос об установлении финансовой возможности ФИО4, в подтверждение которой последним представлены копии договоров купли-продажи жилого и нежилого имущества, справки 2 НДФЛ за 2008, 2009, 2010 и 2011 г.г., налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ).

Однако, указанным доказательствам дана оценка в определении Арбитражного суда Московской области от 03 апреля 2017 года по делу N А41-58762/16. Оснований для переоценки у суда не имеется.

Суд первой инстанции принял во внимание представленный договор купли-продажи земельного участка с расположенным на нем жилым домом от 07.04.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО8, в котором указано, что на момент его подписания должник получил от кредитора 55 000 000 руб. в счет оплаты цены договора.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу, что собственные денежные средства ФИО4, в том числе, полученные от ФИО10 и ФИО11, не позволяли передать ФИО8 займы в сумме 861 030 Евро, 35 350 000 и 630 000 долларов США.

Судом первой инстанции также установлено, что при рассмотрении в рамках дела № А41-58762/16 о банкротстве ООО «Спецавтохолдинг» заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО8 ссылался на то, что денежные средства, полученные от заявителя, были истрачены на хозяйственную деятельность ООО «Спецавтохолдинг».

Вместе с тем, ни в рамках настоящего дела, ни в рамках дела о банкротстве ООО «Спецавтохолдинг» документальных доказательств в подтверждение данного довода, в том числе сведений о расходовании спорных денежных средств как в наличном, так и в безналичном порядке после их получения на какие-либо нужды должника, не представлено.

С учетом изложенного, факт наличия у ФИО4 финансовой возможности предоставления займов должнику в указанном размере нельзя признать установленным.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Материалами дела установлено и не опровергнуто лицами, участвующим в обособленном спору, что разумная экономическая цель предоставления займов должнику заявителем не доказана, что ставит под сомнение реальность хозяйственных операций и может свидетельствовать о наличии документооборота с целью формирования искусственной кредиторской задолженности.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о мнимом характере договоров займа, составленных и подписанных для вида, без намерения создать соответствующие характеру заемных отношений правовые последствия.

Поскольку судом установлено, что воля сторон по оспариваемой сделке не была направлена на предоставление и возврат заемных денежных средств, а действия сторон по оспариваемой сделке были направлены на создание искусственной кредиторской задолженности, что влечет причинение вреда кредиторам, суд приходит к выводу о недобросовестном поведении как должника, так и ФИО4 и злоупотреблении ими правом, что влечет ничтожность сделки также и по основаниям, установленными статьями 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку установлен факт злоупотребления правом, то правовые последствия признания сделки недействительной праовмерно неприменены, в связи с чем обоснованно отказано во включении требований ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО8 в размере 282 327 331 руб. 15 коп.

В своих определениях Верховный Суд Российской Федерации указывает, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимального необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга (требования рассмотрены в одно заседание). В связи с тем, что интересы данных лиц объективно совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели (определение No 305-ЭС17-14948).

При рассмотрении споров данной категории для выравнивания процессуальных возможностей сторон и достижения задач судопроизводства, установленных в статье 2 АПК РФ, арбитражным судам надлежит оказывать содействие в реализации процессуальных прав кредиторов (в том числе предусмотренных пунктом 4 статьи 66 АПК РФ), создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (пункт 3 статьи 9 АПК РФ) (определение Верховного Суда РФ от 12.03.2018 No 305-ЭС17-17342 по делу No А41-86889/2015).

В отсутствие доказательств передачи денежных средств займодавцем заемщику, можно сделать вывод о том, что подлинная воля сторон при заключении договора займа не была направлена на предоставление денежных средств, что свидетельствует о том, что стороны стремились достичь иных целей, не связанных с принятием на себя каких-либо гражданско-правовых обязательств.

Оформив мнимый договор займа его стороны, тем самым, придали видимость правомерного наличия задолженности. Указанные обстоятельства указывают на желание сторон возложить на должника необоснованное долговое бремя; через договор с физическими лицами создана подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность, используемая для последующего уменьшения объема требований независимых кредиторов.

Ккак указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 No14-П, от 19.12.2005 No 12-П и др.). Публично- правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учётом изложенного выводы суда апелляционной инстанции о необходимости применения п. 24 указанного постановления Пленума, к обстоятельствам настоящего обособленного спора не применимы.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что кассационные жалобы подлежат удовлетворению, а постановление суда апелляционной инстанции отмене.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019, по делу № А40-68073/18 отменить, определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.09.2019г. по делу № А40-68073/18  оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько

 

Судьи:С.А. Закутская

 

                                                                                       Н.Н. Тарасов