﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А26-10406/2020

18 ноября 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена  09 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 ноября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Ракчеевой М.А.,

судей Изотовой С.В., Кротова С.М.,   

при ведении протокола судебного заседания помощником Куренковой Е.М.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Соанлахти» Петуховой Н.И. (доверенность от 25.02.2021), от Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия Филиной Т.А. (доверенность от 09.12.2020),

рассмотрев 09.11.2021 в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Соанлахти» на решение Арбитражного суда Республики Карелия от 13.07.2021 по делу № А26-10406/2020, 

 

установил:

Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия (ОГРН 1071001000828, ИНН 1001016090, адрес: 185035, Республика Карелия,                     г. Петрозаводск, ул. Андропова, д. 2/24 (далее – Министерство), обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Соанлахти», адрес: 186870, Республика Карелия, г. Суоярви, ул. Шельшакова, д. 1 (далее – Общество), о взыскании 214 983 руб. в возмещение вреда, причиненного лесному фонду, и освобождении участка лесного фонда, расположенного по адресу: Толвоярвское участковое лесничество, квартал 60, выделы 19.1, 19.2 от шести самовольных построек, а именно: дома с закрытой (застекленной) террасой, туалета и деревянной хозяйственной пристройки из профилированного бруса, беседки-навеса из металлопрофиля, металлического бытового вагона с пристроенным крыльцом, а также деревянного вольера для животных с металлической сеткой. 

Решением от 13.07.2021 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с названным судебным актом, Общество обжаловало его в апелляционный суд. В своей жалобе Общество просило полностью отменить обжалуемый судебный акт и принять новый.  

Как указывает податель жалобы, истец ввел суд первой инстанции в заблуждение относительно момента, когда ему стало известно о надлежащем ответчике по настоящему делу; по мнению истца, факт лесонарушений зафиксирован в многочисленных актах осмотра лесного участка, однако указание в них на увеличение размера террасы на данном участке и ее застекление не подтверждает осуществление этих действий именно ответчиком; истец, не имея специальных знаний, ошибочно утверждает в отсутствие каких-либо доказательств, что кордон является объектом капитального строительства; по мнению подателя жалобы, арендодатель, не указав в нарушение положений статьи 612 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) в договоре аренды лесного участка наличие на нем существующих объектов лесной (охотничьей) инфраструктуры, тем самым создал условия, при которых арендатор не может получить положительное заключение государственной экспертизы в отношении проекта освоения лесов и использовать участок по целевому назначению.

В отзыве на жалобу Министерство просило оставить обжалуемый судебный акт без изменения, считая его законным и обоснованным, а также указало, что о надлежащем ответчике по настоящему делу оно узнало только из отзыва Общества на исковое заявление по делу № А26-8312/2020, которое поступило в государственное казенное учреждение «Суоярвское Центральное лесничество», представляющее интересы Министерства 10.11.2020 и в котором ответчик признал, что все объекты охотничьей инфраструктуры были созданы им в период с 27.01.2014 по 12.04.2019; следовательно, вопреки доводам Общества срок исковой давности по настоящему делу не пропущен; ответчик, обращаясь с заявлением о заключении договора аренды лесного участка, подготовил проектную документацию на данный участок без указания на наличие каких-либо построек на нем; спорные постройки не относятся к объектам лесной или нелесной инфраструктуры, поскольку отсутствуют в соответствующих перечнях, которые утверждаются распоряжениями Правительства РФ; по смыслу статьи 612 ГК РФ арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые должны были быть обнаружены арендатором при его смотре или в ходе передачи имущества в аренду; при этом Общество приняло лесной участок по акту приема-передачи от 12.04.2019 без каких-либо замечаний; по смыслу положений статьи 36 Лесного кодекса РФ (далее – ЛК РФ) Общество не имело права создавать объекты охотничьей инфраструктуры по охотхозяйственному соглашению от 14.02.2014 № 145-П, поскольку договор аренды лесного участка был заключен только в апреле 2019 года; из положений указанного договора следует, что арендатор не вправе приступить к его использованию для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства без получения положительного заключения государственной экспертизы на проект освоения лесов; данное заключение у Общества на момент подачи настоящего иска отсутствовало, а потому оно не вправе было использовать спорный лесной участок для размещения построек охотничьей инфраструктуры.

Распоряжением председателя суда от 27.10.2021 настоящее дело передано в производство судьи Ракчеевой М.А.

В судебном заседании явившиеся в него представители сторон поддержали ранее занятые ими по данному делу позиции.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, на основании приказа Министерства от 11.04.2019 № 699 Министерство (арендодатель) и Общество (арендатор) 12.04.2019 заключили сроком до 13.02.2063 договор № 8-ох аренды лесного участка площадью 50,3 га (503 000 кв. м) с кадастровыми номерами с 10:16:0070301:171 по 10:16:0070301:176, находящегося в государственной собственности и расположенного по адресу: Республика Карелия, Суоярвское лесничество, Толвоярвское участковое лесничество, кварталы 34, 36, 60, 79, 94, 98, для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, в том числе строительства охотничьих баз и егерских кордонов на основании охотхозяйственного соглашения от 14.02.2014 № 037, срок действия которого совпадает со сроком действия названного договора.

Из толкования подпунктов «а» и «е» пункта 3.3 этого же договора следует, что на спорном лесном участке арендатор вправе осуществлять деятельность в сфере охотничьего хозяйства в соответствии с лесным планом Республики Карелия, лесохозяйственным регламентом лесничества и проектом освоения лесов, вместе с тем приступить к использованию данного участка указанным образом арендатор может лишь после получения положительного заключения государственной экспертизы названного проекта освоения лесов и представления лесной декларации.

В соответствии с подпунктом «г» пунктом 3.4 указанного договора арендатор обязан в течение шести месяцев со дня его заключения разработать и представить арендодателю проект освоения лесов для проведения в отношении него государственной экспертизы. 

Подпунктом «е» этого же пункта договора предусмотрено, что использование лесов должно осуществляться арендатором в строгом соответствии с законодательством Российской Федерации, проектом освоения лесов и лесной декларацией. 

В случае повреждения или уничтожения по вине арендатора верхнего плодородного слоя почвы, искусственных и естественных водотоков, рек и ручьев на указанное лицо возлагается обязанность привести их в состояние, пригодное для использования по назначению, предусмотренному лесохозяйственным регламентом лесничества, а также восстановить объекты лесной инфраструктуры и объекты, не связанные с созданием таковой, поврежденные по вине арендатора (подпункт «о» пункта 3.4 договора).

В силу пункта 4.1 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных этим договором, стороны несут ответственность согласно законодательству Российской Федерации (включая обязанность возместить в соответствии с Гражданским кодексом РФ убытки, причиненные таким неисполнением или ненадлежащим исполнением) и данному договору.

По акту приема-передачи от 12.04.2019 указанный лесной участок передан арендатору. 

Двумя годами ранее в отношении одного из кварталов Толвоярвского участкового лесничества Суоярвского лесничества (квартала 60), на территории которого расположен предоставленный Обществу в аренду лесной участок, выявлено самовольное использование лесов для осуществления рекреационной деятельности на площади 0,006924 га (69,24 кв. м) и самовольное снятие, уничтожение и порча почвы на площади 54,6 кв. м, что было зафиксировано в акте планового патрулирования (рейда) лесов от 01.10.2017, составленном лесничим Толвоярвского участкового лесничества и государственным лесным инспектором. 

Как следует из названного акта, на лесном участке в квартале 60 обнаружены следующие строения и сооружения: дом из деревянного сруба и профилированного бруса, туалет из профилированного бруса без фундамента, умывальник, установленный на настиле из досок, штабель пиломатериалов. При этом в акте сделана отметка о том, что на момент обследования участка какие-либо лица на нем не обнаружены.

Одновременно с указанным актом этими же уполномоченными сотрудниками (лесничим и инспектором) был составлен акт осмотра упомянутого участка в квартале 60 Толвоярвского участкового лесничества, согласно которому упомянутый дом и терраса расположены на столбчатом фундаменте, с двух сторон к указанной террасе примыкают тротуары из досок, при строительства дома произведено снятие, уничтожение или порча почвы на площади 48 кв. м, под строительство туалета произведено снятие, уничтожение и порча почвы на площади 6,6 кв. м, над умывальником к двум деревьям прикреплен навес из металлического каркаса. В разделе выводы и предложения в названном акте указано на необходимость направления материалов дела по фактам самовольного использования лесов и самовольного снятия и уничтожения почвы в органы внутренних дел по Суоярвскому району для установления виновного лица, а также привлечения его в дальнейшем к ответственности и взыскания ущерба.

В установленный договором аренды лесного участка срок (до середины ноября 2019 года) надлежащий проект освоения лесов, соответствующий нормам законодательства РФ, Обществом не представлен. Судебными актами по делу         № А26-8312/2020 с Общества взыскана неустойка за неисполнение обязанности по представлению арендодателю проекта освоения лесов для проведения государственной экспертизы в течение восьми полных месяцев с 15.11.2019 по 10.08.2020. 

В отношении представлявшихся Обществом в течение всего 2020 года проектов освоения лесов Министерством утверждены отрицательные заключения экспертной комиссии государственной экспертизы от 11.03.2020 № 51, от 28.09.2020 № 199 и от 11.12.2020 № 376, в которых особо отмечено, что проект освоения лесов по своему смыслу должен содержать проектные решения, лишь предполагаемые к реализации, проведение экспертизы в отношении уже совершенных действий по освоению лесного участка действующим законодательством не предусмотрено, между тем в марте 2020 года на сданном в аренду Обществу лесном участке выявлено нахождение различного рода построек, отмеченных как существующие объекты лесной инфраструктуры.

Так, из акта планового патрулирования (рейда) лесов от 02.03.2020, в ходе которого какие-либо лица, находящиеся на спорном участке, как и в прошлый раз обнаружены не были, следует, что на территории того же квартала 60 Толвоярвского участкового лесничества уполномоченными сотрудниками государственного казенного учреждения Республики Карелия выявлено использование лесного участка для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, а именно строительство егерского кордона без проекта освоения лесов и лесной декларации. При этом к моменту обследования количество строений и сооружений увеличилось до шести по сравнению с октябрем 2017 года: помимо дома с террасой и туалета в пределах участка также обнаружены строение из профилированного бруса (предположительно бытовка), беседка-навес, бытовой вагон с крыльцом и деревянный вольер для животных.

В составленном в тот же день акте осмотра лесного участка уточнено, что в ходе проведенного исследования территории установлено использование названного участка площадью 91,64 кв. м под строительство егерского кордона без положительного заключения государственной экспертизы проекта освоения лесов и подачи лесной декларации, также в акте указано, что на фасаде дома укреплены вывески: кордон 41 и аншлаг с логотипом ООО «Соанлахти».

Согласно составленному 10.08.2020 акту осмотра того же участка в квартале 60 Толвоярвского участкового лесничества на спорной территории находится дом с застекленной (закрытой) к тому моменту террасой, в связи с чем в этом акте сделан вывод о том, что Обществом как арендатором участка продолжены строительные работы по обустройству кордона, в частности увеличена и застеклена терраса, под которую, равно как и под дом, установлен столбчатый фундамент. В этом же акте указано, что на фасаде дома имеются те же обнаруженные в марте 2020 года вывески: кордон 41 и флаг с логотипом ООО «Соанлахти», а помимо наличия на участке дома, туалета, хозяйственной постройки, беседки, вагона и вольера на его территории в непосредственной близости от указанного дома размещены пиломатериалы. Также в акте сделан вывод о том, что Общество использовало лесной участок площадью 108,44 кв. м под обустройство кордона без упомянутых документов (заключения проекта освоения лесов и декларации). 

Ввиду изложенного Министерство 15.10.2020 направило в адрес Общества претензионное письмо от 14.10.2020 № 3302, в котором уведомило его о необходимости возмещения вреда в размере 214 983 руб. за совершенное нарушение лесного законодательства в квартале 60 Толвоярвского участкового лесничества в виде самовольного использования лесов, самовольного размещения объектов капитального строительства и объектов, не являющихся таковыми и снятия почв, а также освобождении участка лесного фонда от указанных объектов, сославшись на вышеперечисленные акты, составленные в 2017 и 2020 годах.

Возражая против заявленных требований, Общество указало, что в нарушение положений статьи 612 ГК РФ при передаче лесного участка в аренду арендодатель не извещал его о наличии каких-либо объектов на его территории, тогда как из актов от 01.10.2017 усматривается, что Министерству было известно о нахождении в пределах указанного участка лесной инфраструктуры, которая в настоящий момент служит препятствием для получения Обществом положительного заключения государственной экспертизы проекта освоения лесов. Также Общество сослалось на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению Министерства о самовольном использовании лесов ввиду неустановленности лица, виновного в указанном использовании, а также снятии, уничтожении и порчи почвы на лесном участке. Доказательства создания спорных объектов охотничьей инфраструктуры именно ответчиком Министерство не представило. По мнению Общества, все выявленные на участке объекты не носят капитального характера. Общество как арендатор данного участка не возражает против использования названных объектов лесной инфраструктуры, в связи с чем указало их в проекте освоения лесов.

Не соглашаясь с доводами Общества, Министерство в возражениях на представленный ответчиком отзыв указало, что по смыслу статьи 612 ГК РФ спорные объекты, которые Общество ошибочно относит к объектам лесной инфраструктуры, должны были быть обнаружены им при передаче лесного участка в пользование по акту на основании заключенного между сторонами договора его аренды. Вместе с тем Общество подписало названный акт без каких-либо замечаний. Причастность Общества к созданию указанных объектов подтверждается представленным им самим в рамках рассмотрения дела № А26-8312/2020 отзывом, в котором оно признало, что в период с 27.01.2014 по 12.04.2019 возвело все находящиеся на арендуемом участке объекты, то есть до заключения спорного договора, что свидетельствует о нарушении с его стороны положений статьи 36 ЛК РФ.

Суд первой инстанции, изучив материалы дела, удовлетворил заявленные требования, придя к выводу о наличии в деле достаточной совокупности доказательств, подтверждающих обстоятельства, с которыми действующее законодательство связывает возникновение обязательства по возмещению вреда, причиненного лесному фонду. 

При этом суд первой инстанции верно исходил из следующего.

Статьей 36 ЛК РФ предусмотрено, что использование лесов для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства осуществляется на основании охотхозяйственных соглашений с предоставлением или без предоставления лесных участков в зависимости от того, влечет ли за собой осуществление указанных видов деятельности проведение рубок лесных насаждений или создание объектов охотничьей инфраструктуры. По смыслу этой же статьи создание объектов охотничьей инфраструктуры, которые должны иметь статус некапитальных строений или сооружений, предполагает необходимость предоставления лесных участков. 

При этом, как указано в названной статье, правила использования лесов для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Таковые в данном случае были утверждены приказом Министерства природы РФ от 12.12.2017 № 661. Согласно данным правилам лица, которым лесные участки предоставлены для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, имеют право приступить к его использованию лишь после получения положительного заключения государственной или муниципальной экспертизы проекта освоения лесов и подачи лесной декларации. 

В нарушение данных положений Общество в отсутствие положительного государственного заключения проекта освоения лесов возвело на арендуемом лесном участке спорные постройки, что предполагает порчу почвы, снятие которой объективно требуется для обустройства фундамента таких объектов, о чем достоверно указано в актах патрулирования и осмотра территории, тем самым причинив вред окружающей среде, в частности лесному фонду.

Доказательств обратного, как верно посчитал суд первой инстанции, в материалы дела не представлено.

Напротив, в ходе судебного разбирательства по делу № А26-8312/2020 Общество признало факт создания им всех имеющихся к ноябрю 2020 года на спорном лесном участке объектов, принадлежащих, по его мнению, к охотничьей инфраструктуре.

Относительно применения положений статьи 612 ГК РФ, на которую имеется ссылка в настоящей апелляционной жалобе, суд первой инстанции правильно указал следующее.

В статье 612 ГК РФ приведены случаи, когда арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, а также случаи, когда он освобождается от соответствующей ответственности перед арендатором. Так, арендодатель отвечает за те недостатки имущества, которые препятствуют пользованию им, независимо от того, знал ли он об этих недостатках во время заключения договора аренды (пункт 1). Между тем за недостатки, которые были оговорены арендодателем при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду, арендодатель ответственности не несет (пункт 2).

Принимая во внимание заключенное с Обществом за пять лет до подписания спорного договора аренды лесного участка охотхозяйственное соглашение, а также отсутствие в акте приема-передачи участка каких-либо возражений со стороны Общества относительно того состояния, в котором спорная территория передавалась ему в аренду, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения положений пункта 1 статьи 612 ГК РФ и возложения ответственности за наличие на участке спорных объектов на Министерство ввиду неуказания последним в договоре об их размещении на передаваемой в аренду территории. 

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции относительно причастности Общества к созданию спорных построек на территории арендуемого им лесного участка, апелляционный суд также полагает возможным отметить наличие указания в актах патрулирования и осмотра, составленных после заключения договора аренды названного участка с Обществом, на размещение на фасаде дома (егерного кордона) вывески (аншлага, флага) с наименованием ответчика (ООО «Соанлахти»), что с учетом имеющейся в материалах настоящего дела совокупности доказательства не свидетельствует (равно как и противоречивость процессуального поведения ответчика) в пользу позиции подателя жалобы, отрицающего возведение им данных объектов.

Что касается пропуска срока исковой давности, то суд первой инстанции обоснованно посчитал данный срок не пропущенным с учетом отсутствия у Министерства в 2017 году достоверных сведений о лице, которое возвело спорные постройки. Ссылка подателя жалобы на то обстоятельство, что заявка на предоставление лесного участка была подана Обществом первоначально еще в сентябре 2015 года, а значит, Министерство при наличии у него информации о заключенном с Обществом охотхозяйственном соглашении в 2014 году должно было узнать о надлежащем ответчике в момент выявления нарушений, зафиксированных в актах 2017 года, подлежит отклонению как несостоятельная с  точки зрения предположительного характер тех доводов, которые выдвигает Общество в обоснование своей позиции.

При таком положении у суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены обжалуемого решения.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Карелия от 13.07.2021 по делу № А26-10406/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.А. Ракчеева

Судьи

С.В. Изотова

С.М. Кротов