АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А67-7685/2020

г. Томск

24 ноября 2022 г.

– дата объявления резолютивной части решения

28 ноября 2022 г. – дата изготовления решения в полном объеме

Арбитражный суд Томской области в составе судьи М.О. Попилова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело 

по иску закрытого акционерного общества «КОМПОМАШ-ТЭК» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>)

к федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

3-и лица: 1. Фонд поддержки научной, научно-технической и инновационной деятельности «Энергия без границ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

2. Министерство науки и высшего образования Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

3. 3-е лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 308246830200206, ИНН 

<

***>)

об истребовании имущества

при участии:

от истца – ФИО3, представителя по доверенности от 11.01.2022, ФИО4, представителя по доверенности от 11.01.2022 (онлайн),

от ответчика – ФИО5, представителя по доверенности от 30.12.2021 № 265,

от 3-го лица (3) – ФИО6, представителя по доверенности от 21.07.2022 (онлайн),

установил:

Закрытое акционерное общество «КОМПОМАШ-ТЭК» (далее – ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК») обратилось в арбитражный суд с иском к федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» (далее – ТПУ) об истребовании следующего имущества: гидроциклон – 2 шт., в т.ч. один запасной, измельчитель-гидропомол ИГП 5.00.00.000 – 1 шт., диспергатор  пальчиковый в сборе – 1 шт., конвеер винтовой УКВ 219-3000 -1 шт.,  элеватор ценой ЦГ-200-10 – 1 шт., автоматизированная система управления (за исключением части управления получения тонкодисперсной водно-угольной суспензии) – 1 шт., расположенного по адресу: 

<

...>.

В обоснование заявленных требований истец указал, что истребуемое оборудование не входит в акт от 04.09.2017 передачи ЭО ПВГГУ согласно договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001, работы выполнены в полном объёме, что подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2020 по делу №А40-3101/2019,  протоколы испытаний подтверждают, что требования технического задания на собранном оборудовании достигнуты именно в той его конфигурации, которая принята ответчиком, и которая была достигнута в процессе выполнения работ, право собственности истца на истребуемое оборудование подтверждено документально, спорное имущество находится у ответчика, смета расходов истца по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.001 значительно превышает оплаченную ответчиком сумму (л.д. 8-14 т. 1).

В ходе рассмотрения дела истец изменил исковые требования, просил истребовать следующее оборудование: гидроциклон Ф100 - 1 шт., гидроциклон Ф200 запасной - 1 шт., измельчитель-гидропомол ИГП 5.00.00.000 - 1 шт., диспергатор пальчиковый в сборе ДЭС-5 - 1 шт., конвеер винтовой в трубе УКВ 219-3000 - 1 шт., элеватор цепной ЦГ-200-10 - 1 шт., автоматизированная система управления (ШУ1 - связь с компьютером, управление всеми шкафами управления; опрос датчиков: температуры, давления, положения задвижек - 1 шт.; ШУ2 - управления клапанами и задвижками установки синтез-газа, управление двигателями питателей и насосов - 1 шт.; ШУ4 - управление дымососом (250 кВт) - 1 шт.; ШУ5 - управление гидропомолом - 1 шт.; ШУ6 - управление задвижками ИКЖТ - 1 шт.; ШУ7 - управление насосом приямка (55 кВт) - 1 шт.; ШУ9 - управление реактором-смесителем (55 кВт), кавитаторами-активаторами (55x2 кВт) - 1 шт.), расположенное по адресу: 

<

...>.

Ответчик против удовлетворения иска возражал, основывая свою позицию на том, что заявленное в исковом заявлении оборудование является неотъемлемой частью изготовленного ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» экспериментального образца прямоточно-вихревой газогенераторной установки (ЭО ПВГГУ), ЭО ПВГГУ является частью результата прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (ПНИЭР), работы по ПНИЭР приняты и оплачены ТПУ в полном объеме; кроме того заявил о применении срока исковой давности (л.д. 87-91 т. 3, л.д. 49-50 т. 9).

Определением от 28.06.2022 (с учетом определения от определения об исправлении описки от 18.07.2022) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2.

Определением от 27.07.2022 ИП ФИО2 допущен к участию в деле в качестве 3-го лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора с требованием об истребовании из чужого незаконного владения у ТПУ в свою пользу автоматизированной системы управления, состоящую из шкафов управления, промаркированных ШУ1, ШУ2, ШУ4, ШУ5, ШУ6, ШУ7, ШУ9 (поименованный истцом и экспертом как ШУГ), и расположенную по адресу: 

<

...>, помещение Стенд КИ.

Требования ИП ФИО2 мотивированы наличием между ним и истцом правоотношений по договору на выполнение опытно-конструкторских работ от 16.12.2014 № 216, в соответствии с которым ИП ФИО2 изготовил шкафы управления, находящееся на территории ответчика. Работы в рамках названного договора ИП ФИО2 не закончены, подключение шкафов управления им не производилось, передача имущества и оплата по договору не произведены (л.д. 13-14, 24 т. 9).

В возражениях по делу от 16.09.2022 ответчик указал, что с 2017 г. созданные ИП ФИО2 шкафы АСУ для Стенда комплексных испытаний (Стенд КИ) и доставленные им на площадку Стенда КИ по адресу: 

<

...> переданы в ТПУ для исполнения договора от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 и договора о софинансировании и дальнейшем использовании результатов прикладных научных исследований и экспериментальных разработок от 29.09.2014 № 2014-НТЛ-1 между ТПУ и Фондом «Энергия без границ». На момент обращения с самостоятельными требованиями срок исковой давности ИП ФИО2 пропущен (л.д. 28-29 т. 9)

3-е лицо (1) в отзыве на исковое заявление указало, что ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в иске указано имущество – оборудование, которое необходимо для создания экспериментального образца прямоточно-вихревой газогенераторной установки (ЭО ПВГГУ). ЭО ПВГГУ является одним из подлежащих к получению при выполнении прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (ПНИЭР) научных и научно-технических результатов согласно: 1. соглашению о предоставлении субсидии для реализации ПНИЭР от 29.09.2014 № 14.581.21.0001, заключенного между ТПУ и Минобрнауки России (пункт 3.14 технического задания к договору с изменениями, внесенными дополнительным соглашением №1 от 30.06.2015); 2. договору о софинансировании и дальнейшем использовании результатов ПНИЭР от 29.09.2014 № 2014-НТЛ-1.5.2, заключенного между Фондом «Энергия без границ» и ТПУ (пункт 3.14. Технического задания к договору с изменениями, внесенными дополнительным соглашением №2 от 30.06.2015). Заявленное в иске имущество – оборудование, включая оборудование автоматизированной системы управления, конструктивно входит в состав ЭО ПВГГУ, что подтверждается: в первую очередь, техническими требованиями, предъявляемыми к ЭО ПВГГУ в составе Соглашения о субсидии (приложение № 3 к техническому заданию на выполнение ПНИЭР, внесенными дополнительным соглашением №1 от 30.06.2015) и договора о софинансировании (приложение № 3 к приложению № 1, внесенными дополнительным соглашением от 30.06.2015 № 2); результатами и выводами проведенной судебной экспертизы по делу. В своем заключении от 01.04.2022 № 391 эксперт обоснованно сделал вывод о том, что демонтаж оборудования, указанного в исковом заявлении ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» с уточнениями от 13.05.2022, не возможен без влияния на технические характеристики и работоспособность ЭО ПВГГУ в целом. С учетом изложенного, ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» не может являться собственником заявленного в иске оборудования и не вправе в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации истребовать заявленное в иске имущество из владения ТПУ (л.д. 144 т. 8). 

3-е лицо (2) отзыв на исковое заявление не представило.

3-и лица, извещенные надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили. 

Дело рассматривается по имеющимся в нем материалам в отсутствие представителей 3-их лиц (часть 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ИП ФИО2 настаивал на требованиях, изложенных в заявлении о вступлении в дело в качестве 3-его лица с самостоятельными требованиями.

Представитель ответчика исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд полагает заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела, во исполнение Соглашения о предоставлении субсидии для реализации проекта прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (ПНИЭР) от 29.09.2014 № 14.581.21.0001 (л.д. 106-115 т. 2), заключенного между ТПУ и Минобрнауки РФ, предусмотрено финансирование на выполнение прикладных научных исследований  экспериментальных разработок по теме «Проведение прикладных научных исследований и экспериментальных разработок с целью создания установок газификации твердых топлив для энергетики и промышленности».

В пункте 5 Решения по вопросу дальнейшего развития работ, выполненных по Соглашению о предоставлении субсидии от  29.09.2014 № 14.581.21.0001, заключенного между ТПУ и Минобрнауки РФ (л.д. 49-50 т. 1), предусматривается «Формирование команды участников и соисполнителей с участием ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» и других организаций для доработки экспериментального образца прямоточно-вихревой газогенераторной установки (ЭО ПВГГУ), с переводом ее в опытный образец для проведения опытно-конструкторских работ (ОКР), по разрабатываемой конструкторской документации с привлечением ресурсов индустриального партнера. 

29.09.2014, во исполнение Соглашения от 29.09.2014 № 14.581.21.0001 о предоставлении ТПУ субсидии для реализации проекта ПНИЭР, между ТПУ и Фондом «Энергия без границ» (Индустриальным партнером на проведение ОКР) заключен договор  № 2014-НТЛ-1 о софинансировании и дальнейшем использовании результатов прикладных научных исследований и экспериментальных разработок, в соответствии с которым Фонд «Энергия без границ» должен выполнить ПНИЭР с целью принятия принятие окончательных конструктивно – технологических решений для изготовления нового поколения газогенераторных установок прямоточно-вихревой газификации твердых топлив обеспечивающих повышение ресурсоэффективности действующих и модернизируемых объектов энергетики и снижение их антропогенного воздействия на окружающую среду. 

В соответствии с вышеуказанными договорами 02.10.2014 между ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» заключен договор № Т-14.581.21.0001 на выполнение прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (л.д. 86-105 т. 2). 

В соответствии со всеми перечисленными договорными документами, в том числе договором от 02.10.2014 от № Т-14.581.21.0001, в ходе выполнения ПНИЭР были получены следующие научно-технические результаты: отчеты по ПНИЭР; результаты экспериментальных исследований процессов газификации угля и иных реакций; температурные параметры и иные характеристики проведения процесса газификации; математические модели газификации энергетических углей; комплекты технической документации: на лабораторный стенд для исследования и оптимизации технологических режимов газогенераторных установок и верификации математических моделей; на экспериментальные образцы газогенераторных установок; экспериментальные образцы газогенераторных установок; программа и методики испытаний оборудования экспериментальных образцов газогенераторных установок; результаты испытаний оборудования экспериментальных образцов газогенераторных установок; проекты технических заданий на проведение ОКР по темам, связанным с созданием газогенераторных установок газификации энергетических углей для получения очищенного газа; изготовлен ЭО ПВГГУ; проведены испытания и получены результаты испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ.  

03.09.2020 ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» направило в адрес ТПУ претензию о передаче принадлежащего истцу оборудования, приобретенного для проведения ОКР, находящегося у ТПУ и расположенного 

<

...> (л.д. 136-140 т. 1). Ответ на претензию от ТПУ не поступил. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Позиция истца заключается в следующем: истребуемое имущество приобретено истцом для исполнения условий договора на выполнение прикладных научных исследований и экспериментальных разработок (ПНИЭР) от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001, в том числе, для создания экспериментального образца прямоточно-вихревой установки газогенераторной газификации углей (ЭО ПВГГУ) в составе Стенда комплексных испытаний (Стенд КИ).  Данное оборудование принадлежит на праве собственности истцу, так как приобретено последним для выполнения работ и не передано ответчику по акту приема - передачи выполненных ПНИЭР, поэтому может быть демонтировано из состава ЭО ПВГГУ. Истец, ссылаясь на заключение специалиста ФИО7 от 02.09.2020 об исследовании технических возможностей демонтажа оборудования (л.д. 22-33 т. 4), считает, что демонтаж заявленного к истребованию имущества (оборудования в составе ЭО ПВГГУ) возможен без вреда для его технологических характеристик и дальнейшего функционирования ЭО ПВГГУ на Стенде КИ. 

В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой собственник имущества вправе истребовать свое имущество у иного лица, которому оно не принадлежит на праве собственности. 

Кроме этого истец ссылается на статью 769 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой результатом научно-исследовательских работ по договору от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 является проведение исключительно научного исследования с заданной целью. При этом истец утверждает, что единственным документом, подписанным сторонами указанного договора, после выполнения ПНИЭР, подтверждающим передачу оборудования в составе ЭО ПВГГУ от ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» к ТПУ, является акт передачи ЭО ПВГГУ от 04.09.2017 (л.д. 72 т. 4) с перечнем оборудования, иных актов к договору по передаче результата работ не имеется. 

Также истец, ссылаясь на протоколы испытаний ЭО ПВГГУ, утверждает, что требования технического задания к договору от 02.10.2014  № Т14.581.21.0001 по проведению ПНИЭР достигнуты исполнителем, ЭО ПВГГУ создан именно в той его конфигурации, которая принята сторонами договора по акту приема-передачи от 04.09.2017. 

Истец не возражает против того, что работы по договору от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 выполнены ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в полном объеме, приняты и оплачены ТПУ в полном объеме – 94 250 000 рублей. 

ТПУ не согласен с доводами истца  в том, что заявленное в иске имущество (оборудование) не передавалось ТПУ как результат выполненных работ по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001.

Суд соглашается с доводами ответчика в силу следующего. 

Договором от 02.10.2014  № Т14.581.21.0001 и научно-технической документацией, предоставленной в материалы дела сторонами спора, подтверждается, что указанное в исковом заявлении имущество (оборудование) является неотъемлемой частью изготовленного ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» ЭО ПВГГУ. Созданный ЭО ПВГГУ является частью ПНИЭР. Изготовление данного экспериментального образца осуществлялось истцом на основании заключенного с ТПУ договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001, во исполнение Соглашения о предоставлении субсидии для реализации проекта ПНИЭР от 29.09.2014 № 14.581.21.0001 (л.д. 60-69 т. 2), заключенного между ТПУ и Минобрнауки России, Соглашения о консорциуме исполнителей ПНИЭР от 01.08.2014 (л.д. 97-99 т. 3) и договора от 29.09.2014 № 2014-НТЛ-1 о софинансировании и дальнейшем использовании результатов прикладных научных исследований и экспериментальных разработок, заключенного между ТПУ и Фондом «Энергия без границ» (Индустриальным партнером проекта на проведение ОКР). 

Таким образом, ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» приняло на себя обязательства изготовить по заданию ТПУ в рамках проведения ПНИЭР экспериментальный образец прямоточно-вихревой газогенераторной установки для газификации углей (ЭО ПВГГУ), провести его испытания, получить результаты испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ и подготовить проект технического задания на проведение ОКР для создания промышленной, прямоточно-вихревой газогенераторной установки для газификации для твердых топлив.

В Техническом задании к договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 (л.д. 13-26 т. 3) установлено, что целью работ по ПНИЭР является принятие окончательных конструктивно – технологических решений для изготовления Индустриальным партнером нового поколения газогенераторных установок прямоточно-вихревой газификации твердых топлив, обеспечивающих повышение ресурсоэффективности действующих и модернизируемых объектов энергетики и снижение их антропогенного воздействия на окружающую среду на основе:

- научных исследований процессов газификации энергетических углей и впервые примененного комплексного подхода к исследованиям установленных физико-химических закономерностей, сопровождающих газификацию и моделирования процессов газификации;

- изготовления и испытаний экспериментального образца установки на Стенде КИ.

Требования к предмету договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.000, требования к составу ЭО ПВГГУ и его техническим характеристикам и требования к результатам ПНИЭР были изложены сторонами договора в техническом задании на выполнение работ к договору (приложение № 1) с изменениями, внесенными дополнительным соглашением  № 1 от 30.06.2015 (л.д. 40-59 т. 2,  л.д. 86-105 т. 2, дополнительное соглашение представлено в материалы дела ответчиком в электронном виде в качестве приложения к  ходатайству от 22.02.2022). 

Так в пункте 6.1.1 технического задания (ТЗ), в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1, перечислен предварительный состав ЭО ПВГГУ, в который вошло имущество, указанное в исковом заявлении: гидроциклон, он же гидроциклон Ф100 и гидроциклон Ф200 (подпункт 7); измельчитель-гидропомол, он же измельчитель-гидропомол ИГП 5.00.00.000 (подпункт 8); система подачи угля от приемного бункера Стенда КИ до приемного бункера ЭО ПВГГУ, он же  конвейер винтовой УКВ 219-3000 и элеватор цепной ЦГ-200-10 (подпункт 23);  активатор (кавитатор), он же диспергатор  пальчиковый в сборе ДЭС5 (подпункт 9); приборы КИП и А, она же автоматизированная система управления установкой со Шкафами управления (подпункт 18). 

Наименование оборудования, являющегося составными частями ЭО ПВГГУ, на первом этапе работ по ПНИЭР отличалось от наименований оборудования, позднее смонтированного в составе изготовленного ЭО ПВГГУ и уточненного исполнителем по договору в технической документации (в перечнях имущества, в схемах принципиальных, в руководствах на ЭО ПВГГУ). В Перечне № 4.1. «Составные части ЭО ПВГГУ, изготавливаемые для ЭО ПВГГУ» (перечень представлен в материалы дела истцом в электронном виде в качестве приложения к  ходатайству от 24.02.2022) предусмотрено изготовление системы подачи угля от приемного бункера Стенда КИ в составе: элеватор цепной ЦГ-200-10 и конвейер винтовой УКВ 219-3000. Аналогичные  названия оборудования в составе ЭО ПВГГУ были указаны в пункте 2 Технических требований к ЭО ПВГГУ от 29.05.2015, подготовленных исполнителем (ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»).

Согласно пункту 10.1.1.3, пункту 11.1 технического задания, в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1, в процессе разработки документов, указанных в пункте 7 технического задания, исполнителем должна быть скорректирована техническая документация на ЭО ПВГГУ, поэтому описание конструкции ЭО ПВГГУ несколько раз дорабатывалось и позднее окончательно было зафиксировано исполнителем (ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК») в схеме принципиальной пневмогидравлической 2017 года, входившей в состав научно-технической документации на ЭО ПВГГУ (схема представлена в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к ходатайству истца от 24.02.022, ходатайству ответчика от 22.02.2022). 

В соответствии с указанной Схемой твердое топливо (уголь) из накопительного бункера поступает в элеватор цепной ЦГ-200-10 (поз.1 схемы). По элеватору топливо поднимается в бункер приемный (поз.2 Схемы), после которого установлен питатель шлюзовый Ш5-30 (поз.3 Схемы). После питателя топливо подается по конвейеру винтовому УКВ-219-3000 (поз. 29 Схемы) в мельницу параболическую виброимпульсную (поз.4 Схемы) или в диспергатор-активатор ДЭС-5 (поз. 25 Схемы). После мельницы (поз 4 Схемы) и диспергатора-активатора (поз. 25 Схемы) подготовленное топливо поступает в реактор-смеситель РС-5 (поз. 31 Схемы), где смешивается с водой. Далее водоугольная смесь поступает в гидроциклон ГЦ-100.00.000 (поз.10 Схемы) из которого эта смесь поступает в измельчитель (гидропомол) ИГП5.00.00.000 (поз.11 Схемы). После гидпропомола водоугольное топливо через промежуточную емкость (поз.6 Схемы) посредством насоса пескового (поз.9 Схемы) подается в емкости расходные (поз.13/1 и 13/2 Схемы). 

Согласно пункту 2.1.3.4. технических требований ЭО ПВГГУ от 29.05.2015 (представлены в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к ходатайству ответчика от 22.02.022) управление ЭО ПВГГУ должно осуществляться дистанционно с пульта управления.  Дистанционное управление установки с пульта – это управление всеми элементами экспериментальной установки с компьютера с помощью шкафов, то есть сигнал поступает с компьютера на шкафы и заставляет работать установку (включать установку). Отключение работы установки осуществляется в том же порядке, что и включение. 

В рамках выполнения своих обязанностей по договору ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в составе технической документации разработал Руководство оператора 643.18728943.3072-01.34 01-1 РО в отношении автоматизированной системы управления ЭО ПВГГУ – АСУ ЭО ПВГГУ (л.д. 93-96 т. 3). Автоматизированная система управления (АСУ) – это комплекс аппаратных и программных средств, предназначенный для управления различными процессами в рамках технологического процесса. 

В указанном Руководстве оператора определено, что представляет из себя АСУ технологическим процессом производства генераторного газа на ЭО ПВГГУ.  Указано, что разрабатываемая программа управления установкой  предназначена для управления технологическим процессом производства генераторного газа на ЭО ПВГГУ КМШУ 350.00.00.000. В качестве объектов автоматизации служат линия и модули, входящие в состав ЭО ПВГГУ (пункт 2.1 Руководства):

- Линия приготовления твердотопливной водоугольной суспензии (далее – ТВУС) КМШУ 350.40.00.000;

- Модуль производства генераторного газа КМШУ 350.50.00.000;

- Модуль очистки генераторного газа с выпуском энергетического газа КМШУ 350.60.00.000.

То есть все модули ЭО ПВГГУ.

Согласно  пунктам 5.1.1 и 5.1.2. Руководства оператора  14.581.21.001-3.9-РО АСУ ЭО ПВГГУ для начала работы ЭО ПВГГУ управление осуществляется через шкаф управления и через компьютер.

Шкафом управления называется комплектное устройство управления, включающее в себя силовые коммутационные аппараты, устройства защиты, преобразователи частоты, устройства плавного пуска, программируемые логические контроллеры и др. 

Включение шкафов управления в состав автоматизированной системы управления ЭО ПВГГУ подтверждается следующими документами, предоставленными в материалы дела (документы представлены в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к ходатайству  истца от 24.02.2022 и ходатайству ответчика от 22.02.2022): 

- Техническим заданием (приложение № 1) в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 к договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 (технические требования к составу и назначению оборудования, входящего в состав ЭОПВГГУ: пункт 6.1.1 (КИПиА (контрольно-измерительные приборы и автоматика), пункт 6.1.3.4 (управление ЭОПВГГУ должно осуществляться дистанционно с пульта управления); пункт 13.4.3 (технические требования к Стенду КИ для функционирования ЭОПВГГУ – управление должно осуществляться в ручном режиме и дистанционно с пульта управления);

 - Договором от 16.12.2014 № 216 на выполнение ОКР, заключенным между ИП ФИО2 и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»; 

 - Паспортом линии приготовления ТВУС от 10.12.2015;

-  Руководством оператора по эксплуатации СУ ЭО ПВГГУ  от 23.12.2-14;  

-  Руководством по эксплуатации ЭО ПВГГУ от 11.12.2015 (пункты 1.2.2.; 1.1.6.1.,);

- Техническими требованиями к ЭО ПВГГУ от 29.05.2015 (пункты 2.1.1.18;  2.1.3.4.).

Результатом работ договору от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 является совокупность научных и научно-технических результатов, подлежащих получению при выполнении ПНИЭР (пункт 7 Технического задания на выполнение работ (приложение № 1) к договору № Т14.581.21.0001 от 02.10.2014) в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1).

В соответствии с пунктом 7 Технического задания в редакции дополнительного соглашения № 1 от 30.06.2015, в ходе выполнения ПНИЭР должны быть получены научно-технические результаты, включающие:

7.1. Промежуточные и заключительные отчеты по ПНИЭР;

7.2. Комплект технической документации на ЭО ПВГГУ, в том числе схема принципиальная пневмогидравлическая;.

7.3. Изготовленный ЭО ПВГГУ;

7.4.  Программа и методики испытаний оборудования ЭО ПВГГУ;

7.5. Результаты  испытаний оборудования ЭО ПВГГУ;

7.6. Комплект документов технических и организационных по размещению  ЭО ПВГГУ на Стенде КИ;

7.7. Программа и методики испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ;

7.8. Результаты  испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ;

7.9. Проект технического задания на проведение ОКР для создания промышленной газогенераторной установки прямоточно-вихревой газификации твердых топлив.

Подпунктом 8.1.2 пункта 8 технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 установлено техническое требование к результатам ПНИЭР: ЭО ПВГГУ должен быть изготовлен в натуральную величину и представлять собой законченное в функциональном отношении изделие, пригодное для исследовательских целей.

На основании технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 в ходе выполнения ПНИЭР в составе разработанной научно-технической и технической документации должно быть разработано описание и обоснование выбранной конструкции, обоснование принимаемых принципиальных решений/схем и др.

В соответствии с разделом 15 Технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1, ЭО ПВГГУ и комплект технической документации на ЭО ПВГГУ должны быть переданы заказчику. 

В материалы настоящего дела истцом и ответчиком предоставлены копии документов, подтверждающих изготовление  ЭО ПВГГУ на Стенде КИ, запуск его в эксплуатацию, результаты  испытаний оборудования ЭО ПВГГУ и результаты испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ (документы представлены в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к  ходатайству  истца от 24.02.2022 и ходатайству ответчика от 22.02.2022).

Из вышеизложенного следует, что заявленное в иске оборудование в ходе выполнения ПНИЭР и в соответствии с научно-технической документацией на результаты работ по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 передано ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» и принято ТПУ в составе оплаченных работ по ПНИЭР. Передача результатов работ, в том числе ЭО ПВГГУ, как комплекса оборудования, осуществлялось не по акту передачи ЭО ПВГГУ от 04.09.2017 с перечнем оборудования, а по актам сдачи – приемки выполненных работ (пункты 5.1, 5.2, 5.3. договора; пункт 7, пункт 15 Технического задания к договору).

Согласно пункту 1 статьи 769 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ – разработать образец нового изделия или новую технологию, а также техническую и (или) конструкторскую документацию на них, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

В первоначальной редакции договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001, в пунктах 2.1 и 2.2 было определено, что принятые заказчиком результаты работ должны быть оплачены исполнителю на условиях и в сроки, предусмотренные приложением № 2 (календарный план работ) на основании перечня документов, разрабатываемых в отчетном периоде исполнителем, по актам приема-передачи научно-технической документации. 

Позднее, дополнительными соглашениями к договору от 30.06.2015 № 1, от 08.06.2016 № 2, от 20.09.2016 № 3, № 4 от 24.11.2016 № 4 (л.д. 86-105 т. 2, дополнительные соглашения представлены в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к ходатайству  истца от 24.02.2022 и ходатайству ответчика от 22.02.2022) пункт 2.1 договора был изменен на следующую редакцию «договорная цена работы в целом установлена в сумме 94 250 000 рублей, НДС не облагается. Цены по этапам установлены в календарном плане проведения работ (приложение № 2 к договору)». Пункт 2.2. договора менялся дополнительными соглашениями в части графика внесения платежей по договору. 

Научно-технические результаты работ по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 оплачены ТПУ на счет ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в полном объеме в сумме 94 250 000 руб. за счет предоставленной субсидии Минобрнауки России. 

Оплата осуществлялась на основании выставленного счета по актам сдачи – приемки выполненных работ, согласно пунктам 5.1, 5.2, 5.3 договора; пункта 7 технического задания к договору в редакции дополнительного соглашения от 30.06.201 № 1 (результаты ПНИЭР: отчеты по ПНИЭР; комплект технической документации на ЭО ПВГГУ, изготовленный ЭО ПВГГУ; программа и методики испытаний; результаты испытаний; проект технического задания на проведение ОКР) (платежные поручения и акты сдачи – приемки выполненных работ от 03.12.2014 № 1, от 01.12.2015 № 2,  от 25.12.2015 № 3,  от 30.11.2016 № 4,  от 04.09.2017 № 5 (л.д. 50-69 т. 4).

В соответствии со статьей 772 Гражданского кодекса Российской Федерации  стороны в договорах на выполнение научно-исследовательских работ имеют право использовать результаты работ в пределах и на условиях, предусмотренных договором. Если иное не предусмотрено договором, заказчик имеет право использовать переданные ему исполнителем результаты работ, а исполнитель вправе использовать полученные им результаты работ для собственных нужд. Стороны договора вправе были определить, кому передается оставшееся после окончания работ по договору специальное оборудование, а также опытные образцы, макеты и другие изделия, изготовленные в процессе выполнения договора. 

Согласно пункту 10.2 договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 стороны пришли к соглашению о том, что: «оставшееся после окончания или прекращения работ по настоящему договору специальное оборудование для научных (экспериментальных) работ, материалы, а также опытные образцы, макеты и другие изделия, приобретенные или изготовленные исполнителем в процессе выполнения настоящего договора, передаются заказчику работ.». 

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. 

Толкование пункта 10.2 договора возможно только при сопоставлении цели договора и условий договора. 

Целью выполнения работ по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 является принятие окончательных конструктивно - технологических решений для создания индустриальным партнером нового поколения газогенераторных установок прямоточно-вихревой газификации твердых топлив для промышленного применения (пункт 1.1. технического задания (приложение №1) к договору). 

Из условий договора о выполнении работ и порядке сдачи – приемки работ следует: требования к предмету работ и к научно-технической продукции и иной документации изложены в техническом задании (пункт 1.2. договора); по окончании работ исполнитель передает заказчику акт сдачи - приемки научно-технической документации с приложениями: отчетную документацию о выполненных работах и полученных результатах; другие документы о выполнении условий договора (пункт 5.3. договора); технические требования к ЭО ПВГГУ предъявляются к составу и назначению оборудованию, входящего в состав ЭО ПВГГУ (пункт 6.1. технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 к договору); в ходе выполнения ПНИЭР должны быть получены научно-технические результаты, в том числе – изготовление ЭО ПВГГУ (подпункт 7.3. пункта 7 технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 к договору); Стенд комплексных испытаний (Стенд КИ) в части функционирования ЭО ПВГГУ предназначен для проведения исследовательских испытаний и опытной эксплуатации (пункт 13.12 технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 к договору); в составе научно-технической продукции, передаваемой исполнителем по окончании работ,  ЭО ПВГГУ и комплект технической документации на ЭО ПВГГУ должны быть переданы заказчику (пункт 15 технического задания в редакции дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1 к договору). 

Таким образом, можно сделать однозначный вывод, что стороны договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 определились, что все созданное в ходе договора на выполнение ПНИЭР и оставшееся после выполнения работ исполнитель (ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК») должен был передать заказчику (ТПУ). Экспериментальный образец ПВГГУ в созданной комплектации создавался изначально не для реализации, товаром не являлся, а являлся частью результата ПНИЭР, передаваемого заказчику для реализации цели договора.

С целью установления является ли заявленное в исковом заявлении оборудование частью изготовленного ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» экспериментального образца ЭО ПВГГУ, на основании ходатайств истца и ответчика по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФГБНУ НИИ ФИО8 Валентиновне (определение суда от 15.11.2021).

 На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

1) Находится ли следующее оборудование: гидроциклон Ф100 - 1 шт., гидроциклон Ф200 запасной - 1 шт., измельчитель-гидропомол ИГП 5.00.00.000 - 1 шт., диспергатор пальчиковый в сборе ДЭС-5 - 1 шт., конвеер винтовой в трубе УКВ 219-3000 - 1 шт., элеватор цепной ЦГ-200-10 - 1 шт., автоматизированная система управления (ШУ1 - связь с компьютером, управление всеми шкафами управления; опрос датчиков: температуры, давления, положения задвижек - 1 шт.; ШУ2 - управления клапанами и задвижками установки синтезгаза, управление двигателями питателей и насосов - 1 шт.; ШУ4 - управление дымососом (250 кВт) - 1 шт.; ШУ5 - управление гидропомолом - 1 шт.; ШУ6 - управление задвижками ИКЖТ - 1 шт.; ШУ7 - управление насосом приямка (55 кВт) - 1 шт.; ШУ9 - управление реактором-смесителем (55 кВт), кавитаторами-активаторами (55x2 кВт) - 1 шт.), по адресу: 

<

...>? 

2) Предусмотрено ли договором от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001, заключенным между ФГАОУ ВО НИ ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК», (в том числе приложениями и дополнительными соглашения к нему), а также протоколами производственных совещаний, перепиской сторон и т.п. включение вышеуказанного оборудования в состав оборудования, создание которого предусматривалось договором от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001? Если да, то каким именно пунктом договора, приложением (дополнительным соглашением) к нему или иным документом? 

3) Является ли вышеуказанное оборудование составной частью оборудования, созданного в ходе исполнения договора от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001, заключенного между ФГАОУ ВО НИ ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»? 

4) Возможен ли демонтаж вышеуказанного оборудования без влияния на технические характеристики комплекса оборудования, созданного в ходе исполнения договора от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001, заключенного между ФГАОУ ВО НИ ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»? 

5) Входит ли вышеуказанное оборудование в перечень оборудования, переданного по акту передачи ЭО ПВГГУ от 04.09.2017 либо по иным актам приема-сдачи выполненных работ по договору от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001, представленным в материалы дела?

По результатам проведение судебной экспертизы в материалы дела поступило экспертное заключение от 01.04.2022 № 391 (л.д. 63-150 т. 7, л.д. 1-39 т. 8). 

Экспертом проведена оценка изготовленного ЭО ПВГГУ, смонтированного на Стенде КИ, на соответствие договору и материалам дела. Экспертиза проводилась в объеме документов, предоставленных сторонами дела для проведения судебной экспертизы. 

В заключении экспертизы № 391 эксперт сделал выводы по всем вопросам, поставленным арбитражным судом:

- указанное в иске оборудование, кроме шкафа управления ШУ9, находится по адресу: 

<

...>;

- включение указанного в иске оборудования в состав ЭО ПВГГУ предусматривалось договором от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 в редакции  дополнительного соглашения от 30.06.2015 № 1, дополнительного соглашения от 08.06.2016 № 2, дополнительного соглашения от 20.09.2016 № 3, дополнительного соглашения от 24.11.2016 № 4 и иными документами, предоставленными сторонами по делу для проведения экспертизы (представлены в электронном виде в материалы дела в качестве приложения к ходатайству  истца от 24.02.2022 и ходатайству ответчика от 22.02.2022); указанное оборудование является составной частью комплекса оборудования ЭО ПВГГУ, созданного и запущенного в работу в ходе исполнения договора от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001; 

- демонтаж указанного в иске оборудования, в том числе шкафов управления (автоматическая система управления ЭО ПВГГУ), не возможен без существенного влияния на технические характеристики комплекса оборудования ЭО ПВГГУ на Стенде КИ;

- указанное оборудование частично было поименовано сторонами договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 в актах приемки-сдачи выполненных работ по договору.

Отвечая на вопросы арбитражного суда и ответчика по делу, эксперт пояснила, что демонтаж оборудования, указанного в исковом заявлении, из состава ЭО ПВГГУ невозможен еще и в связи с необходимостью реализации цели, указанной в пункте 1 технического задания к договору от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 – создание индустриальным партнером – Фондом поддержки научной, научно-технической инновационной деятельности «Энергия без границ» на основе результатов ПННИЭР нового поколения газогенераторных установок газификации твердых топлив (углей).

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодека Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов. 

Из анализа указанных положений следует, что необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы). 

Суд, оценив экспертное заключение в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям законодательства Российской Федерации о судебно-экспертной деятельности и положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является достаточно ясным и полным, не содержит противоречий, не вызывает сомнений относительно его достоверности.

Заключение содержит выводы по поставленным вопросам и соответствует требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом само содержание заключения является полным, мотивированным, выводы экспертов обоснованы исследованными ими обстоятельствами.

На основании изложенного, заключение судебной экспертизы от 01.04.2022 № 391,  выполненное экспертом ФГБНУ НИИ РИНКЦЭ ФИО9 принято судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Несогласие истца по делу с результатами экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности или недействительности экспертного заключения и не влечет необходимости проведения повторной экспертизы. 

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, суд установил, что истребуемое истцом оборудование приобретено ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» (исполнителем по договору) в соответствии с договором от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001, с целью выполнения ПНИЭР, является составной частью оборудования ЭО ПВГГУ, как составной части результата работ по ПНИЭР, необходимого для дальнейшего создания на его основе промышленной газогенераторной установки для выполнения опытно-конструкторских и технологических работ.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Под незаконным владением вещью понимается – владение вещью без законного на это основания.

В соответствии с частью 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права на вещи возникают из оснований, указанных в данной норме, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику. По договору подряда, заключенному на изготовление вещи, подрядчик передает права на нее заказчику.  Положения данной нормы применяются к договорам на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ (статья 778 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с условиями договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 на выполнение прикладных научных исследований и экспериментальных разработок с изменениями, внесенными дополнительным соглашением от 30.06.2015 № 1, дополнительным соглашением от 08.06.2016 № 2, дополнительным соглашением   от 20.09.2016 № 3, дополнительным соглашением от 24.11.2016 № 4, исполнитель (ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК») передал результаты работ заказчику (ТПУ). 

К результату работ по данному договору, в том числе, относилось изготовление ЭО ПВГГУ (подпункт 7.3 пункта 7 технического задания к договору с изменениями в редакции дополнительного соглашения №1 от 30.06.2015), в результате у Российской Федерации возникло право собственности, а у Томского политехнического университета возникло право оперативного управления на комплекс оборудования – ЭО ПВГГУ, созданный исполнителем в ходе выполнения ПНИЭР.

Из статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в пунктами 35 и 39 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020) утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.)

Заявленное в иске имущество (оборудование) передано ТПУ от ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в составе выполненных и оплаченных работ ПНИЭР по актам сдачи-приемки выполненных работ на общую сумму 94 250 000 рублей.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу,  что истребуемое истцом оборудование в составе ЭО ПВГГУ не принадлежит ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» на праве собственности в соответствии с вышеуказанными нормами действующего законодательства и условиями договора  от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001. 

Относительно самостоятельного требования третьего лица ИП ФИО2 суд отмечает следующее. 

Как усматривается из материалов дела, во исполнение договора от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001 ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» заключено ряд договоров с соисполнителями работ и с поставщиками оборудования. 

Так был заключен договор от 16.12.2014 № 216 на выполнение ОКР с дополнительными соглашениями от 06.04.2015 № 1, от 29.06.2015 № 2, от 26.03.2016 № 3 (л.д. 118-122, 124, 126-127 т. 3) между ИП ФИО2 и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК». 

Договор на выполнение опытно-конструкторских работ от 16.12.2014 № 216 первоначально предусматривал этап «Модернизация системы управления газогенераторного комплекса по результатам огневых испытаний», дополнительное соглашение от 06.04.2015 № 1  предусматривало этап «Доработка шкафа управления измельчителем угля системы управления газогенераторного комплекса», дополнительное соглашение от 29.06.2015 № 2 предусматривало этап «Проектирование и установка устройств плавного пуска для вентиляторов 200А», дополнительное соглашение № 3 предусматривало этап «Разработка, изготовление и пуско-наладка автоматизированной системы управления технологическими процессом производства генераторного газа на экспериментальном образце прямоточно-вихревой газогенераторной установки (ЭО ПВГУУ)». 

В рамках договора от 16.12.2014 № 216 была, в том числе разработана, изготовлена, смонтирована и введена в эксплуатацию на Стенде КИ автоматизированная система управления (АСУ) технологическим процессом производства генераторного газа на ЭО ПВГГУ (дополнительное соглашение от 25.03.2016 № 3 к договору от 16.12.2014 № 216). 

Работы по дополнительному соглашению № 3 к договору переданы ИП ФИО2 и приняты ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» по актам от 20.12.2016 № 375 на сумму 7 118 952,46 руб. и от 30.08.2017 № 176 на сумму 3 494 430,54 руб. (л.д. 130-133 т. 3). Общая стоимость работ по договору с дополнительными соглашениями установлена в размере 24 325 510,36 рублей. 

Таким образом, с момента приемки ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» выполненных работ по договору от 16.12.2014 № 216, включая монтаж оборудования (шкафов управления и компьютера в АСУ), в соответствии с пунктом 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, с пунктами 1 и 2 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации,  ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» стало собственником указанного оборудования АСУ ЭО ПВГГУ и имело право им распорядиться.

Указанное в заявлении ИП ФИО2 имущество (шкафы управления) передано ТПУ от ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в составе выполненных и оплаченных работ ПНИЭР, на общую сумму 94 250 000 рублей, то есть приобретено ТПУ по возмездной сделке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что право собственности на шкафы управления, изготовленные ИП ФИО2 в рамках договора на выполнение опытно-конструкторских работ от 16.12.2014 № 216, не подтверждено.

Следует отметить также, что ссылка ИП ФИО2 на отсутствие оплаты по договору № 216 на выполнение опытно-конструкторских работ от 16.12.2014 не имеет отношения к предмету спора по настоящему делу. 

ИП ФИО2 вправе самостоятельно обратиться в арбитражный суд с иском к ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» о взыскании долга по данному договору. 

В ходе рассмотрения дела ответчик заявил о пропуске истцом и ИП ФИО2 срока исковой давности (возражения по делу, л.д. 49-50 т. 9). 

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Из материалов дела усматривается, что работы по спорному договору выполнены ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» в соответствии с техническим заданием к договору (приложение № 1) и календарным планом (приложение № 2). Работы сданы ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» и приняты ТПУ по актам сдачи-приемки выполненных работ: акты от 03.12.2014 № 1, от 01.12.2015 № 2, от 25.12.2015 № 3, от 30.11.2016 № 4, от 04.09.2017 № 5. В выполненные работы вошли, в том числе, работы по изготовлению ЭО ПВГГУ и проведению комплексных испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ.  

ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»  участвовали  в проведении испытаний с достижением положительных результатов.  

Материалами дела, в частности договорами, проектной и исполнительской документацией в части выполнения работ по созданию газогенераторных установок прямоточно-вихревой газификации твердых топлив, пояснениями лиц, участвующих в деле, в том числе ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК», подтверждается, что начиная с момента заключения договора от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» знало и должно было знать с какой целью оно участвует в исполнении работ по ПНИЭР, и кому будет передано имущество в составе изготовленного ЭО ПВГГУ на Стенде КИ на условиях, предусмотренных договором от 02.10.2014 № Т14.581.21.0001 и договором от 29.09.2014 № 2014-НТЛ-1 между ТПУ и Фондом «Энергия без границ». 

Кроме того, из возражений ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» от 17.11.2022 следует, что общество с 05.09.2017 (что согласуется с датой подписания последнего из актов сдачи-приемки выполненных работ – 04.09.2017) знало или должно было знать о нарушении своего права и что заявленное в иске имущество подлежит возврату. 

Доказательства передачи какого-либо имущества ответчику после указанной даты истцом в материалы дела не представлено.

С настоящим иском ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» обратилось в суд 04.10.2020. 

Довод о том, что необходимо учитывать соблюдение истцом претензионного порядка урегулирования спора, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается,  судом не принимается, т.к. с учетом выбранного истцом способа защиты нарушенного права – истребование имущества из чужого незаконного владения, соблюдение положений части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не требуется. 

Следовательно, срок исковой давности для защиты ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» своих имущественных прав по заявленному требованию истек 05.09.2020. 

Таким образом, на момент подачи искового заявления в суд срок исковой давности истек. 

Относительно требования ИП ФИО2

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2, заключив с ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК» договор от 16.12.2014 № 216 в редакции дополнительного соглашения № 3, осознавал, с какой целью он изготавливает, монтирует и осуществляет пуско-наладку  шкафов системы управления ЭО ПВГГУ на Стенде КИ (ИП ФИО2 являлся разработчиком Руководства оператора АСУ ЭО ПВГГУ № 643.18728943.3072-01.3401-1-ЛУ от 16.12.2015, л.д. 93 т.3).  

Шкафы управления и необходимые приборы и оборудование КИП ввозились на территорию Стенда КИ по адресу: 

<

...> (территория Томская ТЭЦ-3 АО «Томская генерация») ИП ФИО2 и его нанятыми водителями (письмо ТПУ №14.12.2900 от 20.02.2017 с согласованием ТЭЦ-3; письмо ТПУ №14.12.2869 от 23.01.2017 с согласованием ТЭЦ-3; письмо ТПУ №14.12.2780 от 17.10.2016 с согласованием ТЭЦ-3, журналы выданных  пропусков ТЭЦ-3) (представлены ответчиком в материалы дела в электронном виде в качестве приложения к ходатайству от 22.10.2022).

Все оборудование и приборы, шкафы управления, инструменты и т.д., необходимые для изготовления экспериментального образца – ЭО ПВГГУ, для проведения пуско-наладочных работ и испытаний ЭО ПВГГУ на Стенде КИ (4 и 5 этапы исполнения договора на выполнение прикладных научных исследований и экспериментальных разработок от 02.10.2014 № Т-14.581.21.0001., заключенного между ТПУ и ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК») ввозились на территорию Томская ТЭЦ-3 АО «Томская генерация только на основании пропускного режима.

Последнее письмо ТПУ в адрес ТЭЦ-3 о допуске ИП ФИО2 на территорию Стенда КИ для ввоза оборудования датировано 20.02.2017, въезд осуществлен 24.02.2017. 

Заявление о вступлении в дела в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора поступило  в суд 22.07.2022 (л.д. 13 т. 9).

Таким образом, в случае, если спорное имущество было передано ИП ФИО2 ответчику вне рамок заключенного с истцом договора, то о том, что оно находится у ответчика без установленных законом оснований, он должен был узнать не позднее 24.02.2017 (дата последнего въезда на территорию ТЭЦ-3).

В случае, если передача оборудования была произведена в рамках договора, заключенного с истцом, то указанный срок должен исчисляться с 30.08.2017 (дата подписания акта № 176).  

Таким образом, на момент подачи данного заявления в суд срок исковой давности истек (не позднее 30.08.2020). 

В соответствии со статьями 65, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований, представив письменные доказательства, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, раскрыть те доказательства, на которые оно ссылается. 

Истцом, ИП ФИО2 не опровергнут довод ответчика о пропуске срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с частью 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения требований истца, третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора отсутствуют.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В ходе производства по делу по ходатайству истца проведена судебная экспертиза. 

Денежные средства на проведение экспертизы в сумме 565 000 руб. перечислены на депозитный счет Арбитражного суда Томской области (платежные поручения от 09.02.2021 № 885686 на сумму 50 000 руб., от 01.11.2021 № 146679 на сумму 345 000 руб., от 09.02.2022 № 565463 на сумму 95 000 руб. (денежные средства внесены ТПУ), чек-ордер ПАО Сбербанк от 08.02.2021 на сумму 75 000 руб. (денежные средства внесены ЗАО «КОМПОМАШ-ТЭК»).

Определением от 15.11.2021 по делу № А67-7685/2020 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФГБНУ НИИ ФИО8 Валентиновне (123317, Москва, ул. Антонова-Овсеенко, д. 13, стр. 1)); производство по делу приостановлено.

В арбитражный суд поступили материалы дела № А67-7685/2020 и заключение судебной экспертизы, стоимость экспертизы составила 536 759,94 руб.

Определением суда от 31.05.2022 с депозитного счета Арбитражного суда Томской области на расчетный счет экспертной организации перечислена денежная сумма в размере 536 759,94 руб.

Судебные расходы, понесенные ответчиком в связи с проведением судебной экспертизы в  соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

При обращении с иском истец уплатил госпошлину в сумме 6 000 руб. (чек-ордер от 22.10.2020, л.д. 1 т. 2).

В силу пункта 3 части 1 статьи 103 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по искам об истребовании имущества цена иска определяется исходя из стоимости истребуемого имущества.

Истец заявил ходатайство об уменьшении размера государственной пошлины со ссылкой на затруднительное финансовое положение.

В соответствии с пунктом 2 статьи 333.22 Налогового Кодекса Российской Федерации арбитражные суды, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым указанными судами, либо уменьшить ее размер, а также отсрочить (рассрочить) ее уплату в порядке, предусмотренном статьей 333.41 настоящего Кодекса.

Таким образом, учитывая затруднительное финансовое положение истца, суд полагает возможным снизить размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с последнего до 6 000 руб.

При подаче заявления о вступлении в дела с самостоятельными требованиями ИП ФИО2 уплачена государственная пошлина в сумме 140 216 руб. (чек-ордер ПАО Сбербанк от 18.07.2022).

Согласно пояснениям ИП ФИО2 от 26.10.2022 стоимость шкафов управления составляет 9 116 804,03 руб. Таким образом, уплате подлежала государственная пошлина в сумме 68 584 руб. 

Излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 76 632 руб. подлежит возврату из федерального бюджета заявителю на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, и, руководствуясь частью 1 статьи 110, статьями 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «КОМПОМАШ-ТЭК» (ИНН 

<

***>) в пользу федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» (ИНН 

<

***>) 461 759 руб. 94 коп. в возмещение судебных издержек. 

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 308246830200206) из федерального бюджета уплаченную государственную пошлину (чек-ордер ПАО Сбербанк от 18.07.2022) в сумме 76 632 руб. (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации).

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в арбитражный суд апелляционной инстанции (Седьмой арбитражный апелляционный суд) в месячный срок с момента изготовления текста решения в полном объеме. 

 

Судья                   М.О. Попилов