ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности решения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу

№11АП-14200/2023

Дело № А55-36944/2022

г. Самара

28 сентября 2023 года

Резолютивная часть  постановления  объявлена 26 сентября 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 сентября 2023 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Романенко С.Ш., 

судей Копункина В.А., Коршиковой Е.В.,           

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,   

при участии: 

от ответчика – представитель ФИО2, по доверенности от 01.01.2023,

от третьего лица (АО «Самаранефтегаз») – представитель ФИО3, по доверенности от 01.01.2023,

в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 26 сентября 2023 года в помещении суда в зале № 7 апелляционную жалобу акционерного общества «Нефтегорский газоперерабатывающий завод» на решение Арбитражного суда Самарской области от 18.07.2023, по делу № А55-36944/2022 (судья Каленникова О.Н.),

по иску Территориального управления Росимущество по Самарской области к Акционерному обществу "Нефтегорский газоперерабатывающий завод" 

Третье лица: 1. Главное управление МЧС России по Самарской области 2. Акционерное общество "САМАРАНЕФТЕГАЗ" 

об истребовании,

У С Т А Н О В И Л:

Территориальное управление Росимущество по Самарской области , Россия 443010, г. Самара обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к Акционерному обществу "Нефтегорский газоперерабатывающий завод" в соответствии с которым просило суд истребовать из чужого незаконного владения защитное сооружение гражданской обороны (ПРУ) № 241-63 с кадастровым номером 63:13:0403013:620, площадью 218,2 кв.м., расположенное по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04.

 Решением Арбитражного суда Самарской области от 18.07.2023, по делу № А55-36944/2022 исковые требования удовлетворены.

 Истребовано из чужого незаконного владения Акционерного общества "Нефтегорский газоперерабатывающий завод" защитное сооружение гражданской обороны (ПРУ) № 241-63 с кадастровым номером 63:13:0403013:620, площадью 218,2 кв.м., расположенное по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04.

Взыскано с Акционерного общества "Нефтегорский газоперерабатывающий завод"  (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 17 739 руб.

Не согласившись с принятым  судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить в иске отказать.

При этом в жалобе заявитель указал, что суд первой инстанции не учел, что истец выразил волю на выбытие из его собственности Убежища и в течение 28 лет не выражал интереса к нему.

Судом  установлено, что право собственности ответчика на убежище: возникло по результатам приватизации - убежище вошло в состав приватизируемого имущества; зарегистрировано в установленном порядке с 22.06.1994, сведения о регистрации права имеются в ЕГРН.

Однако суд сделал неверный вывод, что право собственности на убежище не возникло ввиду несоблюдения порядка приватизации Убежища по решению Правительства РФ.

Вывод сделан судом в нарушение п. 15 Постановления ВС РФ № 3020-1, из которого следует, что по решению Правительства осуществлялось управление и распоряжение объектами федеральной собственности лишь в случае, если иное не было предусмотрено законодательными актами РФ.

ГП «Куйбышевнефть» (правопредшественник) являлся организацией топливно-энергетического комплекса, приватизация которого в 1992 г. осуществлялась на основании Указов Президента РФ и актов Госкомимущества, из которых следует, что решение Правительства РФ на приватизацию имущества ГП не требовалось, в связи с чем порядок приватизации Ответчиком Убежища не нарушен.

По мнению заявителя жалобы вывод суда также противоречит Распоряжению Минимущества России от 15.03.2002 № 8-а, которым подтвержден перечень зданий и сооружений, вошедшего в уставный капитал ГП при его приватизации, в п. 26 которого указано Убежище.

Заявитель жалобы указал, что суд не учел, что указанным Распоряжением Минимущества, имевшее на момент его принятия полномочия по управлению федеральным имуществом, выразило волю РФ на передачу Убежища в собственность истца по результатам приватизации ГП. Действия Минимущества обязательны для истца, являющегося государственным органом, к которому перешли от Минимущества полномочия по управлению федеральным имуществом.

Суд также по мнению заявителя жалобы не учел, что с момента приватизации ГП в течение более 28 лет истец не выражал интерес к убежищу, волю на владение им и доступ к нему ; не осуществлял никакие полномочия собственника в отношении убежища, в том числе содержание объекта; претензий к ответчику, связанных с владением и пользованием Убежищем, не предъявлял.

Поведением истца подтверждалось, что он считает убежище принадлежащим ответчику. Включение убежища в реестр федерального имущества 21.08.2008, спустя более 6 лет после утверждения Распоряжением от 15.03.2002 № 8-а перечня переданного ответчику имущества, в который было внесено убежище, и более 14 лет после государственной регистрации права собственности ответчика на него, представляло противоречивое недобросовестное поведение истца, направленное на лишение ответчика права собственности на убежище, не подлежащее защите в силу ст. ст. 1 и 10 ГК РФ, которые суд не применил.

Суд не учел, что включение убежища в реестр имущества не влечет возникновение у РФ права собственности на него в отсутствие предусмотренных законом оснований (ст. 8 ГК РФ).

Таким образом по мнению заявителя жалобы убежище выбыло из владения РФ по ее воле на основании надлежащим образом оформленных документов, в связи с чем владение ответчиком убежищем является законным и основания его истребования в пользу истца отсутствуют.

Выводы суда о том, что владение убежищем осуществляет истец и что им не  пропущен срок исковой давности, противоречит доказательствам и фактическим обстоятельствам дела.

Судом не учтено, что убежище находится на огороженном и охраняемом земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности, на который отсутствует свободный доступ третьих лиц, в связи с чем фактическое господство над убежищем с момента приватизации ГП осуществляет ответчик, который также несет бремя содержания объекта. Убежища на ответственное хранение и в пользование с ответчиком не заключался. 

 Также заявитель жалобы указал, что вывод суда о том, что ответчик в Акте инвентаризации № ПРУ/7-38 от 15.08.2018 (л.д. 59-60 т. 1) признал, что убежище находится в его пользовании, а не в собственности, сделан в связи с неверной оценкой Акта. Акт является внутренним документом ответчика, составленным его работниками. Указание в нем на пользование ответчиком убежищем не подтверждает его статус как пользователя, а не собственника объекта. Суд неверно установил доказательственное значение Акта как имеющего силу выше, чем выписка из ЕГРН, документы о приватизации, достоверно подтверждающие факт принадлежности ответчику убежища

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представители ответчика и третьего лица  апелляционную жалобу поддержали, решение суда считают незаконным и необоснованным, просили его отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

 В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного  разбирательства.

Проверив законность и обоснованность  обжалуемого решения  в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы  в совокупности с исследованными доказательствами по делу, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела,  согласно сведениям реестра федерального имущества защитное сооружение гражданской обороны (далее - ЗС ГО): убежище № 773 (ПРУ №773-63), расположенное по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04 (РНФИ В13630001528) числится в реестре федерального имущества.

26.08.2022 в ходе проведения осмотра Территориальным управлением установлено наличие на земельном участке с кадастровым номером 63:13:0403013:508, площадью 228 589 кв. м, расположенного по адресу: Самарская область, Богатовский район, СПК «Максимовское», массив 05, квартал 01, участок 04, являющегося собственностью Российской Федерации (государственная регистрация права собственности РФ № 63-13-1/2001-1958.1 от 29.10.2001), находящегося на праве аренды у АО «Нефтегорский Газоперерабатывающий Завод», ЗС ГО №773-63 (убежище № 773) с кадастровым номером 63:13:0403013:620.

Согласно статье 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Согласно п. 1 ст. 214 Гражданского кодекса Российской Федерации  государственной собственностью в Российской Федерации является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации, и имущество, принадлежащее на праве собственности субъектам Российской Федерации.

Исходя из содержания пункта 5 статьи 214 Гражданского кодекса Российской Федерации  отнесение государственного имущества к федеральной собственности и к собственности субъектов Российской Федерации осуществляется в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 213 Гражданского кодекса Российской Федерации  в собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам и юридическим лицам.

По смыслу положений, содержащихся в постановлении Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», объекты гражданской обороны являются федеральной собственностью независимо от того, на чьем балансе они находятся и от ведомственной подчиненности предприятий, не подлежат приватизации и могут быть приватизированы только по решению Правительства Российской Федерации.

Данное положение также было закреплено в пункте 2.2.2 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, утвержденном постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.06.1992 № 2980-1. В пункте 2.1.37 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2284, к объектам и предприятиям, находящимся в федеральной собственности, приватизация которых запрещена, отнесены, в том числе ЗС ГО.

ЗС ГО представляют собой отдельную категорию объектов государственной собственности, объединяемых по признаку единого назначения, которые в прил. 1-3 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» не упомянуты.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 12.02.1998 № 28-ФЗ «О гражданской обороне» порядок создания убежищ и иных объектов гражданской обороны определяет Правительство РФ.

Согласно п. 2 Порядка создания убежищ и иных объектов гражданской обороны, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 29.11.1999 № 1309, к объектам гражданской обороны относятся убежища, противорадиационные укрытия, специализированные складские помещения для хранения имущества гражданской обороны, санитарно-обмывочные пункты, станции обеззараживания одежды и транспорта, а также иные объекты, предназначенные для проведения мероприятий по гражданской обороне.

Следовательно, ЗС ГО, не отвечающие критериям объектов оборонного производства, на основании п. 3 вышеупомянутого Постановления продолжают оставаться в федеральной собственности до решения вопроса о возможности их передачи в собственность соответствующего субъекта Федерации, муниципального образования в установленном порядке.

Данная позиция содержится в определении ВАС РФ от 12.07.2012  № ВАС-8145/12 по делу № А40-70552/11-105-606сс.

Следовательно, спорное ЗС ГО находится исключительно в федеральной собственности в силу закона, данное обстоятельство является основанием, исключающим возможность оформления права собственности на указанное ЗС ГО за АО «НГПЗ».

Как указал истец, в настоящее время объект гражданской обороны – защитное сооружение находится в пользовании ответчика.

Указанные обстоятельства и послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего  исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 301, 302, 212, 214 Гражданского кодекса Российской Федерации обосновано удовлетворил заявленные исковые требования  по следующим основаниям.

Как разъяснено в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

 Cтатья 1 Федерального закона от 12.02.1998 N 28-ФЗ "О гражданской обороне" определяет гражданскую оборону как систему мероприятий по подготовке к защите и защите населения, материальных и культурных ценностей на территории Российской Федерации от опасностей, возникающих при ведении военных действий или вследствие этих действий, а также при возникновении чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 29.11.1999 N 1309 "О порядке создания убежищ и иных объектов гражданской обороны" к объектам гражданской обороны отнесены убежища, противорадиационные укрытия, специализированные складские помещения для хранения имущества гражданской обороны, санитарно-обмывочные пункты, станции обеззараживания одежды и транспорта, а также иные объекты, предназначенные для обеспечения проведения мероприятий по гражданской обороне.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 12757/09, защитные сооружения гражданской обороны представляют собой отдельную категорию объектов государственной собственности, объединяемых по признаку единого назначения, даже в том случае, если они не отнесены к разделу III приложения N 1 к постановлению N 3020-1.

В соответствии с Правилами эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны, утвержденными Приказом Министерства чрезвычайных ситуаций Российской Федерации от 15.12.2002 N 583, объекты гражданской обороны создаются исключительно для защиты населения и ценностей от опасностей военного, природного и техногенного характера в рамках единой системы защитных мероприятий на территории Российской Федерации.

Таким образом, убежище имеет особый статус - объект гражданской обороны, который не может быть отнесен к обычному нежилому фонду в силу особого предназначения и условий использования. Эти объекты создаются исключительно для защиты населения и ценностей от опасностей военного, природного и техногенного характера в рамках единой системы защитных мероприятий на территории Российской Федерации.

Защитные сооружения гражданской обороны, не отвечающие критериям объектов оборонного производства, на основании пункта 3 постановления N 3020-1 в любом случае продолжают оставаться в федеральной собственности до решения вопроса о возможности их передачи в собственность соответствующего субъекта Федерации или в муниципальную собственность в установленном порядке.

По смыслу пунктов 1, 2 раздела 3 Приложения 1 Постановления N 3020-1, на основании которого осуществляется разграничение государственной собственности по уровням, объекты гражданской обороны относятся исключительно к федеральной собственности независимо от того, на чьем балансе они находятся и от ведомственной подчиненности предприятий.

В силу пункта 15 Постановления N 3020-1 управление и распоряжение указанным имуществом осуществляет Правительство Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1.2 Правил эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны (утв. Приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий N 583 от 15.12.2002) статус защитного сооружения ГО как объекта гражданской обороны определяется наличием паспорта убежища, заверенного организацией, эксплуатирующей сооружение, и органом управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям. 

Учет защитных сооружений в соответствии с пунктами 2.1 и 2.2 указанных Правил ведется в федеральных органах исполнительной власти, региональных центрах по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, органах исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органах местного самоуправления, а также в организациях, имеющих на балансе защитные сооружения гражданской обороны. 

Суд первой инстанции обоснованно указал, что представленным в материалы дела Паспортом убежища № 773-63 по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04 подтверждается, что спорное сооружение, об истребовании которого заявлено по настоящему делу, является сооружением гражданской обороны – противорадиационным укрытием.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что ответчик является собственником Убежища, право собственности которого зарегистрировано в ЕГРН 30.04.2002, что подтверждается представленной в дело выпиской из ЕГРН от 26.08.2022, свидетельством о регистрации права от 06.05.2002 и не оспаривается истцом (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Право собственности на Убежище было приобретено ответчиком по результатам приватизации и реорганизации ряда организаций.

Изначально право собственности на Убежище возникло у АООТ «Самаранефтегаз» вследствие приватизации его правопредшественника - государственного предприятия П.О. «Куйбышевнефть» (далее - ГП «Куйбышевнефть»), что подтверждается Планом приватизации от 26.05.1994 (далее - План, прил. № 2).

ГП «Куйбышевнефть» возвело Убежище в 1986 г. на закрытой территории Нефтегорского газоперерабатывающего завода, осуществляло владение им.

Согласно п. 2 разд. II Плана в состав приватизированного имущества ГП «Куйбышевнефть» были включены основные фонды на сумму в размере 3,07 млрд руб., в т.ч. спорное Убежище.

Все объекты, не вошедшие в состав приватизированного имущества, в соответствии с п. 8 Плана были указаны в приложении № 2 к Плану, согласно которому Убежище в состав такого имущества не вошло.

План был утвержден решением № 279 от 19.05.1994 Комитета по управлению государственным имуществом Самарской области (далее - Комитет). Согласно абз. 4-6 стр. 2 Решения № 279 имущество, не включенное в состав приватизируемого, передается АООТ «Самаранефтегаз» по договору на праве пользования.

Договор на передачу Убежища в пользование АООТ «Самаранефтегаз» как имущества, не вошедшего в состав приватизированного, не заключался.

Таким образом, по мнению ответчика Убежище вошло в состав приватизируемого имущества АООТ «Самаранефтегаз».

Ответчик указал, что впоследствии АООТ «Самаранефтегаз» было переименовано в АО «Самаранефтегаз»; организационно-правовая форма АО «Самаранефтегаз» была изменена на ОАО «Самаранефтегаз», Совет директоров которого 21.04.1998 принял решение об учреждении ЗАО «Нефтегорский газоперерабатывающий завод» (ЗАО «НГПЗ; 31.07.1998 ОАО «Самаранефтегаз» передало ЗАО «НГПЗ» Убежище по акту приема-передачи; 29.06.2015 ЗАО «НГПЗ» было переименовано в АО «Нефтегорский газоперерабатывающий завод» (Ответчик).

Таким образом, по мнению ответчика, Убежище было приватизировано и передано в уставный капитал Ответчика. Стоимость Убежища была оплачена при отчуждении РФ акций АООТ «Самаранефтегаз», в связи с чем объект был отчужден возмездно. Убежище выбыло из владения РФ по ее воле, выраженной в ходе совершения Госкомимущества сделки приватизации.

Кроме того, ответчик указал, что истцом избран ненадлежащий способ защиты, поскольку его требования заключаются в возврате Убежища, являвшегося предметом сделки приватизации, в отношении которой Истцом не заявлены требования о признании ее недействительной. Принятое Комитетом решение № 279 от 19.05.1994 (прил. № 3) об утверждении Плана Истцом не оспорено, недействительным не признано.

Ответчик также указал, что истец не предоставил доказательства возникновения права собственности на Убежище.

Указанные доводы ответчика правомерно были отклонены судом первой инстанции в силу следующего.  

Согласно Выписке из реестра федерального имущества № 97/1 от 01.10.2008 Защитное сооружение гражданской обороны  Убежище № 241-63 по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04, было внесено в реестр федерального имущества (л.д. 13-14, т.1). 

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что материалами дела подтверждается, что спорной объект являлся и является защитным сооружением гражданской обороны, убежищем, которое может находиться только в собственности Российской Федерации, управление и распоряжение которым полномочно осуществлять Правительство РФ. 

Собственником истребуемого имущества независимо от наличия либо отсутствия в Едином реестре прав на недвижимое имущество соответствующих записей является Российская Федерация, право собственности является ранее возникшим. Не подтверждают изменение публичного собственника спорного имущества факты передачи помещений иным лицам.

Постановлением Верховного Совета РФ от 11.06.92 была утверждена Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ на 1992 году, где была произведена классификация объектов и предприятий по возможности их приватизации. Раздел 2.2 содержал перечень объектов и предприятий, приватизация которых возможна по решению Правительства РФ. К таким объектам были отнесены защитные сооружения гражданской обороны.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что материалами дела подтверждается, что Правительством РФ решение о приватизации спорного объекта не принималось. 

Кроме того, как уже указывалось выше, в силу п.п.1, 2 раз. 3 Приложения 1 Постановления N 3020-1, на основании которого осуществляется разграничение государственной собственности по уровням, объекты гражданской обороны относятся исключительно к федеральной собственности независимо от того, на чьем балансе они находятся и от ведомственной подчиненности предприятий.

 Таким образом, судом первой инстанции верно указал, что доводы ответчика и третьего лица - АО "САМАРАНЕФТЕГАЗ" о том, что право собственности ответчика на сооружение, в том числе объект гражданской обороны возникло в порядке приватизации, не соответствуют норма действующего законодательства.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем (п.38 Постановления Пленума ВАС РФ № 10/22). 

По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации  собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли (п.39 Постановления Пленума ВАС РФ № 10/22). 

Исходя из исследованных доказательств, судом первой инстанции правомерно  установлено, что спорное сооружение ЗС ГО выбыло из владения собственника Российской Федерации помимо его воли.

Разрешая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности суд первой инстанции обоснованно ссылался на нормы стаей 195, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Ответчик указал, что исчисление срока исковой давности надлежит производить либо с момента утверждения Комитетом 19.05.1994 Плана приватизации; либо с 30.04.2002, когда было зарегистрировано в ЕГРН право собственности Ответчика на Убежище; либо с 01.04.2010, когда был заключен договор аренды № У10/99 земельного участка, на котором расположено Убежище.

При этом, суд первой инстанции верно указал, что к виндикационным искам подлежит применению общий срок исковой давности. Течение срока исковой давности по делам об истребовании имущества из чужого незаконного владения следует исчислять с того момента, когда собственник узнал или должен был узнать о том, что имущество выбыло из его владения.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов срок исковой давности исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав.

Территориальное управление Росимущества в Самарской области каких-либо уведомлений от ГУ МЧС России о передаче спорного защитного сооружения в пользование третьим лицам не получало; сведениями из других источников о том, что указанный объект используется ответчиком до определенного срока, не располагало.

Ссылка ответчика о том, что срок исковой давности следует исчислять с даты утверждения плана приватизации, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку, как указывалось выше, объект гражданской обороны в силу норм действующего законодательства может находиться исключительно в федеральной собственности, в связи с чем  он не вошел в план приватизации и, следовательно, исчисление срока исковой давности с указанной даты неверно.

При этом, суд первой инстанции также верно отметил, что начало исчисления срока исковой давности также нельзя  связывать с датой регистрации права собственности ответчика, поскольку, как следует из свидетельства о государственной регистрации права от 06.05.2002, право собственности ответчика зарегистрировано на вспомогательное сооружение. Указанная запись регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним не свидетельствует о государственной регистрации права собственности ответчика на истребуемый объект гражданской обороны.

Суд первой инстанции также правомерно отклонил доводы ответчика об исчислении срока исковой давности с даты заключения договора аренды земельного участка, поскольку из предмета указанного договора также нельзя сделать однозначный вывод о том, что земельный участок был предоставлен под истребуемый объект гражданской обороны.

Как следует из материалов дела, истцу стало известно о наличии указанного сооружения в собственности у ответчика в результате осмотра 26.08.2022.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции доказательств обратного ответчиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в материалы дела не представлено.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям не является пропущенным.

Согласно п. 5.3 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом (далее - Росимущество), утв. Постановлением Правительства РФ от 05.06.2008 № 432, Росимущество осуществляет в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента РФ и Правительства РФ, полномочия собственника в отношении имущества федеральных государственных унитарных предприятий, федеральных государственных учреждений, акций (долей) акционерных (хозяйственных) обществ и иного имущества, в том числе составляющую государственную казну РФ, а также полномочия собственника по передаче федерального имущества юридическим и физическим лицам, приватизации (отчуждению) федерального имущества.

Согласно п. 4 вышеизложенного положения Росимущество осуществляет свою деятельность непосредственно через свои территориальные органы и подведомственные организации во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями.

В соответствии с Положением о Территориальном управлении, утв. Приказом Росимущества от 29.09.2009 № 278, Территориальное управление осуществляет полномочия собственника в отношении имущества федеральных государственных унитарных предприятий, федеральных государственных учреждений, зарегистрированных на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, и иного федерального имущества, расположенного на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, в том числе составляющего государственную казну Российской Федерации, а также полномочия собственника по передаче федерального имущества юридическим и физическим лицам, приватизации (отчуждению) федерального имущества в случаях, когда реализация указанных полномочий непосредственно Территориальным управлением прямо предусмотрена нормативными правовыми актами Правительства РФ, в том числе осуществляет от имени Российской Федерации юридические действия по защите имущественных и иных прав и законных интересов Российской Федерации при управлении федеральным имуществом и его приватизации в установленном порядке по вопросам, относящимся к компетенции Территориального управления.

На территории Самарской области управление и распоряжение земельными участками, находящимися в собственности Российской Федерации, осуществляет Территориальное управление.

В соответствии с п.п. б п. 6 Положения об учете федерального имущества (утв. постановлением Правительства РФ от 16 июля 2007 г. N 447) (в редакции постановления Правительства РФ от 16 июня 2015 г. N 590) учет федерального имущества   и   ведение   реестра   осуществляют   территориальные   органы Федерального агентства по управлению государственным имуществом (далее -территориальные органы), если иное не установлено федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, - в отношении:

- имущества (включая земельные участки, в том числе предоставленные в пользование юридическим и физическим лицам на основании соответствующих договоров), составляющего государственную казну Российской Федерации, расположенного на территории Российской Федерации, по месту его нахождения в соответствии с компетенцией, определяемой положениями о территориальных органах;

- имущества (включая земельные участки), составляющего государственную казну Российской Федерации, расположенного за рубежом;

- федерального имущества (включая земельные участки), принадлежащего правообладателям на вещном праве, по месту государственной регистрации (для юридических лиц) или по месту жительства (для физических лиц) в субъектах Российской Федерации, на территории которых осуществляют деятельность территориальные органы (за исключением случаев, когда учет имущества относится к компетенции иных территориальных органов).

Иные доводы ответчика также правомерно отклонены судом первой инстанции  как несоответствующие установленным по делу обстоятельствам.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что из чужого незаконного владения Акционерного общества "Нефтегорский газоперерабатывающий завод" следует истребовать защитное сооружение гражданской обороны (ПРУ) № 241-63 с кадастровым номером 63:13:0403013:620, площадью 218,2 кв.м, расположенное по адресу: Самарская область, Богатовский район, зона 04, массив 05, квартал 01, участок 04.

Таким образом, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что спорный подвал является убежищем, приватизация которого в силу закона запрещена.

Доводы заявителя жалобы не состоятельны и не принимаются апелляционным судом , поскольку противоречат закону.

Приобретая спорный объект недвижимости, ответчик знал и должен был знать, что нахождение помещения иначе как в федеральной собственности запрещено действующим законодательством.

В соответствии с требованиями статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Российская Федерация в силу закона является собственником спорного убежища, а поэтому была вправе истребовать указанное недвижимое имущество из незаконного владения ответчика.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности получили надлежащую оценку в оспариваемом решении суда первой инстанции.  

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка. 

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Самарской области от 18.07.2023, по делу № А55-36944/2022, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 18.07.2023, по делу № А55-36944/2022 – оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Нефтегорский газоперерабатывающий завод» - без удовлетворения.

Постановление  вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа. 

Председательствующий                               С.Ш. Романенко

Судьи                                                                                                                  В.А. Копункин

 

                                                                                                                             Е.В. Коршикова