1146/2023-88428(2) 

 

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула Дело № А23-5438/2021  

20АП-6631/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.11.2023 Постановление изготовлено в полном объеме 22.11.2023 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола  судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в  судебном заседании представителей ФИО2 ФИО3 (доверенность от  09.07.2022), ФИО4 (доверенность от 06.07.2022), в отсутствие иных лиц,  участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного  заседания, в том числе, путем размещения информации на официальном сайте  арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО5 ФИО6 на определение Арбитражного суда Калужской  области от 17.08.2023 по делу № А23-5438/2021 (судья Денисенко И.М.), принятое по  заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании  недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП 304400310700081, ИНН 

<

***>), с привлечением к  участию в качестве заинтересованных лиц: - ФИО2, ФИО5, ФИО7,  

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о  несостоятельности (банкротстве) ФИО5.  

Решением Арбитражного суда Калужской области от 28.09.2021 (резолютивная  часть объявлена 21.09.2021) должник признан несостоятельным (банкротом) и в  

отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим  утвержден Леонов Андрей Иванович.  

Финансовый управляющий ФИО6 09.06.2022 обратился в  Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании недействительной сделки  и применении последствий недействительности сделки, в котором просил признать  недействительным договор купли-продажи от 30.06.2017, заключенный между  ФИО5 и ФИО2 и применить  последствия недействительности указанной сделки, обязав ФИО2  возвратить в конкурсную массу ФИО5 автомобиль АУДИ Q5  2010 г.в., гос. рег. знак 

<

***> (новый рег.знак 

<

***>), VIN:  

<

***>, а в случае невозможности возврата имущества в натуре  возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.  

Определением Арбитражного суда Калужской области от 10.06.2022 заявление  финансового управляющего принято к производству, назначено к рассмотрению,  привлечены в качестве заинтересованных лиц ФИО2, Мелкумян Ара  Сергеевич.  

Определением Арбитражного суда Калужской области от 28.09.2022 к участию в  дело в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО7,  собственник спорного автомобиля на настоящий момент.  

Ходатайством об уточнении требований от 17.10.2022, с учетом установления  обстоятельств продажи спорного автомобиля 3-ему лицу ФИО7, заявитель просил признать сделку недействительной и взыскать с  ФИО2 в конкурсную массу стоимость автомобиля в сумме 1 400 000 руб., с  учетом справки оценщика о стоимости автомобиля в сумме 1 400 000 руб. по состоянию  на дату совершения сделки 30.06.2017.  

Уточнение принято судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Определением Арбитражного суда Калужской области от 26.12.2022  (резолютивная часть объявлена 22.12.2022) по делу № А23-5438/2021 назначена  комплексная судебная экспертиза. Проведение экспертизы поручено экспертам общества  с ограниченной ответственностью «Кабинет независимой экспертизы и оценки».  

От ООО «Кабинет независимой экспертизы и оценки» 01.03.2023 поступило  комплексное заключение экспертов.  

Определением Арбитражного суда Калужской области от 17.08.2023 по делу 

 № А23-5438/2021 в удовлетворении заявленных требований финансового управляющего  

Леонова Андрея Ивановича о признании сделки недействительной и применении  последствий недействительности сделки отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий  ФИО5 ФИО6 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый  арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда  фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просил  определение отменить, удовлетворить заявленные требования.  

Заявитель жалобы указал, что финансовый управляющий не согласен с выводом  суда о недоказанности пороков оспариваемой сделки, выходящих за пределы п. 2 ст. 61.2  ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». По мнению заявителя, установленный  законодателем период подозрительности был использован должником с целью обхода  периода подозрительности, что и является выходом за пределы состава, предусмотренного  п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

ФИО2 представил отзыв, в котором возражал против доводов  апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители ФИО2 возражали против доводов  апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемое определение без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в настоящем деле, извещенные о времени и месте  судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились,  своих представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие  неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов  апелляционной жалобы.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных  статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.  

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  

по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим  вопросы несостоятельности. Пунктом 7 ст. 213.9 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что  финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина  заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным ст.  ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением  федерального закона. В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве  сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что  30.06.2017 между должником ФИО5 (продавец) и ответчиком  ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи  автомобиля АУДИ Q5 2010 г.в.VIN 

<

***> по цене 120 000 руб. Оплата  за проданный автомобиль произведена в этот же день, денежные средства переданы  должнику, о чем имеется расписка.  

24.06.2021 в Арбитражный суд Калужской области поступило заявление 

ООО «Региональная строительная компания» о признании должника ФИО5  несостоятельным (банкротом). Определением от 01.07.2021 заявление  

ООО «Региональная строительная компания» принято судом к производству. 

Решением Арбитражного суда Калужской области от 28.09.2021 (резолютивная  часть объявлена 21.09.2021) должник признан несостоятельным (банкротом) и в  отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим  утвержден ФИО6.  

Заявление о признании недействительным договора купли-продажи от 30.06.2017  подано финансовым управляющим 09.06.2022.  

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных  противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей  имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя  долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания  сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с  Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке,  которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт  

4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановление № 63).  По общему правилу, совершение сделки исключительно с намерением причинить вред  другому лицу является злоупотреблением правом и является основанием для  квалификации такой сделки недействительной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного  поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении  своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене  имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может  быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная  цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой  стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также  презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.  

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а  также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее  проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом.  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по  признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в  самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по  статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае  выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В  противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса  

Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, открывает возможность для обхода как сокращенного срока исковой  давности, установленного для оспоримых сделок, так и периода подозрительности, что  явно не соответствует воле законодателя (соответствующая позиция изложена в  Постановлениях Арбитражного суда Центрального округа от 17.09.2021 по делу № А628904/2019, от 29.03.2022 № Ф10-1058/2020 по делу А14-3797/2019).  

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка по продаже должником  автомобиля ответчику совершена 30.06.2017, то есть, более чем за три года до  возбуждения дела о банкротстве должника (за пределами периода подозрительности). С  учетом изложенного, заявление финансового управляющего по данному обособленному  спору может быть удовлетворено в том случае, если он докажет наличие в оспариваемой  сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.  

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от  28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305- ЭС17-4886).  

В то же время правовая позиция финансового управляющего по существу сводится  к тому, что передача имущества должником ответчику по оспариваемому договору была  осуществлена должником без встречного предоставления, то есть, совершена  безвозмездно либо по заниженной стоимости, с намерением причинить вред кредиторам  должника. Вышеизложенное свидетельствует о том, что обстоятельства, выходящие за  пределы признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим не приводятся.  

Изучив представленные сторонами доказательства и документы, имеющиеся в  деле, суд первой инстанции таких обстоятельств также не усмотрел.  

В обоснование своих требований финансовый управляющий указал, что сделка  была совершена в пользу ответчика без встречного предоставления, то есть, совершена  безвозмездно, что причинило вред должнику и его кредиторам; ответчик, являясь сыном  должника, был осведомлен о наличии у должника неисполненных обязательств перед  кредиторами.  

Вместе с тем, документального подтверждения наличия у должника кредиторов на  дату совершения оспариваемой сделки (30.06.2017) и осведомленности об этом ответчика  суду не представлено.  

Во исполнение определения суда первой инстанции от 28.09.2022 финансовым  управляющим были предоставлены сведения об имеющихся кредиторах на 30.06.2017, в  

которых указан только один кредитор – ООО «Региональная строительная компания».  

Судом установлено, что требования данного кредитора к должнику подтверждены  вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калужской области от  21.01.2021 по делу № А23-5452/2018 и включены в реестр требований кредиторов  должника определением Арбитражного суда Калужской области от 28.09.2021 по делу  

 № А23-5438/2021. Из решения Арбитражного суда Калужской области 21.01.2021 по делу   № А23-5452/2018 следует, что претензия ООО «Региональная строительная компания» к  должнику о расторжении договора и возврате денежных средств была предъявлена  должнику 14.05.2018, на момент совершения оспариваемой сделки (30.06.2017)  требований от указанного лица к должнику не имелось.  

Таким образом, в период совершения оспариваемой сделки у должника  отсутствовала задолженность перед кредиторами, включенными в реестр.  

Оценивая добросовестность участников сделки, судом первой инстанции учтены  приведенные выше обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии у должника  кредиторской задолженности на дату совершения оспариваемой сделки, а также принято  во внимание, что согласно имеющимся в материалах дела копиям налоговых деклараций  должника, карточкам учета иных транспортных средств, имевшихся в собственности  должника, копии ответа должника, адресованного финансовому управляющему, после  совершения оспариваемой сделки должник продолжал осуществление  предпринимательской деятельности, получал стабильный доход, неоднократно продавал и  покупал иные транспортные средства, что опровергает доводы финансового  управляющего о невозможности удовлетворить требования кредиторов в результате  продажи должником автомобиля ответчику по оспариваемой сделке.  

В материалы дела со стороны ответчика представлены документы,  подтверждающие встречное исполнение (расписка от 30.06.2017 на сумму 120 000 руб.).  Должник в письменных пояснениях, поступивших в суд 13.12.2022, также подтвердил  получение от ответчика наличных денежных средств в указанном размере, указал, что  получил их в день подписания договора, и на счет в банке они не вносились. Указал, что  машина продавалась ответчику в не отремонтированном состоянии, после аварии, а также  что финансовый управляющий никаких пояснений у него относительно обстоятельств  сделки и ремонта автомобиля не запрашивал.  

Ответчиком в материалы дела представлены доказательства наличия у него  финансовой возможности передать должнику денежные средства, указанные в расписке  (банковские выписки, отражающие движение денежных средств по счету ответчика).  

Судом первой инстанции по ходатайству финансового управляющего истребован в  

ПАО Сбербанк отчет по карте (расширенная выписка) по счету   № 40817.810.6.2224.0323356 «VisaGold Сбербанка России (в рублях)» Мелкумяна Армана  Араевича за период с 03.01.2017 по 01.08.2017 с указанием даты операции, суммы  операции, остатка вклада, а также наименования, вида, места совершения операции,  фамилии, имени, отчества отправителя/получателя денежных средств. Истребованные  судом сведения поступили в дело. Ответчиком также представлены копия запроса в ПАО  Сбербанк о предоставлении информации о снятии наличных денежных средств со счета и  копия ответа ПАО Сбербанк. Представленные ответчиком сведения соответствуют  информации, поступившей непосредственно от банка.  

Из представленной выписки по счету усматривается, что ФИО2 в  период, предшествующий совершению сделки (с 24.03.2017 по 26.06.2017) были сняты со  счета наличные денежные средства на общую сумму 266 814 руб. 42 коп., достаточные  для оплаты за автомобиль, проданный ему по оспариваемому договору (операции №№ 85,  107, 111, 123, 125, 126, 138, 206).  

Таким образом, материалами дела опровергается довод финансового управляющего  о безвозмездности оспариваемой сделки и о том, что она является притворной и  прикрывает собой договор дарения (п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Суд первой инстанции также не усмотрел оснований для квалификации  оспариваемой сделки как мнимой по п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации необходимо установить, что каждая из ее сторон  действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в  действительности, поскольку все стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее  действительного смысла. Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным  условием для признания сделки мнимой. Поэтому факт расхождения волеизъявления с  волей каждой стороны сделки устанавливается судом путем анализа фактических  обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.  

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение  (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015   № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации»).  

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о формальном  исполнении оспариваемой сделки и ее мнимости. В настоящем случае ответчик,  

предоставляя суду доказательства реальности отчуждения ему должником автомобиля и  реальности произведенной оплаты за автомобиль, подтвердил отсутствие расхождения  собственной воли с волеизъявлением при заключении и исполнении оспариваемой сделки.  Ответчиком представлены доказательства, подтверждающие, что он после приобретения  автомобиля произвел его ремонт, постановку на учет в органах ГИБДД, оформлял ОСАГО  на автомобиль за весь период нахождения его в собственности ответчика, осуществлял на  нем поездки (в материалах дела имеются сведения о наложении на ответчика  административных штрафов за нарушения, допущенные при управлении автомобилем),  уплачивал транспортный налог.  

Заинтересованность сторон сделки имеет значение при оспаривании сделки по  основаниям, указанным в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и о мнимости сделки не  свидетельствует.  

Доводы финансового управляющего о совершении сделки по цене, не  соответствующей рыночной, также проверены судом первой инстанции.  

Судебной экспертизой, проведение которой было назначено судом по ходатайству  ответчика, установлено, что рыночная стоимость автомобиля АУДИ Q5 2010 г.в., VIN  

<

***> с учетом его технического состояния на дату совершения  оспариваемой сделки (30.06.2017) составляла 410 200 руб.  

Вместе с тем, факт неравноценности встречного предоставления имеет значение  при оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве,  каковых применительно к оспариваемой сделке судом не установлено.  

Поскольку оспариваемая сделка совершена за пределами периода  подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и пороки  оспариваемой сделки, выходящие за пределы подозрительной сделки, финансовый  управляющий должника не доказал, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной  на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Оснований для квалификации оспариваемой сделки как ничтожной по п. 1 ст. 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (мнимая сделка) и п. 2 ст. 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (притворная сделка) судом области также  не установлено.  

В апелляционной жалобе финансовый управляющий не согласен с выводом суда о  недоказанности пороков оспариваемой сделки, выходящих за пределы п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)». По мнению заявителя, установленный законодателем  период подозрительности был использован должником с целью обхода периода  

подозрительности, что и является выходом за пределы состава, предусмотренного п. 2 ст.  61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Указанные доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции и подлежат  отклонению на основании следующего.  

Продолжительность периода подозрительности устанавливается законодателем и в  рассматриваемой ситуации не зависит ни от поведения должника, ни от поведения  ответчика. Как было верно установлено судом, оспариваемая сделка совершена за  пределами такого периода - договор заключен 30.06.2017, заявление кредитора о  банкротстве должника поступило в суд 24.06.2021, т.е. спустя 4 года после совершения  оспариваемой сделки.  

Доказательств того, что при совершении оспариваемой сделки стороны осознавали  и допускали, что через 4 года будет возбуждено производство по делу о банкротстве  ФИО5, не имеется. На момент совершения сделки стороны не могли  действовать в обход периода подозрительности, т.к. не знали, что этот период в принципе  наступит. Договор должника с контрагентом (кредитором - заявителем по делу о  банкротстве) прекращен не был, претензий в адрес должника не направлялось, судебных  разбирательств не имелось. У должника также не имелось намерений заявлять о  собственном банкротстве - он продолжал осуществлять свою деятельность в качестве  индивидуального предпринимателя, получал доход.  

Доказательств того, что неисполнение должником требования ООО «РСК»,  полученного почти через год после совершения оспариваемой сделки, было вызвано  именно продажей автомобиля ответчику, не имеется.  

Необходимо учитывать, что законодательство не содержит запрета на  распоряжение должником принадлежащим ему необремененным имуществом по своему  усмотрению даже при наличии непогашенной задолженности перед кредитором  (определение ВС РФ от 26.11.2019 № 42-КГ 19-4, 2-540/2018), а тем более при отсутствии  такой задолженности либо незаявлении о ней контрагентом должника.  

На момент совершения оспариваемой сделки у должника был статус действующего  индивидуального предпринимателя, он вел свою профессиональную деятельность,  извлекал из нее доход, и этот доход стабильно возрастал, что подтверждается  имеющимися в деле о банкротстве налоговыми декларациями должника (за 2018 год - 1  669 525 руб., за 2019 год - 8 247 460 руб., за 2020 год - 8 872 000 руб.). Из материалов дела  также усматривается, что после отчуждения автомобиля ответчику в собственности  должника оставались транспортные средства (автомобили Toyota Camry, Форд Focus, 3  автомобиля ВАЗ) и недвижимое имущество (помимо домовладения в г. Балабаново, где  

проживает должник, у него был еще земельный участок и жилой дом в Брянской области).  

Таким образом, в ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции  не нашли подтверждения доводы заявителя о том, что причиной совершения  оспариваемой сделки явилось то, что должник, предвидя перспективу принудительной  реализации автомобиля, принял решение спешно сокрыть свое имущество от взыскания и  продал автомобиль ответчику. Мотивом продажи спорного транспортного средства, как  пояснил должник, являлось состояние автомобиля после аварии (существенные  повреждения, наличие которых подтверждено судебной экспертизой), нежелание  должника заниматься восстановлением автомобиля - автомобиль был продан ответчику в  неотремонтированном виде.  

Обстоятельств, свидетельствующих о мнимости сделки, также установлено не  было: из материалов дела усматривается, что продажа имущества ответчику не была  фиктивной, лишь для вида. Ответчик активно эксплуатировал приобретенный у должника  автомобиль, о чем свидетельствуют многочисленные постановления о назначении  ответчику административных штрафов. Ответчик нес бремя содержания приобретенного  автомобиля: уплачивал за него транспортный налог, страховал гражданскую  ответственность. Доказательств, свидетельствующих о том, что передача имущества  носила формальный характер, и в действительности должник сохранил контроль над  имуществом, в материалы дела представлено не было.  

При таких обстоятельствах, вывод суда об отсутствии предусмотренных ст. 170  Гражданского кодекса РФ оснований для признания оспариваемой сделки мнимой либо  притворной, является правомерным.  

 Учитывая изложенное, судебный акт соответствует нормам материального права, а  содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам.  

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку законных и  обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении заявления и частично  основаны на ошибочном толковании норм права.  

Оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по  приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи  270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 17.08.2023 по делу  

 № А23-5438/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в  течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В  соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Ю.А. Волкова 

Судьи Н.А. Волошина  

О.Г. Тучкова