АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-39/2021

г. Краснодар

20 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме   20 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Накиб А.А., при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции от KHS GmbH (КХС ГмбХ) – ФИО1  (доверенность от 15.12.2020), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа Энергострой» на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 14.10.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022 по делу № А18-39/2021 (Ф08-1979/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Хавмаг» (далее – должник) ООО «Группа Энергострой» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 5 900 991 рублей 92 копеек.

Определением суда от 14.10.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.12.2022, в удовлетворении заявления общества отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению заявителя жалобы, реальность предоставления займа должнику подтверждается платежными поручениями от 27.12.2017 № 172 и от 28.12.2017 № 175. Сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале. Сам по себе факт аффилированности кредитора и должника не свидетельствуют о необоснованности требований кредитора и необходимости понижения очередности его удовлетворения.

В отзыве на кассационную жалобу KHS GmbH (КХС ГмбХ) просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель KHS GmbH (КХС ГмбХ) поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 28.03.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Общество обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 5 900 991 рублей 92 копеек, ссылаясь на то, что должник имеет непогашенную задолженность по договору займа от 27.12.2017 № 3зм-12/17 в размере 1490 тыс. рублей основного долга, проценты за пользование займом из расчета 8,5% годовых в размере 559 342 рубля 92 копеек за период с 27.12.2017 по 01.06.2022 и пени в размере 3 851 650 рублей за период с 01.01.2021 по 01.06.2022.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды обоснованно руководствовались статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), пунктом 1 и 2 статьи 10, пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», далее – постановление № 63), пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

Принимая во внимание положения статьи 19 Закона о банкротства, суды установили, что организация ООО «Торговый дом "Ачалуки"» использовалась группой компаний, куда входили должник, ООО «ОКАЭС», ООО «Группа Артис», ООО «Возрождение», ООО «Минеральная вода "Ачалуки"», ООО «Миранда», ООО «ОКАЭС», ООО «Группа Энергострой» и другие для организации транзита и обналичивания денежных средств. При этом общество является аффилированным лицом по отношению к должнику, что позволяет им оформлять формальный документооборот с целью включения в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее – Обзор) на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве. Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Аффилированный кредитор должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, подтвердив, что она соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, подлежат квалификации по правилам, установленным статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая положения статей 807 – 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся в абзаце 3 пункта 26 постановления № 35, пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016,пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110, суды исходили из того, что  заявитель должен не только подтвердить факт передачи денежных средств, но также указать их реалистичный (а не формальный) источник, свидетельства того, что денежные средства реально были потрачены должником, а не прошли по счетам должника транзитом, никак не отразившись на его дальнейшем финансовом положении.

Суды указали, что с учетом презумпции разумности действий участников гражданского оборота (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) есть основания полагать, что действия, направленные на изъятие денежных средств членов группы в пользу должника под видом договоров займов обсуждались на внутригрупповых переговорах, в их основе лежит достигнутая членами группы договоренность. При этом подчиненность членов группы одному конечному бенефициару позволяла им заключать сделки с целью формального создания кредиторской задолженности.

Суды установили, что структура создания кредиторской задолженности и вывода (обналичивания) денежных средств неоднократно использовалась должником и аффилированными с ним лицами под видом договором займов.

Межрайонной ИФНС России № 3 по Республике Ингушетия в отношении должника проведена выездная налоговая проверка по всем налогам, сборам, страховым взносам за период с 01.01.2016 по 31.12.2018. Результаты проверки оформлены решением № 2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.07.2021, которым установлено транзитное движение денежных средств должника при участии аффилированных лиц.

Как указал Верховный суд Российской Федерации, наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 постановления № 63). 

Срок возврата займа первоначально был определен до 28.12.2018. Дополнительными соглашениями №№ 1, 2, 3 срок возврата займа продлевался до 31.12.19, 31.12.20 соответственно.

Суды указали, что в соответствии с общедоступными сведениями о финансовом состоянии, фактически с 2018 года должник прекратил осуществлять какую либо предпринимательскую деятельность. Подконтрольное компании общество в силу аффилированности не могло не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса, то есть существует реальная угроза неполучения денежных средств. При этом общество до банкротства должника не обращалось с требованием о взыскании с должника имеющейся значительной задолженности, не представило пояснений относительно столь длительного непредъявления к должнику требований об уплате долга, что не соответствует цели коммерческой деятельности, является подозрительным, экономически необоснованным и противоречит добросовестному поведению участника гражданского оборота. Заявителем не опровергнуты разумные сомнения относительно реальности существования договорных отношений и не представлены необходимые доказательства, которые в связи с применением повышенного стандарта доказывания, подтверждали бы реальность таких отношений.

Кроме того, суды указали на неподтвержденность материалами дела использования суммы займа в хозяйственной деятельности должника, вследствие чего не представляется возможным установить экономические цели получения суммы займа, поскольку сделка не содержит сведений о цели их выдачи.

При указанных обстоятельствах суды, квалифицируя договорные отношения между кредитором и должником как мнимые, пришли к обоснованному выводу о том, что достаточные и достоверные доказательства обоснованности требований, заявленных обществом к включению в реестр требований должника, не представлены. Указанные заявителем обязательства формально имеют гражданско-правовую природу, но в действительности таковыми не являются, а по своей природе являются действиями направленными на нарушение интересов третьих лиц путем недобросовестного увеличения доли в реестре должника, поскольку в условиях отсутствия аффилированности их возникновение и существование невозможно.

Исходя из этого, суды обоснованно указали на отсутствие правовых основания для удовлетворения заявленных обществом требований.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 14.10.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022 по делу № А18-39/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           Е.Г. Соловьев