38/2023-51306(1) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-57569/2021

город Ростов-на-Дону

19 июня 2023 года

15АП-7075/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 19 июня 2023 года. 

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Ефимовой О.Ю.,  

судей Глазуновой И.Н., Пименова С.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии: 

от Новороссийской таможни посредством веб-конференции: ФИО2  по доверенности от 01.06.2021;  

от ООО «ОКТОБЛУ»: ФИО3, ФИО4 по доверенности от 30.06.2022;  от Южного таможенного управления: ФИО5 по доверенности от  06.03.2023, ФИО6 по доверенности от 19.08.2022;  

от Южной электронной таможни: ФИО7 по доверенности от 29.12.12022, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «ОКТОБЛУ»  

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.03.2023 по делу № А32-57569/2021 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ОКТОБЛУ»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  

к Новороссийской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); 

Южной электронной таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  при участии третьего лица: Южного таможенного управления  

о признании незаконными решения, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ОКТОБЛУ» (далее – заявитель,  ООО «ОКТОБЛУ», общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского  края с заявлением к Новороссийской таможне и Южной электронной таможне  (далее – заинтересованные лица) о признании незаконными решения от 21.09.2021  о внесении изменений в декларации на товары № 10317120/020120/0000046,  10317120/020120/0000077, 10317120/020120/0000079, 10317120/030120/0000238,  

10317120/020120/0000085, а также об обязании устранить допущенные нарушения  прав и законных интересов путем возврата суммы излишне взысканных  таможенных платежей в размере 89 943,63 рублей (восемьдесят девять тысяч  девятьсот сорок три рубля 63 копейки) в отношении товаров, ввезенных в регионе  деятельности Новороссийской таможни по спорным ДТ (с учетом уточнений в  порядке статьи 49 АПК РФ).  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.03.2023 в  удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, общество обжаловало  решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),  и просило решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.  

Общество указывает, что тот факт, что сумма лицензионных платежей  рассчитывается в процентах от выручки с перепродажи ввозимых товаров не  означает, что данные платежи должны включаться в таможенную стоимость таких  товаров; вывод суда первой инстанции об обратном не соответствует пункту 8  Рекомендаций ЕЭК и приведенной позиции Верховного Суда РФ. Общество  отмечает, что маркировка спорных товаров товарным знаком «DECATHLON»  осуществлена не в рамках договора коммерческой концессии, который не  предусматривает предоставление обществу прав на размещение товарных знаков  на товарах, а в рамках сублицензионного соглашения; лицензионные платежи за  использование данного товарного знака на ввезенных товарах включены в  таможенную стоимость. Кроме того, предметом договора коммерческой концессии  является предоставление не разрешений на продажу товаров тем или иным  способом, а прав на использование соответствующих объектов интеллектуальной  собственности. Соответственно, положения последнего абзаца статьи 11.1 договора  коммерческой концессии касаются ограничений, связанных с использованием прав  на объекты интеллектуальной собственности, предоставленных обществу, т.е.  продажа товаров, приобретенных у правообладателя, с использованием  предоставленных обществу товарных знаков и ноу-хау может осуществляться  только во франчайзинговых магазинах. Но перепродажа ввозимых товаров не во  франчайзинговых магазинах осуществляется без использования таких прав.  Соответственно, в этом случае у общества не возникает обязанность по уплате  вознаграждения правообладателю с таких перепродаж. По мнению апеллянта,  товарные знаки, права на использование которых предоставлены обществу в  соответствии с договором коммерческой концессии, не наносились на спорные  товары и не влияют на их ценность, поэтому роялти за их использование в размере  0,59% (с 01.01.2019 - 0,5%) не относятся к спорным товарам. Предоставленное  обществу ноу-хау не используется в производстве спорных товаров и не  содержится в них, используется после ввоза товаров для повышения  эффективности продаж не только спорных товаров, но и других товаров,  приобретенных у независимых поставщиков с нанесенными на них товарными  знаками, принадлежащих другим правообладателям. Вывод суда о том, что  правообладатель, иностранный продавец и общество манипулировали элементами  стоимости товаров, в силу чего уплата роялти являлась условием продажи товаров  для их вывоза на таможенную территорию Союза, не подтверждается  представленными в материалы дела доказательствами.  

Заинтересованные лица в отзывах возражали против удовлетворения  апелляционной жалобы, просили решение суда оставить без изменения.  

В судебном заседании представители общества просили решение суда  отменить.  

Представители таможни просили решение суда оставить без изменения.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной  инстанции установил следующее.  

Как следует из материалов дела, ООО «Октоблу» в период с 01.08.2018 по  12.10.2020 в регионе деятельности Южного таможенного управления осуществляло  таможенное декларирование различных спортивных товаров, ввезенных на  основании внешнеторгового контракта от 15.12.2014 № 15-12/2014, заключенного с  компанией Desipro Pte. Ltd. (Сингапур).  

Обществом за период с 01.08.2018 по 12.10.2020 в рамках контракта завезено  на территорию России и помещено под таможенную процедуру выпуска для  внутреннего потребления 1 676 партий спортивных товаров общей фактурной  стоимостью более 120 млн долл. США.  

Согласно сведениям, заявленным в 31 графе ДТ, задекларированные товары  произведены компанией DECATHLON S.A. и промаркированы различными  товарными знаками, принадлежащими компании DECATHLON S.A.  

В соответствии со сведениями, содержащимися в графе 54 ДТ, совершение  таможенных операций с проверяемыми товарами от имени, за счет и по поручению  ООО «Октоблу» на основании договора от 01.02.2016 № 1/2016 осуществлял  таможенный представитель ООО «Вимэкс Групп».  

Таможенное декларирование ввезенных товаров производилось в регионе  деятельности Новороссийской таможни.  

При таможенном декларировании товаров таможенная стоимость заявлена  декларантом и принята таможенным органом по стоимости сделки с ввозимыми  товарами в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС (1 методом).  

Графа 15 «Лицензионные и иные подобные платежи за использование  объектов интеллектуальной собственности» в соответствующих ДТС-1 не  заполнена.  

В период с 19.10.2020 по 30.07.2021 Южным таможенным управлением в  отношении общества проведена камеральная таможенная проверка после выпуска  по вопросу достоверности сведений, заявленных в таможенных декларациях и  (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в  таможенных декларациях, в части сведений о таможенной стоимости товаров.  

По результатам камеральной таможенной проверки составлен акт от  30.07.2021 № 10300000/210/300721/А000029, которым установлено нарушение  ООО «Октоблу» пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, выразившееся в неверном  определении таможенной стоимости товаров первым методом определения  таможенной стоимости без дополнительного начисления приходящейся на  проверяемые товары части вознаграждения, рассчитываемого и уплачиваемого  обществом в соответствии с договором коммерческой концессии от 01.10.2010   № 1.  

На основании указанного акта проверки Новороссийской таможней приняты  решения о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ   № 10317120/020120/0000046, 10317120/020120/0000077, 10317120/020120/0000079,  

10317120/030120/00000238, 10317120/020120/0000085 (далее - спорные ДТ),  сформированы корректировки декларации на товары к спорным ДТ, повлекшие  доначисление подлежащих к уплате таможенных платежей.  

Центральным таможенным управлением в адрес общества направлены  уведомления (уточнение к уведомлению) о не уплаченных в установленный срок  суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных  пошлин, процентов и пеней.  

На основании уведомлений доначисленные таможенные платежи и пени  уплачены обществом в добровольном порядке путем направления обращения и  КДТ.  

Не согласившись с указанными решениями, ООО «Октоблу» обратилось в  арбитражный суд с заявлением.  

В соответствии с ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела об оспаривании затрагивающих права и законные  интересы лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности  ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия)  государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов,  организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными  или иными публичными полномочиями (далее - органы, осуществляющие  публичные полномочия), должностных лиц, в том числе судебных приставов -  исполнителей, рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового  производства, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 24  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что таможенная стоимость  товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на  достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной  информации.  

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная  Таможенным кодексом ЕАЭС, основана на статье VII Генерального соглашения по  тарифам и торговле 1994 года и исходит из их действительной стоимости - цены,  по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для  продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции,  определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.  

За основу определения таможенной стоимости в максимально возможной  степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый  метод определения таможенной стоимости), о чем указано в пункте 15 статьи 38  Таможенного кодекса ЕАЭС.  

Согласно пункту 1 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС таможенной  стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена,  фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для  вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со  статьей 40 Кодекса.  

В силу пункта 3 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС ценой, фактически  уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма  всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению  покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.  

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса  ЕАЭС одним из дополнительных начислений являются лицензионные и иные  подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности,  включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые  относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или  должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для  вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену,  фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.  

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса  Евразийского экономического союза» (далее - постановление Пленума № 49) при  выполнении указанных в подпункте 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса  ЕАЭС требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара,  правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого  договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость  оцениваемых товаров.  

Из анализа приведенных положений таможенного законодательства в их  нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для  обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров, исходя из их  действительной экономической ценности.  

В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть  дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя,  создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства,  и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для  таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.  

Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности  (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки  ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее  определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той  мере, в какой они влияют на их экономическую ценность.  

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается  случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом  лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре  купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения  лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров.  Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не  обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости  ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности  импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными  обстоятельствами.  

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость  заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной  собственности не исключает возможность учета роялти для целей таможенной  оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов  интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием  продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а  экспортер - не будет готов его продать.  

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок,  совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о  заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной  собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения  иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что  порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара,  формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти  может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри  группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения  в договорных условиях.  

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные  платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных  платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в  рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием  импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением  (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только de  jure (на законном основании), но и de facto (с учетом принятых внутри группы  компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).  

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию  объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну  импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования  относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного  обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи,  осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний  (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной  стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного  кодекса ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 52 ТК ЕАЭС в случае  выявления неверного исчисления таможенных пошлин, налогов по результатам  проведения таможенного контроля после выпуска товаров таможенные пошлины,  налоги исчисляются таможенным органом.  

Согласно пункту 14 статьи 38 ТК ЕАЭС, если в соответствии с пунктом 2  статьи 52 и с учетом пункта 3 статьи 71 ТК ЕАЭС таможенные пошлины, налоги,  специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины исчисляются  таможенным органом, таможенная стоимость товаров определяется таможенным  органом.  

Судом первой инстанции исследованы положения сублицензионного  соглашения от 15.12.2014 « 15-12/1/2014, заключенного между ООО «Октоблу» и  компанией Desipro Pte. Ltd.  

Так, в преамбуле сублицензионного соглашения указано, что компания  DECATHLON S.A. является обладателем авторских прав, товарного знака  (товарных знаков) и знаков обслуживания, патентов, образцов, географических  указаний, топографий, доменных имен, знаков и устройств и всех иных подобных  или соответствующих вещных прав.  

В целях оптимизации доступности, качества и поставок своих товаров,  группа компаний Декатлон создала компанию Desipro Pte. Ltd. в качестве  центральной закупочной компании. Компания DECATHLON S.A. уполномочила  компанию Desipro Pte. Ltd. организовывать производство продукции с товарными  

знаками или с использованием ноу-хау и прав на интеллектуальную собственность,  которые принадлежат компании DECATHLON S.A., а также организовывать  поставку, хранение и доставку таких товаров покупателям по всему миру в  пределах группы компаний Декатлон.  

Общество является дочерним предприятием международной группы  компаний Декатлон, обеспечивающей ведение деятельности указанной группы  компаний на территории Российской Федерации.  

Таким образом, ввоз товаров и приобретение прав на объекты  интеллектуальной собственности осуществляется ООО «Октоблу» посредством  заключения договоров с подконтрольными правообладателю (DECATHLON S.A.)  иностранными компаниями, входящими в одну группу.  

В соответствии с условиями сублицензионного соглашения (статья 2)  компания Desipro Pte. Ltd. предоставляет обществу неисключительную  сублицензию и право на использование товарного знака в области использования  на территории в течение срока.  

За права, привилегии и сублицензию ООО «Октоблу» уплачивает компании  Desipro Pte. Ltd. роялти в размере 4,5% от цен на товары (статья 6  сублицензионного соглашения). Указанные роялти включают в себя  вознаграждение, связанное с товарными знаками, правами интеллектуальной  собственности и секретами производства, в отношении которых обществу  предоставляется сублицензия.  

По условиям сублицензионного соглашения ООО «Октоблу» не выплачивает  вознаграждение компании Desipro Pte. Ltd. за пользование товарными знаками и  соответствующими правами интеллектуальной собственности, т.к. закупочная цена  включает в себя вознаграждение за пользование товарными знаками, правами  интеллектуальной собственности, техническими разработками, на пользование  которыми общество обладает правами согласно сублицензионному соглашению.  

Суд указал, что положения контракта и сублицензионного соглашения,  касающиеся лицензионных платежей за использование товарных знаков (в  соответствии с определением этого термина в сублицензионном соглашении),  корреспондируют друг с другом.  

В представленных при таможенном декларировании инвойсах сумма  вознаграждения выделена отдельной строкой, дифференцирована по виду (роялти  за товарные знаки и роялти за интеллектуальные права) и составляет 4,5% от  закупочных цен товаров.  

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что вознаграждения  (лицензионные платежи) за пользование товарными знаками и соответствующими  правами интеллектуальной собственности в таможенную стоимость ввезенных  товаров включались только в рамках сублицензионного соглашения, иные  договоры или соглашения в таможенные органы не представлялись, лицензионные  платежи в таможенную стоимость не включались.  

Из текста сублицензионного соглашения (пункт 1.5) следует, что товарный  знак ДЕКАТЛОН (DECATHLON) в части его регистрации в отношении розничных  услуг (класс 35 Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ)  прямо исключается из сублицензионного соглашения, и указанный товарный знак  предоставляется отдельно на основании договора коммерческой концессии между  компанией DECATHLON S.A. и ее розничными продавцами.  

01.10.2010 Компания DECATHLON S.A. (Правообладатель) и ООО  «Октоблу» (Пользователь) заключили договор коммерческой концессии № 1 и  дополнительные соглашения к нему.  

Согласно разделу II «Основание» договора коммерческой концессии  правообладатель является компанией, осуществляющей разработку, производство  и дистрибьюцию спортивной продукции с инновационными и эффективными  технологиями ноу-хау. Правообладателем создан товарный знак DECATHLON,  под которым осуществляется дистрибьюция спортивных товаров.  

Правообладатель является одним из ведущих разработчиков и  производителей спортивных товаров, выпускаемых под товарными знаками,  принадлежащими правообладателю, либо под товарными знаками, право  пользования на которые ему принадлежит.  

Технологии ноу-хау включают в себя, помимо прочего, ассортимент  продукции, разработанной, произведенной, распространяемой и маркированной  товарными знаками, принадлежащими правообладателю. Ассортимент состоит из  продукции, произведенной под товарными знаками правообладателя, в  соответствии со специальными техническими спецификациями, используя  эксклюзивные цветовые сочетания и дизайн, а также продукции, произведенной  под всемирно известными товарными знаками.  

Согласно статье 2 раздела III договора коммерческой концессии  правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение право  использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс  принадлежащих правообладателю исключительных прав, включая право на  товарные знаки, указанные в п. 2.2 договора, а также право на ноу-хау.  

Право пользования товарными знаками по договору коммерческой  концессии предоставлено пользователю в отношении всех услуг 35 класса  Международной классификации товаров и услуг.  

Пользователь уполномочен использовать товарные знаки на всех  документах, которые он использует для управления своим бизнесом (визитные  карточки, инвойсы, фирменные бланки, тарифы и т.д.), и вправе использовать  товарные знаки DECATHLON и/или ДЕКАТЛОН в качестве логотипа для  открытия и работы магазинов.  

Согласно Перечню классов товаров и услуг Международной классификации  товаров и услуг для регистрации знаков класс 35 включает в себя рекламу,  менеджмент в сфере бизнеса, административную деятельность в сфере бизнеса,  офисную работу.  

В соответствии с пояснениями к классу 35, к нему относится, в том числе  сбор для третьих лиц различных товаров (не подразумевая их транспортировку) и  размещение товаров для удобства изучения и приобретения потребителями; эти  услуги могут осуществляться через розничные и оптовые магазины, почтовые  каталоги продаж, электронные средства, например, теле-магазины или интернет-сайт.  

В соответствии со статьей 4 договора коммерческой концессии право  использования товарных знаков и ноу-хау предоставлено пользователю на  условиях договора коммерческой концессии исключительно для использования в  целях продвижения и продажи продукции во франчайзинговых магазинах.  

Пользователь обязуется использовать товарные знаки DECATHLON и/или  ДЕКАТЛОН только в качестве логотипа и в деловой документации (визитки, счета,  

деловая документация, переводы и т.д.). Пользователь должен прекратить любое  использование товарных знаков по истечении срока действия договора  коммерческой концессии. Реализация спортивных товаров должна осуществляться  пользователем только во франчайзинговых магазинах (статья 4 договора  коммерческой концессии).  

По условиям договора коммерческой концессии правообладатель имеет  обязательства по оказанию содействия пользователю в различных аспектах его  деятельности. Данные обязательства предусмотрены пунктом 6.2 договора  коммерческой концессии.  

Так, правообладатель должен предоставить пользователю за его счет  «готовые» спецификации товаров в электронном виде, позволяющие Пользователю  учитывать физическое движение товаров и производить их бухгалтерский учет в  соответствии с проводимой им деятельностью (пункт 6.2).  

Спортивные товары должны покупаться и заказываться у поставщиков или  непосредственно у правообладателя или через компанию-поставщика,  финансируемую и имеющую лицензию правообладателя. При этом  правообладатель определяет условия предоставления данных товаров (пункт 6.2).  

Статьей 11.1 предусмотрено, что пользователь несет ответственность за  снабжение франчайзинговых магазинов продукцией в достаточном количестве и  ассортименте, которые соответствуют инструкциям правообладателя.  

Пользователь должен иметь возможность приобретать товары,  произведенные под товарными знаками правообладателя, и продукцию,  выпускаемую под товарными знаками третьих лиц. Правообладатель обеспечивает  пользователя указанными товарами самостоятельно или через сеть компаний,  организующих поставки таких товаров. Правообладатель должен назначить для  каждого пользователя соответствующие компании, которые будут осуществлять  поставки.  

Вместе с тем, в последнем абзаце статьи 11.1 договора коммерческой  концессии подчеркивается, что продукция, приобретенная у правообладателя,  предназначена для реализации во франчайзинговых магазинах. Перепродажа  любыми другими способами, не утвержденными предварительно  правообладателем, запрещена.  

На основании указанного положения, суд отклонил довод заявителя о том,  что перепродажа товаров через интернет-сайты подтверждает позицию общества,  поскольку прямо нарушает положения договора коммерческой концессии, либо  общество продавало в указанных магазинах продукцию, купленную не у Desipro  Pte. Ltd.  

С учетом положений договора коммерческой концессии, судом также  отклонен довод заявителя о том, что ООО «Октоблу» реализовывало не только  товары, приобретенные у компании Desipro Pte. Ltd., но и товары, закупаемые  обществом у других независимых иностранных и российских поставщиков,  поскольку это не относится к вопросу определения таможенной стоимости с  учетом дополнительного начисления, приходящегося на проверяемые товары части  вознаграждения, рассчитываемого и уплачиваемого ООО «Октоблу» в  соответствии с договором коммерческой концессии.  

Суд апелляционной инстанции учитывает, что действующее  законодательство РФ не содержит определения роялти, но в правоприменительной  практике они определяются как периодические выплаты за использование патента  

и иных объектов интеллектуальной собственности, выплачиваемые в виде  процента от стоимости проданных товаров и услуг, при производстве которых  использовались патенты, авторские права и др.  

По договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель)  обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок  или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности  пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав,  включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие  предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на  коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау). Договор коммерческой  концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав,  деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном  объеме (п. п. 1, 2 ст. 1027 ГК РФ).  

Вознаграждение по договору коммерческой концессии может выплачиваться  пользователем правообладателю в форме фиксированных разовых и (или)  периодических платежей, отчислений от выручки, наценки на оптовую цену  товаров, передаваемых правообладателем для перепродажи, или в иной форме,  предусмотренной договором (ст. 1030 ГК РФ).  

Из системного анализа приведенных норм права и судебной практики можно  сделать вывод, что роялти представляют собой платежи, уплачиваемые  пользователем правообладателю за предоставление комплекса исключительных  прав по договору коммерческой концессии, при этом роялти - это периодические  платежи в виде процента от выручки или иного результата использования  комплекса исключительных прав.  

Кроме того, роялти могут также использоваться как форма оплаты по  лицензионному договору, предметом которого является предоставление  лицензиаром лицензиату права использования результата интеллектуальной  деятельности, поскольку ст. 421 и п. 5 ст. 1235 ГК РФ такую возможность не  исключают.  

Статьей 12 договора коммерческой концессии и дополнительными  соглашениями к нему от 02.09.2013 № 1 и от 01.01.2019 № 2 установлено, что за  право использования в предпринимательской деятельности пользователя  комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав, переданных в  соответствии с п. 2.2 Договора коммерческой концессии, общество выплачивает  правообладателю вознаграждение, рассчитываемое от товарооборота  франчайзинговых магазинов.  

Под товарооборотом франчайзинговых магазинов понимается вся  полученная выручка после уплаты всех налогов.  

Вознаграждение правообладателю рассчитывается ежемесячно,  выплачивается ежегодно не позднее 15-го декабря отчетного года. Оплата  производится на основании оригиналов счетов правообладателя.  

Судебная коллегия также полагает, что приходящаяся на проверяемые  товары часть вознаграждения (платежа за использование объектов  интеллектуальной собственности), рассчитываемого и уплачиваемого  ООО «Октоблу» в соответствии с Договором коммерческой концессии,  удовлетворяет требованиям подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС в их  совокупности и, соответственно, подлежит дополнительному начислению к цене,  фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары, ввезенные обществом,  

при определении таможенной стоимости таких товаров по стоимости сделки с  ними.  

Расчет новой таможенной стоимости товаров произведен как сумма ранее  заявленной таможенной стоимости и расчетной величины вознаграждения по  Договору коммерческой концессии, приходящегося на определенный товар,  заявленный в ДТ. Величина такого вознаграждения по Договору коммерческой  концессии рассчитывалась как указанный в дополнительных соглашениях № 1, 2 к  Договору коммерческой концессии процент (1,18% и 0,59% до 31.12.2018 и 1% и  0,5% после 01.01.2019) от выручки от реализации отдельных товаров ДТ, которая в  свою очередь рассчитана на основании сведений о затратах ООО «Октоблу»,  приходящихся на каждый отдельный артикул товара ДТ, исходя из того, что в  целом деятельность ООО «Октоблу» является прибыльной.  

Также суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Согласно пунктам 4 и 5 Положения о добавлении лицензионных и иных  подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к  цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары,  утвержденного Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от  15.11.2016 № 20, в качестве лицензионных и иных подобных платежей за  использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые  платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов  интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации,  к которым в соответствии с международными договорами, международными  договорами и актами, составляющими право Союза, и законодательством  государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства,  фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты  производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной  собственности.  

Обязанность по уплате лицензионных платежей является частью договорных  отношений между лицензиатом и правообладателем (лицензиаром), которые могут  быть оформлены лицензионным договором (соглашением), сублицензионным  договором (соглашением), договором коммерческой концессии (франчайзинга),  договором коммерческой субконцессии (субфранчайзинга) либо иным видом  договора. При заключении лицензионного договора правообладатель  предоставляет лицензиату определенные права на использование объектов  интеллектуальной собственности.  

Согласно пункту 7 Положения № 20 в целях проверки выполнения условий,  предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Кодекса, и  решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене,  фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть  проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического  договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров  для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие  отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.  

В случае когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически  уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются  отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении  вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную  

стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые  факторы:  

- относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам;  

- является ли уплата лицензионных платежей условием продажи  оцениваемых (ввозимых) товаров.  

При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей  оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на  таможенную территорию Союза.  

В пунктах 8 и 9 Положения № 20 предусмотрено, что при определении того,  относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам,  ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных  платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат)  получает в обмен на их уплату. При определении того, является ли уплата  лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров,  основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности  приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.  

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести  оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей  свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в  соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию  Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в  качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при  определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия  продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.  

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты  лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда  внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары  продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого  указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых  (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются  разными лицами.  

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей  условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом  анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих  товаров.  

Согласно пункту 21.2 договора коммерческой концессии с момента  прекращения его действия пользователь должен прекратить любое использование  товарных знаков, указанных в п. 2.2 договора, технологий ноу-хау, и отказаться от  всех прав, которые он приобрел. Запасы на складе подлежат сбыту без  использования комплекса интеллектуальных прав правообладателя, переданных по  договору.  

Кроме того, при расторжении договора пользователь должен вернуть  правообладателю все документы, информацию, носители, руководство по  эксплуатации и т.п., представленные ему в рамках договора коммерческой  концессии.  

На основании изложенного, суд отклонил довод заявителя о том, что при  расторжении договора коммерческой концессии право импортировать и  реализовывать товары, приобретенные у Desipro Pte. Ltd., у общества сохраняется,  

поскольку реализация таких товаров разрешена исключительно во  франчайзинговых магазинах и только уплата лицензионных платежей по договору  коммерческой концессии делает возможной для ООО «Октоблу» продажу  ввозимых товаров на территории Российской Федерации.  

Судебная коллегия подчеркивает, что связь указанного вознаграждения с  ввезенными товарами проявляется в том, что только уплата лицензионных  платежей по Договору коммерческой концессии делает возможной для ООО  «Октоблу» продажу ввозимых товаров на территории Российской Федерации,  учитывая то, что реализация товаров разрешена исключительно во  франчайзинговых магазинах (статья 4 Договора коммерческой концессии).  

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ввод ввезенных товаров в  гражданский оборот (продажа розничным потребителям) осуществляется  исключительно в рамках договора коммерческой концессии на основе полученных  секретов производства (ноу-хау), с использованием специально разработанного  программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения. Достаточных  доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу о том, что положения контракта, сублицензионного  соглашения, договора коммерческой концессии свидетельствуют о том, что  приходящаяся на проверяемые товары часть вознаграждения, рассчитываемого и  уплачиваемого в соответствии с договором коммерческой концессии, подлежит  дополнительному начислению к цене, фактически уплаченной или подлежащей  уплате за товары, ввезенные обществом, при определении таможенной стоимости  таких товаров по стоимости сделки с ними.  

Таким образом, таможенная стоимость товаров ООО «Октоблу»,  определенная по стоимости сделки с ввозимыми товарами без дополнительного  начисления приходящейся на проверяемые товары части вознаграждения,  рассчитываемого и уплачиваемого обществом в соответствии с договором  коммерческой концессии, не может считаться основанной на достоверной,  количественно определяемой и документально подтвержденной информации, что  нарушает требование пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС и, следовательно, таможенные  пошлины и налоги, рассчитанные и уплаченные ООО «Октоблу» на основе такой  таможенной стоимости, исчислены неверно.  

На основании вышеизложенного метод по стоимости сделки с ввозимыми  товарами (метод 1) неприменим, так как приходящуюся на проверяемые товары  часть вознаграждения, рассчитываемого и уплачиваемого в соответствии с  договором коммерческой концессии и подлежащую дополнительному начислению  к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары, ввезенные  обществом, при определении таможенной стоимости таких товаров по стоимости  сделки с ними, невозможно определить в отношении отдельного проверяемого  товара, задекларированного ООО «Октоблу», в связи с применением организацией  учетной политики, предполагающей валовый учет хозяйственных операций с  товарами.  

Таким образом, таможенная стоимость проверяемых товаров обоснованно  определена в соответствии с положениями статьи 45 ТК ЕАЭС резервным методом  на основании коммерческой и бухгалтерской информации, представленной  ООО «Октоблу».  

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда первой  инстанции трактовке тех же обстоятельств дела и норм права, не опровергают  правомерность и обоснованность выводов суда первой инстанции, не могут  служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.  

Нарушения и неправильного применения норм процессуального права,  влекущих отмену судебного акта в силу статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Таким образом, суд первой инстанции вынес законное и обоснованное  решение, доводов, которые не были предметом исследования в суде первой  инстанции, не приведено.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.03.2023 по делу   № А32-57569/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не  превышающий двух месяцев со дня принятия настоящего постановления, в  Арбитражный суд Северо-Кавказского округа через арбитражный суд первой  инстанции.  

Председательствующий О.Ю. Ефимова  

Судьи И.Н. Глазунова  

 С.В. Пименов