АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 марта 2022 года

Дело №

А56-110200/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 марта 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Богаткиной Н.Ю., Чернышевой А.А.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 28.04.2021),

рассмотрев 15.03.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу  ФИО3 (Санкт-Петербург) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А56-110200/2017/тр.4,

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (Санкт-Петербург) 17.03.2021 ФИО3 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании обоснованным и подлежащим удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, требования в размере 2 055 547,42 руб. процентов за пользование кредитом, начисленных за период с 22.08.2018 по 29.05.2023. Названное требование ФИО3 просил признать обеспеченным  залогом имущества должника.

Определением от 25.05.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц привлечены ФИО4 и его финансовый управляющий ФИО5.

Определением от 16.08.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021,  в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 16.08.2021 и постановление от 08.12.2021, дело направить на новое рассмотрение.

Податель жалобы ссылается на то, что суды пришли к ошибочному выводу о том, что его требование является требованием об уплате процентов за пользование кредитом, поскольку его заявление  представляет собой требование о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, равных сумме процентов за пользование кредитом, на получение которых кредитор правомерно рассчитывал при условии добросовестности заемщика (должника) и возможность получить которые утратил в связи с недобросовестным поведением должника.

По мнению ФИО3, возможность квалификации его требований как убытков соответствует правовой позиции, изложенной в  определении Конституционного суда Российской Федерации от 15.01.2009 № 243-О-О, в котором указано, что кредитор вправе требовать убытки, причиненные виновными действиями должника, сумма которых равна сумме процентов за пользование кредитом до конца срока действия кредитного договора.

Кроме того, податель жалобы полагает, что вывод суда апелляционной инстанции  о пропуске срока исковой давности ошибочен.

ФИО3 считает, что до того момента, пока должник могла исполнить обязательство по уплате процентов за пользование кредитом, отсутствовал состав правонарушения по отношению к кредитору, так как он не был лишен возможности получить денежные средства с должника, а следовательно, по рассматриваемому  требованию срок исковой давности должен исчисляться с момента, когда кредитор получил реальную возможность узнать о том, что должник не сможет исполнить обязательство по уплате процентов за пользование кредитом, а именно  только с 22.08.2018 - даты введения в отношении ФИО1 процедуры реструктуризации долгов.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Законность обжалуемых определения и постановления проверена в кассационном порядке.

Изучив материалы дела и проверив доводы, изложенные в жалобе, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 17.07.2017 по делу                          № 2-931/2017 в пользу публичного  акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») с ФИО4,  ФИО1 и ФИО6 взыскана задолженность по кредитному договору от 19.05.2008 № 2008/08/01179. 

ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом). 

Определением от 28.12.2017 заявление принято к производству. 

Определением от 22.08.2018 заявление признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, в реестр требований кредиторов должника включено требование                               ПАО «Сбербанк России» как обеспеченное  залогом имущества должника в размере 12 100 297,19 руб., из которых 11 045 198 руб. - основной долг,                  888 770,13 руб. - проценты, 136 329,06 руб. - неустойка, 30 000 руб. - судебные расходы.

Решением от 18.01.2019 должник признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества.

Как установлено судами,  ФИО3 с согласия кредитора -                         ПАО «Сбербанк России» погасил задолженность ФИО4, ФИО1 и ФИО6 в сумме 12 100 297,19 руб.

Определением от 21.04.2020 произведена замена кредитора с                   ПАО «Сбербанк России» на ФИО3

ФИО3 17.03.2021 обратился в суд с заявлением о признании обоснованным и подлежащим удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, требования в размере 2 055 547,42 руб. процентов.

Размер заявленного требования, как установлено, судами рассчитан ФИО3  исходя из положений пунктов 1.1, 4.1, 4.3, 5.2.5 кредитного договора от 19.05.2008 № 2008/08/01179. 

В дополнении к своему заявлению ФИО3 пояснил, что рассматриваемое требование является требованием о возмещении убытков (упущенной выгоды), составляющих сумму процентов за пользование кредитом, которая подлежала уплате кредитору за период с 22.08.2018 по 29.05.2023. 

Вопреки доводам подателя жалобы суды при рассмотрении настоящего спора правильно определили правовую природу рассматриваемого требования, как процентов за пользование кредитом.

Из содержания определения Конституционного суда Российской Федерации от 15.01.2009 № 243-О-О, на которое ссылается податель жалобы, не следует, что подобные требования должны быть квалифицированы как требование о возмещении убытков и подлежат рассмотрению с применением положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В названном определении Конституционным судом Российской Федерации дана оценка доводам жалобы физического лица, являющего заемщиком, о неконституционности положений пункта 2 статьи 811 ГК РФ в действовавшей в тот период редакции, при этом указанных ФИО3 выводов о правовой природе таких требований, в нем не содержится. 

 Согласно пункту 2 статьи 811 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент заключения кредитного договора, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Вместе с тем в силу пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов прекращается начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по всем обязательствам гражданина, за исключением текущих платежей.

Таким образом, как правильно указали суды, с учетом приоритета специальных норм права над общими с названной даты начисление процентов за пользование кредитом в порядке статьи 811 ГК РФ не производится.

Пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что  на сумму требований конкурсного кредитора, уполномоченного органа, выраженную в валюте Российской Федерации, начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату открытия конкурсного производства.

Такие  проценты начисляются на сумму требований кредиторов каждой очереди с даты открытия конкурсного производства до даты погашения указанных требований должником, и  их выплата производится одновременно с погашением требований кредиторов по денежным обязательствам и требований к должнику об уплате обязательных платежей в порядке очередности, установленной статьей 134 Закона о банкротстве. Начисленные в соответствии с указанной статьей проценты не учитываются при определении количества голосов, принадлежащих конкурсному кредитору, уполномоченному органу на собраниях кредиторов.

Аналогичные нормы содержатся в пункте 4 статьи 63 Закона о банкротстве, регулирующей последствия вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения.

Как правильно указали суды первой и апелляционной инстанций, рассматриваемое  требование ФИО3 вступает в противоречие с нормами, установленными пунктом 4 статьи 63 и пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве, определяющими порядок начисления и выплат мораторных процентов в деле о банкротстве.

При этом суд кассационной инстанции соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о пропуске срока исковой давности для предъявления требования о начислении процентов за пользование кредитом на основании кредитного договора от 19.05.2008 № 2008/08/01179.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 указанного выше кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как правильно указал суд апелляционной инстанции, исходя из содержания пункта 2 статьи 811 ГК РФ в подлежащей применению в настоящем споре редакции, право кредитора потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами возникло с момента нарушения заемщиком срока для возврата очередной части займа.

По смыслу приведенной нормы, предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита).

В данном случае первоначальный кредитор  ПАО «Сбербанк России» 07.03.2017 обратился в Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга с требованием о досрочном возврате суммы кредита и процентов, при этом требования об уплате причитающихся процентов, предусмотренных кредитным договором до окончания его срока, не заявлял. 

Таким образом, банк воспользовался своим правом и потребовал досрочного погашения всей суммы задолженности по кредитному договору, тем самым изменив срок исполнения заемщиком обязательства по возврату основного долга и уплате процентов за пользование кредитом. Обстоятельств, свидетельствующих о прерывании или приостановлении течения  срока исковой давности, судами в данном случае не установлено.

Следовательно, как правильно указал суд апелляционной инстанции, срок исковой давности по требованию об уплате процентов, предусмотренных пунктом 2 статьи 811 ГК РФ, истек для первоначального кредитора  - банка- не позднее 06.03.2020, то есть спустя три года с даты его обращения в суд с иском о досрочном возврате суммы кредита и процентов.

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в связи с чем срок для предъявления требования уплаты процентов за пользование кредитом для кредитора        ФИО3 также истек не позднее 06.03.2020.

Доводы, указанные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов, а основаны на неверном толковании ФИО3 норм материального и процессуального права.

Нормы материального права применены судами верно, выводы соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А56-110200/2017 оставить без изменения, а кассационную  жалобу ФИО3  –  без удовлетворения.

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

Н.Ю. Богаткина

А.А. Чернышева