ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А23-8241/2017

г. Тула

29 октября 2021 года

20АП-5901/2021, 20АП-6272/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 29 октября 2021 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                    Григорьевой М.А., судей Волковой Ю.А. и Мосиной Е.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда  Калужской области от 21 июля 2021 года (резолютивная часть от 14.07.2021) по делу № А23-8241/2017, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» о признании недействительными сделками отчуждение от 28.07.2015 должником ФИО3 транспортных средств

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Производственнокоммерческая фирма Хозстройинструмент» (ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>),

при участии заинтересованных лиц: ФИО3, ФИО4; ФИО2 и его финансового управляющего ФИО5,

при участии в судебном заседании: 

от ФИО2 – представителя ФИО6 (доверенность от 26.08.2019),

от ФИО3 – представителя ФИО7 (доверенность от 22.10.2021),

в отсутствии других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением от 21 июля 2021 года (резолютивная часть от 14.07.2021) Арбитражный суд Калужской области удовлетворил заявление конкурсного управляющего ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» ФИО8 о признании недействительными сделками отчуждение 28.07.2015 обществом с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» в пользу ФИО3 следующего имущества: 

- МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в.; 

- прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в. 

Суд применил последствия недействительности сделки в виде истребования у ФИО3 в пользу ООО «ПКФ Хозстройинструмент» указанного имущества и восстановления задолженности ООО «ПКФ Хозстройинструмент» перед ФИО3  в размере 22 011 руб.

Не согласившись с определением суда области, ФИО3 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит судебный акт отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки должника отказать.

Настаивая на отсутствие оснований для признания сделки недействительной, ФИО3 ссылается на свою независимость от должника, на отсутствие информированности о неплатежеспособности ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент». Указывает, что предложение о продаже спорного имущества нашел в сети Интернет на общих основаниях, а низкую цену должник обосновал нулевой балансовой стоимостью транспортных средств (полной амортизацией по бухгалтерским документам) и крайне неудовлетворительным техническим состоянием.  

При этом, ФИО3 настаивает, что целью оспариваемой сделки не являлось причинение вреда имущественной массе должника.

Кроме того, возражая против применения реституции, ФИО3 указывает, что в ремонт транспортных средств он вложил значительные суммы для приведения их в рабочее состояние. 

Также не согласившись с определением суда области о признании сделки должника недействительной, бывший руководитель ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» ФИО2, заключавший от имени должника оспариваемую сделку, привлеченный к участию в настоящем обособленном споре судом области в качестве заинтересованного лица, обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда отменить. 

ФИО2 настаивает на том, что у должника не было признаков неплатежеспособности на период заключения сделки, приводит данные бухгалтерского баланса, свидетельствующие о наличии достаточного количества имущества у должника в спорный период.

Кроме того, ФИО2 настаивает на том, что оспариваемая конкурсным управляющим сделка не причинила вреда имущественным интересам кредиторов, поскольку спорные транспортные средства были реализованы по реальной стоимости на момент продажи. 

Отзывы на апелляционные жалобы в материалы дела не представлены.

Определением апелляционного суда от 04 октября 2021 года судебное заседание по ходатайству ФИО3 откладывалось.

Определениями заместителя председателя Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 октября 2021 года и 26 октября 2021 года в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведены замены судей: Афанасьевой Е.И. на судью Мосину Е.В., Волошиной Н.А. на судью Волкову Ю.А. в связи с чем, рассмотрение дела произведено с самого начала.

Другие лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, апелляционный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 19 декабря 2017 года (резолютивная часть от 12.12.2017) в отношении ООО «ПКФ Хозстройинструмент» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9

Решением от 18 июня 2018 года (резолютивная часть от 13.06.2018)                               ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО8.

06.06.2019 конкурсный управляющий ФИО10 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки должника недействительной, в котором просил признать недействительным отчуждение имущества должника в пользу ФИО3, в порядке применения последствий недействительности сделки возвратить в конкурсную массу должника транспортные средства: МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в. и прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в.  

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывает, что в период наличия признаков неплатежеспособности по оспариваемым сделкам было выведено из владения должника ликвидное имущество по заниженной цене. 

Определением от 07 ноября 2019 года суд области привлек к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованных лиц ФИО2 (бывший руководитель должника, заключивший оспариваемый договор) и его финансового управляющего ФИО5, а также ФИО4 (бывший руководитель должника с 04.08.2017, сменивший ФИО2).

Материалами дела о банкротстве установлено (постановление Арбитражного суда Центрального округа от 24 мая 2021 года (резолютивная часть от 17.05.2021) по настоящему делу о банкротстве), что в период совершения оспариваемой сделки (июль 2015 года) у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Бонус Альянс» по договору поставки от 03.03.14 №1/03 и перед ООО «ХСИ-Опалубка» по договору аренды от 01.03.10 №01-А/10 и по договору на оказание услуг от 01.03.10 №01-П/10, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника в настоящем деле определениями суда первой инстанции от 24 сентября 2018 года и 26 сентября 2018 года.

Из решения Арбитражного суда Калужской области от 16 февраля 2018 года по делу №А23-5776/2017 следует, что ООО «ХСИ-Опалубка» просило взыскать с должника задолженность по договору аренды от 01.03.10 № 01-А/10 за период с 01.08.2014 по 01.07.2017 и по договору на оказание услуг от 01.03.2010 №01-П/10 за период с 01.07.2014 по 01.07.2017 по представлению персонала в размере 31 768 550,19 руб. Размер ежемесячной арендной платы с 2013 года составлял 1 419 658 руб. 

Вышеуказанным решением исковые требования ООО «ХСИ-Опалубка» были удовлетворены в полном объеме. Определением суда первой инстанции от 26 сентября 2018 года по настоящему делу требования ООО «ХСИ-Опалубка» к должнику в размере 31 768 550,19 руб. были включены в реестр. 

Кроме того, при оценке имущественного положения должника и направленности его действий применительно к интересам его кредиторов суд, рассматривающий дело о банкротстве, установил значительное уменьшение в период совершения оспариваемой сделки объема имущества должника, который, в соответствии с бухгалтерской отчетностью в 2015-2018 годах уменьшился более чем на 150 000 000 руб.

Суд области обжалуемым определением пришел к выводу о том, что и должник, и ФИО3 очевидно знали о покупке имущества по условной цене, формально делающей сделку возмездной, но при этом не изменяющей ее существо, констатировал,  что никакой иной покупатель на свободном рынке обращения транспортных средств не имел возможности приобрести МАЗ 5440А9-1320-031 и МАЗ 975800-2012 за 22 011 руб., в связи с чем признал сделку недействительной, обязав вернуть сторон сделки в первоначальное положение.

Рассмотрев повторно дело по апелляционной жалобе в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, изучив и оценив в совокупности материалы дела, апелляционный суд приходит к следующему.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Согласно разъяснениям относительно применения положений пункта 1 статьи 61.9 закона № 127-ФЗ, приведенным в пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63, если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом области установлено, что процедура конкурсного производства в отношении должника введена определением суда первой инстанции от 13 июня 2018 года, а сведения о наличии оснований для оспаривания сделки были получены управляющим 31.08.18 в связи с получением соответствующего ответа ГИБДД на запрос об отчужденных должником транспортных средствах.

Оценив данные обстоятельства с учетом приведенных положений Закона о банкротстве и разъяснений Пленума ВАС РФ, суд области пришел к правомерному выводу о том, что при обращении в суд 06.06.2019 с рассмотренным в данном обособленном споре заявлением об оспаривании сделки управляющим не был пропущен срок исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В настоящем обособленном споре конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки от 28.07.2015 об отчуждении                  ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» в пользу              ФИО3 транспортных средств:

- МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в. за 20 000 руб.;

- прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в. за 2 011 руб.

Конкурсный управляющий указал, что сделка была заключена 28.07.2015, при этом в 2015-2018 годах объем имущества должника снизился более чем на 150 000 000 руб. и составил на дату проведения инвентаризации 16 000 000 руб. При этом у должника на дату заключения спорного договора имелись не исполненные обязательства перед                ООО «Рост Банк» в сумме 85 000 000 руб. и ООО «Бонус Альянс» в сумме 490 000 руб.

В соответствии с представленной в материалы дела справкой о рыночной стоимости спорного имущества такая стоимость составила 909 857,14 руб. для автомобиля и 498 603,33 руб. для прицепа, что в 63 раза больше суммы сделки.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пунктах 5, 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацу 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацы 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что должник и ФИО3 очевидно знали о покупке имущества по условной цене, формально делающей сделку возмездной, но при этом не изменяющей ее существо. По мнению суда первой инстанции, что никакой иной покупатель на свободном рынке обращения транспортных средств не имел возможности приобрести МАЗ 5440А9-1320-031 и МАЗ 975800-2012 за 22 011 руб.

Заявитель не представил ссылку на публичный источник размещения такой информации, ограничившись указанием на ее размещение в сети Интернет, а также не представил каких-либо относимых и допустимых доказательств проведения восстановительного ремонта.

Судом области также установлено, что материалами дела документально подтверждено значительное падение в 2015-2018 годах объема имущества должника в соответствии с бухгалтерской отчетностью (более чем на 150 млн руб.), результатом которого явилась несостоятельность должника.

В таких условиях единичная сделка по отчуждению транспортных средств оценочной стоимостью 909 857,14 руб. для автомобиля и 498 603,33 руб. для прицепа за 22 011 руб. в период подозрительности существенным образом уменьшает имущественную массу должника несмотря на то, что момент неплатежеспособности был достигнут должником позднее.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства наличия у должника в период совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения. 

Согласно реестру требований конкурсных кредиторов ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» в конкурсную массу должника включены требования ООО «Бонус Альянс» и ООО «ХСИ-Опалубка».

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника по договору поставки № 1/03 от 03.03.2014 имелись неисполненные обязательства перед кредитором ООО «Бонус Альянс», требования которого включены в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Калужской области от 24 сентября 2018 года по делу № А23-8241/2017.

Как следует из текста указанного определения, за период с 29.04.2014 по 01.07.2014 по вышеназванному договору осуществлена поставка товара на склад покупателя на общую сумму 2 654 295 руб., что подтверждается товарными накладными. Оплачено покупателем - 2 164 295 руб., что подтверждается платежными поручениями. Задолженность по оплате товара составила 490 000 руб.

Кроме того у ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» имелось неисполненное обязательство по оплате задолженности перед                             ООО «ХСИ-Опалубка», которое установлено решением Арбитражного суда Калужской области от 16 февраля 2018 года по делу № А23-5776/2017.

Как следует из текста названного решения ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» свою обязанность по внесению арендной платы в порядке и сроки, установленные договором, надлежащим образом не исполнило, в связи с чем у него образовалась задолженность по договору аренды 01.03.2010 № 01-А/10 согласно акту сверки взаимных расчетов за период с 01.08.2014 по 01.07.2017 в размере 24 050 628 руб. 19 коп.

Поскольку в установленные сроки ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» денежные средства не перечислило, ООО «ХСИ-Опалубка» просило взыскать с должника задолженность по договору аренды от 01.03.2010 № 01-А/10 за период с 01.08.2014 по 01.07.2017 и по договору от 01.03.2010 № 01-П/10 на оказание услуг за период с 01.07.2014 по 01.07.2017 по представлению персонала в размере                        31 768 550 руб. 19 коп. 

Вышеуказанным решением заявленные требования ООО «ХСИ-Опалубка» были удовлетворены в полном объеме.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 26.09.2018 по делу                    № А23-8241/2017 требования ООО «ХСИ-Опалубка» в сумме основного долга 31 768 550,19 руб. были включены  в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент».

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что в рассматриваемый период должник по аналогичным сделкам отчуждал иные транспортные средства без эквивалентного встречного исполнения, что мнению суда свидетельствует о намеренном выводу должником из конкурсной массы ликвидного имущества в пользу третьих лиц в отсутствии адекватного встречного предоставления.

Право сторон сделки по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 ГК РФ, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству.

Однако, согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в п. 9 Информационного письма от 13.11.08 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» (далее - Информационное письмо Президиума ВАС РФ № 126), явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным. Намереваясь приобрести имущество по явно заниженной стоимости, покупатель, проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи.

Отчуждение имущества по заниженной цене, не может не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. В связи с этим покупатель при таких обстоятельствах, проявляя обычную степень осмотрительности, должен предпринимать дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых ему продается имущество по цене, значительно ниже рыночной. Приобретая по такой значительно ниже рыночной цены имущество разумный покупатель не может не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов продавца, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации данного имущества. Такой покупатель не может быть признан добросовестным.

Доказанность приобретения покупателем имущества у должника в условиях его неплатежеспособности, недостаточности имущества по цене, значительно ниже рыночной, является основанием для вывода о том, что такой покупатель при совершении сделки имел целью причинение вреда имущественным правам кредиторов и для признания такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 закона              № 127-ФЗ, статьи 10, 168 ГК РФ.

Сходная правовая позиция высказана в определениях ВС РФ от 09.10.2017                № 308-ЭС15-6280 по делу № А32-29459/2012, от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018 по делу  № А22-1776/2013.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» выражена правовая позиция, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной; суд вправе по своей инициативе применить статью 10 ГК РФ.

Оценив имеющиеся  в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции полагает, что в действиях сторон сделки  усматривается злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ), а также причинение вреда имущественным интересам конкурсных кредиторов, в связи с чем  имеются правовые основания   для признания  оспариваемой сделки ничтожной, исходя из следующего.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как следует из разъяснений, изложенных в определении от 14.06.2016 № 52-КГ16-4 Верховный Суд РФ, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов и наличие в действиях сторон умысла на причинение вреда кредиторам при совершении оспариваемых действий. Вместе с тем, для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и другой стороны. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Апелляционный суд полагает, что в данном случае вторая сторона о противоправности цели отчуждения автомобиля знала, поскольку символичность цены сделки выходила за пределы действия пункта 2 статьи 174 ГК РФ.

Согласно пункту 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015                      № 25, о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. Например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имелись обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной. Например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам.

При этом доказательств,  свидетельствующих о вышеизложенных обстоятельства в материалы дела не представлено.

Покупатель, приобретая имущество за почти символическую цену, не мог не осознавать того, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов.  Отчуждение не имеющего недостатков имущества по цене, заниженной многократно, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Покупатель не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы общества и кредиторов (определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308- ЭС16-11018).

Ссылка апеллянтов на тот факт, что автомобиль был приобретён в 2014 году за 7000 рублей, к настоящему делу не относится, и законность той сделки судом не проверялась, а для целей установления факта законности сделки имеет значение только рыночная стоимость имущества, постольку данной сделкой затрагиваются права иных лиц, в том числе имущественные права кредиторов.

Доказательств того, что автомобиль продавался на свободном рынке и его мог купить любой, сторонами не представлено, как и не представлено, что  подобное продается по сравнимой стоимости.

Таким образом, при заключении сделки усматривается недобросовестность действий сторон.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что в данном случае злоупотребление правом со стороны покупателя транспортного средства состоит не в том, что ему было известно о неплатежеспособности должника, а в том, что он приобрел имущество по явно заниженной стоимости.

При этом, ФИО3 не представил ни доказательств публичного предложения спорного имущества по цене оспариваемой сделки, ни факта исполнения обязанности по оплате приобретенных транспортных средств, ни доказательств неисправного технического состояния на дату покупки приобретенного транспорта, ни доказательств собственных затрат на восстановление техники. 

Как указывалось ранее, конкурсным управляющим в материалы дела представлена справка о рыночной стоимости спорного имущества, подготовленная на основании объявлений продавцов аналогичных транспортных средств, размещенных в сети Интернет. Рыночная стоимость спорного автомобиля составила 909 857,14 руб. для автомобиля и 498 603,33 руб. для прицепа, что в 63 раза больше суммы сделки.

Доказательств в опровержение указанной справки в материалы дела сторонами не представлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы по определению  рыночной стоимости автомобиля в ходе судебного разбирательства заявлено не было.

Таким образом, у суда первой инстанции имелись основания для признания договора от 18.07.2015, заключенного между ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» и ФИО3, об отчуждении имущества: МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в.; прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в. за 22 011 руб. недействительным.

Также конкурсным управляющим заявлено о применении последствий недействительности сделки: в виде возврата в конкурсную массу имущества:                       МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в.; прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в. и восстановления задолженности ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» перед ФИО3 в размере 22 011 руб.

Согласно статье 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» при применении статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении.

В абзаце 3 пункта 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Последствия признания недействительной сделки должника установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве.

Все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса.

Учитывая факт признания оспариваемой сделки недействительной, принадлежность ответчику спорного имущества, в порядке применения последствий недействительности сделки, объект сделки - МАЗ 5440А9-1320-031, вин УЗМ5440А9В0001902, 2011 г.в.; прицеп к грузовому автомобилю МАЗ 975800-2012, вин УЗМ975800В0013017, 2011 г.в. за 22 011 руб., подлежит возврату в конкурсную массу должника - ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент».

Кроме того, обжалуемым определением в качестве применения последствия недействительности сделки суд области восстановил задолженность                                 ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» перед                  ФИО3 в размере 22 011 руб.

Вместе с тем, апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части применения последствий недействительности сделок в виде восстановления задолженности ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» перед ФИО3 в размере 22 011 руб. в силу следующих обстоятельств.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В соответствии с разъяснениями пунктов 25, 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве). В случае, когда упомянутая сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов. Кроме того, если в таком случае по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве предъявить восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости.

Из материалов дела следует, что при заключении оспариваемой сделки стороны исходили только из формального соблюдения требований по оформлению договора купли-продажи с целью одобрения сделки с заинтересованностью, без намерения создать соответствующие правовые последствия, связанные с переходом права собственности на имущество. 

В материалах дела отсутствуют какие либо доказательства существования прав требования ФИО3 к должнику на сумму 22 011 руб. Доказательства оплаты указанной суммы в счет приобретения по оспариваемому договору так же ответчиком не представлены.

Таким образом, установив, что эта сделка заключена без намерения создать правовые последствия, суд не имел правовых оснований для восстановления прав требования ФИО3 к ООО «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» в размере в размере 22 011 руб.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит частичной отмене по основаниям, предусмотренным подпунктом 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ, в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 21 июля 2021 года по делу                     № А23-8241/2017 отменить в части применения реституции в виде восстановления задолженности перед ФИО3.

Исключить из резолютивной части определения абзац о восстановлении задолженности общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма Хозстройинструмент» перед ФИО3 в размере 22 011 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Калужской области от 21 июля 2021 года по делу № А23-8241/2017 оставить без изменения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

М.А. Григорьева

Ю.А. Волкова

Е.В. Мосина