ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

10.11.2023

Дело № А40-194472/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 10 ноября 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Коротковой Е.Н., Савиной О.Н.

при участии в заседании:

от КБ БФГ ФИО1 по дов от 28.12.2022

от ФИО2-ФИО3 по дов от 11.05.2023

от ФИО4-ФИО5 по дов от 19.04.2022

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение от 30.06.2023

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 22.08.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании недействительным брачного договора 77 АГ 4737393 от 03.09.2020,

заключенного между ФИО4 и ФИО2

Сергеевной,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ИП ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2022 ИП ФИО4 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «КоммерсантЪ» №225(7426) от 03.12.2022.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023, признан недействительным брачный договор 77 АГ 4737393 от 03.09.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить, в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО6 отказать.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, утверждая, что судами неверно исчислен срок исковой давности; не установлена дата начала течения срока исковой давности и дата окончания течения срока исковой давности;  суды, приходя к выводу о причинении вреда в результате заключения брачного договора, проигнорировали разъяснения, изложенные в пунктах 5, 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 1П.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Представитель ФИО2 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами,  в производстве Дорогомиловского районного суда города Москвы в настоящий момент находится уголовное дело №01-0137/2023 по обвинению ФИО4 в совершении в отношении ООО КБ «БФГ-Кредит» преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 УК РФ.

Согласно постановлению Басманного районного суда г. Москвы от 19.05.2021 по делу № 3/6-993/2021 полученные в результате хищения денежные средства ФИО4 использовал для приобретения недвижимого имущества. При этом, с целью сокрытия источника происхождения денежных средств сделки по приобретению имущества и права собственности на него оформлялись ФИО4 на подконтрольные ему юридические лица, доверенных лиц и его родственников. Супруге ФИО4 - ФИО2, не имеющей источников дохода в размере, достаточном для приобретения указанного имущества, с 05.03.2015 принадлежит следующее имущество:

- нежилое помещение, кадастровый номер 77:01:0005013:2894, площадью 19,5 кв.м., адрес: 

<

...>. пом. VI м/м № 78.

- нежилое помещение, кадастровый номер 77:01:0005013:2895, площадью 17,7 кв.м., адрес: 

<

...>. пом. VI м/м № 79.

На указанное имущество наложен арест.

При этом, согласно свидетельству серии II № 591899 от 27.10.2007 брак между ФИО4 и ФИО2 заключен 27.10.2007.

Вышеуказанное имущество оформлено в период брака и соответственно, является совместной собственностью ФИО4 и ФИО2

Вместе с тем, 03.09.2020 между ФИО4 и ФИО2 заключен брачный договор 77 АГ 4737393, удостоверенный нотариусом г. Москвы ФИО7, в соответствии с которым установлен режим раздельной собственности, то есть имущество, которое приобретено супругами за время брака, является личной собственностью того супруга, на чье имя оно было приобретено и/или зарегистрировано, включая нежилое помещение, кадастровый номер 77:01:0005013:2894, площадью 19,5 кв.м., адрес: 

<

...>. пом. VI м/м № 78; нежилое помещение, кадастровый номер 77:01:0005013:2895, площадью 17,7 кв.м., адрес: 

<

...>. пом. VI м/м № 79.

Финансовый управляющий просил признать брачный договор от 03.09.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2 недействительной сделкой в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорная сделка заключена с целью причинения вреда и в результате ее совершения имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, обладающего признаками неплатежеспособности, выбыл ликвидный актив, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации доли в праве совместной собственности на отчужденное имущество.

 

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных  сделок  имущества  либо  принятых  обязательства  и  (или)

обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федератьного закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В обоснование заявленных требований в указанной части, финансовый управляющий должника ссылается на то, что спорная сделка заключена с целью причинения вреда и в результате ее совершения имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, выбыл ликвидный актив, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации доли в праве совместной собственности на отчужденное имущество.

Как указали суды, дело о банкротстве ИП ФИО4 возбуждено 19.11.2020, тогда как оспариваемая сделка совершена 03.09.2020, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судом установлено, что на момент совершения спорной операции должник уже обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

Так, решением Пресненского районного суда г. Москвы от 27.09.2018 по делу № 2-4753/18 с ФИО4 в пользу ФИО8 взысканы денежные средства по договору займа № 2 в размере 11 110 000 руб., проценты на сумму займа в размере 3 135 302,88 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 600 000 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 60 000 руб.

Решением Пресненского районного суда г. Москвы от 27.09.2018 по делу № 2-4752/18 с ФИО4 в пользу ФИО8 взысканы денежные средства по договору займа № 1 в размере 8 700 000 руб., проценты на сумму займа в размере 2 490 583,56 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 500 000 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 60 000 руб.

В последующем требования ФИО8 включены в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда города Москвы от 21.04.2021.

В соответствии с п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве).

Судами установлено, что ФИО2 является женой должника.

Таким образом, в силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве ответчик признается заинтересованным лицом по отношению к должнику.

По условиям брачного договора должник утратил права на часть имущества (приобретенного в браке), на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами.

В брачном договоре п. 2 также содержит условие о неравноценном разделе недвижимого имущества, расположенного в городе Москве и Московской области, приобретенного супругами как до заключения, так и после заключения спорного договора по возмездным сделкам:

- ФИО4 - 1/3 доля в праве собственности;

- ФИО2 - 2/3 доля в праве собственности

Таким образом, суд пришел к верному выводу, что спорная сделка заключена с целью причинения вреда и в результате ее совершения имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, обладающего признаками неплатежеспособности, выбыл ликвидный актив, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации доли в праве совместной собственности на отчужденное имущество.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности, суды пришли к правильному выводу о том, что он им не пропущен.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве определено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63, следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). При этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный финансовый арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд арбитражным управляющим. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что, исходя из указанной нормы, под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судами учтено, что возражая против доводов ответчика относительно пропуска срока исковой давности, финансовый управляющий ссылается на то, что узнал о брачном договоре 14.03.2023, поскольку должник и супруга ранее его не передавали. Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, ответчиком в суд первой инстанции представлено не было.

Поскольку с заявлением о признании сделки должника недействительной финансовый управляющий обратился 14.04.2023, суды сделали правильный вывод о том, что годичный срок исковой давности на подачу заявления финансовым управляющим не пропущен.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Между тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы кассационной жалобы, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своего документарного подкрепления не нашли.

Изложенные в кассационной жалобе возражения свидетельствуют о несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 по делу № А40-194472/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий - судья                                                           В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                          Е.Н. Короткова

 О.Н. Савина