ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-11062/2022

г. Челябинск

23 сентября 2022 года

Дело № А76-2156/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Журавлева Ю.А., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2022 по делу № А76-2156/2019 о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 13.01.2022, срок действия – 13.01.2023);

конкурсного управляющего акционерного общества «Уральская техника» ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 14.06.2022, срок действия до 11.10.2022).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.02.2019 на основании заявления ФИО5 возбуждено производство по делу о банкротстве акционерного общества «Уральская техника» (далее – АО «Уральская техника», должник). 

Определением суда от 12.03.2019 (резолютивная часть от 04.03.2019) заявление признано обоснованным, в отношении АО «Уральская техника» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6. 

Решением суда от 11.09.2019 (резолютивная часть от 04.09.2019) должник признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» № 167 от 14.09.2019. 

Общество с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» (далее – ООО «ФПК») 05.11.2019 направило в Арбитражный суд Челябинской области заявление о включении в реестр требований кредиторов АО «Уральская техника» требований в размере 6 169 327 руб. 17 коп. (вх. № 70308 от 06.11.2019).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2022 требования общества с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» в размере 6 115 420 руб. 49 коп. признаны подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоты. 

Не согласившись с принятым определением суда от 19.07.2022, ООО «ФПК» обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило обжалуемое определение отменить, признать требование кредитора обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал на то, что требования по договору цессии № 03-19/ДЦ от 06.02.2019 не подлежат субординации, так как данный договор был заключен уже после возбуждения дела о банкротстве. Требования по договору цессии № 48-18/ДЦ ввиду отсутствия цели компенсационного финансирования не подлежат субординации. Требования из разовых поставок по УПД не подлежат субординации ввиду того, что не представляют собой компенсационное финансирование. Вышеназванным доводам уже была дана оценка судами апелляционной и кассационной инстанций в рамках другого дела.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 19.09.2022.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От апеллянта поступили доказательства направления копии апелляционной жалобы лицу, участвующему в деле.

Поступивший документ приобщен к материалам дела на основании статьи 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании заслушаны пояснения представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, кредитор ссылается на наличие к должнику требований, которые приобретены ООО «ФПК» у ООО «РМ-Терекс» по договорам цессии, также на наличие к должнику требований по договору аренды и по разовым поставкам. 

ООО «ФПК» (цессионарий) и ООО «РМ-Терекс» (цедент) заключен договор цессии № 03-19/ДЦ от 06.02.2019, в соответствии с которым цедент передал, а цессионарий принял право требования к AO «Уральская марка» (должник) уплаты денежной суммы: 

- 5 256 407 руб. 36 коп., из них: 4 684 962,02 руб. - задолженность по оплате товара по договору поставки № 06-12/ДД-ПФ от 10.08.2012 (спецификация № РМ-Ч-001641 от 26.05.2017, товарная накладная № РМ-Ч-000663 от 27.09.2017) и 571 445,34 руб. - задолженность по оплате товара по договору поставки № 21-13/ДД-ПЗФ от 19.06.2013 (спецификация № РМ-Ч-006163 от 20.03.2018, товарная накладная № РМ-Ч-000163 от 23.03.2018),

- 263 686 руб. 63 коп. (проценты по коммерческому кредиту). 

Задолженность АО «Уральская техника» перед ООО «ФПК» по указанным обязательствам составляет 5 256 407 руб. 36 коп. 

ООО «ФПК» (цессионарий) и ООО «РМ-Терекс» (цедент) заключен договор цессии № 48-18/ДЦ от 11.09.2018, в соответствии с которым цедент передал, а цессионарий принял право требования к AO «Уральская марка» (должник) уплаты денежной суммы 4 017 701 руб. 02 коп.:

 - 3 694 110 руб. 99 коп., из них: 2 871 000 руб. - задолженность по оплате товара по договору поставки № 06-12/ДД-ПФ от 10.08.2012 (спецификация № PMУП-004893 от 15.12.2017, товарная накладная № РМ-3-000926 от 27.12.2017) и 823 110 pyб. 99 коп. - задолженность по оплате товара по договору поставки № 21-13/ДД-ПЗФ от 19.06.2013 (спецификация № РМ-3-003629 от 28.09.2017 и № РМ-Ч-004842 от 13.12.2017, товарные накладные № PM-3-000674 от 12.10.2017 на сумму 128 565 руб. 38 коп., № РМ-3-000682 от 16.10.2017 на сумму 353 165 руб. 21 коп., № РМ-Ч-000885 от 14.12.2017 на сумму 341 380 руб. 40 коп.), 

- 323 590 руб. 03 коп. (проценты по коммерческому кредиту).

 Задолженность АО «Уральская техника» перед ООО «ФПК» по указанным обязательствам составляет 448 997 руб. 33 коп. 

ООО «ФПК» (арендодатель) и AO «Уральская марка» (арендатор) был заключен договор аренды № 64 от 11.07.2018, в соответствии с которым ООО «ФПК» сдавало в аренду AO «Уральская марка» часть нежилого помещения № 8 площадью 100 кв. м, расположенного на 3 этаже нежилого здания по адресу: г. Челябинск, ул. Труда, д. 95, для использования под офис. 

Согласно пункту 2.1 договора арендная плата выплачивается ежемесячно и состоит из двух частей: постоянная часть - 50 000 руб. ежемесячно, переменная часть – определяется ежемесячно и устанавливается в размере затрат арендодателя на оплату электроэнергии. В соответствии с п. 2.2 договора аренды арендатор обязался вносить арендодателю за пользование помещением арендную плату в размере, установленном п. 2.1 договора аренды, платежными поручениями до 10 числа каждого месяца, следующего за истекшим. 

Помещение передано в аренду по акту от 11.07.2018.

Как указано ООО «ФПК», задолженность по арендной плате за период с 11.07.2018 года по 28.02.2019 составляет 412 487 руб. 26 коп.: 38277,71 руб. (июль 2018 г.) + 54121,30 руб. (август 2018 г.)+53581,11 руб. (сентябрь 2018 г.) + 53367,94 руб. (октябрь 2018 г.) + 53414,28 руб. (ноябрь 2018 г.) + 52985,57 руб. (декабрь 2018 г.) + 52832,67 руб. (январь 2019 г.) +53906,68 руб. (февраль 2019 г.). 

Кроме того, 18.10.2018 по УПД № 707 ООО «ФПК» поставило AO «Уральская марка» товар на сумму 41 479 руб. 04 коп., а 14.12.2018 по УПД № 892 товар на сумму 9956 руб. 

Товар не оплачен, задолженность составляет 51 435 руб. 22 коп.

Рассмотрев обособленный спор, суд первой инстанции признал требования кредитора подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Судебный акт пересматривается в пределах доводов жалобы - в включения требований в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункт 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части в силу следующего.

На основании части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

При этом, Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор) выработаны дополнительные критерии при проверке обоснованности требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

При рассмотрении вопроса о включении в реестр требований кредиторов должника требований аффилированных к должнику лиц к таким лицам применяется повышенный стандарт доказывания, что означает исключение любых разумных сомнений в действительности и размере задолженности подлежащей включению (пункт 26 Постановления Пленума № 35).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Обзора, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника. Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

В пункте 3.2 Обзора указано, что невостребование аффилированным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.Из материалов дела следует, что договор цессии №03-19/ДЦ от 06.02.2019  был заключен между ООО «РМ-Терекс» и ООО «ФПК»,   предметом   которого   является   передача   прав   требования   к   должнику   оплаты задолженности в размере 5 256 407 руб. 36 коп. и суммы процентов по коммерческому кредиту в размере 263 686 руб. 63 коп., возникших из договора поставки № 06-12/ДД-ПФ от 10.08.2012. Стоимость уступаемого требования стороны согласовали в размере 5 256 407 руб. 36 коп., срок оплаты – до 30.05.2019.

Договор уступки права требования заключен между ООО «ФПК» и ООО «РМ-Терекс» через 2 дня после возбуждения дела о банкротстве АО «Уральская техника», однако установлено, что должник и ООО «ФПК» контролируются одним конечным бенефициаром ФИО7, который намеренно была создана ситуация, где ООО «ФПК» является лицом, на которое переведен бизнес для целей сохранения ФИО7 активов, принадлежавших ранее должнику.

Задолженность должника была выкуплена ООО «ФПК» за номинальную стоимость для получения привилегий при заключении дилерского соглашения с ООО «РМ-Терекс» и получения преимуществ перед иными юридическими лицами, претендовавшими на статус официального дилера нескольких российских регионов.

Характер взаимоотношений между ответчиком и должником в преддверии банкротства последнего свидетельствует о нетипичном для обычных участников хозяйственного оборота отношениях и наличии фактической заинтересованности. Экономическая целесообразность принятия ООО «ФПК» права требования о взыскании задолженности АО «Уральская техника» в преддверии банкротства не обоснована, выходит за пределы взаимоотношений между независимыми участниками оборота.

ООО «ФПК», являясь аффилированным с должником лицом как юридически, в силу статьи 19 Закона о банкротстве, так и фактически, был осведомлен о финансовом состоянии должника на дату заключения оспариваемой сделки зачета.

Должник и ООО «ФПК» контролируются одним конечным бенефициаром ФИО7, которым намеренно была создана ситуация, где ООО «ФПК» является лицом, на которое переведен бизнес для целей сохранения ФИО7 активов, принадлежавших ранее должнику.

Входя в одну группу лиц, ООО «ФПК», приобретая право требования у независимого кредитора, осуществило погашение денежных обязательств, существовавших между первоначальным кредитором и должником.

При выплате задолженности самим должником его обязательство прекратилось бы надлежащим исполнением на основании пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации без возникновения прав требований к нему со стороны аффилированных лиц.

При избранной форме удовлетворения требований первоначального кредитора, действия ООО «ФПК», заявившего о процессуальном правопреемстве, направлены на получение необоснованной выгоды в виде перехода к нему права требования взыскания задолженности и получения преимущественно более выгодных условий для сотрудничества с ООО «РМ-Терекс».

В соответствии с пунктом  6 Обзора очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

Указанная позиция согласуется с обстоятельствами заключения Договора цессии №03-19/ДЦ от 06.02.2019 и Договора цессии №48-18/ДЦ от 11.09.2018, на основании которого ООО «ФПК» заявлено требование о включении его требований в РТК должника.

На момент заключения договоров цессии АО «Уральская техника» (06.02.2019, 11.09.2018) находилось  в трудном экономическом положении и отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи  2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поэтому суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов – они подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункты 3.1, 6.1 Обзора). При этом неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (п. 3.4 Обзора).

Таким образом, указанные договоры уступки права требования заключены между ООО «РМ-Терекс» и ООО «ФПК» 06.02.2019  и 11.09.2018, то есть за 4 месяца до и в первые дни после возбуждения производства по делу о банкротстве АО «Уральская техника».

Учитывая правовую позицию, сформулированную в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, ООО «ФПК» не доказало разумные экономические мотивы совершения указанных договоров на стадии признания должника несостоятельным (банкротом) при наличии у кредитора информации о неплатежеспособности должника.

Иного из материалов дела не следует.

Таким образом, доводы подателя жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемый судебный акт государственной пошлиной не облагается. Оплаченная государственная пошлина подлежит возврату заявителю.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2022 по делу № А76-2156/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Финансово-промышленная компания» из федерального бюджета сумму государственной пошлины в размере 3 000 рублей,  уплаченной по платежному поручению от 21.07.2022 №2709.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяЮ.А. Журавлев

Судьи:Л.В. Забутырина

С.В. Матвеева