АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 июня 2024 года

Дело №

А26-7962/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 18 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего судьи Казарян К.Г., судей Богаткиной Н.Ю., Яковца А.В.

при участии ФИО1 и его представителя ФИО2 по доверенности от 14.01.2021, директора ООО «Дерри» ФИО3 и его представителя ФИО4 по доверенности от 15.01.2024, представителя ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 24.05.2024, 

рассмотрев 04.06.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Дерри» на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 18.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 по делу № А26-7962/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 24.12.2021 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Общество с ограниченной ответственностью «Дерри» (далее – Общество) обратилось с заявлением о включении 15 747 452 руб. 36 коп. в реестр требований кредиторов должника.  

Решением от 06.05.2022 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7 

В связи с освобождением ФИО7 от исполнения обязанностей финансового управляющего определением от 19.09.2022 новым финансовым управляющим утверждена ФИО8. 

Определением от 18.08.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024, требование Общества признано обоснованным в размере 1 981 465 руб. основного долга, в остальной части в удовлетворении заявления  отказано. 

В кассационной жалобе конкурсный кредитор ФИО1  просит указанные судебные акты отменить в части удовлетворения требования кредитора, в указанной части в удовлетворении заявления отказать.

По мнению подателя жалобы, апелляционный суд не дал надлежащей оценки его доводам о допущенной судом первой инстанции арифметической ошибки при расчете убытков, об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО5 и возникшими у Общества убытками, о противоречии выводов суда первой инстанции представленным в материалы дела доказательствам.

Как считает податель жалобы, вменяемые должнику недобросовестные действия не могли явиться причиной неполучения Обществом выручки. 

Податель жалобы не согласен с обоснованностью возложения на ФИО5 ответственности в связи с занижением стоимости товара, реализованного Обществом по поручению ФИО9, факт которого был установлен в гражданском деле № 2-5654/2021, поскольку на момент принятия товара на комиссию, когда ФИО5  осуществлял полномочия руководителя Общества, правоотношения с потребителем были оформлены надлежащим образом; уценка товара имела место после прекращения полномочий ФИО5 При этом последний в сделках по реализации товара в пользу покупателей участия не принимал и выгоды от этих сделок не получил.

По иным эпизодам нарушения прав потребителей в ходе деятельности Общества податель жалобы ссылается на наличие в материалах дела доказательств поступления денежных средств от покупателя ФИО10 в Общество; при утверждении мирового соглашения с ФИО11 недобросовестных действий со стороны Общества, его работников или руководителя не установлено; материалами дела подтверждается зачисление уплаченных ФИО12 и ФИО13 за подарочные сертификаты денежных средств в Общество, на момент отказа в отпуске товара на основании указанных подарочных сертификатов, полномочия ФИО5 были прекращены.

Как считает податель жалобы, суд первой инстанции неправильно определил размер ответственности в связи с применением срока исковой давности, приняв для расчетов период с 01.01.2018 по 11.03.2019, тогда как обоснованными могли быть приняты только обязательства, возникшие после 15.02.2019 и до 11.03.2019. При этом податель жалобы настаивает на том, что стоимость реализованного товара можно определить с достаточной степенью достоверности исходя из сведений, отраженных в заключении эксперта № 06/03-22Э от 26.04.2022 по результатам проведения бухгалтерской экспертизы в рамках уголовного дела № 12001860003000082, а также учесть, что часть товара была передана на реализацию на условиях комиссии, а, следовательно, в отношении такого товара убытком является лишь сумма комиссионного вознаграждения.

В кассационной жалобе Общество просит отменить определение от 18.08.2023 и постановление от 16.02.2024 в части отказа в удовлетворении требований общества и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме.

Податель жалобы настаивает на том, что со стороны ФИО5 имели место незаконные, недобросовестные и неразумные действия при организации хозяйственной деятельности Общества: ненадлежащий учет товарно-материальных ценностей, присвоение денежных средств, вырученных от реализации товара Обществом; перевод денежных средств Общества в отношении подконтрольного ФИО5 лица и последующее представление их Обществу на условиях займа. 

Общество не согласно с выводом судов о пропуске им срока исковой давности при обращении в суд, поскольку ФИО5 скрывал информацию о спорных финансовых операциях от участников Общества; информация о допущенных в ходе деятельности Общества нарушениях стала известна только после смены его руководителя и получения новым руководителем доступа к документации Общества, а также претензий от граждан – контрагентов Общества по сделкам по реализации товара (оружия) и проведения проверки по ним праоохранительными органами; факт совершения Обществом мнимых сделок установлен решением Арбитражного суда Республики Карелия по делу  № А26-3394/2021 от 03.08.2022; судом не принято во внимание обращение Общества за судебной защитой в деле № А26-10303/2021, а также с претензией к должнику.

Общество отмечает, что на собрании 22.11.2018 решался вопрос о предоставлении ФИО5 документации о финансово-хозяйственной деятельности Общества, но не устанавливался факт хищения денежных средств.

Податель жалобы настаивает на том, что при определении размера причиненного ущерба следует руководствоваться не заключением эксперта, полученном в деле № А26-3394/2021, а заключением специалиста от 22.11.2021, которое также является доказательством по уголовному делу и приобщено к его материалам. Названное заключение специалиста также учитывалось при вынесении решения суда по указанному делу.

Податель жалобы настаивает, что расходы Общества по выплате возмещения морального вреда потребителей также находятся в непосредственной причинно-следственной связи с нарушениями, допущенными ФИО5, поскольку Общество не могло добровольно удовлетворить требования потребителей по причине непередачи ФИО5 документации при увольнении и неоприходованием полученных от потребителей денежных средств.

В отзыве на кассационные жалобы финансовый управляющий возражает относительно доводов Общества о начале течения срока исковой давности, отмечая, что ФИО3 до назначения ее руководителем Общества в марте 2019 года являлась участником Общества с долей участия 32%;  участники Общества имели возможность осуществлять контроль его деятельности с 2016 года; между ФИО5 и ФИО3 до ноября 2018 года имели место доверительные отношения. Финансовый управляющий полагает, что срок исковой давности для требований Общества следует исчислять с даты, значительно ранее ноября 2018 года.

В отношении заключений эксперта и специалиста, на которые ссылается Общество, финансовый управляющий отмечает, что они выполнены одним и тем же лицом – ФИО14, и не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств.

В отзыве на кассационную жалобу Общества, ФИО1 возражает против ее удовлетворения, полагая, что виновные действия ФИО5 в отношении Общества документально не подтверждены; в случае неразумного или недобросовестного поведения ФИО5 как руководителя Общества, последнее должно было узнать об этом задолго до обращения в суд. 

ФИО5 представил письменные пояснения по доводам кассационных жалоб, отрицая факт нарушений при организации деятельности Общества с его стороны, полагая, что предъявление к нему требований имеет место по причине возникновения конфликтных отношений с ФИО3 ФИО5 поясняет, что, после его увольнения, документация должника осталась по месту нахождения Общества. 

В отзыве на кассационную жалобу Общества ФИО5 возражает против ее удовлетворения, настаивая на добросовестности своих действий и пропуске Обществом срока исковой давности для предъявления к нему требований.

Общество представило письменные возражения по отзыву ФИО5, в которых поддерживает ранее приведенные доводы, настаивая на том, что денежных средств в качестве займов от ФИО5 не получало; именно ФИО5 несет ответственность за причинение Обществу ущерба, в том числе и в случае, если этот ущерб был причинен в результате нарушений, допущенных работниками Общества. 

Общество отрицает наличие дружественных отношений между ФИО5 и ФИО3, отмечая увеличение выручки магазина Общества после прекращения полномочий ФИО5 

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 Общество возражает против ее удовлетворения, настаивая на ответственности ФИО5 и причинение им убытков Обществу. 

В судебном заседании ФИО1 и его представитель, представитель Общества поддержали доводы поданных ими кассационных жалоб, против удовлетворения кассационных жалоб друг друга возражали по мотивам, изложенным в отзыве. Представитель ФИО5 поддержал позицию конкурсного кредитора ФИО1 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, Общество было создано путем реорганизации товарищества с ограниченной ответственностью «Дерри», зарегистрированного в качестве юридического лица мэрией города Петрозаводска 15.02.1994. Основным видом деятельности Общества является открытие и организация магазинов розничной и мелкооптовой продажи оружия.

Участниками Общества при его создании были: товарищество с ограниченной ответственностью «ИНТЕХ» (10% уставного капитала), Карельский Совет «Динамо» (14% уставного капитала); ФИО15 (32% уставного капитала); ФИО16 (16% уставного капитала); ФИО17 (14% уставного капитала); ФИО18 и ФИО19 (по 7% уставного капитала).

Из представленного в материалы дела протокола общего собрания учредителей Общества от 22.11.2018 № 22.11.18, следует, что на дату его составления состав участников Общества сохранился тем же, кроме ФИО15 Вместо него участником Общества с долей участия 32% уставного капитала стала ФИО3

В протоколе общего собрания участников от 22.11.2018 отражена невозможность проведения аудиторской проверки деятельности ООО «Дерри» по причине отказа ФИО5 в представлении полного пакета документации для проверки. Участники Общества потребовали с ФИО5 пояснения относительно регистрации по месту нахождения торговой точки Общества юридического лица с аналогичным наименованием ООО «СК «Дерри», собственником которой выступает ФИО10, менеджер магазина Общества.          

Решением внеочередного общего собрания участником Общества, оформленным протоколом от 11.03.2019, были прекращены полномочия ФИО5 как директора заявителя, и на эту должность назначена ФИО3 При этом, как утверждает Общество, были выявлены эпизоды ненадлежащего осуществления ФИО5 полномочий руководителя Общество.

Ссылаясь на причинение должником убытков Обществу за период осуществления обязанностей его руководителя с февраля 2013 года, Общество обратилось с соответствующим требованием в деле о банкротстве. 

По утверждению кредитора, в период с 2017 по 2018 года со счета Общества на банковский счет ФИО5 в качестве возврата займа перечислено 2 900 000 руб. в отсутствие встречного предоставления со стороны должника.

В период осуществления ФИО5 руководства Обществом, как полагает заявитель, ООО «Дерри» недополучило 11 829 726 руб. 86 коп. выручки от реализации оружия и боеприпасов, поскольку поступавшие от покупателей денежные средства в кассу Общества либо на его расчетный счет не зачислялись, отсутствуют документы, подтверждающие расходование денежных средств на нужды Общества.

После увольнения ФИО5 к Обществу был предъявлен ряд исков о защите прав потребителей, в связи с чем заявитель вынужден нести расходы по восстановлению прав контрагентов Общества – физических лиц – нарушенных в ходе хозяйственной деятельности заявителя в общей сумму 769 225 руб. 50 коп. (взысканы судами общей юрисдикции и мировыми судьями в рамках дел №№ 2-2452/2019-4; 2-5654/9/2021; 2-4109/2019; 2-2832/2020-4; 2-1289/2019-7). Из установленных судами обстоятельств, как утверждает заявитель, следует, что Обществу не поступили денежные средства в размере 197 500 руб. (21 000 руб. от реализации оружия в пользу ФИО11; 166 500 руб. – сумма, внесенная ФИО20; 10 000 руб. – сумма, внесенная ФИО13). 

Кроме этого Общество указало на выплату по обращению ФИО21 21 000 руб. в связи с передачей указанным лицом Обществу на реализацию оружия, проданного третьему лицу за 30 000 руб., при этом расчеты с ФИО21 не были произведены, 30 000 руб. в кассу Общества или на его расчетный счет также не поступили. 

На основании приказа от 12.03.2019 № 7, в связи с прекращением полномочий ФИО5 в должности генерального директора,  в магазине Общества проведена инвентаризация материальных ценностей, в ходе которой составлена докладная записка от 20.03.2019 об отсутствии в магазине бухгалтерских, кадровых документов, документов о хозяйственной деятельности Общества. Доступ к электронным базам данных также оказался невозможным по причине установления пароля на вход в компьютер.

В сентябре 2019 года Общество обращалось в МВД России по городу Петрозаводску по факту совершения ФИО5, а также менеджером ФИО22 и кассиром ФИО23 противоправных действий при организации деятельности магазина Общества.

Поводом для обращения, как указал заявитель, послужило обращение ФИО11, указавшего, что 21.02.2019 он передал в магазин Общества по адресу на проспекте Карла Маркса, 3 для реализации ружье, которое было продано за 25 000 руб., в то время как ФИО11 выплачено лишь 17 500 руб.  При проведении проверки по заявлению, ревизионной комиссией было зафиксировано, что сделка по продаже ружья за 25 000 руб. действительно имела место, но денежные средства от покупателя в кассу не оприходованы. 

По утверждению Общества, ФИО5 при увольнении документацию должника новому руководителю не передал, в связи с чем, ему направлено требование от 22.01.2021 № 14. 

По факту получения в торговой точке Общества в Петрозаводске на проспекте Карла Маркса дом 3 денежных средств от покупателей без использования контрольно-кассовой техники и оприходования денежных средств в кассу Общества или на расчетный счет, 01.05.2020 следственным Управление МВД по Республике Карелия было возбуждено уголовное дело № 12001860003000082 по части 3 статьи 160 Уголовного Кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), в отношении группы лиц, действующей по предварительному сговору с использованием служебного положения, совершенное в крупном размере.

В рамках уголовного дела получено заключение специалиста частного учреждения «Центр экономических экспертиз» ФИО14 от 22.11.2021 № 05/11-21С, в котором по данным контрольно-кассовой техники отражено, что общее количество реализованного Обществом оружия в период с 01.01.2018 по 29.01.2018 и с 30.01.2018 по 12.03.2019 составило 94 штуки на сумму  3 832 375 руб., огнестрельных патронов – 82 684 штук на общую сумму 2 854 875 руб. 14 коп. При этом, по данным расчетного счета за тот же  период, равно как и по данным кассовой книги, поступление денежных средств на расчетный счет Общества или в кассу за оружие не отражено, в оплату за патроны поступление составило 246 705 руб. 

Со ссылкой на данные по лицензиям, выданным ОЛЛР г. Петрозаводска Обществу, специалист рассчитал, что в течение спорного периода должно было быть реализовано патронов в количестве 185 632 штуки. Количество патронов, не учтенных в продажах (выручка за которые не поступила Обществу) определено экспертом в 92 282 штуки.  

В отношении единиц огнестрельного оружия, по данным лицензий, эксперт пришел к выводу о реализации Обществом в спорный период 212 единиц оружия, которые не были учтены в базе продаж, и сведения о расчетах за которые не содержится в фискальной памяти ККТ. Исходя из определенной специалистом средней стоимости огнестрельного оружия при его реализации Обществом – 40 769 руб. 95 коп. специалист посчитал, что Обществом за спорный период не получена выручка от реализации товара в обще сумме 8 643 229 руб. 40 коп. 

Исходя из определенной специалистом средней цены реализации в магазине Общества огнестрельных патронов (34,53 руб.) специалист посчитал, что в ККТ и кассовых книгах Общества не учтена выручка от реализации патронов на сумму 3 186 497 руб. 46 коп. 

Таким образом, общая сумма недополученной выручки определена специалистом в размере 11 829 726 руб. 86 коп. и эти выводы положены в основание размера убытков, возникших в связи с нарушением должником правил оформления расчетов и оприходования денежных средств. 

Специалист выявил, что от ФИО5 имело место поступление денежных средств в Общество в общей сумме 16 715 000 руб., в том числе в 2016 году суммы 7 354 000 руб. в качестве сумм займа и 100 000 руб. торговой выручки; в 2017 году – займов на сумму 2 687 000 руб. и 300 000 руб. в качестве возврата подотчетных средств; в 2018 году – 4 642 000 руб. в счет договоров займа и 1 628 000 руб. – возврат подотчетных средств. При этом, в счет погашения займов в пользу ФИО5 с расчетных счет Общества списано 14 480 000 руб. за период с 2016 – 2017 года. 

Постановлением от 06.03.2022 в уголовном деле назначено проведение бухгалтерской экспертизы, которая поручена ФИО14 

Постановлением от 01.05.2022 уголовное дело в отношении ФИО5 прекращено. По итогам следственных мероприятий, в частности заключения экспертизы, сделан вывод о факте хищения имущества Общества на сумму не менее 5 975 358 руб. неустановленными лицами. Как указано в постановлении, органом предварительного следствия не получено достаточно данных для утверждения о том, что имущество (денежные средства) были похищены кем-либо из работников или руководства Общества; в отношении виновности ФИО5 и ФИО10 имелись существенные сомнения.

В июле 2022 года производство по уголовному делу возобновлено. 

Возражая относительно требования Общества, ФИО1 заявил о пропуске срока исковой давности. 

Частично удовлетворяя заявление Общества, суд первой инстанции согласился с доводами Общества о том, что ФИО5 в спорный период действовал неразумно и недобросовестно, при наличии конфликта интересов между его личными интересами и интересами Общества, принимал к учету документы по хозяйственным операциям, отнесенным к мнимым сделкам, уклонился от передачи документации Обществу.

Суд посчитал, что в данном случае имеются основания для применения к должнику ответственности в виде убытков. Вместе с тем суд принял во внимание заявление участвующими в деле лицами о пропуске Обществом срока исковой давности, которое суд признал обоснованным.

Суд пришел к выводу о том, что Общество в составе 100% участников получило реальную возможность узнать о нарушении своего права в связи с оформлением заемных обязательств, нарушением кассовой дисциплины и иными нарушениями, допущенными ФИО5, не позднее ноября 2018, что следует из протокола общего собрания Общества от указанной даты, в котором отражено уклонение ФИО5 от предоставления отчетности Общества для проведения аудиторской проверки. 

Суд посчитал, что отдельным участникам Общества стало известно об очевидно ненадлежащем поведении ФИО5 еще до ноября 2018 года, но, действий по прекращению его полномочий участники не предприняли. 

Исходя из того, что требование о взыскании убытков заявлено за период с 01.01.2018 по 12.03.2019, а обращение в суд последовало 15.02.2022, суд посчитал, что в отношении требований, возникших до февраля 2019 года, Обществом пропущен срок исковой давности.

Доводы Общества о том, что сведения о нарушении права были получены новым руководителем ФИО3 лишь после ее назначения отклонены судом с выводом о том, что о рассматриваемых обстоятельствах ей должно было стать известно ранее в силу наличия статуса участника Общества с долей участия 32%.

Таким образом, в состав требования, признанного судом обоснованным, включена сумма убытков, причиненных вследствие сокрытия выручки от реализации в торговой точке Общества оружия и боеприпасов, а также суммы прямых убытков Общества в связи с удовлетворением в судебном порядке претензий потребителей к нему. 

Суд отметил, что из представленного Обществом со ссылкой на заключение специалиста ФИО14 и заключение бухгалтерской экспертизы № 06/03-22Э расчета убытков невозможно установить сумму, относящуюся к периоду в пределах срока исковой давности. Возражающие лица, со своей стороны, расчета убытков не представили.

Указав, что представленное заключение специалиста от 22.11.2021 и заключение эксперта от 26.04.2022 имеют существенные расхождения при расчете сумм причиненного ущерба, суд положил в основание своего расчета заключение эксперта, отметив, что оно было признано надлежащим доказательством по делу № А26-3394/2021, и поскольку в заключении эксперта разрешены вопросы, позволяющие рассмотреть требование по существу.

Размер убытков, в отношении которых требование кредитора следует считать обоснованным, определен судом как разница между стоимостью товаров по номенклатурам огнестрельное оружие и боеприпасы к нему, по которым не отражена выручка в продажах по кассовым операциям, движениям по расчетному счету за период с 01.01.2018 по 20.03.2019 и отсутствует на остатках товаров Общества по состоянию на 20.03.2019 (не менее 7 437 823 руб.) и тем же показателем по состоянию на 01.01.2019 (не менее 5 975 358 руб.). Указанная разница составила 1 462 465 руб. 

Также суд посчитал обоснованной сумму прямых убытков Общества, установленных по итогам удовлетворения требований о восстановлении нарушенных прав потребителей в общем размере 519 000 руб., которая рассчитана судом на основании вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности в пользу ФИО24, ФИО12, ФИО9, ФИО11, ФИО13, а также в связи с  выплатой в пользу ФИО21 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрены требования по возмещению лицом, выступающим в качестве единоличного исполнительного органа юридического лица, убытков, причиненных указанному лицу в результате его неразумных или недобросовестных действий (бездействия). 

По общему правилу положений статей 15, 393, 1064 ГК РФ основанием для возникновения ответственности в виде убытков является совокупность следующих обстоятельств – противоправное (недобросовестное или неразумное поведение) должностного лица юридического лица, возникновение на стороне последнего материального ущерба и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами. 

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе, при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

В силу разъяснений пункта 4, 5, 6 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. 

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

По результатам проведения ревизионной проверки деятельности Общества по указанию его нового руководителя, избранного после должника, выявлено, что денежные средства от реализации Обществом товаров – патронов  и оружия на расчетный счет или в кассу Общества не поступали, то есть, были Обществом утрачены. С учетом того, что в случае реализации товаров, принятых на комиссию, Общество при продаже товара должно было в полном объеме рассчитаться комитетом, и имущественный ущерб на стороне Общества в случае непоступления в его пользу денежных средств от реализации оружия также составляет его полную цену, а не только сумму комиссии.

Оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств – сведений из лицензий по продаже оружия и боеприпасов и сведений из документов кассового и бухгалтерского учета, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что факты нарушения зачисления Обществу выручки имели место, ответчик указанных обстоятельств не опроверг.

При этом, как следует из изложенного выше, именно руководитель несет ответственность за надлежащую организацию работы торговой точки и действия ее работников. 

Поскольку рассматриваемые нарушения носили систематический характер, суд пришел к правильному выводу о наличии вины должника в допущенных нарушениях и оснований для возложения на него ответственности за наступившие негативные последствия таких действий в виде неполучения Обществом выручки.

Как следует из положений статьи 71 АПК РФ, суд оценивает обстоятельства дела исходя из совокупности представленных доказательств, ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной цены.

В связи с нарушениями, допущенными по указанному выше эпизоду, ущерб Общества заключался в неполучении цены реализации товара покупателям, размер которой и следовало установить суду.

Приняв оценку реализуемого товара, указанную в заключении эксперта и отклоняя заключение специалиста, суд не мотивировал своей выбор применительно к положениям статьи 15 ГК РФ и необходимости установления той цены товара, которая должна была быть получена и не была получена Обществом.

Причину противоречий в оценке товара между двумя заключениями специалиста, что позволило бы дать оценку обоснованности выводов, содержащихся в обоих заключениях, суд не установил.

Апелляционный суд указанных недостатков не устранил.

При таких обстоятельствах, выводы судов относительно размера причиненного ущерба по этому эпизоду не могут быть признаны в достаточной степени обоснованными.

В силу положений статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Началом течение срока исковой давности по общему правилу пункта 1 статьи 200 ГК РФ является момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В то же время, в пункте 10 Постановления № 62 указано, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

С учетом размера доли участия в Общества ФИО3 не может быть признана контролирующим его лицом, в том числе в период осуществления должником обязанностей его руководителя.

Как следует из содержания протокола общего собрания участников от 28.11.2018, ФИО5 уклонялся от представления участникам Общества сведений и документации по его деятельности, информация о допущенных нарушениях могла быть получена Обществом в лице добросовестного руководителя только после прекращения полномочий ФИО5 и проведения соответствующей проверки. По мнению суда кассационной инстанции, оснований считать начало течения срока исковой давности с 2016 года у суда первой инстанции не имелось.

Суд не установил фактические обстоятельства, имеющие значение для расчета срока для обращения о защите права в данном случае, а именно момент, когда Обществу в лице добросовестного органа управления должно было стать известно о нарушениях, положенных в основание для обращения в суд.

Указанный недостаток апелляционный суд также не устранил. 

Осуществление выплат с расчетного счета Общества в пользу ответчика при отсутствии встречного предоставления следует признать недобросовестными действиями, влекущими на стороне Общества возникновения ущерба на соответствующую сумму. 

Оценивая доводы заявителя о неосновательном списании в свою пользу денежных сумм со ссылкой на предоставления займа, суд первой инстанции не установил совершения конкретных сделок займа, по которым осуществлялись указанные списания, не проверил реальность каждой из них. Между тем, эти обстоятельства имеют существенное значении для оценки заявленных требований по существу. 

Делая вывод об ответственности должника перед Обществом в связи с предъявлением к последнему требований потребителей в защиту их прав, учитывая, что обстоятельства указанных случаев нарушения не являются идентичными и в них не прослеживается систематического характера, что могло бы указывать на ненадлежащую организацию торговой деятельности, суд не проверил и не установил, какие именно недобросовестные или неразумные действия бывшего руководителя применительно к каждому эпизоду повлекли нарушение прав потребителя и причинно-следственную связь между этими действиями и возникновением у Общества ответственности перед потребителем. 

Апелляционный суд указанных недостатков также не устранил.

При таких обстоятельствах выводы судов не могут быть признаны в достаточной степени обоснованными, принятые по делу судебные акты подлежат отмене, а дело – на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, определить круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, установить эти обстоятельства, правильно распределив бремя доказывания по делу, определить подлежащие применению для квалификации спорных правоотношений нормы права и принять по делу законный и обоснованный судебный акт не допустив нарушения норм процессуального права. 

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 11.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 по делу № А26-7962/2021 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Республики Карелия на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

А.В. Яковец