АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-421/25 

Екатеринбург

12 марта 2025 г.

Дело № А76-43079/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Пирской О.Н., Шавейниковой О.Э.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Филатовым А.И. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи и веб-конференции кассационную жалобу акционерного общества «Россельхозбанк» (далее – Россельхозбанк, Банк) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 по делу № А76-43079/2022 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, явку в суд округа не обеспечили.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Курганской области принял участие представитель Россельхозбанка – ФИО1 (паспорт, доверенность от 24.08.2023); посредством системы веб-конференции приняли участие представители: финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.07.2022); ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 06.12.2024).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.01.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4 (далее - должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.04.2023 ФИО6 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

В арбитражный суд поступило ходатайство финансового управляющего ФИО2 о завершении процедуры реализации имущества ФИО6 и освобождении ее от исполнения обязательств перед кредиторами.

Россельхозбанк настаивал на завершении процедуры банкротства и не освобождении должника от обязательств перед ним.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2024 реализация имущества ФИО6 завершена с освобождением ее от исполнения обязательств перед кредиторами, за исключением требований Россельхозбанка в лице Челябинского регионального филиала в размере 954 285 руб. 78 коп.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 определение суда первой инстанции от 09.10.2024 отменено в части не освобождения должника от исполнения обязательств, ФИО6 освобождена от обязательств перед кредиторами, включая Россельхозбанк.

В кассационной жалобе Россельхозбанк просит постановление суда апелляционной инстанции от 20.12.2024 отменить, определение суда первой инстанции от 09.10.2024 оставить в силе, ссылаясь на не соответствие выводов апелляционного суда обстоятельствам дела. Банк полагает, что суд первой инстанции, установив факт предоставления кредитору заведомо ложных сведений о доходе при заключении кредитного договора, обоснованно не освободил должника от исполнения обязательств перед Россельхозбанком, и оснований для отмены соответствующего определения у апелляционного суда не имелось. Заявитель считает, что вывод апелляционного суда об отсутствии в данном случае факта предоставления заведомо недостоверных сведений не соответствует материалам дела, из которых усматривается предоставление должником для получения кредитных денежных средств справки о доходах в ином, значительно большем размере, чем должник получал в обществе с ограниченной ответственностью «Формат» (далее – общество «Формат»). Заявитель обращает внимание на то, что доводы должника об обращении к кредитному брокеру, оформлении и предоставлении им пакета документов (анкеты-заявления, справки о доходе) для одобрения кредита не подтверждены никакими доказательствами, должником не даны пояснения относительно причин обращения к посреднику, а не напрямую в банк, целей привлечения кредитных средств в столь значительном размере (1,2 млн. руб.) и их расходования. Банк отмечает, что наличие у него возможности проверки финансового состояния заемщика не освобождает последнего от обязанности действовать добросовестно, при том, что банк не имеет законодательно урегулированной возможности и официальных источников для получения документальной информации о достоверности размера заработной платы, указанной в справке о доходах, и, соответственно, поведение должника, предоставившего ложную информацию о своем финансовом состоянии, должно быть учтено как недобросовестное и влекущее недопустимость применения к нему правил об освобождении от исполнения обязательств. Заявитель обращает внимание на оформление должником в разных банках кредитных договоров на значительные суммы, многократно превышающие лимит, исходя из доходов заемщика, осознававшего невозможность принятия новых кредитных обязательств, что также свидетельствует о злоупотреблении должником своими правами. Относительно выводов апелляционного суда, что должник в 2015 – 2021 гг. осуществлял хозяйственную деятельность как индивидуальный предприниматель и получал прибыль, заявитель отмечает, что соответствующие доказательства в материалы дела не представлены, а имеющиеся в деле выписки по счетам не подтверждают получение должником дохода от предпринимательской деятельности.

ФИО6 и арбитражный управляющий ФИО2 в отзывах по доводам кассационной жалобы возражают, просят в ее удовлетворении отказать, оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.01.2023 на основании заявления должника возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО6, которая решением суда от 05.04.2023 признана банкротом с введением в отношении ее имущества процедуры реализации, финансовым управляющим утверждена ФИО2

В рамках дела о банкротстве ФИО6 реестр требований кредиторов должника сформирован в общей сумме 3 504 575 руб. 71 коп., в том числе: 

- требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) в размере 1 931 648 руб. 10 коп.; 

- требования публичного акционерного общества «Совкомбанк» в размере 400 334 руб. 49 коп., обеспеченные залогом имущества должника - автомобиля KIA Sorento 2005 г.в.; 

- требования Россельхозбанка в размере 954 285 руб. 78 коп.; 

- требования общества с ограниченной ответственностью «Феникс» в размере 173 173 руб. 41 коп.; 

- требования Инспекции Федеральной налоговой службы № 10 по Челябинской области в размере 45 134 руб. 03 коп.

За счет поступивших в конкурсную массу денежных средств на расчеты с кредиторами, заявившими свои требования в рамках дела о банкротстве, направлено 302 130 руб. 80 коп.

Текущие расходы по делу (расходы на публикации информационных сообщений, почтовые расходы) составили 33 716 руб. 25 коп., из них погашено  19 722 руб. 87 коп.

Имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации, сделки, подлежащие оспариванию, финансовым управляющим не выявлены, сделаны выводы о неплатежеспособности должника, об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, условий, исключающих освобождение должника от обязательств, управляющим не установлено.

По результатам процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, на отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях расчетов с кредиторами, управляющий направил в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции установил наличие всех необходимых оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО6

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО6 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Россельхозбанк ходатайствовал о не освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, в обоснование чего указывал, что при получении кредита ФИО6 действовала недобросовестно, предоставив заведомо ложные сведения о получаемом ею доходе, явившиеся основанием для выдачи кредита. По мнению Банка, представление справок о заработной плате, не соответствующих действительности, указывает на преднамеренное введение кредитора в заблуждение относительно целей получения кредита, уровня дохода должника, что свидетельствует о злоупотреблении правом и подтверждает недобросовестность должника, а также злостное уклонение от исполнения взятых не себя обязательств.

Разрешая вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суд первой инстанции исходил из того, что должник при получении в банке кредитных денежных средств предоставил искаженную и недостоверную информацию об уровне дохода, а именно справки 2-НДФЛ с доходом в ином, значительно большем размере (116 668 руб. 90 коп.), чем должник получал на самом деле (25 793 руб. 65 коп.), то есть представил банку заведомо ложные сведения при получении кредита, при этом и в дальнейшем не раскрыл перед судом и кредитором сведения об истинном доходе на дату предоставления кредита в Россельхозбанке, в том числе, ссылаясь на наличие дохода от деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, не представил надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие получение прибыли от данной деятельности. Подобное поведение должника было признано судом первой инстанции недобросовестным и исключающим возможность применения в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В свою очередь, отменяя определение суда первой инстанции и освобождая должника от исполнения обязательств перед всеми кредиторами, включая Россельхозбанк, суд апелляционной инстанции исходил из того, что должник на момент принятия на себя кредитных обязательств работал, имел постоянный стабильный доход, длительное время исполнял обязательства по оплате кредитов, а просрочки по платежам были вызваны недостаточностью денежных средств по причине ухудшения состояния здоровья, что стало причиной потери единственного источника дохода и, как следствие, причиной прекращения исполнения обязательств по кредитам. Названные обстоятельства, при которых должник здраво не оценил свои финансовые возможности, по мнению апелляционного суда, не свидетельствуют о недобросовестном поведении должника и его намерении причинить вред кредиторам.

Вместе с тем, апелляционным судом не учтено следующее.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый - пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если доказано, что при возникновении (исполнении) обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

Последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В то же время получение денежных средств в кредитных организациях может быть квалифицировано как недобросовестное поведение должника в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, другие кредитные обязательства и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Как уже было указано выше, возражая против освобождения должника от обязательств, Россельхозбанк ссылался на то, что должник представил заведомо ложные сведения о получаемом им доходе, явившиеся основанием для выдачи кредита, а именно, справку о доходах от 15.02.2021 о том, что с 25.06.2020 должник работает в обществе «Формат» в должности начальника склада, среднемесячный заработок составляет 116 668 руб. 90 коп.

Банк указывал также на то, что по сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица среднемесячная сумма дохода должника в обществе «Формат» составляла 25 793 руб. 65 коп., а на дату представления справки о доходах (15.02.2021) должник вовсе не был трудоустроен в обществе «Формат». 

В свою очередь, возражая против доводов банка, ФИО6 поясняла, что при взятии кредита в Россельхозбанке на сумму 1 200 000 руб. она обратилась в брокерскую организацию «Одобрение», возглавляемую ФИО7, которая предоставляет услуги по содействию в получении кредита. Сумма вознаграждения составила 120 000 руб. Как утверждал должник, все документы, в том числе справку 2-НДФЛ, в банк представил брокер. 

Кроме того, ФИО6 указывала на то, что в момент получения кредита она вела деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, с 2017 года пользовалась кредитными средствами разных банков, платежи вносила вовремя и без просрочек, денежные средства направляла на развитие бизнеса, при этом имела стабильный доход, за счет которого вносила ежемесячные платежи по кредитным обязательствам; кредит в Россельхозбанке погашался ею в течение 19 месяцев на общую сумму 302 570 руб. 16 коп. После прекращения деятельности ИП возникли финансовые проблемы, в связи с чем должник принял решение обратиться в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве.

К указанным пояснениям должника суд первой инстанции отнёсся критически. В частности, ссылки ФИО6 на то, что документы в банк она предоставляла не сама, а обратилась к кредитному специалисту, который и представил в банк весь необходимый пакет документов, не были приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку не подтверждаются материалами дела, основаны исключительно на пояснениях должника, не подкрепленных никакими доказательствами, какие-либо обоснованные и разумные пояснения должника, относительно целей получения кредита и обстоятельств, побудивших обратиться за получением кредитных средств не непосредственно в банк, а к посреднику, не представлены, а объяснения должника о том, что кредит в Россельхозбанке на сумму 1,2 млн. руб. получен в целях погашения задолженности перед иными кредиторами, не подтверждены документально, опровергаются материалами дела, из которых не усматривается факт погашения задолженности, возникшей до получения спорного кредита, в том числе перед Сбербанком, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника на сумму 1 931 648 руб. 10 коп.

Судом первой инстанции было принято при этом во внимание, что при обращении с заявлением о своем банкротстве ФИО6 представила справки 2-НДФЛ за 2020-2021 годы на имя некоего ФИО8, справки же о доходах в отношении самого должника представлены не были.

Учитывая, что должник не представил доказательства, подтверждающие объяснения относительно подложной справки 2-НДФЛ, иные доказательства в подтверждение своего реального дохода, а также доказательства в подтверждение расходования кредитных денежных средств, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для не освобождения ФИО6 от исполнения обязательств перед Россельхозбанком.

В свою очередь, признавая действия должника добросовестными, суд апелляционной инстанции, в том числе, принял во внимание пояснения должника о том, что для получения кредита он обратился за содействием в брокерскую организацию «Одобрение», которая предоставляет услуги по содействию в получении кредита, и которой были предоставлены в Банк все документы, в том числе анкеты-заявления и справки 2-НДФЛ. При этом, апелляционным судом учтены представленные в материалы дела сведения о трудовой деятельности и доходах должника, из которых следует, что должник не только был трудоустроен в обществе «Формат» в 2020 году, но также в период с декабря 2015 года по декабрь 2021 года был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и осуществлял хозяйственную деятельность, от которой получал прибыль.

С учетом изложенного, апелляционный суд не усмотрел недобросовестности в действиях самого должника, который на момент получения кредита имел доход и длительное время надлежащим образом исполнял долговые обязательства одновременно в нескольких кредитных организациях.

Суд округа полагает необходимым отметить, что возникновение различных жизненных ситуаций зачастую действительно влечет за собой необходимость обращения должников к содействию кредитного брокера. В таких случаях нарушение кредитным брокером его обязанности перед должником по включению в заявку достоверных данных, которое в последующем повлекло за собой предоставление банку недостоверной информации, должнику вменяться не должно. Соответственно, если вины должника в выборе, контроле и взаимодействии с таким кредитным брокером нет, недостоверная информация от имени должника исключительно вследствие действий кредитного брокера, должнику не может быть отказано в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств (пункт 1 статьи 401, статья 403 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наоборот, если обращение к кредитному брокеру было вызвано невозможностью получения кредита в общем порядке, в том числе по причине недостаточного уровня доходов, и имело своей целью составление содержащих заведомо недостоверные для должника сведения документов для последующего представления их в банк, такого рода действия не могут расцениваться судом как действия, соответствующие критериям добросовестности. Привлечение в таких случаях к содействию в получении кредита кредитного брокера не освобождает должника от неблагоприятных последствий виновного противоправного поведения.

В своих объяснениях должник указывала, что за содействием в получении спорного кредита в Россельхозбанке она обратилась к брокеру, которым и были предоставлены в банк все документы, включая справку 2-НДФЛ.

Однако материалами настоящего дела факт обращения должника к кредитному брокеру, равно как и оформление и предоставление банку недостоверных сведений исключительно действиями кредитного брокера не доказаны, невозможность обращения должника за получением кредита непосредственно в банк каким-либо образом не обоснована, пояснения относительно обстоятельств обращения к кредитному брокеру, подготовки документов для предоставления в банк ни в судах первой и апелляционной инстанций, ни в суде округа не даны, при том, что из представленных должником не подкрепленных документальными доказательствами пояснений следует, что должник в случае действительного обращения за содействием к кредитному брокеру мог и должен был осознавать последствия составления последним от его имени сведений о несуществующем в действительности официальном доходе.

Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции в этой части были основаны исключительно на голословных и ничем не подтверждённых пояснениях должника.

При этом необходимо учитывать, что отказ в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств по причине предоставления банку при заключении кредитного договора недостоверных данных не может рассматриваться в качестве формального состава нарушения. Представление данных, которые соответствуют действительному доходу гражданина, включая доход, который ранее не был конкретизирован при подаче заявления в банк, само по себе не может рассматриваться в качестве обстоятельства, характеризующего поведение должника в качестве злостного нарушения. Бремя доказывания наличия такого дохода должно быть возложено на должника.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции признал достоверными объяснения должника о получении им дохода от предпринимательской деятельности, однако какие-либо доказательства осуществления такой деятельности и реального получения дохода в материалы дела не представлены, ни представитель должника, ни представитель финансового управляющего, также настаивающий на том, что им установлен факт ведения должником предпринимательской деятельности, не смогли пояснить суду округа, какую именно деятельность должник осуществлял в качестве индивидуального предпринимателя, сдавались ли им налоговые декларации, отражающие доход от соответствующей деятельности, равно как не представили они и иных сведений относительно того, как кредитные средства участвовали в предпринимательской деятельности, либо как полученный доход направлялся на расчеты с кредиторами. 

Таким образом, перекладывая на кредитора неблагоприятные последствия отсутствия доказательств как подтверждающих, так и опровергающих факт получения должником достаточного дохода, суд апелляционной инстанции не учел, что именно должник как лицо, непосредственно осуществляющее хозяйственную деятельность в качестве индивидуального предпринимателя и располагающее всей необходимой информацией и доказательствами, обязан был обеспечить представление прямых, а в случае их отсутствия совокупности косвенных доказательств, подтверждающих его довод о получении в этот период достаточного дохода.

Кроме того, выводы суда апелляционной инстанции о правомерном расходовании полученных кредитных денежных средств на исполнение гражданско-правовых обязательств документально не подтверждены и вступают в противоречие с материалами дела, из которых не усматривается направление кредитных средств, полученных должником в Россельхозбанке в значительном размере (1 200 000 руб.), на рефинансирование имевшейся задолженности должника, указавшего именно данную цель получения кредита в обоснование обращения к кредитному брокеру и последовательно придерживающегося указанной версии, при том, что большая часть обязательств должника возникла позднее, а обязательства, имевшиеся на момент получения спорного кредита в Россельхозбанке, должником исполнены не были и соответствующие требования включены в реестр требований кредиторов. Доказательств наличия иных целей привлечения и расходования кредитных денежных средств должником также представлены не были. 

Таким образом, из вышеназванных обстоятельств следует, что вывод апелляционного суда об отсутствии в данном случае оснований для не освобождения ФИО6 от исполнения обязательств перед Россельхозбанком в размере 954 285 руб. 78 коп. является несостоятельным, основан на неправильном применении норм права, не соответствует установленным судами обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Выводы же суда первой инстанции, исходившего из совокупности конкретных обстоятельств дела и доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для не освобождения ФИО6 от обязательств перед Россельхозбанком, являются верными.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений (пункт 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, и то, что выводы апелляционного суда являются необоснованными, не соответствуют материалам дела и сложившейся судебной практике, что повлекло вынесение неправильного судебного акта, в то время как суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования всех доказательств правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, исследовал и оценил все доказательства, в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при этом судом первой инстанции верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, и нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены определения суда первой инстанции, судом округа не установлено, постановление апелляционного суда от 20.12.2024 по настоящему делу подлежит отмене, а определение суда первой инстанции от 09.10.2024 - оставлению в силе.

Руководствуясь ст. 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 по делу № А76-43079/2022 Арбитражного суда Челябинской области отменить.

Определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2024 по настоящему делу оставить в силе.

Взыскать с ФИО6 в пользу акционерного общества «Россельхозбанк» судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 50 000 руб. по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                           Ф.И. Тихоновский 

Судьи                                                                                        О.Н. Пирская 

                                                                                                  О.Э. Шавейникова