ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

06.10.2022                                                                          Дело № А40-245640/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 29.09.2022

Полный текст постановления изготовлен 06.10.2022

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.,

судей: Перуновой В.Л., Каменецкого Д.В.  

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 17.12.2021

от конкурсного управляющего ООО «Наши Имена» - ФИО3 – дов. от 06.04.2022

в судебном заседании 29.09.2022 по рассмотрению кассационной жалобы 

конкурсного управляющего ООО «Наши Имена» ФИО4

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022

об отказе в привлечении контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Наши Имена»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 08.06.2020 общество с ограниченной ответственностью «Наши имена» (далее – ООО «Наши имена», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» № 108 от 20.06.2020.

08.11.2021 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующего должника лица ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 400 527 103,71 руб., и о приостановлении рассмотрения настоящего заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончательного расчета с кредиторами. В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылалась на неисполнение ФИО1 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества, а также совершение сделок, повлекших наступление банкротства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022, в удовлетворении заявления отказано.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что ФИО1 являлся руководителем ООО «Наши имена» в период с 23.12.2002 по 04.06.2020, а также является учредителем общества с долей участия 50%.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указала, что заявление о банкротстве ООО «Наши имена» должно было быть ФИО1 не позднее 18.02.2018.

Однако,  исходя из периода образования задолженности общества перед кредиторами, суды пришли к выводу, что после указанной конкурсным управляющим даты новых обязательств перед кредиторами не возникло.

В частности, судами принято во внимание, что решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2017 по делу № А40- 161596/17-55-1298 с ООО «Наши имена» взыскано в пользу КБ «Финансовый стандарт» (ООО) 149 836 300,00 руб. - основной долг, 19 767 626,46 руб. - проценты за пользованием кредитом, 12 458 113,33 - пени за просрочку погашения процентов за пользование кредитом, а также 200 000,00 руб. - государственная пошлина.

В третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «Карат-Ю» в размере 200 000 рублей расходов на оплату услуг представителя, которое основано на вступившем в законную силу определении Арбитражного суда Московской области от 07.02.2018  по делу №А41-13887/17, на основании которого с должника в пользу кредитора взыскана задолженность в размере 200 000 рублей расходов на оплату услуг представителя.

Иных обязательств -  возникших после 18.02.2018, у должника не имеется.

Кроме того, судами установлено, что руководителем общества ФИО1 предпринимались меры, в результате совершение которых он полагал восстановление финансовой стабильности общества.

Судами также установлено, что у должника имеется актив в виде дебиторской задолженности к ООО «Карат - Ю», сформированной на основании инвестиционного договора, согласно которому было построено здание, объект долевого строительства, расположенный по адресу: ФИО5, Коммунальный проезд, 6004,кадастровый номер 50:48:0010101:2769 (кадастровый номер после объединения нескольких участков).

На основании того же инвестиционного договора ООО «Наши Имена» включено в реестр требований кредиторов к ООО «Карат - Ю» на сумму 358 305 409,11 рублей - основной долг, 102 044 537, 60 рублей - штраф, 115 525 220, 84 рублей - проценты за пользование чужими денежными средствами, в третью очередь. То есть общая сумма, включенная в реестр, составляет 575 875 167,55 рублей.

Также, помимо дебиторской задолженности, у ООО «Наши Имена» имеется актив в виде объекта незавершенного (долевого) строительства, который должен реализовываться в процедуре банкротства ООО «Карат - Ю» в рамках дела № А41-15853/19.

Более того, согласно определению Арбитражного суда Московской области от 07.05.2020 по делу № А41-15853/19 за ООО «Наши Имена» признан статус залогового кредитора, а именно включенное в реестр требований кредиторов должника требование ООО «Наши имена» в размере 49 079 537 руб. 59 коп. обеспечено залогом имущества должника (ООО «Карат - Ю») по инвестиционному договору от 10.03.2015 № 001/2015 с учетом дополнительного соглашения № 10 от 31.03.2016.

Денежные средства, полученные от мажоритарного кредитора КБ «Финансовый Стандарт» были направлены руководителем должника на исполнение инвестиционного договора, о чем кредитору было известно. Более того, согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого бывшего руководителя ООО «Карат - Ю» установлено, что ООО «Наши Имена» исполнило обязанности по перечислению денежных средств в счет ООО «Карат - Ю», являющиеся исполнением пунктов 2.2.1 и 2.2.2. инвестиционного договора.

На момент возникновения задолженности перед КБ «Финансовый Стандарт» бывший руководитель ООО «Наши Имена» вел мероприятия направленные на недопущение ущемления прав и интересов ООО «Наши Имена», подавались заявления о совершении преступления.

На основании заявления вынесено постановление о возбуждении уголовного дела от 31.03.2017 № 11702460020000044 в отношении бывшего руководителя ООО «Карат - Ю» по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ.

В рамках данного уголовного дела была проведена судебная экспертиза, которая также подтвердила факт перечисления денежных (заемных) средств в счет ООО «Карат - Ю». Данная экспертиза указала на то, что степень готовности объекта составляет 80 %.

Постановлением от 11.09.2017 № 11701460225000121 возбуждено уголовное дело в отношении бывшего руководителя ООО «Карат - Ю» по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ.

В отношении довода конкурсного управляющего о совершении ответчиком сделки, повлекшей причинение убытков должнику, судом установлено следующее.

Учитывая дату совершения сделки, на которую указывает конкурсный управляющий - 25.11.2016, к данным правоотношениям судами применена редакция Закона о банкротстве №134-ФЗ.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2020 по настоящему делу признан недействительной сделкой договор уступки прав требований от 25.11.2016, заключенный между ООО «Наши имена» и ООО «УК «Лидер Капитал», применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ООО «Наши имена» прав требований по инвестиционному договору № 001/2015 от 10.03.2015 в размере 44%.

Совершение указанной сделки, по мнению конкурсного управляющего, причинило существенный вред имущественным правам кредиторов должника, привело к невозможности погашения требований кредиторов.

Из указанного определения от 05.10.2016 следует, что между ООО «Карат-Ю» (застройщик) и ООО «Наши имена» (инвестор) был заключен инвестиционный договор от 10.03.2015 №001/2015. ООО «Наши имена» полностью исполнило обязательства по инвестиционному договору. Сумма платежей ООО «Наши имена» в пользу ООО «Карат-Ю» составила 309 225 871,58 рублей со счета в КБ «Финансовый стандарт» за счет кредитных средств банка.

При этом, ООО «Наши имена» является единственным лицом, инвестировавшим в строительство объекта.

В соответствии с п. 3.2 инвестиционного договора от 10.03.2015 №001/2015 (в редакции дополнительного соглашения от 04.12.2015 №5) ООО «Наши имена» принадлежало право на 61% долей в общей площади помещений инвестиционного объекта.

По договору уступки прав требования от 25.01.2016 ООО «Наши имена» уступило Приступа В.В. часть прав по инвестиционному договору в размере 18% за 30 000 000,00 рублей.

По договору уступки прав требования от 25.11.2016 (в редакции дополнительного соглашения от 20.12.2017 №1) ООО «Наши имена» уступило ООО «УК «Лидер Капитал» часть прав по инвестиционному договору в размере 44%, за которые ООО «УК Лидер Капитал» оплатило 10 000 000 рублей, а 73 117 026 рублей урегулировало соглашением о зачете от 31.12.2017.

Вместе с тем, по указанному договору уступки прав требований не производилось распределение площадей объекта недвижимости, а также не подавались документы на регистрацию площадей объекта на ООО «УК «Лидер Капитал».

В соответствии с п. 2.4. договора уступки прав требований, цессионарий должен оплатить цеденту денежные средства в размере 210 000 000,00 рублей. В свою очередь, цессионарий не исполнил обязательств по полной оплате договора уступки прав требований.

В последующем в ФИО5 ском городском суде Московской области было возбуждено дело № 2-1431/2019, в рамках которого ООО «УК «Лидер Капитал» просило выделить долю в объекте незавершенного строительства, ссылаясь на заключенный договор уступки прав требований. ФИО1 возражал против заявленного требования, указывал, что денежных средств от ООО «УК «Лидер Капитал» не поступило. Ввиду того, что ООО «УК «Лидер Капитал» не произвело оплату, ФИО1, просил отказать ООО «УК «Лидер Капитал» в выделении доли.

Ответчик пояснил суду, что договор уступки был заключен исключительно с целью изыскания денежных средств для расчетов с кредитором ООО «КБ «Финансовый Стандарт». Однако, ООО «УК «Лидер Капитал» обязательств по оплате не исполнило и не имеет права на выделение доли в объекте недвижимости, о чем было заявлено в рамках дела № 2-1431/2019 ФИО5 ского городского суда Московской области.

Кроме того установлено, что ООО «Карат-Ю» не выполнило условия инвестиционного договора по сдаче объекта, своими действиями руководство ООО «Карат - Ю» совершило преступление, где ООО «Наши Имена» в лице бывшего руководителя признано потерпевшим.

При указанных обстоятельствах, ФИО1 совершал действия по изысканию денежных средств для дальнейшего погашения задолженности перед банком.

Исходя из изложенного, судами сделан вывод, что действия руководителя должника по заключению договора уступки не привели к объективному банкротству общества, следовательно, не могут являться основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Оценив указанную сделку по уступке прав требования применительно к возможности взыскания с ФИО1 убытков, судами установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2020 по настоящему делу признан недействительной сделкой договор уступки прав требований от 25.11.2016, заключенный между ООО «Наши имена» и ООО «УК «Лидер Капитал», применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ООО «Наши имена» прав требований по инвестиционному договору № 001/2015 от 10.03.2015 в размере 44%.

Таким образом, поскольку уступленное право требования ООО «Наши имена» восстановлено, убытков обществу в результате совершения сделки не причинено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Нашаи имена» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указав на добросовестность ФИО1, принимавшего все разумные меры для восстановления платежеспособности общества и погашения обязательств.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласилась конкурсный управляющий должника ФИО4, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение и постановление, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что в материалы дела представлена достаточная совокупность доказательств, подтверждающих  наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, поскольку последним не исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Наши имена» при наличии таких признаков, ссылается на показатели бухгалтерского баланса должника за 2017 год.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что ответчиком от имени должника совершена сделка, признанная недействительной в судебном порядке – договор уступки прав требования. Отмечает размер кредиторской задолженности ООО «Наши имена» перед банком – 172 062 039,80 руб.

На кассационную жалобу представлен отзыв ФИО1, в котором он возражает по доводам кассационной жалобы, отзыв приобщен к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего ООО «Наши имена» поддержал доводы кассационной жалобы, просил об отмене определения и постановления.

Представитель ФИО1 по доводам кассационной жалобы возражал, считая принятые судебные акты законными и обоснованными. 

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в пределах заявленных кассаторами, доводов, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности.

По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Такая правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992.

Между тем, доказательств наличия и размера обязательств, возникших у должника после наступления обязанности у контролирующего должника лица (руководителя) обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества и размере таких обязательств в материалы дела представлено не было.

Таким образом, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства, а установление такой даты в отсутствие обязательств, наступивших после нее, исключает возможность привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию, в связи с чем суд округа соглашается с выводами судов и отклоняет доводы конкурсного управляющего.

Кроме того, судами обоснованно принято во внимание, что если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. Такие доказательства были представлены ФИО1 в материалы дела и получили надлежащую оценка судами.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Указанная презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе, применительно к масштабам деятельности должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Таким образом, для правильного разрешения спора о привлечении контролирующих должника к субсидиарной ответственности в связи с совершением ими либо в их пользу, сделок, судам необходимо было установить, насколько существенной относительно масштабов деятельности должника была каждая из сделок, совершение которой причинило вред имущественным интересам кредиторов, повлекло ли наступление банкротства совершение такой сделки, повлекло ли существенное ухудшение финансового положения должника совершение такой сделки, и исходя из установленного квалифицировать спорные правоотношения.

Установив, что сделка, хотя и была признана недействительной в судебном  порядке, но поскольку не доказано, что она являлась существенно убыточной относительно масштабов деятельности должника, не привела к банкротству должника, учитывая фактические обстоятельства ее заключения, поведение руководителя после ее совершения, суд первой инстанции обоснованно квалифицировал спорные правоотношение как причинение убытков обществу.

Вместе с тем, проверяя размер причиненных должнику убытков такой сделкой, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии материального вреда, поскольку право требования восстановлено за должником.

Ссылаясь на презумпции, закрепленные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", конкурсный управляющий не принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 №305-ЭС19-14439(3-8) по делу №А40-208852/2015, из которой следует, что только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8). Обвинительный уклон в делах о привлечении к субсидиарной ответственности не допустим. Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности в порядке статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что заявленные конкурсным управляющим доводы полностью опровергнуты представленными ответчиком в материалы дела доказательствами.

Проверив доводы кассационной жалобы, суд округа не усматривает оснований для ее удовлетворения, нормы материального права применены судами верно, выводы соответствуют фактическим установленным обстоятельствам.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии кассатора с установленными судами фактическими обстоятельствами и оценкой доказательств, фактически направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кассатор не ссылается на доказательства, представленные в материалы дела, которые опровергают выводы судов.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 по делу № А40-245640/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова      

Судьи:                                                                                    В.Л. Перунова   

Д.В. Каменецкий