АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-922/23 

Екатеринбург

15 августа 2023 г.

 

Дело № А76-10106/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Морозова Д.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда кассационные жалобы ФИО2 и жалобы финансового управляющего имуществом должника ФИО2 – ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2023 по делу № А76-10106/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 по тому же делу.

В судебном заседании в помещении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда принял участие представитель ФИО2 – ФИО4 (доверенность от 04.07.2022).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО3

ФИО2 12.12.2022 обратился в суд с заявлением о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3, взыскании с него убытков в размере 230 200 руб. 50 коп., отстранении финансового управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда от 23.12.2022 к участию в обособленном споре привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Ассоциация Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство», Управление государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2023 заявление ФИО2 удовлетворено частично, признаны незаконными действия финансового управляющего ФИО3, выразившиеся в подаче заявлений об оспаривании сделок должника в период с 06.06.2022 по 07.06.2022 включительно, с управляющего ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО2 взысканы убытки в размере 230 200 руб. 50 коп. В остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы управляющего и должника – без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением апелляционного суда, финансовый управляющий и должник обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

Финансовый управляющий ФИО3 не согласен с обжалуемыми судебными актами в части удовлетворенных требований, поскольку, согласно его позиции по спору, у него имелись основания для оспаривания сделок должника в связи с их ничтожностью, тогда как недействительность (действительность) данных сделок могла быть установлена только судом в рамках рассмотрения обособленных споров, при этом оспаривание сделок является не только правом, но и обязанностью финансового управляющего.

Должник в свою очередь оспаривает обжалуемые судебные акты в части отказа в удовлетворении заявленных требований. По мнению заявителя, судами не дана надлежащая оценка его доводам и представленным в материалы дела доказательствам, которыми, согласно позиции должника, подтверждается недобросовестное осуществление управляющим возложенных на него обязанностей. 

Кроме того, должник полагает, что удовлетворение его жалобы в части необоснованности действий управляющего по оспариванию сделок и взыскании с него убытков является достаточным основанием для отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Управляющий в отзыве на кассационную жалобу должника в отношении изложенных доводов возражает, просит кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационных жалоб в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2020 принято к производству заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2021 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО3

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим выявлено наличие у должника земельного участка, площадью 1039 кв. м, кадастровый (условный) номер 74:36:0418001:26, а также объекта недвижимости, площадью 72,50 кв. м, назначение нежилое, кадастровый (условный) номер 74:36:0000000:49557.

Согласно оценке стоимости имущества определенной финансовым управляющим, стоимость земельного участка составляет 7 899 667 руб.

Определением от 09.02.2022 суд утвердил Положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества ФИО2 в редакции финансового управляющего ФИО3 с установленной начальной ценой земельного участка, площадью 1039 кв. м, кадастровый (условный) номер: 74:36:0418001:26 и иного объекта недвижимости, площадью 72.50 кв. м, назначение: нежилое, кадастровый (условный) номер: 74:36:0000000:49557 в общем размере 7 899 667 руб.

Финансовый управляющий ФИО3 в соответствии с требованиями пункта 10 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) опубликовал 11.02.2022 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) объявление о проведении торгов № 8197841.

Кроме того, в период с 06.06.2022 по 07.06.2022 финансовым управляющим ФИО3 в рамках дела о банкротстве подано 29 схожих заявлений об оспаривании сделок должника, заключенных с физическими лицами, по условиям которых должник передал третьим лицам нежилые помещения – парковочные места. 

По состоянию на 15.02.2022 в удовлетворении 26 заявлений отказано, 2 заявления оставлены без рассмотрения.

Кроме того, общество с ограниченной ответственностью «Чайка» (далее – общество «Чайка») в лице конкурсного управляющего 09.02.2022 обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 153 618 руб. 24 коп.; определением суда от 12.05.2022 требование кредитора включено в реестр.

Ссылаясь на незаконность действий (бездействия) управляющего ФИО3, выразившихся в непроведении осмотра выявленного имущества; в отсутствии в публикации о торгах адреса реализуемых объектов, что повлекло отсутствие заявок и интереса потенциальных покупателей к данному имуществу; в нарушении требований Закона о банкротстве по обеспечению сохранности имущества гражданина, повлекшем ухудшение состояния имущества, а именно возведение на земельном участке ограждения из профлиста и сооружения типа склада, отсутствие свободного доступа на участок, полуразрушенное состояние объекта должника с кадастровым номером 74:36:0000000:49557, площадью 72,5 кв. м; в нарушении требований Закона о банкротстве при проведении анализа финансового состояния должника, подаче в период с 06.06.2022 по 07.06.2022 29 аналогичных заявлений об оспаривании сделок должника, в удовлетворении 26 из которых отказано, а 2 заявления оставлены без рассмотрения, повлекшем причинение убытков в виде дополнительного расходования конкурсной массы на оплату судебных расходов в размере 6000 руб. по каждому рассмотренному заявлению; бездействии управляющего по оценке требований общества «Чайка» на предмет их действительности, указывая на наличие в связи с этим оснований для отстранения управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей, должник обратился в суд с соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования частично, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта несоответствия этих действий требованиям Закона о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных Законом о банкротстве) и нарушения ими прав и законных интересов заявителя жалобы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, истец должен доказать факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда.

Первый эпизод, связанный с продажей имущества должника:

Суды установили, что в ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим выявлено следующее имущество должника:

– земельный участок, площадь 1039 кв. м, кадастровый (условный) номер: 74:36:0418001:26;

– иной объект недвижимости, площадью 72.50 кв. м, назначение: нежилое, кадастровый (условный) номер: 74:36:0000000:49557.

Согласно проведенной финансовым управляющим оценке стоимость земельного участка составляет 7 899 667 руб.

В силу пункта 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве в течение одного месяца с даты окончания проведения описи и оценки имущества гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина с указанием начальной цены продажи имущества. Данное положение утверждается арбитражным судом и должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112, 139 Закона о банкротстве.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что определением от 09.02.2022 суд утвердил Положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества ФИО2 в редакции финансового управляющего ФИО3 с установленной начальной ценой земельного участка, площадью 1039 кв. м, кадастровый (условный) номер: 74:36:0418001:26 и иного объекта недвижимости, площадью 72.50 кв. м, назначение: нежилое, кадастровый (условный) номер: 74:36:0000000:49557 в общем размере 7 899 667 руб.

При этом суды отметили, что каких-либо возражений относительно проведенной оценки указанного имущества должник при рассмотрении ходатайства не заявлял, судебный акт не обжалован ни должником, ни кредиторами.

Отклоняя доводы должника о непроведении финансовым управляющим осмотра реализуемого имущества, суды исходили из того, что в материалы дела представлены выписка из Единого государственного реестра недвижимости и фотоматериалы спорных объектов, которые имеют сходство с представленными должником фотоматериалами; на основании данных доказательств суды заключили, что соответствующий довод должника о бездействии управляющего опровергается документами, представленными ФИО3

Оценивая доводы должника о недолжной организации торгов, повлекшей отсутствие интереса к реализации имущества, суды, установив, что управляющий указал достаточные характеристики объекта торгов, в том числе кадастровые номера объектов, позволяющие их идентифицировать, а равным образом ознакомиться с местом нахождения; создал достаточные условия для возможности выезда по месту нахождения имущества с целью его осмотра, тогда как доказательств обратного, в том числе обращения потенциальных покупателей к финансовому управляющему ФИО3 о необходимости предоставить адрес спорных объектов, в связи с возникшими трудностями при ознакомлении с предметом торгов, не представлено; заключив, что само по себе отсутствие адреса реализуемых объектов, при наличии иных идентифицирующих признаков, не обусловило отсутствие заявок и интереса потенциальных покупателей к данному имуществу, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в указанной части.

Второй эпизод, связанный с обеспечением сохранности имущества должника:

Должник ссылался на то обстоятельство, что 10.11.2022 в ходе осмотра им установлено, что на земельном участке возведено ограждение из профлиста, свободного доступа на участок нет, также на участке возведено сооружение типа склада; через ограждение визуально установлено, что расположенный на данном участке объект, принадлежащий должнику, с кадастровым номером 74:36:0000000:49557, находится в полуразрушенном состоянии; исходя из этих обстоятельств, должник пришел к выводу, что финансовым управляющим фактически не производился осмотр данных объектов при инвентаризации, при оценке фактическое состояние объектов не устанавливалось, а также не обеспечена сохранность имущества, что повлекло ухудшение его состояния; отсутствие доступа на земельный участок также является причиной несостоявшихся торгов.

Оценивая действия управляющего применительно к данному вменяемому нарушению, суды первой и апелляционной инстанций, учитывая, что согласно абзацу 2 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества, вместе с тем, применительно к обстоятельствам данного спора, отметив отсутствие в деле доказательств, подтверждающих передачу должником имеющегося у него имущества финансовому управляющему ФИО3 после введения соответствующей процедуры в порядке, предусмотренном нормами действующего законодательства, заключив в связи с этим о недоказанности утверждения должника о том, что состояние спорных объектов ухудшилось именно после передачи управляющему в конкурсную массу, - не установили достаточных оснований для вывода о допущенном управляющим нарушении, наличие которого вменялось со стороны должника.

Третий эпизод, связанный с включением в реестр требований кредиторов должника задолженности перед обществом «Чайка»:

Судами установлено, что конкурсный управляющий общества «Чайка» ФИО5 09.02.2022 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 153 618 руб. 24 коп., при этом в заявлении кредитора указано на факт рассмотрения аналогичного спора в исковом производстве, по результатам рассмотрения которого производство по делу прекращено в связи с поданным отказом от заявленных требований бывшим руководителем должника; конкурсный управляющий кредитора указал, что произведенный директором общества «Чайка» отказ от иска совершен со злоупотреблением права и не свидетельствует об утрате со стороны данного кредитора права на включение в реестр требований должника ФИО2

Финансовый управляющий 24.02.2022 направил отзыв на требование кредитора, в котором возражений по существу не заявил.

Определением суда от 12.05.2022 требование кредитора включено в реестр; в дальнейшем, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2022 определение суда первой инстанции отменено по апелляционной жалобе должника, производство по требованию общества «Чайка» прекращено.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 № 305-ЭС19-17553 обращено внимание судов на то, что арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет такую деятельность, регулируемую названным Законом, занимаясь частной практикой. Управляющий выполняет полномочия руководителя и иных органов управления должника; при исполнении этих полномочий он обязан, в частности, анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, заявлять возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику (абзац второй пункта 1 статьи 20, абзац третий пункта 2 статьи 20.3, пункт 1 статьи 129, абзац девятый пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных норм и положений части 1 статьи 131 АПК РФ, конкурсный управляющий должен оценивать все предъявленные к должнику требования на предмет их действительности, проверять наличие задолженности и ее размер, а затем по результатам оценки представлять суду мотивированные суждения относительно заявленных кредиторами требований в виде отзыва, содержащего профессиональное мнение управляющего по доводам, касающимся существа заявленных требований, с приложением к нему документов, подтверждающих позицию управляющего (пункт 3 части 5 статьи 131, часть 7 статьи 131 АПК РФ). Вознаграждение, предусмотренное статьей 20.6 Закона о банкротстве, управляющий получает, в том числе за осуществление такого рода деятельности.

Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего по представлению отзыва на требование кредитора, его отказ от обжалования судебного акта, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Применительно к обстоятельствам данного дела суды исходили из того, что управляющий, реализуя свои полномочия, проанализировав требование кредитора «Чайка» и изложенные доводы о злоупотреблении правом бывшим руководителем при заявлении отказа от требования в общеисковом производстве, сформировал мнение по требованию, изложив его в отзыве от 24.02.2022, а впоследствии, исходя из того, что судебный акт подлежал немедленному исполнению, включил в реестр требований кредиторов по состоянию на 15.08.2022 требование общества «Чайка».

Наряду с этим суды отметили, что, несмотря на включение требования общества «Чайка» в реестр, последнее каких-либо прав, обусловленных статусом кредитора, не реализовывало; в собрании кредиторов должника от 04.10.2022, проведенном в форме заочного голосования, принял участие только один кредитор – уполномоченный орган.

Установив указанные обстоятельства, суды не усмотрели достаточные условия для вывода о том, что финансовым управляющим ФИО3 не допущено вменяемое должником нарушение.

Четвертый эпизод, связанный с оспариванием сделок:

Согласно части 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий, в том числе вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В абзаце 4 пункта 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при рассмотрении жалобы кредитора на отказ арбитражного управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2), в процедуре реализации имущества гражданина, как и в конкурсном производстве, деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры – соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований 9 (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

С другой стороны, не всякое судебное оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. Так, в частности, если сделка совершена должником или за счет должника за пределами трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого с даты принятия судом заявления о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, то вполне очевидно, что ее оспаривание по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, не имеет судебных перспектив на положительное удовлетворение.

Оценивая добросовестность и разумность управляющего применительно к вменяемым ему действиям, суды отметили, что согласно отчету о результатах проведения реструктуризации долгов гражданина по состоянию на 21.09.2021 управляющим ФИО3 проведен финансовый анализ ФИО2, в числе прочих результатов указано на отсутствие оснований для оспаривания сделок; аналогичные выводы содержатся в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ФИО2 от 20.09.2021. 

Наряду с этим в период с 06.06.2022 по 07.06.2022 финансовым управляющим ФИО3 в рамках дела о банкротстве подано 29 идентичных по содержанию заявлений об оспаривании сделок должника, заключенных с физическими лицами, по условиям которых должник передал третьим лицам нежилые помещения – парковочные места; по результатам рассмотрения данных заявлений в удовлетворении 26 заявлений отказано, 2 заявления оставлены без рассмотрения.

Суды отметили, что большинство сделок совершены с физическими лицами до 01.10.2015, соответственно, они могли быть оспорены только по основаниям предусмотренными статьями 10, 168 либо 170 ГК РФ. Вместе с тем, в рамках рассмотрения заявлений об оспаривании сделок было констатировано, что финансовый управляющий ФИО3 не представил доказательств того, что должник на момент совершения сделок в 2014 году имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также доказательств несоответствия цены договора от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, то есть судебных перспектив для оспаривания сделок ФИО2 в деле о его банкротстве по статьям 10 и 168 ГК РФ не было, данные иски изначально были бесперспективными; сведений о том, что финансовым управляющим – при том условии, что должником не представлялись документы по исполнению сделок со стороны покупателей – проводилась какая-то досудебная работа, в том числе имели место обращения к физическим лицам – контрагентам по сделкам для получения сведений и документов по обстоятельствам сделок, был проведен анализ документов уполномоченного органа (кредитора должника), которым было вынесено решение о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения в связи с выявленными сделками по реализации парковочных мест и неотражением дохода в декларации – управляющий не представил.

Оценивая действия конкурсного управляющего в части оспаривания сделок, следует учитывать целесообразность и перспективность такого оспаривания, поскольку предъявление необоснованных и заведомо не подлежащих удовлетворению, требований, влечет дополнительное расходование конкурсной массы на оплату судебных расходов, что не соответствует целях конкурсного производства.

Исходя из того, что финансовый управляющий как профессиональный участник дел о банкротстве должен оценить реальную судебную перспективу подачи таких заявлений исходя из имеющихся в его распоряжении доказательств в подтверждение фактических обстоятельств, на которые он ссылается, чего фактически в данном случае – сделано не было; отметив, что отказ в удовлетворении всех 29 сделок был обусловлен недоказанностью финансовым управляющим наличия оснований недействительности, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, суды первой и апелляционной инстанций заключили о доказанности условий для взыскания с управляющего убытков, размер которых определен исходя из взысканной с должника государственной пошлины.

При этом судами обоснованно отклонены возражения управляющего, поскольку деятельность управляющего, являющегося профессиональным участником антикризисных отношений, по пополнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов с учетом необходимости обеспечения баланса между затратами на проведение процедуры и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований.

При этом, исследовав и оценив имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что само по себе признание каких-либо действий финансового управляющего в процедуре банкротства не соответствующими закону не влечет отстранение финансового управляющего, таковое возможно только при доказанности в его действиях грубых умышленных, систематических нарушений, позволяющих сомневаться в его компетенции, а в данном случае достаточных оснований для отстранения судами установлено не было, и, исходя из того, что само по себе данное обстоятельство не опровергает выводы судов о несоответствии действий финансового управляющего ФИО3 закону и не свидетельствует об отсутствии оснований для признания не соответствующими требованиям закона оспариваемых действий финансового управляющего, суды удовлетворили требования в части признания незаконными действий ФИО3, выразившихся в подаче заявлений об оспаривании сделок должника, и, принимая во внимание характер нарушений в действиях финансового управляющего, отказали в удовлетворении требования об отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

В силу пункта 12 статьи 213.9 и пункта 5 статьи 83 Закона о банкротстве финансовый управляющий может быть освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина, в том числе в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение административным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам.

Пункт 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъясняет, что отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2, пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Вопреки доводам кассационной жалобы должника, в данном случае суды исходили из того, что само по себе признание каких-либо действий финансового управляющего в процедуре банкротства не соответствующими закону, не влечет безусловно отстранение финансового управляющего, которое является крайней мерой, применяемой в случае установления судом обстоятельств, влекущих недопустимость дальнейшего исполнения управляющим своих обязанностей, чего в данном случае с учетом оценки деятельности управляющего в целом в процедуре банкротства и его вклада в достижение целей банкротства, судами установлено не было.

Из материалов электронной карточки дела следует, что в производстве суда первой инстанции находится еще один обособленный спор о признании действий управляющего незаконными с требованием о его отстранении. 

Ссылки должника на обращение к управляющему с требованием о необходимости обеспечить сохранность имущества и устранении незаконного пользования от 23.11.2022, а также на технический план БТИ, судом округа не принимаются, поскольку выводов судов о недоказанности факта передачи должником имеющегося у него имущества финансовому управляющему ФИО3 после введения соответствующей процедуры в ином состоянии, нежели чем в настоящее время, не опровергают.

Все иные доводы жалоб судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражают несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Иная оценка заявителями жалоб фактических обстоятельств дела, а также иное толкование ими положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2023 по делу № А76-10106/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и жалобы финансового управляющего имуществом должника ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

Судьи                                                                                    Н.А. Артемьева 

                                                                                              Д.Н. Морозов