﻿/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-3368/2021

г. Краснодар

02 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 декабря 2021 года.	

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Алексеева Р.А., судей Малыхиной М.Н. и Трифоновой Л.А., при участии от истца – некоммерческой организации «Гарантийный фонд Ростовской области» (ИНН 6163098963, ОГРН 1096100003185) – Журавлева А.С. (доверенность от 11.01.2021), от ответчика – публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 7707083893, ОГРН 1027700132195) – Юхтанова М.С. (доверенность от 02.09.2021), в отсутствие третьего лица – Таганрогского ГОСП УФССП России по Ростовской области, извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу некоммерческой организации «Гарантийный фонд Ростовской области» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 16.06.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2021 по делу № А53-3368/2021, установил следующее.

НО «Гарантийный фонд Ростовской области» (далее – организация, фонд) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ПАО «Сбербанк России» (далее – банк) о взыскании 3 602 328 рублей 05 копеек неосновательного обогащения в виде денежных средств, полученных от реализации предмета залога.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Таганрогский ГОСП УФССП России по Ростовской области (далее – отдел судебных приставов).

Решением от 16.06.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.08.2021, в иске отказано.

В кассационной жалобе фонд просит отменить судебные акты и удовлетворить его  исковые требования. Доводы заявителя сводятся к тому, что банк достоверно о признании повторных торгов несостоявшимися. На момент реализации предмета залога в рамках нового исполнительного производства банк не являлся залогодержателем недвижимого имущества ввиду утраты им данного статуса по окончании первоначального исполнительного производства. Суды неправильно применили нормы материального права.

В отзыве на жалобу банк указал на законность и обоснованность решения и постановления и отклонил ее доводы.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 03.07.2015 банк и ООО «Процессинговая компания Юг» заключили кредитный договор № 1548/452/10775.

В целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору банком, ООО «Процессинговая компания Юг», организация заключили договор поручительства от 05.08.2015 № 104.

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 28.04.2017 по делу № Т/РНД/17/1747 досрочно в солидарном порядке с ООО «Процессинговая компания Юг», ООО «Единая система приема платежей», ООО «Инновационные технологии», ООО «Расчетный центр», индивидуального предпринимателя Комарова В.В., индивидуального предпринимателя Сорокина Ю.В. в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору и обращено взыскание на залоговое имущество Комарова В.В. (далее – залогодатель).

10 октября 2017 года исполнительные листы в отношении всех участников сделки, включая залогодателя, предъявлены в Таганрогский ГОСП УФССП России по РО.

13 октября 2017 года отделом судебных приставов на основании предъявленных исполнительных листов возбуждено сводное исполнительное производство № 103240/17/61076-СВ, в рамках которого осуществлялось погашение 30 152 820 рублей 59 копеек задолженности по кредитному договору, 153 764 рублей расходов по уплате третейского сбора, 500 рублей государственной пошлины, в том числе путем обращения взыскания на имущество залогодателя – квартиру площадью 129,5 кв. м, расположенную по адресу: Ростовская область, г. Таганрог, ул. Ленина д. 147, кв. 7 (далее – залоговое имущество, предмет залога).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 30.10.2017 по делу № А53-25266/2017 с организации в пользу банка взыскано 5 868 583 рубля 99 копеек задолженности по договору поручительства от 05.08.2015 № 104.

27 декабря 2017 года фонд исполнил свои обязательства перед банком по договору поручительства от 05.08.2015 № 104.

Пунктом 4.7. договора поручительства предусмотрено, что к поручителю, исполнившему обязательства по договору, переходят права требования к должнику и прочим поручителям, права в отношении предмета залога, а также прочее обеспечение в том же объеме, в котором поручитель фактически удовлетворил требование кредитора.

По мнению истца, в силу данного условия договора к фонду перешли права требования в размере 5 868 583 рублей 99 копеек и права залогодержателя в отношении недвижимого имущества Комарова В.В.

19 февраля 2018 года первые торги, проведенные в форме аукциона залоговым имуществом, признаны несостоявшимися ввиду отсутствия допущенных участников. Повторные торги назначены на 09.04.2018.

02 апреля 2018 года Арбитражный суд Ростовской области вынес определение по делу № А53-18375/2017 о процессуальной замене банка в части взыскания задолженности по кредитному договору в размере 5 868 583 рублей 99 копеек и обращения взыскания на заложенное имущество на организацию.

05 апреля 2018 года до срока окончания приема заявок по торгам банк сдал в Таганрогский отдел судебных приставов ходатайство от 04.04.2018 № 06-03/314-1 об отзыве исполнительного листа ФС № 017785512, на основании которого осуществлялось взыскание задолженности и обращение взыскания на залоговое имущество.

24 мая 2019 года исполнительный лист ФС № 017785512 о взыскании с должника в пользу банка (в том числе за счет реализации предмета залога) 30 152 820 рублей 59 копеек повторно предъявлен банком в Таганрогский отдел судебных приставов, возбуждено исполнительное производство № 100535/19/61076-ИП. На момент повторного предъявления остаток задолженности по исполнительному листу составлял 6 042 008 рублей 08 копеек.

25 ноября 2019 года в рамках исполнительного производства на повторных торгах реализовано залоговое имущество; стоимость реализации составила 3 602 328 рублей 05 копеек.

С учетом превышения суммы задолженности перед банком над стоимостью реализации залогового имущества вся сумма, полученная от реализации предмета залога, перечислена судебным приставом-исполнителем основному залоговому кредитору (ответчику).

Истец указывает, что на дату проведения повторных торгов 25.11.2019 в исполнительном производстве № 100535/19/61076-ИП участвовали два взыскателя – организация и банк, поэтому направление денежных средств, полученных от реализации предмета залога, только банку является неправомерным. Действия банка носили противоправный характер с целью «снятия» имущества с торгов и непринятия его на баланс; заявление об отзыве исполнительного документа предъявлено в службу судебных приставов в тот момент, когда стало очевидным, что торги не состоятся по причине отсутствия заявок.

Меры по досудебному порядку урегулирования спора о возврате банком указанной суммы не привели к его разрешению, поэтому истец обратился в суд. 

Суды первой и апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства и доводы сторон, рассмотрели спор на основании статей 342, 342.1, 361, 364, 365, 367, 384, 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданского кодекса) и  приняли во внимание Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016.

Суды установили, что фонд (субсидиарный поручитель) исполнил перед банком обязательство по договору поручительства от 05.08.2015 № 104, уплатив 5 868 583 рублей 99 копеек задолженности, взысканной решением Арбитражного суда Ростовской области от 30.10.2017 по делу № А53-25266/2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 367 Гражданского кодекса поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства.

Между тем согласно пункту 1 статьи 365 и подпункту 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, разъяснено, что исполнение одним из поручителей обязательства в полном объеме прекращает обязательство должника перед кредитором, но не перед этим поручителем, к которому перешло право требования как к должнику, так и к другому поручителю, если иное не установлено договором поручительства.

Кроме того, как следует из пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на обращение взыскания на имущество.

Следовательно, если основное обязательство обеспечено несколькими самостоятельными договорами поручительства, то исполнение, произведенное одним из поручителей, влечет за собой переход к нему всех прав, принадлежавших кредитору, в том числе и обеспечивающих обязательство требований к каждому из других поручителей о солидарном с должником исполнении обеспеченного обязательства.

На основании части 1 статьи 335.1 Гражданского кодекса в случаях, предусмотренных законом или договором, предмет залога может находиться в залоге у нескольких лиц, имеющих на него равные по старшинству права залогодержателей (созалогодержатели), в обеспечение исполнения разных обязательств, по которым созалогодержатели являются самостоятельными кредиторами. Если иное не установлено законом или соглашением между созалогодержателями, каждый из них самостоятельно осуществляет права и обязанности залогодержателя. При обращении взыскания на предмет залога, находящийся в залоге у созалогодержателей, применяются правила пунктов 2 и 6 статьи 342.1 Кодекса.

В порядке пункта 1 статьи 342.1 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено названным Кодексом или другим законом, очередность удовлетворения требований залогодержателей устанавливается в зависимости от момента возникновения каждого залога. Независимо от момента возникновения залога, если будет доказано, что залогодержатель на момент заключения договора или на момент возникновения обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение залога, знал или должен был знать о наличии предшествующего залогодержателя, требования такогопредшествующего залогодержателя удовлетворяются преимущественно.

Согласно части 2 статьи 342.1 Гражданского кодекса в случае обращения взыскания на заложенное имущество предшествующим залогодержателем последующий залогодержатель вправе потребовать от должника досрочного исполнения обязательства, обеспеченного последующим залогом, и в случае его неисполнения обратить взыскание на заложенное имущество одновременно с предшествующим залогодержателем. Договором между залогодателем и последующим залогодержателем может быть ограничено право такого залогодержателя потребовать от должника досрочного исполнения обязательства, обеспеченного последующим залогом.

В соответствии со статьей 365 Гражданского кодекса к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

По смыслу приведенных положений гражданского законодательства, если несколько поручительств были даны по различным договорам поручительства раздельно друг от друга, то исполнение, произведенное одним из поручителей, влечет за собой переход к нему всех прав, принадлежавших кредитору (статья 387 Гражданского кодекса), в том числе и обеспечивающих обязательство требований к каждому из других поручителей о солидарном с должником исполнении обеспеченного обязательства.

Исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь приведенными положениями законодательства, принимая во внимание, что организация предоставила поручительство по кредитному договору, обеспеченному залогом, при этом частично исполнила обязательство, суд пришли к обоснованному выводу о преимущественном праве банка перед фондом на удовлетворение требования, обеспеченного залогом имущества должника, из стоимости заложенного имущества. Суды также учли, что доказательств признания незаконными действий судебного пристава по распределению денежных средств, поступивших от реализации предмета залога, не представлено.

Проверяя доводы фонда, апелляционный суд пришел к выводу о том, что банк не лишился статуса залогодержателя.

С учетом положений статьи 365 Гражданского кодекса к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том числе, если поручитель произвел исполнение обязательства за должника лишь в части. В последнем случае кредитор и поручитель становятся созалогодержателями, имеющими равные права на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества.

Исполнив за ООО «Процессинговая компания Юг» обязательство по уплате части долга перед банком в размере 5 868 583 рублей 99 копеек, фонд в силу закона получил право требования уплаты данной суммы как с основного должника, так и с солидарных с ним поручителей. Приобретенный таким образом статус кредитора в обязательстве в соответствующей части обуславливает наделение фонда статусом залогодержателя, поскольку такие последствия частичного исполнения обязательств поручителем за основного должника, прямо предусмотрены законом и соглашением сторон иное не установлено. Вместе с тем, учитывая обеспечительный характер обязательства поручителя, последний не может осуществить перешедшее к нему право во вред кредитору, получившему лишь частичное исполнение.

По правилам пункта 4 статьи 364 Гражданского кодекса поручитель, который приобрел права созалогодержателя или права по иному обеспечению основного обязательства, не вправе осуществлять их во вред кредитору, в том числе не имеет права на удовлетворение своего требования к должнику из стоимости заложенного имущества до полного удовлетворения требований кредитора по основному обязательству.

Пунктом 4.7 договора поручительства предусмотрено, что к поручителю, исполнившему обязательства по договору, переходят права требования к должнику и прочим поручителям, права в отношении предмета залога, а также прочее обеспечение в том же объеме, в котором поручитель фактически удовлетворил требование кредитора.

Таким образом, в силу закона истец и банк являются созалогодержателями – истец, как и банк, имеет право на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества.

По смыслу статей 341, 334, 335.1, 342, 365 Гражданского кодекса требования поручителя, исполнившего частично обеспеченное залогом обязательство, не могут конкурировать с требованиями кредитора, не получившего полного удовлетворения требования, обеспеченного тем же предметом залога, в отношении выручки от его реализации; требования такого поручителя удовлетворяются после удовлетворения требований основного кредитора.

Принимая во внимание указанные нормы права и фактические обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае банк (как основной кредитор при удовлетворении требований за счет выручки от реализации заложенного имущества) будет иметь приоритет перед организацией в отношении очередности удовлетворения требований. При установлении правопреемства равные права всех залогодержателей означают лишь объем прав, но не означают одну очередность удовлетворения при недостаточности выручки от предмета залога. 

В пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, указано, что из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав (статья 10 Гражданского кодекса) следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству.

Таким образом, залоговый кредитор может самостоятельно осуществлять свои права в отношении остальной части своего требования преимущественно перед поручителем, исполнившим обязательство в части.

В силу требований статьи 364 Гражданского кодекса право организации на удовлетворение своего требования может быть реализовано только после полного удовлетворения требований банка.

Указание фонда на намеренное принятие банком мер для получения преимущества перед организацией отклонено апелляционным судом, поскольку носит исключительно предположительный характер. Исходя из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что сторона употребила свое право исключительно во вред интересов другого лица. Само по себе наличие у одного участника спора сомнения в добросовестности участников гражданских правоотношений без соответствующего подтверждения не может являться основанием, свидетельствующем о наличии злоупотребления правом в действиях сторон гражданских правоотношений.

Довод фонда о том, что ответчик не воспользовался своим правом залогодержателя об оставлении предмета залога за собой, поэтому право ипотеки на предмет залога прекратилось на основании пункта 5 статьи 58 от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», также проверен и отклонен апелляционным судом по подробно изложенным в обжалуемом постановлении основаниям.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, поскольку не опровергают правильности выводов судов, по существу сводятся к несогласию с результатами оценки доказательств и установленных фактических обстоятельств по делу, переоценка которых в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

С учетом изложенного Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не усматривает оснований для отмены или изменения решения и постановления.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 16.06.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2021 по делу № А53-3368/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

 

Председательствующий									Р.А. Алексеев

Судьи												М.Н. Малыхина 

													Л.А. Трифонова