ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-68554/2023

Дело № А40-84673/22

г. Москва

24 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 24 ноября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей О.В. Гажур, А.Н. Григорьева 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.09.2023г. по делу № А40-84673/22 об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной (ничтожной) сделки (договора Займа от 13.11.2014) заключенного между ФИО3 и ФИО2) и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

при участии в судебном заседании:

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 01.06.2022

от ФИО2: ФИО6 по дов. от 29.11.2022

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

21.04.2022 (согласно штампа канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО3 (дата рождения: 02.09.1984; место рождения: г. Новокузнецк, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) о признании его несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.05.2022 заявление ФИО3 (дата рождения: 02.09.1984; место рождения: г. Новокузнецк, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу № А40-84673/2022-66-211.

 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2022 в отношении должника ФИО3 (дата рождения: 02.09.1984; место рождения: г. Новокузнецк, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4 (ИНН: 

<

***>, СНИЛС: 

<

***>, адрес для корреспонденции: 117420, г. Москва, а/я 7), являющийся членом Ассоциации СРО "ЭГИДА" (170100, 

<

...>). Сообщение о введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 132(7333) от 23.07.2022.

 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника ФИО4 о признании недействительной сделкой Договор займа от 13.11.2014 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки. Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.09.2023 г. суд удовлетворил заявление финансового управляющего гражданина ФИО3 ФИО4 об оспаривании сделки; признал недействительным (ничтожным) Договор займа от 13.11.2014 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2; применил последствия недействительности ничтожной сделки - признал отсутствующей задолженность ФИО3 перед ФИО2 по Договору займа от 13.11.2014 года. 

 

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 подана апелляционная жалоба. В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель ФИО4 полагает определение суда обоснованным и правомерным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. Отзыв на апелляционную жалобу представлен.

 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

 

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей участнгиков процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

 

В соответствии с п.1 ст. 61.8. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. В соответствии с п.1 ст. 213.32. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

 

Финансовым управляющим установлено, что между ФИО3 и ФИО2 13.11.2014г. заключен договор займа, согласно которому должник получил от ФИО2 денежные средства в размере 100 000 (сто тысяч) евро со сроком возврата до 31.11.2017 года. Согласно пункту 1.1 Договора, размер процентов установлен сторонами в размере 0 (ноль) % годовых. Согласно расписке, являющейся неотъемлемой частью Договора, сумма займа получена Должником полностью.

 

20.07.2022 года ФИО2 подано заявление о включении требований в реестр кредиторов ФИО3 на основании, в том числе, решений Симоновского районного суда города Москвы от 09.11.2020г. по делу № 02-373/20 о взыскании суммы задолженности в размере 187 000 евро по спорному договору займа от 13.11.2014. По мнению финансового управляющего, судебный акт, на основании которого с ФИО3 по Договору займа взыскана задолженность в пользу ФИО2, принят без учета совокупности доводов арбитражного управляющего о недействительности такого Договора.

 

Из материалов дела следует, что Договор займа заключен в иностранной валюте, на сумму 100 000 евро под 0% сроком до 31.11.2017 года. Пени за неисполнение обязательств по Договору установлены в размере 0,1% от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки. Расписка в получении наличных денежных средств Должником в размере 100 000 евро имеется в тексте Договора. Заем денежных средств в иностранной валюте превышающий 5 000 долларов США, для целей соблюдения законодательства об обороте иностранной валюты в Российской Федерации, должен осуществляться исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках. Расчеты между физическими лицами в иностранной валюте наличными в сумме, превышающей 5 000 долларов США, прямо запрещены законом. 

 

По мнению ФИО2 Должнику переданы наличными денежными средствами 100 000 евро, т.е. в рассматриваемом случае займ предоставлялся в иностранной валюте в сумме, в 23 раза превышающей установленный законом лимит (на момент подписания спорного Договора 100 000 евро были эквивалентны 114 000 долларов США), а в качестве доказательства реального исполнения Договора в деле имеется только расписка Должника, сведения об открытии специальных счетов отсутствуют. Поскольку сумма займа в иностранной валюте многократно превышает установленный законом лимит, в деле отсутствуют сведения об открытии специальных счетов, финансовый управляющий приходит к выводу, что в дело не предоставлены доказательства того, что денежные средства действительно передавались Должнику.

 

ФИО2 не представлено в материалы дела надлежащих доказательств в обоснование довода о наличии у него финансовой возможности предоставить Должнику займ в заявленном размере, доказательств наличия у ФИО2 счета в евро или дохода в иностранной валюте также не представлено. Более того, ФИО2 не пояснил экономическую целесообразность заключения спорного беспроцентного Договора с Должником в крупной сумме в валюте на срок более трёх лет; не представил допустимых доказательств, свидетельствующих об оформлении валютных операций на сумму 100 000 евро. Должником, в свою очередь, не представлено доказательств экономической целесообразности получения денежных средств от ФИО2 в значительном размере и расходования полученной суммы.

 

Также ФИО2 в материалы дела не представлено доказательств в обоснование своей позиции о наличии у него официальной финансовой возможности предоставить Должнику займы в размере 5 000 000 рублей и 100 000 евро в 2014 году и 35 000 000 рублей в 2015 году. Кроме того доказательств фактического наличия денежных средств в заявленном размере у ФИО2 в момент заключения Договоров займа также не представлено. Более того, ФИО2 не пояснил экономическую целесообразность заключения шести беспроцентных спорных Договоров займа с Должником на крупные суммы на срок около трёх лет. Вызывает сомнение реальность заключенных в краткий (десятимесячный) период времени шести подряд беспроцентных договоров займа между одними и теми же сторонами в крупном размере (40 000 000 рублей и 100 000 евро) без какого-либо обеспечения. Такое поведение заимодавца явно не соответствует поведению, ожидаемому от разумного участника гражданского оборота.

 

Должником, в свою очередь, не представлено доказательств экономической целесообразности получения денежных средств от ФИО2 в значительном размере и расходования полученных сумм. Сама по себе расписка получении денежных средств, в отсутствие документов, подтверждающих обстоятельства фактической передачи предмета займа, не может достоверно подтверждать наличие или отсутствие между сторонами заемных отношений, поскольку по смыслу статей 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа является peaльным договором. (Определение Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-15871 по делу № А40-217577/2017).

 

По мнению финансового управляющего должника, при заключении Договора займа от 16.12.2014 года, Договора 2 займа от 19.02.2015 года, Договора 3 займа от 24.03.2015 года, Договора 4 займа от 28.04.2015 года, Договора5 займа от 22.09.2015 года сторонами допущено злоупотребление правом, а именно имело место недобросовестное поведение сторон, направленное на искусственное создание кредиторской задолженности ФИО3, что повлекло нарушение имущественных интересов кредиторов.

 

Также финансовый управляющий полагает, что материалами дела не раскрываются экономические мотивы для вступления сторон в заемные правоотношения, необходимость предоставления денежных средств Должнику и фактического расходования денежных средств, равно как не имеется и достаточных доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО2 предоставить займы, источников происхождения дохода, что свидетельствует о недоказанности реальности исполнения сделок, несоответствии подлинной воли сторон спорных сделок на установление соответствующих им правоотношений. Поскольку воля сторон по оспариваемым сделкам не была направлена на предоставление и возврат заемных денежных средств, а действия сторон по ним были направлены на создание искусственной кредиторской задолженности, финансовый управляющий приходит к выводу о недобросовестном поведении сторон спорных Договоров, что влечет ничтожность сделок по основаниям, установленными статьями 10 и 168 ГК РФ, а также по основаниям пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

 

В представленных дополнениях финансовый управляющий указывает следующее.

Размер предоставленного займа составляет 100 000 евро. Раскрывая финансовую состоятельность, ответчик представил справку ПАО Сбербанк №б/н от 07.08.2020, в соответствии с которой ФИО2 является VIP-клиентом Банка с 26.12.2017. За период с 10.09.2014 по 10.05.2015 суммарный баланс по счетам ФИО2 составлял не менее 210 000 000 руб. Указанная справка ПАО Сбербанк не является относимым и достаточным доказательством, подтверждающим финансовую возможность ФИО2 предоставить заем в совокупности в размере 100 000 евро, поскольку не позволяет установить факт наличия денежных средств в иностранной валюте на счете и их снятия, что само по себе так же не может служить доказательством предоставления займа. Иных доказательств, действительности договоров займа в материалы дела ответчиком не представлено. Доказательств конвертации рублей в иностранную валюту также не представлено.

 

Доводы ответчика со ссылкой на ст. 69 АПК РФ об установлении факта взыскания денежных средств по договорам займа при рассмотрении дел №№ 2-3731/2020, 2-3732/2020, 2-3733/2020, 2-3734/2020, 2-3735/2020 в Симоновском районном суде г. Москвы являются необоснованными, поскольку финансовый управляющий не отрицает факта взыскания с Должника в пользу ФИО2 денежных средств по договорам займа. Вместе с тем вопрос о финансовой возможности действительной передаче заемных денежных средств Должнику судами общей юрисдикции не исследовался.

 

Кроме того, исходя из положений статей 807, 810 ГК РФ предоставлению заема на крупную сумму физическому лицу, как правило опосредует принятие заимодавцем мер по получению информации о реальности возврата заема, цели предоставления займа, обеспечение передачи денежных средств таким образом, чтобы сомнения относительно факта передачи денежных средств у третьих лиц отсутствовали. Ни один из оспариваемых договоров займа не обеспечен залогом, равно как и иным способом обеспечения исполнения обязательств.

 

Несмотря на неисполнение обязательств ни по одному из договоров, ответчик в течение 10 месяцев регулярно выдает займы Должнику, каждый из которых выдается на три года на крупную сумму без установления процентов за пользование займом, что само по себе не характерно для стандартного поведения заимодавца. Так, между должником и ФИО2 были заключены следующие договоры займа: 

13.11.2014 г. на сумму 100 000 евро, срок возврата до 31.11.2017г.;

16.12.2014 г. на сумму 5 000 000 рублей, срок возврата до 16.12.2017г.;

19.02.2014 г. на сумму 10 000 000 рублей, срок возврата до 19.02.2018г.;

24.03.2015 г. на сумму 10 000 000 рублей, срок возврата до 24.03.2018г.; 28.04.2015 г. на сумму 10 000 000 рублей, срок возврата до 28.04.2018г.; 22.09.2015 г. на сумму 5 000 000 рублей, срок возврата до 22.09.2018г.

 

По тексту оспариваемых договоров указано, что денежные средства получены должником наличными денежными средствами с день подписания каждого из договоров. Таким образом, в течение 11 месяцев должник якобы получил от ФИО2 наличные денежные средства в совокупном размере 100 000 евро и 40 000 000 рулей. О недобросовестном поведении заимодавца говорит предоставление шести последовательных займов на крупную денежную сумму без какого-либо обеспечения в условиях отсутствия у Должника реальной возможности исполнить обязательства по возврату займа.

 

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2014-год № 21 от 27.01.2015, за 2015 год № 3 от 01.02.2016, № 18 от 07.02.2016, № 1 от 07.04.2016 совокупный доход Должника за 2014 год составил 300 000 руб., за 2015 год составил 680 000 руб., Иными словами займы общей стоимостью 100 000 евро и 40 000 000 руб. выданы кредитором Должнику, чей доход за 2 года не превысил 1 000 000 руб. Более того, сроки возврата займа по оспариваемым договорам наступали в период ноября-декабря 2017 года, февраля-сентября 2018 года. 

 

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2017 год №  1 от 25.01.2018, № 2 от 25.01.2018, № 3 от 25.01.2018, № 1 от 30.01.2018 совокупный доход Должника за 2017 год составил 1 415 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2018 год № 2 от 15.01.2019, № 3 от 15.01.2019, № 1 от 16.01.2019, № 1 от 17.01.2019, № 1 от 19.02.2019 совокупный доход Должника за 2018 год составил 1 785 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2016 год № 1 от 16.01.2017, № 1 от 17.01.2017, № 1 от 18.01.2017, № 1 от 24.01.2017, № 22 от 19.01.2017 совокупный доход Должника за 2016 год составил 870 000 руб.

 

Таким образом, финансовое положение Должника не менялось за период с 2014 по 2018 годы и оставалось на уровне 500 000 руб. в год в 2014-2015 г.г. (период выдачи займов на сумму 100 000 евро и 40 000 000 руб.) и на уровне 1 600 000 руб. в 2017-2018 г.г. (срок наступления возврата займов). Получение денежных средств по договорам займа от ФИО2 не отражено в налоговой отчетности Должника. Помимо прочего, поведение кредитора, выражающееся в длительном не истребовании имеющейся задолженности, также не отвечает критерию добросовестности участников гражданского оборота.

 

Решения Симоновского районного суда г. Москвы по делам № 2-3731/2020, 2-3732/2020, 2-3733/2020, 2-3734/2020, 2-3735/2020, 2-3736/2020, на основании которых ФИО2 включается в реестр кредиторов Должника, вынесены 09.11.2020. В период с 09.11.2020 кредитор процедуру банкротства в отношении Должника не инициировал, равно как и не предпринимал никаких действий, направленных на возврат задолженности Должником, заявление о включении в реестр требований кредиторов Должника направил лишь 20.07.2022, т.е. спустя 2 года с момента вынесения решений Симоновским районным судом г. Москвы. Обстоятельства заключения сделок, положенных в основу заявленных требований, свидетельствуют о согласованности сторон и их фактической заинтересованности по отношению друг к другу.

 

В период с 21.01.2015 по 26.07.2019 Должник состоял в браке с ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). У Должника и ФИО7 имеются двое несовершеннолетних детей: ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения). ФИО7 является дочерью ФИО2, что никем из сторон не оспаривается. В рассматриваемом случае ответчик является заинтересованным по отношению к Должнику лицом, поскольку, является родственником (отец супруги) Должника.

 

Как следует из Выписок из Единого государственного реестра юридических лиц, а также открытых источников сайта www.rusprofile.ru. Должник и ФИО7 являлись учредителями в следующих компаниях: ООО «СТУДИО» (ОГРН 

<

***>) ФИО7 в период с 10.12.2014 по 14.01.2020, ФИО3 в период с 10.12.2014 по 17.08.2020; ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» (ранее ООО «ЛОКАЛ» (ОГРН 

<

***>) ФИО7 в период с 10.12.2014 по 05.08.2020, ФИО3 в период с 10.12.2014 по 19.05.2021.

 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.01.2022 по делу № А40-270893/21-184-660 принято заявление ФИО9 от 10.12.2021 о признании ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» несостоятельным (банкротом), определением от 24.05.2022 в отношении ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10, являющийся членом Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

 

ФИО11 о признании ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» несостоятельным (банкротом) основано на решении Пресненского районного суда г. Москвы от 28.01.2021 по делу № 2-821/2021 (оставлено без изменения определением Московского городского суда от 18.06.2021), в соответствии с которым с ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» в пользу ФИО9 по договору аренды нежилого помещения № 3/2019 от 03.09.2019 взыскан долг в размере 1 300 000 руб.. неустойка в размере 300 000 руб., госпошлина в размере 23 319 руб. 50 коп.

 

Как следует из текста решения Пресненского районного суда г. Москвы от 28.01.2021 делу № 2-821/2021, в связи с пандемией коронавируса 01.04.2020 между сторонами заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым арендная плата была снижена, при этом уплата арендной платы ответчиком не производилась, в связи с чем у ответчика сформировалась задолженность по внесению арендной платы в размере 1 300 000 руб. по состоянию на 27.10.2020. Из указанного следует, что, начиная с 01.04.2020 ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС», единственными участниками которого были Должник и ФИО7, испытывала затруднительное финансовое положение.

 

Данный вывод также следует и из данных бухгалтерской отчетности, полученной и: открытых источников Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой отчетности (Ресурс БФО), в соответствии с которой по состоянию на 31.12.2020 обществе осуществляло убыточную деятельность (размер убытков 2 381 000 руб.); размер кредиторской задолженности существенно увеличился по сравнению с 2019 годом (0 руб). и составил 6 697 000 руб. (ст. 1520), в связи с финансовый управляющий приходит к выводу о том, что обязательства перед кредиторами не погашались, при том, что основные средства (внеоборотные активы) составляли всего 105 000 руб. (ст. 1150).

 

В условиях высокого риска банкротства и привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела № А40-270893/21-184-660 ФИО2 28.04.2020 спустя 3 года после наступления срока возврата денежных средств по первому оспариваемому договору займа обращается в Симоновский районный суд г. Москвы с требованием о взыскании денежных средств с Должника по оспариваемым договорам займа. При этом на собственное банкротство Должник подает заявление 21.04.2022 (за 1 месяц до введения в отношении ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС процедуры наблюдения).

 

Поведение заявителя как аффилированного к Должнику лица, имеющего значительную сумму долга, при этом не предпринимающего действий, направленных на погашение задолженности Должником, не согласуется с разумным поведением лиц в гражданском обороте.

 

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению повышенный стандарт доказывания, для чего требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Финансовый управляющий как лицо, не участвовавшее в сделке, положенной в основу оспариваемой сделки, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время финансовый управляющий может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

 

В настоящем споре материалы дела свидетельствуют о том, что положенные в основу договоров займа обстоятельства носят мнимый характер, поскольку аффилированный кредитор не имел финансовой возможности предоставить займ на сумму 40 000 000 руб., обязательства по погашению которого принял Должник, не имеющий финансовой возможности вернуть займ.

 

Центральный банк Российской Федерации в лице Северо-Западного главного управления Отделения по Вологодской области 30.08.2016 обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Промышленный энергетический банк».

 

Решением Арбитражный суда Вологодской области от 21.10.2016 по делу № А13-11810/2016 Банк признан несостоятельным (банкротом); в отношении него введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим Банка утверждено ГК «АСВ».

 

В рамках дела № А13-11810/2016 акционерное общество «Череповецкий фанерно-мебельный комбинат» 16.08.2022 подало заявление о привлечении ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Петрополис» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в размере 1 123 061 000 руб.

 

Из заявления АО «ЧФМК» от 16.08.2022 о привлечении к субсидиарной ответственности следует, что несостоятельность (банкротство) Банка и последующее существенное ухудшение его финансового положения наступили в результате виновных действий, в том числе, ФИО2, являющегося выгодоприобретателем по сделкам, причинившим ущерб Банку.

 

Конкурсным управляющим по результатам проведенной проверки обстоятельств банкротства Банка были выявлены сделки, по уступке прав требований со значительным дисконтом связанным с Банком организациям, сделки по погашению ликвидных активов за счет формирования технической задолженности и сделки по принятию в качестве отступного недвижимого имущества по завышенной стоимости, что причинило ущерб Банку в размере 1 266 854 058 руб. 01 коп., выгодоприобретателями по указанным сделкам по мнению АСВ были ФИО12, ФИО14.. ФИО2 и ФИО16 (стр.48 Заключения 1 абзац).

 

Так, между заинтересованным лицом ООО «Петрополис» и АО «Промэнергобанк» в с 30.03.2012 по 11.07.2012 были заключены четыре договора субординированного вклада (займа) общую сумму 390 150 000 руб. на срок 10 лет. Субординированные вклады были сформированы за счет денежных средств ФИО13, ФИО14., ФИО2 и связанных с ними предприятий, что подтверждается Актом проверки ЦБ РФ от 10.12.2014 рег.№ А1КИ25-13-3/18ДСП (Схема 1 стр. 7 заявления о привлечении к субсидиарной ответственности).

 

Согласно п. 3.5.3.2 Положения о методике определения собственных средств (капитала) кредитных организаций от 10.02.2003 № 215-П, утвержденного Банком России (далее Положение 215-П) и действовавшего на момент заключения договоров, субординированные займы включались в состав источников дополнительного капитала кредитной организации, при этом у кредитной организации существовало право на прекращение ее обязательств по договору субсидированного депозита в случае возникновения оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства.

 

Вся сумма займов в размере 390 150 000 руб. включалась Банком в состав источников дополнительного капитала и соответствующая финансовая отчетность принималась ЦБ РФ.

 

На момент заключения дополнительных соглашений о расторжении договоров субординированных займов действовало Положение Банка России от 28.12.2012 № 395-ПБР соответствии с которым прекращение обязательств Банка по возврату основного долга, а также по выплате процентов, предусмотренных договором субординированного займа, не зависит от воли сторон договора, но само по себе обусловлено наступлением следующего события: снижение норматива достаточности собственных средств (капитала) банка ниже уровня, определенного нормативным актом Банка России. 

 

Перечисленные выше условия договоров субординированных займов позволяли направить сумму привлеченных субординированных займов в полном объеме на погашение убытков Банка. При этом по состоянию на 01.08.2014 имело место снижение норматива достаточности капитала Н1.1 до значения 0 в результате снижения капитала Банка до отрицательного значения минус 1 464 106 000 руб., что повлекло за собой последствие в виде прекращения обязательств, предусмотренных договорами субординированных займов и прямого требования закона. Таким образом, обязательства Банка перед ООО «Петрополис» должны были быть прекращены 01.09.2014, т.е. за три месяца до заключения дополнительных соглашений о расторжении договоров субординированных займов и перечисления денежных средств.

 

Соответственно денежные средства в размере 407 181 757 руб. были перечислены АО «Промэнергобанк» в пользу ООО «Петрополис» в период с 01.09.2014 по 01.12.2014 и являлись денежными средствами самого Банка, предоставленными им заинтересованному лицу ООО «Петрополис» без встречного предоставления. Встречным предоставлением должно было являться наличие задолженности по договорам субординированных займов, обязательства по которым были прекращены 01.09.2014 (через 30 дней после нарушения норматива Н 1.1). Таким образом, по мнению АО «ЧФМК», указанные платежи по уплате суммы основного долга и процентов по указанным договорам банковских вкладов (субординированных займов) в период с 01.09.2014 по 01.12.2014 в общей сумме 407 181 757 руб. были осуществлены по уже прекращенным субординированным займам.

 

Размер капитала Банка на 01.12.2014 согласно отчетности, размещенной на сайте ЦБ РФ, составлял 806 747 000 руб. Часть перечисленных Банком денежных средств в размере 390 150 000 руб. ООО «Петрополис» в этот же день 01.12.2014 направило на приобретение акций АО «Промэнергобанк» в количестве 33 926 087 шт.

 

29.12.2014 на счет ООО «Петрополис» в Банке поступили денежные средства от ООО «Сити-Авто» в сумме 120 000 000 руб. с назначением платежа «обеспечительный платеж за акции».

30.12.2014 ООО «Петрополис» перечислило: денежные средства в сумме 55 303 500 руб. на лицевой счет ФИО13 (назначение платежа - «возврат займа»); денежные средства в сумме 64 346 500 руб. на лицевой счет ФИО14. (назначение платежа - «возврат займа»).

26.02.2014 на счет «Петрополис» в Банке поступил второй платеж от ООО «Сити-Авто» в сумме 61 523 257 руб. с назначением платежа «за акции» и в этот же день 26.02.2015 денежные средства в размере 58 588 378 руб. были перечислены на счет ФИО2

 

Всего от ООО «Сити-Авто» на расчетный счет ООО «Петрополис» поступили денежные средства в размере 181 523 257 руб., которые так же якобы были переданы ФИО2 по договору займа, заключенному с ООО «Сити-Авто». При этом указанная сумма 181 523 257 руб. полностью совпадает с номинальной стоимостью 15 784 631 акций Банка, приобретенных 25.02.2015 группой физических лиц, в состав которых, помимо ФИО17, ФИО18, ФИО16 и ФИО19, вошла дочь ФИО2 - ФИО7. У ФИО7 по состоянию на 25.05.2015 находились в собственности 423 366 акций номинальной стоимостью 4 868 709 руб., оплата за которые осуществлена не была.

 

В период с 01.12.2014 по 03.02.2015 через корреспондентский счет Банка в ОАО «АльфаБанк» от ООО «Сити-Авто поступило 309 000 000 руб. Конкурсным управляющим Банка выявлена аффилированность ООО «Сити-Авто» с Банком через ФИО16 (совладелец Банка в период с 01.12.2014 по 03.02.2015). Денежные средства в размере 309 000 000 руб., согласно имеющихся у конкурсного управляющего Банка сведений, были получены ООО «Сити-Авто» от ФИО2 в качестве погашения в счет исполнения последним обязательств перед ООО «Сити-Авто» по договорам займа (стр.84 Заключения Димер-ТМ). При этом согласно справки по форме 2-НДФЛ сумма полученного среднемесячного дохода ФИО2 в 4 квартале 2015 года составила 270 000 руб., а в 1 квартале 349 000 руб. (стр.146 Заключения Димер-ТМ), что не позволяло ему погасить задолженность перед ООО «Сити-Авто» в размере 309 000 000 руб.

 

Исходя из имеющихся у конкурсного управляющего Банка сведений о размерах дохода ФИО2, АО «ЧФМК» полагает, что 309 000 000 руб., перечисленных ФИО2 в пользу ООО «Сити-Авто», являлись либо денежными средствами самого Банка, выведенными бенефициарами Банка ФИО2, ФИО13 и ФИО14 ранее в результате завышения стоимости ремонтно-подрядных работ и кредитования связанных с бенефициарами Банка заемщиков группы «Автосалоны» и группы «Энергетика», либо ФИО2 заключил договор займа с ФИО20, ФИО18, ФИО16, ФИО21, ФИО7, что вызывает сомнения учитывая, что у них также отсутствует подтвержденный доход в соответствующем размере.

 

На основании изложенного, АО «ЧФМК» полагает, что акции Банка в количестве 33 926 087 шт. номинальной стоимостью 390 150 000 руб. ООО «Петрополис» приобрело за счет средств самого АО «Промэнергобанк», тем самым нарушив запрет, установленный ст. 11 Закона о банках и банковской деятельности, а в результате совершения указанных сделок по инициативе ООО «Петрополис», ФИО2, ФИО14., ФИО13 Банку был причинен ущерб в размере 797 331 757 руб.

 

В результате совершения сделок по уступке прав требования, в результате которых произошло замещение ликвидных активов Банка на технические активы, конечные бенефициары Банка, включая ФИО22, причинили ущерб Банку в размере 153 469 675 руб. 55 коп., в результате заключения соглашения об отступном Банку причинен ущерб в размере 57 556 708 руб., в результате совершения сделок по выдаче кредитов заемщикам, связанным с Банк изначально не способным исполнить принятые на себя заемные обязательства, Банку причт ущерб в размере 268 837 000 руб., в результате совершения сделок по отчуждению активов в пользу ИП ФИО23 и ОС «СегментСтрой» под видом производства строительно-ремонтных работ Банку причинен ущерб размере 92 535 222 руб. 91 коп.; в результате совершения сделок по отчуждению активов в пользу связанного с Банком предприятия ООО «Простор» Банку причинен ущерб в размере 48 807 ООО руб.

 

По результатам проведенной проверки АСВ в УМВД России по Вологодской области 11.02.2022 было подано заявление о возбуждении уголовного дела по фактам хищения имущества Банка на общую сумму 1 266 854 058 руб. по признакам ч.4 ст. 160 УК и ч.4 ст. 159 УК РФ. В настоящее время СУ УМВД России по Вологодской области проводится доследственная проверка.

 

В рамках дела № A13-11810/2016 в период с 31.08.2021 по 09.12.2021 была проведена дополнительная проверка обстоятельств банкротства АО «Промэнергобанк», в результате которой установлено, что контролирующими должника лицами являются ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО20, предположительно ФИО2, ФИО15, ФИО16 В отношении ФИО12, ФИО13, ФИО14., ФИО20 ФИО24, ФИО2 Агентством сделан вывод, что в их действиях содержится состав преступления предусмотренных ст. 160 (растрата) и 159 (мошенничество) УК РФ (стр. 48 Заключения). 02.03.2022 в КУСП № 362 УМФД РФ по Вологодской области зарегистрировано заявление первого заместителя генерального директора ГК «АСВ» ФИО25 о возбуждении уголовного дела в отношении руководителей АО «Промэнергобанк» по ч. 4 ст. 159 УК РФ и ч. 4 ст. 160 УК РФ

 

Прокурором Вологодской области Тимошичевым A.M. материалы проверки по заявлению АСВ приобщены к материалам уголовного дела № 11801190019021428, возбужденного и признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 201 УК РФ по заявлению акционеров Банка. Проводится предварительное следствие. В результате дополнительной проверки АСВ также установлено, что в результате причиненных сделок ущерб Банку составил 1 266 854 058 руб., выгодоприобретателями по сделкам являлись ФИО12 (Председатель Правления), ФИО13 (Председатель Совета директоров), ФИО14 (член Совета директоров), ФИО2 (предположительно бенефициар Банка), ФИО16 (акционер Банка).

 

На основании изложенного финансовый управляющий пришел к выводу о наличии иных целей заключения оспариваемых с Должником договоров займа, в связи с тем, что реального легального подтверждения финансовой возможности у ФИО2 предоставить заем в период 2014-2015 г.г. на сумму 100 000 евро, равно как и в последующем на сумму 40 000 000 руб. нет и не может быть в связи с отсутствием возможности подтвердить доходы, получаемые посредством вывода активов из АО «Промэнергобанк». Hи налоговых деклараций, ни выписок с расчетных счетов, открытых в кредитных организациях, позволяющих сделать вывод об основаниях зачисления, а также о списании денежных средств материалы дела не представлены, действия кредитора направлены на создание искусственной задолженности в условиях, когда к дочери ФИО2 - ФИО7 безвозмездно отчуждались акции Банка номинальной стоимостью 4 868 709 руб. и реальной угрозы наступления собственного банкроства.

 

В период заключения оспариваемых договоров займа на дочь ФИО2 - ФИО7 оформляется дорогостоящее имущество:

- земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107008:168, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Воскресенский; площадь 10 000 кв.м. (ДКП от 14.05.2015г.);

- здание, кадастровый номер 35:22:0107008:306, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 147 кв.м. (от 13.03.2015г);

- здание, кадастровый номер 35:22:0107008:308, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 42 кв.м.;

- здание, кадастровый номер 35:22:0107008:305, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 249,3 кв.м.;

- земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107030:1257, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 11 241;

- сооружение коммунального хозяйства, кадастровый номер 35:22:0107008:300, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; протяженность 291 м. Описание — Газовая труба, Газоснабжение реабилитационного центра;

- квартира (жилое помещение), кадастровый номер 77:07:0013003:27775, расположена по адресу: 

<

...>, площадь ,83,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора);

- квартира, кадастровый номер 77:07:0013003:27776, расположена по адресу: 

<

...> площадь 76,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора).

 

Кроме того, в период брака с Должником с 05.02.2016 по настоящее время ФИО7 является собственником дорогостоящего автомобиля марки Мерседес-Бенц GLE 400 4MATIC, 2015г. выпуска, VIN 

<

***> стоимостью 5 000 000 руб. На принадлежащие ФИО7 ООО «911» и ООО «Северэнергоснаб» в период брака с Должником приобреталось большое количество объектов недвижимого имущества и различного оборудования, что следует из представленных в материалы дела выписок № КУВИ-001/2022-203127872 от 16.11.2022, № КУВИ-001/2022-203131158 от 16.11.2022.

 

Согласно выписке по лицевым счетам ООО «СТУДИО» № 40702810238000017053 и ООО «ЛОКАЛ» № 40702810738000017045, единственными участниками которых в период с 10.12.2014 по 14.01.2020 (05.08.2020) являлись Должник и ФИО7, на счет указанных компаний учредителем внесены денежные средства в совокупном размере 33 007 400 руб.

 

Финансовый управляющий полагает, что единственной целью заключения оспариваемых договоров займа являлось последующее банкротство Должника и создание видимости получения денежных средств именно Должником для использования в личных целях. Заимодавец не имел намерения предоставить денежные средства на возвратной основе, в связи с чем не осуществил действий, направленных на выявление финансовой возможности Должника возвратить займ, выдал займ без разумной экономической цели получения прибыли, т.е. без установления процентов за его пользование, соответствующее обеспечение не получил.

 

Будучи аффилированным с Должником в силу презумпции, установленной ст. 19 Закона банкротстве, при заключении и исполнении спорных договоров кредитор не мог не знать, что при ежегодном доходе 500 000 руб. в 2014-2015 г.г. предоставление займа в размере 100 000 евро, а в последующем 40 000 000 руб. повлечет «фактическую» неплатежеспособность Должника.

 

Таким образом, стороны не раскрыли экономических мотивов вступления в заемные правоотношения, необходимости предоставления денежных средств должнику и фактической расходования денежных средств, равно как и достаточных доказательств, подтверждающих финансовую возможность ответчика предоставить заем, источников происхождения дохода, что свидетельствует о недоказанности реальности исполнения сделки и несоответствии подлинной воли сторон сделки на установление соответствующих ей правоотношений.

 

Поскольку воля сторон по оспариваемым сделкам не была направлена на предоставление \ возврат заемных денежных средств, а действия сторон по ним были направлены на создание искусственной кредиторской задолженности, финансовый управляющий приходит к выводу о недобросовестном поведении сторон спорных Договоров, что влечет ничтожность сделок по основаниям, установленными статьями 10 и 168 ГК РФ, а также по основаниям пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

 

С учетом указанных обстоятельств, финансовый управляющий должника просит суд признать договор займа от 13.11.2014, заключенный между ФИО3 и ФИО2, недействительной сделкой на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

 

В соответствии с п. 1 ст. 61.1. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Согласно п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

Согласно п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ"Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

 

Как установлено п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

 

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

 

Как разъяснено в п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

 

В обоснование поданного заявления финансовый управляющий указывает, что при заключении оспариваемых договоров действия лиц, участвующих в деле, были направлены на создание искусственной кредиторской задолженности, что позволяет сделать вывод о недобросовестном поведении сторон спорных Договоров.

 

Согласно п. 1 ст. 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

 

Согласно п. 3 ст. 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

 

Должник в период с 21.01.2015 по 26.07.2019 состоял в браке с ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). У должника и ФИО7 имеются двое несовершеннолетних детей: ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). ФИО7 является дочерью ФИО2. Таким образом, ФИО2 являлся тестем должника. Таким образом, оспариваемые сделки заключены между заинтересованными лицами.

 

Судом первой инстанции установлено, что из текста оспариваемого договора займа не усматриваются экономические мотивы для вступления сторон в заемные правоотношения и необходимость предоставления денежных средств Должнику. Также в материалах дела отсутствуют сведения о фактическом расходовании денежных средств непосредственно должником ФИО3, полученных именно по оспариваемому договору займа.

 

Согласно отзыва должника, представленного в материалы дела, ФИО3 отрицает факт перечисления денежных средств именно по указанному договору займа, поскольку сам договор займа был заключен позднее даты его подписания в целях бухгалтерского учета расходов ФИО2 В 2016 году ФИО2 обратился к нему с просьбой подписать договоры займа от имени ООО «ТРЕСПАН», а также от себя лично. Указанное предложение ФИО2 мотивировал аудиторской проверкой компании и бизнеса, принадлежащего ФИО2, включая ОАО «Тверьэнергокабель» (ОГРН 

<

***>), ООО «Петрокредит» (ОГРН 

<

***>), Трансэнерго - дочкой ОАО «РЖД», а также прокурорской проверкой, проводимой в отношении самого ФИО2 Являясь членами одной семьи, Должник, безусловно, выполнил просьбу тестя.

 

Все денежные средства, которые могли быть получены от ФИО2 до и в период брака Должника с ФИО7 по договоренности с ФИО2 были направлены на поддержание деятельности ООО «Группа Локал Плюс» (ООО «Локал»), ООО «Студио», на покрытие долгов на проведение свадьбы, покупку имущества (движимого и недвижимого на имя ФИО7) и на обеспечение достойного уровня жизни дочери и внучки ФИО2 В действительности денежные средства в указанном объеме и по указанным договорам займа никогда не передавались. По сути природа договоров займа с ФИО2 никогда не носила характер заемных правоотношений, заимодавцем денежные средства никогда не заявлялись к возврату.

 

Должник также указывает, что еще до заключения брака (21.01.2015 г.) в период с 10.12.2014 г.у Должника и ФИО7 был совместный ресторанный бизнес, а именно ООО «СТУДИО» (ОГРН 

<

***>) и ООО «ГРУППА ЛОКАЯ ПЛЮС» (ОГРН 

<

***>). ООО «Группа Локал Плюс» (ООО «Локал»; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, местонахождение: 123001, 

<

...>):

- доля ФИО7 в уставном капитале - 40%, с 10.12.2014 по 05.08.2020г.

- доля ФИО3 в уставном капитале - 60%, с 10.12.2014 по 05.08.2020г.

ООО «Студио» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, местонахождение: 123001, 

<

...>, эт/помещ./ком 1/1/1):

- доля ФИО7 в уставном капитале - 40%, Номинальная стоимость доли 10 000 руб., с 10.12.2014 по 14.01.2020 г.

- доля ФИО3 в уставном капитале - 60%, Номинальная стоимость доли 10 000 руб., с 10.12.2014 по 14.01.2020 г.

 

Указанные рестораны, находящиеся в МФЦ «Кунцево Плаза», по сути, принадлежали и управлялись самим ФИО2, в то время как у Должника в тот период (с 2014 г.) имелись другие рестораны, где требовалось его активное участие - ООО «Аква Бокс», ООО «Арт Кофе».

 

Деятельность ресторанов ООО «СТУДИО», находящегося по адресу 

<

...>, МФК «Кунцево Плаза» и ООО «ЛОКАЛ» находящегося по адресу 

<

...>, МФК «Кунцево Плаза», которые и принадлежали совместно Должнику и ФИО7, а по факту - ФИО2, вели убыточную деятельность ввиду того, что ни ФИО7, ни ФИО2 не обладали соответствующими профессиональными навыками по управлению ресторанным бизнесом, в связи с чем на основании договоров от 06.04.2018, заключенных с ООО «ЭНКА ТЦ» (покупателем) все имущество и инвентарь было продано собственнику торгового центра, в котором располагались рестораны, а деятельность ресторанов фактически прекращена.

 

Более того, исковые заявления по всем делам № 2-3731/20, 2-3732/20, 2-3733/20, 2-3734/20; 2-3736/20 поданы 12.11.2019, т.е. спустя 4 месяца после расторжения брака с ФИО7 (26.07.2019) исключительно с целью мести и причинения имущественного ущерба деятельности Должника. Причиной развода послужил конфликт в вопросах воспитания совместных детей, при этом инициатором развода выступила сама ФИО7

 

ФИО7 никогда не работала. При этом в период брака с Должником на те денежные средства, которые периодически поступали от ФИО2, а также на личные средства Должника на имя ФИО7 приобреталось дорогостоящее имущество, а именно:

 

- Земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107008:168, местонахождение Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Воскресенский; п.-. 10 000 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:306, местонахождение: Волгоград:, область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 147 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:308, местонахождение: Волгограда область, р-н Череповецкий,          д.         Романово,      Муниципальное       образование Воскресенское, д. Романово; площадь 42 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:305, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 249,3 кв.м.;

- Земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107030:1257, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 11 241;

- Сооружение коммунального хозяйства, кадастровый номер 35:22:0107008:300, местонахождение: Волгоградская % область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; протяженность 291 м. Описание — Газовая труба, Газоснабжение реабилитационного центра;

- квартира (жилое помещение), кадастровый номер 77:07:0013003:27775, расположена по адресу: 

<

...>, площадь ,83,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора);

- квартира, кадастровый номер 77:07:0013003:27776, расположена по адресу: 

<

...> площадь 76,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора).

 

Должником лично ФИО7 был куплен автомобиль Мерседес-Бенц GLE 400 4MATIC, 2015 г. выпуска, VIN 

<

***>, (в собственности у Костеренко КВ. с 05.02.2016 по настоящее время). Так же на принадлежащие ФИО7 ООО «Центр 911» и ООО «Северэнергоснаб» в период брака приобреталось большое количество объектов недвижимого имущества и различного оборудования:

 

- ООО «911» (ОГРН 

<

***> от 8 июня 2007 г.; ИНН 

<

***>; 160014, 

<

...>]. Единственный участник ФИО7 с ноября.2014г. по настоящее время; (единственный участник -100%);

- ООО «Северэнергоснаб» (ОГРН 

<

***> от 18 ноября 2002 г.; ИНН 

<

***>; 160000, 

<

...>). Участник ФИО7, доля в размере 7 520 руб. (75,2%).

 

ФИО7 в период брака имела в собственности множество акций банка и Обществ (ОАО «ПромЭнергоБанк», фирм), при этом всегда старалась утаить наличие, количество и стоимость имеющегося у нее акций. В конечном итоге в браке ею приобретено 100 % акций банка, которые в последствии, были проданы без согласия Должника. Таким образом, судом первой минстанции установлено, что если предоставленный займ являлся реальным, то он имел транзитный характер и тратился на совместный бизнес и бытовые нужды семьи, в связи с чем суд приходит к выводу, что спорный займ представлял собой докапитализацию бизнеса аффилированных лиц, в том числе дочери ФИО2, указанный займ должен был выдаваться непосредственно юридическим лицам.

 

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

 

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801).

 

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

 

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

 

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

 

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

 

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4, 5).

 

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

 

К тому же изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующая правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2).

 

Суд первой инстанции обоснованно признал указанные разъяснения применимыми в настоящем случае по аналогии с учетом установленной аффилированности всех вышеуказанных лиц.

 

Поскольку предоставляемые ФИО2 денежные средства тратились, в том числе, на бытовые нужды, предъявление требования исключительно к должнику суд первой инстанции считает неправомерным и незаконным. Вместе с тем, суд первой инстанции обращает внимание, что согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2014-год № 21 от 27.01.2015, за 2015 год № 3 от 01.02.2016, № 18 от 07.02.2016, № 1 от 07.04.2016 совокупный доход Должника за 2014 год составил 300 000 руб., за 2015 год составил 680 000 руб. Иными словами займы общей стоимостью 100 000 евро и 40 000 000 руб. выданы кредитором Должнику, чей доход за 2 года не превысил 1 000 000 руб. Более того, сроки возврата займа по оспариваемым договорам наступали в период ноября-декабря 2017 года, февраля-сентября 2018 года.

 

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2017 год № 1 от 25.01.2018, № 2 от 25.01.2018, № 3 от 25.01.2018, № 1 от 30.01.2018 совокупный доход Должника за 2017 год составил 1 415 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2018 год № 2 от 15.01.2019, № 3 от 15.01.2019, № 1 от 16.01.2019, № 1 от 17.01.2019, № 1 от 19.02.2019 совокупный доход Должника за 2018 год составил 1 785 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2016 год № 1 от 16.01.2017, № 1 от 17.01.2017, № 1 от 18.01.2017, № 1 от 24.01.2017, № 22 от 19.01.2017 совокупный доход Должника за 2016 год составил 870 000 руб.

 

Таким образом, финансовое положение Должника не менялось за период с 2014 по 2018 годы и оставалось на уровне 500 000 руб. в год в 2014-2015 г.г. (период выдачи займов на сумму 100 000 евро и 40 000 000 руб.) и на уровне 1 600 000 руб. в 2017-2018 г.г. (срок наступления возврата займов).

 

Суд первой инстанции истребовал у ФИО2 доказательства финансовой возможности предоставления заемных денежных средств. ФИО27 в материалы дела была предоставлена справка ПАО Сбербанк о том, что ФИО2 является VIP-клиентом Банка с 26.12.2017г. За период с 10.09.2014 по 10.05.2015 суммарный баланс по счетам г-на ФИО22 составлял не менее 210 000 000 (двухсот десяти миллионов) рублей. Однако указанная справка не может являться доказательством финансовой возможности предоставления заемных денежных средств, поскольку не является выпиской по счетам ФИО2, отражающей не только сведения о поступлении денежных средств, но и о их расходовании.

 

Сведения об открытии ФИО27 специальных счетов в евро в материалы дела не представлены. Таким образом, ФИО27 не представлены доказательства источника происхождения дохода в валюте евро, а также доказательства конвертации валюты в рубли в случае использования рублевых счетов в качестве источника происхождения денежных средств для предоставления спорного займа. Получение денежных средств по договорам займа от ФИО2 не отражено в налоговой отчетности Должника. Помимо прочего, поведение кредитора, выражающееся в длительном не истребовании имеющейся задолженности, также не отвечает критерию добросовестности участников гражданского оборота.

 

Решения Симоновского районного суда г. Москвы по делам № 2-3731/2020, 2-3732/2020, 2-3733/2020, 2-3734/2020, 2-3735/2020, 2-3736/2020, на основании которых ФИО2 включается в реестр кредиторов Должника, вынесены 09.11.2020. В период с 09.11.2020 кредитор процедуру банкротства в отношении Должника не инициировал, равно как и не предпринимал никаких действий, направленных на возврат задолженности Должником, заявление о включении в реестр требований кредиторов Должника направил лишь 20.07.2022, т.е. спустя 2 года с момента вынесения решений Симоновским районным судом г. Москвы.

 

При указанных обстоятельствах, а также с учетом пояснений должника, который отрицает факт перечисления денежных средств именно по указанному договору займа по изложенным выше обстоятельствам, суд критически относится к представленным доказательствам финансовой возможности предоставления заемных денежных средств и соглашается с доводом финансового управляющего должника о том, что не имеется достаточных доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО2 предоставить займ, источников происхождения дохода, что свидетельствует о недоказанности реальности            исполнения сделки, несоответствии подлинной воли сторон спорной сделки на установление соответствующих им правоотношений.

 

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ иностранная валюта и валютные ценности могут быть предметом договора займа на территории Российской Федерации с соблюдением правил статей 140, 141 и 317 настоящего Кодекса. В соответствии с п. 1 ст. 317 ГК РФ денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140). В соответствии с п. 2 ст. 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон. В соответствии с п. 3 ст. 317 ГК РФ использование иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте при осуществлении расчетов на территории Российской Федерации по обязательствам допускается в случаях, в порядке и на условиях, определенных законом или в установленном им порядке. Таким образом, по смыслу указанных норм, в акте передачи денежных средств должна была быть определена сумма займа в рублях, эквивалентная определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах. Однако в рассматриваемом случае имеет место обратная ситуация, когда стороны спорной сделки определили сумму займа в иностранной валюте, не определив размер денежного обязательства в рублях.

 

В соответствии со статьей 9 ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле", валютные операции между резидентами запрещены. Иностранная валюта не может быть объектом договора займа между резидентами Российской Федерации, поскольку это противоречит валютному законодательству. Более того, сделка, условия которой нарушают законодательство Российской Федерации, в силу прямого указания статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительной.

 

Из названных норм права следует, что договор займа, представленный ФИО2, в качестве подтверждения обоснованности требований, не может быть признан доказательством наличия заемных отношений в связи с тем, что документы не содержат существенных условий сделки по предоставлению займа, таких как цена сделки, и сама сделка прямо противоречит действующему законодательству РФ.

 

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. В рассматриваемом случае цена является существенным условием спорного договора займа. При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что договор займа от 13.11.2014 г. между ФИО2 и ФИО3 следует признать незаключенным ввиду нарушения существенных условий сделки о цене.

 

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы отзыва ФИО2 о наличии преюдиции по спору, поскольку они не опровергают вышеизложенных обстоятельств, а наличие вступивших в законную силу судебных актов о взыскании не препятствует суду давать оценку сделкам на предмет их недействительности (ничтожности) в рамках дела о банкротстве с учетом повышенного стандарта доказывания в таких делах. Вместе с тем, предметом рассмотрения настоящего заявления является оспаривание самого факта заключения договора займа, а не установление факта неисполнения обязательств по договору займа, что являлось предметом искового производства.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела, имеющиеся доказательства в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО2 и ФИО3 при заключении оспариваемого договора займа усматриваются признаки недобросовестности ввиду наличия родственных связей сторон сделки и безденежном характере именно оспариваемой сделки, соответствующих признакам притворной сделки, поскольку воля сторон по оспариваемой сделке не была направлена на предоставление и возврат заемных денежных средств.

 

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, направлена на искусственное создание кредиторской задолженности, что квалифицируется судом как злоупотребление лицами, совершившими оспариваемую сделку, своими гражданскими правами.

 

В отношении довода ФИО2 о пропуске срока исковой давности суд сообщает следующее.

 

В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. В соответствии с п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. В данном случае финансовый управляющий оспаривает сделку на основании ст. 10, ст.ст. 168, 170 ГК РФ. В соответствии с п. 2 ст. 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда российской Федерации от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен. Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга. В рассматриваемом случае суд установил основания для применения ст. 10 ГК РФ к действиям по оспариваемой сделке, в связи с чем приходит к выводу, что срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.

 

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

 

В соответствии с п. 1 ст. 61.6. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

 

При таких обстоятельствах, заявление финансового управляющего гражданина ФИО3 ФИО4 о признании недействительной сделкой Договор займа от 13.11.2014 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки следует признать обоснованным и подлежащим удовлетворению.

 

Что касается доводов апелляционной жалобы, то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

 

По сути, доводы апелляционной жалобы сводятся к следующему:

1) наличие вступивших в законную силу решений Симоновского районного суда г. Москвы, подтверждающих размер требований кредитора;

2) отсутствие у финансового управляющего права на оспаривание действительности заключенных договоров;

3) наличие у Должника в период 2020-2021 годов доходов, позволяющих вернуть сумму займов;

4) наличие у кредитора финансовой возможности предоставить займы;

5) отсутствие нарушений валютного законодательства;

6) противоречивость выводов суда первой инстанции.

 

Финансовый управляющий считает доводы апелляционной жалобы ФИО2 являются необоснованными, направленными на переоценку выводов суда первой инстанции, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

 

3.11.2014 между Должником и ФИО2 заключен беспроцентный договор займа, на сумму 100 000 евро со сроком возврата до 31.11.2017. По тексту оспариваемого договора указано, что денежные средства получены Должником наличными денежными средствами в день подписания договора. Таким образом, 13.11.2014 Должник якобы получил от ФИО2 наличные денежные средства в размере 100 000 евро, что по состоянию на 13.11.2014 было эквивалентно 5 785 750 руб. и 124 860 долл. США.

 

Судом первой инстанции установлено, что спорный договор займа от 13.11.2014 является недействительной сделкой ввиду недоказанности факта передачи денежных средств, отсутствии у ФИО2 финансовой возможности предоставить займ, займ был предоставлен без какого-либо обеспечения исполнения обязательства по их возврату, стороны нарушили положения действующего валютного законодательства, Должник и ФИО2 являются аффилированными лицами, воля обеих сторон была направлена на сокрытие реальных хозяйственных отношений с целью создания искусственной кредиторской задолженности.

 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на вынесенные Симоновским районным судом г. Москвы решений по делам № 2-3731/2020, № 2-3732/20, № 2 -3733/20, № 2-3734/20, № 2-3735/20, № 2-3736/20 от 09.11.2020. Довод заявителя о вступивших в законную силу решений по делам № 2-3732/20, № 2-3733/20, № 2-3734/20, № 2-3735/20, № 2-3736/20 от 09.11.2020 является не относимым к настоящему спору, поскольку в рамках указанных дел судом не сделано выводов в отношении оспариваемого договора займа от 13.11.2014.

 

В отношении вступившего в законную силу решения Симоновского районного суда г. Москвы по делу № 2-3731/2020 суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

 

Во-первых, довод заявителя со ссылкой на часть 3 статьи 69 АПК РФ об установлении судом общей юрисдикции фактических обстоятельств заключения договора займа, равно как и наличие финансовой возможности у кредитора предоставить займ при рассмотрении дела № 2-3731/2020 в Симоновском районном суде г. Москвы является необоснованным, поскольку вопрос финансовой возможности ФИО2 предоставить займ, а также обстоятельства передачи денежных средств Должнику судом не исследовался.

Во-вторых, наличие вступившего в законную силу судебного акта, которым взыскано денежное требование, не препятствовало суду проверить действительность сделки, положенной в основу денежного обязательства в рамках дела о банкротстве с учетом повышенного стандарта доказывания в таких делах. Как справедливо указал суд первой инстанции, предметом рассмотрения настоящего заявления является оспаривание самого факта заключения договора займа, а не установление факта неисполнения обязательств по договору займа, что являлось предметом искового производства.

 

При этом правовая квалификация сделок, данная судом по ранее рассмотренному делу, не образовала преюдиции по смыслу ст. 69 АПК РФ. Положения данной нормы освобождают от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключают возможность их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора. Оценка, данная судом обстоятельствам, которые были установлены в деле, рассмотренном ранее, не имела преюдициального значения при рассмотрении арбитражным судом другого дела. Арбитражный суд не был связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толковании правовых норм. Если суд, рассматривающий дело о несостоятельности (банкротстве), придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы. Правовые выводы не могли рассматриваться в качестве обстоятельств, не требующих доказывания.

 

При этом предметом исследования судом в деле о взыскании задолженности являлись:

- договор займа;

- расписка о получении денежных средств (по тексту договора займа).

Иными словами, суд общей юрисдикции исследовал пакет первичной документации, но не доказательства, на которые ссылается финансовый управляющий в настоящем обособленном споре.

 

Кроме того, в деле о взыскании задолженности применялся так называемый пониженный стандарт доказывания, возможный при рассмотрении гражданских дел вне рамок дела о несостоятельности (банкротстве). Финансовый управляющий не отрицает факта взыскания с Должника в пользу ФИО2 денежных средств по договору займа. Вместе с тем вопрос о финансовой возможности и о действительной передаче заемных денежных средств Должнику судами общей юрисдикции не исследовался.

 

Довод заявителя о том, что требования финансового управляющего относительно недействительности сделки не подлежали рассмотрению в деле о банкротстве является противоречащим самому Закону о банкротстве.

 

Ссылка ФИО2 на определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2018 № 305-ЭС18-8925 по делу № А41-38338/16 является несостоятельной, поскольку в указанном деле судом рассматривался вопрос о включении в реестр требований кредиторов задолженности, основанной на договоре поручительства, заключенного в обеспечение исполнения обязательств за третьего лица.

 

Вопреки доводам ФИО2 об отсутствии у арбитражного суда правомочий по исследованию фактических обстоятельств передачи денежных средств по договору займа в силу презумпций, установленных ст. ст. 432, 807, 812 ГК РФ, предметом доказывания по настоящему делу является установление факта предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями подписанных договоров займа.

 

При наличии введенной в отношении Должника процедуры банкротства, особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником и так далее.

 

Поскольку договор займа в силу положений вышеприведённой нормы права является реальной сделкой, следует установить факт передачи денежных средств, а применительно к настоящему делу – доказательства перечисления денежных средств Должнику посредством безналичных расчетов или снятия денежных средств со счета в пределах разумного периода.

 

Как следует из материалов дела, размер предоставленного займа составляет 100 000 евро. Раскрывая финансовую состоятельность, ответчик представил справку ПАО Сбербанк исх. №б/н от 07.08.2020, в соответствии с которой ФИО2 является VIP-клиентом Банка с 26.12.2017. За период с 10.09.2014 по 10.05.2015 суммарный баланс по счетам г-на ФИО22 составлял не менее 210 000 000 руб. Указанная справка ПАО Сбербанк не является относимым, допустимым и достаточным доказательством, подтверждающим финансовую возможность ФИО2 предоставить займ в размере 100 000 евро, поскольку не позволяет установить факт наличия денежных средств в иностранной валюте на счете и их снятия, что само по себе так же не может служить доказательством предоставления займа.

 

С учетом обстоятельств дела и характера обособленного спора для целей установления факта передачи денежных средств Должнику в иностранной валюте следует установить приобретение займодавцем валюты в размере, достаточном для предоставления займа. Доказательств конвертации рублей в иностранную валюту в материалы дела не представлено.

 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.10.2022 суд предложил ФИО2 представить сведения о том, с какого счета снимались денежные средства для предоставления займа. В нарушение ст. 65 АПК РФ ФИО2 не представлено достаточных и допустимых доказательств наличия финансовой возможности предоставить займ по оспариваемому договору. Несмотря на неисполнение обязательств по оспариваемому договору, ФИО2 в течение 11 месяцев регулярно выдает займы Должнику, каждый из которых выдается на три года на крупную сумму без установления процентов за пользование займом, что само по себе не характерно для стандартного поведения заимодавца. Кроме того, ни один из договоров займа не обеспечен залогом или иным способом.

 

Так, между Должником и ФИО2 были подписаны следующие договоры займа:

13.11.2014 на сумму 100 000 евро. со сроком возврата до 31.11.2017;

16.12.2014 на сумму 5 000 000 руб. со сроком возврата до 16.12.2017;

19.02.2014 на сумму 10 000 000 руб. со сроком возврата до 19.02.2018; 24.03.2015 на сумму 10 000 000 руб. со сроком возврата до 24.03.2018; 28.04.2015 на сумму 10 000 000 руб. со сроком возврата до 28.04.2018; 22.09.2015 на сумму 5 000 000 руб. со сроком возврата до 22.09.2018.

По тексту указанных договоров указано, что денежные средства получены Должником наличными денежными средствами в день подписания каждого из договоров. Таким образом, в течение 11 месяцев Должник якобы получил от ФИО2 наличные денежные средства в совокупном размере 100 000 евро 40 000 000 руб.

 

Согласно пунктов 3, 5 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

 

Критерии оценки действий сторон на предмет добросовестности отражены в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

 

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2014 год № 21 от 27.01.2015, за 2015 год № 3 от 01.02.2016, № 18 от 07.02.2016, № 1 от 07.04.2016 совокупный доход Должника за 2014 год составил 300 000 руб., за 2015 год составил 680 000 руб. Иными словами займы общей стоимостью 100 000 евро. и 40 000 000 руб. выданы кредитором Должнику, чей доход за 2 года не превысил 1 000 000 руб. Более того, сроки возврата займа по оспариваемым договорам наступали в период ноября-декабря 2017 года, февраля-сентября 2018 года.

 

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2017 год № 1 от 25.01.2018, № 2 от 25.01.2018, № 3 от 25.01.2018, № 1 от 30.01.2018 совокупный доход Должника за 2017 год составил 1 415 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2- НДФЛ за 2018 год № 2 от 15.01.2019, № 3 от 15.01.2019, № 1 от 16.01.2019, № 1 от 17.01.2019, № 1 от 19.02.2019 совокупный доход Должника за 2018 год составил 1 785 000 руб.

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2016 год № 1 от 16.01.2017, № 1 от 17.01.2017, № 1 от 18.01.2017, № 1 от 24.01.2017, № 22 от 19.01.2017 совокупный доход Должника за 2016 год составил 870 000 руб.

 

Таким образом, финансовое положение Должника не менялось за период с 2014 по 2018 годы и оставалось на уровне 500 000 руб. в год в 2014-2015 г.г. (период выдачи займов на сумму 100 000 евро и 40 000 000 руб.) и на уровне 1 600 000 руб. в 2017-2018 г.г. (срок наступления возврата займов). Получение денежных средств по договорам займа от ФИО2 не отражено в налоговой отчетности Должника.

 

Довод апеллянта о том, что в 2020 и в 2021 годах у Должника были доходы, достаточные для погашения требований всех кредиторов или их основной части является не состоятельным, поскольку займы ФИО2 якобы выдавались в период 2014-2015 г.г. со сроком возврата в период 2017-2018 г.г. в период, когда финансовое положение Должника не менялось и оставалось на уровне 680 000 руб. в год в 2015 году (период выдачи займов) и на уровне 1 600 000 руб. в 2017-2018 г.г. (срок наступления возврата займов).

 

Довод апеллянта о том, что судом не учтена информация, предоставленная финансовым управляющим в анализе банковский счетов от 12.10.2022, где указано, что в 2015 году на счет ФИО3 поступило 67 000 000 руб., а в 2016 – 40 600 000 руб. так же является несостоятельным по следующим основаниям. 

 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.07.2023 по настоящему делу в удовлетворении заявления ООО «ТРЕСПАН» о включении требования в размере 83 256 354 руб. 40 коп. в реестр требований кредиторов Должника отказано в полном объеме. 

 

Заявление ООО «ТРЕСПАН» было основано на следующих заключенных с Должником договоров займа:

от 15.06.2015, в соответствии с которым денежные средства перечислены Должнику на основании платежных поручений № 210 от 16.06.2015 в размере 5 000 000 руб., № 263 от 15.07.2015 в размере 2 500 000 руб., № 266 от 16.07.2015 в размере 1 500 000 руб., № 343 от 08.09.2015 в размере 1 000 000 руб.;

от 08.09.2015, в соответствии с которым денежные средства перечислены Должнику на основании платежных поручений № 344 от 08.09.2015 на сумму 4 000 000, а также № 217 от 04.08.2016 на сумму 3 000 000 руб.;

от 02.03.2016, в соответствии с которым денежные средства перечислены Должнику на основании платежного поручения № 94 от 04.03.2016 в размере 10 000 000 руб.

 

При этом, как следует из материалов обособленного спора, ООО «ТРЕСПАН» перечисляло денежные средства Должнику на основании иных договоров, в частности в платежном поручении № 217 от 04.08.2016 в назначении платежа указано «Перевод денежных средств по договору займа № б/н от 04.08.2016».

 

Отказывая в удовлетворении требования ООО «ТРЕСПАН» о включении в реестр кредиторов, суды первой и апелляционной инстанции признали заключенные договоры займа между ООО «ТРЕСПАН» и Должником недействительными сделками, поскольку при их заключении ействительная воля сторон не была направлена на достижение правовой цели, установленной ст.ст. 807, 810 ГК РФ, сделки являлись транзитными (финансирование совместного ресторанного бизнеса) и совершены между аффилированными лицами, в то время как само ООО «ТРЕСПАН» в период выдачи займов осуществляло убыточную деятельность. При этом финансовый управляющий не отрицал факт перечисления денежных средств ООО «ТРЕСПАН» Должнику.

 

Довод апеллянта о том, что финансовое положение Должника позволяло погасить выданные ФИО2 займы является необоснованными, поскольку факт перечисления денежных средств на счет Должника является лишь подтверждением наличия у последнего кредитных обязательств перед третьими лицами. Указанный довод равным образом не позволяет установить, что денежные средства были перечислены Должнику от ФИО2 При этом на расчетный счет Должника не поступали денежные средства в иностранной валюте евро.

 

Суд апелляционной инстанции учитывает, что поведение кредитора, выражающееся в длительном не истребовании имеющейся задолженности, так же не отвечает критерию добросовестности участников гражданского оборота. 

 

Решения Симоновского районного суда г. Москвы по делам № 2-3731/2020, 2-3732/2020, 2-3733/2020, 2-3734/2020, 2-3735/2020, 2-3736/2020 вынесены 09.11.2020. В период с 09.11.2020 кредитор процедуру банкротства в отношении Должника не инициировал, равно как и не предпринимал никаких действий, направленных на возврат задолженности Должником, заявление о включении в реестр требований кредиторов Должника направил лишь 20.07.2022, т.е. спустя 2 года с момента вынесения решений Симоновским районным судом г. Москвы. Обстоятельства заключения сделок, положенных в основу заявленных требований, свидетельствуют о согласованности сторон и их фактической заинтересованности по отношении друг к другу.

 

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

 

В период с 21.01.2015 по 26.07.2019 Должник состоял в браке с ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). У Должника и ФИО7 имеются двое несовершеннолетних детей: ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения). ФИО7 является дочерью ФИО2, что никем из сторон не оспаривается. В рассматриваемом случае ответчик является заинтересованным по отношению к Должнику лицом, поскольку, является родственником (отец супруги) Должника. 

 

Довод апеллянта о том, что дочь ФИО2 – ФИО7 никогда не имела совместного бизнеса с Должником является необоснованным и противоречащим фактическим обстоятельствам дела. Как следует из Выписок из Единого государственного реестра юридических лиц, а также открытых источников сайта www.rusprofile.ru, Должник и ФИО7 являлись учредителями в следующих компаниях: ООО «СТУДИО» (ОГРН 

<

***>) ФИО7 в период с 10.12.2014 по 14.01.2020, ФИО3 в период с 10.12.2014 по 17.08.2020; ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» (ранее ООО «ЛОКАЛ» (ОГРН 

<

***>)) ФИО7 в период с 10.12.2014 по 05.08.2020, ФИО3 в период с 10.12.2014 по 19.05.2021.

 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.01.2022 по делу № А40-270893/21-184-660 принято заявление ФИО9 от 10.12.2021 о признании ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» несостоятельным (банкротом), определением от 24.05.2022 в отношении ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10, являющийся членом Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

 

ФИО11 о признании ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» несостоятельным (банкротом) основано на решении Пресненского районного суда г. Москвы от 28.01.2021 по делу № 2-821/2021 (оставлено без изменения определением Московского городского суда от 18.06.2021), в соответствии с которым с ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС» в пользу ФИО9 по договору аренды нежилого помещения № 3/2019 от 03.09.2019 взыскан долг в размере 1 300 000 руб., неустойка в размере 300 000 руб., госпошлина в размере 23 319 руб. 50 коп.

 

Как следует из текста решения Пресненского районного суда г. Москвы от 28.01.2021 по делу № 2-821/2021, в связи с пандемией коронавируса 01.04.2020 между сторонами заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым арендная плата была снижена, при этом уплата арендной платы ответчиком не производилась, в связи с чем у ответчика сформировалась задолженность по внесению арендной платы в размере 1 300 000 руб. по состоянию на 27.10.2020. Из указанного следует, что, начиная с 01.04.2020 ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС», единственными участниками которого были Должник и ФИО7, испытывало затруднительное финансовое положение.

 

Данный вывод так же следует и из данных бухгалтерской отчетности, полученной из открытых источников Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурс БФО), в соответствии с которой по состоянию на 31.12.2020 общество осуществляло убыточную деятельность (размер убытков 2 381 000 руб.); размер кредиторской задолженности существенно увеличился по сравнению с 2019 годом (0 руб). и составил 6 697 000 руб. (ст. 1520), в связи с чем можно сделать вывод о том, что обязательства перед кредиторами не погашались, при том, что основные средства (внеоборотные активы) составляли всего 105 000 руб. (ст. 1150).

 

В условиях высокого риска банкротства и привлечения к субсидиарной ответственности (в рамках дела № А40-270893/21-184-660 находится на рассмотрении заявление кредитора о привлечении ФИО3 и ФИО7 к субсидиарной ответственности) ФИО2 28.04.2020 спустя 3 года после наступления срока возврата денежных средств по первому оспариваемому договору займа обращается в Симоновский районный суд г. Москвы с требованием о взыскании денежных средств с Должника по оспариваемым договорам займа. При этом на собственное банкротство Должник подает заявление 21.04.2022 (за 1 месяц до введения в отношении ООО «ГРУППА ЛОКАЛ ПЛЮС процедуры наблюдения).

 

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года по делу № 306-ЭС16-20056(6), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7).

 

Высшая судебная инстанция (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06 июля 2017 года № 308-ЭС17-1556(1) и № 308-ЭС17-1556(2), п. 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017) при решении вопросов о включении требований в реестр требований кредиторов указывает на необходимость детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

 

Поведение заявителя как аффилированного к Должнику лица, имеющего значительную сумму долга, при этом не предпринимающего действий, направленных на погашение задолженности Должником, не согласуется с разумным поведением лиц в гражданском обороте.

 

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению повышенный стандарт доказывания, для чего требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Финансовый управляющий как лицо, не участвовавшее в сделке, положенной в основу оспариваемой сделки, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время финансовый управляющий может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

 

При оценке доводов о пороках сделки нельзя ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку.

 

Как следует из пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, на аффилированном с должников кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве. В настоящем споре материалы дела свидетельствуют о том, что положенные в основу договоров займа обстоятельства носят мнимый характер, поскольку аффилированный кредитор не имел финансовой возможности предоставить займ на сумму 40 000 000 руб., обязательства по погашению которого принял Должник, не имеющий финансовой возможности вернуть займ.

 

Если предположить, что денежные средства передавались Должнику, то следует учитывать следующее. В материалах дела отсутствует информация о каких-либо местах работы, а также об источниках прибыли ФИО7. При этом в период брака с Должником на имя ФИО7 приобреталось дорогостоящее имущество, а именно:

- Земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107008:168, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Воскресенский; площадь 10 000 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:306, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 147 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:308, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 42 кв.м.;

- Здание, кадастровый номер 35:22:0107008:305, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 249,3 кв.м.;

- Земельный участок, кадастровый номер 35:22:0107030:1257, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; площадь 11 241;

- Сооружение коммунального хозяйства, кадастровый номер 35:22:0107008:300, местонахождение: Волгоградская область, р-н Череповецкий, д. Романово, Муниципальное образование Воскресенское, д. Романово; протяженность 291 м. Описание — Газовая труба, Газоснабжение реабилитационного центра;

- квартира (жилое помещение), кадастровый номер 77:07:0013003:27775, расположена по адресу: 

<

...>, площадь ,83,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора);

- квартира, кадастровый номер 77:07:0013003:27776, расположена по адресу: 

<

...> площадь 76,9 кв.м. (оставлена ей в рамках брачного договора).

- автомобиль Мерседес-Бенц GLE 400 4MATIC, 2015 г. выпуска, VIN 

<

***>, (в собственности у ФИО7 с 05.02.2016 по настоящее время).

Положения ч. 4 ст. 60 Семейного кодекса Российской Федерации не подлежат применению по следующим основаниям. Указанная апеллянтом норма СК РФ не может быть применена к рассматриваемым правоотношениям, поскольку они не являются семейными. Кроме того, указанное положение по структуре СК РФ содержится в Главе 11 «Права несовершеннолетних детей», из чего следует, что нормы, установленные данной главой, являются специальными и распространяют свое действие на определенных лиц – несовершеннолетних детей. Помимо этого, п. 1 ст. 54 СК РФ установлено, что ребенком признается лицо, не достигшее возраста восемнадцати лет (совершеннолетними). Между тем, ФИО7 является совершенной, поэтому нормы, установленные статьей 60 СК РФ к ней не применимы. Таким образом, довод апеллянта о применении п. 4 ст. 60 СК РФ является ошибочным, поскольку данная норма по указанным выше основаниям не подлежит применению к рассматриваемым отношениям.

 

Из материалов дела следует, что договор займа заключен в иностранной валюте на сумму 100 000 евро под 0% сроком до 31.11.2017. Пени за неисполнение обязательств по договору установлены в размере 0,1% от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки. Расписка в получении наличных денежных средств Должником в размере 100 000 евро имеется в тексте договора.

 

В пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2002 года (по гражданским делам), утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2002 указано, что с учетом того, что действующим законодательством не исключается нахождение в собственности граждан иностранной валюты и собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (ст. ст. 141, 209, 213 ГК РФ), при условии соблюдения предъявляемых к сделке требований производство расчетов между сторонами по сделке непосредственно в иностранной валюте либо указание в договоре на возможность расчетов таким способом само по себе не указывает на ничтожность сделки. Следовательно, на договор займа, содержащий указание на иностранную валюту, распространяются те же правила, что и на договор займа, заключенный в рублях.

 

Согласно пункту 3 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 04.11.2002 № 70 «О применении арбитражными судами статей 140 и 317 ГК РФ» в случае, когда в договоре денежное обязательство выражено в иностранной валюте без указания о его оплате в рублях, суду следует рассматривать такое договорное условие как предусмотренное пунктом 2 статьи 317 ГК РФ, если только при толковании договора в соответствии с правилами статьи 431 ГК РФ суд не придет к иному выводу. Согласно части 2 статьи 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах. В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

 

Согласно части 1 статьи 9 Закона о валютном регулировании, валютные операции между резидентами запрещены. Указанной норме корреспондируют положения письма Минфина РФ от 02.12.2004 «Об операциях, связанных с расчетами и переводами при предоставлении займа в иностранной валюте». В силу п. 3 ст. 14 Закона о валютном регулировании расчеты при осуществлении валютных операций производятся физическими лицами - резидентами через банковские счета в уполномоченных банках, порядок открытия и ведения которых устанавливается ЦБ РФ, за исключением следующих валютных операций, осуществляемых в соответствии с Законом о валютном регулировании: перевода физическим лицом - резидентом из Российской Федерации и получения в Российской Федерации физическим лицом - резидентом перевода без открытия банковских счетов, осуществляемых в установленном Центральным банком Российской Федерации порядке, который может предусматривать только ограничение суммы перевода, а также почтового перевода.

 

В соответствии с Указанием ЦБ РФ от 30.03.2004 № 1412-У «Об установлении суммы перевода физическим лицом - резидентом из Российской Федерации без открытия банковских счетов» - Банк России устанавливает, что при осуществлении валютных операций физическое лицо - резидент имеет право перевести из Российской Федерации без открытия банковского счета в уполномоченном банке иностранную валюту или валюту Российской Федерации в сумме, не превышающей в эквиваленте 5 000 долларов США, определяемой с использованием официальных курсов иностранных валют к рублю, установленных Банком России на дату поручения уполномоченному банку на осуществление указанного перевода. Общая сумма переводов физического лица - резидента из Российской Федерации без открытия банковского счета, осуществляемых через уполномоченный банк (филиал уполномоченного банка) в течение одного операционного дня, не должна превышать сумму, установленную настоящим пунктом.

 

Таким образом, заем денежных средств в иностранной валюте превышающий          5 000 долларов США, для целей соблюдения законодательства об обороте иностранной валюты в Российской Федерации, должен осуществляться исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках. Расчеты между физическими лицами в иностранной валюте наличными в сумме, превышающей 5 000 долларов США, прямо запрещены законом.

 

Фактически имеющиеся в деле документы говорят о том, что Должнику наличными денежными средствами якобы передана сумма 100 000 евро, т.е. в рассматриваемом случае займ предоставлялся в иностранной валюте в сумме в 23 раза превышающей установленный законом лимит (на момент подписания спорного договора 100 000 евро были эквивалентны 114 000 долларов США), а в качестве доказательства реального исполнения договора в деле имеется только расписка Должника, сведения об открытии специальных счетов отсутствуют.

 

Поскольку сумма займа в иностранной валюте многократно превышает установленный законом лимит, в деле отсутствуют сведения об открытии специальных счетов, можно сделать вывод, что в дело не предоставлены доказательства того, что денежные средства действительно передавались Должнику. Такую позицию финансового управляющего поддерживает судебная практика – Определение Верховного суда № 305-ЭС19-15871 от 30.09.2019, постановление 9ААС № 09-АП-9316/2019 от 10.04.2019, постановление 9 ААС № 09АП-10603/2019 от 08.04.2019, постановление 9ААС № 09АП-8277/2019 от 12.03.2019.

 

Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ. Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.09.2023г. по делу № А40-84673/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                  Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                                           О.В. Гажур 

                                                                                                                       А.Н. Григорьев 

 

 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.