ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва                                                                                                   А40-181210/22-113-1361

7 марта 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 6 марта 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 7 марта 2023 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Вакуленко А.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску АО «103 БТРЗ» к ООО «РТ-ДТЗ»,

третье лицо АО «Силикатный завод»,

о взыскании 19 237 038,16 рублей,

при участии:

от истца – Комогорцев Е.А. по доверенности от 9 января 2023 г.;

от ответчика – Максимова С.В. по доверенности от 22 декабря 2022 г.;

от третьего лица – не явился, извещён;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения в размере 447 673,61 рублей, перечисленных по договору от 6 июля 2016 г. № ДТЗ16-23-6/2 (далее – Договор 1) и в размере 284 144,98 рублей, перечисленных по договору от 6 июля 2016 г. № ДТЗ16-23-6 (далее – Договор 2), заключённым между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель), кроме того убытков в размере 18 505 219,57 рублей.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Треть лицо, извещённое о месте и времени судебного заседания надлежащим образом согласно статье 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), в судебное заседание не прибыло, представило отзыв на исковое заявление.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела,

Договор 1 заключён  на оказание услуг по строительному контролю по объекту «Модернизация и техническое перевооружение АО «103 БТРЗ» в 2012-2020 годах» в части «Реконструкция демонтажно-корпусного цеха и участка комплектования и консервации ЗИП»;

Договор 2 заключён на оказание услуг по строительному контролю по объекту «Модернизация и техническое перевооружение АО «103 БТРЗ» в 2012-2020 годах» в части «Реконструкция и техническое перевооружение производственного корпуса № 52 с организацией участка механических и тепловых работ».

По условиям указанных договоров ответчик принял на себя обязательства оказать услуги по исполнению функций технического заказчика, включая строительный  контроль, при строительстве объектов в рамках договоров, заключённых между заказчиком (АО «103 БТРЗ») и подрядчиком (АО «Силикатный завод»):

договор от 22 мая 2015 г. № 122 на реконструкцию демонтажно-корпусного цеха и участка комплектования и консервации ЗИП;

договор от 2 октября 2015 г. № 234 на реконструкцию и техническое перевооружение производственного корпуса № 52 с организацией участка механических и тепловых работ.

Уполномоченным представителем ответчика по ведению строительного контроля объектов «Реконструкция демонтажно-корпусного цеха и участка комплектования и консервации ЗИП» и «Реконструкция и техническое перевооружение производственного корпуса №52 с организацией участка механических и тепловых работ» была назначена инженер Гончарук Юлия Владимировна (приказ генерального директора ООО «ДТЗ-УВЗ» от 27 июня 2016 г. № 12-П, доверенность от 23 июня 2016 г. № 29; приказ генерального директора ООО «ДТЗ-УВЗ» от 9 января 2017 г.№ 1-П).

На основании п. 5.4.3 спорных договоров ответчик обязан был оказывать услуги качественно, в соответствии с требованиями Договоров, законодательства Российской Федерации, строительных, а также иных норм и правил в сроки, установленные договорами.

По условиям спорных договоров ответчик был обязан проверять и согласовывать предъявленные к оплате в отчётном месяце генподрядчиком выполненные работы, исполнительную документацию, КС-2 и КС-3 и обеспечивать своевременное оказание услуг таким образом, чтобы избежать задержек или промедления в выполнении СМР. Проверенный и принятый ответчиком экземпляр исполнительной документации передаётся заказчику (истцу) на утверждение и для принятия им выполненных генподрядчиком работ по КС-2 и КС-3 (раздел №5 договоров).

На основании п. 7.16 спорных договоров в случае некачественного оказания услуг исполнителем (ответчиком) по договорам исполнитель полностью компенсирует заказчику (истцу) убытки, понесённые заказчиком в результате некачественного оказания исполнителем услуг.

Как указывает истец, до момента заключения спорных договоров строительство объектов велось АО «Силикатный завод» согласно графиков выполнения работ, но после того, как ответчик начал осуществлять строительный контроль, работы больше не принимались, ввиду несогласования назначенным представителем ответчика Гончарук Ю.В.

До июня 2017 года генподрядчик по двум строящимся объектам (АО «Силикатный завод») продолжал выполнять работы и предъявлять документацию на проверку и оплату, но в июне 2017 приостановил выполнение работ.

АО «Силикатный завод» обратилось с иском к АО «103 БТРЗ» (дело А78-8998/19) о взыскании задолженности за выполненные генподрядчиком работы по договорам № 122 и № 234 в общем размере 49 173 848,06 рублей, сметной стоимости оборудования по договору № 122 в размере 6 011 474,32 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами по договору № 122 и № 234 за просрочку оплаты выполненных Генподрядчиком работ в размере 16 009 961,09 рублей, о произведении взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 1 декабря 2021 г. по день фактического исполнения обязательств, по правилам пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) по ключевым ставкам Банка России, действующим в соответствующие периоды на сумму 49 173 848,06 рублей.

В рамках судебного разбирательства по делу А78-8998/19 была произведена судебная экспертиза в том числе на предмет того, производились ли АО «Силикатный завод» работы по строительству спорных объектов в период с июля 2016 (с даты заключения договоров между истцом и ответчиком) по июнь 2017 (дата приостановления выполнения работ по объектам генподрядчиком АО «Силикатный завод») и соответствуют ли объёмы, качество, сроки выполнения работ сведениям, содержащимися в представляемой генподрядчиком исполнительной документации (которая проверялась ответчиком), в том числе в КС-2, КС-3.

Экспертами было установлено, что предъявляемые работы действительно выполнялись Генподрядчиком в заявленных объёмах и надлежащего качества.

По итогам изучения переписки судом был сделан вывод о том, что генеральный подрядчик после выполнения работ (не принятых) представлял АО «103 БТРЗ» КС-2. В дальнейшем заказчик передавал КС2, КС-3 ответчику, которое впоследствии возвращало их заказчику несогласованными и с замечаниями.

Ответчик был привлечён к участию в рассмотрении дела А78-8998/19 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

По мнению истца, начисленные проценты являются для него убытками, которые он будет вынужден понести вследствие некачественного оказания ответчиком услуг по спорным договорам.

По условиям договоров между истцом и генеральным подрядчиком авансирование основных работ составляет 60% от их стоимости. Таким образом, проценты за нарушение срока оплаты основных работ рассчитываются исходя из суммы составляющей 40% от стоимости выполненных и предъявленных на оплату работ.

Согласно расчёту истца, он произвёл оплату долга генподрядчику по решению суда по делу А78-8998/19, сумма процентов начисленных с 1 декабря 2021 г. по 16 июня 2022 г. составляет спорную сумму.

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от 28 февраля 2022 г. по делу А78-8998/19 вступило в законную силу 29 апреля 2022 г.

Решение по делу А78-8998/в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса является преюдициальным для настоящего дела.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации своем постановлении от 20 ноября 2012 г. № 2013/12 указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 57 разъяснено, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 ноября 2014 г. № 2528-О указал, что в системе правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса означает, что фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 г. № 1642-О и др.).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П разъяснено, что в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Замечания ответчика при оценке выполненных работ по КС-2 и КС-3, если бы они были обоснованными и нашли своё подтверждение при рассмотрении дела А78-8998/19, давали бы основания для отказа от приемки работ, поскольку ответчиком под сомнение ставится сам факт выполнения работ, большие расхождения в объемах работ, несоответствие работ проектно-сметной документации, качество выполнения работ и пр. Однако, эти замечания опровергнуты экспертизой и решением суда, из чего усматривается некачественное оказание услуг ответчиком, повлекшее убытки для истца, а также содействие в увеличении убытков вследствие бездействия ответчика по исправлению недостатков оказанных услуг.

В процессе исполнения договоров истец направлял ответчику письмо от 21 сентября 2016 г. № 10-2847 с опасениями о вероятных недостатках процесса строительного контроля, о предположительно недостаточной компетенции работника ответчика и о возможных убытках, вызванных действиями ответчика.

Отказ ответчика в приемке работ как в части направленных замечаний независимо от их существа (по объемам ли работ, факту выполнения, качеству или соответствию ПСД они сделаны или же по иным менее существенным причинам), так и в части по которой у ответчика замечаний не возникло влечет для истца неподписание КС-2 и КС-3. Первоочередную приемку работ полностью или в части должен был осуществить именно ответчик, а затем передать на утверждение эти документы истцу.

Отзыв ответчика не содержит доводов, которые бы давали материально-правовую или процессуально-правовую основу для опровержения позиции истца.

Вопреки доводам ответчика общая стоимость скорректированных актов не имеет значения для настоящего дела, а имеет значение сумма на которую произошла корректировка, имеет значение существо и количество замечаний ответчика в сравнении в замечаниями эксперта.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключённого между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 г. № 1399/13 по делу А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 2014 г. № Ф05-3051/14 по делу А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса устанавливает также, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. по делу № 310-ЭС14-142, А14-4486/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

При рассмотрении требований истца о взыскании неосновательного обогащения суд пришёл к следующим выводам.

По Договору 1 истец перечислил ответчику денежные средства в размере 746 403 рублей по платёжному поручению от 28 декабря 2016 г. № 15183.

При этом, стоимость оказанных ответчиком услуг составила 298 729,39 рублей, что подтверждается счету-фактурой от 7 ноября 2017 г. № 181.

Излишне уплаченная сумма по Договору 1 составляет 447 673,61 рубля.

По Договору 2 истец перечислил ответчику денежные средства в размере 443 559 рублей по платёжному поручению от 28 декабря 2016 г. № 15182.

При этом, стоимость оказанных ответчиком услуг составила 159 414,02 рублей, что подтверждается счёт-фактурой от 7 ноября 2017 г. № 180.

Излишне уплаченная сумма по Договору 2 составляет 284 144,98 рубля.

В порядке статьи 717 Гражданского кодекса истцом ответчику были направлены претензии, в которых было заявлено об отказе от договоров:

по Договору 1 претензия от 6 июля 2021 г. № 10-3274, вручённая ответчику 16 июля 2021 г.;

по Договору 2 претензия от 6 июля 20212 г. № 10-3273, направленная ответчику 14 июля 2021 г.

Перечисленная в качестве аванса сумма в спорном размере, по мнению истца, является неосновательным обогащением по смыслу статьи 1102 Гражданского кодека, так как ответчик без законных (договорных оснований) удерживает сумму аванса.

Статьей 1102 Гражданского кодекса установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо товаров (работ, услуг) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Таким образом, иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

При этом правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2000 г. № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» возможно истребование в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Основания для удержания перечисленных истцом денежных средств в спорном размере отсутствуют.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса).

Таким образом, из смысла указанной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер.

Согласно положениям статьи 1107 Гражданского кодекса на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

Согласно положениям пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Ответчик в судебном заседании доводов относительно суммы неосновательного обогащения не заявил, возражений не имел.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В силу части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Из материалов дела не усматривается несогласия ответчика с заявленными требованиями в части существа правоотношений. Доводов в обоснование своей правовой позиции о непризнании исковых требований ответчиком не представлено.

Согласно части 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В разъяснение указанной нормы права Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 6 марта 2012 г. № 12505/11 указал, что нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Таким образом, ответчик, которому суд разъяснил риск наступления неблагоприятных последствий в случае непредставления отзыва и доказательств в подтверждение своих возражений по каждому доводу заявителя, не оспорил и опроверг факты, указанные истцом в обоснование своих требований.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.  Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РТ-Дирекция технического заказчика» (ОГРН 5157746145442) в пользу акционерного общества «103 бронетанковый ремонтный завод» (ОРГН 1097524000640):

ущерб в размере 18 505 219 (восемнадцать миллионов пятьсот пять тысяч двести девятнадцать) рублей 57 копеек;

сумму неосновательного обогащения в размере 731 818 (семьсот тридцать одна тысяча восемьсот восемнадцать) рублей 59 копеек;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 119 185 (сто девятнадцать тысяч сто восемьдесят пять) рублей.

2.  Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев