ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-20791/2018

г. Вологда

17 февраля 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 февраля 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Зориной Ю.В., судей Зайцевой А.Я. и Романовой А.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжская электромонтажная компания» на решение Арбитражного суда Тверской области от 16 октября 2020 года по делу № А66-20791/2018,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Верхневолжская электромонтажная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Удомля Тверской области; далее - Общество) в лице ФИО2 (д. Хвалово Удомельского района Тверской области) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО3 (д. Остров Удомельского района Тверской области) и ФИО4 с требованием: признать недействительным договор купли-продажи между ФИО3 и ФИО4 б/н от 10.09.2016, обязать ФИО4 возвратить офисное помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 69:48:0080217:1318 ООО «ВЭК».

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО5 и  ФИО6.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 16 октября 2020 года по делу № А66-20791/2018 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Общество в лице ликвидатора не согласилось с судебным актом и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. Доводы жалобы сводятся к следующему. У истца отсутствует право обращения в Арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной, стороной которой Общество не является. В подтверждение признака неравноценности встречного исполнения в рамках дела № А66-15508/2018 была проведена экспертиза, по результатам которой суды признали, что спорная сделка оплачена по цене ниже рыночной на 49,5%, что не соответствует интересам Общества, и экономическая целесообразность заключения данного договора не доказана. При рассмотрении дела № А66-20791/2018 судом первой инстанции 08.09.2020 в целях приобщения к материалам дела и оценки действий эксперта ООО «ВЭК» предоставлена жалоба на действия эксперта ФИО7, поданная ООО «ВЭК» при рассмотрении Арбитражным судом Тверской области дела № 19156/2018. В данной жалобе имеются факты, подтверждающие факт общения эксперта ФИО7 и представителя истца ФИО8 вне судебного процесса. Судом первой инстанции не дана оценка представленной информации. Выводы суда первой инстанции о том, что совершение оспариваемых сделок в кратчайшие сроки обусловлено намерением ФИО2 подать заявление о выходе из состава участников общества не соответствует фактическим материалам дела. Факт направления ФИО2 заявления о выходе не нашел своего подтверждения. Самим истцом к исковому заявлению приложены протоколы общих собраний общества, из которых следует факт доведения до участников общества информации о совершении сделки по отчуждению спорного помещения.

ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в отсутствие их представителей в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование искового заявления истец (ФИО2) указывает, что является участником ООО «ВЭК», доля участия ФИО2 составляет 10 %                           от уставного капитала общества.

В состав участников общества также входят ФИО9, с долей участия 80 % и ФИО5 с долей участия 10 %.

До января 2016 года общество возглавлял отец истца – ФИО10, который в марте 2016 года скончался. С января 2016 года ООО «ВЭК» возглавляет ФИО9

Как только ФИО9 приступил к исполнению обязанностей Генерального директора, он совершил ряд сделок по отчуждению всех активов общества, а именно: - в феврале 2016 года был продан его матери самый крупный актив общества – нежилое помещение 1409,7 кв.м., кадастровый номер 69:48:0080217:457, расположенное по адресу: 

<

...>. Указанная сделка признана судом недействительной (дело А66- 4577/2016);

- в августе 2016 года была отчуждена вся техника;

- в августе 2016 года было продано нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> в котором располагался офис организации.

По мнению истца, указанные действия ФИО9 совершил потому, что ФИО2 было сделано заявление о намерении выйти из общества и попросить выплатить ему действительную стоимость доли, которая рассчитывается исходя из имущественного положения организации.

Заявление о выходе истец отправил представителю общества на электронную почту – Гребенец. Дальнейших действий по предоставлению оригинала заявления в адрес общества истец не осуществлял, поскольку ему стало известно о выводе активов общества.

В процессе рассмотрения дела № А66-15508/2018 установлено, что после совершения обжалуемой в рамках указанного дела сделки, а именно: договора купли-продажи помещения от 19.08.2016 года, заключенного между                         ООО "ВЭК" и ФИО3, 10.09.2016 ФИО3 продал офисное помещение отцу исполнительного органа ООО «ВЭК» ФИО4

Таким образом, ФИО3, по мнению истца, купив помещение, реально его не использовал, в связи с чем полагает, что совершенная сделка была экономически нецелесообразной и не повлекла никаких юридических последствий, а помещение фактически по договору безвозмездного пользования передано Обществу.

Истец полагает, что сделка, совершенная между ФИО3 и ФИО4 является притворной, совершена со злоупотреблением правом в ущерб Обществу.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 2 статьи 168 названного Кодекса установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - Постановление № 25) разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ). В данном пункте приведен и перечень статей ГК РФ, нарушение требований которых в силу прямого указания закона влечет ничтожность сделок.

Также в пункте 74 Постановления № 25 разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна или что к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Из приведенных норм ГК РФ и разъяснений по их применению следует, что сделка является ничтожной, если на ее недействительность прямо указано в законе и она нарушает публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц и если из закона не следует, что такая сделка является оспоримой.

Во всех остальных случаях сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью соответствующей сделки. В качестве одного из таких иных последствий в виде отказа в защите соответствующего права указано в статье 10 ГК РФ.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Как следует из материалов дела, ФИО9 от имени Общества ответчику ФИО3 было реализовано недвижимое имущество (нежилое помещение, площадью 175,3 кв.м., кадастровый номер 69:48:0080217:1318, расположенное по адресу: 

<

...>) на основании договора купли-продажи помещения от 19.08.2016 г.

В последующем ФИО3 реализовал ФИО4 недвижимое имущество (нежилое помещение, площадью 175,3 кв.м., кадастровый номер 69:48:0080217:1318, расположенное по адресу: 

<

...>) на основании договора купли-продажи помещения от 10.09.2016 г.

Стоимость реализованного имущества оценена сторонами в 4 600 000 руб.

В подтверждение оплаты по договору ответчиком представлена расписка в получении денежных средств (л.д. 140, т.1). По договору безвозмездного пользования имуществом от 01.10.2016 (л.д. 136-139, т. 1) Обществу ФИО4 безвозмездно предоставлено недвижимое имущество (нежилое помещение, площадью 175,3 кв.м., кадастровый номер 69:48:0080217:1318, расположенное по адресу: 

<

...>) сроком по 30.12.2021 г. Вступившим в законную силу решением арбитражного суда Тверской области от 28 октября 2019 года по делу № А66-15508/2018 признан недействительным договор купли-продажи помещения от 19 августа 2016 года, заключенный между ООО "ВЭК" и ФИО3.

В качестве обстоятельств позволяющих признать договор недействительным судом указано, что заключённый договор между ФИО3 и Обществом в лице его генерального директора ФИО9, владеющего долей в уставном капитале в размере 80%, фактически прикрывает сделку по отчуждению спорного имущества между заинтересованными лицами - директором Общества и его отцом; стороны оспариваемого договора купли-продажи не имели намерения создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия, что подтверждается, в том числе и действиями сторон, которые в короткий временной промежуток после подписания спорного договора заключили договор об отчуждении помещения отцу генерального директора Общества. 

В подтверждение признака неравноценности встречного исполнения в рамках дела № А66-15508/2018 проведена экспертиза, по результатам которой суды, признали, что спорная сделка оплачена по цене ниже рыночной на 49,5 %, что не соответствует интересам Общества, и экономическая целесообразность заключения данного договора не доказана.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом проанализированы оспариваемые сделки купли-продажи, и установлено, что в результате последовательной реализации из актива Общества выбыло имущество с нарушением порядка, предусмотренного статьей 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

При этом, согласно пункту 88 Постановления № 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Участники общества (корпорации) на основании положений пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ и статьи 8 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" вправе участвовать в управлении делами общества (корпорации).

Транзитный характер совершенных сделок, свидетельствует о наличии у сторон сделки намерения их совершения в ущерб интересам независимым участникам Общества, что, в свою очередь свидетельствует о притворности оспариваемых сделок.

Установленные в рамках дела № А66-15508/2018 обстоятельства позволяют заключить, что ФИО3 не имел намерений приобретать имущество и использовать его в своей деятельности и выступил посредником при совершении прикрываемой сделки. 

Оспариваемые сделки совершены на нерыночных условиях. То есть, ФИО3 при заключении договора от 10.09.2016 с ФИО4 не имел цели получить выгоду от реализации имущества.

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, в пользу вывода о том, что оспариваемые сделки совершены с целью прикрыть сделку по отчуждению имущества от ООО «Верхневолжская электромонтажная компания» к ФИО4, свидетельствует также совершение оспариваемых сделок в кратчайшие сроки после намерения ФИО2 подачи заявления о выходе из состава участников общества, и сохранение последним приобретателем - ФИО4 права собственности на имущество, в отношении которого они совершены, до настоящего времени. 

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно частями 1, 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Постановлением № 25 предусмотрено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ) (пункт 7).

По смыслу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда другим лицам.

На основании разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления № 25, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В этой связи суд первой инстанции пришел к верному выводу, что заключение прикрываемого договора - сделки по отчуждению обществом в пользу ФИО4 принадлежащего обществу недвижимого имущества было направлено исключительно на уклонение Общества от исполнения своей обязанности по выплате действительной стоимости доли вышедшему из его состава участнику ФИО2.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правильно заключил, что прикрываемая сделка является ничтожной как нарушающая установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции имелись основания для признания оспариваемой сделки недействительной.

Заявляя требования о признании недействительным договор купли- продажи, истец просил также применить последствия недействительности сделки.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ). Последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду.

При таких обстоятельствах спорное имущество правомерно возвращено в собственность Общества.

Доводы апеллянта о том, что у общества отсутствует право на обращение с настоящим иском в суд, поскольку общество не совершало сделку по отчуждению спорного имущества ФИО4, подлежат отклонению, поскольку данная сделка совершена опосредованно, через ФИО3, что установлено в рамках дела № А66-15508/2018.

Ссылка апеллянта на жалобу относительно проведенной в рамках дела № А66-15508/2018 экспертизы правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку результаты проведенной экспертизы не признаны недействительными.

Доводы подателя жалобы о том, что 24.06.2016 до участников общества была доведена информация по отчуждению спорного имущества, отклоняются, поскольку в рамках дела № А66-15508/2018 с достоверностью установлено, что по вопросу продажи нежилого помещения по адресу:  

<

...> по цене 4 000 000 руб., в том числе НДС 18 % ФИО3 участники ООО «ВЭК»: ФИО2 (10% Уставного капитала) и ФИО5 (10% Уставного капитала) голосовали против, а ФИО9 (80% Уставного капитала) голосовал за продажу нежилого помещения. Решение об одобрении сделки в совершении которой имеется заинтересованность лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общим собранием участников Общества, отсутствует.Кроме того, согласно представленному истцом рукописному протоколу, на повестку дня собрания вопрос о продаже спорного имущества именно покупателю - ФИО3 не ставился.

Ссылаясь на отсутствие заявлений ФИО2 о предстоящем выходе из состава участников общества, апеллянт не обосновал необходимость отчуждения активов общества в обход закона.

С учетом вышеизложенного, апелляционная коллегия считает, что судом первой инстанции полно исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального не установлено, в связи с чем, правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Тверской области от 16 октября 2020 года по делу № А66-20791/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжская электромонтажная компания» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Ю.В. Зорина

Судьи

А.Я. Зайцева

А.В. Романова