ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-47630/2020

26 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд1  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2025 года 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Морозовой Н.А., Радченко А.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Беляевой Д.С., 

при участии:  

от бывшего руководителя должника ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 21.11.2024),  

от кредитора ФИО3 – представителя ФИО4 (доверенность от 03.03.2025),  

конкурсного управляющего ФИО5 (паспорт), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО6 (регистрационный номер 13АП-14092/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2025 по обособленному спору № А56-47630/2020/сд.1 (судья Голоузова О.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Группа компаний «Роллман»,  

установил:

ООО «Единый центр безопасности» (заменено на правопреемника - ФИО7) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ПАО «Группа компаний «Роллман» (далее – ПАО «ГК «Роллман») несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 27.07.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротству) ПАО «ГК «Роллман».  

Определением арбитражного суда от 10.11.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.  

Решением арбитражного суда от 26.03.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыта процедура конкурсного  

производства сроком, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.  

В арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с заявлением, в котором просит суд:  

- признать договор № 04-КП-ТС купли-продажи транспортного средства (автомобиля), заключенный 27.04.2018 между ПАО «ГК «Роллман» и ФИО6 (далее – ответчик), недействительной сделкой;  

- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника рыночную стоимость транспортного средства СКАНИЯ P114 GA 4X2 NZ 330 (VIN 8A3P4X2A0Y3521708, год выпуска 2002, государственный регистрационный знак 

<

***>) в размере 2 250 000 рублей.  

Определением от 23.04.2025 арбитражный суд признал договор купли-продажи от 27.04.2018 № 04-КП-ТС недействительной сделкой и обязал  

ФИО6 вернуть имущество в конкурсную массу ПАО «ГК «Роллман». 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определении от 23.04.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.  

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что не был надлежащим образом извещен о начатом судебном разбирательстве, по месту жительства отсутствовал из-за разъездного характера работы (осуществление грузоперевозок за пределами Санкт-Петербурга и Ленинградской области). Таким образом, ответчик не имел возможности представить отзыв и доказательства в подтверждение возражений. Ответчик утверждает, что в момент покупки транспортное средство находилось в нерабочем состоянии. Конкурсный управляющий сравнивал аналоги по объявлениям, размещенным в 2024 году, тогда как сделка совершена в 2018 году – стоимость транспортных средств существенно отличается. ФИО6 ссылается на договор купли-продажи от 28.02.2018, по которому ПАО «ГК «Роллман» приобрело тягач седельный за 35 400 рублей. Указанный договор передан ему должником в момент совершения оспариваемой сделки. Податель жалобы также обращает внимание на то, что оплата в сумме 80 000 рублей отражена в выписке по счету должника. ФИО6 утверждает, что не является заинтересованным лицом, о неплатежеспособности должника не знал, равно как и не мог отслеживать наличие просроченных обязательств ПАО «ГК «Роллман». Сделка носила реальный характер. Цена сделки являлась рыночной, что подтверждается заключением от 01.04.2025 № З2025-104, которое ФИО6 передал бывший руководитель должника.  

К апелляционной жалобе приложены дополнительные доказательства – договор купли-продажи от 28.02.2017 между ЗАО «Промышленная группа «Эдельвейс» и должником, заключение от 01.04.2025 № З2025-104, агентский договор-заявка на перевозку груза от 26.03.2025 № 1788И, ПТС, СТС.  

ФИО1, полагающий себя третьим лицом, представил отзыв, в котором поддерживает доводы апеллянта, ссылаясь на заключение от 01.04.2025 № З2025-104 и стоимость приобретения тягача седельного до совершения сделки. К отзыву приложены дополнительные доказательства.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.  

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, а конкурсный управляющий и представитель кредитора возражали против отмены судебного акта.  

Управляющий пояснил, что в течение нескольких месяцев должник при наличии задолженности перед кредиторами продал более 18 транспортных средств, в том числе в пользу аффилированных лиц. С заключением управляющий знаком, но полагает его ненадлежащим доказательством, поскольку оно составлено на основании акта осмотра техники от 26.03.2018 № 22/2 механиком ФИО9 – работником должника.  

Заслушав доводы участников заседания, суд апелляционной инстанции поставил на обсуждение вопрос о проведении экспертизы рыночной стоимости транспортного средства. Конкурсный управляющий сообщил, что финансирование расходов на ее проведение невозможно, в конкурсной массе отсутствуют денежные средства. Представитель ФИО1 не возражал, но оплачивать расходы также отказался.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции указал на то, что дело будет рассмотрено по имеющимся в нем доказательствам.  

При этом оснований для приобщения к материалам обособленного спора от заключения 01.04.2025 № З2025-104 и договора купли-продажи от 28.02.2017 между ЗАО «Промышленная группа «Эдельвейс» и должником не имеется.  

В силу части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.  

Суд первой инстанции установил адрес регистрации ответчика по месту жительства в органах миграционного учета и направил ему определение о возбуждении производства по обособленному спору о признании сделки недействительной. Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № 19085496390635 письмо прибыло в место вручения 14.02.2025, передано почтальону, 14.02.2025 состоялась неудачная попытка вручения, а 22.02.2025 конверт с определением суда возвращен в связи с истечением срока хранения на почте.  

Ссылаясь на разъездной характер деятельности, ФИО6 представил агентский договор-заявку на перевозку груза от 26.03.2025 из Новосибирска в Красноярск. Вместе с тем, суд первой инстанции извещал ответчика за месяц до того, как ФИО6 должен был уехать в командировку. Доказательств отсутствия его в феврале 2025 года в Санкт-Петербурге не представлено.  

Апелляционная жалоба ФИО6 подана в установленный законом срок.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце пятом пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не могут рассматриваться в качестве уважительных причин необходимость согласования с вышестоящим органом (иным лицом) вопроса о подаче апелляционной жалобы, нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица, обратившегося с апелляционной жалобой.  

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).  

Приведенные разъяснения, касающиеся восстановления процессуальных сроков, могут быть учтены и при решении вопроса о приобщении дополнительных доказательств.  

Учитывая, что ответчик надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, то руководствуясь частью 2 статьи 268 АПК РФ, апелляционная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для приобщения к материалам дела дополнительных доказательств, приложенных к апелляционной жалобе, поскольку уважительных причин невозможности раскрытия доказательств в суде первой инстанции ответчик не привел.  

Равным образом апелляционная коллегия не приобщает к материалам дела те же самые доказательства, приложенные к отзыву ФИО1  

Из материалов настоящего спора следует, что ФИО1 участвовал в рассмотрении спора в суде первой инстанции, его представитель являлся в судебное заседание (л.д. 15), в связи с чем он не был лишен возможности представить доказательства, на которые он ссылается. Уважительных причин, препятствовавших представить доказательства в суд первой инстанции, ФИО1 не привел.  

Законность и обоснованность определения проверена в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.  

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы и возражения ФИО1 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов спора, между должником (продавец) и ФИО6 (покупатель) 27.04.2018 заключен договор купли-продажи транспортного средства № 04-КП-ТС, согласно которому ПАО «ГК «Роллман» передал ответчику транспортное средство СКАНИЯ P114 GA 4X2 NZ 330 (VIN 8A3P4X2A0Y3521708, год выпуска 2002, номер двигателя DC1107L018001925, номер кузова 8A3P4X2A0Y3521708, цвет кузова красный, мощность двигателя 330,0 л.с. (247,7 кВт), рабочий объем двигателя 11 000 куб.см., паспорт транспортного средства 78 НТ 389366, выдано МРЭО ГИБДД № 7 по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 17.02.2014, государственный регистрационный знак 

<

***>).  

В пункте 2 стороны определили стоимость продаваемого транспортного средства в размере 80 000 рублей.  

Согласно пункту 3 договора оплата за транспортное средство производится покупателем путем перевода денежных средств на счет продавца, указанный в договоре, срок оплаты – в течение 90 дней с даты подписания договора.  

Конкурсный управляющий самостоятельно провел оценку рыночной стоимости транспортного средства путем сравнительного анализа ценовых предложений о продаже аналогичных транспортных средств с сайтов Auto.drom.ru, Avito.ru, согласно которой рыночная стоимость спорного транспортного средства составила 2 250 000 рублей, вместо указанной в договоре стоимости 80 000 рублей. Согласованная в договоре стоимость транспортного средства занижена в 28 раз.  

Согласно выписке из государственного реестра транспортных средств от 17.12.2024, право собственности на транспортное средство на данный момент принадлежит ответчику.  

Дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 27.07.2020, а оспариваемая сделка совершена 27.04.2018, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом - в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Конкурсный управляющий заявил о недействительности сделки как по вышеуказанной специальной норме Закона о банкротстве, так и по статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснения в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности договора купли-продажи от 27.04.2018 по специальным основаниям, поскольку стоимость тягача седельного занижена многократно, покупатель, приобретая транспортное средство у юридического лица по очевидно заниженной цене, проявляя разумную степень осторожности и предусмотрительности, обязан был оценить финансовое состояние должника, и в данном случае, исходя из имеющихся в свободном доступе сведений (решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы по делу № 2-6467/2017 от 14.12.2017 о взыскании долга) не мог не узнать о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Сделка причинила вред кредиторам должника, поскольку транспортное средство выбыло из состава активов должника при отсутствии равноценного встречного предоставления.  

Доводы подателя жалобы не создают оснований для отмены судебного акта.  

Вопреки утверждению апеллянта и бывшего руководителя должника, суд не признавал сделку недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10, 170 ГК РФ.  

Транспортное средство передано ответчику и используется им до настоящего времени, что не оспаривается участниками дела. Вопреки утверждениям конкурсного управляющего в выписке по счету должника, открытому в Банке СГБ (АО), действительно отражено поступление денежных средств от ФИО6 на сумму 80 000 рублей 27.04.2018 «за а/м СКАНИЯ».  

Таким образом, сделка имела реальный характер: право собственности передано покупателю, а должник получил оплату за проданный товар.  

Если совершение сделки нарушает закрепленное в пункте 1 статьи 10 ГК РФ предписание о запрете осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, совершения действий в обход закона с противоправной целью, иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом), и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, такая сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пункту 2 статьи 168 ГК РФ (пункты 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В данных разъяснениях идет речь о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.  

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, либо с ненадлежащим встречным предоставлением является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в ГК РФ.  

Спорная сделка не выходит за пределы диспозиции, изложенной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.  

Договор заключен 27.04.2018, то есть в трехлетний период подозрительности.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

При проверке сделки на предмет подозрительности установлению подлежит факт причинения вреда (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023, определение  

Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258).  

Сделка совершена при неравноценном встречном исполнении. 

Ни в договоре, ни в акте приема-передачи тягача седельного не отражены столь существенные недостатки транспортного средства, которые повлекли снижение его стоимости до 80 000 рублей. По мнению апелляционной коллегии, даже стоимость годных остатков (металлолома), оставшегося от существенного по своим размерам транспортного средства - СКАНИЯ P114 GA 4X2 NZ 330, не могла составлять в 2018 году указанную в договоре сумму.  

ФИО6 не сообщил о том, каким образом был использовано транспортное средство после покупки, производил ли он ремонт, если объект договора действительно находился в состоянии тотального разрушения. Из договора не следует, что транспортное средство вообще имело какие-либо повреждения или значительный износ.  

Несмотря на то, что конкурсный управляющий при оценке стоимости аналогов использовал объявления о продаже за 2024 год, а за период с даты совершения сделки (в течение 6 лет) стоимость тягачей седельных могла существенным образом измениться, апелляционная коллегия полагает, что удорожание не могло произойти в 28 раз.  

Иными словами технически исправный тягач седельный не мог быть отчужден в 2018 году за 80 000 рублей, даже несмотря на дату выпуска транспортного средства, поскольку такие же транспортные средства 2002 года выпуска по оценке управляющего в 2024 году стоят около 2 250 000 рублей.  

Надлежащих доказательств неудовлетворительного технического состояния транспортного средства на дату его отчуждения в пользу ответчика не представлено. Акт приема-передачи автомобиля свидетельствует об обратном.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии достоверных доказательств наличия у транспортного средства недостатков, обусловивших снижение его рыночной стоимости почти в 28 раз до 80 000 рублей.  

Выбытие из конкурсной массы должника дорогостоящего актива в отсутствие равноценного встречного эквивалента должно быть квалифицировано как причинение вреда.  

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления № 63).  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2) изложена правовая позиция, согласно которой при разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.  

В данном случае согласование сторонами договора цены транспортного средства в размере 80 000 рублей с учетом недоказанности факта технически  

неисправного состояния, при рыночной цене аналогичного имущества не менее 2 250 000 рублей, свидетельствует о ее явном и очевидном занижении.  

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и разумными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).  

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что продавец избавляется от имущества по заниженной (бросовой) цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.  

 Совокупность установленных обстоятельств спора и приведенных конкурсным управляющим доводов свидетельствует в пользу того, что отчуждение имущества осуществлено по заниженной цене и направлено на вывод актива из конкурсной массы.  

На момент совершения сделки должник уже имел неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе ФИО10 и иными физическими лицами (договоры обратного выкупа акций), чьи требования включены в реестр требований кредиторов.  

Ответчик, будучи второй стороной сделки, процессуальной активности не проявил – в судебные заседания не являлся, отзывов не представил, документально подтвержденных контраргументов не привел.  

В данном случае обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Учитывая, что выбытие имущества из конкурсной массы должника по оспариваемому договору не обеспечивалось равноценным встречным предоставлением, в результате причинило вред кредиторам, что не могло не осознаваться обеими сторонами сделки, вывод суда первой инстанции о совершении убыточной сделки, и, как следствие, причинение вреда кредиторам, соответствует фактическим обстоятельствам дела.  

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с наличием оснований для признания оспариваемого договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Поскольку автомобиль не выбыл из собственности ответчика, суд первой инстанции обоснованно истребовал его в пользу должника.  

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.  

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2025 по обособленному спору № А56-47630/2020/сд1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий М.В. Тарасова  

Судьи Н.А. Морозова А.В. Радченко