Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-2947/2019

г. Владивосток

12 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 октября 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.М. Синицыной,

судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 

индивидуального предпринимателя ФИО2,

общества с ограниченной ответственностью «Фордевинд», 

апелляционные производства №№05АП-4480/2021, 05АП-4668/202, 

на решение от 25.05.2021 судьи О.А. Шипуновой 

по делу № А51-2947/2019 Арбитражного суда Приморского края,

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «Фордевинд»,

индивидуальному предпринимателю ФИО3

третье лицо: краевое государственное унитарное предприятие «Приморский водоканал»

о взыскании 6 296 024 рублей 91 копейки убытков,

при участии:

от истца: представитель ФИО4, по доверенности от 25.12.2020;

от ООО «Фордевинд»: адвокат Рыбачук А.Л., по доверенности от 10.04.2021;

от ИП ФИО3 – лично, паспорт; адвокат Юрченко Л.А., по доверенности от 15.08.2019;

от третьего лица: не явились,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Фордевинд» (далее – ООО «Фордевинд»), индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о взыскании солидарно 6 296 024 рублей 91 копейки убытков (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Приморского края от 16.04.2019 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечено краевое государственное унитарное предприятие «Приморский водоканал» (далее – третье лицо, КГУП «Примводоканал»). 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 25.05.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истица обратилась в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что акт затопления (подмочки) товаров составлялся в течение 2-х суток (с 18.07.2018 по 20.07.2018), а акт списания товаров от 30.07.2018 является отдельным документом, не являющимся приложением к акту затопления. На основании изложенного не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что акт затопления составлен не в день обнаружения затопления, а намного позже. Полагает, что ООО «Фордевинд» вводил истца в заблуждение, не подписав акт затопления после определения размера ущерба (20.07.2018), несмотря на его устные обещания. Не согласен с критической оценкой суда относительно выводов заключения специалиста №047/ЭН-18 от 17.10.2018. Так, утверждает, что в отношении товара, не подлежащего идентификации, у специалиста не было другой возможности определить его количество в стоимостном выражении, кроме как учитывать данные первичных документов. При этом отмечает, что исследование товара специалистом в месте его затопления было невозможно в связи с затрудненными условиями (критической влажности) и последующей необходимости перевезти товар на другой склад по требованию ответчика. Также считает, что специалист надлежащим образом провел осмотр и подсчет товаров с учетом его огромного ассортимента. По мнению истицы, никаких регламентов, предусматривающих порядок определения порчи товара, не существует, а требования Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» на вышеназванное заключение специалиста не распространяются. Апеллянт не согласен с заключением независимого аудитора, так как, по его утверждению, он не обязан вести складскую книгу, а документы с указанными аудитором недочетами составляют небольшой процент от всей первичной документации. Обращает внимание, что на складе истицы в городе Артеме какое-либо имущество до момента привоза поврежденного товара со склада в городе Владивостоке отсутствовало, при этом поврежденный товар был выгружен на данный склад в присутствии специалиста, после чего тот приступил к его осмотру. В отношении здания в городе Уссурийске истица пояснила, что она там какую-либо деятельность не осуществляет. Ссылается на пояснения единственного своего поставщика – ООО «ТК Рейл Континент Владивосток» о том, что весь перевозимый в период с сентября 2017 года по июль 2018 года доставлялся по адресу склада в городе Владивостоке, в котором произошло затопление. Относительно выводов заключения эксперта ФИО5 от 15.01.021 поясняет, что процедура вывоза товара со склада в городе Артеме с описью каждой его единицы была невозможна ввиду огромного ассортимента товара и невозможности его идентификации, а также ссылается на некорректность ответов эксперта, данных им в судебном заседании на вопросы своего представителя. Поясняет, что сопоставление товаров с первичными документами (товарными накладными) невозможно ввиду особенности оформления документов на товар с огромным ассортиментом. Полагает важным отметить, что истица предупреждала ООО «Фордевинд» в рамках телефонных переговоров о предпринимаемой ей процедуре подсчета товара на затопленном складе, а в последующем направляла в его адрес претензию о возмещении убытков. Также указывает на то, что о факте вывоза товара с данного склада ООО «Фордевинд» было осведомлено, так как такой вывоз осуществлялся по его требованию. Считает, что последующая утилизация части товара производилась в целях безопасности здания склада. Истец  настаивает на том, что доказал размер своих убытков, а поведение ответчиков, которые несмотря на свою осведомленность о факте затопления, не предприняли действий по установлению размера причиненного таким затоплением убытков, является недобросовестным.

Также со своей апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд обратилось ООО «Фордевинд», которое просит исключить из мотивировочной части решения вывод суда о принадлежности не разграниченных инженерных систем здания, находящегося по адресу: 

<

...>, включая ввод №10079, обоим ответчикам на праве общей долевой собственности. В обоснование доводов своей жалобы общество указывает, что тот факт, что ФИО3 является собственником сетей водоснабжения, подтверждается мировым соглашением от 01.02.2010, утвержденным определением Арбитражного суда Приморского края от 01.02.2010 по делу №А51-294/2009 и актом приема-передачи от 04.03.2010. Кроме того, согласно пункту 3 договора от 10.02.2011, заключенного между ответчиками, граница ответственности ФИО3 начинается от места врезки за первой стеной корпуса 1 (цокольный этаж) как системы водоснабжения, так и канализации. Новый водомерный узел с учетом, вводимый в эксплуатацию ФИО3, установлен на первом этаже 4-х этажного корпуса 1, принадлежащем ФИО3, параллельно учету ООО «Фордевинд».

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2021 и 22.07.2021 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 10.08.2021.

Рассмотрение апелляционных жалоб в порядке статьи 158 АПК РФ откладывалось до 05.10.2021.

До начала судебного заседания через канцелярию суда от ИП ФИО3 поступили дополнительные возражения на апелляционные жалобы, которые в порядке статьи 262 АПК РФ были приобщены к материалам дела.

В судебном составе, рассматривающем настоящее дело, в связи с нахождением судьи Е.Н. Шалагановой в отпуске на основании определения суда от 05.10.2021 произведена ее замена на судью Д.А. Глебова и рассмотрение апелляционных жалоб в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ начато с начала.

В заседание суда 05.10.2021 третье лицо, извещенное о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явилось, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалобы рассмотрены в отсутствие указанного лица.

Представитель истицы огласил доводы своей апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела, решение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, возразил против доводов апелляционной жалобы ООО «Фордевинд».

Представитель ООО «Фордевинд» огласил доводы своей апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела, решение суда первой инстанции просил изменить в мотивировочной части по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, возразил против доводов апелляционной жалобы истицы.

ИП ФИО3 и его представитель против доводов апелляционных жалоб возразили, обжалуемое решение сочли законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Представители сторон пояснили суду, что они согласны с тем, что отсутствует общая долевая собственность на какие-либо инженерные сети в здании по адресу: 

<

...>.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый судебный акт подлежит изменению в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, 15.08.2017 между ООО «Фордевинд» (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения №28/17, по условиям которого арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование, а арендатор принимает принадлежащее арендодателю помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, общей площадью 300 кв.м, расположенное на первом этаже (далее – спорное помещение), и обязуется вносить арендную плату в размере, порядке и в сроки, предусмотренные настоящим договором. 

Помещение передается в аренду для использования под складское помещение (пункт 1.2 договора). 

01.09.2017 стороны договора подписали акт приема-передачи нежилого помещения, согласно которому техническое состояние помещения является удовлетворительным. 

18.07.2018 в 08 часов 30 минут работник истицы – ФИО6 обнаружила затопление спорного помещения и находящегося в нем товара, о чем составлен акт затопления (подмочки) товара в помещении от 18.07.2018 (далее – акт от 18.07.2018) с перечнем поврежденного товара на общую сумму 6 296 024,91 рублей. 

В указанном акте указано, что предполагаемой причиной затопления помещения является порыв трубы, которая имела определенную степень коррозии. Вследствие затопления помещения товару, указанному в пункте 1 настоящего акта, были причинены следующие повреждения: товар намок, упаковки раскисли и потеряли товарный вид, механизмы в игрушках стали нерабочие, мягкая игрушка напиталась водой и потеряла форму, на всем товаре пошла плесень и ржавчина, в музыкальных игрушках окислились механизмы и потекли батарейки, машины на радиоуправлении пришли в негодность, у игрушек из дерева повело форму. У всего товара появился затхлый запах. Весь затопленный товар снят с продажи и не подлежит дальнейшей реализации. У рабочих столов деформированы ножки, компьютеры также были подмочены и система вышла из строя (пункты 2 и 3 акта). 

Для ликвидации затопления помещения, указанного в пункте 1 настоящего акта, приняты следующие меры: вызывали машину для откачки воды, были приглашены дополнительные рабочие лица для помощи в устранении потопа. Сотрудники работали в три смены, в том числе и ночью. Закуплены материалы (тряпки, перчатки, коробки, мешки, тележки, инструменты). Наняты грузовики для вывоза мусора и раскисших коробок. Был приглашен технический программист для восстановления компьютерной системы (пункт 5 акта). 

Для составления акта от 18.07.2018 истицей в адрес КГУП «Примводоканал» направлено приглашение, в ответ на которое предприятие письмом №11-17/8581 от 07.08.2018 сообщило, что в его хозяйственном ведении наружные водопроводные сети, проходящие в районе ул. Татарская, д. 9, не значатся. Также предприятие указало, что согласно акту к договору на отпуск воды №893 балансодержателем наружных водопроводных сетей, проходящих в районе ул. Татарская, д.9, является ООО «Фордевинд». 

19.07.2018 КГУП «Примводоканал» составил акт №6126 технического осмотра водопроводно-канализационных устройств, согласно которому производился технически осмотр водопроводного ввода №10079, Ø50мм. Инженером абонентского отдела ФИО7 указано, что имеется видимый разрыв на участке трубы Ø50мм, присоединенном к трубе Ø100 мм (сталь) на вводе здания. 

Помимо этого, 19.07.2018 комиссия в составе заместителя директора ООО «Фордевинд» ФИО8, администратора ФИО9, ответственного за электрохозяйство ФИО10, ФИО11, а также ИП ФИО3 и представителя горводоканала составили акт №2 осмотра места аварии и последствия залива спорного помещения, согласно которому комиссия установила, что во время залива в помещении находились и были затоплены (намокли): детские игрушки. Ориентировочный объем причиненного ущерба в данный момент установить невозможно. 

Комиссия сделала вывод, что причиной залива помещений явился порыв сварочного соединения на врезке Ф50 питающей трубы, находящейся под давлением, идущей на первый этаж здания (литер А) к водяному узлу ИП ФИО3 

Акт подписан ФИО8, ФИО9, ФИО11, ФИО10, подписи остальных членов комиссии отсутствуют. 

Письмом №31/8 от 30.07.2018 ООО «Фордевинд» уведомило истицу о досрочном расторжении договора аренды нежилого помещения №28/17 от 18.08.2017 в связи с затоплением арендуемых помещений и необходимостью проведения восстановительного ремонта. Общество предложило предпринимателю освободить арендуемые помещения и вывезти принадлежащее истцу имущество не позднее 30.09.2018. 

30.07.2018 истицей составлен акт о списании товаров №ОС00-000001. 

Для определения причин затопления спорного помещения ИП ФИО2 обратилась в ООО «Приморский экспертно-правовой центр», согласно акту экспертизы №328/10 от 30.08.2018 которого в ходе экспертного осмотра установлено, что в водомерном узле, расположенном на 1-ом этаже здания по адресу: 

<

...>, на вводе трубопровода холодного водоснабжения, на участке до фланцевой задвижки от стальной трубы диаметром Ø100 мм ответвляется (отходит) фрагмент стальной трубы, к которой посредством соединительных деталей (перехода с фитингом) присоединена полипропиленовая труба Ø50мм, при этом имеет место разрушение (разлом) резьбы фрагмента стальной трубы в узле присоединения полипропиленовой трубы к вводу водоснабжения. 

Эксперт ФИО12 сделал вывод о том, что причиной затопления спорного помещения, произошедшего 18.07.2018, является порыв трубопровода холодного водоснабжения в водомерном узле, вследствие разрушения резьбы в месте присоединения к стальной трубе полипропиленовой трубы Ø50 из-за критической коррозии витков резьбы на фрагменте стальной трубы, что в свою очередь привело к значительному снижению прочности резьбы, её неспособности выдерживать нормативные рабочие (эксплуатационные) нагрузки и рабочих нагрузок. 

04.09.2018 истицей составлен акт возврата нежилого помещения, который направлен ООО «Фордевинд» 27.09.2018, поврежденный товар был перевезен на склад предпринимателя по адресу: 

<

...>.

На основании заявления ИП ФИО2 ООО «НЭК» изготовило заключение специалиста №047/ЭН-18 от 17.10.2018 об установлении факта порчи непригодности обследуемого на складе товара, а также количества поврежденного товара, в результате произошедшего затопления арендованного помещения склада, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Согласно указанному заключению в результате исследования товара обнаружены дефекты и недостатки, которые возникли вследствие нарушения условий хранения, а именно пребывание товара в воде, его намокание, вследствие порыва трубы в спорном помещении склада. Экспертом также сделан вывод, что стоимость товара, пострадавшего в результате затопления помещений, будет составлять 4 625 039,20 рублей – стоимость идентифицированных объектов, 1 670 985, 71 рублей – стоимость товара, не подлежащего идентификации. 

16.01.2019 истица направила в адрес ООО «Фордевинд» претензию, в которой требовала в течение пятнадцати дней с момента ее получения возместить причиненные убытки на сумму 6 296 024,91 рублей, а сам испорченный товар забрать взамен возмещенной суммы.

20.02.2019 истица заключила договор №12/19/С на транспортировку к месту размещения неликвидной продукции, по условиям которого передала исполнителю, а последний принял на себя выполнение работ по транспортировке неликвидной продукции к месту размещения, с адреса: 

<

...>. 

По акту №44 от 22.02.2019 истцу оказаны услуги по транспортировке к месту размещения неликвидной продукции (игрушки) количеством 3 ед. общей стоимостью 17 100 рублей.

Оставление ответчиком досудебной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения ИП ФИО2 в Арбитражный суд Приморского края с настоящим иском о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков. При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 1 ГК РФ необходимым условием применения способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление №25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Из содержания вышеуказанных положений следует, что основанием для взыскания убытков является наличие состава гражданского правонарушения, включающего в себя следующие условия: противоправное деяние (действие или бездействие) причинителя вреда, наличие вреда, причинную связь между противоправным деянием и причиненным вредом, вину причинителя вреда. При этом удовлетворение исковых требований, по общему правилу, возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности.

Следовательно, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие всех элементов вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Вина ответчика предполагается, если не будет доказано обратное. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В обоснование исковых требований истица, сославшись на акт экспертизы №328/10 от 30.08.2018, указала, что убытки в виде стоимости принадлежащих ей товаров (игрушек), находившихся в арендуемых у ООО «Фордевинд» помещениях, возникли у нее вследствие затопления таких помещений, произошедшего в результате порыва трубы, которая, по мнению истицы, находится в зоне ответственности обоих ответчиков.

При этом сам факт залива спорных помещений и находящего в них имущества истицы, произошедший 18.07.2018, ответчиками не оспаривается, однако в рамках настоящего дела между ООО «Фордевинд» и ИП ФИО3 возник спор относительно того, в чей именно зоне ответственности находится участок трубопровода, на котором произошел порыв.

В мотивировочной части обжалуемого решения суд первой инстанции пришел к выводу, что не разграниченные инженерные системы здания, находящегося по адресу: 

<

...>, включая водопроводный ввод №10079, принадлежат обоим ответчикам на праве общей долевой собственности, следовательно, оба ответчика являются лицами, ответственными за произошедший залив. 

Вместе с тем апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами, положенными в основу обжалуемого судебного акта, в силу следующего.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 01.02.2010  по делу №А51-294/2009 утверждено мировое соглашение, по условиям которого (подпункт «а» пункта 2.2) созданные ООО «Фордевинд» для эксплуатации строящегося объекта капитального строительства, расположенного по адресу: 

<

...> (в настоящий момент по ул. Татарская, д. 9), оборудование и сети инженерно-технического обеспечения, в том числе наружные сети водоснабжения и канализации передаются в собственность ФИО3 с правом ООО «Фордевинд» пользования ими и, соответственно, обязанностью несения расходов по их содержанию (соответственно потребления ООО «Фордевинд»). Между ООО «Фордевинд» и ФИО3 заключается договор по сетям водоснабжения и канализации. Водомерный узел (установлен в цокольном этаже корпуса №1) остается на балансе ООО «Фордевинд» и условия его совместного пользования определяются договором между ООО «Фордевинд» и ФИО3 ФИО3 несет долю расходов по эксплуатации водомерного узла, соответственно процентному отношению площадей.

Во исполнение условий мирового соглашения созданные ООО «Фордевинд» для эксплуатации строящегося объекта капитального строительства, расположенного по адресу: 

<

...> (в настоящий момент по ул. Татарская, д. 9), сети водоснабжения и канализации переданы  в собственность ФИО3 по акту приема-передачи от 04.03.2010. 

10.02.2011 между ООО «Фордевинд» и ИП ФИО3 заключен договор о границе ответственности и совместной эксплуатации сетей водоснабжения и канализации по ул. Татарская, 11 (9) г. Владивостока, по условиям которого (пункты 2 и 3) граница ответственности у ООО «Фордевинд» и у ИП ФИО3 начинается от их места врезки за первой стеной корпуса 1 (цокольный этаж) как системы водоснабжения, так и канализации. 

Из изложенных обстоятельств дела, положений статьи 244 ГК РФ, а также пояснений сторон по делу, данных в суде апелляционной инстанции, следует, что общая долевая собственность на какие-либо инженерные сети в здании по адресу: 

<

...> отсутствует.

Следовательно, тот или иной участок трубопровода холодного водоснабжения в здании, расположенном по адресу: 

<

...>, находится либо в индивидуальной собственности ИП ФИО3, либо в индивидуальной собственности ООО «Фордевинд», в связи с чем каждый из ответчиков ответствен за эксплуатацию только своего участка трубопровода.

Из представленных в материалы дела документов и пояснений сторон следует, что на момент произошедшего затопления в помещении водомерного узла, расположенного в цокольном этаже, у каждой из сторон было по две врезки, а именно: по одной для системы водоснабжения и по одной для системы пожарного водоснабжения.

Место врезки ИП ФИО3 – это ввод № 10079  согласно договору на отпуск воды и прием сточных вод от 28.04.2011, а место врезки ООО «Фордевинд» – это ввод №8810 согласно договору на отпуск воды и прием сточных вод от 17.12.2010. 

Данные обстоятельства также подтверждаются актами КГУП «Приморский водоканал» б/н от 04.04.2011 №6126 от 19.07.2018.

При этом в акте КГУП «Приморский водоканал» №6126 от 19.07.2018 указано, что имеется видимый разрыв на участке трубы Ø50мм, присоединенном к трубе Ø100 мм (сталь) на вводе здания, номер ввода 10079, абонент ФИО3 

Понятие места врезки в трубопровод определено в пункте 19 Рекомендаций по устройству и безопасной эксплуатации технологических трубопроводов, утвержденных Приказом Ростехнадзора от 27.12.2012 №784, и представляет собой место соединения основного трубопровода и примыкающей к нему трубы.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что порыв трубопровода произошел на участке, расположенном после места врезки ИП ФИО3 – ввода №10079, следовательно, именно предприниматель является лицом, ответственным за произошедший залив имущества истицы.

То обстоятельство, что водопроводный ввод №10079, Ø50мм врезан в стальную трубу Ø100мм после заключения договора о границе ответственности, не отменяет распространение положений такого договора  на вышеуказанные элементы инженерных сетей, поскольку врезка осуществлялась во исполнение и согласно условий данного договора. 

Более того, апелляционный суд учитывает следующее. 

Как разъяснено в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с пунктом 1 статьи 6 ГК РФ к отношениям собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающим по поводу общего имущества в таком здании, подлежат применению нормы законодательства, регулирующие сходные отношения, в частности статьи 249, 289 и 290 ГК РФ и статьи 44 - 48 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ).

Следовательно, собственнику отдельного помещения в здании во всех случаях принадлежит доля в праве общей собственности на общее имущество здания, при этом к общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения (статья 36 ЖК РФ).

Между тем, в данном случае,  как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, водопроводный ввод №10079 обеспечивает интересы только ИП ФИО3, а не ООО «Фордевинд», и, отвечая задачам только одного из собственников помещений в здании, не может являться общим имуществом здания по смыслу применяемых по аналогии положений  статьи 36 ЖК РФ.  

Вместе с тем, как было указано выше, истице в рамках выбранного ей способа защиты необходимо доказать не только наличие на ее стороне самих убытков, но и их размер.

В пункте 12 постановления №25 разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Изложенное означает, что разъяснения, приведенные в пункте 12 постановления №25, направлены на защиту прав и интересов лица, у которого по объективным, не зависящим от него причинам, не имеется возможности доказать точный размер убытков,  отсутствие достоверных доказательств размера ущерба не может являться основанием для отказа в иске о возмещении убытков только в случае, если существует объективная невозможность доказывания, но не в случае непринятия стороной мер по исполнению возложенных на нее статьей 65 АПК РФ обязанности доказать обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований.

Таким образом, уклонение стороны от доказывания обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование размера убытков, является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В качестве доказательств наличия на стороне истицы убытков и их размера в виде стоимости поврежденного заливом товара, последняя представила в материалы дела следующие доказательства:

- акт затопления (подмочки) товара в помещении от 18.07.2018; 

- акт о списании товаров №ОС00-000001 от 30.07.2018;

- заключение специалиста ООО «НЭК» №047/ЭН-18 от 17.10.2018;

- первичные документы (договоры поставки, товарные накладные, счета-фактуры и платежные поручения) относительно поврежденного товара.

Повторно оценив вышеуказанные документы по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что они не являются надлежащими доказательствами размера причиненного истице ущерба в силу следующего.

Согласно акту от 18.07.2018 он составлялся комиссией, в которую входили: заместитель генерального директора ООО «Фордевинд» ФИО8, представитель ИП ФИО2 – ФИО11, понятая ФИО13, понятая ФИО14, а также понятые со стороны: ФИО15, ФИО16, ФИО17.

Однако со стороны заместителя генерального директора ООО «Фордевинд» ФИО8 указанный акт не подписан, что зафиксировано  членами комиссии в акте от 20.07.2018 

В судебном заседании суда первой инстанции представитель ООО «Фордевинд» пояснил, что ФИО8 не подписал акт на месте, поскольку в акте вместо суммы ущерба стоял прочерк, предложив подписать акт после определения итоговой суммы убытков, что истицей не оспаривается.

В тексте апелляционной жалобы истицей указано, что размер ущерба   (6 296 024 рублей 91 копейка) был определен 20.07.2018 после завершения процедуры осмотра и подсчета поврежденного товара, однако доказательств того, что после указанной даты ответчик приглашался для подписания акта от 18.07.2018, предприниматель в подтверждение своего довода не представила.

Ссылки истицы на телефонные звонки ООО «Фордевинд» в целях его приглашения на осмотр поврежденного товара и составления соответствующего акта апелляционной коллегией не принимаются, поскольку из представленных ею расшифровок телефонных звонков не ясно, кому принадлежит телефонный номер (+79025247712). Доказательств принадлежности данного номера именно ООО «Фордевинд», в материалы дела не представлено, при условии, что в договоре аренды нежилого помещения №28/17 от 15.08.2017 указан иной телефон общества. В любом случае, из представленных истицей документов невозможно определить содержание телефонных разговоров. 

Апелляционный суд в целом критически относится к доводам истицы о том, что осмотр и подсчет поврежденного товара был произведен ею и ее сотрудниками в период с 18.07.2018 по 20.07.2018, поскольку достоверных доказательств указанному обстоятельству в материалы дела не представлено.

Перечень поврежденного (подмоченного) товара, который является приложением к акту от 18.07.2018, содержит лишь информацию о его наименовании, количестве, цене и стоимости. Какой-либо информации о том, какие повреждения получили осматриваемые единицы товара в результате затопления помещения, на каких местах находились такие единицы во время осмотра (номера стеллажей, полок), указанный перечень не содержит.

Кроме того, указанный перечень не датирован и не заверен какими-либо подписями, в том числе, членов комиссии составлявших акт от 18.07.2018, сам акт не содержит информации, какими лицами производился осмотр и подсчет поврежденного товара.

Согласно ответу Союза «Приморская торгово-промышленная палата» №020.26-15/14188 от 17.12.2019 на запрос ООО «Фордевинд» №12/1 от 10.12.2019 о возможности проведения судебно-товароведческой экспертизы игрушек в ассортименте в количестве 70 459 штук, экспертиза по определению утраты качества товарно-материальных ценностей, подвергшихся воздействию влаги, проводится методом сплошного контроля качества изделий, срок проведения экспертизы ориентировочно составит 730 рабочих дней с момента предоставления документов, возможности осмотра объектов (из расчета работы одного эксперта). 

По тесту своей апелляционной жалобы истица сама непосредственно указывала на то, что ввиду огромного ассортимента товара и затруднительными условиями опись каждой единицы товара была невозможна.

Таким образом, судебная коллегия не может признать достоверными доводы истицы о том, что она своими силами и силами своих работников в течение двух суток (с 18.07.2018 по 20.07.2018) произвела подсчет и осмотр всего ассортимента находящегося на спорном складе поврежденного товара.

Также из материалов дела неясно, каким образом истицей определялась стоимость такого товара ввиду отсутствия как в перечне поврежденного (подмоченного) товара, так и в акте списания товаров №0С00-000001 от 30.07.2018 ссылок на первичные документы таких единиц товаров (договоры, товарные накладные, счета-фактуры). 

Сам апеллянт указывает, что сопоставление товаров с первичными документами (товарными накладными) невозможно ввиду особенности оформления документов на товар с огромным ассортиментом.

Более того, как следует из представленного самими предпринимателем заключения специалиста ООО «НЭК» №047/ЭН-18 от 17.10.2018 часть поврежденного товара идентификации не подлежала. Пояснений того, каким образом истец идентифицировал такой товар и определил его конкретную стоимость, суду не представлено.

На основании изложенного суд не может принять составленные истцом в одностороннем порядке акт затопления (подмочки) товара в помещении от 18.07.2018 и акт о списании товаров №ОС00-000001 от 30.07.2018 надлежащими доказательствами размера причиненного ему ущерба.

Апелляционный суд также соглашается с критической оценкой суда первой инстанции заключения специалиста ООО «НЭК» №047/ЭН-18 от 17.10.2018 в силу следующего.

Перед специалистом истцом поставлен следующий вопрос: установить факт порчи и непригодности обследуемого на складе товара, а также количество поврежденного товара, в результате произошедшего затопления арендованного помещения склада, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Согласно указанному заключению первый осмотр экспертом объекта исследования (игрушки) был произведен 19.07.2018 по адресу: 

<

...>, но в связи с затрудненными условиями, большого объема воды в помещении, осмотр был перенесен. 

Повторный осмотр состоялся 01.08.2018 на складе, расположенном по адресу 

<

...> куда товар был транспортирован после затопления, согласно акту списания товаров №0С00-000001 от 30.07.2018 и извещению о перемещении товара от 31.07.2018.

В результате исследования товара обнаружены дефекты и недостатки, которые возникли вследствие нарушения условий хранения, а именно пребывание товара в воде, его намокание, вследствие порыва трубы в помещении склада по адресу: 

<

...>. 

Специалистом также сделан вывод, что стоимость товара, пострадавшего в результате затопления помещений от порыва в системе водоснабжения складских помещений, расположенных по адресу: 

<

...> будет составлять 4 625 039, 20 рублей – стоимость идентифицированных объектов, 1 670 985, 71 рублей – стоимость товара, не подлежащего идентификации. Итоговая стоимость – 6 296 024 рублей 91 копейка.

Как было справедливо отмечено судом первой инстанции, вопрос о стоимости поврежденного товара перед экспертом не ставился. Количество товара, вопреки мнению истца, не может быть определено через его стоимость.

Более того, из заключения неясно, каким образом специалист определил именно такую стоимость, учитывая, что часть товара идентификации не подлежит, что исключает возможность его сопоставления с первичными документами. 

Апелляционный суд также отмечает, что специалист не производил подсчет и осмотр каждой единицы поврежденного товара, ограничившись лишь осмотром и описанием дефектов одного товара каждого вида, что не отрицается ни истцом, ни самим специалистом. Как пояснила специалист в судебном заседании суда первой инстанции, лично товар она осматривала только частично, поскольку ею были привлечены помощники, которые показывали упаковки с товаром на расстоянии, а эксперт записывала в акте с их слов.

Учитывая, что в заключении имеется вывод о том, что товар на складе соответствует перечню, указанному в расходных накладных и актах, суд приходит к заключению, что выводы специалиста о количестве и стоимости товара основаны на указанных документах, который последний посчитал достоверными.

Сам осмотр производился специалистом не на спорном складе, а в помещение по адресу: 

<

...>. Предшествующая осмотру погрузка, перевозка и выгрузка спорного товара происходила без оформления соответствующих учетных документов и в отсутствие специалиста, что видно из его пояснений.

Следовательно, у специалиста отсутствовали достоверные основания полагать, что весь исследуемый им на другом складе товар ранее находился  и был поврежден в спорных помещениях. Утверждения апеллянта об обратном надлежащими доказательствами не подтверждены, а к ссылкам на пояснения единственного своего поставщика – ООО «ТК Рейл Континент Владивосток» коллегия относится критически, так как из материалов дела усматривается, что у истицы было множество поставщиков. 

Довод истицы о том, что указанная перевозка была спровоцирована самим ООО «Фордевинд» путем направления требования об освобождении помещения, судом отклоняется, так как общество предложило предпринимателю освободить арендуемые помещения и вывезти принадлежащее истцу имущество не позднее 30.09.2018. 

Таким образом, у предпринимателя было достаточно времени, чтобы произвести осмотр и подсчет товара с участием специалиста в спорном помещении в целях большей достоверности итогового заключения, при том условии, что акт возврата нежилого помещения был направлен ООО «Фордевинд» 27.09.2018

Следует обратить внимание, что ответчики на указанный осмотр со стороны истицы не были приглашены, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Ко всему прочему, как было верно отмечено судом первой инстанции, специалист в тексте своего заключения ссылался на нормативно-технические источники, не подлежащие применению в рамках исследуемого вопроса о порче либо непригодности товара. Довод истицы о том, что никаких регламентов, определяющих порядок порчи товара не существует,  во-первых, основан на неверном толковании норм материального права, а, во-вторых, не опровергает того факта, что выводы специалиста основаны на ненадлежащих источниках. 

Сама специалист – ФИО18 не представила документов, подтверждающих ее компетенцию и квалификацию, предусмотренную Законом об оценочной деятельности. Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «НЭК» не осуществляет такой вид деятельности, как «деятельность, направленная на установление рыночной или иной стоимости (оценочная деятельность) различного вид имущества», предусмотренных ОКВЭД 74.90.2.; 74.90.21 - 74.90.26. Позиция истицы, что никакие требования Закона об оценочной деятельности на вышеназванное заключение специалиста не распространяются, также противоречит действующему законодательству, поскольку, по сути, специалистом была определена стоимостная оценка поврежденного товара.

При всех вышеуказанных обстоятельствах представленное истцом в материалы дела заключение специалиста №047/ЭН-18 от 17.10.2018 также не может быть оценено в качестве надлежащего доказательства.

Из анализа представленных истцом первичных документов (договоры поставки, товарные накладные, счета-фактуры и платежные поручения) относительно поврежденного товара судебной коллегией сделан вывод о невозможности определить хотя бы примерный размер, причиненного истице ущерба.

Так, согласно представленному ООО «Фордевинд» отчету (письменной информации) независимого аудитора ИП ФИО19 о проведении аудиторской проверки первичных бухгалтерских документов за период 31.07.2017 по 31.07.2018, использованных при определении ущерба, причиненного ИП ФИО2, вследствие подтопления нежилого помещения 18.07.2018 по адресу: 

<

...>, аудитором сделаны следующие выводы:

- на основании представленных документов невозможно проследить, а также подтвердить наличие движения товарно-материальных ценностей и установить соответствие оформленных хозяйственных операций действующим нормативным актам; 

- сумма ущерба, определенная в акте на списание товара, не может являться достоверной, т.к. не обоснована первичными подтверждающими документами. 

Кроме того, судом первой инстанции определением от 09.10.2020 по ходатайству ООО «Фордевинд» была назначена комплексная бухгалтерско-товароведческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО Группы компаний «Дальневосточный аудиторский центр» ФИО5.

На разрешение эксперта был поставлен следующий вопрос: установить размер ущерба, причиненного ИП ФИО2. с учетом представленных в материалы дела первичных учетных документов, по товару, расположенному в момент подтопления спорного нежилого помещения – 18.07.2018, на основании акта затопления товара, акта о списании товара, товарных накладных, универсальных передаточных документов, платежных поручений, договоров купли – продажи, поставки, поставки товара, иных договоров, соглашения о предоставлении скидок; актов приема-передачи, электронных данных в виде отчета о движении товаров на складе, журнала учета движения на складе, прайс-листов, данными по управлению остатками на складе истца иным документами, и данным на CD диске, в том числе отразить сведения о документах (наличии/отсутствии), подтверждающих оплату товара, указанного в акте о списании от 30.07.2018 № 0С00-00001.

По результатам проведения судебной экспертизы, изложенным в заключении от 15.01.2021, эксперт пришел к выводу о невозможности определить размер причиненного ущерба по следующим причинам:

- невозможность определения покупной стоимости товаров в связи с выявленными различиями наименований товаров в документах поставщиков и в регистрах бухгалтерского учета при оприходовании товаров на склад, (присваиваются другие наименования, разбиваются на разновидности по артикулам) наименования;

- частичное отсутствие первичных учетных документов поставщиков и оплаты товаров поставщикам; 

- невозможность подтверждения факта наличия и повреждения товара на складе в заявленном объеме, поскольку отсутствует обязательная подпись со стороны ответчика, подтверждающая его присутствие и согласие; 

- отсутствие документального оформления вывоза неликвидного товара на утилизацию как факта хозяйственной жизни в соответствие с пунктом 8 статьи 3 и пункта 1-3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете». 

Без акта об утилизации и вывозе товара с участием комиссии и представителя ответчика эксперт не имел возможности получить доказательства, что неликвидный товар, вывезенный на утилизацию, соответствовал по наименованию и количеству, зафиксированному в акте затопления (подмочки) от 18.07.2018.

В соответствии с частями 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно части 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

Повторно изучив заключение эксперта ФИО5 от 15.01.2021 по правилам статей 71 и 86 АПК РФ, коллегия установила, что оно соответствует требованиям, установленным действующим законодательством, содержит в себе полное и всестороннее описание хода и результатов произведенных исследований с указанием и обоснованием методов исследования и используемой литературы, дает ответ на поставленный перед экспертом вопрос. В процессе исследования экспертами не допущено ошибок методического характера, нарушений норм закона, которые могли бы повлиять на сделанные выводы, вследствие чего основания для сомнений в правильности выводов эксперта у суда отсутствуют.

Квалификация государственного эксперта, проводившего экспертизу (ФИО5) соответствует требованиям, предусмотренным Федеральным законом от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

Апелляционный суд учитывает, что в судебном заседании суда первой инстанции эксперт дал все необходимые пояснения по представленному экспертному заключению, в том числе, ответил на вопросы истца.

Более того, выводы заключения эксперта ФИО5 от 15.01.2021 соответствуют выводам отчета независимого аудитора ИП ФИО19

Возражения истицы относительно выводов заключения эксперта и отчета независимого аудитора являются формальными и по своей сути и сводятся к их несогласию, поскольку не направлены на установление фактических обстоятельств дела, не подкреплены в соответствии со статьей 65 АПК РФ соответствующими доказательствами и прямо противоречат содержанию заключения и отчета. Ходатайства о проведении повторной или дополнительной экспертизы истец суду не заявлял.

При этом сама истица подтверждает невозможность сопоставления товаров, находящихся на спорном складе во время залива, с первичными документами (товарными накладными), ссылаясь на особенности оформления документов на товар с огромным ассортиментом.  В письменных пояснениях от 22.05.2020 предприниматель также указывала на невозможность определить, по какой именно товарной накладной поступил товар, поскольку один и тот же товар мог закупаться у разных поставщиков и не во всех товарных накладных или счетах-фактурах указывается артикул. При этом название игрушке дают при приеме товара непосредственно работники ИП ФИО2, чтобы отделить товары разных поставщиков, обозначивших товар одним названием, но имеющие разные характеристики и стоимость.

Из указанного следует, что определить размер ущерба (даже примерный), причиненного товару истицы, из первичных документов не представляется возможным в связи с отсутствием в них информации относительно того, какой товар, в каких количествах и в какое время был привезен и хранился на спорном складе. 

Указанные обстоятельства являются дополнительным основанием считать представленные истицей доказательства относительно размера убытков (акт затопления от 18.07.2018, акт о списании товаров от 30.07.2018, заключение специалиста №047/ЭН-18 от 17.10.2018), составленные, по существу, на основании первичной документации, ненадлежащими.

Однако установить размер ущерба путем исследования вещественных доказательств (спорного товара в натуре) также не представляется возможным ввиду собственных действий истицы, которая до начала судебного разбирательства и без уведомления заинтересованных сторон (ответчиков) сначала перевезла поврежденный товар на другой склад (в городе Артеме) и затем и вовсе его утилизировала.

При этом указанные действия истица надлежащими документами также не оформила, несмотря на то, что перемещение и утилизация как и любые другие факты хозяйственной жизни согласно Закону о бухгалтерском учете подлежат документальному оформлению. 

Апелляционная коллегия отмечает, что в пункте 1 постановления №25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В настоящем случае, процессуальное поведение истицы, которая до обращения в суд с настоящим иском, без предупреждения заинтересованных сторон и соответствующего документального оформления сначала перевозит в другое место, а затем уничтожает предположительно испорченный товар (то есть, по сути, вещественные доказательства по делу), тем самым фактически лишая иных участников процесса возможности в рамках судебного разбирательства определить иной размер ущерба, а также затрудняя им использование иных процессуальных прав, признается судом апелляционной инстанции не соответствующим критерию добросовестности в аспекте ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, что в силу пункта 2 статьи 10 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях.

Ссылки истицы на то, что такой вывоз поврежденного имущества со спорного склада осуществлялся по требованию ООО «Фордевинд», а последующая утилизация части товара производилась в целях безопасности здания склада, не опровергают того обстоятельства, что об указанных фактах предприниматель ответчиков не уведомляла, как и о других действиях, производимых с поврежденным имуществом. Фактически истец только досудебной претензией от 20.12.2018 уведомил одного из ответчиков о необходимости возместить ущерб, заранее определив состав и размер убытков в одностороннем порядке.

В целом, из доводов истицы усматривается, что ответчики должны были сами установить размер причиненного ущерба либо способствовать истцу при таком установлении, тем самым перелагая бремя доказывания состава гражданского правонарушения с себя на ответчиков, что противоречит действующему законодательству.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истец надлежащими доказательствами размер убытков не доказал, при этом лишив своими односторонними действиями такой возможности иных участников спора, суд апелляционной инстанции признает исковые требования ИП ФИО2 не подлежащими удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба ООО «Фордевинд» подлежит удовлетворению, а обжалуемое решение изменению путем исключения из его мотивировочной части вывода о принадлежности не разграниченных инженерных систем здания, находящегося по адресу: 

<

...>, включая ввод №10079, обоим ответчикам на праве общей долевой собственности.

Основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в остальной части и удовлетворения апелляционной жалобы истицы отсутствуют.

В силу положений статьи 110 АПК РФ, учитывая, что по результатам рассмотрения апелляционных жалоб судебный акт был принят не в пользу истицы, судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на ИП ФИО2

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 25.05.2021 по делу №А51-2947/2019 изменить, исключив из мотивировочной части выводы о принадлежности не разграниченных инженерных систем здания, находящегося по адресу: 

<

...>, включая ввод №10079, обоим ответчикам на праве общей долевой собственности. 

В остальной части решение Арбитражного суда Приморского края от 25.05.2021 по делу №А51-2947/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фордевинд» 3000 (три тысячи) рублей расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.М. Синицына

Судьи

Д.А. Глебов

С.Б. Култышев