АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А65-474/2020

г. Казань

04 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при участии представителя арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 15.03.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023

по делу № А65-474/2020

по жалобе общества с ограниченной ответственностью «Меркурий К-Кредит» о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Аллея» ФИО1 незаконными, о взыскании с ФИО1 убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения возложенных на нее обязанностей, и отстранении арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аллея».

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аллея» кредитор общество с ограниченной ответственностью «Меркурий К-Кредит» (далее – общество) обратилось в арбитражный в суд с заявлением о привлечении конкурсного управляющего ФИО1 к ответственности и взыскании с нее в пользу должника убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей, в размере 36 000 рублей.

Кроме того, общество обратилось с жалобой на действия конкурсного управляющего ФИО1, в которой просило отстранить ее от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.11.2022 названные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2023 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано.

Жалоба удовлетворена частично.

Признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «Аллея» ФИО1, выразившиеся в:

– несоставлении заключения о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника;

– неопубликовании сведений в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве.

С конкурсного управляющего ООО «Аллея» ФИО1 взысканы убытки в размере 36 000 рублей.

ФИО1 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Аллея».

В удовлетворении остальной части жалобы отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, арбитражный управляющий ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении жалобы общества и требования об отстранении ее от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Податель жалобы полагает необоснованными выводы судов о неисполнении обязанности по составлению заключения об отсутствии (наличии) оснований для оспаривания сделок должника, поскольку в материалы дела представлено переданное прежним конкурсным управляющим ФИО4 заключение, однако им не были переданы документы должника, в связи с чем отсутствовала объективная возможность для составления заключения. Заявитель апелляционной жалобы указывает, что в нарушение положений статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) кредитор не указал, какие его права и законные интересы были нарушены в связи с неопубликованием сведений, подлежащих опубликованию в ЕФРСБ.

Кассатор также не соглашается с выводами судов о причинении конкурсным управляющим ФИО1 убытков должнику в связи с обращением в суд с заявлениями о признании сделок недействительными.

Арбитражный управляющий ФИО1 считает, что ее доводы не получили правовой оценки судов, ссылается на недобросовестное поведение общества. Примененную меру ответственности в виде ее отстранения податель жалобы полагает несоразмерным вменяемым арбитражному управляющему действиям.

Принимая во внимание, что в порядке кассационного производства судебные акты обжалуются только в части, касающейся признания действий ФИО1 незаконными, отстранении ее от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника и взыскании убытков, суд округа в силу части 1 и 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) проверяет законность и обоснованность судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

В остальной части судебные акты лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв общества, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель арбитражного управляющего ФИО1 поддержал кассационную жалобу, просил определение и постановление отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении жалобы общества и требования об отстранении ее от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2020 заявление о признании ООО «Аллея» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.10.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Аллея» возложено на ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.12.2020 конкурсным управляющим ООО «Аллея» утверждена ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.09.2023 производство по делу о банкротстве ООО «Аллея» прекращено в связи с отсутствием кандидатуры арбитражного управляющего.

Обращаясь 08.09.2022 с жалобой на действия (бездействие) ФИО5, общество указывало на то, что конкурсным управляющим:

не приняты меры по истребованию документации должника и печати у предыдущего конкурсного управляющего и руководителя должника;

не исполнена обязанность по составлению заключения об отсутствии (наличии) оснований об оспаривании сделок должника;

в ЕФРСБ опубликованы недостоверные сведения;

не опубликованы сведения, подлежащие опубликованию в ЕФРСБ;

причинены убытки должнику вследствие необоснованной подачи заявлений об оспаривании сделок и уплаты госпошлины;

не подано заявление о привлечении всех контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В этой связи общество просило взыскать с конкурсного управляющего ФИО1 убытки в размере 36 000 рублей и отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Аллея».

Частично удовлетворяя указанное заявление, суды исходили из наличия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что действия конкурсного управляющего ФИО1 в рамках процедуры конкурсного производства ООО «Аллея» не отвечали признакам разумности и добросовестности, действиями конкурсного управляющего причинены убытки должнику.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующего в судебном заседании представителя и проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом одного из следующих фактов:

– факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

– факта несоответствия этих действий требованиям разумности;

– факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

Возражая против заявления общества, арбитражный управляющий ФИО1 указывала на представленное в материалы дела заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника, составленное временным управляющим ФИО4, согласно которому временный управляющий указал на невозможность установить основания для оспаривания сделок должника в связи с непередачей бывшим руководителем документации.

Оценивая доводы лиц, участвующих в деле, суды указали следующее.

Непроведение надлежащего анализа сделок должника в соответствии с требованиями статьи 20.3 Закона о банкротстве нарушает права кредиторов на владение информацией о причинах уменьшения активов должника, о правомерности действий должника по выбытию активов и не позволяет своевременно рассмотреть вопрос об оспаривании сделок должника, повлекших существенное уменьшение активов или увеличение обязательств. Ненадлежащие действия и бездействия арбитражного управляющего, выразившиеся в не составлении соответствующего заключения, нарушают права и законные интересы кредиторов должника, поскольку результат выявления таких признаков, безусловно, может повлиять на права кредиторов в деле о банкротстве.

В ходе анализа сделок должника устанавливается соответствие сделок и действий (бездействия) органов управления должника законодательству Российской Федерации, а также выявляются сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме.

В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (пункты 2 и 3 статьи 129, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Следовательно, в каждом конкретном случае конкурсный управляющий вправе сам определять перечень необходимых мероприятий по выявлению и возврату имущества должника, исходя из имеющихся у него документов. При этом конкурсный управляющий при проведении процедур банкротства обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. То есть, планируемые мероприятия не должны иметь формального характера и осуществляться ради создания видимости деятельности.

Принимая какие-либо конкретные меры, конкурсный управляющий на основе добросовестного отношения и досконального знания фактических обстоятельств должен быть уверен в действенности этих мероприятий, в их способности привести к пополнению конкурсной массы и последующему расчету с кредиторами.

Поскольку конкурсный управляющий имеет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно, такую обязанность управляющий должен исполнять вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы (в частности, с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника), планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837).

Учитывая изложенные правовые позиции, суды пришли к выводу о том, что, действуя разумно и добросовестно, арбитражный управляющий ФИО1 не была лишена возможности проанализировать сделки должника на основании ответов на запросы, полученных в ходе процедуры конкурсного производства, и составить заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника.

Доказательств, свидетельствующих о наличии объективных причин, препятствовавших ФИО1 подготовить названное заключение, равно как и проведение такого анализа ранее утвержденным управляющим, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о наличии оснований для признания бездействия конкурсного управляющего ФИО1 в этой части незаконным.

Оценивая доводы общества относительно неопубликования в ЕФРСБ сведений, подлежащих опубликованию, суды указали на следующее.

Как установлено судами, конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в суд с заявлением о применении последствий недействительности договора купли-продажи от 02.04.2014, заключенного между должником и ФИО6.

Кроме того, в отчете конкурсного управляющего от 10.06.2022 указано на то, что комитетом кредиторов принято решение о проведении мероприятий по оспариванию сделок по отчуждению недвижимого имущества, транспортных средств и самоходной техники правопредшественников должника на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен протокол заседания комитета кредиторов в заочной форме от 19.03.2021, в соответствии с которым проведен комитет кредиторов ООО «Аллея» со следующей повесткой дня: 1. Оспаривание сделок и поиск (розыск), выявление имущества правопредшественников ООО «Аллея».

В рассматриваемом заявлении кредитор указывал на то, что данные сведения конкурсным управляющим ФИО1 в ЕФРСБ не опубликованы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.1 Закона о банкротстве сведения о подаче в арбитражный суд заявления о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в Законе о банкротстве, о вынесении судебного акта по результатам рассмотрения заявления и судебных актов о его пересмотре подлежат включению арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве, не позднее трех рабочих дней с даты, когда арбитражному управляющему стало известно о подаче заявления или вынесении судебного акта, а при подаче заявления арбитражным управляющим – не позднее следующего рабочего дня после дня подачи заявления.

Согласно абзацу десятому пункта 5 статьи 18 Закона о банкротстве сведения о решениях, принятых на заседаниях комитета кредиторов, подлежат включению арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение трех рабочих дней с даты получения им протокола заседания комитета кредиторов.

Проанализировав сведения, опубликованные в ЕФРСБ, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим в нарушение абзаца десятого пункта 5 статьи 18 и пункта 4 статьи 61.1 Закона о банкротстве соответствующие сведения не опубликованы, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Отклоняя довод арбитражного управляющего о том, что кредитор не представил доказательства, свидетельствующие о нарушении его прав неопубликованием сведений, суды сослались на то, что непринятие мер к своевременному внесению сведений в ЕФРСБ влечет нарушение прав конкурсных кредиторов должника на своевременное и полное получение информации о ходе процедуры банкротства из открытого и общедоступного информационного ресурса. В частности, неопубликование сведений о принятии кредиторами решения на собрании кредиторов привело к невозможности реализации кредиторами права на его оспаривание.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о наличии оснований для признания незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1, выразившегося в неопубликовании в ЕФРСБ сведений о результатах проведения собрания кредиторов и обращении с заявлением о признании недействительности сделки должника.

Оценивая доводы кредитора о необоснованном оспаривании сделок должника, что, по мнению общества, повлекло для должника убытки в виде уплаченной госпошлины, суды отметили следующее.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 150 от 22.05.2012).

Суды приняли во внимание правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2), согласно которой судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. Так, в частности, если сделка совершена должником или за счет должника за пределами трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого с даты принятия судом заявления о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, то вполне очевидно, что ее оспаривание по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, не имеет судебных перспектив на положительное удовлетворение. Следовательно, бездействие арбитражного управляющего в отношении оспаривания подобных сделок разумно и рационально и по общему правилу не может быть признано противоправным.

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в третьем абзаце пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из материалов дела и установлено судами, конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в суд с заявлениями о признании недействительных следующих сделок:

– договора купли-продажи недвижимого имущества от 25.03.2015, заключенного между ООО ТК «Волго-Дон» и ФИО7;

– договора купли-продажи квартиры от 30.06.2014, заключенного между ООО ТК «Волго-Дон» и ФИО8;

– договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.09.2015, заключенного между ООО «Аватиу», ФИО9 и ФИО10;

– договора купли-продажи недвижимого имущества от 19.02.2015, заключенного между ООО «ЕвроИнструментПлюс» и ФИО11;

– разделительного баланса от 30.06.2014 между ООО «Автолюкс-НН» и ООО «Автомакс-НН»;

– договора купли-продажи недвижимого имущества от 02.04.2014, заключенного между ООО «Стройактив» и ФИО6

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.11.2021, от 27.01.2022, от 29.03.2022, от 06.05.2022, в признании названных сделок отказано, с должника в доход федерального бюджета взыскана госпошлина в размере 36 000 рублей (по 6000 рублей за каждое заявление).

При рассмотрении названных обособленных споров судом установлено, что спорные сделки заключены значительно раньше периодов подозрительности, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве. Оспариваемые сделки осуществлены значительно раньше реорганизации участников сделок в виде присоединения к ООО «Аллея», следовательно, в момент совершения оспариваемые сделки вовсе не являлись сделками должника.

При этом суды сослались на отсутствие доказательств того, что стороны оспариваемых сделок состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, равно как и иных доказательств, свидетельствующих о выходе пороков сделок за пределы диспозиции, предусмотренной Законом о банкротстве.

Отклоняя при рассмотрении настоящего обособленного спора довод конкурсного управляющего о том, что решение об оспаривании сделок было принято комитетом кредиторов, суды указали на то, что такое обстоятельство не исключает обязанность конкурсного управляющего как профессионального участника арбитражного процесса по делам о банкротстве провести анализ перспективности оспаривания сделок.

Установив изложенные обстоятельства, суды пришли к выводу о заведомой бесперспективности оспаривания названных сделок. Будучи профессиональным участником банкротных правоотношений, арбитражный управляющий мог и должен был осознавать вероятность удовлетворения таких заявлений. В свою очередь, проведение анализа сделок и составление заключения о наличии или отсутствии оснований для их оспаривания, которое не было подготовлено ФИО1, могло бы способствовать принятию обоснованного решения относительно целесообразности обращения в суд с соответствующими заявлениями.

При таких обстоятельствах, учитывая, что по результатам рассмотрения заявлений об оспаривании сделок судом с должника взыскана госпошлина в размере 36 00 рублей, суды пришли к выводу том, что указанные расходы подлежат взысканию с арбитражного управляющего ФИО1 в качестве убытков, причиненных должнику.

Оценивая требование кредитора об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, суды указали на следующее.

По смыслу абзаца 3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве отстранение конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей на основании жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей является правом, а не обязанностью суда. Отстранение конкурсного управляющего является исключительной мерой и должно быть направлено на защиту интересов должника и кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65, абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1 статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Учитывая изложенное, в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

В этой связи суды отметили, что спорные действия конкурсного управляющего ФИО1 не отвечают признакам разумности и добросовестности, действиями конкурсного управляющего причинены убытки должнику. Такие действия в своей совокупности не свидетельствуют, что при исполнении обязанностей арбитражный управляющий действовал в интересах должника, кредитора и общества, как это предусмотрено пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, учитывая, что материалами дела подтверждается неопубликование в ЕФРСБ сведений, подлежащих обязательному опубликованию в соответствии с абзацем десятым пункта 5 статьи 18 и пунктом 4 статьи 61.1 Закона о банкротстве, принимая во внимание необоснованное уклонение арбитражного управляющего ФИО1 от проведения анализа наличия или отсутствия оснований для оспаривания сделок должника, а также заведомо бесперспективное оспаривание сделок, совершенных иными лицами задолго до их присоединения к должнику в порядке реорганизации (за пределами периодов подозрительности, предусмотренных Законом о банкротстве, при отсутствий оснований для вывода о выходе за пределы диспозиций, предусмотренных названным законом), суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для признания действий и бездействия ФИО1 незаконным и взыскания с нее в пользу должника убытков, в связи с чем правомерно удовлетворили заявление общества в соответствующей части, отстранив ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда кассационной инстанции отсутствуют. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 от 30.06.2020 с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса), не допускается.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А65-474/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            П.П. Васильев 

 

Судьи                                                                                    Е.В. Богданова 

 

                                                                                              А.А. Минеева