АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-3294/2024

г. Владивосток

13 февраля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2025 года. 

Полный текст решения изготовлен 13 февраля 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Тихомировой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федоровой А.С., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ИВА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 30.12.2002)  

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.04.2005) 

о признании незаконным решения

при участии: 

от заявителя посредством веб – конференции: ФИО1, доверенность от 13.12.2023, удостоверение № 39/955, диплом;

от ответчика: не явились, извещены

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ИВА» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – ответчик, таможенный орган) от 14.11.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/280823/3350463.

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления, а также в судебном заседании указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что 26.08.2023 заявителем в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товаров, поступивших на таможенную территорию Евразийского экономического союза во исполнение  контракта № 10-П/22 от 09.03.2022, заключенного с иностранной компанией «SIA «ELPIS» (Китай), во Владивостокский таможенный пост (центр электронного декларирования) Владивостокской таможни подана декларация на товары, которой таможенным органом присвоен регистрационный номер 10702070/260823/3350463.

Заявленная декларантом таможенная стоимость товаров определена им методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

27.08.2023 в связи с выявлением рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров таможенным постом у декларанта запрошены дополнительные документы и (или) сведения. Одновременно таможенный орган проинформировал декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), в связи, с чем направил декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов.

В ответ на запрос таможенного органа декларантом посредством электронного обмена сообщениями в автоматизированную информационную систему «АИСТ-М» таможенных органов 19.10.2023 представлены дополнительные документы и (или) сведения, а также пояснения.

Таможенным органом направлен дополнительный запрос от 29.10.2023, ответ на который был представлен обществом 01.11.2023.

14.11.2023 таможенным органом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/280823/3350463, в части таможенной стоимости, определенной методом по стоимости сделки с однородными товарами.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. 

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Этот же принцип закреплен относительно информации о дополнительных начислениях к цене сделки.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. 

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Обосновывая принятие оспариваемого решения, таможенный орган сослался на выявление в рамках таможенного контроля отклонений в меньшую сторону от имеющихся в распоряжении таможенного органа среднестатистических показателей стоимости задекларированного обществом в спорной ДТ товара от стоимости однородных товаров, оформляемых иными участниками внешнеэкономической деятельности,

Так, отклонение по товару составило – 51,83% по ФТС России и -53,42% по РТУ.

В пункте 1 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994). Аналогичная норма установлена пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49).

Согласно пункту 10 Постановления № 49 система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости). 

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Следовательно, выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является основанием для проведения дополнительной проверки, но не названо в нормативных правовых актах в качестве основания для корректировки заявленной таможенной стоимости.

При этом, как указано в пункте 11 Постановления Пленума №49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Аналогично статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Суд учитывает также, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что низкий уровень заявленной обществом таможенной стоимости по ДТ №10702070/260823/3350463 не мог рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки, а также служить основанием для корректировки таможенной стоимости и внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Оценивая обстоятельства проведения дополнительной проверки и выводы, положенные в основу оспариваемого решения от 14.11.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, суд учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что общество представило полный пакет документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, необходимый для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом. 

Порядок, форма, структура формирования цены сделки подтверждаются договором от 09.03.2022 № 10-П/22, инвойсом от 31.07.2023 №JY230714, спецификацией от 31.07.2023 №136/1, коносаментом от 21.08.2023 №MAQNVS45546, ведомостью банковского контроля и другими документами согласно графе 44 ДТ.

В частности, по условиям пункта 1.1 договора от 09.03.2022 № 10-П/22, Продавец продает, а Покупатель покупает сырьё для пищевой и фармацевтической промышленности, в дальнейшем «Товар», свободный от генетически модифицированных организмов.

Продавец также поставляет, а Покупатель принимает и оплачивает образцы сырья для пищевой и фармацевтической промышленности в количестве одного тарного места для проведения работ по оценке соответствия (исследований и испытаний) для целей сертификации, которые оплачиваются согласно отдельно выставленного инвойса (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 1.3 договора продажа производится отдельными партиями Товара в соответствии с заказами Покупателя. Объём, ассортимент, стоимость и условия каждой поставки согласовываются в спецификациях на каждую поставку, в дальнейшем «Спецификации», являющихся неотъемлемой частью Договора.

Ассортимент и цена товара указаны в спецификации. Об изменениях в Спецификации Продавец информирует Покупателя не позднее 10 дней до введения изменений (пункт 2.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора платеж за Товар производится Покупателем в ЕВРО путем перечисления стоимости партии Товара, указанной в инвойсе, на расчётный счет Продавца в течение 45 дней со дня таможенного оформления Товара на территории Российской Федерации.

Пунктом 3.2 договора установлено, что все расходы, связанные с перечислением денежных средств за Товар, оплачиваются Покупателем.

Днем оплаты считается день поступления платежа за поставленный Товар на счет Продавца (пункт 3.3 контракта).

31.07.2023 сторонами внешнеторгового контракта согласована спецификация №136/1, в которой определены наименования товара, его количество, цена за единицу измерения и общая сумма в размере 56 632,75 евро.

Продавцом в адрес покупателя выставлен инвойс от 31.07.2023 №JY230714 на общую сумму 56 632,75 евро.

Довод таможенного органа о том, что отсутствует документ, позволяющий однозначно идентифицировать оплату за данную поставку товаров, судом отклоняется как противоречащий материалам дела.

Согласно заявлению на перевод от 05.10.2023 №30 обществом произведена оплата за товар на общую сумму 353 069,65 евро, назначением платежа указан контракт от 09.03.2022 № 10-П/22, а также инвойсы №№2302979, 2302980, 2302978, JV230714, 2302891, 2302890, NJS-23/085.

Проанализировав представленные в ходе таможенной проверки, а также в материалы дела инвойсы №№2302979, 2302980, 2302978, 2302891, 2302890, NJS-23/085, а также инвойс №JY230714 по спорной поставке суд пришел к выводу о том, что при сложении сумм по каждому указанному коммерческому документы, общая сумма равна 353 882,02 евро. Таким образом разница между общей суммой вышеуказанных инвойсов и суммой, уплаченной в соответствии с заявлением на перевод №30 составляет 812,37 евро.

Между тем, согласно информационному письму общества от 01.11.2023, представленному в рамках таможенной проверки, декларант пояснил, что общая сумма перевода №30 от 05.10.23 не корреспондируется с общей стоимостью всех оплаченных по нему инвойсов на сумму 812,37 евро по причине списания этой суммы в зачет претензий поставщику №111, 117. К указанному письму обществом были приложены следующие подтверждающие указанные обстоятельства документы: претензия № 111 от 01.09.2023 на сумму 82,17 евро, претензия № 117 от 22.09.2023 на сумму 730,00 евро, письмо о переплате № 182 от 21.09.2023 на сумму 0,2 евроцента, справки из банка от 21.09.2023 и 27.09.2023, подтверждающие принятие в зачет сумм претензий.

Суд отклоняет доводы таможенного органа о том, что в назначении платежа заявления на перевод №30 от 05.10.23 указан инвойс № JV230714, отличный от инвойса, представленного в рамках спорной поставки, а также об оплате указанным заявлением на перевод по реквизитам, отличающимся от согласованных в дополнительном соглашении от 04.07.2023.

Действительно, согласно дополнительному соглашению от 04.07.2023 к внешнеторговому контракту № 10-П/22 от 09.03.2022 сторонами внесены изменения в банковские реквизиты продавца: SIA "ELPIS", адрес: 15 Ramulu street, Riga, LV-1005, Latvia Банк: RAIFFEISEN BANK ФИО2 Банка: Sky Tower, no. 246C Calea Floreasca, postal code 014476, Bucharest, Romania, свифт код: RZBRROBU Номер счета: RO61 RZBR 0000 0600 2384 0149 EUR, директор: ФИО3

Заявлением на перевод № 30 оплата переведена на расчетный счет № LV36LAPB0000156058186, отличающийся от согласованных в коммерческих документах реквизитов, а в графе «Назначение платежа» указан, в том числе, инвойс № JV230714, отличный от инвойса №JY230714, представленного в рамках спорной поставки.

Вместе с тем, из строки 257 раздела III «Сведения о подтверждающих документах» ведомости банковского контроля, представленной заявителем таможне в ходе проведения камеральной таможенной проверки, следует, что банковским учреждением, как агентом валютного контроля, по спорной декларации на товары учтена оплата покупателем продавцу сумма денежных средств в размере 56 632,75 евро.

Кроме того заявителем в ходе проведения таможенной проверки были представлены документы бухгалтерского учета (карточка счёта 41), из которых следует, что спорная товарная партия поступила в распоряжение заявителя, была поставлена им на приход по стоимости покупки от продавца, с учетом произведенной торговой наценки и в соответствии с курсом валюты (евро), установленной Банком России на дату постановки товара на бухгалтерский учёт (оприходования).

Перечисленные выше документы и сведения, предоставленные заявителем при таможенном декларировании спорных товаров и в ходе проведения таможенной проверки заявленных в декларации сведений, подтверждают, что между заявителем и продавцом была согласована и оплачена цена за товар в размере 56 632,75 евро. 

Согласно абзацу 3 пункта 8.8 Инструкции Банка России от 16.08.2017 №181-И «О порядке предоставления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и странах их представления» при поступлении в банк УК информации о зарегистрированных таможенными органами декларациях на товары, а также о статистической форме в соответствии с Положением о передаче таможенными органами Центральному банку Российской Федерации и уполномоченным банкам в электронном виде информации о зарегистрированных таможенными органами декларациях на товары, а также о статистической форме учета перемещения товаров, установленной Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 278 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 года №1459 (далее - Положение о передаче информации о декларациях на товары и статистической форме), указанная информация вносится банком УК в ведомость банковского контроля, предусмотренную приложением 4 к настоящей Инструкции, в автоматизированном режиме.

Таким образом, при сомнении таможенного органа в представленной ведомости банковского контроля информации, законодательством закреплено, что таможенный орган вправе самостоятельно направлять запрос в банк на истребование ведомости банковского контроля, а банк в свою очередь, обязан предоставить все необходимые сведения и документы.

С учетом изложенного, все представленные обществом документы свидетельствуют об исполнении покупателем и продавцом по упомянутому внешнеэкономическому контракту принятых обязательств, в том числе по оплате товара в полном объеме в сумме 56 632,75 евро, и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению как со стороны декларанта, так и со стороны продавца.

Что касается выявленных таможней несоответствий в экспортной декларации, то данное обстоятельство не могло послужить основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, ввиду представления обществом сведений об оплате. 

Кроме того заявителем представлена копия экспортной декларации № 425820230000758002, заверенная Торгово-промышленной палатой Китайской Народной Республики, которая полностью соответствует копии экспортной таможенной декларации, ранее представленной заявителем таможенному органу при декларировании спорных товаров и при предоставлении пояснений в ходе проведения таможенной проверки после выпуска товара.

С учетом изложенного, доводы таможни о недостоверности сведений, содержащихся в представленной заявителем копии экспортной декларации на спорные товары и о невозможности в связи с этим использовать содержащуюся в ней информацию, являются необоснованными и не соответствуют фактическим обстоятельствам вывоза спорных товаров с таможенной территории Китайской Народной Республики и ввоза этих же товаров для внутреннего потребления на таможенную территорию Евразийского экономического союза (ЕАЭС) или таможенную территорию Российской Федерации.

Также судом принимаются пояснения заявителя о том, что при выполнении перевода указанной экспортной декларации переводчиком допущена ошибка в переводе валюты, поскольку иероглиф, указанный в экспортной декларации на товары, в переводе с китайского языка означает «евро», а не доллар, как ошибочно отражено в переводе ООО «Лингва-Тур», что очевидно указывает на ошибочность перевода.

Кроме того суд отмечает, что доказательств того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, отсутствуют.

Соответственно в том случае, если документы, представленные обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, составленные и подписанные продавцом и покупателем товара, являются достоверными и достаточными для подтверждения этой таможенной стоимости, экспортная декларация, как документ, поданный непосредственно продавцом товара таможенному органу иностранного государства, не может иметь первостепенное значение перед указанными документами.

Таким образом, выявленные таможенным органом отдельные недостатки в заполнении экспортной декларации не могли послужить безусловным доказательством недостоверности заявленной таможенной стоимости, которая определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

Относительно довода таможенного органа о том, что представленный обществом прайс-лист копирует номенклатуру ввезенных товаров, судом не принимается во внимание, поскольку законодательно не установлено ограничений на формирование индивидуальных прайс-листов с указанием конкретного товара.

Суд учитывает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату или определенный период.

Соответственно, указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

Сведения, указанные в прайс-листе фирмы-продавца товаров не содержит каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не является обязательным для гражданского оборота, в связи с чем, не может повлиять на достоверность цены сделки.

Вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет.

Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для исключения данного документа из числа доказательств, подтверждающих обоснованность определения заявленной таможенной стоимости по первому методу определения таможенной стоимости.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

В свою очередь наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС. 

Соответственно утверждение таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении товаров по рассматриваемой ДТ нормативно и документально необоснованно.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/280823/3350463.

В свою очередь принятое таможенным органом решение от 14.11.2023 повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, оспариваемое решение Владивостокской таможни от 14.11.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/280823/3350463, является незаконным и нарушающим права общества.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе  государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу таможенные платежи, излишне уплаченные (взысканные) по декларации на товары № 10702070/280823/3350463, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного акта.

Понесенные заявителем судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ взыскиваются в его пользу с таможенного органа.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 14.11.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/280823/3350463, как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню произвести возврат обществу с ограниченной ответственностью «Ива» излишне уплаченные таможенные платежи по ДТ №10702070/280823/3350463, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ива» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья                                                                                      Тихомирова Н.А.