АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А67-4804/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Качур Ю.И.,

судей                                                         Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

при протоколировании судебного заседания помощником судьи Спиридоновым В.В. с использованием системы веб-конференции (в режиме онлайн) рассмотрел кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Велес-40» ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) на определение Арбитражного суда Томской области от 14.10.2022 (судья Соколова О.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 (судьи Дубовик В.С., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу № А67-4804/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Велес-40» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «Велес-40»), принятые по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника солидарно с ФИО6 и взыскании с ФИО3 в пользу должника 6 486 616,91 руб. в возмещение убытков.

В судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняли участие представители: ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 09.09.2022; конкурсного управляющего должником ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 15.03.2022.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ООО «Велес-40» его конкурсный управляющий 28.06.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в размере 6 520 516,91 руб.

Определением Арбитражного суда Томской области от 30.10.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения солидарно к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО6 по основаниям подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); с ФИО3 в пользу должника взыскано 6 486 616,91 руб. в возмещение убытков; в удовлетворении остальной части требования отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.04.2021 указанные судебные акты отменены в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и к ответственности в виде возмещения убытков, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Томской области.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Томской области от 14.10.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение арбитражного суда от 14.10.2022 и постановление апелляционного суда от 15.12.2022, принять по делу новый судебный акт, которым привлечь к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника ФИО3 солидарно с ФИО6 и взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Велес-40» 6 486 616,91 руб. в возмещение убытков.

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: суды необоснованно отказали во взыскании с ответчика убытков, поскольку недействительные сделки совершены в период, когда ФИО3 осуществлял полномочия директора ООО «Велес-40», в результате их заключения выведены активы должника в пользу аффилированных лиц в отсутствие встречного предоставления, что подтверждается вступившими в законную силу определениями суда 10.06.2019; неконтролируемое перераспределение денежных средств внутри группы компаний «Велес-40» лишает должника возможности предъявить к аффиилированным лицам свои требования в целях пополнения его конкурсной массы; ФИО3 не доказана передача ФИО6 документации и иных материальных ценностей должника после смены участника и руководства в группе компаний «Велес-40», свидетельские показания носят противоречивый характер и однозначно не свидетельствуют о том, что утрата и непередача документации должника конкурсному управляющему не зависела от ответчика, поэтому имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судом округа отказано в приобщении отзыва на кассационную жалобу, поступившего от ФИО3, в связи с несоблюдением требований статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о надлежащем и заблаговременном направлении отзыва всем участвующим в деле лицам.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал кассационную жалобу, по доводам изложенным в ней; представитель ФИО3 возражал против ее удовлетворения, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, с даты создания ООО «Велес-40» его единственным участником и руководителем являлся ФИО3 (с 19.11.2002 по 15.03.2017), затем – после дарения ФИО3 своей дочери – ФИО6 100 % участия в уставном капитале ООО «Велес-40» (06.03.2017) единственным участником общества с 15.03.2017 и его руководителем с 27.03.2017 стала ФИО6

Решением Арбитражного суда Томской области от 15.02.2018 ООО «Велес-40» признано банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

Определениями суда от 10.06.2019 признаны недействительными по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделки должника по перечислению денежных средств обществам с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «АЦС «Велес-40» в размере 2 962 040,88 руб., ООО «АЦ Авангард Томск» в размере 2 718 476,03 руб., ООО «Автоцентр «Велес-40» в размере 840 000 руб., как совершенные в отсутствие встречного предоставления в пользу аффилированных лиц; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с данных обществ в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере.

В период совершения оспариваемых сделок (с июля по декабрь 2016 года) руководителем должника являлся ФИО3

При первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора, ссылаясь на вступившие в законную силу судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о доказанности факта причинения должнику убытков в общем размере 6 486 616,91 руб. в результате неправомерных действий ФИО3 и привлекли его к ответственности в виде возмещения убытков.

При этом суды исходили из того, что указанные сделки признаны недействительными по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на момент их совершения, то есть без причинения вреда имущественным правам кредиторов.

На новом рассмотрении суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части, указали на отсутствие оснований для взыскания с ФИО3 убытков по недействительным сделкам, поскольку в 2016 году общества, входящие в группу компаний «Велес-40», в том числе ООО «Автоцент «Велес-40», ООО «АЦ Авангард Томск», ООО «АЦС Велес-40» и ООО «Велес-40» не обладали признаками неплатежеспособности, их руководителем и единственным участником ФИО3 осуществлялись внутригрупповые платежи, перераспределение и расходование денежных средств в рамках единой группы компаний, преследующих общие цели. При этом денежные средства во вне не выводились, финансовые показатели их деятельности свидетельствуют о полученной в этот период прибыли, поэтому вреда ни должнику, ни другим участникам этой группы компаний такими действиями ФИО3 не причинено.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями пунктов 18 и 19 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были изначально направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При этом в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ именно заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Судами правомерно учтено, что перераспределение денежных средств ФИО3 в рамках группы компаний «Велес-40», где он выступал директором и единственным участником, было направлено на развития автомобильного рынка в области, путем привлечения концернов корейской и японской автомобильной промышленности в рамках дилерских соглашений.

Заключенные в интересах группы компаний кредитные соглашения с публичным акционерным обществом «БАНК УРАЛСИБ», договоры поручительства и залога, выписки по расчетным счетам обществ свидетельствуют о том, что участники группы компаний «Велес-40» имели длительные хозяйственные связи, имели общих контрагентов, находились по одному адресу, имели один штат работников, поэтому денежные средства расходовались на единые цели, в том числе на оплату обязательств перед поставщиками, арендодателями, на исполнение кредитных обязательств, выплату заработной платы, уплату налогов и т.д.

В связи со спадом продаж автомобилей в 2014-2015 годах в группе компаний «Велес-40» произошло перепрофилирование деятельности с реализации автомобилей на оказание услуг автосервиса, в связи с чем был заключен лицензионный договор с обществом с ограниченной ответственностью «Белый Сервис» (далее – ООО «Белый Сервис»). Все полученные денежные средства от осуществления деятельности группы компаний «Велес-40» не могли быть в полном объеме направлены на погашение кредитных обязательств, поскольку это могло привести к прекращению деятельности автосервиса.

Суды пришли к верному выводу о том, что в 2016 должником исполнялись обязательства как по кредитным соглашениям, так и перед иными контрагентами. Просрочка исполнения обязательств со стороны ООО «Велес-40» как заемщиком допущена впервые в мае 2016, требования о досрочном погашении задолженности к поручителям и залогодателям предъявлены только в марте 2017 года. При этом согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Велес-40» активы по итогам 2016 года составляли 56 245 000 руб., по итогам 2015 года – 54 910 000 руб., то есть возросли; за 2014-2016 годы финансовые показатели были стабильны; имущества группы компаний «Велес-40» было достаточно для расчетов с кредиторами.

Доказательств, подтверждающих, что денежные средства ФИО3 выводились из группы компаний «Велес-40» с противоправной целью или шло их несправедливое перераспределение в рамках группы компаний, создающее модель ведения бизнеса, когда одно общество выступает «центром прибыли», а другое «центром убытков», не представлено. Анализ выписок с расчетного счета должника показал, что от иных участников группы компаний в пользу ООО «Велес-40» также поступали денежные средства, размер которых превышал суммы, перечисленные ответчиком по недействительным сделкам, поэтому конкурсным управляющим не доказано наличие правовых оснований для взыскания убытков с бывшего руководителя должника.

В части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности суд округа исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи конкурсному управляющему документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет осуществлять основные мероприятия конкурсного производства, в частности, определять круг контролирующих лиц, наличие оснований для привлечения их к ответственности, иным образом пополнять конкурсную массу путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и прочее.

Невозможность совершения указанных действия является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 Постановления № 53).

В связи с этим законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце пятом пункта 24 Постановления № 53, указанные презумпции являются опровержимыми. В частности, заявитель по такому требованию должен подтвердить, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а ответчик - доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в ее непередаче, ненадлежащем хранении.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. При этом руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определениями суда от 17.10.2017 и от 07.06.2018 суд истребовал у ФИО6 документы о хозяйственной деятельности ООО «Велес-40», обязав ее передать документы конкурсному управляющему.

ФИО6 частично исполнила обязанность по передаче документов, что подтверждается актом приема-передачи документов от 03.11.2017, в том числе ею переданы ключи от помещения по адресу: 

<

...>. Анализ перечня переданных документов показал, что они касаются только объекта недвижимости, разрешения на строительство, учредительных документов, при этом первичных бухгалтерских учетных документов, подтверждающих финансово-хозяйственную деятельность должника, не передано.

Допрошенные в качестве свидетелей сотрудники группы компаний «Велес-40» пояснили, что: все общества, владельцем которых являлся ФИО3 располагались по одному адресу: 

<

...>, там же находился кабинет директора, архив, бухгалтерия, центр технического обслуживания; трудовые обязанности ими выполнялись вне зависимости от того, в каком из обществ они были официально трудоустроены, поскольку организация работы построена таким образом, что все работали на единый результат группы компаний «Велес-40»; при осуществлении деятельности использовалось одно оборудование, запасные части к автомобилям находились на совместных складах, документы обществ хранились в одном здании; состояние здоровья ФИО3 не позволяло ему в полной мере осуществлять руководящие функции в группе компаний «Велес40»; с момента смены учредителя и руководителя с ФИО3 на ФИО6 ему был запрещен доступ в здание по адресу: 

<

...>, произведена смена охранной организации; после смены директора и участника в группе компаний «Велес-40» вся хранящаяся в здании документация обществ осталась в архиве и бухгалтерии и продолжала там оставаться пока не была вывезена по распоряжению супруга ФИО6 – ФИО6 (без участия ФИО3). Аналогичные показания даны свидетелями в рамках рассмотрения уголовного дела № 1-19/2019, что подтверждается приговором Советского районного суда города Томска от 02.07.2019 и копиями протоколов допросов обвиняемого и свидетелей, имеющихся в материалах обособленного спора.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что само по себе отсутствие подписанного между ФИО3 и ФИО6 акта приема-передачи документов в отношении ООО «Велес-40», при наличии внутрисемейного конфликта, показаний свидетелей о запрете допуска ФИО3 в здание, где находилась и хранилась документация должника, не может свидетельствовать о недобросовестном поведении ФИО3, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, поскольку первичные бухгалтерские учетные документы ООО «Велес-40» находилась в распоряжении ФИО6, которая должна была в полном объеме передать их конкурсному управляющему.

При этом после смены руководства на ФИО6 ООО «Велес-40» продолжило осуществление хозяйственной деятельности, что было бы невозможным без документации общества.

С учетом изложенного, в отсутствие доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что со стороны ФИО3 были допущены недобросовестные действия, направленные на сокрытие документации должника, изъятие его активов, что в итоге привело к невозможности погашения должником обязательств перед кредиторами либо к увеличению размера задолженности перед ними, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, суды обоснованно не установили причинно-следственной связи между действиями ответчика и банкротством должника, поэтому пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В целом доводы, приведенные кассатором в жалобе, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку направлены на переоценку доказательств и сделанных на их основании выводов (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом округа не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Томской области от 14.10.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 по делу № А67-4804/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 Н.Б. Глотов

 

ФИО1