АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

Сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-1126/2015

г. Белгород

25 февраля 2021 года.

Резолютивная часть решения объявлена 29.12.2020.

Полный текст решения изготовлен 25.02.2021.

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Пономаревой О.И., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио/видеозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по исковому заявлению 

ИП ФИО2 (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), 

ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

ИП  ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

ИП ФИО9 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

третьи лица: ФИО10, ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области 

о взыскании ущерба, причиненного в результате пожара, 

при участии от истцов: 

- от ФИО2 – ФИО11, по доверенности № 31 АБ 1446388 от 24.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег. № 31/749, паспорт; 

- от ФИО4  – ФИО11 по доверенности № 31 АБ 1446388 от 24.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег. № 31/749, паспорт;

- от ФИО8 - ФИО11, № 31 АБ 1261015 от 24.04.2019 адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег. № 31/749, паспорт; 

- от ФИО3 - ФИО11 по доверенности № 31 АБ 1446388 от 24.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег.  31/749, паспорт; - от ФИО5 - ФИО11 по доверенности № 31 АБ 1446388 от 24.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег. № 31/749, паспорт;

- от ФИО6 – ФИО11 по доверенности от 04.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег.№ 31/749, паспорт;

- от ФИО7 - ФИО11, по доверенности от 04.04.2019, адвокат удостоверение № 822 от 30.12.2009, рег.№ 31/749, паспорт;

- от ФИО9 – не явился, извещен;

от ответчиков:

от ООО "Центральный рынок" – не явился, извещен; 

от ООО "Омега" –  не явился, извещен; 

от третьих лиц: 

от ФИО10 – не явился, извещен; 

от ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области – не явился, извещен.

Установил:

Истцы – индивидуальные предприниматели ФИО2; ФИО3; ФИО12; ФИО4; ФИО13; ФИО5; ФИО14 обратились в арбитражный суд с иском к ООО "Центральный рынок" о взыскании 10 672 035 руб. убытков, причиненных в результате пожара.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Омега», ФИО10, ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области.

Определением арбитражного суда от 23.06.2015 дело N А08-1126/2015 по иску ФИО2; ФИО3; ФИО12; ФИО4; ФИО13; Р.М.ДБ.; ФИО14 к ООО "Центральный рынок", третьи лица: ФИО15, ООО "Омега", о взыскании 10 672 035 руб. убытков и дело N А08-3045/2015 по иску индивидуального предпринимателя ФИО9 к обществу с ограниченной ответственностью "Центральный рынок" о взыскании 2 427 400 руб. убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения, делу присвоен номер А08-1126/2015.

Определением суда от 23.07.2015 ООО «Омега» привлечено к участию в деле в качестве соответчика с одновременным исключением общества из числа третьих лиц.

Определением арбитражного суда от 23.09.2015 дело N А08-1126/2015 и дело N А08-4445/2015 по иску предпринимателей ФИО6, ФИО8, ФИО7 к ООО "Центральный рынок" о взыскании убытков от пожара объединены в одно производство для совместного рассмотрения, делу присвоен номер А08-1126/2015.

Определением суда от 23.09.2015 по ходатайству ответчика к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ИП ФИО16.

Определением суда от 18.12.2015 прекращено производство по делу N А08-1126/2015 в части требований ФИО12 о взыскании с ООО "Центральный рынок" и ООО "Омега" солидарно 3 659 700 руб. убытков, причиненных в результате пожара, а также в части требований ФИО13 о взыскании с ООО "Центральный рынок" и ООО "Омега" 1 253 300 руб. убытков, причиненных в результате пожара, поскольку указанные лица не имеют статуса индивидуального предпринимателя

Определением суда от 28.01.2016 прекращено производство по делу N А08-1126/2015 в части требований ФИО14 о взыскании с ООО "Центральный рынок" и ООО "Омега" солидарно 1 121 800 руб. убытков в связи с отсутствием у данного истца статуса индивидуального предпринимателя на момент обращения в суд, а также в связи со смертью ФИО14

Определением арбитражного суда от 01.09.2020, учитывая мнение представителей ИП ФИО9 и ООО «Центральный  рынок», указавших на то, что согласно имеющихся в материалах дела заключений пожарно-технической экспертизы очаг возгорания находился в павильоне, арендованном ИП ФИО16, суд привлек ИП Жирную Р.В. в качестве соответчика, исключив ее из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.

Определением суда от 02.10.2020 производство по делу в части требований к соответчику ФИО16 прекращено, поскольку согласно выписке из ЕГРЮЛ от 25.09.2020 ФИО16 27.11.2015 прекратила деятельность в связи с принятием соответствующего решения, о чем в реестр внесена запись за  ГРН 415312700060517, то есть соответчик не имеет статус индивидуального предпринимателя.

Истцы в ходе рассмотрения дела уточнили исковые требования, просят взыскать солидарно с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки, причиненные пожаром:

- в пользу ИП ФИО2 - 1 012 300 руб. (л.д. 90-91, т. 25);

- в пользу ИП ФИО3 - 770 000 руб.;

- в пользу ИП ФИО4  - 1 204 800 руб.(л.д. 82-83, т. 25);

- в пользу ИП ФИО5 - 2 096 135 руб. (л.д. 129-131, т. 25);

- в пользу ИП ФИО6 - 1 231 050 руб. (л.д. 98-99, т. 25);

- в пользу ИП ФИО7 - 578 684 руб. (л.д. 86-88, т. 25);

- в пользу ИП ФИО8 - 1 317 300 руб. (л.д. 93-95, т. 25);                                                                                  

- в пользу ИП ФИО9 – 1 879 950 руб. (л.д. 69-70, т. 25)

Дело рассмотрено в соответствии  со ст.123, 156 АПК РФ в отсутствие надлежаще извещенных ответчиков и третьих лиц.

В судебном заседании представитель истцов уточненные исковые требования поддержал, указав на доказанность вины ответчиков в произошедшем пожаре, а также на доказанность имущественных требований истцов. Отметил, что на основании экспертных исследований, представленных суду в качестве доказательств установлено, что на участке электропровода длиной около 5 см., одножильного, медного, диаметром сечения 2 мм, без изоляции, находившегося в пакете № 1 установлено, что на данном объекте короткое замыкание произошло до пожара; при исследовании объекта – участка электропровода установлено, что на нем присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно первичное короткое замыкание; очаг пожара расположен между торговыми павильонами № 68 и № 69; причиной пожара является аварийный режим работы электросети на участке, расположенном в очаге пожара; источником возгорания является тепловое проявление электрического тока в условиях аварийного режима работы электросети; воспламенение горючей нагрузки в торговых павильонах № 68, № 69 от источника возникновения пожара, в виде аварийного режима работы электросети, возможно; попадание влаги на провода с ПВХ изоляцией (провода с изоляцией данного типа применялись на объекте – кабель ВВГ 3х2,5) приводит к разрушению пластификаторов и порче изоляции, вследствие чего возможен факт образования различных аварийных режимов работы электрической сети; наличие обнаруженных при исследовании электрощитов скруток также могло способствовать образованию пожароопасных режимов работы в частности – большого переходного сопротивления (БПС); в процессе визуального исследования представленных проводников, на некоторых из них (из пакета № 5, фрагмент №1, фото 41; из пакета № 8, фрагмент № 2, фото 42; из пакета № 9, фрагмент № 3, фото 43) были обнаружены оплавления с признаками протекания пожароопасных аварийных режимов работы электросети – КЗ и токовая нагрузка; представленные на исследование проводники сечением 0,75 мм2 не соответствуют своему сечению в проектной документации и, соответственно, не относятся к штатной электропроводке для питания электроразеток и освещения модуля № 1; проводники сечением 2,5 мм2 соответствуют штатной электропроводке; представленные на исследование проводники сечением 0,75 мм2 не соответствуют своему сечению в проектной документации; проводники сечением 2,5 мм2 соответствуют проектной документации; попадание влаги на провода с ПВХ изоляцией (провода с изоляцией данного типа применялись на объекте – кабель ВВГ 3х2,5) приводит к разрушению пластификаторов и порче изоляции, вследствие чего возможен факт образования различных аварийных режимов работы электрической сети; наличие обнаруженных при исследовании электрощитов скруток (фото 24) также могло способствовать образованию пожароопасных режимов работы в частности – большого переходного сопротивления (БПС).

Также истцами отмечено, что постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела № 2 от 13.03.2014 установлена причинная связь между нарушением ч. 4 ст. 82 Технического регламента о требованиях пожарной безопасности, утверждённого Федеральным законом № 122 – ФЗ, что выражается в ненадлежащем контроле за состоянием электрооборудования торгового модуля со стороны генерального директора ФИО10 Материалами проверки установлено, что генеральный директор ФИО10 в соответствии с приказом от 06.09.2013 является ответственным за пожарную безопасность ООО «Центральный рынок». При рассмотрении договора аренды от 24.11.2013 между ООО «Омега» и ООО «Центральный рынок» следует, что в силу п. 2.1 арендатор использует и содержит имущество в соответствии с противопожарными правилами, установленными законодательством; арендатор обязуется немедленно сообщать арендодателю о возникновении аварийного состояния электрического имущества. На основании ФЗ от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», а именно в соответствии со ст. 37, ст. 38 руководитель организации, в данном случае ФИО10, обязан соблюдать требования пожарной безопасности, а также несет ответственность за нарушение требований. Согласно п.п. 4.1., 4.4 договора аренды от 24.11.2013 между ООО «Омега» (арендодатель) и ООО «Центральный рынок» (арендатор) стороны установили, что арендодатель своевременно осуществляет капитальный и текущий ремонт имущества в сроки, определённые соответствующими техническими нормативами; при неисполнении арендодателем указанных обязательств арендатор имеет право произвести капитальный и текущий ремонт имущества самостоятельно и взыскать с арендодателя стоимость произведенного ремонта; арендатор использует и содержит имущество в соответствии с противопожарными правилами, установленными действующим законодательством; арендодатель имеет право осуществлять контроль за состоянием и эксплуатацией имущества. В ходе проведения проверки по факту пожара 04.01.2014 в торговом модуле № 1, а также вышеуказанными экспертными исследованиями были установлены нарушения правил противопожарной безопасности при использовании электрических сетей. Материалами дела установлено, что собственник (арендодатель) ООО «Омега» допустил технические нарушения при строительстве и вводе в эксплуатацию торгового модуля № 1, переданного в аренду, а также допустил бесконтрольность за деятельностью арендатора ООО «Центральный рынок» и его директора ФИО10 

Таким образом, по мнению истцов, суду представлены доказательства возникновения пожара 04.01.2014 по вине ответчиков, при этом между возникновением пожара и наступлением убытков у истцов имеется прямая причинно-следственная связь. Согласно экспертных исследований, причиной пожара является аварийный режим работы электросети на участке расположенном в очаге пожара. При этом в силу ст. ст. 1079, 1083 ГК РФ ответчики в данном случае несут солидарную ответственность перед истцами. 

Принимая во внимание формы представленных истцами накладных, товарных накладных, товарных чеков и т.д., содержащих все требуемые законодательством о бухгалтерском учете реквизиты, а также представленное в материалы дела заключение эксперта ООО «Губкинэкспертиза» № 14-3784 от 21.01.2014, постановление ОМВД России по г. Губкину от 20.01.2014, в котором имеются сведения об уничтоженном имуществе; письменные ответы эксперта ФИО17, показания эксперта ФИО17, данные в судебном заседании 21.10.2015; списки утраченного имущества, переданные истцами сотрудникам ОВД при проведении дознания; односторонние акты сверки остатков товара по состоянию на 03.01.2014, истцы считают факт и размер убытков, причиненных в результате уничтожения товара при пожаре 04.01.2014, подтвержденными надлежащим образом. При этом заключение эксперта ООО «ГУБКИНЭКСПЕРТИЗА» ФИО17 № 14-3784 от 21.01.2014 (том 3 л.д. 83-190) и заключение от 26.05.2014 об определении стоимости материального ущерба, причиненного ФИО3 (том 8 л.д. 55-65) в установленном законном порядке ответчиками не оспорено. Данные доказательства подтверждают факт нахождения имущества истцов в размере заявленных исковых требований. Кроме того, в ходе рассмотрения данного дела проведены осмотры торговых павильонов истцов (том 16), с целью установления и фиксации фактического объема и количества находящегося в торговых павильонах имущества истцов. Представителем истцов был предоставлен анализ и расчеты объема и стоимости поврежденного в пожаре товара с указанием количества товара (том 16 л.д. 5-8). Анализ осмотров торговых павильонов, по мнению истцов, указывает на достоверность заявленных исковых требований. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть определен судом с учетом всех вышеуказанных обстоятельств и материалов дела, исходя из принципов разумности и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Ответчик ООО «Центральный рынок» в отзывах на иск и в ходе рассмотрения дела требования истцов не признал, указав на недоказанность вины ответчиков в причинении истцам убытков. Отметил, что, передавая помещения № 68-69 в субаренду ИП ФИО16, ответчик передал право пользования и владения ей, а в соответствии с п. 6.1 договоров о предоставлении торговых мест, ИП ФИО16 должна была содержать помещения и установленное в нем оборудование в исправном состоянии, соблюдая при этом требования санитарной и противопожарной безопасности. Следовательно, поскольку обеспечение своевременного выполнения требований  пожарной  безопасности  входит  в  обязанности  как арендодателя,  так  и  арендатора,  ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на них в зависимости от того, чье противоправное,  виновное  действие  (бездействие)  образует  состав правонарушения. 

Как следует из показаний ИП ФИО16, пожар произошел в арендованных ею торговых павильонах. Согласно п. 10.8 договоров, заключенных между истцами и ответчиком (ООО «Центральный рынок»), за исключением случаев, когда законодательство РФ или договор прямо предусматривают обратное, организатор ярмарки не несет никакой ответственности перед продавцом за ущерб, убытки или иные расходы, понесенные продавцом, его работниками, поставщиками, подрядчиками и клиентами в связи с деятельностью, осуществляемой продавцом на территории торгового места. Стороны подтверждают, что при установлении размера и порядка уплаты арендной платы указанное ограничение ответственности организатора ярмарки было учтено. Указанное в настоящем пункте ограничение ответственности организатора ярмарки применяется, в том числе, в случаях: ущерба, нанесенного продавцу, его работникам, поставщикам, подрядчикам и клиентам из-за утечек, пожаров и других аналогичных происшествий, а также ущерба, причиненного другими арендаторами имущества организатора ярмарки, в том числе другими продавцами, их работниками, поставщиками, подрядчиками и клиентами;

Таким образом, как полагает ответчик, ввиду отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих отсутствие вины ИП ФИО16 и подтверждающих виновные действия (бездействия) ответчика, ООО «Центральный рынок» считает, что требование истцов о применение деликтной ответственности к ответчику, незаконно, так как истцы обязаны не только доказать противоправность действий (бездействий) ответчика,а также его вину и причинно-следственную связь между виновными действиями (бездействиями) ответчика и наступившими последствиями, но и в том числе отсутствие вины ФИО16, в помещении которой произошел пожар. 

Также ответчик указал на отсутствие в материалах дела исчерпывающих выводов экспертов об очаге пожара и причине его возникновения. По мнению ответчика эксперт не исследовал в полном объеме обстоятельства возникновения и обнаружения пожара на объекте, не провел объективное, всестороннее и полное исследование всех предоставленных судом материалов и объекта пожара с целью определения следов и признаков, характеризующих место первоначального возникновения горения, в результате чего место первоначального возникновения горения экспертным путем не установлено. Сформулированный экспертами вывод по вопросу № 1, связанному с определением очага пожара, является внутренне противоречивым и лишенным смысла, другим словами - эксперты в данном случае не смогли определить место расположения очага пожара, но указали, что по объяснениям очевидцев он находится между торговыми павильонами № 68 и № 69. Следовательно, без установления очага пожара нельзя установить причину возникновения пожара и, соответственно, установить виновное лицо. Эксперты при определении причины пожара, не установив экспертным путем место первоначального возникновения горения, в полной степени доверились объяснениям очевидцев, что противоречит всем общеизвестным принципам Методологии судебной пожарно-технической экспертизы и требованиям п. 2 ч. 1 статьи 16 Федерального закона № 73-ФЗ.

Даже если исходить из того, что эксперты, полагаясь на объяснения очевидцев, установили, что очаг пожара расположен между торговыми павильонами № 68 и № 69, по мнению ответчика, эксперты должны были в соответствии с общепринятыми принципами пожарно-технического исследования подробно исследовать указанную ими зону и определить какие конкретно горючие материалы находились в этой зоне, установить их пожароопасные характеристики (по крайней мере, хотя бы группу горючести) и определить круг возможных источников тепловой энергии, которые в данном случае могли возникнуть в указанной зоне, после чего определить возможные механизмы возникновения горения (воспламенение, самовоспламенение, самовозгорание или другие. Только в результате такого исследования вполне реальна возможность определения оснований для выдвижения рабочих версий по причин возникновения пожара. А далее, проведя экспертное исследование выдвинутых таким образом рабочих версий, можно было бы установить механизм возникновения горения, соответствующий обстановке данного происшествия и сформулировать причину возникновения пожара. Однако, в рассматриваемом случае, эксперты такое экспертное исследование предоставленных им материалов и объекта пожара не провели, что не позволило им выдвинуть конкретные рабочие версии по возможному источнику зажигания применительно к данному конкретному случаю пожара на объекте. Предложенные экспертами версии для экспертного исследования ничем не обоснованы. В связи с указанным обстоятельством дальнейшее экспертное исследование по вопросам № 2, 4 и 5 лишено всякой логики, последовательности и смысла. 

Также ответчик указал, что эксперты не исследовали, каким образом и в каком количестве были распределены по пространству в модуле № 68 и № 69 (в плане и по высоте) одежда и обувь, а также в каком состоянии – разбросаны, складированы, в упаковке или без упаковки и т.п. Указанное обстоятельство практически полностью исключает возможность определения механизма возникновения горения, направлений его распространения и тепловых параметров возможного источника зажигания. Также эксперты не установили вид аварийного режима и участок, на котором он возник, однако, эти обстоятельства никак не помешали экспертам сформулировать окончательный вывод по причине возникновения данного пожара, причем в категоричной форме: причиной пожара послужил аварийный режим работы электросети на участке, расположенном в очаговой зоне (стр. 31, 29 заключения). То есть, экспертным путем эксперты не определили конкретный участок электросети, в котором имел место аварийный режим, но в выводе по вопросу № 2 указали, что этот аварийный режим возник на участке электросети, который расположен в очаговой зоне, которая экспертами не установлена. После этого, на странице 29, после сделанного им вывода по причине пожара, эксперты отметили, что воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68, 69 от источника возникновения пожара, в виде аварийного режима работы электросети, возможно» (стр. 29 заключения). 

Таким образом, по мнению ответчика, абсолютно не ясно, какие же окончательные результаты экспертного исследования по вопросу № 2 – пожар возник от аварийного режима работы электросети или мог возникнуть от аварийного режима работы электросети. Ответчик отмечает, что такая неопределенность экспертов является абсолютно закономерной, поскольку они не исследовали ни схемы электроснабжения объекта, ни обстоятельств эксплуатации электрооборудования на объекте, особенно той части, которая могла находиться в «установленном» экспертами очаге пожара. Следовательно, при формулировании вывода по вопросу № 2, связанному с определением причины пожара, эксперты допустили профессиональную ошибку. Таким образом, по мнению ответчика, эксперты причину   возникновения   данного   пожара  не установили, а указали в общем виде лишь возможный источник зажигания. Проведенные исследования, в том числе измерение мультиметром MY62, указывают на то, что все автоматы защиты находились в разомкнутом состоянии, а места скруток медных проводников не имеют признаков, характерных для протекания пожароопасных аварийных режимов работы электросети и оборудования (ответ на вопрос № 9 – стр. 32, ответ на вопрос № 15  - стр. 33). Также ответчике отметил, что в письме от 25.06.2018 № 149-22-2-4, ВрИО начальника ИЦЕП подполковник внутренней службы А.Ю. Мокряк указывает, что представленных на исследование материалов дело было недостаточно для проведения исследований в полном объеме. 

В отношении документов, представленных истцами в обоснование заявленных ко взысканию сумм ущерба, ответчик указал, что данные документы не могут служить надлежащими доказательствами, подтверждающими приобретение истцами имущества, оплату имущества, а также подтверждать факт нахождения имущества в арендуемых помещениях в момент возникновения. Представленные предпринимателем документы, оформленные от имени несуществующих юридических лиц, не могут служить основанием для учета расходов на приобретение товаров у хозяйственных обществ. В частности, представлены товарные накладные на приобретение товара в 2011-2013 г.г., в которых в качестве продавцов значатся организации, прекратившие свою финансово-хозяйственную деятельность еще в 2008 году (ст. ст. 61, 63 ГК РФ), или оформленные от имени несуществующего юридического лица. Следовательно, такие товарные накладные не могут служить основанием для учета расходов на приобретение товаров по ним. Кроме того, большая часть накладных датирована 2011-2012 г.г. и началом 2013 г., при том, что сам пожар произошел в январе 2014г., и только одна накладная № 220 от 20.11.2013 на сумму 340 000 руб. датирована датой, позволяющей косвенно предположить, что имущество, указанное в ней, могло находиться в арендуемом помещении в момент пожара,, Однако истцы не предоставили суду каких-либо доказательств, позволяющих хотя бы косвенно определить, что имущество, указанное в представленных накладных,  в том числе в накладной от 20.11.2013, находилось в момент пожара в арендуемом помещении, а также доказательств, подтверждающих оплату истцами товара, указанного в накладных. 

Следовательно, представленные истцами документы в подтверждение заявленных исковых требований не могут быть признаны судом надлежащими и допустимыми, так как отсутствуют платежные документы (платежные поручения или кассовые чеки или приходно-кассовые ордеры или бланки строгой отчетности), подтверждающие безналичную оплату товара или внесение денежных средств в кассу продавцов, что в свою очередь нарушает действующее законодательство РФ, также не представлены доказательства, подтверждающие нахождение товара в арендуемом помещении в момент пожара, а большинство представленных накладных датированы 2012 – началом/серединой 2013 г.г., при том, что сам пожар произошел в 2014 г., следовательно, можно сделать вывод, что товар, приобретенный по данным накладным, был реализован истом задолго до возникновения пожара, так как истцы не предоставляют доказательств, подтверждающие нахождение имущества в момент пожара в арендуемом помещении.

При таких обстоятельствах ответчик просит отказать в удовлетворении заявленных истцами требований в полном объеме.

Соответчик – ООО «Омега» в отзывах на иск требования истцов также не признал, сославшись на заключенный с ООО «Центральный рынок» договор аренды от 24.11.2013, из буквального содержания п. 2.1 которого следует, что контроль за техническим состоянием электрооборудования, в том числе за исправностью защитных аппаратов, входил в обязанности ответчика. Актом приема – передачи от 24.11.2013 подтверждается, что ответчик принял от соответчика недвижимое имущество в нормальном состоянии, пригодном для целевого использования. Каких – либо замечаний ответчика относительно неисправностей электрооборудования акт от 24.11.2013 не содержит. Между тем из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.03.2014 следует, что возгорание в торговом модуле № 1 произошло по причине аварийного режима работы электрооборудования и в связи с нарушением требований пожарной безопасности, отсутствием должного контроля за указанными требованиями ответственного за соблюдение требований пожарной безопасности. При этом, согласно данному постановлению, отсутствие должного контроля имело место быть со стороны генерального директора ответчика ФИО10, являющегося согласно приказу от 06.09.2013 ответственным за пожарную безопасность общества.  Ирных лиц, виновных в произошедшем пожаре, органом дознания не установлено. Доказательств того, что пожар произошел по вине соответчика, истцами не представлено. 

Также соответчик отметил, что истцы не предоставили суду документы, подтверждающие право собственности на имущество, а также доказательства, подтверждающие наличие в торговых местах истцов товара (материальных ценностей) в момент пожара. Отсутствие данных доказательств свидетельствует о недоказанности истцами объема причиненных им убытков, а представленные экспертные заключения не соответствуют действующему законодательству и не могут являться надлежащими доказательствами в обоснование заявленных истцами требований.

Таким образом, по мнению соответчика, он не является  и не может являться ответственным за причинение убытков, нанесенных истцам в результате пожара, так как не является виновным лицом в совершении виновных действий (бездействия) по отношению к истцам и их имуществу.

Третье лицо – ФИО16 в отзыве на иск и в ходе судебного разбирательства указала на обоснованность и правомерность требований истцов, указав, что на момент пожара в торговом модуле № 1 между истцами и ООО «Центральный рынок» были заключены договоры аренды торговых мест. В результате пожара было уничтожено всё имущество истцов, находящиеся в торговых местах. Суду в качестве доказательства было представлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела № 2 от 13.03.2014 (том 1 л.д. 60-66), в котором дана оценка заключению эксперта № ЭУ2/14 ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области».  В исследовательской части заключения ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области» приведено описание экспертного исследования участка электропровода длиной около 5 см., одножильного, медного, диаметром сечения 2 мм, без изоляции, находившегося в пакете № 1;  экспертом установлено, что на данном объекте короткое замыкание произошло до пожара. При исследовании объекта – участка электропровода установлено, что на нем присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно первичное короткое замыкание. В исследовательской части заключения ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области» дана оценка материалам проверки, в том числе объяснениям опрошенных лиц, которые указывали на запах горелой проводки и периодически срабатывали аппараты защиты; иногда срабатывали аппараты защиты и гас свет в модуле (объяснения ФИО18), многие другие предприниматели наблюдали перебои в электроснабжении торгового модуля, при этом ощущался запах подгоревшей проводки». (объяснение гр. ФИО19).

Также ФИО16 отметила, что причинная связь между нарушением ч. 4 ст. 82 Технического регламента о требованиях пожарной безопасности, утверждённого ФЗ № 122 –ФЗ выражается в ненадлежащем контролем за состоянием электрооборудования торгового модуля со стороны генерального директора ФИО10 Материалами проверки установлено, что генеральный директор ФИО10 в соответствии с приказом от 06.09.2013 года, является ответственным за пожарную безопасность ООО «Центральный рынок». Именно руководитель организации, в данном случае ФИО10, обязан соблюдать требования пожарной безопасности, а также, несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела № 2 от 13.03.2014 вступило в законную силу и ответчиками не обжаловалось. В ходе проведения проверки не было добыто доказательств нарушений ИП ФИО16 правил противопожарной безопасности, в том числе использование электрических приборов с нарушением правил противопожарной безопасности. Согласно выводам заключения эксперта №ЭУ2/14 ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области», очаг пожара расположен в районе расположения электророзеток, которые находились непосредственно между торговыми рядами № 68 и № 69, развитию пожара способствовал хороший газообмен и большое сосредоточение пожарной нагрузки. В материалах дела имеются объяснения, в которых указывается, что в торговый модуль попадала влага с 2010 года, при сильных атмосферных осадках происходило частичное затапливание торговых мест, попадание влаги на провода ПВХ изоляцией, провода с изоляцией данного типа применялись на объекте, приводит к потере пластификаторов и порче изоляции, в результате при нарушении защитных свойств изоляции возникают аварийные режимы. Выводы вышеуказанной экспертизы не были опровергнуты в ходе проведения экспертного исследования ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России от 12.12.2016 № Э/13-16.

Также ФИО16  пояснила, что в ходе проведения проверки ею, а также другими индивидуальными предпринимателями указывалось, что никаких инструктажей, в том числе противопожарных с индивидуальными предпринимателями не проводили. Начиная с весны 2013 года в модуле М-1, где истцы арендовали торговые места, протекала кровля данного модуля при выпадении атмосферных осадков, которые стекали по перегородкам между торговыми местами, а по этим перегородкам проходила штатная проводка модуля. С начала 2013 года в торговом модуле наблюдались перепады напряжения в электросети, которые выражались в мигании света и периодическом срабатывании автоматов защиты электросети модуля. По вопросам протекания кровли модуля и перебоев в электросети предприниматели обращались с устными жалобами в администрацию рынка, но недостатки устранены не были. Некоторые предприниматели в торговом модуле чувствовали неоднократно запах горелой проводки.  04.01.2014, когда ФИО16 подошла к арендуемым торговым местам № 68, 69 торгового модуля М-1, то увидела, что пожар начался с задней стены, по направлению снизу вверх. В торговых местах № 68, № 69 торгового модуля М-1 ФИО16 не пользовалась электрооборудованием, открытого огня в арендуемых ею торговых местах не было, легковоспламеняющихся жидкостей в торговых местах № 68, № 69 торгового модуля М-1 она  не хранила. 

 Также ФИО16 указала, что полностью согласна с обоснованностью выводов заключения эксперта №14-3784 от 21.01.2014 ООО «ГУБКИНЭКСПЕРТИЗА», подтверждающими размер причиненного ущерба, в связи с чем считает, что требования истцов основаны на законе и являются обоснованными.

Третье лицо – ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области, проводившее первоначальную пожарно – техническую экспертизу, результаты которой отражены в заключении № ЭУ 2/14, – в письменной позиции по рассматриваемому делу указало, что экспертом ФИО20 при проведении экспертизы и составлении заключения, в ответе на вопрос о расположении очага возгорания, при систематизации и синтезе информативно значимых сведений было указано: внутренний объем модуля достаточно большой; в помещении модуля располагались торговые места, в которых осуществлялась торговля непродовольственными товарами (одеждой и обувью); разделение торговых мест между собой осуществлялось металлическим профлистом, который имеет достаточно высокий коэффициент теплопроводности и не может препятствовать распространению горения; пожарная нагрузка в торговом модуле № 1 выгорела почти в полном объеме; металлические конструкции каркаса покрытия деформированы, листовой материал покрытия уничтожен огнем в полном объеме; перегородки, выполненные из профлиста, разделяющие торговые павильоны, подвержены термическому воздействию, деформированы; ограждающие конструкции здания с внешней стороны имеют термические повреждения, выраженные  в виде выгорания краски  и деформацией. По сведениям, использованным ФИО20, обнаружить признаки очага пожара на участке его возникновения и признаки направленности распространения горения не представляется возможным. Данные признаки могли быть уничтожены (произошло исчезновение – нивелирование) вследствие значительного термического воздействия,  при полном уничтожении горючей загрузки или не зафиксированы при осмотре места происшествия. Строительные конструкции модуля металлические (несущий каркас, выполненный профильной трубой с обшивкой, выполненной металлопрофильным листом). Пожарная нагрузка торгового модуля представлена в виде товара на прилавках и была распределена примерно одинаково. Проанализировав информацию, полученную из протоколов осмотра места происшествия и изучения  фотоматериалов, имеющихся в материале об отказе в возбуждении уголовного дела, выявить признаки очага пожара на участке его возникновения нее представляется возможным. Признаки направленности распространения просматриваются на строительных конструкциях, направлены из внутреннего объема модуля к наружным ограждающим конструкциям. Более точно установить положение очаговой зоны пожара не представляется возможным ввиду низкого качества имеющегося фотоматериала. Эксперт  ФИО20, отвечая на вопрос о расположении очага возгорания, сослался на показания одного очевидца пожара ФИО16, указавшей, что первоначально горение наблюдалось непосредственно между торговыми рядами № 68 и № 69, затем, подойдя к своим торговым местам, заметила открытое пламя в районе расположения электророзеток, которые находились непосредственно между торговыми рядами № 68 и № 69. Очевидцев пожара было более одного человека, информация, содержащаяся в объяснениях, позволяет более точно установить место положения очаговой зоны пожара, которая находилась в нижней части объема торговых мест № 68 и № 69, у стенки, на которой была размещена электророзетка. Таким образом, по мнению третьего лица, вывод эксперта  ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области ФИО20, произведенный в заключении № ЭУ 2/14 находит свое обоснование, опровержению не подлежит – очаговая зона пожара находилась в нижней части объема торговых мест № 68 и № 69, у стенки, на которой размещена электророзетка. Более точно (точечно) установить положение очага пожара не представляется возможным ввиду отсутствия зафиксированных признаков очага пожара на участке его возникновения, и расхождением показаний очевидцев в указании точного места обнаружения очага.

Также третье лицо отметило обоснованность вывода эксперта ФИО20 о том, что развитию пожара способствовал хороший газообмен и большое сосредоточение пожарной нагрузки, которая выгорела почти в полном объеме (одежда и обувь). При осмотре места происшествия в очаговой зоне пожара, в месте размещения торговых мест № 68 и № 69 было обнаружено и изъято электрооборудование, отраженное в протоколе осмотра места происшествия от 04.01.2013, в том числе фрагменты электронагревателя, фрагменты проводов, удлинитель с фрагментом термического воздействия, проводка, фрагменты провода с признаками плавления, кипятильник, фрагменты вентилятора, провод со следами каплевидных оплавлений, участок электропровода одножильного медного провода. При исследовании указанных объектов было установлено, что на участке электропровода, находящегося в пакете № 1 присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно первичного короткого замыкания, то есть короткое замыкание, возникшее до пожара. Данный фрагмент электропровода мог явиться источником возникновения пожара. По результатам проведенного исследования проводника (пакет № 1) установлено, что на данном объекте короткое замыкание произошло до пожара. Таким образом, при исследовании представленного объекта – участка электропровода – установлено, что на нем присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно – первичного короткого замыкания. 

Тем самым, как отметил представитель ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области, инструментальным методом установлено, что на одном участке электрической проводки, находящейся в объеме торговых мест № 68 и № 69, короткое замыкание произошло до возникновения пожара. На остальных проводниках повреждения металла токоведущих жил были сформированы вторичным коротким замыканием, произошедшим во время пожара, или теплом пожара. При проведении анализа по вопросу «что способствовало развитию горения» было установлено, что предметы, которые располагались в торговом павильоне, в том числе в торговых местах № 68 и № 69, выполнены из горючих материалов с температурой воспламенения от 70 до 400 градусов Цельсия. При этом на проводнике с признаками первичного короткого замыкания имелись источники зажигания: электрические дуги и электрические искры, брызги (частиц) расплавленного дугой КЗ металла; тепло от разогрева в результате прохождения токов КЗ токопроводящих жил и других элементов электросети (термическое воздействие токов). Энергии источников зажигания электрического происхождения достаточно для воспламенения указанных материалов. Таким образом, по мнению третьего лица, выводы эксперта ФИО20, отраженные в заключении № ЭУ 2/14 в основной части находят свое обоснование, опровержению не подлежат. 

Также представитель ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области отметил, что в рассматриваемом случае пожара были предпосылки для образования тепловых проявлений электрического тока, при аварийных режимах работы электрооборудования: запах, типичный запаху горящей проводки; несильный хлопок и дым; запах горелого пластика, характерный для горения электропроводки; срабатывание аппаратов защиты, отключение света в модуле; неоднократные перепады напряжения в электросети данного модуля, выражающемся в мерцании света и периодическом срабатывании автоматов).

По вопросу о внешних факторах, которые могли способствовать развитию аварийного режима работы в штатной электросети модуля, представитель ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области пояснил, что развитию аварийного режима работы в штатной электросети модуля могло послужить попадание влаги на электропроводку. При этом неметаллические короткие замыкания обычно возникают в результате нарушения изоляции токоведущих частей электроустановок, утраты изоляцией своих электроизолирующих свойств. Оболочки проводов и кабелей теряют свои электроизоляционные свойства в результате старения полимерного материала, его растрескивания. Влага попадает в трещины, растворенные в ней соли образуют электролит, создаются токопроводящие мостики, приводящие к утечке тока. Если провод проложен снаружи помещения, то разрушительное действие влаги усиливается перепадом температур, когда вода в трещинах периодически замерзает и разрывает полимер. На вопросы, касающиеся электротехнической части (№ 5 - № 11) ответить не представилось возможным, поскольку они выходят за рамки специальных знаний пожарно – технических экспертов.

Третьим лицом – ФИО10 – письменная позиция по существу заявленных требований не представлена, от участия в рассмотрении спора он уклонился.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителя истцов, проверив доводы сторон, арбитражный суд приходит к выводу о том, что уточненные требования истцов подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 24.11.2013 между ООО «Омега» (арендодатель) и ООО «Центральный рынок» (арендатор) заключен договор аренды имущества, в соответствии с п. 1.1 которого арендодатель предоставляет арендатору во временное возмездное владение и пользование на правах аренды имущество, в том  числе: здание рынка общей  площадью 2800,85 м2, кадастровый номер 31:27:00:00:139/133/25:1001- Б; торговый  модуль общей площадью 1002,8 м2, кадастровый номер 31:04:0104005:11:023368-00/001:1001/Б3; торговый модуль общей площадью 1003,6 м2,, кадастровый номер  31:04:0104005:11:023368-00/001:1001/Б4. Право собственности ООО «Омега» на указанные объекты недвижимости подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 14.12.2007 и от 15.03.2011.

В силу п. 2.1 договора имущество предоставляется арендатору для организации и эксплуатации ярмарки на постоянной основе.  Арендатор использует и содержит имущество в соответствии с санитарными и пожарными правилами, установленными действующим законодательством. Арендатор обязуется немедленно сообщать арендодателю о возникновении аварийного состояния электрического, сантехнического и иного оборудования имущества. 

Арендатор вправе без согласия арендодателя заключать любые договоры и соглашения с третьими лицами, связанные с использованием имущества при условии, что такие договоры и соглашения не противоречат целевому назначению имущества и условиям настоящего договора (п. 2.4). Арендатор имеет право сдавать арендуемое имущество или часть его в субаренду, а также использовать право аренды имущества в качестве предмета залога, вклада в уставной капитал других организаций, а также передавать свои права и обязанности по договору третьим лицам только с предварительного письменного согласия арендодателя (п. 2.5).

Арендодатель имеет право осуществлять контроль за состоянием и эксплуатацией имущества в течение срока аренды в форме осмотра имущества и проверки работоспособности инженерных сетей и иного оборудования арендодателя. Проведение контроля арендодателем не должно препятствовать текущей деятельности арендатора и целевому использованию имущества.

В силу п. 3.1 договора срок, в течение которого имущество находится во владении и пользовании арендатора, начинается с момента подписания сторонами передаточного акта и составляет 11 месяцев и считается продленным на очередные 11  месяцев, если за 30 календарных дней  до окончания срока аренды ни одна из сторон не направит другой стороне уведомление о расторжении договора.

Согласно п. 4.1 договора арендодатель  своевременно осуществляет капитальный и текущий ремонт имущества в сроки, определенные соответствующими техническими нормативами, а также аварийный ремонт, за исключением случаев, когда необходимость аварийного ремонта возникла по вине арендатора или субарендатора.

Арендатор обеспечивает проведение капитального (аварийного, восстановительного) ремонта имущества в случае ухудшения имущества в результате аварии по вине арендатора (п. 4.2).

При неисполнении арендодателем обязательств, указанных в п. 4.1 договора, арендатор имеет право произвести капитальный и текущий ремонт имущества самостоятельно и взыскать с арендодателя стоимость произведенного ремонта (п. 4.4).

В акте приема – передачи от 24.11.2013 к договору аренды имущества стороны указали, что имущество находится в нормальном состоянии, пригодном для целевого использования; стороны претензий друг к другу не имеют.

В декабре  2013 года ООО «Центральный рынок», имеющее разрешение № 179 от  22.11.2019 на право организации ярмарки, проводимой на постоянной основе, общей площадью 8 092,8 м2 на 400 торговых мест, заключило с предпринимателями типовые договоры аренды места для продажи товаров (выполнения работ, оказания услуг) на ярмарке, в соответствии с п.1.1 которых ООО «Центральный рынок» (организатор ярмарки) обязуется предоставить продавцу (предпринимателю) во временное владение и пользование место для продажи товаров (выполнения работ, оказания услуг) (далее – место), а продавец обязуется принять место, своевременно и надлежащим образом вносить арендную плату и выполнять другие обязательства, предусмотренные договором. Место расположено  на территории ООО «Центральный рынок» по адресу: 

<

...> (далее – ярмарка); описание места содержится в приложении № 1 к договору (план – схема места для продажи  товаров) (п. 1.2). 

Место предоставляется продавцу исключительно для осуществления торговой де тельности по специализации – реализация прочее (п. 2.1).Пунктом 2.3 договора предусмотрено, что продавец обязуется компенсировать организатору ярмарки все возможные убытки, штрафы, выплаты и расходы, связанные с несоблюдением продавцом положений законодательства РФ и законодательства Белгородской области, регулирующие, в том числе связанные с соблюдением требований пожарной безопасности  т охраны окружающей среды, возникающих в связи с владением и пользованием местом продавцом. Организатор ярмарки имеет право в период действия договора осуществлять обслуживание инженерных сетей и оборудования на месте, а также контроль за состоянием места и соблюдения продавцом условий его использования (п. 2.4).

Продавец обязан содержать место и установленное в нем оборудование в исправном состоянии, соблюдая при этом требования санитарной и противопожарной безопасности, а также требования, предусмотренные организатором ярмарки относительно использования места (п. 6.1). Продавец не вправе осуществлять какие – либо ремонтные работы, производить  изменения, улучшения или внеплановое обслуживание на месте инженерных систем и оборудования  без предварительного письменного разрешения со стороны организатора ярмарки и без предварительного получения обязательных согласований и разрешений   со стороны организатора ярмарки и без предварительного получения обязательных согласования и разрешений со стороны компетентных государственных органов, за исключением случаев проведения неотложного аварийного ремонта (п. 6.2).

В силу п. 6.4 договора организатор ярмарки имеет право в любое время и на свое собственное усмотрение производить самостоятельно любые ремонтные и иные работы в отношении места или любых его частей, или давать разрешение на такие работы любым третьим лицам  при соблюдении условий:  выполнение работ не создает существенных препятствий продавцу в целевом использовании места, или выполнение работ осуществляется в результате выдачи уполномоченными органами соответствующих обязательных предписаний, или выполнение работ необходимо для нормального функционирования места.

Организатор ярмарки оставляет за собой право прекращать или ограничивать доступ на место персонала и посетителей продавца, а также перемещение товарно – материальных ценностей в целях, предусмотренных п.п. 2.4, 2.8; в случае аварий, проведения аварийных и профилактических работ, препятствующих нормальной работе инфраструктуры и инженерных сетей на месте; в случае требований или запретов, изложенных уполномоченными органами государственной власти и/или местного самоуправления (п. 7.2). 

Пунктом 10.7 договора аренды места установлено, что в случае правомерного предъявления одной из сторон требования о возмещении убытков, другая сторона обязуется полностью возместить понесенные этой стороной убытки сверх подлежащих уплате штрафных санкций. 

За исключением случаев, когда законодательство РФ или договор прямо предусматривают обратное, организатор ярмарки не несет никакой ответственности перед продавцом за ущерб, убытки или иные расходы, понесенные продавцом, его работником, поставщиками, подрядчиками и клиентами в связи с деятельностью, осуществляемой продавцом на месте. Стороны подтверждают, что при установлении размера и порядка уплаты арендной платы указанное ограничение ответственности организатора ярмарки было учтено и применяется, в том числе в случаях: прекращения подачи любых коммунальных услуг продавцу (за исключением случаев, когда такое прекращении е подачи коммунальных услуг было вызвано виновными действиями и/или бездействиями организатора ярмарки; в случае ущерба, нанесенного продавцу, его работникам  из-за утечек, пожаров и других аналогичных происшествий, а также ущерба, причиненного третьими лицами, в том числе другими арендаторами имущества организатора ярмарки, их работниками, поставщиками, подрядчиками и клиентами, и т.д. 

В соответствии с договорами № 1-68 и № 1-69 от 01.12.2013  ИП ФИО16 арендовала у ООО «Центральный рынок» торговые места (павильоны) № 68 и № 69 (л.д. 55-63, т. 3). Аналогичные договоры были заключены ООО «Центральный рынок» с истцами (л.д. 66-104, т. 2).

04.01.2014 в торговом модуле № 1, расположенном на территории ООО «Центральный рынок», произошел пожар. Объектом пожара явилась территория ООО «Центральный рынок», местом пожара – выполненный из металлопрофиля одноэтажный модуль № 1 с шестью торговыми рядами, имеющий выходы с четырех сторон.

В целях установления обстоятельств возникновения и развития пожара, а также причины пожара Отделом надзорной деятельности г. Губкин и Губкинского района, проводившим проверку по факту пожара, в ФГБУ «Судебное – экспертное учреждение  Федеральной пожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Белгородской области» (далее – ФГБУ СЭУ ИПЛ по Белгородской области) направлен материал для проведения пожарно – технической экспертизы, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы: 

1. Где располагался очаг возгорания?

2. Что способствовало развитию горения?

3. Что явилось источником возникновения пожара?  Возможно ли воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68, № 69 от возможного источника возникновения пожара?

4. Имеют ли представленные проводники какие – либо следы аварийного режима работы, если имеют, то какие (первичные, вторичные), при их наличии указать – могли ли они послужить источником возникновения пожара?

5. Относятся ли изъятые участки электропроводов к штатной электросети торгового модуля № 1?

6. Соответствует ли сечение жил электропроводов, изъятых в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 09.01.2014, сечению проводов, указанному в проекте торговых модулей «внутреннее электроснабжение»?

7. Соответствуют ли изъятые аппараты защиты штатной электросети модуля аппаратам защиты, предусмотренным проектной документацией?

8. Соответствует ли выбранный тип аппаратов защиты, предназначенный для защиты электросети модуля от аварийных режимов работы, для выбранного типа электросети, расположенной в модуле?

9. Сработали ли аппараты защиты? 

10. Какие внешние факторы могли способствовать развитию аварийного режима работы в штатной электросети модуля? 

11. Возможно ли установить, к какому электрическому щиту и конкретно к какому аппарату защиты подходила электросеть для розеток, проложенная по торговому ряду с торгового места № 67 - № 82. Если возможно, то имеется ли возможность установить, сработал ли аппарат? 

Результаты экспертного исследования, проведенного на основании анализа обстоятельств пожара на основании изучения представленных копий документов и объектов, изъятых с места пожара, зафиксированы в заключении эксперта № ЭУ 2/14 (л.д. 1-49, т. 2).

В исследовательской части указанного заключения № ЭУ2/14 экспертом приведено описание исследования участка электропровода длиной около 5 см, одножильного, медного, диаметром сечения 2 мм, без изоляции, находившегося в пакете № 1. На основании экспертных исследований экспертом установлено, что на данном объекте короткое замыкание произошло до пожара. При исследовании объекта – участка электропровода установлено, что на нем присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно первичное короткое замыкание.

Анализируя характерные особенности возможного развития пожара, эксперт указал, что внутренний объем модуля достаточно большой, что свидетельствует о хорошем газообмене  на пожаре, то есть о достаточном количестве кислорода для поддержания горения и развития пожара.  В данных условиях горение распространяется достаточно быстро, пожаром повреждается значительная площадь. В помещении модуля располагались торговые места, в которых осуществлялась торговля непродовольственными товарами (одеждой, обувью) Разделение торговых мест между собой осуществлялось металлическим профлистом, который имеет достаточно высокий коэффициент теплопроводности и не может препятствовать распространению горения. 

Экспертом на основании материалов вдела установлено, что пожарная нагрузка в торговом модуле № 1 выгорела почти в полном объеме, металлические конструкции каркаса покрытия деформированы, листовой материал покрытия уничтожен огнем в полном объеме; перегородки, выполненные из профлиста, разделяющие торговые павильоны, подвержены термическому воздействию, деформированы; ограждающие конструкции здания с внешней стороны имеют термические повреждения, выраженные в виде выгорания краски и деформации. Значительные термические повреждения обусловлены высокой пожарной нагрузкой в здании и хорошим газообменом. Конструкции здания (профлист) имеют низкие показатели предела огнестойкости, в результате чего данные конструкции повреждены на значительной площади. На основании объяснений свидетелей установлено, что первоначально горение наблюдалось в павильонах № 68-№ 69 (подойдя к своим торговым местам ФИО16 заметила открытое пламя в районе электророзеток, которые находились непосредственно между торговыми рядами № 68 и № 69; ФИО16 пыталась самостоятельно тушить пожар, но погасить огонь ей не удалось). 

По результатам изучения материалов дела экспертом по первому и второму вопросам установлено, что в модулях № 68 и № 69 имеются значительные термические повреждения. Сравнивая характер термических повреждений в иных местах, установлено, что закономерности развития пожара не противоречат тому факту, что  пожар возник в модулях № 68 и № 69, далее горение распространилось по горючим материалам по площади модуля. 

Отвечая на третий вопрос, эксперт исследовал электропитание объекта в соответствии с представленной проектной документацией (л.д. 41, т. 2) и установил, что электропитание розеток места, в котором расположен очаг пожара в соответствии с проектом, должно осуществляться трехжильным медным кабелем (группа 7), марка провода ВВГнг-LS – 3 х 2,5, аппарат защиты АД-12 2 Р 16 А, 30 мА. По результатам исследования представленных объектов установлено, что щитом, питающим электророзетки ЩС 2-1, является щит, находящийся в пакете № 16 (л.д. 31, т.2), при этом данный вывод сделан по имеющимся в щите аппаратам защиты (дифференциальный автомат УЗО) и и х количеству, в иных электрощитах находятся аппараты защиты другого типа и большего/меньшего их количества, а также иные щиты не соответствуют внешним признакам. 

В описании изъятого из пакета № 16 электрощита эксперт указал, что в его торцовых частях имеются круглые технологические отверстия диаметром 30 мм, с одной стороны одно отверстие, с противоположной – 3 отверстия,  через них выведены токоведущие жилы; корпус щита подвержен термическому воздействию, деформирован, покрыт окалиной, ржавчиной, копотью; во внутреннем объеме щита обнаружены аппараты защиты, расположенные в 1 ряд, которые подвержены значительному термическому воздействию по всему объему электрощита. В данном случае установить, сработали ли автоматы от какого – либо аварийного режима в электросети не представилось возможным, так как детали автомата подвержены значительному тепловому воздействию в результате пожара.

Также экспертом установлено, что согласно проектной документации предусмотрена установка для защиты электросети аппарата защиты АД14 4Р 32А 100 мА и от него 8АД12 2Р 16А 30мА. При визуальном исследовании электрощита выявлено наличие провода, который проходит внутрь корпуса щита, минуя дифференциальные автоматы. То есть устройство электрощита не соответствует проектной документации, и выходящий из щита провод, и электрооборудование, питаемого от него, не обеспечено, проектными аппаратами защиты. В щите имеется соединение провода, проходящего через щит «напрямую», которое выполнено с помощью одного контакта «напрямую». 

Экспертом установлено, что электропровод, соответствующий сечению кабеля, питающего электророзетки группы № 7, изъятый в модуле, в котором расположен очаг пожара, имеет признаки аварийных режимов работы, а именно – первичное короткое замыкание (возникшее до пожара); электросеть (судя по проекту, питающая электророзетки) не была должным образом защищена аппаратами защиты. Проводя дальнейшее исследование, эксперт установил, что в группе 7 (по проекту) расположено 20 розеток (по одной в каждом торговом месте), допустимый ток составляет 21 А, суммарная допустимая мощность потребителей 9,5 кВт, т. ест. 471 ВТ на один павильон.  

Совокупность установленных обстоятельств, наряду с пояснениями свидетелей – предпринимателей, непосредственно осуществлявших деятельность в арендуемых павильонах сгоревшего модуля, позволило эксперту прийти к выводу о том, что в электропроводке происходили аварийные пожароопасные режимы, при которых по элементу электросети проходит ток, превышающий номинальное значение, на которое рассчитан данный элемент (провод, кабель, устройство электрозащиты), в результате чего данный элемент электросети прогревается и в нем происходят различного рода изменения. Тепловые эффекты, сопровождающие этот режим и соответствующие повреждения элементов электроустановок различаются в зависимости от кратности тока перегрузки, которая равно отношению величины рабочего тока к номинальному или длительно допустимому. Например, при перегрузках с кратностью не более двух в элементах электросети за короткое время не возникают заметные термические повреждения, однако при длительной работе в этих же условиях происходит перегрев проводников или токопроводящих деталей, постепенное разрушение их изоляции со значительным снижением ее изоляционных свойств.  Как правило, после разрушения изоляции возникает короткое замыкание с характерными для него пожароопасными  факторами, что характерно для рассматриваемого случая. 

В связи с этим, по третьему вопросу эксперт  пришел к выводу о том, что причиной пожара послужил аварийный процесс в электросети, а именно – короткое замыкание. 

Отвечая на вторую часть вопроса (возможно ли воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68, № 69 от возможного источника возникновения пожара), эксперт указал, что при коротком замыкании выделяется значительное количество тепла, учитывая наличие и вид пожарной нагрузки (ткани, обувь) в павильоне и доступа кислорода воздуха, воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68, № 69 от тепла, выделяемого при коротком замыкании, возможно.

По итогам проведенного исследования по четвертому вопросу экспертом при исследовании представленных объектов установлено, что на участке электропровода, находившегося в пакете № 1, присутствуют следы аварийных режимов работы, а именно -  первичного короткого замыкания, то есть короткое замыкание, возникшее до пожара. Данный элемент электропровода мог являться источником возникновения пожара.

По пятому вопросу эксперт отметил, что наиболее распространенными электропроводниками для присоединения бытовых приборов являются провода, шнуры, указанные в таблице (л.д. 44, т. 2). Одним из основных требований для проводников, питающих электробытовые приборы, является их гибкость, поэтому используются многопроводные жилы. Проводник, на котором обнаружены признаки короткого замыкания, одножильный, в связи с чем сделан вывод о том, что данный провод не относится к электрокабелям (шнурам), питающим какой – либо электробытовой прибор, и относится к электросети объекта. 

По 6 вопросу эксперт установил, что проектом предусмотрен кабель с диаметром жилы 2,5 мм2, в то время как электропровод, изъятый в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 09.01.2014, имеет диаметр 1,57 мм2, площадь сечения составляет 1,9 мм2. Вывод: представленный провод имеет меньшее сечение, нежели предусмотрено проектной документацией.

По 7 вопросу эксперт  пришел к выводу о том, что контролируемый параметр в проектных и фактически установленных аппаратах защиты одинаков, но в связи с тем, что номинал установленных аппаратов определить не представилось возможным, вывод об их соответствии (не соответствии) проекту сделать нельзя.

По 8 вопросу экспертизы эксперт указал, что установить, сработали ли аппараты защиты, расположенные в щитке для розеток  и  в щитке освещения, от какого – либо аварийного режима в электросети, не представилось возможным, так как детали автомата подвержены значительному тепловому воздействию в результате пожара. Сохранившиеся аппараты защиты, расположенные в щитке для кондиционеров и тепловых завес, находятся в положении «выкл.». В данном положении клавиша аппарата закопчена, при переводе клавиши в положение «вкл.» наблюдается отсутствие копоти на клавише, то есть аппарат сработал либо находился в выключенном положении до пожара. 

По 9 вопросу, ссылаясь на объяснения арендаторов о том, что с самого начала, то есть с 2010 года при сильных атмосферных осадках происходило частичное затапливание некоторых торговых мест, в том числе ФИО16, эксперт указал, что попадание влаги на провода с ПВХ изоляцией (провода с изоляцией данного типа применялись на объекте) приводит к потере пластификаторов и порче изоляции, аварийный режимы, возникающие при нарушении защитных свойств изоляции, подробно описаны в исследовании по вопросу № 3. В связи с этим эксперт пришел к выводу о том, что развитию аварийного режима работы в штатной электросети модуля могло послужить попадание влаги на электропроводку.

По 10 вопросу эксперт установил, что питание электросети для электророзеток осуществлялось щитом ЩС 2-1. Установить, к какому именно аппарату защиты подходила электросеть для розеток, проложенная в торговом ряду с торгового места № 67 до № 82 не представилось возможным, однако законодательство РФ в отношении аппаратов защиты требует, чтобы линии электроснабжения помещений зданий и сооружений имели устройства защитного отключения, предотвращающие возникновение пожара (ч. 4 ст. 82 Федерального закона от 22.07.2008 «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности»). 

По мнению эксперта, при условии правильного монтажа и эксплуатации аппаратов защиты, в данном случае дифференциального действия, они выполнили бы свою функцию, то есть пожар бы по электротехнической причине не произошел, так как предусмотренные аппараты защиты рассчитаны на защиту сети от возникновения пожара, вызванного утечкой тока через поврежденную изоляцию проводов и перегрузок в электросети, в том числе коротких замыканий.

В ходе проведения проверки по факту пожара, произошедшего 04.01.2014, были опрошены индивидуальные предприниматели, арендовавшие торговые места в торговом модуле № 1, директор ООО «Центральный Рынок» ФИО10

Так ИП ФИО21 в своих объяснениях (материал проверки л.д. 622-627) указал, что никаких инструктажей, в том числе противопожарных с индивидуальными предпринимателями не проводили. Начиная с весны 2013 года в модуле М-1, где предприниматели  арендовали торговые места, протекала кровля данного модуля при выпадении атмосферных осадков, данные атмосферные осадки стекали по перегородкам между торговыми местами, а по этим перегородкам проходила штатная проводка модуля. С начала 2013 года в торговом модуле наблюдались перепады напряжения в электросети, которые выражались в мигании света и периодическом срабатывании автоматов защиты электросети модуля. По вопросам протекания кровли модуля и перебоев в электросети предприниматели обращались с устными жалобами в администрацию рынка, но недостатки устранены не были. Некоторые предприниматели в нашем торговом модуле чувствовали неоднократно запах горелой проводки. Вышеуказанные обстоятельства подтвердили опрошенные индивидуальные предприниматели, арендовавшие торговые места в модуле № 1, в том числе и истцы в ходе рассмотрения дела.

Директор ООО «Центральный Рынок» ФИО10 в своих объяснениях (материал проверки л.д. 609) указал, что заключенных договоров на обслуживание автоматической пожарной сигнализации и планово-предупредительный ремонт с организациями не было. Некоторые люди, 2-3 человека,  приходили и жаловались, что капает с крыши, с каких торговых мест не помнит, но примерно торговые места в центре модуля, над которыми выполнена модульная кровля в виде купола.

ФИО16 в своих неоднократных объяснениях указывала, что 04.01.2014, когда она подошла к арендуемым ею торговым местам № 68, № 69 торгового модуля М-1, то увидела, что пожар начался с задней стены, по направлению снизу-вверх. В торговых местах № 68, № 69 торгового модуля М-1 предприниматель не пользовалась электрооборудованием, открытого огня в арендуемых мной торговых местах не было, легковоспламеняющихся жидкостей она также не хранила. Также ФИО16 поясняла, что периодически чувствовала запах горелой проводки,  периодически срабатывали аппараты защиты, гас свет в модуле.

Аналогичные показания давали и другие арендаторы торгового модуля № 1. 

Объяснения вышеуказанных лиц подтверждают наличие в торговом модуле № 1 аварийных режимов работы электросети, а также попадание влаги на электропроводку.

20.01.2014 ОМВД России по г. Губкину принято постановление о проведении товароведческой экспертизы на предмет определения рыночной стоимости имущества, перечисленного предпринимателями и уничтоженного пожаром. 

Экспертом-оценщиком ООО «ГубкинЭкспертиза» ФИО17, подготовлено заключение № 14-3784 от 21.01.2014 (л.д. 67-170, т. 1), согласно которому материальный ущерб от пожара, причиненного индивидуальным предпринимателям, арендовавшим торговые места в торговом модуле № 1 составил в общей сложности 76 428 586 руб., в том числе:

- ИП ФИО2 – 1 012 300 руб.,

- ИП ФИО3  – 324 000 руб.,

- ИП ФИО4  – 1 204 800 руб.,

- ИП ФИО5 – 2 096 135 руб.,

- ИП  ФИО6 – 2 305 600 руб.,

- ИП ФИО7 – 1 226 350 руб.,

- ИП ФИО8 – 1 313 050 руб.,

- ИП ФИО9 – 2 427 400 руб.

При этом в заключении экспертом отмечено, что визуального освидетельствования перечисленного имущества не производилось, так как имущество было полностью термически уничтожено; эксперт не имел возможности осмотреть товар, установить маркировку, определить основные характеристики и внешний вид оцениваемого товара, проверить комплектацию. Данные о количестве уничтоженного товара предоставил заказчик экспертизы. Оценка имущества была произведена путем определения средней рыночной стоимости различных групп товаров (изучение спора и предложения товаров, аналогичных оцениваемому, на территории Белгородской области). Сравнительный (рыночный) подход к оценке рыночной стоимости товара основан на анализе цен покупки и продажи товара, сложившихся в данный момент на данном сегменте рынка, а если у эксперта отсутствовала информация о сложившейся рыночной цене конкретной марки изделия - с помощью сравнительного подхода оценивается данный товар на основе анализа рыночных цен на изделие, имеющее аналогичные функциональные (технические и эксплуатационные характеристики. Расчет износа товаров не проводился, так как товар находился в новом состоянии и предназначался для дальнейшей реализации.

Также экспертом в заключении отмечено, что для решения поставленной задачи им проведено исследование конъюнктуры рынка оцениваемого товара на дату оценки. В процессе проведения экспертизы был проведен опрос фирм, реализующих аналогичный товар, использование базы данных сети Интернет.

03.02.2014 органом дознания отдела НД г. Губкин и Губкинского района вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО10 по факту пожара за отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного  ч. 1 ст. 219 УК РФ, а также за отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ (л.д. 30-33, т. 3).

В данном постановлении орган дознания, сославшись на выводы проведенной ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области пожарно – технической экспертизы, отраженные в заключении № 21/14, отметил наличие указания эксперта на то, что при визуальном исследовании электрощита выявлено наличие провода, который проходит внутри корпуса щита, минуя дифференциальные автоматы, в связи с чем пришел к выводу о том, что устройства электрощита  не соответствовали проектной документации и выходящий из щита провод  и электрооборудование питаемого от него не обеспечено проектными аппаратами защиты, электросеть (судя по проекту питающая электророзетки) не была должным  образом защищена  аппаратами защиты, что свидетельствует о нарушении правил установки устройств защитного отключения, предусмотренного ч. 4 ст. 82 Технического регламента о требованиях пожарной безопасности, утвержденного Федеральным законом № 122-ФЗ. 

Исходя из указанных признаков, орган дознания пришел к выводу о том, что в электропроводке происходили аварийные пожароопасные режимы, при  которых по элементу электросети проходит ток, превышающий номинальное значение, на которое рассчитан данный элемент (провод, кабель, устройство электрозащиты), в результате чего данный элемент электросети  перегревается и в нем происходят различного рода изменения. Тепловые эффекты, сопровождающие этот  режим, и соответствующие повреждения элементов электроустановок, различаются в зависимости от кратности тока перегрузки, которая равна отношению величины рабочего тока к номинальному или длительно допустимому. 

Также органом дознания констатировано, что в результате пожара товар, находящийся в торговых местах, уничтожен огнем полностью; пожарная нагрузка в торговом модуле № 1 выгорела почти в полном объеме, металлические конструкции каркаса покрытия деформированы, листовой материал покрытия уничтожен огнем в полном объеме; перегородки, выполненные из профлиста разделяющие торговые павильоны, подвержены термическому воздействию. Материальный ущерб, причиненный при  пожаре, составил 67 440 720 руб. 

Указанные обстоятельства, как установлено органом дознания, свидетельствуют о нарушении требований пожарной безопасности при установке устройства защитного отключения и отсутствии должного контроля за указанными требованиями назначенного приказом от 06.09.2013 ответственного за соблюдением требований пожарной безопасности ФИО10 

На основании изложенного установлено, что возгорание произошло в связи с аварийным режимом работы электрооборудования.  При этом последствий, указанных в диспозиции ст. 168 УК РФ, не наступило, так как загорание произошло не в результате неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности, а в силу аварийного режима работы штатной электросети модуля, уничтожение и повреждение чужого имущества произошло не в связи с умышленными действиями, что свидетельствует об отсутствии состава преступления.

13.03.2014  органом дознания – отделом НД г. ФИО32 и Губкинского района вынесено постановлен6ие об отказе в возбуждении уголовного дела № 2 в отношении ФИО10 по факту пожара за отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного  ч. 1 ст. 219 УК РФ, а также за отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ (л.д. 23-33, т. 3).

В данном постановлении, содержащем те же установленные органом дознания обстоятельства, что и в постановлении от  03.02.2014, отражено, что ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ФИО10 заключалось в том, что в силу п. 2.3 ГОСТ 12.1.004-91 предотвращение образования в горючей среде источников зажигания должно достигаться применением одного из способов или их комбинацией – применением машин, механизмов, оборудования, устройств, при эксплуатации которых не образуются источники зажигания, в то время как экспертным заключением № 21/14 ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области установлено нарушение правил установки устройств защитного отключения (наличие провода, который проходит внутри корпуса электрощита, минуя дифференциальные автоматы). Причинная связь между нарушением  ч. 4 ст. 82 Технического регламента о требованиях пожарной безопасности, утвержденного Федеральным законом № 122-ФЗ, выражается в ненадлежащем контроле за состоянием электрооборудования торгового модуля со стороны генерального директора ООО «Центральный рынок» ФИО10

Постановления отдела НД г. ФИО32 и Губкинского района от 03.02.2014 и 13.03.2014 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО10 в установленном УПК РФ порядке ни истцами, ни ФИО10 обжалованы не были.

16.05.2014 предпринимателями ФИО2, ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО13, ФИО14, ФИО22 в адрес генерального директора ООО «Центральный рынок» направлена претензия с предложением добровольно возместить причиненный ущерб и выплатить его в размере, определенном на основании заключения эксперта № 14-3784 от 21.01.2014 (л.д. 51-52, т. 2).

В письме от 21.05.2014 № 17 ответчик в ответ на претензию просил предоставить все документы, обосновывающие причиненный ущерб, после получения которых общество рассмотрит претензию и примет соответствующее решение (л.д. 53, т. 2).

29.09.2014 истцы направили в адрес ответчика повторную претензию с требованием о возмещении причиненного пожаром ущерба, одновременно указав на готовность обсудить размер выплат до 10.10.2014 (л.д. 54, т. 2).

Кроме того, ИП ФИО9 направила в адрес ООО «Центральный рынок» претензию 26.03.2015, претензия ответчиком оставлена без ответа и удовлетворения.

Уклонение ООО «Центральный рынок» от возмещения ущерба, причиненного пожаром, обусловило обращение истцов  в арбитражный суд с настоящим иском (с учетом заявлений в порядке ст. 49 АПК РФ).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статья 1082 ГК РФ предусматривает, что при удовлетворении требования о возмещении вреда лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются общей мерой гражданско-правовой ответственности, целью которой является возмещение отрицательных последствий, наступивших в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения договорного обязательства и (или) совершения гражданского правонарушения.

В предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факт нарушения права истца; вина ответчика в нарушении права истца; факта причинения убытков и их размера; причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками.

Причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: факт наступления вреда, его размер, противоправность поведения причинителя вреда, его вина, а также наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из указанных элементов исключает возможность удовлетворения требования о взыскании убытков (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 N 18-КГ15-237, от 30.05.2016 N 41-КГ16-7, постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 N 25-П).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснил, что по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно пункту 13 указанного Постановления при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежат стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для наступления деликтной ответственности необходимо установить наличие факта наступления вреда; противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между первым и вторым элементами. Вина в деликтном обязательстве презюмируется, в связи с чем ее отсутствие должно доказать лицо, к которому предъявлены требования о возмещении вреда.

Согласно части 2 статьи 37 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Закон N 69) организации обязаны соблюдать требования пожарной безопасности, а также выполнять предписания, постановления и иные законные требования должностных лиц пожарной охраны.

Часть 1 статьи 38 Закона N 69 устанавливает, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества и лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

В силу пункта 12 Постановления N 25 размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, размер убытков подлежит установлению судом на основании представленных в материалы дела доказательств.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Оспаривая требования истцов и выводы экспертного заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области № ЭУ-2/14, ответчиками в дело представлено рецензионное заключение на указанную экспертизу, подготовленное экспертом АНО «Судебная экспертиза» ФИО23 по заказу ответчиков на предмет анализа объективности, всесторонности и полноты указанного экспертного исследования (л.д.106-151, т. 4).

По итогам исследования заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области № ЭУ-2/14 рецензент пришел к следующим выводам: в заключении отсутствует необходимая информация, подтверждающая субъективную компетентность эксперта ФИО20 для решения данной экспертной задачи, а также данные, позволяющие считать эксперта ФИО20 государственным судебным экспертом в порядке ст. ст. 12, 13 ФЗ – 73; в части пожарно – технического исследования в целом выбранную экспертом схему экспертного исследования нельзя признать обоснованной; при проведении экспертного исследования и даче заключения по вопросам № 5 - № 11 эксперт ФИО20 вышел за рамки своей компетенции; в заключении отсутствует дата, время и место проведения судебной экспертизы и какие объекты были предоставлены в распоряжение эксперта для выполнения экспертной задачи, что является отступлением от требования ст. 25 ФЗ – 73; эксперт провел исследование объектов, которые ему не предоставлялись (объекты, которые изъяты с места пожара), что является отступлением от требований п. 2 ч. 2 ст. 16 ФЗ – 73; в заключении отсутствует экспертное исследование представленных эксперту материалов в полном объеме, не выделены, не проанализированы и не систематизированы термические повреждения объекта, характеризующие очаг пожара, в связи с чем ответ эксперт а ФИО20 на 1 вопрос о месте расположения очага возгорания нельзя признать обоснованным и достоверным; в заключении отсутствует исследование по вопросу № 2; эксперт  ФИО20 не провел всестороннее (с применением всех имеющихся методик и методов) и полное исследование представленных ему объектов, не исследовал обстоятельства возникновения, обнаружения и тушения пожара, в результате чего не выдвинул и не исследовал все возможные рабочие версии возникновения горения с объекте, не установил источник зажигания, не исследовал пожароопасные свойства веществ и материалов, не определил возможность их взаимодействия с возможными источниками зажигания, поэтому выводы по вопросам № 3 и № 4 нельзя считать обоснованными и достоверными; формулировка вывода эксперта по вопросу № 3 не соответствует результатам экспертного исследования по этому вопросу, в связи с чем, по мнению рецензента заключение эксперта № ЭУ-2/14 не удовлетворяет требованиям объективности, всесторонности и полноты исследований.

Определением суда от 18.08.2016 по ходатайству ООО «Центральный рынок» по делу назначена комплексная судебная пожарно-техническая и электротехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Санкт - Петербургский университет государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий" (ФГБО ВО "Санкт - Петербургский университет ГПС МЧС России) начальнику отдела инструментальных методов и технических средств экспертизы пожаров ФИО24 (специализация "металлографические и морфологические исследования металлических объектов"); старшему научному сотруднику отдела экспертизы пожаров ФИО25 (специализация "Реконструкция процесса возникновения и развития пожара"); ведущему научному сотруднику отдела экспертизы пожаров ФИО26 (специализация "Реконструкция процесса возникновения и развития пожара").

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1. Где располагался очаг возгорания?

2. Что явилось причиной возникновения горения?

3. Что способствовало развитию горения?

4. Что явилось источником возгорания?

5. Возможно ли воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне N 68, 69 от возможного источника возникновения пожара?

6. Если причиной возникновения горения явился аварийный режим работы штатной электросети, то какие внешние или иные факторы могли поспособствовать развитию аварийного режима работы в штатной электросети?

7. Имеют ли представленные фрагменты штатной электросети (проводники) какие-либо следы аварийного режима работы, при наличии следов аварийного режима работы штатной электросети прошу указать - могли ли они послужить источником возникновения пожара?

8. Соответствует ли выбранный тип аппаратов защиты, предназначенных для защиты штатной электросети сгоревшего модуля от аварийных режимов работы, штатной электросети, установленной в сгоревшем модуле?

9. Сработали ли штатные аппараты защиты в момент возгорания?

10. Имеют ли представленные проводники какие-либо следы аварийного режима работы?

11. Относятся ли изъятые участки электропроводов к штатной электросети торгового модуля N 17?

12. Соответствует ли сечение жил электропроводов, изъятых в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 19.01.2014, сечению проводов, указанных в проекте торговых модулей "внутреннее электроснабжение"?

13. Соответствуют ли изъятые аппараты защиты электросети модуля аппаратам защиты, предусмотренным проектной документацией?

14. Соответствует ли выбранный тип аппаратов защиты, предназначенных для защиты электросети модуля от аварийных режимов работы, для выбранного типа электросети, расположенной в модуле?

15. Сработали ли аппараты защиты?

16. Какие внешние факторы могли способствовать развитию аварийного режима работы в штатной электросети модуля?

17. Возможно ли установить к какому электрическому щиту и конкретно к какому аппарату защиты подходила электросеть для розеток проложенная по торговому ряду с торгового места N 67-82? Если возможно, то имеется ли возможность установить сработал ли данный аппарат?

20.12.2016 и 12.01.2017 в суд поступило заключение  экспертов № Э/13-16 (л.д. 1 – 71, т. 12), содержащее подробное исследование содержимого представленных пакетов, коробок, полипропиленовых мешков, в которых в распоряжение экспертов были представлены изъятые на месте пожара вещественные доказательства; выполненное металлографическое исследование  в целях установления причин и условий формирования оплавления медных проводников; приведена методика и результаты исследования, а также выводы экспертов по поставленным вопросам.

В заключении судебной экспертизы указано, что исходя из результатов металлографического исследования можно судить о том, что природа оплавления медных проводников связана с высокими температурами при пожаре, превышающими температуру их плавления (10830 С). Проводники имеют поверхностное оплавление на достаточно протяженном участке. По всей площади микроструктуры оплавления наблюдается равноостное местами дендритное строение зерен  меди, между оплавлением и основной частью  проводников прослеживается  четкая граница, а массовая доля кислорода и меди равно от 0,05% до 0,39 %. Исходя из результатов металлографического исследования можно судить о том, что наиболее вероятно природа оплавления медных проводников связана с аварийным пожароопасным режимом работы электрической сети – токовая перегрузка (превышение фактического значения мощности или тока электрического изделия (устройства) над номинальным; к признакам токовой перегрузки относят, в частности, изменение сечения проводника (утончения и утолщения), поверхностные оплавления, фрагментация электрического проводника). Установить, являлся ли данный процесс первичным, то есть возник ли он до пожара и стал причиной возгорания, либо вторичным, то есть возник в процессе пожара и явился следствием пожара, установить не представилось возможным. 

При этом экспертами отмечено, что полученные экспертом ФИО20 результаты исследования медных проводников с оплавлениями методом рентгенофазового анализа (РФА) являются недостоверными. 

При ответе на вопросы № 11 и № 12 , по итогам исследования представленных объектов установлено, что медные однопроволочные проводники имеют сечение 0,75 мм2,  2,5 мм2, 3 мм2 (проводники сечением 3 мм2 относятся к проводникам внутреннего монтажа  электрощитов), в то же время в проектной документации для питания розеток и освещения торгового модуля № 1 штатно должны были применяться проводники сечением 2,5 мм2 (кабель марки ВВГ 3х2,5). Однако в данном модуле были обнаружены электророзетки с подключенными к ним проводниками разного сечения, а именно сечением 0,75 мм2 и 2,5 мм2 и электророзетка с подключенным к ней трехжильным кабелем  с однопроволочными медными жилами сечением 0,75 мм2. Таким образом, как установлено экспертами, представленные на исследование проводники сечением 0,75 мм2 не соответствуют по своему сечению проектной документации и, соответственно, не относятся к штатной электропроводке для питания электророзеток и освещения модуля № 1. Проводники сечением 2,5 мм2 по сечению проводов соответствуют проектной документации. 

Отвечая на 7 и 10 вопросы, эксперты в результате проведенных инструментальных исследований указанных медных проводников с оплавлениями соответствующих проектной документации сечением 2,5 мм2 и не соответствующих проектной документации сечением 0,75 мм2 методом металлографического анализа установили, что природа образования оплавлений на фрагментах медных проводников№ 1, № 3, связана с воздействием на них высоких температур при пожаре, превышающих температуру их плавления. Природа образования оплавлений на фрагменте медного проводника № 2 сечением   2,5 мм2 соответствующей проектной документации наиболее вероятно связна с аварийным пожароопасным режимом работы электрической сети – токовая перегрузка. Установить, является ли данный процесс первичным (возник до пожара и стал причиной возгорания) либо вторичным (возник в процессе пожара и явился следствием пожара), установить не представилось возможным. На остальных представленных проводниках штатной и нештатной электропроводки признаков (следов) протекания пожароопасных аварийных режимов работы электросети не установлено.

По 8, 13 и 14 вопросам экспертам не представилось возможным сделать вывод о соответствии (не соответствии) типов автоматов защиты проектной документации в связи с отсутствием в материалах дела в полном объеме проектной документации на электроснабжение торгового модуля № 1, а также в связи со значительными термическими повреждениями представленных на исследование аппаратов защиты.

В результате проведенных исследований по 9 и 15 вопросам было установлено, что все автоматы защиты, представленные на исследование, находились в разомкнутом состоянии. Установить, сработали автоматы защиты в момент возгорания, не представилось возможным. Так как практически все автоматы защиты подвергались внешнему термическому воздействию, не исключен факт самопроизвольного их срабатывания в результате внешнего нагрева в условиях пожара.

По 17 вопросу при исследовании материалов по пожару было установлено, что питание электророзеток модуля № 1 по торговому ряду торговых мест № 67 - № 87 осуществлялось от щита ЩС 201, при исследовании которого было установлено, что в нем имелись групповые устройства защитного отключения (УЗО), наиболее вероятно рассчитанные на рабочий ток 16 А и дифференциальный ток – допустимый ток утечки – 30 мА, однако согласно технической документации в щите находилось 9 УЗО, одно УЗО общее, рассчитанное на 30 мА и ток утечки100 мА, и 8 групповых, рассчитанных на 16 А и ток утечки 30 мА. В представленном на исследование щите были обнаружены 6 термически поврежденных остатков УЗО, поэтому установить, к какому именно аппарату защиты подходила электросеть для розеток, проложенная по торговому ряду к торговым местам № 67-82 не представилось возможным.

По первому вопросу об определении места расположения очага возгорания эксперты в первую очередь исследовали протоколы осмотра места происшествия, результаты личного осмотра схемы, фотоснимки и акт о пожаре. При анализе протокола осмотра места происшествия (ОМП) и фототаблицы установлено, что пожар произошел внутри модуля № 1 на первом ряду, о чем свидетельствуют оплавления электрощитов со стороны, обращенной к первому ряду, а также максимальные термические повреждения внешних строительных конструкций со стороны, обращенной к модулю № 2. Исходя из анализа представленных на исследование материалов дела не представилось возможным экспертным путем сделать вывод о месте расположения очага пожара. 

Также экспертами отмечено, что согласно существующей методике, показания очевидцев о месте и времени возникновения пожара, проявлении его прямых и косвенных признаков, об особенностях развития пожара, при условии их непротиворечивости, имеют для пожарно – технического эксперта вспомогательное, ориентирующее значение. В связи с этим из многочисленных и не противоречащих друг другу объяснений очевидцев пожара, наблюдавших его развитие в начальной стадии, следует, что первоначальное горение было обнаружено в торговом павильоне № 68-69. В виду отсутствия в представленных на исследование материалах необходимой информации о характере и степени термических повреждений, установить очаг пожара экспертным путем не представилось возможным.

По вопросам 2, 4, 5, сославшись на то, что в результате исследования по первому вопросу установлено, что очаг пожара расположен между торговыми павильонами № 68 и № 69, наличия признаков поджога или производства каких – либо ремонтных работ вблизи очаговой зоны, непосредственно перед возникновением пожара, по результатам исследования не усматривается. В очаговой зоне не обнаружено устройств и приспособления для поджога. Кроме того, пожар произошел в утренние часы на виду у большого количества работников рынка. Версия возникновения пожара от воздействия маломощого источника зажигания экспертами исключена. Учитывая обстановку, сложившуюся на момент обнаружения пожара, принимая во внимание место расположения очага возгорания и находившиеся там возможные технические источники зажигания, экспертами сделан вывод о том, что природа источника зажигания могла быть связана только с тепловым проявлением электроэнергии в условиях аварийного режима работы электросети, к числу которых относятся короткие замыкания, большие переходные сопротивления, перегрузки, способные привести к возникновению пожара, которые могли иметь место в данном случае.

Со ссылкой на протокол осмотра места происшествия от 04.01.2014, согласно которому в зоне очага пожара были обнаружены фрагменты электрооборудования и электросети, а также на результаты лабораторного исследования представленных вещественных доказательств, которыми установлено наличие на представленных на исследование проводниках признаков протекания аварийных пожароопасных режимов работы электрической сети – токовая нагрузка, эксперты пришли к выводу, что данное обстоятельство свидетельствует о том, что на момент пожара электросеть в торговых модулях № 68 и № 69 находилась под напряжением. При этом сведений о наличии в очаге пожара проводников с другими признаками аварийного режима работы электросети в представленных материалах не содержится. 

В связи с этим вид аварийного режима работы, приведшего к возникновению пожара (перегрузка, большое переходное сопротивление, короткое замыкание и т.д.), установить не представилось возможным, так же как и конкретный участок электросети, в котором имел место данный аварийный режим работы. Учитывая изложенное, а также отсутствие каких – либо других потенциальных источников зажигания в очаговой зоне, эксперты пришли к выводу о том, что причиной пожара послужил аварийный режим работы электросети на участке, расположенном в очаге пожара. Фактов, противоречащих данной причине возникновения пожара, в представленных на исследование материалах не содержится. Учитывая, что в модуле 68 и 69 основную пожарную нагрузку составляли текстильные изделия (одежда, обувь), то любой из аварийных режимов работы электрической сети мог привести к возникновению пожара в данном случае. При этом возможно воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68 и № 69 от источника возникновения пожара в виде аварийного режима работы электросети. Источником возгорания в данном случае является тепловое проявление электрического тока в условиях аварийного режима работы электросети.

По 6 и 16 вопросам экспертами в исследовательской части заключения установлено, что на фрагменте проводников, соответствующих проектной документации электропроводки сечением 2,5 мм2 были обнаружены признаки пожароопасного режима работы электросети – токовая перегрузка, которая вполне могла послужить причиной пожара. Попадание влаги на провода с ПВХ изоляцией, примененные на объекте (кабель ВВГ 3х2,5) приводит к потере пластификаторов и порче изоляции, вследствие чего возможен факт образования различных аварийных режимов работы электрической сети. Возникновению перегрузки могло способствовать и наличие нештатной электропроводки сечением 0,75 мм2, в которую могли быть включены достаточно мощные потребители электроэнергии, обнаруженные на месте пожара (тепловентилятор, кипятильник, бытовой фен и т.п.). Наличие обнаруженных при исследовании электрощитов скруток также могло способствовать образованию аварийных пожароопасных режимов работы, в частности – БПС.

По 3 вопросу эксперты пришли к выводу о том, что развитию горения способствовало сосредоточение пожарной нагрузки и доступ кислорода воздуха в достаточном количестве для интенсивного горения. 

Таким образом, резюмируя итоги проведенных исследований эксперты ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России пришли к следующим выводам: установить очаг пожара экспертным путем не представляется возможным, но исходя из объяснений очевидцев происшествия следует, что очаг пожара расположен между торговыми павильонами № 68 и № 69; причиной пожара является аварийный режим работы электросети на участке расположенном в очаге пожара; развитию горения способствовало сосредоточение пожарной нагрузки и доступ кислорода воздуха в достаточном количестве для интенсивного горения; источником возгорания является тепловое проявление электрического тока в условиях аварийного режима работы электросети; возможно воспламенение горючей нагрузки в торговом павильоне № 68, № 69 от источника возникновения пожара, в виде аварийного режима работы электросети; попадание влаги на провода с ПВХ изоляцией приводит к разрушению пластификаторов и порче изоляции, вследствие чего возможен факт образования различных аварийных режимов работы электрической сети, кроме того, наличие обнаруженных при исследовании электрощитов скруток также могло способствовать образованию пожароопасных режимов работы в частности – большого переходного сопротивления (БПС); природа образования оплавлений на фрагментах медных проводников № 1, № 3 (из пакетов №5 и №9 соответственно) связана с воздействием на них высоких температур при пожаре, превышающей температуру их плавления, а природа образований оплавлений на фрагменте медного проводника № 2, соответствующая по диаметру проектной документации (сечением 2,5 кв. мм) (из пакета №8), наиболее вероятно связана с аварийным пожароопасным режимом работы электрической сети - токовая перегрузка; все автоматы защиты, представленные на исследование, находились в разомкнутом состоянии. Установить, сработали автоматы в момент возгорания, не представляется возможным; представленные на исследование проводники сечением 0,75 мм2 не соответствуют своему сечению проектной документации и, соответственно, не относятся к штатной к штатной электропроводке для питания электророзеток и освещения модуля № 1,  а проводники сечением 2,5 мм2 соответствуют штатной электропроводки; проводники сечением 0,75 мм2 не соответствуют своему сечению проектной документации., а проводники сечением 2,5 мм2 соответствуют проектной документации.

Не согласившись с приведенными выводами судебной экспертизы, ответчики вновь представили подготовленное по их заявке экспертом АНО «Судебная экспертиза» ФИО23 рецензионное заключение № 418-12/17 на заключение экспертов Исследовательского центра экспертизы пожаров ФГБОУ ВО СПбУ ГПС МЧС России № Э/13-16 от 09.12.2016 (л.д.86-116, т. 15), в котором рецензент сослался на внутреннюю противоречивость и несогласованность заключения судебной экспертизы, проведенной без исследования всех представленных судом материалов, без проведения экспертного пожарно – технического исследования объекта пожара, без выдвижения и исследования всех возможных рабочих версий возникновение горения, с отступлением от существующей методологии в области пожарно – технических исследований. 

Также рецензентом высказаны сомнения в компетентности экспертов, проводивших экспертизу, а в отношении эксперта ФИО27 отмечено, что он  не является государственным судебным экспертом и его субъективная компетентность в области исследования пожаров вызывает сомнение, несмотря на наличие у него специального пожарно-технического образования. В заключении отсутствуют данные о том, какие конкретно исследования лично провел эксперт ФИО27 и какие результаты получил.

В ответ на приведенные претензии рецензента ФГБОУ ВО СПбУ ГПС МЧС России, отвечая в письме от 27.06.2017 № 133-22-2-4 на поставленные в определении суда от 31.05.2017 вопросы указало, что эксперт ФИО24, имеющий высшее техническое образование по специальности инженер – физик и право самостоятельного производства судебных пожарно – технических экспертиз по специализации «Металлографические и морфологические исследования металлических объектов СПТЭ» (свидетельство МЧС России № 000042), эксперт ФИО28, имеющий высшее электротехническое образование по специальности «Автоматизированные системы управления» и право самостоятельного производства пожарно – технических экспертиз по специализации «Реконструкция процесса возникновения и развития пожара» (свидетельство МЧС России № 00003), а также эксперт – стажер ФИО29, имеющий высшее техническое образование по специальности «Инженер пожарной безопасности», выполняя судебную пожарно – техническую экспертизу, результаты которой приведены в заключении  экспертов № Э/13-16, отвечали на вопросы № 6-№17 комиссионно. Соответствующие исследования проводились совместно, при этом эксперты пришли к единодушному мнению, которое отражено в выводах. 

ФИО29 как эксперт – стажер, не имеющий права самостоятельного производства судебных экспертиз, при производстве данной пожарно – технической экспертизы принимал участие в исследованиях под руководством аттестованных экспертов ФИО24 и ФИО28, в частности совместно с указанными экспертами осуществляя подготовку образцов для анализа, фотографирование объектов исследования и формирование фототаблицы (л.д. 93-94, л.д. 118-119, т. 14).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23), при назначении экспертизы суд должен руководствоваться требованиями законодательства Российской Федерации о судебно-экспертной деятельности, а также положениями АПК РФ об обеспечении процессуальных прав лиц, участвующих в деле. Соответственно, если экспертиза подлежит проведению в экспертном учреждении (организации), суд в целях обеспечения реализации участвующими в деле лицами их права на отвод эксперта (статья 23 АПК РФ), а также права заявить ходатайство о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц (часть 3 статьи 82 Кодекса) в определении о назначении экспертизы указывает, помимо наименования экспертного учреждения (организации), фамилию, имя, отчество судебного эксперта, которому руководителем экспертного учреждения (организации) будет поручено проведение экспертизы.

В случае возникновения оснований для замены такого эксперта, привлечения к производству экспертизы другого судебного эксперта информация о возможных кандидатурах экспертов доводится руководителем экспертного учреждения (организации) до сведения суда, вынесшего определение о назначении экспертизы. Суд решает вопрос о замене эксперта, привлечении к производству экспертизы другого эксперта с учетом мнения лиц, участвующих в деле, и пункта 18 настоящего постановления.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 после приостановления производства по делу в связи с назначением экспертизы суд решает вопросы о замене эксперта, о привлечении к производству экспертизы другого эксперта, об отводе эксперта, о предоставлении эксперту дополнительных материалов, о постановке перед экспертом дополнительных вопросов, об отмене разрешения участвующему в деле лицу присутствовать при производстве экспертизы, о продлении срока проведения экспертизы без возобновления производства по делу. При этом суд назначает судебное заседание, о времени и месте которого извещает лиц, участвующих в деле, и эксперта.

Вместе с тем ходатайство об отводе эксперта ФИО29 ответчиками заявлено не было, возражения относительно его участия в группе экспертов поступили после получения судом заключения комплексной судебной экспертизы. 

Также в ходе рассмотрения дела ООО «Центральный рынок» было заявлено ходатайство о допросе в судебном заседании проводивших  судебную экспертизу экспертов ФГБОУ ВО СПбУ ГПС МЧС России ФИО30, ФИО24, ФИО28 (л.д.  73-74, т. 18).

В связи с невозможностью обеспечения явки указанных экспертов вопросы ответчика были направлены в их адрес, а 04.07.2018 в суд поступили письменные ответы экспертов на поставленные ответчиком вопросы (л.д. 105, 111-115, т. 18).

Из представленных ответов следует, что установление очага пожара проводилось в соответствии с общепринятыми методическими принципами пожарно – технической экспертизы, изложенных в специальной литературе. Согласно существующим методическим принципам определение возникновения горения производится на основании результатов сравнительного исследования состояния конструкций и материалов после пожара, характера их повреждений огнем, с учетом физических закономерностей протекания тепловых процессов в зоне горения и путей распространения огня, и, принимая во внимание данные, содержащиеся в показаниях очевидцев, обнаруживших пожар и наблюдавших его развитие. Очаг пожара установлен в результате исследования представленных материалов дела. Установлением очага пожара занимался эксперт ФИО31, что указано в исследовательской части заключения (л. 8 заключения). Вид пожарной нагрузки в зоне очага пожара установлен в результате исследования представленных материалов, а именно – из объяснений очевидцев пожара и информации об ущербе, представленной собственниками торговых павильонов (л. 27 заключения). Пожароопасные характеристики горючих материалов, находящихся в зоне очага пожара, не устанавливались; задача установления пожароопасных характеристик горючих материалов перед экспертами не ставилась. При установлении причины пожара устанавливался круг возможных источников тепловой энергии, которые могли в данном случае возникнуть в зоне очага пожара (л. 26-29 заключения). При рассмотрении версий причины пожара устанавливался круг возможных механизмов возникновения горения, которые могли в данном случае возникнуть в зоне очага пожара (л. 26-29 заключения).

В отношении вопроса о вероятности возникновения токовой перегрузки электросети торгового модуля в результате аварии на ЛЭП (линии электропередачи), эксперты указали, что возможность возникновения перегрузки зависит от характера аварии на ЛЭП, установление которого находится в компетенции эксперта – электрика, а не пожарно – технического эксперта. 

Экспертами отмечено, что в результате исследования представленных материалов дела установлено, что в зоне очага пожара, за исключением источников зажигания, возникших при аварийном режиме работы электросети, отсутствовали какие – либо иные источники зажигания. Установлением источников зажигания занимался эксперт ФИО31 (л. 8 заключения). Исследование проводилось в соответствии с общепринятыми методическими принципами пожарно – технической экспертизы, изложенной в специальной литературе, список которой приведен в ответах экспертов, здесь же приведен список специальной литературы, содержащей методические рекомендации, примененные экспертами при исследованиях по вопросам № 7 - № 15 (л.д. 113-114, т. 18). 

Отвечая на вопрос о достаточности представленных на экспертизу материалов эксперты указали, что для проведения исследования материалов было не достаточно. В ходе производства экспертизы был сделан запрос о предоставлении дополнительной информации, однако в его удовлетворении было отказано, поэтому  в соответствии со ст. 37 Приказа МЧС России № 640 от 19.08.2005 «Об утверждении инструкции по организации и производству судебных экспертиз в судебно – экспертных учреждениях и экспертных подразделениях Федеральной противопожарной службы» было принято решение проводить экспертное исследование по имеющимся материалам.

Давая разъяснения по вопросу тождественности понятий «причина пожара» и «источник зажигания», эксперты отметили, что указанные понятия связаны между собой, но не тождественны, поскольку под непосредственной (технической) причиной пожара в пожарно – технической экспертизе принято понимать загорание вещества или материала в результате протекания пожароопасного процесса или воздействия на него источника зажигания, то есть механизм возникновения горения, а для возникновения горения необходимо наличие и взаимодействие трех материальных объектов: горючего вещества, окислителя, источника зажигания, то есть решение вопроса о непосредственной (технической) причине пожара заключается в установлении природы этих трех объектов. 

Оценив в совокупности имеющиеся в деле заключение пожарно – технической экспертизы № ЭУ2/14 ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области и заключение комплексной судебной экспертизы ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России от 12.12.2016 № Э/13-16, на основании анализа проведенных экспертами исследований, суд приходит к выводу о том, что выводы заключения экспертов ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России от 12.12.2016 № Э/13-16, не опровергают выводы заключения эксперта № ЭУ2/14 ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области». 

Оба заключения экспертов содержат выводы о первичном возгорании проводки, о расположении очага пожара между торговыми павильонами № 68 и № 69, а причиной пожара явился аварийный режим работы электросети на участке, расположенном в очаге пожара; также установлено несоответствие сечения установленных в торговом модуле № 1 части проводников своему сечению по проектной документации, то есть они не относятся к штатной электропроводке для питания электророзеток и освещения модуля № 1. Также экспертами установлено выполнение электрической проводки в торговом модуле № 1 методом механических «скруток», при том, что данный способ соединений представляет пожарную опасность, поскольку в местах соединений из-за плохих контактов образуются большие переходные сопротивления, способные привести к возгоранию изоляции.

При этом суд учитывает значительный временной промежуток между первоначальной внесудебной экспертизой и судебной экспертизой, которые  были проведены экспертами с разным объемом исследования при производстве судебной экспертизы и при изготовлении внесудебного заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области.

Суд отмечает, что ни одно из имеющихся в деле экспертных заключений не содержит выводов о том, что причиной пожара могли быть нарушения правил пожарной безопасности, допущенные ФИО16 либо кем то из истцов по настоящему делу.

Оценив заключения судебной экспертизы по критериям относимости, достаточности и соответствия требованиям закона, суд на основании статьи 64 АПК РФ принимает их качестве доказательств по делу.

Доводы ответчиков о наличии ошибок в экспертном заключении, отсутствии четких ответов на поставленные вопросы, что ставит под сомнение выводы экспертов, сделанные в заключении судебной экспертизы, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования, которые должны основываться на требованиях законодательства.

Согласно абзацу 3 статьи 16 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

В данном случае, исследовательская часть экспертного заключения является полной и мотивированной. Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не входит в компетенцию суда, поскольку в силу приведенного закона самостоятельно определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого.

При постановке вопросов перед экспертами суд не обязывал последних при ответе на них непосредственно осуществлять выезд на место пожара в г. Губкин, при условии, что в период проведения судебной экспертизы следы  и последствия произошедшего пожара уже были устранены, торговый модуль был восстановлен. 

При этом ответчики, оспаривавшие заключение первоначальной пожарно – технической экспертизы, проведенной сразу после пожара, не приняли мер к обеспечению сохранности места пожара в целях сохранения вещественных доказательств, равно как и не заявили в ходе рассмотрения настоящего дела о принятии судом мер к обеспечению доказательств (п. 4 ч. 1 ст. 135 АПК РФ).

Эксперты ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России предоставили экспертное заключение с учетом поставленных вопросов и имеющихся в материалах дела доказательств, предоставленных сторонами.

 Согласно статье 55 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ эксперт обязан сообщить о невозможности дать заключение.

Эксперты производство экспертизы не приостановили, осуществили исследование по имеющимся в материалах дела документам и вещественным доказательствам.

Ходатайств о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы лицами, участвующими в деле, а именно ответчиками, заявлено не было, в то время как представленное ими рецензионное заключение на судебную экспертизу содержало такую рекомендацию.

Более того, каких-либо доказательств, свидетельствующих с большей долей вероятности об иных причинах пожара, ответчиками в материалы дела не представлено.

Суд отмечает, что экспертное заключение каких-либо противоречий не содержит, соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выводы экспертов понятны, мотивированны проведенными осмотрами, исследованиями.

Возражения ответчиков относительно выводов экспертного заключения судом также исследованы и не установлены основания для принятия их в качестве опровергающих достоверность выводов экспертов. Возражения фактически представляют собой несогласие с выводами экспертов, что не является достаточным и надлежащим основанием для отклонения указанного доказательства в качестве допустимого.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В силу пункта 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту

В силу пункта 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Заключение экспертов ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России соответствует требованиям статей 82, 86, 87 АПК РФ), эксперты  ответили и на дополнительные вопросы ответчика  (часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Принимая во внимание наличие в материалах дела документов, подтверждающих наличие у экспертов необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, учитывая отсутствие в экспертном заключении противоречивых выводов, суд приходит к выводу о принятии указанного заключения ФГБОУ ВО СПб ГПС МЧС России в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Допустимым доказательством в случае разрешения спора о причинах возникновения пожара в торговом модуле № 1 является заключение эксперта. Иные доказательства могут лишь свидетельствовать о наличии между сторонами спора по причинам возникновения пожара и его последствиям.

Несогласие ответчиков с выводами экспертов и произведенными экспертами исследованиями не может служить основанием ни для отказа суда в принятии экспертного заключения в качестве доказательства по делу, ни для назначения повторной или дополнительной экспертизы.

Суд приходит к выводу о соответствии экспертного заключения требованиям законодательства, невозможности расценить выводы, содержащиеся в экспертном заключении, как недостаточно ясные, неполные либо позволяющие неоднозначное толкование.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как указано в ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Обязанность возместить вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, который включает, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2019 N 36-П).

Наличие вины - общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и любое исключение должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. закреплено непосредственно. Исходя из этого, в гражданском законодательстве предусмотрены субъективные основания ответственности за причиненный вред (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25.01.2001 N 1-П).

В рамках общих оснований ответственности за причинение вреда бремя доказывания невиновности возлагается на причинителя вреда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 N 641-О).

Требования пожарной безопасности установлены, в том числе в Правилах противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 г. N 390 "О противопожарном режиме"

В соответствии с п. 4 ст. 82 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" линии электроснабжения помещений зданий, сооружений и строений должны иметь устройства защитного отключения, предотвращающие возникновение пожара при неисправности электроприемников. Правила установки и параметры устройств защитного отключения должны учитывать требования пожарной безопасности, установленные в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В силу положений ст. 37 Федерального закона "О пожарной безопасности" руководители организации обязаны разрабатывать и осуществлять меры по обеспечению пожарной безопасности, содержать в исправном состоянии системы и средства противопожарной защиты, включая первичные средства тушения пожаров, не допускать их использования не по назначению.

Согласно статье 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в том числе, собственники имущества и лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, данное положение, определяющее круг лиц, на которых может быть возложена ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, не предполагает произвольного применения в части выбора лица, ответственного за нарушение указанных требований в конкретном деле. Данное лицо устанавливается с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, а также требований нормативных и иных актов, должностных инструкций, условий договоров, закрепляющих права и обязанности сторон по вопросам соблюдения требований пожарной безопасности, и т.д. (определения от 29.05.2018 N 1172-О, от 27.09.2018 N 2377-О).

Ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор. Поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность. При этом если в договоре аренды указанный вопрос не урегулирован, то ответственность может быть возложена как на арендатора, так и на арендодателя в зависимости от того, чье противоправное, виновное действие (бездействие) образовало состав правонарушения (вопрос 14 Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года).

В силу п. п. 1, 2 ст. 616 ГК РФ, арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды. 

Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

В соответствии со ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ст. 211 ГК РФ, риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, поскольку обеспечение своевременного выполнения требований пожарной безопасности входит в обязанности как арендодателя, так и арендатора, ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на них в зависимости от того, чье противоправное, виновное действие (бездействие) образует состав правонарушения.

Из материалов дела видно, что собственником помещения, в котором произошел пожар, является ООО "Омега". 

24.11.2013 между  ООО "Омега" (арендодатель) и ООО "Центральный рынок" (арендатор) заключен договор аренды имущества, по условиям которого арендодатель предоставил ответчику во временное возмездное владение и пользование на правах аренды, в том числе торговые модули, расположенные по адресу: 

<

...>.

Согласно условиям вышеуказанного договора аренды (п. 2.1) арендатор обязался использовать и содержать имущество в соответствии с санитарными и противопожарными правилами установленными, действующим законодательством, а в случае обнаружения аварийного состояния электрического оборудования сообщить незамедлительно арендодателю.

Из буквального содержания п. 2.1 договора аренды от 24.11.2013 г. (ст. ст. 421, 431 ГК РФ), с учетом положений ст. ст. 37, 38 ФЗ от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», руководитель организации, в данном случае директор ООО «Центральный рынок» ФИО10 обязан соблюдать требования пожарной безопасности и несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности.

Актом приема-передачи от 24.11.2013 подтверждается, что ответчик принял от ООО "Омега" недвижимое имущество в нормальном состоянии и пригодном для целевого использования. Каких-либо замечаний арендатора относительно неисправностей электрооборудования акт от 24.11.2013 не содержит.

Согласно условиям договора аренды от 24.11.2013 между ООО «Омега» (арендодатель) и ООО «Центральный рынок» (арендатор), указанным в п.п. 4.1., 4.4, стороны установили, что арендодатель своевременно осуществляет капитальный и текущий ремонт имущества в сроки, определённые соответствующими техническими нормативами. При неисполнении арендодателем указанных обязательств арендатор имеет право произвести капитальный и текущий ремонт имущества самостоятельно и взыскать с арендодателя стоимость произведённого ремонта.

Арендатор использует и содержит имущество в соответствии с противопожарными правилами, установленными действующим законодательством, арендодатель имеет право осуществлять контроль за состоянием и эксплуатацией имущества, в том числе инженерным и иным оборудованием.

В ходе проведения проверки по факту пожара 04.01.2014 в торговом модуле №  1, а также экспертными исследованиями были установлены нарушения правил противопожарной безопасности при использовании электрических сетей в торговом модуле № 1.

Вместе с тем, судом установлено и подтверждено материалами дела, что собственник (арендодатель) ООО «Омега» допустил технические нарушения при строительстве и вводе в эксплуатацию торгового модуля № 1, переданного в аренду ООО «Центральный рынок». 

В частности, не обеспечено соответствие сечения установленных в торговом модуле № 1 электросети  проводников сечению, предусмотренному проектной документацией, вместо сечения 2,5 мм2 частично установлены проводники со значительно меньшим сечением 0,75 мм2, и не относятся к штатной электропроводке для питания электророзеток и освещения модуля, что в свою очередь могло обусловить образование аварийных режимов работы электросети.

Кроме того, экспертным заключением ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Белгородской области установлено нарушение правил установки устройств защитного отключения (наличие провода, который проходит внутри корпуса электрощита, минуя дифференциальные автоматы). По мнению эксперта, при условии правильного монтажа и эксплуатации аппаратов защиты дифференциального действия они выполнили бы свою функцию, то есть пожар бы по электротехнической причине не произошел, так как предусмотренные аппараты защиты рассчитаны на защиту сети от возникновения пожара, вызванного утечкой тока через поврежденную изоляцию проводов и перегрузок в электросети, в том числе коротких замыканий.

В данном случае обязанность по осуществлению надлежащего контроля при строительстве объекта недвижимости  за соблюдением проектной документации, в том числе в части установки линий электроснабжения помещений торгового модуля № 1 с соблюдением правил пожарной безопасности,  лежала именно на собственнике торгового модуля ООО «Омега». 

В материалах дела отсутствуют доказательства, достоверно свидетельствующие о том, что данная обязанность каким – либо образом была возложена на арендатора  ООО «Центральный рынок», получившего торговый модуль в аренду по истечении почти четырех лет с момента возведения здания, равно как и отсутствуют доказательства проведения ООО «Центральный рынок» капитального ремонта торгового модуля, в том числе с целью замены или ремонта электрических сетей.

Осуществляя передачу имущества иному лицу, ООО «Омега» должно было проявить необходимую степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него как участника гражданского оборота, чтобы не допустить негативных последствий своего поведения. В противном случае возникший риск не совершения необходимого поведения должен относиться на него (статья 2 ГК РФ).

Причем по смыслу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не установление точной причины пожара в помещении, принадлежащем ответчику,  само по себе не доказывает отсутствие его вины и не относится к обстоятельствам, освобождающим от ответственности за причиненный ущерб (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2017 N 78-КГ17-55).

Само по себе наличие арендатора спорного торгового модуля № 1 не освобождает собственника от необходимости соблюдения требований противопожарной безопасности.

ООО «Омега» не проявило необходимую степень заботливости и осмотрительности в исполнении обязательств, в виде обеспечения условия для нормального функционирования всех систем здания торгового модуля, в том числе бесперебойной и безопасной работы системы электрических сетей.

Ответственность за надлежащее состояние систем пожаротушения, в том числе автоматической, назначением которой является локализация и ликвидация пожара в момент возгорания, и предотвращение распространения огня, лежит на собственнике здания.

В соответствии со статьей 612 Гражданского кодекса Российской Федерации, арендодатель обязан предоставить арендатору помещение в надлежащем состоянии, отвечает за недостатки сданного в аренду имущество, полностью, или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды, он не знал об этих недостатках.

В силу ч. 2 ст. 612 ГК РФ арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

Вместе с тем, согласно ст. 612 ГК РФ, именно арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках.

При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору:

- потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества;

- непосредственно удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя;

- потребовать досрочного расторжения договора.

Арендодатель, извещенный о требованиях арендатора или о его намерении устранить недостатки имущества за счет арендодателя, может без промедления произвести замену предоставленного арендатору имущества другим аналогичным имуществом, находящимся в надлежащем состоянии, либо безвозмездно устранить недостатки имущества.

Если удовлетворение требований арендатора или удержание им расходов на устранение недостатков из арендной платы не покрывает причиненных арендатору убытков, он вправе потребовать возмещения непокрытой части убытков.

Как пояснили в ходе рассмотрения дела истцы, они неоднократно обращались к ООО «Центральный рынок» с жалобами на ненадлежащее состояние переданных им в аренду торговых мест, однако данные жалобы были ответчиком оставлены без внимания.

Арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду.

В данном случае, как установлено судом, имущество было передано истцам по актам приема-передачи с указанием на удовлетворительное состояние торговых мест.

Получая помещения (торговые места) в нормальном состоянии для целей своей деятельности, предприниматели – истцы не имели оснований предвидеть возможность ненадлежащего функционирования системы электроснабжения, в то время как ООО «Омега», являясь собственником имущества, и ООО «Центральный рынок», арендовавший у собственника торговый модуль, в силу закона должны нести бремя содержания принадлежащего им имущества, в том числе поддержания инженерных и электрических систем в исправном состоянии.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.03.2014 следует, что возгорание в торговом модуле N 1, произошло по причине аварийного режима работы электрооборудования и в связи с нарушением требований пожарной безопасности при установке устройств защитного отключения и отсутствии должного контроля за указанными требованиями ответственного за соблюдением требований пожарной безопасности. При этом согласно данному постановлению отсутствие должного контроля имело место быть со стороны генерального директора ООО "Центральный рынок" ФИО10, являющегося согласно приказу от 06.09.2013 ответственным за пожарную безопасность общества.  

Таким образом, в обязанности ООО «Центральный рынок» входило именно осуществлять контроль за исправностью электрооборудования в здании торгового модуля.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности возлагается как на ООО «Омега», так и на ООО «Центральный рынок», ибо их виновные действия (бездействие) в совокупности обусловили возникновение пожара, в результате которого было уничтожено не только имущество истцов, но и фактически все здание самого торгового модуля № 1.

В силу п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред.

Следовательно, на ответчиках лежит обязанность доказать отсутствие своей вины, поскольку по смыслу положений п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция вины причинителя вреда. Суд исходит из того, что ответчиками не представлено доказательств возникновения пожара не по их вине.

Согласно статье 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку арендованные ООО «Центральный рынок» объекты, в том числе торговый модуль № 1, принадлежат на праве собственности ООО «Омега», и вред причинен совместными действиями (бездействием) ответчиков в результате не выполнения ими требований пожарной безопасности, суд приходит к выводу о том, что ответчики несут солидарную обязанность по возмещению вреда.

Данный вывод подтверждается представленными по запросу суда постановлениями мирового судьи судебного участка № 1 г. Губкин Белгородской области о признании директора ООО «Центральный рынок ФИО10 виновным в совершении административного правонарушен6ия, предусмотренного ч. 12 ст. 19.5 КоАП РФ и наложении на него административного штрафа (л.д. 201-205, т. 29):

- на основании постановления от 27.11.2012 ФИО10 привлечен к ответственности за нарушение требований ст. 37 ФЗ № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», а именно – не исполнил пункты предписания ГПН № 151/1/29 от 30.06.2011 по устранению нарушений требований безопасности, в том числе: не выполнено формирование команды на управление автоматическими установками оповещения о пожаре при срабатывании пожарных извещателей; в подвальных помещениях, не имеющих окон с приямками для дымоудаления организовано хранение горючих веществ и материалов и негорючих материалов в горючей таре; шкафы автоматической пожарной сигнализации находятся в отключенном состоянии; не произведены испытания внутреннего противопожарного водопровода на требуемый по нормам расход воды на нужды пожаротушения; в целях оперативного реагирования при возникновении ЧС на объекте не оборудована пожарная автоматика устройством для передачи сигнала о пожаре по радиотелекоммуникационной системе  на ЕДДС-01 г. ФИО32; не предоставлен договор на ТО и ППР установок автоматической противопожарной защиты; не проведена проверка  состояния стационарного оборудования и электропроводки аварийного и рабочего освещения, испытание и измерение сопротивления изоляции проводов, кабелей, заземляющих устройств(не представлены соответствующие акты (протоколы)), и т.д.; 

- на основании постановления от 08.10.2013 ФИО10 привлечен к ответственности за нарушение требований ст. 37 ФЗ № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», а именно – не исполнил пункты предписания ГПН № 168/1/21 от 02.11.2012 по устранению нарушений требований безопасности, в том числе: не выполнена кровля здания наружная пожарная лестница; не выполнено формирование команды на управление автоматическими установками оповещения о пожаре при срабатывании пожарных извещателей; в подвальных помещениях, не имеющих окон с приямками для дымоудаления организовано хранение горючих веществ и материалов и негорючих материалов в горючей таре; не предоставлен договор на ТО и ППР установок автоматической противопожарной защиты; и т.д.;

- на основании постановления от 26.01.2015 ФИО10 привлечен к ответственности за нарушение требований ст. 37 ФЗ № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», а именно – не исполнил пункты предписания ГПН № 213/1/1 от 26.09.2013 по устранению нарушений требований безопасности, в том числе: в целях оперативного реагирования при возникновении ЧС на объекте не оборудована пожарная автоматика устройством для передачи сигнала о пожаре по радиотелекоммуникационной системе  на ЕДДС-01 г. ФИО32; не предусмотрена телефонная связь с ЕДДС – 01 г ФИО32; не предоставлен договор на ТО и ППР установок автоматической противопожарной защиты; и т.д.

Данные постановления мирового судьи судебного участка № 1 г. ФИО32 ФИО10 обжалованы в установленном порядке не были.

Кроме того, из ответа Отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Губкинскому району ГУ МЧС России по Белгородской области от 16.11.2020 № 424-4-7 на определение суда об истребовании доказательств следует, что в адрес ООО «Центральный рынок» по результатам плановых/внеплановых проверок было направлено 3 предписания об устранении нарушений обязательных требований пожарной безопасности (№ 213/1/1 от 26.09.2013, № 199/1/1 от 19.12.2014, № 34/1/1 от 27.02.2015). Однако с момента проведения последней выездной проверки прошло более 5 лет, в связи с чем представить копии указанных предписаний отдел не имеет возможности.

Кроме того, во исполнение определения суда об истребовании доказательств 13.10.2020 Губкинской городской прокуратурой представлены копии представлений об устранении нарушений законодательства о пожарной безопасности от 20.04.2015 № 2-1-15, от 16.04.2018 № 1-1345в-18, направленных в адрес собственника рынка ООО «Омега» (л.д. 124-152, т. 29).

В частности, в представлении от 20.04.2015 № 2-1-15 зафиксирован факт установления нарушений ст. 37 ФЗ № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», ФЗ № 123-ФЗ от 22.07.2008 «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», а также Правил противопожарного режима, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме (далее – ППР РФ), в том числе: п. 21 ППР РФ (не осуществлена проверки состояния огнезащитной обработки металлического каркаса модуля № 2); п. 120 ППР РФ (не соблюдены требования о ширине прохода между рядами, ведущего к эвакуационным выходам – менее двух метров); п. 55 ППР РФ – (не проведена проверка работоспособности внутреннего противопожарного водопровода, отсутствуют соответствующие акты); п. 1.7 НПБ 103-95 (расположенные на территории киоски не обеспечены огнетушителями из расчета не менее двух). В связи с этим прокуратурой состояние пожарной безопасности признано не соответствующей требованиям действующего законодательства, что может повлечь возникновение ЧС и происшествий.

ООО «Омега» письмом сообщило об устранении выявленных нарушений и исполнении предписания, указав на то, проведена проверка состояния огнезащитной обработки строительных конструкций, каркаса в здании М-2; проверка и ремонт системы противопожарного водоснабжения и сигнализации; заключило договор на ежемесячное техническое обслуживание средств противопожарной сигнализации; осуществило проверку работы всех огнетушителей и проводит работу по оснащению каждого торгового места (киоска) необходимым количеством огнетушителей, обеспечен проход между торговыми рядами шириной не менее двух метров (л.д. 128-130, т. 29).

В соответствии с предписанием от 16.04.2018 № 1-1345в-18 Губкинская городская прокуратура установила следующие нарушения на принадлежащем ООО «Омега» рынке: п. 36 ППР РФ (на дверях выхода на лестничную клетку в административном корпусе сняты устройства для самозакрывания дверей); п. 3 ППР (не представлены документы, подтверждающие прохождение обучения ответственным за пожарную безопасность в области пожаротехнического минимума); п. 115 ППР РФ (осуществление торговли в тамбурах рынка); п. 116 ППР РФ (осуществление хранения горючих материалов, упаковок в торговых залах и на путях эвакуации; п. 33 ППР РФ (отсутствие на путях эвакуации знаков пожарной безопасности); п. 36 ППР (не обеспечен проход между торговыми рядами шириной не менее двух метров ввиду размещения товаров на путях эвакуации); п. 61 ППР РФ (повреждены соединительные и питающие линии систем пожарной сигнализации в подсобных помещениях, находящихся в подвальном помещении); п. 61 ППР РФ (в коридоре демонтированы дымовые пожарные извещатели системы пожарной сигнализации) (л.д. 131 – 133, т. 29).

Письмом от 26.04.2018 ООО «Омега» уведомило прокуратуру об устранении выявленных нарушений правил пожарной безопасности, представив одновременно договор на техническое обслуживание комплекса системы пожарной сигнализации и договор с учебным центром «Старт+», а также фотоматериал торгового модуля, тамбура и знаков пожарной безопасности (л.д. 134-152, т. 29).

Указанные документы (представления прокуратуры, постановления мирового суда) свидетельствуют о грубом нарушении требований Правил пожарной безопасности как ООО «Омега», так и ООО «Центральный рынок», причем не только после произошедшего 04.01.2014 года пожара, но и задолго  до него, еще в 2012 году.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в дело доказательства в совокупности и во взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что гражданскую ответственность за причинение ущерба имуществу истцов несут солидарно как собственник помещения ООО «Омега», так и его арендатор ООО «Центральный рынок», которые не проявляли надлежащего контроля за содержанием арендуемого торгового модуля № 1, в том числе как за безопасностью и исправностью электрических сетей модуля, так и за соблюдением и обеспечением пожарной безопасности в целом, что свидетельствует о доказанности наличия прямой причинно – следственной связи между ненадлежащим исполнением обязательств ответчиков и заявленными ко взысканию убытками истцов.

Более того, осуществляя предпринимательскую деятельность на свой риск, ответчики должны были и могли предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с возмещением ущерба, нанесенного имуществу истцов в результате нарушения правил пожарной и электрической безопасности при эксплуатации электротехнического оборудования.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков.

В соответствии с положениями ст. ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

В подтверждение обстоятельства нахождения имущества в сгоревшем торговом модуле, а также в подтверждение размера причиненного ущерба в материалы дела истцами представлено заключение эксперта ООО «ГУБКИНЭКСПЕРТИЗА» № 14-3784 от 21.01.2014, выполненное на основании постановления ОМВД России по г. Губкину от 20.01.2014, справки о материальном ущербе индивидуальных предпринимателей, материалы проверки №  2 об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара, произошедшего 04.01.2014 в торговом модуле, расположенном на территории ООО «Центральный Рынок», накладные о закупке товара, тетради учета движения товара. 

Кроме того, учитывая позицию представителя ответчиков, полагавшего невозможным нахождение в павильонах истцов товара на суммы, определенные заключением товароведческой экспертизы, во исполнение определения суда от 06.03.2018, истцами с участием представителя ответчиков осуществлены осмотры торговых павильонов истцов (т. 17) с целью установления и фиксации фактического объема и количества находящегося в торговых павильонах имущества истцов. Результаты осмотров отражены в подписанных сторонами актах с приложением фотоматериала:

- актом осмотра торгового павильона № К-31 от 29.03.2018 ИП ФИО3  установлено нахождение товара на сумму 1 177 100 руб.;

- актом осмотра торгового павильона № УО-2 от 29.03.2018 ИП ФИО5  установлено нахождение товара на сумму 913 480 руб.; актом осмотра торгового павильона № УО-15 от 29.03.2018 ИП ФИО5  установлено нахождение товара на сумму 857 700 руб., общая сумма товара ИП ФИО5 в момент осмотра составила 1 771 180 руб.;  

- актом осмотра торгового павильона № М2-77 от 29.03.2018 ИП ФИО6 установлено нахождение товара на сумму 1 826 950 руб.; 

- актом осмотра торгового павильона № К-13 от 29.03.2018 ИП ФИО2  установлено нахождение товара на сумму 1 006 700 руб.;  

- актом осмотра торгового павильона от 29.03.2018 ИП ФИО7  установлено нахождение товара на сумму 472 840 руб.;  

- актом осмотра торгового павильона № М2-48 от 29.03.2018 ИП ФИО9 установлено нахождение товара в указанном в акте количестве, ориентировочная стоимость предпринимателем не определялась;  

Заявленный ко взысканию с ответчиков размер ущерба определялся истцами на основании заключения № 14-3784 от 21.01.2014 эксперта – оценщика  ООО «ГубкинЭкспертиза» ФИО17, согласно которому материальный ущерб от пожара, причиненного индивидуальным предпринимателям, арендовавшим торговые места в торговом модуле № 1 составил в общей сложности 76 428 586 руб., в том числе: ИП ФИО2 – 1 012 300 руб., ИП ФИО3  – 324 000 руб., ИП ФИО4  – 1 204 800 руб., ИП ФИО5 – 2 096 135 руб., ИП  ФИО6 – 2 305 600 руб., ИП ФИО7 – 1 226 350 руб., ИП ФИО8 – 1 313 050 руб., ИП ФИО9 – 2 427 400 руб. (л.д. 67-170, т. 1),

При этом из заключения следует, что визуального освидетельствования перечисленного имущества экспертом не производилось, так как имущество было полностью термически уничтожено; эксперт не имел возможности осмотреть товар, установить маркировку, определить основные характеристики и внешний вид оцениваемого товара, проверить комплектацию. Данные о количестве уничтоженного товара предоставил заказчик экспертизы.

Оспаривая указанное заключение товароведческой экспертизы, ответчики указали, что при проведении экспертизы эксперт не осуществлял мероприятия, направленные на оценку объектов оценки, не осуществлял сбор и анализ информации, необходимый для проведения оценки объектов оценки и их аналогов, не изучал качественные характеристики объектов оценки, в связи с чем заключение не соответствует требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и ФСО, поэтому не может являться доказательством объема ущерба. Также отмечено, что в заключении отсутствует какая – либо информация, на основании которой осуществлялась оценка объектов оценки, не указаны источники сбора информации для проведения оценки объектов оценки.

В связи с этим судом по ходатайству ответчиков была допрошена эксперт ФИО17, которая не только дала пояснения в судебном заседании по заданным сторонами и судом вопросам, но и представила свои ответы на вопросы в письменном виде (л.д.102-104, т. 4; 81-98, т. 7; л.д. 141-142, т. 8).

В частности эксперт ФИО17 суду пояснила, что оценка имущества производилась постепенно в период с 5 по 21 января 2014 года, по мере поступления списков уничтоженных пожаром товаров. Работа осуществлялась одновременно как в отделении полиции (сбор списков, прием заявлений, анализ полученной информации, формирование перечня поврежденного имущества), так и в ООО «Губкинэкспертиза» (осмотр объекта, анализ полученной информации, анализ рынка, сбор необходимой информации, изучение качественных и количественных характеристик объектов оценки, последовательное формирование заключения). Приняв решение об использовании сравнительного подхода при оценке сгоревшего имущества, ФИО17 изучала цены на имущество в сети Интернет на сайтах оптовых поставщиков, на рынке «Юбилейный к г. Ст. Оскол, на рынке «Арбат» и в эконом – магазинах в г. Губкине. Применение затратного  и доходного методов оценки эксперт сочла нецелесообразным. Считает, что приведенная ею информация о стоимости ущерба является достоверной и достаточной. При  оценке имущества использовала сравнительный подход, так как на рынке огромное количество информации о ценах на такое имущество.  К каждой позиции (группе) товара было выбрано несколько – 3-5  объектов – аналогов; выбор единиц сравнения объектов – аналогов производился по наименованию вида товара, производителя (страна происхождения), конструктивным особенностям и отличиям и т.д. Число элементов сравнения и число их сочетаний весьма велико, в результате пришлось ограничиваться только теми объективно – контролируемыми факторами, которые влияют на цены товаров наиболее существенным образом. Рыночная стоимость товара определялась как среднее арифметическое значение рыночной стоимости объектов – аналогов, какие – либо корректировки к объектам – аналогам не применялись, т.к. рынок перенасыщен идентичными товарами, в результате чего в заключении отсутствует описание и обоснование корректировок. Единицы сравнения идентичны с единицей сравнения объекта оценки. В связи с тем, что по отдельным позициям объектов оценки имелось много объектов – аналогов, которые хоть и не значительно, но отличались конструктивными и технологическими элементами, а также происхождением (страна происхождения, производитель) данные объекты разделялись на подгруппы, имеющие отличную скорректированную цену, в результате чего идентичные по названию объекты оценки могли иметь разную стоимость.

Также эксперт ФИО17 высказала мнение о том, что проведение любой иной оценочной экспертизы не покажет достоверных результатов, т.к. установить объективно стоимость товара по состоянию на январь 2014 года не возможно, динамика роста цен в настоящее время интенсивно развивается, стоимость ущерба будет являться недостоверной, если использовать цены на товары по состоянию на текущую дату, а архивные данные о стоимости товаров, реализуемых истцами, за предыдущие годы отсутствуют. 

Исследовав представленные материалы дела, проверив доводы сторон, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заключение № 14-3784 от 21.01.2014 эксперта – оценщика  ООО «ГубкинЭкспертиза» ФИО17 не может быть признано в качестве надлежащего и допустимого доказательства для определения размера причиненного истцам в результате пожара ущерба, поскольку судом установлено, что данное заключение в условиях полного уничтожения имущества истцов составлено на основании представленных предпринимателями списков, в которых была указана стоимость  принадлежащего им имущества и его количество. Иных документов, подтверждающих фактическое приобретение истцами указанного в списках имущества (товара) и его фактический объем в павильонах на дату пожара, а также документов, позволяющих эксперту идентифицировать товар, в распоряжение эксперта представлено не было.

В ходе рассмотрения дела истцами в материалы дела были представлены товарные чеки, накладные, расходные накладные, квитанции, иные записки, содержащие сведения о приобретении предпринимателями товара у различных поставщиков, тетради учета движения товара (т. т. 5, 6, 7, 27, т. 28). 

Определением суда от 10.08.2018 по ходатайству ответчика по делу была назначена судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено эксперту АНО «Судебная экспертиза» ФИО33, стаж экспертной работы с 2008 года, на разрешение которому был поставлен вопрос  «Какова рыночная стоимость уничтоженного в пожаре товара, принадлежащего истцам ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7,  ИП ФИО8, ИП ФИО9 по состоянию на 04.01.2014?» (л.д. 15-22, т. 18).

08.10.2018 экспертным учреждением было заявлено ходатайство обязать истцов представить в распоряжение эксперта идентифицирующие признаки и потребительские свойства оцениваемого товара (л.д. 23, т. 21).

Данное ходатайство обусловило заявление представителем истцов отвода эксперту ФИО33, поскольку, по его мнению, экспертом не только не произведено никаких действий по проведению экспертизы, но и не предпринято никаких попыток их произвести, что вызывает сомнения в его беспристрастности относительно поручения арбитражного суда в рамках настоящего дела. Стаж работы по специальности эксперта ФИО33, наличие госакредитации свидетельствует о его компетентности, следовательно, назначенный судом эксперт не мог не определить на начальном этапе изучения материалов дела объем документов, необходимый для проведения товароведческой экспертизы.

Определением арбитражного суда от 01.11.2018 заявление представителя истцов об отводе эксперту АНО «Судебная экспертиза» ФИО33 оставлено без удовлетворения (л.д. 28-76, т. 21).

17.01.2019 АНО «Судебная экспертиза» с сопроводительным письмом № 16-1/01-19 от 16.01.2019 возвратило материалы настоящего дела в связи с тем, что представленная судом дополнительная информация (документы, содержащие описание товаров истцов) не позволяет однозначно идентифицировать объект экспертизы, причем диапазон разброса цен на товар, характеристики которого представлены в материалах дела, различается в десятки раз, поэтому экспертное учреждение сообщило о невозможности дачи заключения  по поставленному судом вопросу ввиду недостаточности информации об оцениваемых объектах, позволяющей их идентифицировать и, соответственно, определить рыночную стоимость (л.д. 137 - 154, т. 21).

Согласно абзацу 2 пункта 12 Постановления ВС РФ N 25 размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, размер убытков подлежит установлению судом на основании представленных в материалы дела доказательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", согласно п. 5 ст. 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

В пункте 5 постановления от 24.03.2016 N 7 указано, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Более того, согласно позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 N 2929/11, полный отказ в иске по причине недоказанности заявленного к взысканию размера убытков нарушает конституционный принцип справедливости и лишает истцов возможности восстановления их нарушенных прав.

Право собственности истцов на уничтоженное огнем имущество установлено судом путем оценки представленных в материалы дела доказательств, что согласуется с правовой позицией, изложенной в абзаце втором пункта 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Истцами в ходе рассмотрения дела не представлены необходимые для такого определения размера реального вреда данные бухгалтерского учета в отношении уничтоженного пожаром товара, а также сведения о точном количестве находящегося в павильонах товара и рыночных ценах на товары, аналогичные утраченным на момент пожара или на момент обращения с настоящим иском. 

При таких обстоятельствах размер вреда судом определяется на основании тех доказательств, которые представлены в дело, а именно – товарных чеков и накладных.

Частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно части 2 указанной статьи арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Истцами в подтверждение причиненного им ущерба представлены накладные, содержащие указание на поставщика (продавца) товара, наименование товара, его стоимость и количество, в соответствии с которыми предпринимателями были уточнены суммы исковых требований. В частности, 

- ИП ФИО2 представлены накладные на приобретение товара у ООО «Престиж» (ИНН 

<

***>), ООО «КРЭЙТ» (ИНН 

<

***>), ООО «БАНСО» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 2 560 000 руб.;

- ИП ФИО3 представлены накладные на приобретение товара  у ООО «Хилтон» (ИНН 

<

***>), ООО «КРЭЙТ» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Контракт» (ИНН 

<

***>), ООО «Интеринвест» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 1 379 400 руб.;

- ИП ФИО4 представлены накладные на приобретение товара у ООО «Мир – В» (ИНН 

<

***>),  ООО «Гермес – Ф» (ИНН 

<

***>), ООО «Сибирь» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 1 166 900 руб.;

- ИП ФИО5 представлены накладные на приобретение товара  у ООО «Хилтон» (ИНН 

<

***>), ООО «ДиаМир» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО34 (ИНН 

<

***>), ООО «КРЭЙТ» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 1 018 839 руб.;

- ИП ФИО8 представлены накладные на приобретение товара  у ООО «Хилтон» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Одежда 3000» (ИНН 

<

***>), ООО «Мир – В» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО35 (ИНН 

<

***>) на общую сумму 1 277 740 руб.; 

- ИП ФИО7 представлены накладные на приобретение товара  у ИП ФИО35 (ИНН 

<

***>), ООО «Сибирь» (ИНН 

<

***>), ООО «РосСнабТекстиль» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 638 754,80 руб.;

- ИП ФИО6 ИП ФИО7 представлены накладные на приобретение товара  у ООО «Сибирь» (ИНН 

<

***>), ООО «Гермес – Ф» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 1 231 050 руб.;

- ИП ФИО9 представлены накладные на приобретение товара  у ООО «Легион» (ИНН 

<

***>), ООО «Биг – Р» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО36 (ИНН 

<

***>) на общую сумму 2 185 950 руб. (л.д. 44-53, т. 25).

На основании представленных ООО «Центральный рынок» сведений из ЕГРЮЛ и пояснений представителя ответчика, не опровергнутых истцами, в отношении перечисленных продавцов (поставщиков) товаров  установлено следующее:

- ООО «БАНСО» (ИНН 

<

***>) – юридическое лицо с данным ИНН никогда не было зарегистрировано в ЕГРЮЛ;

- ООО «КРЕЙТ» (ИНН 

<

***>) – юридическое лицо с данным ИНН прекратило свою финансово-хозяйственную деятельность 08.09.2008, в то время как представленные истцами товарные чеки и накладные датированы 2012 – 2013 годами;

- ЗАО «КОНТРАКТ» (ИНН: 

<

***>) – юридическое лицо с данным ИНН прекратило свою финансово-хозяйственную деятельность 13.12.2008, в то время как представленные истцами товарные чеки и накладные датированы  2013 годом;

-  ООО «ИНТЕРИНВЕСТ» (ИНН: 

<

***>) – юридическое лицо с данным ИНН никогда не было зарегистрировано в ЕГРЮЛ; 

- ФИО37 Эльшад – документы от указанного продавца не имеют идентификационных признаков, определяющих стороны сделки, в них также отсутствует наименование товара;

- ООО «ДиаМир» (ИНН: 

<

***>) – юридическое лицо с данным ИНН прекратило свою финансово-хозяйственную деятельность 08.09.2008, в то время как представленные истцами товарные чеки и накладные датированы  2013 годом;

Согласно пункту 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

В силу положений статей 49, 51 Гражданского кодекса Российской Федерации организации, не прошедшие государственную регистрацию в качестве юридических лиц, не приобретают правоспособности юридического лица, а их действия, направленные на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, не могут быть признаны сделками, что влечет негативные последствия для участников данных правоотношений.

В Едином государственном реестре юридических лиц юридические лица ООО «БАНСО» (ИНН 

<

***>), ООО «ИНТЕРИНВЕСТ» (ИНН: 

<

***>), которые были указаны в представленных предпринимателями ФИО2 и ИП ФИО3 документах, отсутствуют. Данные ИНН ввиду несоответствия содержащихся в них контрольных чисел числам, определяемым с помощью специального алгоритма расчета, в принципе не могли быть присвоены какому-либо юридическому лицу. Из изложенных обстоятельств следует, что в документах, представленных предпринимателями ФИО2 и ИП ФИО3 в подтверждение спорных хозяйственных операций, содержатся сведения о несуществующих юридических лицах (контрагентах).

Из положений пункта 1 статьи 61 ГК РФ следует, что ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

В силу пункта 9 статьи 63 ГК РФ ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Пунктом 6 статьи 22 Закона N 129-ФЗ также предусмотрено, что ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в ЕГРЮЛ. Регистрирующий орган публикует информацию о ликвидации юридического лица.

С момента внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации юридического лица, данное лицо утрачивает правоспособность и установленные статьей 48 ГК РФ признаки, характеризующие его как самостоятельного субъекта гражданских прав.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность.

Вступая в обязательственные правоотношения по поставке товаров, предприниматели не удостоверились в правоспособности ООО «БАНСО» (ИНН 

<

***>), ООО «ИНТЕРИНВЕСТ» (ИНН: 

<

***>), ООО «КРЕЙТ» (ИНН 

<

***>), ЗАО «КОНТРАКТ» (ИНН: 

<

***>), ООО «ДиаМир» (ИНН: 

<

***>) и в государственной регистрации этих организаций в качестве юридического лица; не запросили правоустанавливающих документов у юридических лиц, от имени которых выполнены документы, равно как не воспользовались общедоступной информацией о государственной регистрации контрагента, находящейся на официальном сайте регистрирующего органа в сети Интернет в соответствии со статьей 6 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Предприниматели не предприняли указанных мер и на стадии исполнения сделок, осуществляя оплату приобретаемых товаров наличными денежными средствами.

Следовательно, предприниматели действовали без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов (предполагающих проверку правоспособности, то есть установление юридического статуса, возникновение которого обусловлено государственной регистрацией юридического лица, а также наличия у него соответствующих подтверждаемых документально полномочий на совершение юридически значимых действий).

Таким образом, оформленные от имени несуществующих юридических лиц представленные истцами  документы не могут служить основанием для учета расходов на приобретение товаров и, соответственно, для взыскания по ним убытков от пожара, в том числе: 

- ИП ФИО2 –  накладные № 120 от 10.01.2012 на 290 000 руб., № 135 от 04.04.2011 на 448 000 руб. (от ООО «БАНСО»); накладная № 250 от 09.09.2012 на 170 000 руб. (от ООО «КРЕЙТ»);

- ИП ФИО3 - накладные от 25.11.12.2012 № 1213 на 84 000 руб., от 17.11.2013 на 105 000 руб., от 22.12.2013 на 131 000 руб. (от ООО «КРЕЙТ»), накладные от 17.10.2013 на 170 600 руб., от 29.12.2013 на 157 000 руб., от 29.09.2013 на 68 500 руб., от 13.10.2013 на 73 000 руб., от 20.01.2013 на 113 700 руб., от 10.09.2013 на 102 900 руб., от 25.10.2013 на 72 100 руб., от 20.11.2013 на 20 000 руб. (от ЗАО «Контракт»); товарные чеки от 24.09.2013 на 22 600 руб., от 12.11.2013 на 55 000 руб.(от ООО «ИнтерИнвест»);

- ИП ФИО5 - накладные (№ 15 от 20.01.2013 на 12 635 руб., от 13.02.2013 на 130 700 руб., № 221 от 30.03.2013 на 58 575 руб., №  272 от 15.03.2013 на 23 550 руб., № 57 от 18.03.2013 на 61 000 руб., № 321 от 30.04.2013 на 60 700 руб., № 320 от 30.04.2013 на 39 215 руб., № 183 от 14.04.2013 на 134 300 руб., № 97 от 23.05.2013 на 155 650 руб., № 203 от 27.06.2013 на 90 500 руб., № 902 от 08.08.2013 на 26 000 руб., № 128 от 29.09.2013 на 58 800 руб., № 10 от 10.10.2013 на 3 675 руб., № 16 от 17.07.2013 на 76 150 руб., № 98 от 10.08.2013 на 80 000 руб., № 123 от 28.07.2013 105 650 руб., № 83 от 08.11.2013 на 115 000 руб. (от ООО «КРЕЙТ»); накладные № 115 от 13.07.2013 на 72 835 руб., № 178 от 20.12.2013 48 979 руб., № 177 от 20.12.2013 на 48 960 руб. (от ООО «ДиаМир»).

Определяя подлежащий взысканию с ответчиков в пользу истцов размер ущерба с учетом того, что товар предпринимателей уничтожен пожаром и не имеется иных, кроме предоставленных товарных чеков и накладных, документов на его приобретение и реализацию, исходя из обязанности суда установить размер вреда с разумной степенью его достоверности, суд с учетом всех представленных сторонами документов, на основании статьи 15 ГК РФ, а также пункта 12 Постановления Пленума N 25, принимая во внимание специфику предпринимательской деятельности истцов, приходит к выводу о том, что подлежащий взысканию с ответчиков ущерб надлежит определять на основании товарных чеков и накладных, по которым товар приобретался истцами в 2013 году, предшествовавшем пожару. 

При этом суд соглашается с доводами  представителя ООО «Центральный рынок» об отсутствии доказательств, достоверно свидетельствующих о наличии в продаже на момент пожара товара, приобретенного истцами в 2011 и 2012 годах.

Вместе с тем суд критически относится к доводам ответчика об отсутствии доказательств, позволяющих хотя бы косвенно определить наличие у истцов на момент пожара товара, приобретенного в 2013 году и указанного в товарных накладных, поскольку произведенный совместно с представителем ответчиков в 2018 году осмотр торговых мест истцов свидетельствует о наличии возможности размещения в павильонах истцов товара в гораздо большем размере, нежели указано в товарных чеках и накладных за 2013 год.

При этом суд отмечает, что объективная сложность доказывания убытков и их размера, не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданских правоотношений при необоснованном посягательстве на их права, тем более в условиях полного уничтожения имущества истцов в результате пожара.

Таким образом, на основании исследования и анализа представленных истцами доказательств суд приходит к выводу о том, что с ООО «Омега» и ООО «Центральный рынок» подлежит солидарному взысканию в пользу истцов ущерб в следующих размерах:

- в пользу ИП ФИО2 – 940 000 руб. на основании накладных № 320 от 20.04.2013 на сумму 600 000 руб., № 220 от 20.11.2013 на сумму 340 000 руб. (ООО «Престиж», ИНН 

<

***>);

- в пользу ИП ФИО3 – 122 500 руб. на основании накладных от 16.12.2012 на сумму 49 000 руб. и от 15.09.2013 на сумму 73 500 руб. (ООО «Халтон» ИНН 

<

***>);

- в пользу  ИП ФИО4 – 874 320 руб.  на основании товарной накладной № 8 от 26.02.2013 на сумму 42 700 руб., чек б/н от 19.03.2013 на 93 620 руб., накладных № 15 от 19.03.2013 на 66 000 руб., № 13 от 18.04.2013 на 68 100 руб., № 47 от 09.05.2013 на 62 680 руб., б/н от 31.052.2013 на 50 850 руб., № 47 от 10.09.2013 на 83 700 руб., № 13 от 15.10.2013 на 90 900 руб. (ООО «Мир – В», ИНН 

<

***>); по товарным чекам  от 28.11.2013 на 116 350 руб., от 21.12.2013 на 65 460 руб. (ООО «Гермес-Ф, ИНН 

<

***>); по товарным чекам от 31.07.2013 на 25 810 руб., от 10.09.2013 на 50 100 руб., от 03.10.2013 на 58 050 руб. (ООО «Сибирь», ИНН 

<

***>);

- в пользу ИП ФИО5 – 725 100 руб. по накладным № 310 от 03.05.2013 на 60 250 руб., № 105 от 29.05.2013 на 55 250 руб., № 308 от 03.06.2013 на 61 000 руб., № 809 от 08.07.2013 на 57 500 руб., № 10 от 10.10.2013 на 58 750 руб. (ООО «Халтон» ИНН 

<

***>); по накладным № 202 от 15.11.2013 на 209 050 руб., № 25 от 11.12.2013 на 223 300 РУБ. (ИП ФИО34, ИНН 

<

***>); 

- в пользу ИП ФИО6 – 622 720 руб. по товарным накладным от 18.03.2013 на 57 500 руб., от 06.04.2013 на 58 050 руб., от 28.04.2013 на 57 100 руб. от 23.04.2013 на 48 900 руб. (ООО «Сибирь», ИНН 

<

***>); по товарным накладным от 05.03.2013 на 57 300 руб., от 10.09.2013 на 56 200 руб., от 22.10.2013 на 56 050 руб., от 26.10.2013 на 56 600 руб., от 26.09.2013 на 57 300 руб., от 15.10.2013 на 58 600 руб., от 22.09.2013 на 59 150 руб. (ООО «Гермес-Ф, ИНН 

<

***>);

- в пользу ИП ФИО7 – 465 430 руб. по товарным чекам  от 30.01.2013 на 33 690 руб., от 04.02.2013 на 27 580 руб., от 06.03.2013 на 25 750 руб., от 06.03.2013 на 26 800 руб., от 04.04.2013 на 18 490 руб., от 18.04.2013 на 23 690 руб., от 27.04.2013 на 29 060 руб., от 02.05.2013 на 16 460 руб., от 04.06.2013 на 25 460 руб., от 11.07.2013 на 93 000 руб., от 18.08.2013 на 31 980 руб., от 19.09.2013 на 30 010 руб., от 24.11.2013 на 35 460 руб. (ИП ФИО35, ИНН 

<

***>);по товарному чеку от 02.12.2013 на 28 450 руб. (ООО «Сибирь», ИНН 

<

***>); по товарным накладным № 180 от 02.04.2013 на 6 156 руб., № 321 от 26.02.2013 на 5 208 руб., № 989 от 17.08.2013 на 8 186 руб. (ООО «РосСнабТекстиль», ИНН 

<

***>);

- в пользу ИП ФИО8 – 714 950 руб. по накладным № 00267 от 25.05.2013 на 211 800 руб., № 147 от 17.10.2013 на 161 200 руб. (ООО «Халтон» ИНН 

<

***>); по товарным чекам  от 11.07.2013 на 39 250 руб., от 28.07.2013 на 47 820 руб., от 11.09.2013 на 46 400 руб., от 24.11.2013 на 70 290 руб. (ООО «Мир – В», ИНН 

<

***>); по товарным чекам от 17.04.2013 на 29 750 руб., от 16.07.2013 на 32 250 руб., от 05.08.2013 на 18 500 руб., от 25.10.2013 на 57 690 руб.

- в пользу ИП ФИО9 – 1 879 950 руб. по товарным накладным № 24 от 12.04.2013 на 285 000 руб., № 37 от 10.06.2013 на 193 000 руб., № 53 от 05.08.2013 на 127 000 руб., № 47 от 08.10.2013 на 215 250 руб., № 63 от 08.11.2013 на 49 250 руб., № 158 от 11.12.2013 на 241 000 руб., № 79 от 23.12.2013 на 520 500 руб. (ООО «Легион», ИНН  

<

***>, прекратило деятельность 23.09.2015); № 57 от 01.10.2013 на 148 000 руб., № 56 от 17.09.2013 на 100 950 руб. (ООО БИГ – Р», ИНН 

<

***>, прекратило деятельность 18.08.2014).

Следует отметить, что суд не принимает в качестве доказательств приобретения товара ИП ФИО8 по товарным накладным № 013 от 27.04.2013 на сумму 315 890 руб. и № 000135 от 03.11.2013 на сумму 246 900 руб. у ООО «Одежда 3000» (ИНН 

<

***>), поскольку согласно ответу указанного продавца на запрос суда, поданным ООО «Одежда 3000» с ИП ФИО8 правоотношений не было.

Таким образом, уточненные исковые требования истцов – индивидуальных предпринимателей ФИО2, ФИО38, ФИО4, ФИО5, ФИО8 ФИО7, ФИО6 подлежат частичному удовлетворению, требования ИП ФИО9 – удовлетворению в полном объеме.

Ответчики в ходе рассмотрения дела не отрицали факт нахождения имущества истцов в арендуемых ими торговых павильонах на момент пожара. При доказанности повреждения имущества, находящегося в помещении истцов, в результате пожара, в отсутствие правопритязаний третьих лиц в отношении этого имущества, каких-либо оснований для отказа во взыскании истцам убытков в размере стоимости указанного имущества у суда нет, даже в отсутствие доказательств приобретения (оплаты) предпринимателями данного имущества и иного подтверждения принадлежности его истцам. Оспариваемое ответчиками обстоятельство (факт принадлежности уничтоженного пожаром имущества истцам) в таком случае не имеет определяющего правового значения при рассмотрении настоящего спора.

Доводы ответчиков о том, что истцами не представлено доказательств в подтверждение заявленного размера реального ущерба (накладные не соответствуют требованиям ст.ст. 160, 161 ГК РФ, отсутствуют документы первичного бухгалтерского учета), не заслуживают внимания, поскольку являются субъективным мнением ответчиков и противоречат материалам дела.

Доказательств того, что определенный истцами и судом размер подлежащего взысканию с ответчиков в пользу истцов ущерба является несправедливым и несоразмерным допущенному нарушению, не имеется.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Полное уничтожение товара при пожаре, а также уничтожение бухгалтерской документации, подтверждающей его наличие, не может являться причиной для освобождения ответчиков от обязательства по возмещению вреда.

Суд признает, что ООО «Омега», являясь собственником сгоревшего торгового модуля, равно как и ООО «Центральный рынок», являющееся его арендатором, осознавая, что в этом помещении находится большое число арендаторов, осуществляющих торговую деятельность и складирующих в своих торговых местах предназначенный для реализации товар, не проявили требуемой от них заботливости и осмотрительности в совершении мероприятий по осмотру и фиксации причиненного ущерба непосредственно после пожара, документально не оформили с привлечением всех заинтересованных лиц результаты состоявшегося осмотра.

Кроме того, в материалы дела также не представлены сведения о том, что в арендованных истцами павильонах (торговых местах) отсутствовали товарно-материальные ценности, с учетом целей использования помещений торгового модуля.

При таких обстоятельствах суд требования истцов подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая результаты рассмотрения данного дела, в соответствии со статьей 110 АПК РФ госпошлина распределяется следующим образом:

1. ИП ФИО3 заявлено ко взысканию 770 000 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 18 400 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 4 750 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 122 500 руб. убытков (15,9 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию 2 926 руб. государственной пошлины (18 400 руб. х 15,9 % = 2 926 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 13 650 руб. государственной пошлины ((18 400 руб. – 2 926 руб.) – (4 750 руб. – 2 926 руб.) = 13 650 руб.).

           2. ИП ФИО2 заявлено ко взысканию с ответчиков 1 012 300 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 23 123 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 5 800 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 940 000 руб. убытков (92,85 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию 5 800 руб. государственной пошлины и в доход федерального бюджета 15 670 руб. ((23 123 руб. х 92,85 %) – 5 800 руб. = 15 670 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 1 673 руб. государственной пошлины (23 123 руб. – 21 470 руб. = 1 673 руб.).

3. ИП ФИО4 заявлено ко взысканию 1 204 800 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 25 048 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 6 270 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 874 320 руб. убытков (72,56 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в доход федерального бюджета 18 175 руб. государственной пошлины (25 048 руб. х 72,56 % = 18 175 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 604 руб. государственной пошлины (25 048 руб. – 18 175 руб. – 6 270 руб. = 604 руб.).

4. ИП ФИО5 заявлено ко взысканию 2 096 135 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 33 481 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 8 400 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 725 100 руб. убытков (34,59 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в доход федерального бюджета 11 581 руб. государственной пошлины (33 481 руб. х 34,59 % = 11 581 руб.); с истца в доход федерального  бюджета  подлежит  взысканию 13 500 руб. государственной пошлины (33 481 руб. – 11 581 руб. – 8 400 руб. = 13 500 руб.).

5. ИП ФИО6 заявлено ко взысканию 1 231 050 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 25 311 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 2 060 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 622 720 руб. убытков (50,58 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в доход федерального бюджета 12 802 руб. государственной пошлины (25 311 руб. х 50,58 %= 12 802 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 10 449 руб. государственной пошлины (25 311 руб. – 12 802 руб. – 2 060 руб. = 10 449 руб.).

6. ИП ФИО7 заявлено ко взысканию 578 684 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 14 574 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 2 040 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 622 720465 430 руб. убытков (80,42 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в доход федерального бюджета 11 720 руб. государственной пошлины (14 574 руб. х 80,42 % = 11 720 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 814 руб. государственной пошлины (14 574 руб. – 11 720 руб. – 2 040 руб. = 814 руб.).

7. ИП ФИО8 заявлено ко взысканию 1 317 300 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 26 173 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 2 040 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены в части взыскания с ответчиков 714 950 руб. убытков (54,27 % от заявленных требований), в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в доход федерального бюджета 14 204 руб. государственной пошлины (26 173 руб. х 54,27 % = 14 204 руб.); с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 9 929 руб. государственной пошлины (26 173 руб. – 14 204 руб. – 2 040 руб. = 9 929 руб.).

8. ИП ФИО9 заявлено ко взысканию 1 879 950 руб. убытков (госпошлина к уплате в федеральный бюджет – 31 800 руб.); истцом в федеральный бюджет оплачено 2 000 руб. государственной пошлины; требования удовлетворены полностью, с ответчиков взыскано 1 879 950 руб. убытков, в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию в пользу истца 2 000 руб. государственной пошлины и в доход федерального бюджета 29 800 руб. государственной пошлины (31 800 руб.  – 2 000 руб. = 29 800 руб.).

Таким образом,  с ООО «Омега» и с ООО «Центральный рынок» подлежит взысканию в доход федерального бюджета в общей сложности 113 952 руб. государственной пошлины (15 670 руб. по требованиям ИП ФИО2; 18 175 руб. по требованиям ФИО4; 11 581 руб. по требованиям ФИО5; 12 802 руб. по требованиям ФИО6; 11 720 руб. по требованиям ФИО7; 14 204 руб. по требованиям ФИО8 и 29 800 руб. по требованиям ФИО9) или по 56 976 руб. госпошлины с каждого ответчика.

 Руководствуясь   ст. 167-170, 176, 110 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Уточненные исковые требования истцов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно в пользу ИП ФИО2 (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) 940 000 руб. убытков. 

В остальной части исковые требования ИП ФИО2 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО2 (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 673 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно в пользу ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 122 500 руб. убытков.

В остальной части исковые требования ИП ФИО3 оставить без удовлетворения.

 Взыскать с ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 13 650 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно  в пользу ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 874 320 руб. убытков. 

В остальной части исковые требования ИП ФИО4 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно  в пользу ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 725 100 руб. убытков.

В остальной части исковые требования ИП ФИО5 оставить без удовлетворения.

 Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно  в пользу ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 622 720 руб. убытков.

В остальной части исковые требования ИП ФИО6 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 10 449 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно в пользу ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 465 430 руб. убытков.

В остальной части исковые требования ИП ФИО7 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 814 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно в пользу ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 714 950 руб. убытков.

В остальной части исковые требования ИП ФИО8 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 9 929 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) солидарно в пользу ИП ФИО9 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 1 879 950 руб. убытков и 2 000 руб. государственной пошлины.

 Взыскать с ООО "Центральный рынок" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  в доход федерального бюджета 56 976 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО "Омега" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 56 976 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок через Арбитражный суд Белгородской области.

СудьяО.И. Пономарева